О книге

Он знал, что умрёт молодым. В их роду все мужчины уходили рано, будто кто-то невидимый затягивал узел в груди и ждал, когда лопнет. Отец рухнул в церкви, не дочитав молитву. Дед не дожил до сорока. Дмитрий Виноградов с детства понимал: ему отмерено немного. И когда друг Ломоносов дал шанс создать русский фарфор, он понял — это его единственная возможность не исчезнуть бесследно. Он успел. Почти. Тридцать семь попыток, прежде чем чашка стала белой. Три года у печи, прежде чем сервиз попал на стол императрицы. Но у фарфора своя цена. Надзиратели у дверей мануфактуры. Боль в груди, которая возвращается каждую ночь. И фляга в ящике стола — единственное лекарство, позволяющее работать дальше. «Тогда и умирай, — сказал Ломоносов. — Но не раньше». Это история о человеке, который победил время ценой собственной жизни. И о чашке, которая пережила всех. Примечания автора: Я не писатель и не историк. Я человек, который наткнулся на историю Дмитрия Виноградова и не смог от неё оторваться. Чем больше я читал документы, тем сильнее крепло ощущение: что-то не так. Точнее — слишком так. Слишком гладко. Царица-злодейка. Чиновник-мучитель. Мастер-мученик. Как будто кто-то уже расставил акценты задолго до меня. Я не знаю, как было на самом деле. Знала ли императрица, в каких условиях работает её мастер? Бил ли его Черкасов плетьми — или это слухи, раздутые позже? Кто и зачем продержал трактат Виноградова в архивах двести лет, а потом опубликовал именно в 1950 году? У меня нет ответов. Я знаю только одно: он сделал фарфор. Белый. Тонкий. Вечный. Всё остальное — пусть читатель решает сам.