На тёплых водах

Парижский казакМарт 1814 года в Париже выдался сырым и тёплым — совсем не таким, как на Дону. Алексей ехал по чужой мостовой, слушал чужую речь и думал: война кончилась, а лёгкости почему-то нет. Впереди качались пики, позади скрипели обозы. А между ними — он сам, двадцатитрехлетний казак с чёрными усами и светлыми, выцветшими глазами.Алексей Вернигора въехал в Париж не через триумфальную арку, а через задворки Сен-Дени, где пахло кислым вином, жареной требухой и мокрой известкой. Его конь, светло−серый жеребец, испуганно косил глазом на каменные громады домов, теснивших друг друга, как овцы в загоне.Перед вступлением русских войск в Париж, было велено сдать всё оружие, что имели при себе служивые. А атаман Матвей Иванович Платов сказал: «Обывателям городу Парижу никакой обиды не чинить, наипаче не обижать ихних мадамов и мамзель… Помнить, что мы присяжные казаки русского императора, во…