
"Мам, ты не поймёшь"
Соне 18, и её никто не воспринимает всерьёз. Марине 45, и она вдруг поняла, что тоже ещё не разобралась, кем хочет быть. Они мама и дочь, они живут в одной квартире — и почти никогда не понимают друг друга.
Соня, 18 Вечером я всё-таки не удержалась и показала маме те сторис, что наснимала за день, — муку на Дарвине, гору посуды, папину спину в геройской позе над сковородкой.
Читать фрагмент
Читать ещёНичего особенного.Марина, 45Будильник звонит в семь, но у нас в доме это чистая формальность — на самом деле утро начинается в шесть пятьдесят три, когда Дарвин, наш шотландский сеттер, подходит к кровати и молча кладёт голову мне на матрас. Не лает, не скулит — просто смотрит с укором, как будто разочарован во мне лично.— Иду, — говорю я ему, хотя он ничего не спрашивал.Андрей уже на кухне, в той стадии пробуждения, когда человек способен только наливать кофе и односложно хмыкать. Мне нравится это его утреннее состояние — в нём нет слов, которые потом приходится обдумывать.— Соне сегодня к восьми, — сообщает он кофеварке, не мне.— Знаю.В этот момент звонит телефон. Клара. Моя мама звонит в семь пятнадцать утра с той же регулярностью, с какой Дарвин требует выхода — это часть утреннего механизма дома, встроенная деталь.— Марин, ты не спишь? — говорит она вместо приветствия. — Слушай, По…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0