Две фляги

Глава 1

Июль тысяча восемьсот восьмидесятого года в Афганистане обещал быть жарким во всех смыслах.

На высоком южном небе с самого апреля не было заметно даже легких облачков. Спасало лишь то, что отдельный летучий отряд британского экспедиционного корпуса, миновав долину Чарикара, с каждым переходом забирался все выше в горы Гиндукуша. Десять тысяч футов над уровнем далекого отсюда моря – плотные тени скал дарили спасительную прохладу высокогорья, а по ночам даже выносливые сикхи кутались в одеяла из верблюжьей шерсти.

Но днем…

Политический барометр второй год зашкаливал на метке «буря». По Афганистану носились вооруженные люди, убивая всех подряд, и сами становились жертвой более сильного противника. Ходили упорные слухи, что в районе Кандагара мятежный Мухаммед Аюб-хан собрал неслыханное по афганским меркам войско.

- Ну, мы, слава богу, далеко от Кандагара,- успокаивающе повторял отрядный врач Джейк Ричардсон.

- Пятая неделя пути, мой друг,- раздраженно отвечал ему сэр Эдвин Пайкс, ввиду своей молодости и неопытности в военном ремесле занимавший унизительную должность заместителя командира отряда,- Зачем мы здесь? Те три оборванца, которых мы повесили на единственном встреченном дереве, вряд ли были мятежниками. Обычные местные бандиты. Что я доложу нашему командующему - моему кузену сэру Фредерику Робертсону? Какого черта мы лезем в эти проклятые горы? Что мы тут ищем, хотел бы я знать?

- Может быть, сэр, нам повезет встретить караван с русским оружием,- мечтательно вздыхал Ричардсон, всякий раз тактично умалчивая о том, что докладывать командующему – дело командира отряда майора МакХорна, а вовсе не высокородного кузена. На этом их традиционный обмен мнениями обычно прекращался.

Встретить русский караван – это была мечта каждого и цель экспедиции в целом. Иначе как доказать твердолобому парламенту в далеком Лондоне, что именно русские виновны в том, что политика Британии в Афганистане в очередной раз дала сбой. Жаль, что сидевший в столь же далеком отсюда Самарканде русский генерал Абрамов тоже знал о цели экспедиции, а потому не спешил отправлять караваны…

Узкая дорога, по которой зачастую нельзя было пройти вдвое в ряд, в очередной бесчисленный раз обогнула очередную бесчисленную скалу. Ехавшие впереди дозорные остановились, замахали руками.

- Кишлак,- сказал подъехавший к офицерам командир,- точно по карте. Предлагаю в нем заночевать.

Возражений не последовало, так как солнце уже начало гораздо чаще прятаться за вершины гор. В самом деле, глупо миновать населенный пункт, а потом ночевать под открытым небом.

Кишлак оказался небольшим поселением, состоявшим из трех десятков глиняных строений без окон и дверей, с высокими порогами от змей и фаланг. Посередине пустовала базарная площадь, к которой вели три узкие улочки. По одной из них и ехали усталые солдаты летучего отряда.

У самого выезда на площадь передние всадники неожиданно остановились. Сэр Эдвин и доктор Ричардсон по инерции растолкали конями скучившихся сикхов и оказались в первых рядах.

Из правой улочки в левую, перегородив путь англичанам, медленно проезжали с десяток странно одетых всадников. Затянутые в длинные черные с серебряным шитьем кафтаны – жаркое одеяние для июля – неизвестные ехали в молчании, не обращая никакого внимания на диковинных в здешних местах британцев и сикхов. Небольшие тюрбаны из алой ткани украшали их головы. В глазах царила отрешенность. Огнестрельного оружия видно не было.

К седлам позади каждого всадника были привязаны большие корзины, завешенные тканью. Из некоторых корзин доносился детский плач.

- О! Похороны?- спросил с присущим ему остроумием ближайшего сикха сэр Эдвин.- А где покойник? Не он там, случайно, плачет?

- Это плачут дети, сагиб,- нехотя ответил сикх, пытаясь выловить из ловко подвязанной бороды мелких паразитов.

- Какие дети?

- Купленные.

- Что?- изумился сэр Эдвин.- Кто эти люди? Работорговцы? Мы должны вмешаться!

Он ударил в бока коня шпорами. Конь вздрогнул, толкнул соседа, на котором сидел сикх. В результате тот оказался неожиданно для себя впереди товарищей, в непосредственной близости от проезжавших.

Всадник в черном лишь едва повернул голову, как сикх, прославившийся своей храбростью в череде стычек на Хайберском перевале, заставил свою лошадь вернуться обратно.

- Простите, сагиб,- забормотал он, обращаясь к сэру Эдвину,- этим людям нельзя мешать. Наоборот, только за то, что мы увидели их своими глазами, нужно возблагодарить Всевышнего!

Странные всадники проехали и скрылись за поворотом. Оттуда еще некоторое время доносились детский плач и топот лошадиных копыт. Наконец, все стихло.

- Уважаемый Гурджа Сингх,- вежливо спросил доктор,- не могли бы вы объяснить – что мы сейчас видели?

Сикх затравленно оглянулся на товарищей, но те лишь отводили взгляды.

- Это, сагиб, были стражи озера,- выдавил он, наконец,- люди из легенды. Наши матери рассказывали ее нам, когда мы были маленькими.

- Стражи озера? Очень интересно,- подбодряюще улыбнулся Ричардсон.

- Они ездят по всему миру и покупают детей в возрасте от двух до пяти лет.

- Для чего?

- Чтобы вырастить себе замену, когда придет их срок покинуть этот мир.

- И люди продают им своих детей?- изумился доктор.

- Конечно!- воскликнул сикх.- Это ведь великая честь! Все односельчане будут оказывать вам почести, зная, что ваш сын – страж озера. Кроме того, десять золотых монет – само по себе хорошее утешение. А женщины потом еще нарожают, если будет нужно…

- В кого они верят?- вмешался в разговор сэр Эдвин.- В Аллаха? Будду? Языческих богов?

Сикх задумался, привычно копаясь в бороде.

- Не знаю,- ответил он после долгих раздумий.- Их служба началась задолго до рождения Будды. Наверное, они не стали бы боготворить того, кого видели в колыбели. У них свои хозяева – силы земли и неба, воды и огня.

- Они видели Будду в колыбели?!- недоверчиво ахнул доктор.- Выходит, стражи озера бессмертные?

- Ну, не то, чтобы…- смутился Гурджа Сингх.- Но, по слухам, смерть обходит их стороной. Не хочет связываться. Да и вода в озере…

Один из сикхов, по виду старший возрастом, что-то повелительно выкрикнул на своем языке. Гурджа Сингх вздрогнул и осекся на полуслове.

- Вот, сагиб,- улыбнулся он смущенно,- вроде, более нечего рассказывать. Мамкины сказки.

- Еще один вопрос,- сказал сэр Эдвин,- эти стражи… за кого они будут выступать? За нас? Или за мятежников? Чего нам от них ожидать?

- Они не будут выступать,- ответил за Гурджу старший сикх.- Их не интересует человеческая жизнь. Сам великий Искендер - завоеватель мира - стоял перед ними на коленях, пытаясь получить разрешение только взглянуть на озеро. И был отвергнут. Никто не пройдет к озеру сквозь мечи стражи.

- Странно,- вздохнул Ричардсон.- Какой смысл так охранять какое-то озеро, если к нему ни для кого нет прохода?

- Потому что это – озеро Последней Надежды всего человечества,- резко ответил седобородый сикх и первым тронул с места своего коня.

Лагерь разбили прямо на базарной площади. Места для трех десятков палаток хватило вполне.

- Сэр Эдвин, позаботьтесь об охране,- сказал майор МакХорн и удалился к ближайшему колодцу, чтобы смыть с усталого тела многодневную грязь.

- Конечно,- пробурчал сэр Эдвин,- кто, кроме меня, сможет грамотно позаботиться об охране? У нас ведь нет толковых старослужащих сержантов… пятьдесят человек, из которых сорок исповедуют сикхизм. А из оставшихся десяти – один мусульманин иудейского происхождения, один подозрительный пуштун в роли переводчика, пять жителей туманного Альбиона, забывших в походах, как выглядит этот самый Альбион, и три офицера, из которых невозможно собрать партию в вист! К концу этой кампании я, скорее всего, перестану нуждаться в услугах переводчика… вернее, понадобится переводчик на английский…

Он подозвал одного из сикхов, бродившего неподалеку, и приказал выставить посты на всех трех улочках. А сержанту Бронку поручил взять с собой пятерых и разбить передовой лагерь в полумиле от кишлака.

- С какой стороны?- только и уточнил сержант, почесывая облупившийся от солнца нос.

- В каком смысле?

- Ну, сэр,- пояснил сержант,- можно разбить лагерь там, где мы уже прошли – вдруг за нами крадутся мятежники? А можно впереди – вдруг они нас там ожидают?

Мысль, что опасность может таиться в любой стороне, огорчила сэра Эдвина. Поэтому он только махнул рукой, предоставив право выбора самому сержанту Бронку.

После ужина доктор Ричардсон поделился с сэром Эдвином табаком, а тот, в свою очередь, рюмкой бренди.

- Сэр,- сказал вдруг доктор, когда они уже вволю налюбовались видом табачного дыма, плывущего в свете костра,- знаете, что сказал тот старый сикх нашему разговорчивому Гурдже?

- Нет,- ответил с деланным безразличием сэр Эдвин.

- Я, конечно, не настолько хорошо понимаю их жуткое наречие, но смысл уловил определенно. Закрой свою пасть, сказал сикх, иначе я вырву твой язык и скормлю бродячим собакам. Не правда ли, любопытно?

- Что тут любопытного?- пожал плечами сэр Эдвин.

- Ну как же!- доктор тихо хихикнул.- Парень рассказывал нам страшные сказки, которыми его пичкала в детстве мамаша. Что тут такого? За что язык вырывать?

- И смущался Гурджа Сингх не по-детски. И испугался этих черных стражников всерьез и по-настоящему,- задумчиво сказал сэр Эдвин.

- Видите ли, сэр,- Ричардсон понизил голос до еле различимого шепота,- я в Кембридже в студенческие годы увлекался оккультизмом и эзотерикой. Баловство, конечно. Всякие жутко секретные общества, тайные церемониалы, толстые книги…

- Я тоже состоял в тайном студенческом обществе последователей рыцарей Круглого Стола,- засмеялся сэр Эдвин.- И церемонии… да, некоторые детали останутся моей тайной до самой смерти. Чтобы не опозориться перед потомками.

- Согласен – все это глупости и шалопайство. Но, сэр! Еще тогда я уже слышал об этом озере! И историю о коленопреклоненном Александре Македонском – семь дней простоял!- тоже читал.

- Легенды…

- Да, легенды. Но проходили эти легенды в одном ряду с преданиями о всемирном потопе, чаше Грааля и им подобными. А сегодня мы с вами на абсолютно бытовом уровне сталкиваемся с фактом, подтверждающим правдивость одной из них! Не правда ли, удивительно?

Сэр Эдвин немного подумал и согласился, что да – удивительно.

- Озеро Последней надежды,- пробуя на вкус каждое слово, произнес Ричардсон.- Жаль, не помню ничего из прочитанного. Вот бы что принести к подножию трона! И тогда точно – правь, Британия! Уж куда эффектнее, чем приведенные к покорности местные оборванцы…

… В полумиле от кишлака сержант Бронк выбрал местечко поуютнее – с двух сторон в черноту подступающей ночи уходили почти вертикальные стены горы, с третьей склон упирался в пропасть, а с четвертой горел костер из спешно собранного козьего помета. И тепло не выдувает, и никто не подкрадется незамеченным.

С собой сержант взял четверых сикхов, в том числе и говорливого Гурджу, и седобородого Джелала.

Заодно прихватил и мусульманина с иудейскими корнями – Абдул-агу. Давно хотелось поговорить по душам с этим религиозным перевертышем. Ладно, сикхи. У них и религия особая – чудовищная мешанина из ислама и буддизма, щедро настоенная на суевериях и традициях. А этот… всем своим поведением словно пытается доказать, что он святее самого Магомета! Очень подозрительно. Даже истинный мусульманин пуштун – переводчик, и тот поглядывает на неофита с удивлением.

Ночь воцарилась, окончательно смешав удлинившиеся к вечеру тени в одну – огромную и непроглядную. С черного неба вниз смотрели звезды, большие, как алмазы в короне Британской империи.

Макая каменный сухарь в воду, налитую в походный стакан, Бронк отправил двоих сикхов за границу света от костра. Сказал Гурдже:

- Дружище, а можно подробнее рассказать про сегодняшних всадников с детьми? Делать нам тут нечего – не умирать же со скуки. А так – развлечемся, да и спать не так хотеться будет.

Молодой сикх в растерянности оглянулся на седобородого. Сержант заметил это и тут же добавил:

- Ну, уважаемый Джелал Сингх! Ведь среди нас нет этих желторотых напыщенных павлинов, видевших настоящую войну только на картинках в лживых книжках. Их ведет жадность и корысть, это верно. А мы с вами – простые солдаты. Что изменится, если Гурджа расскажет нам ту сказку, которую ему в детстве рассказывала мать? Ничего. Клянусь, даже если это озеро находится за ближайшей скалой, я не сделаю ни одного усилия, чтобы оторвать свой жилистый зад от этого нагретого камня. Просто сказка на ночь для нескольких усталых воинов.

Джелал Сингх подумал, кивнул Гурдже:

- Пусть братья по оружию знают. Я и сам бы рассказал, но твой английский лучше. Говори.

Гурджа Сингх пожал плечами и тихо сказал:

- Это были стражники озера. Они покупают маленьких детей.

- Это мы уже поняли,- кивнул Бронк, между делом глянув на Абдула-агу, который улегся, закутавшись в одеяло и показывая всем своим видом, что рассказ его ничуть не интересует.

- Где-то в этих горах есть чудесная долина,- нараспев начал произносить сикх.- Там растут деревья и кусты. Воздух напоен ароматом роз, цветущих круглый год. Дикие животные безбоязненно берут пищу из рук человека. Тигр отдыхает рядом с козой, и она его нисколько не боится.

- Ты прямо райские кущи сейчас описал,- хмыкнул Бронк.

- Не знаю. Так говорят. Может быть, в этой долине остался кусочек рая. Всё в воле Всевышнего.

- Аллах акбар,- тихо пробормотал Абдул-ага. Сержант ухмыльнулся про себя – не спит, притворяется, шельма!

- Вот в этой долине, прикрытое от солнечных лучей каменным веком, находится озеро. Всё,- и Гурджа снова оглянулся на своего старшего товарища.

- Там живет стража,- подсказал Джелал Сингх.

- Да, стража. Это не племя. Их слишком мало, чтобы получилось племя. Поэтому они каждый год ездят по миру и покупают маленьких детей. Мальчиков. Чтобы вырастить себе замену. И девочек тоже – чтобы было кому готовить пищу и ухаживать за мужчинами. Но мальчиков больше.

- Это великие воины,- снова сказал седобородый сикх.

- Это великие воины,- послушно повторил молодой.- Никто и никогда не посмел напасть на стражу. Все окрестные племена, у кого чаще всего покупали детей, скорее пойдут войной на любое войско, чем позволят ему подойти к долине. Великий покоритель мира Искендер просил разрешения одним глазком посмотреть на чудесную долину, но получил отказ. И он ушел, покорившись. И вскоре умер. Никто, кроме стражи, не может войти в долину и выйти из нее. Нельзя, очень строго. Так приказали боги.

- Какие боги?- удивился Бронк.

- Те. Старые. Которые были до Магомета и Христа. До Будды. Эти… стихии. Земля, небо, вода, огонь. Давшие жизнь всему сущему.

Правоверный Абдул-ага что-то промычал из-под одеяла, но в религиозный спор с физически более крепкими сикхами вступать не стал.

- Ну, хорошо,- кивнул сержант,- со стражей понятно. А что такого в этом озере, которое, как ты говоришь, она охраняет?

- Вода из него может оживить мертвого,- торжественно сказал Гурджа и поспешно добавил,- если, конечно, он умер не очень давно.

- Живая вода? Я слышал про такую.

- Слышал, да не то. Если настанет час, когда миром завладеет зло и покроет землю мраком, стражи вычерпают озеро и разойдутся по всему свету. И каждый человек сможет получить одну каплю, которая спасет его. И мир снова станет чистым и светлым.

- Хорошая водичка,- улыбнулся Бронк.

- Именно поэтому озеро называется – озеро Последней Надежды.

- Понятно. Но почему стража никого туда не пускает?

И снова ответил Джелал Сингх:

- Если человек искупается в озере, он станет равным богам. Лишь однажды случилось подобное. Этим единственным был Будда.

- Это, в общем, не совсем вода,- пояснил Гурджа,- мать говорила, что ее можно намазать на лепешку. Как масло. А, попав внутрь человека, она остается там навсегда. Стражи умеют слышать ее зов. Те, кто посмеет украсть хоть каплю, обречены. Им нигде не укрыться от стражей.

- Вы же сказали, что такой человек станет равным богам, фактически бессмертным! И тут же говорите, что стража его убьет. Как это?

- Боги доверили страже такую возможность.- ответил обиженный недоверием Гурджа и замолчал.

- Ничего себе! Выходит, стража может убить бога?!

Оба сикха одновременно пожали плечами и уставились на тлеющие угли костра. Разговор закончился сам собой.

Неожиданно Абдул-ага рывком сел, скинул одеяло и уставился в черноту ночи.

- Что такое?- недовольно спросил Бронк.- Блохи достали?

- Сикхи,- невпопад ответил мусульманин.- Там были двое сикхов.

- Почему – были?

- Потому что я их больше не слышу.

Сидевшие у костра были опытными воинами. Не успел Абдул-ага договорить, как все трое выхватили сабли и бросились в спасительную тень.

Тоненько свистнула стрела и закачалась, вонзившись в плечо Гурджа Сингха. Из темноты выскочили четверо афганцев, закричали гортанными голосами «аллах акбар».

Сержант Бронк левой рукой вытащил свой револьвер «Бомон-Адамс» и трижды выстрелил в нападавших. Один упал сразу, второй схватился за живот. Но на смену им появились еще трое.

Сикхи рубились отчаянно. Несмотря на торчавшую стрелу, Гурджа Сингх ловко отбивался сразу от двоих. Джелал Сингх, орудуя саблей и кинжалом, уложил своего противника и бросился на помощь раненому товарищу.

Абдул-ага так и не поднялся с земли. Вместо этого он схватил лежавшую неподалеку винтовку «Снайдер-Энфилд» и из неудобного положения убил одного из нападавших. Однако больше он поделать ничего не мог, так как винтовка была однозарядная, а патроны находились у сержанта. Так он и сидел, отмахиваясь тяжелым и бесполезным оружием, словно обычной дубиной.

- Надеюсь, выстрел услышали в кишлаке!- крикнул Бронк.

- Я тоже,- буркнул Абдул-ага.

Однако нападавшие все появлялись и появлялись из мрака. Вскоре упал и замер Гурджа Сингх. Джелал Сингха трое мятежников оттеснили в темноту, и только по искрам от сталкивающейся стали и глухим выкрикам можно было понять, что он еще борется.

- Сержант!- крикнул Абдул-ага.

Бронк оглянулся. Новоиспеченный мусульманин красноречивым жестом указал на близкий откос.

- Там пропасть!- ответил сержант, застрелив еще одного афганца.

- А тут все равно зарежут, как баранов! Не хочешь? Тогда прощай!- и Абдул-ага кубарем покатился по крутому склону.

Бронк выпустил последнюю пятую пулю, отбросил мешавший револьвер. Перед ним землю покрывали быстро гаснущие угли костра, разбросанного ногами в драке. В свете огромных южных звезд он ясно различил – шестеро противников. Седобородый сикх тоже не подавал признаков жизни. Помощь не успеет…

Сержант зарычал, словно бенгальский тигр. И прыгнул с откоса в пропасть…

- Смотрите, лейтенант,- голос майора МакХорна был, как обычно, холоден и бесстрастен,- видите? Они без шума сняли двоих дозорных, а потом напали на караул. Если бы вы отправили сюда достаточное число людей, этого бы не случилось.

- Сержант Бронк…

- Бронк опытный солдат, но и его, видимо, расслабило наше длительное путешествие без проблем.

Солдаты, поднятые по тревоге, бродили по месту схватки, освещая факелами местность.

- Сэр,- обратился к майору доктор Ричардсон,- один из сикхов еще дышит. Я только что осмотрел его – множественные колотые и резаные раны. Парню здорово досталось.

- Кто это?

- Гурджа Сингх. Дрался со стрелой в плече.

- Сикхи – отличные воины,- кивнул майор и продолжил осмотр площадки.

Внезапно один из солдат крикнул и начал махать факелом, привлекая внимание. Все бросились к нему.

- Я нашел одеяло,- доложил солдат.

- Надеюсь, в него не завернуты останки нашего бравого сержанта,- еле слышно пробурчал багровый от полученного разноса сэр Эдвин.- Не хотелось бы их разглядывать перед завтраком…

Майор МакХорн в задумчивости прошелся по откосу, даже сделал попытку заглянуть в бездну пропасти.

- Два варианта,- сказал он офицерам,- либо сержанта и Абдул-агу захватили в плен, либо они, дабы избежать пленения, спрыгнули здесь. В первом случае самое верное – записать обоих в списки потерь.

- Во втором случае сделать это будет еще вернее,- хмыкнул сэр Эдвин.

- У вас будет возможность проверить сей факт. С рассветом. Возьмете солдат и спуститесь. Думаю, мы задержимся в этом гостеприимном кишлаке еще на пару дней.

- Надеетесь увидеть кого-то из них живым?!

- Все мы в руках божьих, лейтенант,- пожал плечами майор.- Конечно, сержант Бронк не птица – летать не умеет. А вот насчет Абдул-аги я ни за что не поручусь. Тот еще субъект. Тела, если найдете, похороните на месте. А вот карманы Абдул-аги, прошу, выверните без малейшей брезгливости, и все до единой бумажки доставьте мне в целости и сохранности. Это приказ.

…полет в неизвестность продолжался не более пары секунд. Бронк больно ударился ногами и боком о камни, но, ощупав себя, с радостью убедился – ничего не сломано.

- Абдул,- шепнул сержант,- ты жив?

Слабый стон был ему ответом.

- Черт,- проскулил товарищ по несчастью,- ничего не вижу. Все лицо кровью залило. По-моему, я здорово приложился головой, когда упал.

- Давай, перевяжу. Где твой тюрбан?

- Где-то здесь должен быть. Темно, ничего не вижу, да еще и кровь… вот, кажется, нащупал.

Сержант осторожно приблизился и в свете звезд увидел лежащего среди камней Абдул-агу.

- Как специально, именно этой ночью настало новолуние,- проворчал он, на ощупь заматывая тканью голову несчастного.- Хорошо, хоть звезды есть. Готово. Вытри лицо, приятель. Ну, что будем делать дальше?

- Вариантов немного,- подумав, ответил Абдул-ага,- либо сидим здесь и ждем помощь, либо пытаемся выбраться сами.

Крики торжества сверху быстро стихли.

- Ушли, наверное,- сказал Абдул-ага и схватил Бронка за руку.- Слышите? Совсем рядом.

Сержант прислушался и похолодел. Где-то недалеко громко шипели змеи, растревоженные шумом. Не одна, не две – тут их были, наверное, десятки.

Выбирать не пришлось – товарищи по несчастью бодро поднялись на ноги и, охая и изрыгая проклятия, поспешили убраться подальше от новой опасности.

Оказалось, что судьба закинула их на неширокий каменный карниз, который, к счастью, не собрался заканчиваться провалом или стеной, а вел вдоль скалы, заметно спускаясь все ниже и ниже. Пока не привел к узкому проходу между отвесными скалами.

- Пойдем?- спросил Абдул-ага.

- Не назад же возвращаться,- буркнул сержант Бронк и первым шагнул в чернильный мрак прохода.

Потянулись часы блуждания в полной темноте. Вскоре стало ясно, что проход оказался входом в пещеру. А пещера оказалась бескрайней.

- Факел бы нам,- в который раз мечтательно повторял Абдул-ага.- Небось, крадемся и не видим, что вокруг сплошные алмазы и изумруды. Ногами золотой песок топчем.

- Факел – это хорошо,- соглашался Бронк.- И золото с алмазами тоже неплохо. Только как бы среди этого невидимого богатства нам с голоду не сдохнуть? Судя по моему желудку – снаружи давно прошло время обеда.

И они продолжали брести куда-то, держась левыми руками за стену, связав себя для надежности поясами.

Желудок сержанта оказался самым точным хронометром. Согласно его урчанию спутники с грустью прощались и с ланчем, и с пятичасовым чаем, и с ужином. Спать легли, обозначив на завтра направление движения парой крупных обломков камней. Может, и вправду - алмазов…

Проснувшись, они долго сидели, разминая закоченевшие конечности, перебрасываясь ничего не значащими фразами. А потом снова шли и шли, чтобы снова забыться тяжелым сном. Так продолжалось несколько дней.

Движения их стали вялыми, они подолгу отдыхали, все чаще делая привалы. Казалось, что пещера никогда не кончится.

Когда вдалеке забрезжил свет, Абдул-ага и сержант сначала не поверили своим глазам. Но с каждым пройденным ярдом свет становился все ярче. Им повезло – если бы на улице была ночь, вполне могли пройти мимо этой расщелины. И затеряться в этой бескрайней пещере.

Глаза слезились, отвыкнув от солнечного света. Радость путников была безмерной.

- Наверное, мы прошли Землю насквозь,- облизывая потрескавшиеся губы, сказал Бронк,- и сейчас выйдем аккурат у паба, где-нибудь возле Эдинбурга.

- Кружка эля и свиная отбивная!- с трудом улыбнулся Абдул-ага.- Сейчас для меня это дороже всех богатств Синдбада-морехода…

- Ничего себе – правоверный мусульманин!- воскликнул удивленный этими словами сержант.- Свиная отбивная – да тебе ее ни по рождению, ни по религии даже видеть не полагается.

Абдул-ага помолчал, глядя на синее небо в двух шагах от них, и тихо сказал:

- Мы с тобой через такое прошли… кому еще довериться? Не мусульманин я. И не иудей.

- А кто?!

- Агент Ост-индской компании. Тайный агент. Чистокровный англичанин Джон Слэшер. Но об этом можно рассказать только майору МакХорну.

- Да я вообще никому об этом рассказывать не собираюсь!- воскликнул потрясенный Бронк.- Подумать только – тайный агент! А иудеи тут при чем?

- Акцент прячу,- улыбнулся «Абдул-ага».

Они посидели у выхода, пока глаза не привыкли к яркому свету и перестали слезиться.

Взору открылась небольшая долина, зажатая горами с белыми шапками ледников на вершинах. На крутых склонах сплошной стеной стояли деревья, покрытые яркой зеленью и неимоверным количеством цветов. В небе летали птицы, поражавшие разнообразной расцветкой. Далеко внизу среди этого буйства красок резко выделялось серое пятно странной правильной округлой формы.

Сержант вышел наружу, сжимая саблю. Следом на мягкую траву шагнул Слэшер.

В кустах справа раздался странный звук – будто кто-то зевнул. Люди уставились в ту сторону, приготовившись встретить опасность.

С кошачьей грацией из кустов медленно вышел огромный леопард, посмотрел на замерших солдат, снова зевнул, показав огромные клыки. И без малейшего интереса прошел в нескольких шагах от оцепеневших людей, мгновенно растворившись в зарослях.

- Ты понял, Бронк?- шепнул, придя в себя, Слэшер.

- Что? Что я должен был понять?

Тайный агент Ост-индской компании издал сдавленный смешок:

- Ну, да. Ты ведь старый солдат. Умеешь воевать, командовать и подчиняться приказам. А такой ерунде, как анализ, тебя не учили, верно?

- Верно…

- Помнишь рассказ сикха? Про тигра рядом с козой? Кажется, мы угодили в ту самую долину.

-С чего ты так решил?- разинул от удивления рот сержант.

Слэшер широким жестом обвел окрестности:

- Посмотри вокруг. Это хоть немного похоже на ту проклятую выжженную каменно-пыльную страну, по которой мы проехали несколько сотен миль? Где ты видел такую зелень? А леопард? Готов поклясться, что он впервые увидел человека! В индийских джунглях выйдет вот так, запросто, леопард к человеку? Бронк! Мы в раю! Да ты в небо глянь – ни одной знакомой птицы!

Бронк долго думал над предположением спутника.

- Возможно, ты прав,- сказал он, наконец.- Либо мы умерли в пещере и угодили в рай обычным для каждого христианина путем. Но все мое тело болит и ноет, и пахну я, скорее всего, еще хуже, чем ты. Не думаю, что в раю души пахнут потом. Ты прав. И что?

- Как что?! Приятель, мы в нескольких шагах от того самого заветного озера Последней Надежды! Одной капли воды хватит сделать каждого из нас равным богам! А мы стоим здесь, как последние болваны и выясняем, кто хуже пахнет. Вперед!

- Ты забыл о страже,- хмуро одернул спутника сержант.- Наверняка они не обрадуются нашему появлению в долине. Леопард, возможно, не убивает местных овец. Но на нас это правило, вряд ли, распространяется – мы не местные. До купания или после – не важно. Первая же встреча со стражей станет нашей гибелью.

Слова Бронка сильно охладили пыл Слэшера. Тем не менее, они осторожно двинулись вперед, изучая окрестности. Вскоре на пути попалось усыпанное плодами персиковое дерево. Забыв об осторожности, спутники бросились к фруктам и перестали их поедать лишь, когда заболели животы.

Утолив голод и жажду, они повеселели и дальше пошли смелее, однако соблюдая привычную каждому военному осторожность.

На берег озера они вышли уже на закате.

Озеро было совсем небольшим – ярдов тридцать в диаметре. С одной стороны его почти полностью накрывал огромный базальтовый карниз, который они разглядели еще по выходу из пещеры.

- Каменное веко,- благоговейно прошептал Джон Слэшер.- Все сходится. Не все сказки врут, оказывается!

Они сидели, затаившись, в кустах, ожидая наступления темноты. То, что до сих пор им не встретилось ни одного стража, заставляло нервничать еще больше.

- Тоже, небось, сидят в кустах,- ворчал Бронк.- Только вылезем, как прихлопнут… давай, агент, анализируй ситуацию, раз уж из нас двоих этому учили только тебя.

- Да все просто,- подумав, ответил Слэшер,- их ведь здесь не один десяток, верно? Значит, должен быть поселок. База с казармами, тренировочные площадки, кухня – все, что помогает мужчинам заниматься службой. Мы прошли долину насквозь и никого не встретили. Значит, стражей в долине нет. Их лагерь, скорее всего, там, где находится вход в долину. Не волнуйся, сержант! Если хочешь, можем остаться тут навсегда. Гарантирую вечную жизнь!

- Вечная жизнь – это хорошо,- вздохнул Бронк,- только, боюсь, мне такая жизнь быстро наскучит. Ни выпивки, ни женщин. Да и мясо тут под запретом. Нет, я хочу обратно.

- Там тобой будут снова командовать сопливые юные лорды, ставшие начальниками лишь по праву рождения, а не благодаря уму…

- А тут через пару лет моей тещей станет какая-нибудь обезьяна!- возразил Бронк.

Слэшер прыснул со смеху, зажал рот руками и повалился в траву, распугав тучу мелких светящихся бабочек.

Когда в воде отразились первые звезды, они выбрались из кустов и осторожно подошли к озеру.

- Флягу не потерял?- спросил Слэшер.- Отлично. Наберем сразу две.

Бронк отдал флягу, разулся и по влажной от росы траве шагнул ноющими от усталости ногами в озеро.

Показалось, что вода нехотя расступилась под заскорузлыми подошвами сержанта.

- Джон!- не удержался от удивления Бронк,- знаешь, если бы я весил вдвое меньше, то сейчас прогулялся по воде точно как Иисус Христос!

- Да, странный состав,- ответил Слэшер,- еле набирается во флягу. И тяжелая, словно я не воды налил, а песка насыпал. Обувайся. Нам еще фруктов набрать надо. И дорогу найти, чтобы покинуть этот рай живыми…

При этих словах хотевший искупаться в озере Бронк помрачнел, но не перестал раздеваться. Правда, вместо планировавшегося заплыва до противоположного берега, ограничился быстрым окунанием – Слэшер отчего-то начал нервничать и торопить.

Вода приятно охладила тело, сняла боль и усталость. Так бы и плавал тут – подумал Бронк, нехотя вылезая на берег. Слэшер купаться не стал.

Они нарвали каких-то кисло-сладких ягод, распихав их по карманам. К выходу из долины дошли уже глубокой ночью.

Все оказалось именно так, как предположил тайный агент всесильной торговой компании – стража стояла, закрывая вход. Вдалеке слева виднелись несколько огней – видимо, там и расположилось поселение стражей озера.

Четверо высоких крепких парней сидели у небольшого костерка и негромко переговаривались на непонятном языке – не афганском, не индийском, не персидском.

- Ты солдат, вот и придумай, как проскочить,- шепнул Бронку в ухо Слэшер.- Только атаку не предлагай. Подумай – иногда это бывает полезным.

Бронк думал недолго. Не сводя глаз со стражников, он наклонился, нащупал несколько булыжников величиной с кулак. Разогнулся, прикинул расстояние. И бросил два как можно дальше за спины караульных.

Вскоре вдалеке раздались звуки, словно кто-то неосторожно шагал по каменистой осыпи. Стражники замолчали и повернулись в ту сторону.

- Они ведь люди?- спросил еле слышно сержант.- Значит, за границей света от костра ничего не увидят. Пойдут проверять, что за шум. Непременно пойдут.

Он размахнулся и бросил в том же направлении еще пару камней. И стражники повели себя, как все нормальные люди – бросились врассыпную, выхватили сабли, отступили в тень.

- Еще разок,- пробормотал Бронк и метнул новую порцию камней.

- Мы тут будем ждать рассвет?- нервно спросил Слэшер.

- Ушли проверять, кажется. Быстро проскакиваем костер и сразу берем правее, прижимаемся к скале,- скомандовал сержант.- Там по ситуации – либо бежим со всех ног, либо затаиваемся, если эти ребята окажутся слишком близко.

Они побежали, срывая дыхание, страшась одного – споткнуться о невидимые препятствия.

Первобытная тьма приняла их в свои ледяные объятия. Лавируя среди каменных глыб, беглецы старались отбежать от входа в чудесную долину как можно дальше.

Внезапно на их пути выросла темная фигура человека с саблей в руке. Бронк выдохнул ругательство и бросился на стражника.

Тот замер от неожиданности, хотел было закричать, но сержант сбил его с ног и, удерживая левой рукой за кисть с саблей, правой сжал горло стражника.

Противник был и моложе, и сильнее Бронка. Сержант понял это сразу. Поэтому даже удивился, почувствовав, что тело под ним внезапно ослабло и перестало шевелиться.

- Вставай, солдат,- прохрипел Слэшер, вытирая кинжал об кафтан мертвого стражника.- У нас есть шанс оторваться – они носят кольчуги. Черт, еле нашел, куда воткнуть.

Они бежали до самого рассвета, останавливаясь лишь затем, чтобы перевести дыхание. Первые лучи солнца застали их на неширокой каменной гряде.

- Дьявол,- Слэшер опустился на колени, жадно хватая ртом разреженный воздух,- еще сотня ярдов, и я умру от усталости.

Бронк пожал плечами:

- А я чувствую себя отлично. Нигде ничего не болит, хотя пару раз чувствительно приложился ногой к камням. Готов бежать хоть целый день. Вообще, давно не чувствовал себя так прекрасно. Будто вернулась молодость.

- Надо было тоже искупаться,- вздохнул Слэшер.- И чего испугался? Был бы сейчас, как ты – молодой и равный богам.

- В смысле?

- В прямом. Купание в озере возвысило тебя над человечеством. Теперь ты почти бог. Забыл, что рассказывала мать маленькому сикху Гурдже – вечная ему память? Можешь под пулями теперь кланяться только затем, чтобы сорвать приглянувшийся цветок.- Он коротко хохотнул.- Твоя смерть, Бронк, отложила косу и сейчас в полном расстройстве пьет бренди.

Сержант пожал плечами, прислушался к своим ощущениям. Вроде бы ничего нового. Хотя… на месте давно выпавшего зуба под заросшей десной наметился ощутимый бугорок. И курить не тянуло совершенно. Ерунда? Скорее всего.

Он вытащил из вещевого мешка тяжелую фляжку с водой из озера. Открыл, понюхал.

Джон Слэшер молча наблюдал за его действиями.

- Интересно, какова она на вкус?- спросил его Бронк.- Ты не пробовал?

- Не имею привычки пить то, о чем не понимаю,- ответил Слэшер.

- А я имею,- вздохнул сержант и с опаской приложился к горлышку.

Вода лилась тягучей струйкой, вызывая желание не пить, а откусывать по кусочку.

Во камням внезапно застучали стрелы. Бронк почувствовал сильный удар в спину. Слэшер сдавленно охнул и захрипел – одна стрела торчала у него из груди, вторая насквозь пробила шею.

Бронк бросился на землю. Сзади что-то громко хрустнуло, кольнуло в груди, однако двигаться больше ничего не мешало.

- Беги,- прохрипел Слэшер.- Доберись до наших и отдай фляжки любому представителю Ост-индской компании. Проведешь остаток своей вечной жизни в роскоши. Стражи умеют убивать даже равных богам – помни об этом! Береги фляжки. Прощай, сержант…

Бронк затравленно оглянулся и вздрогнул от ужаса – одна из стрел стражников озера почти на ладонь вошла в монолитную каменную стену…

Он бежал по каменной гряде, лишь изредка переходя на шаг, чтобы восстановить дыхание. Усталости не было вообще. Казалось, что ноги сами по себе несут его, выбирая самый удобный путь.

Миль через десять паника отступила, вернулась солдатская смекалка и здравый смысл. Теперь он не мчался, сломя голову, а выбирал цель, по достижении которой делал краткий отдых, выбирал новую и снова бежал. Красный мундир насквозь пропитался потом и покрылся толстым слоем пыли. Рукава и колени превратились в лохмотья.

Поднявшись на очередную гору, Бронк оглянулся и впервые увидел преследователей. Восемь или десять черных фигурок шли по его следу, отставая на добрых пару часов.

Наступила ночь, но Бронк не останавливался. Он нисколько не устал. Более того, несмотря на отсутствие луны, он все равно прекрасно видел окружающую его местность.

Сержант больше не сомневался в правоте покойного агента – они побывали в раю и умудрились там украсть чудодейственную воду, благодаря которой он сейчас и чувствует себя так превосходно. На всякий случай во время привалов Бронк делал по маленькому глотку – было бы обидно лишиться сил, карабкаясь по отвесным кручам Гиндукуша.

Прихваченные с собой ягоды потемнели и ссохлись, потому что он вспомнил о них лишь на пятые сутки непрерывного бега.

Каждый раз, поднявшись на очередную вершину, сержант смотрел назад. Но преследователей больше не было видно. Может, махнули рукой. Но, скорее всего, просто ему удалось оторваться.

День за днем он шел без остановок и ночевок, спускаясь в узкие долины, карабкаясь по отвесным стенам, проваливаясь по шею в снегах ледников. Направление держал постоянное – на юг.

Когда одна из фляг опустела, Бронк заполнил ее ледяной водой из горной речушки.

Крепость, окруженная садами, показалась на рассвете. Бронк сразу узнал ее – Джелалабад. Отсюда их летучий отряд начал свой путь на север Афганистана. Сильный и большой гарнизон, непременный представитель Ост-индской компании – что еще нужно для счастья?

- Сержант,- сказал сэр Эдвин, в глубокой задумчивости расхаживая по комнате, хлопотами доктора Ричардсона превращенной в изолятор для вернувшегося,- ваш рассказ просто невероятен. Прямо сказка из «Тысяча и одной ночи». Озеро с волшебной водой, рай на земле… ну, какого черта кусок парадиза оказался именно здесь?! Глупость какая-то! Дикая пустынная местность, горы, да песок. Может, все было проще, сержант? Отлежались в каком-нибудь кишлаке, вволю накурились опиума, а? Вот вам все и померещилось. Все-таки, четыре месяца отлучки – это фактически здорово похоже на дезертирство. Особенно, когда идут боевые действия. Вы в курсе, как нам наваляли под Майвандом? Нет? Сомневаюсь.

- Доложите обо мне майору МакХорну,- попросил Бронк потухшим голосом.- У меня есть, что сказать ему о судьбе Дж… Абдул-аги.

- Вы говорили, что все это время шли по горам?- спросил доктор, пряча в карман стетоскоп.- Голубчик, вы в превосходной форме. Ни истощения, ни болезней. Чем вы питались?

- Вот,- Бронк вытащил несколько оставшихся засохших ягод,- и воду пил. Из того самого озера.

Сэр Эдвин и доктор Ричардсон не смогли сдержать усмешки.

- Детский лепет, право слово, сержант,- мягко укорил подчиненного сэр Эдвин.- Ни один военный трибунал это даже слушать не станет. Вы отличный солдат… были, Бронк. Мне искренне жаль будет вас расстреливать. Хотите бренди? В знак моего к вам расположения?

Сэр Эдвин вынул из кармана небольшую плоскую серебряную фляжку и щедро налил напиток в кружку, стоявшую на тумбочке возле кровати.

Бронк затравленно огляделся, трясущейся рукой взял кружку и выпил содержимое по-армейски – одним глотком. Замер, выронил кружку. Захрипел, схватившись руками за сердце. И рухнул навзничь, уставив враз остекленевшие глаза в потолок.

- Что вы наделали?!- заорал перепугавшийся доктор.- Вы, что, отравили его?!

- Как же это?- растерянно пролепетал сэр Эдвин.- Невозможно… бренди? Но ведь мы его с вами час назад пили… превосходный бренди… отравлен?! Меня хотели отравить?!

- Идите прочь!- продолжал орать Ричардсон.- Немедленно!

- Но… куда?

- К черту! Убирайтесь отсюда вместе с вашим бренди! Дьявол вас раздери, лейтенант!

Пытаясь сохранить горделивую осанку, сэр Эдвин быстрым шагом покинул изолятор. Растерянность в нем смешалась с обидой.

- Да как он посмел кричать на меня?- бормотал он на ходу, ожесточенно потирая побагровевшее лицо.- Кто он такой, чтобы сметь повышать голос на будущего члена палаты лордов? И бренди этот чертов… откуда мне было знать, что проклятый сержант умрет? Все так неожиданно получилось…

В совершенно расстроенных чувствах он дошел до своей квартиры и завалился на диван, даже не позволив денщику снять с него сапоги…

Через несколько часов, на закате, в комнату вошел денщик.

- Сэр,- почтительно сказал он,- наш доктор просил вас срочно зайти к нему. Сказал – дело государственной важности. Он ждет вас в прозекторской.

- «Он ждет вас в прозекторской»,- передразнил денщика сэр Эдвин.- Схожу уж, раз дело государственной важности. Мог бы и извиниться, между прочим. Хотя, передавать извинения через чернь – тоже походит на оскорбление.

Даже чудовищный аромат карболки, царивший в прозекторской, не мог перебить запаха гниющего человеческого тела.

Ричардсон не стал извиняться, что слегка покоробило сэра Эдвина.

- Смотрите,- доктор, как ни в чем не бывало, ухватил его за рукав и потянул к столу, на котором лежало рассеченное скальпелем тело.- Видите? Это наш сержант. Понимаете?

- Что я должен понимать?- холодно осведомился сэр Эдвин, прижимая к лицу пропитанный дорогим одеколоном платок.

- Он умер четыре часа назад, на наших глазах. За эти четыре часа его тело почти полностью разложилось. Будто сержант умер давным-давно! Вот что я извлек из тела.

Доктор натянул перчатку и взял с соседнего столика небольшой предмет. Сэр Эдвин с любопытством принялся его разглядывать.

- Это же наконечник стрелы,- сказал он, на время забыв об обиде.

- Верно! А знаете, откуда я его вытащил? Из сердца!

- Из сердца?- тупо переспросил ничего не понимающий сэр Эдвин.

- Да! Наконечник пробил сердце и остался в нем. Наш сержант должен был умереть на месте.

- Я слышал, что некоторые жили с пулей в сердце…

- Размеры, сэр! Свинцовая горошина и трехдюймовый кусок железа – это огромная разница. Наконечник разорвал сердце почти напополам.

- Да?

- И с таким ранением – однозначно смертельным!- Бронк дошел до Джелалабада!

- Интересно,- сказал совершенно запутавшийся в деталях сэр Эдвин.- И какой вы делаете из этого вывод?

Доктор Ричардсон бережно положил наконечник стрелы обратно на столик, медленно снял перчатку, откашлялся и торжественно произнес:

- Сэр, сержант Бронк не соврал. Очевидно, что купание в мифическом озере наградило его организм чудесными возможностями. Озеро Последней Надежды существует. Оно не легенда. И у нас есть важное доказательство – фляга с водой. Завтра же истребую отпуск. Необходимо срочно доставить воду в королевскую медицинскую академию для анализа и опытов. Сэр Эдвин, мы с вами войдем в историю, как спасители человечества!

Сэр Эдвин славился в офицерской среде умением в критических ситуациях мыслить стремительно. Так вышло и в этот раз. Он лишь оглянулся на фляжки с висевшими на них этикетками с надписями по латыни – доктор уже начал готовиться к отъезду – и мгновенно принял решение.

- Сэр Эдвин,- попросил доктор, склонившись над своим дорожным сундуком,- подайте, пожалуйста, фляжки. Аккуратнее, прошу вас.

- Да, конечно,- сказал сэр Эдвин, шагнул вперед, встал за спиной доктора, просунул стек ему под подбородок и, прижав к себе, принялся душить.

Доктор Ричардсон был сильным мужчиной. К тому же он ужасно не хотел умирать. Даже стоя на коленях, он умудрился изрядно потаскать сэра Эдвина по всей прозекторской. Ему даже удалось схватить со стола скальпель и нанести несколько ран своему бывшему приятелю, оставив глубокие порезы на руках и даже щеке сэра Эдвина.

Но сэр Эдвин был молод и настойчив. К тому же он не забыл нанесенной недавней обиды. Поэтому он отпустил доктора лишь, когда тот обмяк и перестал шевелиться.

- Да,- сказал, переводя дух, сэр Эдвин,- оказывается, нелегко из потенциального члена палаты лордов стать реальным кандидатом в каторжники. Но вы сами виноваты, док. Глупо держать в руках эликсир вечной жизни, чтобы отдать его выжившим из ума старикам академикам. Это все равно, что вам дали нож перерезать веревку на вашей шее, а вы им перерезали собственное горло. Извините, мистер Ричардсон, но вы – идиот.

Первым делом он затолкал тело доктора под стол и прикрыл различным тряпьем. Потом он занялся собой – кровь обильно текла из порезов.

Сэр Эдвин нашел чистую салфетку, открыл одну из фляг и осторожно вылил на ткань несколько капель влаги. Вода собралась в углублении, словно это была ртуть – в форме шара. Когда она нехотя впиталась, сэр Эдвин осторожно вытер кровь с руки. И остолбенел – вместе с кровью исчез и длинный разрез, нанесенный острым скальпелем.

- О, мой бог! Это даже превзошло все мои самые нескромные ожидания,- прошептал он, не веря своим глазам.- Каждая капля этой жидкости стоит больше, чем вся Британская империя! Во всяком случае – для меня. Не знаю, получится ли жить вечно, но жить бесконечно долго – я постараюсь…

Он протер все места порезов, с каждым разом убеждаясь – работает! В последнюю очередь вытер лицо, вглядываясь в засиженное мухами зеркало. Подхватил фляжки и вышел на улицу.

- Приготовь лошадей,- приказал сэр Эдвин денщику, дремавшему на стуле в прихожей.- Мы уезжаем. Срочная командировка.

Денщик захлопал сонными глазами, недовольно скривился, но перечить не посмел. Вскоре две лошади уже стояли у дверей.

Сэр Эдвин побросал в саквояж самые ценные вещи, сунул туда пять пачек патронов к револьверу, обе фляжки.

Стек! Он забыл его в прозекторской!

Возвращаться не хотелось страшно, но сэр Эдвин пересилил себя, глотнув для храбрости чудодейственной воды. И на ватных ногах, инстинктивно прячась в самых густых тенях, подкрался к месту своего преступления.

В прозекторской кто-то был. Сэр Эдвин заставил себя подойти ближе, хотя холодный пот градом катился из-под надвинутой на лоб дорожной шляпы.

- Она была здесь,- донесся из открытого окна голос.

Странное дело – говорил неизвестный на явно незнакомом языке, но сэр Эдвин понимал каждое слово так же ясно, как если бы говорили на английском.

- Кто-то унес ее совсем недавно.

- Ты собрал все капли?- спросил второй голос.

- Да. Выжал из тряпки. И из мертвого извлек почти с половину кувшина.

- Нужно найти остальное. Ты чувствуешь ее зов?

- Где-то рядом еще немного. А остальное дальше.

- Пойдем. Осторожнее, нельзя привлечь внимание. Эти люди умеют стрелять огнем.

Сэр Эдвин на цыпочках отошел от окна, глубоко вздохнул и бросился к лошадям. Денщик уже привязал саквояж хозяина к седлу.

Они неторопливо проехали мимо караула, немного задержались у закрытых на ночь ворот. Спорить с будущим лордом и даже, возможно, пэром Англии пожилой сержант не решился, а сикхам было глубоко безразлично, отчего это офицер решил ехать ночью, да еще без полагающейся по статусу охраны.

- Быстрее!- крикнул сэр Эдвин денщику.- Гони, словно за нами гонятся все жители ада!

Но денщик неожиданно заупрямился:

- Сэр,- сказал он, останавливая лошадь,- Вам не кажется, что мы совершаем безумство? Ехать ночью по чужой стране… я боюсь. Вам-то что, вас выкупят родственники.

- Господи,- тяжело вздохнул сэр Эдвин,- мне только бунта черни сегодня не хватало.

Он оглянулся – стен крепости было уже не видно, подъехал к денщику, вытащил револьвер и застрелил его.

- Две лошади лучше, чем одна,- произнес он философски, перехватил повод из рук падающего денщика и привязал к луке своего седла.- Выстрел, конечно же, слышали. Но выяснять станут только с рассветом. Куда опаснее эти странные люди из прозекторской. Так что не стоит испытывать судьбу – до Бомбея путь не близкий…