Хрустальный грот

Глава 1

Двое всадников, ехавших через лес, наверняка вызвали бы удивление тех, кто их увидел – оба, несмотря на явную усталость и походный наряд, состоявший из простой шерстяной туники, охотничьих брюк и теплого плаща без капюшона, прямо держались в седле и уверенно правили своими скакунами – точнее, вороным скакуном, на котором ехал первый и серой в яблоках кобылой, принадлежавшей его спутнику. Впрочем, вряд ли кто-то наблюдал за ними – эта часть Уэссекса была наиболее безлюдной, и последние деревни остались в нескольких днях пути. Чужаков, пришедших из-за моря, здесь тоже не было – в эту часть Британии северяне все еще не пробрались. Хоть и мало было сомнений, что это вопрос времени – несмотря на удачу при Эшдауне, ход войны едва ли складывался в пользу саксов. Это и послужило причиной, побудившей короля Этельреда и его младшего брата Альфреда отправиться инкогнито в долгую дорогу, в финале которой их, как считал король, ждет помощь, способная переломить исход войны. Альфред не разделял его оптимизма, но понимал, что перечить брату бессмысленно – как бессмысленно было и жаловаться на тяготы пути.

Лесной чаще, наконец, надоело пытаться удержать путников – ветви разошлись, и братья медленно выехали на залитую лунным светом поляну, в центре которой был насыпан огромный курган. Наездник вороного спешился и неторопливо подошел к нему, втянув ноздрями свежий лесной воздух.

– Это здесь, – глухо обратился он к брату. – Мы нашли его, Альфред, мы все же нашли его. Я говорил тебе, что это не просто легенда.

Альфред, оставшийся в седле, пожал плечами:

– И как ты попадешь в курган, брат? Даже если это не легенда, и действительно пришло время древнему королю и его воинству дать отпор врагам Британии – как ты собираешься его разбудить?

Этельред, не ответив, двинулся по поляне в обход кургана. На какое-то время он скрылся из виду, а затем взволнованно окликнул брата с другой стороны огромного захоронения:

– Сюда! Я нашел вход!

Младший брат спустился с кобылы и направился к нему. Король Уэссекса стоял перед нагромождением камней, среди которых смутно угадывались очертания двери.

– Здесь должны были быть письмена, – холодновато промолвил Альфред. – Но время их не пощадило. Как ты откроешь курган, брат?

Этельред вновь не удостоил его ответом. Достав из ножен на поясе короткий охотничий нож, он поднял руку и, прежде чем брат успел остановить его, коротко скользнул им по левой ладони. Кровь в лунном свете казалась практически черной.

– Кровь королей Уэссекса, – процедил он сквозь зубы. – Вот что откроет нам путь.

С этими словами он провел окровавленной ладонью по камням и отступил. Брат, покачав головой, отрезал от своего плаща кусок ткани и перевязал ему руку – Этельред, казалось, даже не заметил этого.

Они стояли в тишине, лишь какая-то птица заполошно кричала в ночи.

– Это не сработает, – Альфред начал терять терпение. – Брат, нам лучше вернуться к нашим…

В этот момент смутно угадываемая дверь отозвалась протяжным гулом и медленно начала сдвигаться.

– Помоги, – бросил Этельред, ухватившись за ее край здоровой рукой и пытаясь сдвинуть неохотно поддающуюся каменную плиту.

Вдвоем братья расширили щель так, что в нее мог протиснуться взрослый человек, и положили в нее подобранный неподалеку камень, чтобы она вновь не закрылась. Оказавшись внутри, они какое-то время простояли, вглядываюсь в темноту впереди, как вдруг вспыхнул яркий свет – инстинктивно зажмурившись, они подождали еще несколько мгновений, а затем открыли глаза.

Перед ними была сделанная из камня лестница, уводившая куда-то в глубины кургана. Свет, казалось, исходил от нее самой – во всяком случае, ни Альфред, ни брат не видели его источников. Воздух, на удивление, не казался ни спертым, ни сухим – казалось, что он был такой же, как и на поляне под звездами снаружи.

– Идем, – нарушил молчание Этельред, сжавший здоровой рукой крест, висевший у него на груди. Сделав несколько неуверенных шагов вперед, он как будто отбросил последние сомнения и двинулся вниз по лестнице. Мгновение помедлив, Альфред двинулся за ним.

Лестница превратилась в широкий коридор, по сторонам которого виднелись другие двери, сделанные не то из серебра, не то стали – во всяком случае, это был серебристый металл, потускневший от времени. Весь коридор также был залит странным светом, который исходил из самих стен. Альфред, шагая за братом, немного поразмыслил, как металл и камень могут служить источником освещения, но выкинул эти мысли из головы, не найдя ответа.

Наконец, коридор закончился, и братья оказались в широкой полукруглой комнате. Дальняя ее стена, казалось, была прозрачной – за ней виднелось широкое пустое пространство, терявшееся во тьме. Где-то до уровня половины человеческого роста стена была сделана из металла, казалось, инкрустированного драгоценными камнями, переливавшимися в приглушенном свете, исходившем от потолка, однако, подойдя поближе, Альфред убедился, что это не драгоценности, а тоже не то хрусталь, не то какой-то иной прозрачный минерал, внутри которого были заточены источники света – красные, зеленые, желтые. Этельред, тем временем, подошел к пьедесталу, находившемуся в центре комнаты. На нем ничего не было, лишь круг света, который бил откуда-то из-под земли. Отвернувшись от брата, Альфред посмотрел за хрустальную стену и ахнул от неожиданности – за ней тоже вспыхивал свет. Там, во множестве хрустальных саркофагов, спали… люди? Вглядываясь издали, Альфред мог лишь смутно различить черты лиц, но даже отсюда было видно, что они невыразимо прекрасны – как могли бы быть красивы языческие боги ирландцев или пиктов, о которых складывали легенды и рассказывали бродячие певцы.

Воины были похожи друг на друга и в то же время каждый неуловимо отличался от других. Скользнув взглядом по рядам саркофагов, Альфред остановился на одном, который, казалось, был вдвое больше и массивнее любого из остальных. В нем спал мужчина огромного роста. Высокий лоб венчал тонкий серебряный обруч, инкрустированный драгоценным камнем, богатые одежды отливали золотом, благообразное спящее лицо было обрамлено черной бородой, в которой пробивалась седина.

– Артур, – благоговейно прошептал подошедший к хрустальной стене Этельред. – Видишь, брат – все было не зря. Легенды говорили правду. Хрустальный грот уже здесь, и нам осталось только пробудить короля от зачарованного сна…

Внимание братьев привлек тонкий свист сзади. Обернувшись и одновременно схватившись за оружие, они увидели, что свет, исходивший из пьедестала, как будто стал ярче, затем подернулся туманом, несколько раз вспыхнул, а затем словно из самого этого света соткалась женская фигура, по красоте и изяществу своих черт готовая соперничать со спавшими в хрустальном гроте рыцарями.

– Вы пришли, – мелодичный женский голос, казалось, шел со всех сторон и в то же время звучал в голове у каждого из братьев. Они взволнованно переглянулись.

– Вы пришли, – повторил бесплотный голос. – Кровь королей Уэссекса и хранителей Хрустального грота. Зачем вы здесь?

– Мы пришли просить о помощи, – голос Этельреда окреп. – Британия пала под вражескими мечами. Язычники с севера разоряют наши дома, похищают наш скот и наших женщин, убивают наших мужчин, предают огню наши города. Настал час, когда Британия нуждается в своем истинном правителе.

– Вы пришли пробудить короля и его рыцарей от вечного сна, – голос оставался столь же бесстрастным. – Вернулось ли древнее волшебство со звезд над Британией?

Альфред испытал неприятное ощущение, будто холодок пробежал по спине.

– Мы не знаем о древнем волшебстве со звезд, – резко ответил Этельред, вновь сжав крест. – Настал час отмщения нашим врагам.

– Вы пришли до срока, – невозмутимо прозвучал голос. – Вы не сможете разбудить короля и его свиту с помощью древней магии. Вы сможете это сделать, лишь принеся жертву – иначе той магии, что осталась в Хрустальном гроте, не хватит для того, чтобы развеять чарующий сон.

– Мы готовы! – в голосе Этельреда прозвучала сталь. – Какую жертву нам принести тебе, хранительница Хрустального грота?

– Вас двое. Один должен будет остаться здесь. Плата за пробуждение защитников Британии – его жизнь.

– Брат, это плохая затея. Пусть король и его рыцари спят до тех пор, пока к ним не снизойдет волшебство со звезд – что бы это ни значило, и каким бы ни было это волшебство в мире, сотворенном Господом. Уйдем. – негромко произнес Альфред, осенив себя крестным знамением.

Этельред, казалось, превратился в камень. На худощавом лице боролись гнев, страх и недоверие – и было неясно, кто из них победит.

– Вам откроют дверь, – бесплотный голос, казалось, снова вторгся им в головы. – За дверью находится горнило, в которое должен ступить тот, кто желает разбудить спящих. Второй…

Голос вдруг прервался, затем как будто кто-то невидимый прочистил горло, и они услышали уже другой голос – мужской и произносящий слова, которым не было смысла.

– ...второй из вас должен запустить реактор. Высвободившейся энергии хватит на то, чтобы прекратить гибернацию и экстренно активировать режим выхода из анабиоза. Вы готовы?

– Да, – ответил Этельред, прежде чем брат успел что-то сказать. – Открывай.

Часть стены как будто просто исчезла, открыв темный проем, уводивший куда-то еще глубже. Этельред сделал шаг, но брат преградил ему путь.

– Хранитель грота, ответь мне, – резко сказал Альфред. – Почему такая жертва требуется для того, чтобы вернуть истинного короля Британии?

– Резервное питание на исходе. Гибернация не может, – голос вновь заикнулся и сменился на женский. – Вечный сон не может быть прерван без того, чтобы растопить горнило. Проснувшийся король будет милостив к тем, кто принесет жеррррррр…

Опять металлический лязг.

– К тем, кто докажет, что готов покориться. При досрочном пробуждении активируется протокол контакта, предусматривающий установление военного контроля над примитивами. Рекомендовано сохранение жизни и дальнейшее использование примитивов, готовых выполнять приказы командования. Приоритетом является установление полного контроля над локальной популяцией в Британии и дальнейшее его распространение на близлежащий континент.

– Это бессмыслица, – поморщился Этельред.

Альфред покачал головой.

– Я мало что понял, но одно мне ясно – король начнет войну. И одними данами здесь не обойдется.

– И что с того? – потерял терпение Этельред. – Главное, что мы сбросим захватчиков обратно в море, где им и место. Чего ты хочешь, брат? Договориться с ними миром? Они не способны на это.

Он обошел Альфреда и направился в дверной проем, но остановился и обернулся на пороге.

– Тебе предстоит править Уэссексом, брат. Докажи, что ты этого достоен.

– Достоен?! – Альфред, наконец, не сдержал чувств. – На одной чаще весов – победа над данами ценой твоей жизни и еще более чудовищной войны в будущем. На другой…

– На другой – гибель той Британии, что мы знаем, захват Уэссекса дикарями-северянами и наша смерть в бою. – Этельред усмехнулся, хотя больше это походило на оскал. – Любому королю придется делать тяжкий выбор. Пора и тебе.

– Я его уже сделал, – не дожидаясь ответа, Альфред потянул меч из ножен и, прежде чем брат успел что-то сказать, изо всех сил всадил его в пьедестал, над которым парила сотканная из света фигура. Раздался треск, скрежет, вокруг меча взметнулся сноп искр. – Пусть Артур извлечет этот меч из камня, когда проснется!

– Враждебные действия примитивов в пункте управления гибернацией, – бесстрастно произнес металлический голос. – Активирован режим чрезвычайной ситуации...

Впрочем, братья уже не слышали этого – и Альфред, и Этельред бежали по коридору под жуткий протяжный вой, как будто стая волков гналась за ними. Взлетев по лестнице, ведущей к дверям, они увидели, что камень, подложенный в дверь, уже пошел трещинами. Протиснуться наружу они успели как раз вовремя перед тем, как он окончательно раскрошился, и дверь с грохотом встала на место. Земля под ними содрогнулась, а затем настала тишина.

Какое-то время братья сидели в молчании. Затем Этельред, не говоря ни слова, подошел к вороному, взял его под уздцы и пошел обратно на ту тропу, по которой они пришли. Альфред проводил его взглядом, покачал головой и тоже направился к своей лошади.

Историческая справка.

Король Этельред погиб через несколько недель после битвы при Эшдауне, пав в бою с данами при Гемпшире. Альфред, взошедший на престол, длительное время боролся с северянами, заключив в 878 г. перемирие, по которому им отошла часть Британии, позднее получившая название Данелаг – «область датского права». Перемирие систематически нарушалось; король Альфред до своей смерти в 899 г. боролся с данами, вписав себя в историю, как единственный английский король, прозванный впоследствии «Великим».