Здравствуй, Реальность!

Глава 1

Был полдень. Я приближался к показавшемуся сквозь туман Перекрестку. Его так окрестили обитатели маленького мирка под названием Алегония. Откройте любую книжку в стиле фэнтези, потом загляните сюда на кружечку эля и сразу убедитесь, что весь набор сказочно-мифологических персонажей в наличии: эльфы и гномы, тролли и баньши, драконы, ведьмы и ведьмаки, рыцари и принцессы, короли и придворная знать, вурдалаки и скромные цветочные феи — на вкус и цвет устанешь выбирать. И весело с ними, и грустно, и напоят-накормят, и пинка могут дать. Не соскучишься.

Говорила мне мама: «Не читай много сказок — в детстве останешься». Не послушал, застрял. Утащила к себе волшебница-Сказка!

Ладно, что-то я отвлекся. О Перекрестке нужно сказать, о буфере между мирами. О двери с бесконечным количеством замочных скважин. С отдельным нюансом — я ее действительно ДВЕРЬЮ вижу: подошел, открыл и гуляй к другим Сочинителям, а вот местные жители видят ее дорожным перекрестком. Только не могут по тем дорожкам ходить — на невидимую границу натыкаются. Ничего не поделаешь — и тут свои законы работают: монопольное право туда-обратно шастать — только у Сочинителей. А то и они не смогут — кодовый замок врежу! Шутка.

Решили тогда алегонцы к Перекрестку двух гномов-стражей посадить. Для сбора информации и охраны Государственной границы. Пусть. Везде должны соблюдаться закон и порядок.

Итак, подхожу к Перекрестку и что вижу? Сидят на пенечках два тунеядца бородатых и в преферанс режутся. Шлемы рядом (вместо кастрюль), кольчуга на травке разложена, бороды рыжие по ветру развеваются, косоворотки красные на волосатой груди распахнуты. Идиллия!

— Здорово, братва! — прячу улыбку.

— Здорово, коль не шутишь! — дружный бас луженых глоток.

— Смотрю, вы здесь не скучаете.

— Да лучше бы под Горой работали! — начал жаловаться один, сжав здоровенные кулачищи. — Новый тоннель к Центральному гроту долбить надо, рабочих рук не хватает, а мы тут вот — воздух стережем.

— А я слышал, что новую золотую жилу братья обнаружили! — подхватил второй гном, моложе первого, розовощекий, с длинной пушистой бородой и добрым взглядом. — Туда бы сейчас! Давно кирку не держал!

— С Государством, господа гномы, не поспоришь, отправило на службу — служите, чего теперь сопеть и дуться? — нарочито изображаю преподавательский тон.

— Да мы что? Мы — ничего! — расстроенно пробубнила охрана Государственной границы. — Только вслух о прошлом мечтаем. Нельзя?

— Мечтать пока бесплатно можно, — успокаиваю я гномов. — Да не смотрите вы на меня так!

— А как мы должны смотреть на придворного менестреля, если вместо того, чтобы спеть что-нибудь душевное, он строит из себя зануду? — неожиданно осмелели гномы.

— Что вам спеть? Баллада-рулада «О вреде шоколада» подойдет?

— Небось принцессе целыми вечерами «виртуозы» выводишь, а нам — простым смертным — все никак не расщедришься пару веселых ноток извлечь? — обиженно произнес розовощекий молодчик.

— Верно, Мастер, тебе же нетрудно, зато как нам приятно будет! — поддержал розовощекого здоровяк.

Ну что делать? Уважил я горное племя. Достал из-за спины лютню, немного подстроил и запел:

Летел по лужам пулей шут,

Забыв, что надо во дворец,

Пьянчуга, бабник, вечный плут,

Веселый, в общем, «бубенец».

Его любили при дворе,

Не относясь, как к погремушке:

Советчик в деле и игре

И на макушке держит ушки...

А вот сегодня — сплоховал,

Повисла жизнь на тонкой нитке,

Еще король бы не узнал,

Что у его был фаворитки...

До важной карточной игры

Осталось только семь минут.

«О Боги! Будьте же добры», —

Впервые помолился шут.

Сдавали карты королю —

Был хмур он, мрачен, как скала:

«Смешилке голову срублю!

Продую — встанут все дела…»

Дверь распахнулась, в тронный зал,

Дождинки бисером роняя,

Шут на свинье хромой вскакал,

Всего за миг до нагоняя…

Король тогда всех обыграл,

Был в преотличном настроенье:

Шута собакам не отдал

И закатил всем пир-веселье.

Но фаворитка родила,

Шуту потом… троих детей,

Король кричал: «Как ты могла?

Обоим всыплю вам плетей…»

Однако их король простил:

Наследник тоже появился,

А шут наш счастливо зажил

И не жалеет, что женился.

Звук последнего аккорда растворился в пространстве. Я отложил лютню и поклонился гномам. Раздались громкие аплодисменты.

— Спасибо, Мастер, заходи еще! — улыбнулись гномы.

Я улыбнулся и побрел к Дверце. В следующий раз нужно будет обязательно навестить тролля Рашука — давно приглашал поиграть в нарды. И еще Зеленого Огневика — маленького дракончика: море анекдотов знает, душа любой компании.

Вернусь еще к вам, дорогие мои, а сейчас…

Я вставил ключ в замочную скважину и окутался бело-синим дымком. Когда он рассеялся, я стоял посреди небольшой комнаты. Никаких изменений за время отсутствия хозяина: письменный стол завален «нужной» ерундой, шеренги книг на полках, кот Прохор посапывает на кресле.

Дверь комнаты тихонько заскрипела (смазать бы, но все руки не доходят), и в проеме показалась голова Наты:

— Алекс, очнись! — жена у меня не сердитая, но иногда читает морали. — Тебе сегодня в час рукопись сдавать! Все мыслимые сроки уже прогорели, а еще молока купить нужно и вообще продуктов — с новой подработкой я сегодня уже никуда не успеваю. Прошка проснется, а миска пустая… Такой концерт устроит…

— Окей! Все сделаем, как в лучших домах.

— Знаю я твои дома и страны, — усмехнулась Ната, но фразу не продолжила. Просто закрыла за собой дверь. Я же поскучнел и тихо произнес:

— Ну, здравствуй, Реальность...