Вампир на диете

Глава 1

– Если мне придется ещё хоть раз пить куриную кровь, клянусь, я за себя не отвечаю!

Арман широкими шагами пересекал просторную гостиную взад и вперед, его недовольство ощущалось физически, стоило только взглянуть на него. Он был так возмущён и зол, что Кармилла, сидящая за столом, не смела и слова проронить. Она ждала, когда он наконец выплеснет весь запал наружу. «Да-а-а… Правильно говорят: голодный мужчина – страшнее волка, а голодный вампир – и того хуже», – подумала Кармилла. Вампирша с пониманием следила за Арманом, и когда тот чуть сбавил свой шаг и замолчал, решила напомнить о себе:

– Милый, давай ты перейдешь на индейку? Её сложнее достать, она дороже, но говорят, что вкуснее и результат может быть лучше, люди же на ней активно худеют.

– Индейку?! Ты совсем сдурела? Я за три месяца на куриной крови ни грамма ни скинул, с чего ты взяла, что индейка даст результат?

Арман развёл рукам, громко и нецензурно выругался и удалился в сторону кухни. Было слышно, как он открывает холодильник, наливает себе что-то в стакан и залпом выпивает, попутно браня все вокруг. «Куриная кровь», – тяжело вздохнула Кармилла, перекинув ногу на ногу. Не прошло и двух минут, как Арман вернулся в гостиную и продолжил свою тираду:

– Ну, скажи мне, что мне делать? Я с ума уже схожу. Может, переедем в Африку? Говорят, там многие недоедают, кровь у них диетическая. Давай?

– Арман, Дракула с тобой! Да как же мы уедем? Там солнце печёт так, что даже ночью душно! Как мы клан свой оставим? Где жить-то будем, с кем общаться? Там же одни дикари!

Арман схватился за голову.

– Да-да, знаю. Ну что я, виноват, что ли, что меня обратили в пик моей апатичности к миру? Меня никто не предупреждал, что я вампиром смогу стать! Что однажды, в Амстердаме, в подворотне, по пути в отель, меня, жирного и никчёмного, возьмёт и укусит вампир? Ты, Кармилла, вампир уже почти четыреста лет, но я тебе напомню, что у людей нет доказательств, что вампиры существуют, только фильмы всякие, но кто в них верит-то взаправду?

– И что ты предлагаешь, Арман? Заранее предупреждать людей – мол, здравствуйте, я вампир, да-да, я существую, у вас полгода привести себя в порядок, прежде чем я вас съем на ужин и обращу в свой вид. Так, что ли?

– Не уходи от темы. Как мне похудеть? Давай уедем, а?

– Так, я тебя люблю, конечно, но порядком устала от твоих заморочек! Последний раз повторяю: вампиры – не худеют! Ну кто ж знал, что некоторые болезни после укуса не проходят и ожирение в их числе! Да, раньше клан тщательнее следил, чтобы обращать только худых и красивых, но сейчас времена другие. А я тебя люблю любым, понял?

Арман резко опустился в кресло и принял позу мыслителя. Уткнулся кулаком в подбородок и направил взгляд в угол комнаты. Кармилла встала, подошла к нему, уселась перед ним на колени и прижала голову к его ногам. – Хочешь, я с тобой буду куриную кровь пить? За компанию, так сказать, чтобы ты не один мучился. Хочешь?

«Вампиры не худеют, ага, конечно, как будто вы пробовали. У вас вообще жирных кусать не принято, вот вы и не пробовали, потому что никому не надо было. На мне ваша система сломалась, я первый жирный вампир и я докажу, что вы ошибаетесь!» Арман резко вскочил и начал одеваться, уже в коридоре он обернулся и сказал:

– Сиди тут. Я к ведьмам пошел, они точно какое-нибудь зелье сварят. Они вообще что угодно могут, только результат не всегда с первого раза хороший. Всё лучше, чем кровью куриной давиться!

***

Был тёплый весенний вечер, такой, когда уже поверх футболки нужно накидывать что-то слегка тёплое, но обувь уже можно носить открытую. Если, конечно, ты коротаешь вечер у костра. Ведьмы сидели на вязаных пледах вокруг огромного костра, который обрамляла груда камней, выложенных в форме треугольника. «По одной ведьме на каждый угол и по одному тупому углу на каждую из нас», – так любила говорить старшая из них, Кали. Ей было столько лет, что стыдно было спрашивать, но выглядела она так, как будто «только вчера родилась». В руке у каждой ведьмы было по бокалу с алой жидкостью, самодельное вино младшей из них.

– Знаешь, а вино то недурное. Черноплодка, говоришь? – спросила Кали и, как кошка, потянулась всем телом.

– Ага, – хитро улыбнулась младшая ведьма. – И ещё один секретный ингредиент.

– Какой такой ингредиент? – Кали прищурилась и повела бровью, смотря Малине прямо в глаза.

Это смутило младшую ведьму, она поёжилась и натянула свою накидку до самой шеи.

– На то он и секретный, чтобы никому не говорить его. Не приставай, не скажу!

Младшая глотнула ещё вина и ухмыльнулась, смотря в огонь. «Ну хоть чем-то теперь их заинтригую. На пару недель хватит, а значит, у меня, считай, отпуск»

– Мина, нет, ну ты слышишь, как твоя падчерица мне дерзит? Пригрела змею на груди. Секрет, говорит! Ишь какая хитроумная. Мина, ну скажи уже что-нибудь Малине, а то совсем в свои думы ушла, мы и так нечасто вино без дела пьем….

– А? – Мина подняла на них свой мутный взгляд, в нем читались вселенская тоска и усталость. А ещё скука. – Кали, ты это мне?

– Тебе, тебе! Совсем уже от скуки скоро сдохнешь, Мина. Может, придумаем чего? Лешего давай опять разыграем? Он после того даже в cleaning-компанию звонил, мол, нужна генеральная уборка леса и реки. Зверьё над ним до сих пор потешается!

– Да ну, это уже было.

Мина протянула бокал Малине, та быстро схватила бутылку и налила ей ещё вина. Потом взглянула на дно, помотала бутылку из стороны в сторону возле уха и сказала:

– Дамы, мы уже двадцать литров выпили, нужно домой сходить, на новый бочонок бутылку переколдовать. Или… может, хватит уже?

– Малина, вот знаешь, почему ты «ведьма на два раза»? Ты слишком привязана к материальному, а с таким грузом даже у единорога колдовать не получилось бы, а он магией насквозь пропитан, соткан из неё так же, как твоё вино из шалфея.

– Как ты поняла?! – воскликнула Малина.

– Я же ведьма. Я что-что, а ингредиенты внутри себя по полочкам разложить могу.

– М-м-м-можешь? – Малина во все глаза вытаращилась на Кали. Эта ведьма была из тех, кто ступает босиком по мокрому снегу и танцует ночью перед сном без одежды. А ещё Кали не могла не пошутить, даже если это могло дорого ей стоить.

– Расслабься, от твоего вина за версту шалфеем несёт, только дурак бы не понял, – Мина решила закончить издёвки над младшей, так как это тоже было уже не в новинку.

– Ааа… Ну, знаете ли…

Малину прервал стук в ворота их домаи крик:

– Ведьмы, есть кто дома? Ведьмы?!

Кали поморщилась: – Иди скорее проверь, что это за олух, пока он всех соседей не перепугал. А то нам в ближайшие лет десять на дни рождения не тортики, а керосин и кресты будут приносить! – Она толкнула Мину в бок, та встала и медленно поплелась в сторону ворот. Подойдя, она сказала: – Кто бы ты ни был, сначала закрой свой рот, иначе не впущу.

– Что, простите?

– Заткнись, говорю. Чего орёшь на всю деревню? У нас из-за тебя могут быть проблемы, а это значит по итогу, что самые крупные проблемы будут у тебя.

– Эм, понял. Простите, я просто не подумал…

– Это ты зря. Не зомби же, мозг на месте, значит, есть чем думать.

– Как скажете, мэм.

– А вот за «мэм» могу и в столбик превратить от забора! Видишь брешь? Как раз закрою…

– Ну всё, хватит. Меня, конечно, предупреждали, что вы сварливые и сарказма вам не занимать, но это уже перебор!

– Перебор – это быть жирным вампиром, а остальное в порядке вещей.

– Как вы узнали, что я вампир?

– Я ведьма, я даже если не хочу – знаю.

– Тяжело вам, видать, живется.

– Не тяжелее, чем тебе. Килограмм на семьдесят легче.

– Да-да, я жирный, знаю. Меня Арман, кстати, зовут. Раз вы всё и так знаете, вы мне поможете?

– Нет, но мы повеселимся, а там, быть может, и ты похудеешь. Эй! Мина! Малина! Видали жирных вампиров? – Она щёлкнула пальцами, вампир повис в воздухе, потеряв возможность двигаться и полетел за ней. – Мина, ты больше всех скучала. Вот и повод размять свою тоску. Что скажешь?

Мина вылезла из под одеяла и вскинула бровь. «Свежее мясо, – пронеслось у неё в голове. – А этот вечер не до конца потерян». Она следила за тем, как старшая приближалась к костру, а за ней, словно облако, парил необъятный Арман.

– Ты что, любезный, слона иссушил? – ведьмы так и прыснули, хохот заполонил всё вокруг, а Арман и ответить ничего не мог, сгорал молча от стыда.

– Да освободи ты его, видишь, ему есть что сказать! Видела, какая рожа пунцовая?

– Ой, не могу, – младшая каталась по пледу в истерическом припадке. – Хватит, я сейчас взорвусь от смеха.

Раздался хлопок, и вампир упал рядом с ней на плед, чуть не отдавив ей ногу. – Эй, полегче, он бы меня убил.

– И сделал бы нам огромное одолжение.

Кали ехидно посмотрела на младшую, поправила плед, показала знаком, что бокал пуст и надо бы это исправить, а потом обратилась к вампиру:

– Может быть, вина?

– Спасибо, не откажусь. – Арман принял бокал из рук младшей и понюхал содержимое. – Это что, шалфей?!

– Вот, Малина, а ты не верила. Говорю же – любой дурак поймёт, – снова хихикнула Мина.

– Хватит гостя обзывать, я сказала. Он к нам с бедой, а ты всё шутки шутишь. Кушать будете, Арман? – Кали многозначительно посмотрела на вампира, сдерживая смех.

– Издеваетесь, да?

– Немного. Ладно, перейдем к делу. Ты, значит, хочешь похудеть. Наверное, уже многое перепробовал, раз пришёл к нам. Расскажешь?

– Ну как много... куриную кровь только.

– Сколько месяцев?

– Три.

– Недурно, недурно.

– Что это значит?

– Это значит, воля есть. Странно, что она у тебя тогда хромала, когда жрать надо было поменьше.

Кали встала и начала разминаться.

– Меня тогда девушка бросила прямо перед свадьбой, я совсем размяк.

– Вот тогда надо было к нам приходить, а не сейчас. Мы бы и девушку вернули, и вампиром бы не стал.

– Я тогда о вас не знал.

– Знал, просто как все дураки, не верил. Ладно, чёрт с тобой, чем платить будешь?

– А чем надо? Я же не знаю, что вы ведьмы берёте.

– Золотом, конечно. И деньгами. Двадцать первый век на дворе. Думал, мы до сих пор клятвы и детей с клиентов берем? Тьфу, клише. – Кали сплюнула в костёр и он стал ярко-синим, а потом зелёным. Арману показалось, что он увидел там мужчину, очень на него похожего. – Ну, вампир, приглянись. Нравится?

– Это я?

– А кто ж ещё?

– Ого. Очень нравится!

– Тогда с тебя двадцать слитков золота, и не халтурь, мне нужно настоящее, чтобы в ячейку на моё имя положил и никаких подвохов.

Арман округлил глаза, хотел было возразить, но тяжело вздохнул и опустил плечи.

– Хорошо. А где гарантия, что ты меня не обманешь и я на следующий день не стану прежним?

– Нигде. Но у тебя разве есть выбор?

– Нет. – Арман снова вздохнул. – Тогда до завтра, я всё сделаю, приду в тоже время.

– До завтра, вампир. Стучи потише только, а то я за себя не ручаюсь.

– Понял.

Он встал и пошёл в сторону выхода. Он не был рад, но всё же образ молодого, подтянутого, красивого парня в огне внушал ему надежду, что всё можно изменить. «Это и больше двадцати слитков стоит, я бы за это всё-всё отдал».

Как только ведьмы услышали стук калитки, обозначавший, что вампир ушёл, Мина тут же накинулась на Калли.

– Старая, ты что, совсем сдурела? Двадцать слитков просить! Как ты его трансформируешь-то? Мы же так не умеем!

– Тс-с-с, заткнись. Как-как. Никак. Наведу на него чары иллюзии на полгода, чтобы и он, и другие видели его красавцем, да скажу, что, мол, чары развеятся, если не будешь по два часа в ночь в зале железо тягать, да бегать каждую полночь. За полгода и превратится по-настоящему в худого красавца.

– Так он же сказал, что вампиры не худеют!

– Худеют, ещё как. Просто он первый жирный вампир, а ещё ленивый. Если бы я сразу ему это сказала, он бы и пальцем о палец не ударил, так бы и ныл. А вот образ красавца и двадцать слитков золота, потраченные на преображение, – лучшая мотивация выполнять любые условия заклятья.

Мина и Малина смотрели на Кали в немом восторге.

– Вот поэтому ты старшая из нас. Го-ло-ва!

– То то же. Мина, неси ещё вина, выпьем за Армана и его ожирение!