Тот берег

Глава 1

Эрис ЛахЛанн был героем.

Нет, не то, чтобы он уже совершил какие-то подвиги. Просто он себя так чувствовал.

В его понимание образа героя входила, в том числе, и скромность. Так что героем Эрис был совершенно неизвестным. Кроме того, согласно его убеждениям, героизм отнюдь не освобождал от повседневных дел. Вместе с отцом Эрис тянул в лодку тяжелые сети, терпеливо плел обувь из полосок тюленьей кожи и резал - как и другие мужчины - торф на зиму, стоя по пояс в холодной болотной жиже.

- Наверное, дело в том, – размышлял Эрис, неся вслед за матерью куль с грязной одеждой к морскому берегу, - что быть признанным героем, это значит проявить себя в каком-то особенном случае? Тогда можно просто спокойно жить дальше, а уж придется проявить себя или нет – судьба решит. Но вдруг я ошибаюсь? И героизм на самом деле – это свойство, приобретаемое только в деле, особое изменение. Ведь глина перестает быть склизкой только после обжига, а куски руд, только переплавляясь, превращаются в бронзу?...

Надо отметить, что наш, во всех смыслах этого слова, герой считался в селении неглупым парнем. Если бы роли трудолюбивого умника Эрису было бы достаточно, можно было жить припеваючи. Как минимум, одобрение большинства девушек и их родителей было им давным-давно заслужено.

- Женишься в этом году? - спросил его усатый, похожий на тюленя дядька Брандон и перекусил нитку.

- Не думаю, - задумчиво ответил Эрис и поднял на растопыренных пальцах кусок сети. Прореха только намечалась, но стоило укрепить.

- Чего не хватает? – дядька шмыгнул носом и покосился на товарища.

- Ума-разума.

- А. Так что время-то терять, сходи к друиду, пока все одно штормит.

- Уже был.

- И что?

- Того ума, говорит, только за рекой и искать.

- Так что ж не ищешь?

Эрис круто развернулся и уставился на сивые дядькины брови, по густоте мало уступавшие усам. Глаза дядькины выглядывали из-за бровей, только когда того хотелось самому Брандону.

- Там людоеды.

- Откель тебе знать? Ты бывал?

Эрис подумал и улыбнулся.

- Туда, видишь ли, лучше вдвоем плыть, чтоб лодку на чужом берегу не оставлять. Ты б взялся?

Брандон довольно зафыркал.

- Уел, уел. Согласен я. Страшновато в мои годы, да, но возьмусь. Быстрее уйдешь – быстрее вернешься… А у меня как-никак две девки на выданье.

Едва челнок Брандона отчалил от Того берега, из прибрежного лозняка поднялся человек. Эрис было попятился, но пригляделся и обнаружил, что местный сам его побаивается.

- Здравствуй, не знаю, как тебя зовут, – вежливо сказал Эрис.

- Здравствуй и ты с тем же именем, - учтиво отозвался незнакомец. - Герой, насколько я понимаю?

Известный факт, что чужаки вечно пытаются решать свои проблемы руками героев. То у них дракон овец поел, то рыба ушла, то колодец жабы выпили – лезь, копай заново. Но, опять же, почему бы и нет? Когда-то же надо начинать...

- О чем думаем? – поинтересовался незнакомец.

- Думаю, имею ли я право уже называть себя героем, или все же сначала надо подвиг совершить, – ответил Эрис, – а то не хочется хвастуном показаться, а с другой стороны – вдруг у тебя дело только к герою?

Незнакомец поглядел на него как-то странно.

- Подойдем иначе, - сказал он наконец, - есть подвиг, выполнить некому. Возьмешься?

- Кому потребно? – деловито переспросил Эрис, - а то Людоедова сына из королевской темницы спасать тоже, в сущности, подвиг. Да только какой-то неприглядный.

- А! - успокоил его незнакомец, - наследница королевства заточена в морской пучине, в королевстве разгул и шатание. Морской же владыка надеется на выкуп, да только платить его некому. Родители королевнины похоронены давно, а родственникам какой резон?

- Достойно, - одобрил задание Эрис.

- Тогда, пожалуй, представимся. Хаммелиэнин, филид.

Неприятной новостью для Эриса стало то, что филид для выполнения подвига запасся целой компанией героев. Половина из них были, как и Эрис, новичками, и взирали с восхищением на троих более опытных коллег. Все дружно сидели за столом в небольшом филидовском доме.

- Из рыбаков? - спросил у Эриса самый старший, помешивая что-то в кастрюльке над огнем.

- Да.

- Что дома не сиделось?

- Мир посмотреть, себя испытать.

- Обычно говорят «себя показать», хмыкнул второй по старшинству герой.

- Показывать пока нечего, - спокойно ответил Эрис.

- Ненормальный, - заключил второй герой – с таким характером деревенским головой надо быть, а не в герои подаваться.

- А может, и ничего,- возразил ему первый и разлил ароматную смесь по восьми кружкам, - нас не трусит, может, и в деле сгодится. Холодная голова никому во вред не шла.

Филид молча принял кружку и расправил усы. Эрису показалось, что филид собирается что-то сказать, но тот промолчал.

Общий план подвига оказался несложнен. Следовало, запасшись достаточным количеством факелов, пробраться в отлив по прибрежной пещере до подвалов замка морского владыки и вывести оттуда пленную девицу. Никаких надежд на брак с ней – это филид подчеркнул отдельно – питать не следовало, вознаграждение предполагалось чисто материальное. Основная трудность подвига заключалась в том, что провернуть его надо было чрезвычайно быстро, во время поездки морского короля на Материнский Остров.

- Дело в том, - пояснил филид, - что все ловушки и преграды, поставленные на вашем пути, задуманы прежде всего как задержки. Застрял в пещере до прилива - и готов. Если героев двое, они могут выдергивать друг друга, но это тоже требует времени. Поэтому ваша задача – продвигаться вперед как можно быстрее, оставляя застрявших. Если вас остается всего двое, и время от прилива до прилива прошло до середины – возвращаетесь назад, собирая товарищей. Соответственно, если девица с вами – поступаете так же.

- Кто впереди?

- Самый опытный, конечно, - сказал филид, - больше ловушек раскроете без потерь. Последний и предпоследний – соответственно второй по опытности и самый молодой, вон, рыбак. Остальные в любом порядке.

- Разумно, - закрепил план старший из героев и с надеждой потряс над своей кружкой пустую кастрюльку.

- Как это называется? – спросил его Эрис, допив последние капли.

- Глинтвейн, сынок.

Вышло в точности по слову филида. Ловушки, расставленные в проходах пещеры, были обидными и глубоко неуважительными. Кахтлан, старший герой, приклеился руками и бородой к стене всего через сотню шагов от входа; бороду ему подрезали, а ладони отлеплять оставили самого. После этого они потеряли троих подряд через несколько шагов; наконец остатки команды наловчились ощупывать стены и пол незажженными факелами. Кругом капало, мокрые стены отражали прыгающий свет, на полу бились в лужах мелкие рыбешки. Эрис умудрился поскользнуться и упасть на ровном месте. Ллау, оставшийся старшим, посматривал на какой-то прибор, врученный ему филидом, и поторапливал идущих впереди.

Естественно, в результате довольно скоро Эрис и Ллау остались вдвоем.

- Давай скорее, - Ллау засунул прибор за пазуху.

- Скорее не могу. Тут, погоди… Так и есть, вот.

Сверху упала, мазнув Эриса по лицу, крупноячеистая сетка.

- Так бы ты сейчас меня распутывал, - назидательно сказал Эрис, не оборачиваясь, аккуратно обрезал веревки и прихватил сетку с собой. Она вполне годилась залеплять клейкие участки.

Ллау недовольно дышал за плечом, но более не возражал. Всего через семь ловушек Эрис протиснулся в узкую щель, с изнанки оказавшуюся дверью, сошел по ступенькам, и оказался в зеленоватом, по пояс наполненном водой коридоре.

Дальний конец коридора терялся в сыром тумане.

- Куда-то пришли, - удовлетворенно вздохнул Ллау.

Вдоль светящихся желто-зеленых стен медленно открывались двери. Герои попятились, опасаясь нападения, но комнаты, так же, как и коридор, по пояс наполненные водой, оказались сокровищницей. Ллау со вздохом опустил меч, Эрис тоже помедлил прятать нож. Однако, в заваленных блестящими предметами комнатах действительно никого не оказалось. Двери приоткрывались, когда герои были от них в отдалении, и начинали закрываться, едва к ним приближались. Эрис и Ллау заглянули в пару комнат, прежде чем те захлопнулись, и убедились в том, что ни охраны, ни проходов сокровища не скрывают. Они медленно хлюпали по воде вдоль коридора, разглядывая груды влажно светящихся монет и украшений, когда из тумана в той стороне, куда они направлялись, выдвинулось что-то белесое.

- Герои? – спросил насмешливый голос.

Ллау отодвинул Эриса плечом и вышел вперед.

- Выйди, чтобы я мог сразить тебя, - жестко сказал он.

- Не за этим, но, пожалуй, выйду, – отозвался насмешник и действительно приблизился настолько, что его стало можно различить.

- Королевна? – удивился Ллау.

- Да, - холодно ответила та. Голос ее, и без того низкий, искажался в тумане, становясь почти мужским. Подол мокрого платья плыл по воде вслед за ней, что, пожалуй, представляло бы интересное зрелище, не взбаламуть герои воду. В опущенной правой руке королевна держала клинок, вокруг которого тихо журчала вспарываемая вода.

- Пойдем отсюда, - сказал Эрис и сделал пару шагов назад.

- А сокровища? – поинтересовалась королевна.

- Да уж, - отозвался Ллау, оборачиваясь, - интересно, можно ли зажать чем-нибудь эти двери?

Королевна усмехнулась.

- Два варианта – либо чьим-нибудь телом… - Ллау молниеносно развернулся в сторону Эриса, но замер. Меч королевны упирался ему в спину между лопатками.

- Я привыкла, что меня дослушивают до конца, - ледяным тоном сказала она, - во-вторых, на этаже над нами есть рычаг, блокирующий все двери сокровищницы в открытом состоянии.

- Хм. И как он выглядит? – спросил Ллау.

- Его ни с чем ни спутаешь. Ты можешь взять сколько хочешь, я же тем временем пойду вперед. Ты, дитя, будешь сопровождать меня или останешься здесь?

Эрис поразмыслил над тем, стоит ли обижаться на такое обращение. Нет, пожалуй, в другой раз.

- Пойдемте, госпожа. Мне еще товарищей вытаскивать.

Он пролез в узкий створ двери и подал королевне руку. Она хмыкнула и протянула ему левую, держа правую вместе с мечом за спиной.

За дверью еще тлели факелы, брошенные героями при входе в светлый коридор. Плеск и хлюпанье Ллау стихли в отдалении, королевна наклонилась и отжала мокрую юбку, бормоча себе под нос.

- Первый подвиг? – спросила она, идя вслед за Эрисом.

- Да.

- На какую награду надеешься?

- Я думаю, сначала надо благополучно выбраться.

Королевна чертыхнулась, поскальзываясь – но подхвативший ее Эрис подумал, что ни разу не услышал, чтобы ее обнаженный меч чиркнул по стене. Действительно. Королевна спотыкалась, шипела, шаталась и прислонялась к опасным стенам – но кончик клинка неукоснительно смотрел назад. В темноту.

- Вы опасаетесь Ллау или кого-то еще? – наконец спросил ее Эрис.

Королевна смерила его взглядом.

- Я ничего не опасаюсь. Я берегу оружие. Твоего же сребролюбивого приятеля бояться нечего – рычаг не только открывает сокровищницу, но и скрывает лаз.

Эрис остановился.

Королевна подняла бровь.

- Во-первых, отсюда ты в хранилище больше не попадешь. Если среди вас, конечно, нет тролля с молотом. Во-вторых, ничего ему не угрожает. Наберет полные карманы и выйдет через ворота восвояси. Больше, чем карманы набить, слуги ему все равно не позволят.

Эрис подумал еще немного.

- Сколько осталось до прилива?

- Немного, - холодно сказала королевна, - но мы с тобой выбраться успеем.

- Я про других, кто был с нами.

- А, - ответила она и вдруг улыбнулась, - понимаю.

- Не знаю, что вы понимаете, госпожа, - невежливо ответил Эрис, – но благодаря вашим недоговоркам я должен выбирать – выручать шестерых или одного.

- Семерых, насколько мне известно, - ехидно отозвалась королевна, - меня, вообще-то, тоже надо вывести.

Дирмэйд, застрявший по пояс в щели, совершенно потерял в темноте присутствие духа и жалобно причитал. Эрис дернул его пару раз и почувствовал, что дело плохо.

- Подвинься, - сказала королевна и схватила провалившегося героя за вторую руку. На дружное «раз, два, ап!» Дирмэйд вылетел наружу как затычка из бутыли, королевна подобрала с камней меч и они двинулись дальше. Сбор потерпевших шел своим чередом, однако Эриса беспокоила поднимающаяся вода. К счастью, вскоре они наткнулись на Кахтлана, который, виртуозно ругаясь, ободранными до мяса руками распутывал юного Нелиса. Все, кроме Ллау, были в сборе.

Королевна тихо перекинулась парой слов с Кахтланом (тот помрачнел) и группа ускоренным маршем двинулась к уже близкому выходу. На поверхность они вышли снова по пояс в воде – правда, уже чистой и прозрачной. Оказалось, что под платьем на королевну намотано несколько слоев юбок. Эрис сдержал разочарованный вздох и выбрался на берег.

- Ваше величество, - поклонился с берега возмутительно сухой филид.

- Плащ и полотенце, - распорядилась королевна и вторично отжала белое платье. Филид махнул рукой, из-за кустов выскочила пожилая дама с ворохом одежды.

Герои постояли у кромки воды и потянулись к костру сушиться. В углях стоял пузатый горшок – судя по запаху, с глинтвейном.

Наутро всех пригласили в замок.

Королевна сидела на высоком троне и приветливо улыбалась. Эрис проморгался и решил, что ошеломляющий эффект следует приписать прекрасной одежде и прическе. Напротив трона, в окружении вооруженной стражи, стоял хмурый Ллау.

- Я приветствую вас, дорогие герои, - напевно произнесла королевна, - рисковавшие жизнью ради моего благополучия. Я намеренно продлила беседу со сребролюбивым героем, - (Ллау передернуло), - поскольку двое из вас осведомлялись о его благополучии. Спасибо вам, герой Ллау, вы свободны.

Двое слуг, вынырнувшие из прилегавших коридоров, взяли его под локти и увели. Кахтлан проводил Ллау тревожным взглядом (он успел переговорить с Эрисом о подробностях вызволения королевны) и хмуро посмотрел на девицу.

- Я приглашаю всех вас принять от меня должности, соразмерные вашему вкладу в мое избавление. Поскольку истинные друзья могут быть познаны только в несчастии, я не могу выбирать себе охрану и советников среди лиц, допустивших преждевременную гибель моих венценосных родителей. Я вынуждена проверять на верность и надежность тех, кто будет мне служить, рискуя при этом собственной жизнью – может быть, это извинит обман, в который мы с уважаемым Хаммелиэнином вас ввели.

Герои Дирмэйд, Нелис, Кэвин и Тайлин, отважно двинувшиеся мне на выручку - я предлагаю вам занять посты в моей доверенной охране. Вы будете обучаться у моих капитанов, причем герою Кэвину, опытнейшему из четверых, я предлагаю пост старшины.

Кэвин подкрутил ус. Нелис покраснел от удовольствия.

- Герой Кахтлан, мы провели нелегкий разговор вчера вечером. Может быть, вы все же снизойдете к положению слабой одинокой женщины и простите вынужденность моих ухищрений?

Кахтлан покачал головой. Королевна сошла с трона и продолжила - необыкновенно нежным голосом, ничуть не похожим на то рявканье, которым она изъяснялась в пещере:

- Я признаю себя полностью виновной в намеренном введении вас в заблуждение, но должна сказать, что только советы опытного, разбирающегося в вопросах мужской и военной чести начальника стражи помогут мне впредь избежать поступков, несовместимых с положением венценосной особы.

Кахтлан надулся, стал красным, как рак, но сдержался-таки и не рассмеялся.

- Будь по вашему, ваше величество, - сказал он и покачал головой, - вы ж все равно теперь не отстанете.

- О нет, - ответила она более натуральным тоном, – вставать на колени и целовать край вашей одежды я бы не стала.

Она отвернулась от свежеиспеченного начальника стражи и с улыбкой посмотрела на Эриса.

- Юный рыбак, - спросила она, - достаточно ли теперь подходящее время для вопроса о желаемом вознаграждении?

Эрис поклонился.

- Пожалуй, два-три отреза красивой прочной ткани меня устроят, - ответил он, - видите ли, ваше величество, я намерен жениться.

Кроме тюка товаров, способных тронуть сердце самой гордой рыбачки, Эрис получил лично от Кахтлана большую бутыль с завощенным горлом для «старого моржа Брандона». Он начал подозревать, что дядьку стоит расспросить о его молодости подробнее.

Хорошую вместительную лодку ему подарили как-то само собой. Эрис вел ее по речному течению к морю, чтобы обогнуть по воде мыс и подойти прямо к рыбачьим сараям. Непривычно ровная речная вода уже начала менять цвет и покрываться морской зыбью. Из-за высокого мыса ударил ветер.

Эрис чувствовал себя вполне состоявшимся, как герой.

Он управлял лодкой и размышлял о словах королевны.

- Милый рыбак, - сказала она, пожимая ему руку на прощание, - мой замковый управляющий немолод, но ему пока рановато подыскивать себе преемника. Лет через семь-восемь, когда должность деревенского старосты тебе наскучит, перебирайся с семьей на мой берег. Мы, я думаю, столкуемся.