Смена

Глава 1

Честно? Я сюда устроился, потому что в трактире не было мест, а в лавке благовоний меня не взяли — сказали, у меня «аура не располагающая». Теперь вот — администратор Гильдии героев.

Не герой, не маг, не мастер клинков. Просто человек с журналом, пером и лицом, которое с улыбкой должно встречать всякого кретина.

С утра ко мне ввалился варвар. В шлеме с рогами, в крови по колено, за спиной топор, перед собой — мешок, из которого торчит чья-то голова. Он с победным рыком швыряет мешок на стойку. — Вот!

Я не поднимаю глаз. — А квест-лист?

Варвар молча тычет топором в мешок. Я медленно обвожу в воздухе пальцами прямоугольник и по слогам произношу: — Квест. Лист. Бу-маж-ка.

На его лице материализуется самая убогая улыбка из возможных. Потом, с мучительным вдохом, запускает руку в штаны и достаёт мятую, влажную и местами подозрительно пахнущую бумагу. — Вот, — гордо говорит он. — Очаровательно, — вздыхаю я и, стараясь держать её двумя пальцами, переписываю данные в журнал.

«Огр, один (возможно). Клиент вменяемый (сомнительно). Выплата: стандарт». Он уходит довольный. Зачем ему вообще деньги, ума не приложу. Мне, по правде, всё равно. Мне платят не так много, чтобы думать, пусть будут рады, что я вообще на смены выхожу.

Потом пришёл маг. Седой, в мантии, вся усыпанная какими-то звёздами. Глаза мутные. Смотрит на меня — и будто мимо. Бормочет что-то себе под нос. Но говорит за него крыса. Да-да, крыса. Сидит у него на плече, поправляет очки лапкой и чётко, деловито сообщает: — Архимаг Фаустус запрашивает квест, желательно связанный с поиском артефактов или вратами в иные миры. — Могу предложить зачистку погреба от крыс мутантов или изгнание полтергейста из старой мельницы? Крыса прищуривается. — Архимаг Фаустус считает, что полтергейсты недостойны его магии. — А как насчёт крыс в погребе? Крыса делает паузу. Она, вероятно, восприняла это как оскорбление.

Маг и крыса уходят. За ними тянется запах озона и лёгкое чувство тревоги. Позапрошлый раз после них у меня из чернильницы выросла жаба.

Дальше — стандарт. Новички. Один мечник, важный, как будто уже спас полмира. Вторая — в бронелифчике. Видимо, амазонка.Третий — в капюшоне, с выражением лица, которое ещё не знает, что воров здесь считают теми ещё уродами.

Я медленно выдыхаю. — Вакцинация от проклятий, отметка от лекаря и подпись об отказе претензий за вероятные увечья.

— А это обязательно? — спрашивает мечник, уже начавший позировать с мечом.

— Нет, конечно. Особенно если вы любите блевать червями. Подземелья сейчас в сезон, проклятий там — как грибов. Очень весело, говорят.

Они переглядываются, хихикают и уносятся с криками: — Вперёд, за славой!

Через пару часов возвращаются вдвоём. Один — с проклятьем, вторая — с травмой, третий... а третьего нет. — Что случилось? — Пещера оказалась мимиком. — Конечно. Ещё бы.

Я заполняю форму: «Задание провалено. Гибель по причине: враждебная архитектура».

К обеду заглядывает бард. Он каждый раз рисует что-то на доске объявлений. Сегодня — сцена, которую я опишу как «очень похабное изображение высшего совета эльфов». — Это политическая сатира! — говорит он гордо. — Это штраф — отвечаю я не менее гордо. Он уходит в обиде. Я стираю рисунок. Политика у нас не в чести.

Потом пришёл Сэр Гром. Паладин Света. Стоит, сияет, как всегда. — Задание выполнено, — сообщает он. — На листе указано: «защитить деревню от демонов». — И демоны перебиты. — И деревня сгорела со всеми жителями. — читаю я отчет. — Значит, демоны не вернутся. Я смотрю на него. Он — на меня. Молча. — Справедливо, — говорю. — С повышением. Он кланяется и уходит, гремя бронёй и праведностью. Я записываю: ранг повышен, сопутствующий ущерб — допустимый. Надо бы поставить чайник.

Только я собираюсь допить чай, как в окно влетает сова. Не постучала, не извинилась — просто влетела, снесла чернильницу, обкакала подоконник и швырнула письмо с печатью канцелярии. Я уже знал, что ничего хорошего. Потому что, когда канцелярия присылает сову вечером, это значит одно: кто-то опять всё делал не так, и виноват, конечно же, я.

Открываю:

«В связи с падением эффективности и ростом гибели среди героев, настоятельно рекомендуем повысить результативность взаимодействия с клиентами. С уважением, Центральная канцелярия Гильдии.»

Ну конечно. Проблема, разумеется, во мне.

А не в том рыцаре на прошлой неделе, который не надел шлем, потому что «портит прическу». И не в тех новичках, которым идея полетать на пороховой тяге показалась ну очень перспективной, ведь, внимание, день езды до города — это долго.

— Вот блин, — говорю вслух. — Снова оставят без премии.

Я встаю, подхожу к лампе и аккуратно поджигаю письмо. Официальная причина утраты корреспонденции — побег огненного джина в холле Гильдии. Неофициальная — пошли вы все.

Закрываю смену. Протираю стойку. Под доской снова что-то нарисовано. Кажется, это я — держащий факел у задницы и пускающий на него ветра. — Ну хоть причиндалы не пририсовали, — бормочу я. — Бьюсь об заклад, это тоже политическая сатира.

Выхожу на улицу. Вечер. Воздух пахнет дымом, чесноком и слегка подгоревшим подвигом.

Иногда думаю: мог бы ведь устроиться в лавку. Продавать специи. Жить спокойно. Но потом вспоминаю, как алхимик подал жалобу, что сварил зелье невидимости, а теперь не может его найти. Или как вор стащил реликвию из нашего же хранилища, бодро отчитался за выполненный квест и попросил премию за инициативу.

И знаете — я улыбаюсь.

Потому что есть только одна вещь, в которой я уверен:

Я ненавижу всех этих героев. Но, чёрт побери, я люблю свою работу.