Школьные чародеи: Нейросеть

Глава 1

Весна в Краснодаре – это когда деревья уже совершенно зелёные, воробьи орут как подорванные, а ты сидишь на уроке окружающего мира и думаешь: ну зачем, зачем учитель закрыл окно?

Коля сидел за третьей партой у окна и честно пытался не смотреть на улицу. Получалось плохо.

За окном раскачивались молодые ветки тополя, по небу быстро летели белые облака, а внизу по тротуару шагал какой-то счастливый человек в футболке с мороженым в руке. Коля вздохнул. Математика или робототехника – это одно дело: там можно думать и не скучать, даже если за окном хоть что. Но окружающий мир в четвёртом классе... Это, конечно, предмет нужный, никто не спорит. Просто столицы всех стран можно ведь выучить и в другое время года. Летом, например. Или осенью. Хотя осень тоже жалко.

– Кира, пожалуйста, к доске, – сказала Татьяна Николаевна.

Коля развернулся от окна.

Кира встала, поправила рукав и пошла к доске с таким видом, будто вышла прогуляться. Спокойная. Но Коля её уже неплохо знал – по этой вот нарочитой спокойности как раз и было видно, что дело нечисто. С домашним заданием нечисто. Весна, она такая – делает вид, что всё само собой получится, а потом у доски вдруг выясняется, что Гренландия находится где-то между Африкой и Антарктидой.

– Покажи на карте столицу Индии, – попросила Татьяна Николаевна.

Кира взяла указку. Чуть помедлила.

Коля чуть не застонал. Нью-Дели – это же несложно, они проходили еще в начале учебного года. Юго-восток Азии, к югу от гор и к северу от всего остального большого светлого пятна...

Указка поползла куда-то в сторону Ближнего Востока.

Не туда! – мысленно крикнул Коля.

И тут произошло странное.

Кира вздрогнула. Самую малость, почти незаметно – но Коля заметил, потому что смотрел именно на неё. И указка изменила направление. Немного, но всё же: Кира потянула её правее и ниже, в сторону полуострова Индостан.

Коля удивился, но не успел додумать эту мысль, потому что указка снова начала отклоняться – теперь уже куда-то к Пакистану.

Правее! Нет, левее – то есть правее от того места, где ты сейчас!

Это было совсем уж мысленной кашей, но Кира снова поправила курс. И быстро взглянула на Колю через плечо. Взгляд получился странный – почти испуганный.

Класс тихо наблюдал. Татьяна Николаевна смотрела на карту, сложив руки на груди. Коля сидел ровно и очень старался выглядеть человеком, который ни в чём не участвует. Просто сидит. Просто смотрит.

Ещё чуть выше, – мысленно сказал Коля, уже не очень понимая, что он делает. – Вот! Вот оно!

– Нью-Дели, – произнесла Кира и ткнула указкой в точку. В голосе у неё была такая уверенность, будто она с этим самым Нью-Дели лично знакома.

Точка была правильная.

Татьяна Николаевна чуть прищурилась и посмотрела на Колю. У неё было выражение лица, с каким опытные учителя смотрят на фокусников: «я не понимаю, как ты это делаешь, но что-то здесь нечисто».

– Коля, – сказала она, – я абсолютно уверена, что ты подсказывал. Я только не понимаю – как.

В классе засмеялись. Коля покраснел – не от стыда, а от какого-то странного смешанного чувства, в котором было и облегчение, и растерянность, и что-то вроде лёгкого испуга. Он пожал плечами с максимально невинным видом.

– Я... молчал, – сказал он честно.

Татьяна Николаевна ещё несколько секунд сверлила его взглядом.

– Да, – согласилась она со вздохом. – Молчал. Кира, пять. Садись.

Кира проходила мимо его парты, и Коля поднял голову.

– Спасибо, – шепнула она почти беззвучно.

И чуть-чуть улыбнулась.

Коля почувствовал, как уши у него слегка потеплели, и отвернулся к окну. Тополь всё так же раскачивался на ветру. Счастливый человек с мороженым уже давно ушёл.

Что это вообще было?

* * *

После школы они какое-то время шли рядом – Коля и Кира. Просто так вышло: первые несколько кварталов их дороги совпадали.

Краснодарский апрель встретил их снаружи во всей красе: солнце, лёгкий тёплый ветер, запах то ли яблонь, то ли каких-то других деревьев, которые во множестве цвели во дворах и на улицах.

– Слушай, – сказала Кира, – я должна тебе кое-что сказать.

– Что? – Коля покосился на неё.

– Ты не молчал.

– В смысле?

Кира помолчала, подбирая слова.

– Ну то есть вслух – молчал. Но я тебя слышала. – Она сморщила нос. – Только не смейся. Не слова. Вот как будто... – она поискала слово, – как будто ты эмоциями кричал. «Не туда» – и я прямо чувствовала, что не туда. «Туда» – и я чувствовала, что правильно. Понимаешь?

Коля понял. И от этого понимания у него слегка зашумело в ушах.

– То есть ты читала мои мысли? – спросил он.

– Нет. – Кира снова помолчала. – Не мысли. Именно эмоции. Самую яркую их часть. Как будто ты волновался так сильно, что это куда-то... просочилось.

Они остановились на перекрёстке. Светофор был красный.

Коля смотрел на красный пешеходный светофор напротив и думал. Думал про то, что это уже второй раз в его жизни, когда что-то совершенно необъяснимое случается именно с ним. Первый раз – это был целый ворох необъяснимого, с порталами и сказочными мирами, в которых он побывал со своими друзьями и с котом Рыжиком, а ещё с одним великим магом, который напоследок сказал что-то вроде: «Не удивляйтесь ничему необычному».

Коля тогда подумал, что это такое красивое прощание. Просто слова.

– Я стояла у карты и думала: ну где же эта Индия, я вроде учила, а в голове пусто. – Продолжала Кира. – И вдруг – как толчок. Не туда. Я даже не поняла сразу, что это не моя мысль. Потом посмотрела на тебя, и стало ясно. У тебя такое лицо было.

– Какое лицо?

– Ну такое. – Кира изобразила на лице выражение человека, который из последних сил молчит, хотя его вот-вот разорвёт.

Коля почему-то засмеялся.

– Это нечестно, – сказал он. – Я даже не знал, что так умею.

– Ты и сейчас точно не знаешь. – Кира улыбнулась уже по-настоящему, широко и тепло. – Ты же тоже вспомнил про «не удивляйтесь необычному»?

– Думаешь, это оно? – спросил Коля.

– Не знаю, – ответила Кира честно. – Но очень похоже.

Они дошли до перекрёстка, где их пути расходились. Кира поправила лямку рюкзака.

– Ладно, мне туда. Спасибо ещё раз. За Нью-Дели.

– Да не за что, – сказал Коля.

Кира пошла по своей улице. Коля смотрел ей вслед – секунд пять, или семь, или десять – а потом резко повернулся и зашагал домой.

* * *

Мысль пришла ровно на середине пути.

Надо было позвать её в гости. Или хотя бы предложить пройтись подольше. Или в парк. На «Солнечный остров» – там сейчас, наверное, здорово: тепло, вода блестит, плавают утки и лебеди. Коля сам бы с удовольствием там погулял. И Кира, он был почти уверен, не отказалась бы.

Но он, конечно, ничего не сказал. Потому что что-то всегда мешало – не страх, нет, просто какая-то странная заторможенность, будто нужные слова застревали где-то между головой и ртом и выходили с опозданием на полчаса. Когда уже поздно.

Он помнил, как в прошлой четверти, во время той истории с порталами, действовал почти без раздумий – просто потому что надо было. Потому что выбора не было. А сейчас выбор был, и именно поэтому он снова промолчал.

– Растяпа, – сказал Коля сам себе вслух.

Рядом обернулась какая-то бабушка с пакетом. Коля сделал вид, что это не он.

Завтра. Завтра надо не упустить. Сказать что-нибудь нормальное. Позвать куда-нибудь. Это же не так сложно. Вот Артур, младший брат Коли, например, никогда не молчит – ляпает первое, что пришло в голову, и хоть бы что. Правда, потом иногда приходится расхлёбывать, но хотя бы говорит.

Хотя Артуру восемь лет, и он второклассник, и это немного разные ситуации.

Коля вздохнул и зашагал быстрее.

Ладно. Потом разберётся с Кирой. Сначала – другой вопрос, куда важнее.

Что это было на уроке?

Он явно думал про карту – мысленно, без слов, просто образами и эмоциями: не туда, туда, вот сюда, правильно! – и Кира это почувствовала. Это не телепатия из фантастических книжек. Там люди передают целые предложения. Здесь было что-то другое – проще и при этом как-то живее. Как сигнал.

Математика, которую Коля любил, не давала никакого объяснения.

Робототехника, которую Коля тоже любил, тоже не давала.

Зато недавняя история с порталами давала одно очень конкретное объяснение, и Коля пока не решил, радоваться этому или на всякий случай немного испугаться.

Он поднял голову. Впереди уже виднелся его дом – высокая башня в двадцать пять этажей, серо-бежевая, с рядами одинаковых окон. Где-то там, на двадцать третьем этаже, Рыжик, наверное, уже сидит на подоконнике и смотрит вниз с видом существа, которое знает всё на свете, но никому не скажет.

Не удивляйтесь необычному.

Коля хмыкнул и потянул дверь подъезда.

Глава 2

Все четыре лифта были заняты – кто-то поднимался с нижних этажей, и Коля решил не ждать. На двадцать третий этаж пешком – это, конечно, подвиг, но сегодня ему почему-то хотелось спокойно подумать.

На двенадцатом он пожалел об этом решении. На двадцать первом – смирился. На двадцать третьем просто нажал на кнопку звонка и навалился на стену рядом с дверью, тяжело восстанавливая дыхание.

Дверь щёлкнула. На пороге, с видом гостеприимного хозяина, встречал Рыжик. Кот был огромный, рыжий и смотрел на Колю так, будто прекрасно знал, о чём тот думал всю дорогу от школы. И вопрос был лишь в том, стоит ли это вообще обсуждать.

– Привет, – сказал Коля коту.

Рыжик с достоинством отступил в глубь прихожей.

Из комнаты доносился знакомый треск: Артур явно строил что-то из конструктора и только что уронил очередной незавершённый фрагмент. Потом послышался шорох, звук сдвигаемого стула, и на пороге появился младший брат – каштановые вихры в разные стороны, рукав рубашки испачкан чем-то зелёным, а на лице – ни тени вины.

– О, это ты! – сказал Артур радостно. – А у меня сегодня уроков меньше, я ра-а-аньше тебя пришёл!

– Я вижу, – сказал Коля, разуваясь. – Что у тебя на рукаве?

– Это? А, 3Д-ручкой зацепил. – Артур посмотрел на рукав без особого интереса. – Я делал дополнительную деталь для модели. Она то ли потерялась, то ли eё и не было… Коль, есть хочешь? Родители котлеты оставили. Нафаня сказал, что они нас в холодильнике дожидаются.

– Нафаня сказал? – Коля шагнул в комнату.

– Ну я спросил, что на обед. – Артур пожал плечами. – Логично же.

Из колонки в комнате донёсся ровный голос:

– Добрый день, Коля. Контейнер с котлетами и гречкой – на второй полке холодильника. Разогревать три с половиной минуты.

Нафаня – это не только голосовой помощник, но еще и часть «умного дома» их квартиры. Его создал папа Коли и Артура, инженер и немного изобретатель. Нафаня управляет светом и температурой в квартире, подсказывает с обедом и вообще во многом помогает. Вот только, к сожалению, он ещё и следит, чтобы ребята делали уроки. А пока уроки не сделаны – не позволяет им играть на компьютере.

– Спасибо, Нафаня, – сказал Коля.

– Пожалуйста.

Рыжик прошествовал на кухню первым – с видом, будто это была исключительно его идея.

* * *

Котлеты оказались хорошими. Гречка – ещё лучше, потому что мама клала в неё овощи и что-то душистое, отчего обычная гречка превращалась во что-то совсем другое, почти праздничное. Братья сидели за кухонным столом, Рыжик устроился на табуретке в углу – не попрошайничал, просто «составлял компанию», как это умеют только коты.

Артур как раз подносил ко рту очередной кусок котлеты, когда Коля сделал это.

Не вслух. Просто мысленно – сосредоточенно и резко, как тогда в школе: Стой! Назад!

Артур замер. Буквально на полудвижении – вилка в воздухе, рот слегка приоткрыт. Потом медленно опустил вилку на тарелку и посмотрел на Колю так, как будто тот только что ляпнул что-то неуместное.

– Ты чего? – сказал Артур.

– А ты чего? – Коля наклонился вперёд. – Ты почему котлету опустил?

– Ну... – Артур нахмурился. Было видно, что он и сам не очень понимает. – Не знаю. Что-то такое... будто кто-то внутри сказал «стоп». Только никто не говорил. – Он посмотрел подозрительно. – Это ты?

– Я, – сказал Коля.

Артур помолчал секунду.

– Вслух?

– Нет.

Пауза стала заметно длиннее. Рыжик на своей табуретке слегка повернул голову.

– Расскажи, – потребовал Артур и всё-таки съел котлету.

Коля рассказал. Про урок, про карту, про то, как Кира двигала указку в правильную сторону, сама не зная почему. Про разговор на перекрёстке. Артур слушал молча – что для него было само по себе событие. Дожевал, отодвинул тарелку и сказал:

– Хочу попробовать сам.

– Ты не умеешь, – сказал Коля. – Это только я пока. Кажется.

– А Кира умеет?

– Кира чувствует. Это другое.

– Интересно, – сказал Артур с совершенно искренним восхищением, которое Коля у него не ожидал. Обычно Артур на чужие способности реагировал желанием немедленно их переплюнуть. – Значит, это как... трансляция? Ты вроде колонки?

– Я не колонка, – сказал Коля.

– Ну в смысле – передаёшь сигнал. Без слов. Как... – Артур пощёлкал пальцами. – Как радио!

– Нафаня, мы с тобой немного похожи? – спросил Коля в сторону комнаты.

– Я цифровой голосовой помощник, – ответил Нафаня. – Сравнение некорректно. Но концептуально – возможно.

Артур фыркнул. Рыжик чихнул.

* * *

После обеда они убрали посуду – Нафаня напоминал об этом автоматически, и спорить с ним было как спорить с будильником: бессмысленно и бесполезно – и перешли в комнату для экспериментов.

Всё было просто. Коля сосредотачивался на какой-нибудь яркой эмоции и направлял её на Артура. Страх – Артур нервно оглядывался, хотя в комнате всё было тихо. Удивление – Артур поднимал брови и крутил головой, явно не понимая, откуда это. Радость – Артур начинал улыбаться и сам потом злился.

– Прекрати меня улыбать! – сказал он после третьего раза.

– Это называется «транслировать радость», – поправил Коля.

– Это называется «нечестно», – отрезал Артур.

Но сам результат его явно впечатлял. Он сидел на кровати, обхватив колени руками, и думал – это было видно по глазам.

– А если ты не на меня думаешь, а на кого-то другого, – спросил он, – тогда что?

– Тогда ты ничего не чувствуешь.

– Проверяли?

– Ещё нет. Пошли.

Они вышли на балкон. Внизу по тротуару шёл парень лет шестнадцати со скейтом под мышкой. Коля подождал, пока тот войдёт в прямую видимость, и снова – мысленно, резко, уже не на Артура, а туда, вниз: Стой! Назад!

Парень дёрнулся. Именно дёрнулся – как от внезапного звука. Остановился. Покрутил головой, явно не понимая, что случилось. Посмотрел по сторонам. Пожал плечами и пошёл дальше.

Артур уставился на Колю.

– Ты это видел? – спросил Коля.

– Я это видел, – подтвердил Артур тихо. – Коль… Это же серьёзно.

Рыжик сидел прямо за их спинами – они и не заметили, когда он вышел на балкон. Смотрел вниз на тротуар с видом учёного, который только что успешно завершил важный эксперимент.

* * *

Потом был Нафаня с напоминанием про уроки – строгий, как всегда, и неумолимый, как таймер. Коля сел за математику, Артур – за чтение. Нафаня напоминал и умел ждать ровно столько, сколько нужно, а потом деловито уточнял: «Ты закончил задание или задумался?»

Рыжик лежал на подоконнике. Закат медленно красил половину города в оранжевый.

Уроки они сделали. Нафаня разрешил включить компьютер на сорок минут.

А потом был ужин, и разговор с мамой о том, как прошёл день, и привычное «нормально», которое у Коли прозвучало на этот раз немного неубедительно. День был, прямо скажем, совсем ненормальный. Но объяснять это маме сейчас он не был готов. Не потому что боялся. Просто – не хватало слов. Или смелости. Или и того, и другого вместе.

Ночью Коля лёг, закрыл глаза, и почти сразу провалился в сон.

* * *

Во сне всё было странное.

Комната – не его, какая-то чужая, с высокими потолками и одним большим окном. Вид из окна – другой, незнакомый: крыши в черепице, вдали что-то похожее на башню. И сидел мальчик.

Примерно Колин ровесник, может, чуть старше. Волосы тёмные, взгляд внимательный – такой бывает у людей, привыкших замечать детали. На плече у него сидел попугай – большой, с зелёно-синими перьями – и смотрел жёлтым глазом с таким же вниманием, что и мальчик.

– Ты – тот, кто был в Волшебной стране? – спросил мальчик без предисловий.

Коля не удивился. Во сне это казалось нормальным.

– Был, – ответил он.

– Я видел видео. – Мальчик слегка наклонился вперёд. – С событиями там. Ты откуда его взял?

– Какое видео? – не понял Коля.

– Ну то, где... – Мальчик снова что-то сказал, но слова стали вдруг нечёткими, как плохая запись. Попугай переступил лапами.

– Я не понимаю, – сказал Коля.

Мальчик нахмурился. Попугай открыл клюв, но ничего не произнёс.

– Ты знаешь, где это? – настаивал мальчик. – Ты же там был.

– Я не знаю ни про какое видео...

Сон начал истончаться – сначала размылись края, потом пропало окно с черепичными крышами, потом – мальчик. Последнее, что осталось, – яркий жёлтый глаз попугая. Потом исчез и он.

* * *

Утром Коля проснулся с неприятным ощущением, которое трудно было описать точно. Не страх. Не тревога. Скорее, будто забыл что-то очень важное и никак не можешь вспомнить – что именно.

Он лежал, смотрел в потолок, пока Артур на соседней кровати сопел и явно досматривал что-то своё, и пытался собрать сон обратно по кусочкам. Мальчик. Попугай. Видео. Волшебная страна.

Это же было не первый раз.

Вот что было неприятнее всего. Коля не мог точно сказать когда, но это ощущение – чужая комната, внимательный взгляд, попугай на плече – было уже знакомым. Будто этот сон снился ему раньше. И не один раз.

Он встал, пошёл умываться. Рыжик уже сидел в коридоре – бодрый и готовый к новому дню. И тоже с жёлтыми глазами.

– Это не ты мне снишь такое? – спросил его Коля.

Рыжик посмотрел с невозмутимым спокойствием истинного философа.

Это, разумеется, ничего не значило. Но Коля почему-то совсем не был в этом уверен.

Глава 3

Утром в школьной столовой давали кекс.

Это был особый вид кекса – в фабричной картонной упаковке, ярко-красной с синей полосой. Такие цвета сразу бросались в глаза: издалека было понятно – вот, у этого человека точно кекс. Сам кекс был неплохой – в меру сладкий, с изюмом, немного рассыпчатый. Но главным его достоинством была именно упаковка: она отлично закрывалась обратно и её удобно было положить в карман куртки или рюкзака, чтобы перекусить потом, по дороге домой. Это знали все. И почти все этим пользовались.

Коля взял кекс вместе с чаем, положил рядом с тарелкой с овсяной кашей и покосился на Киру. Кира сидела через стол и явно думала о чём-то своём.

– Слушай, – сказал Коля.

– Слушаю.

– Это было не случайно. Вчера, с Нью-Дели.

Кира подняла голову. Посмотрела на него внимательно.

– Я знаю, – сказала она.

– Ты знаешь?

– Ну, я примерно так и думала. – Она чуть заметно пожала плечами. – Ты бы не сказал так просто «я молчал», если бы и сам не почувствовал что-то странное.

Коля открыл рот, потом закрыл.

Она разобралась быстрее, чем я.

– Мы вчера с Артуром экспериментировали, – сказал он. – Есть результаты. Хочешь – приходи после уроков, расскажем подробно.

Кира задумалась – буквально на секунду.

– Хочу, – сказала она и убрала нетронутый кекс в карман рюкзака. Понятно: тоже возьмёт с собой.

* * *

До конца дня Коля три раза хотел переспросить, не передумала ли Кира, и три раза одёргивал себя. Кира явно не из тех, кто меняет решения просто так. После последнего урока они вышли из школы вместе. Апрель встретил их тёплым воздухом и лёгким ветерком, в котором уже чувствовался далёкий, едва уловимый запах сирени.

Той же дорогой шли и другие школьники – из разных классов, кто пешком, кто на велосипеде или самокате. И почти у всех в руках мелькали красно-синие упаковки. Упаковки вскрывали на ходу, кексы съедали за квартал-другой от школы, картонные коробочки шуршали.

Коля краем глаза наблюдал всё это, пока рассказывал Кире про вчерашние опыты – про страх, и удивление, и про парня со скейтом, который дёрнулся внизу на тротуаре.

Кира слушала внимательно. Потом сказала:

– Значит, это не только мне. Это вообще всем.

– Тому, кому специально адресуешь.

Кира кивнула. Они свернули за угол, и тут Коля резко остановился.

Впереди шёл старшеклассник – долговязый, в наушниках, с рюкзаком, съехавшим на одно плечо. В руке у него была уже пустая красно-синяя упаковка. Он скомкал её, не снижая шага, и небрежно бросил в кусты у дороги.

Среди молодой весенней зелени ярко и нелепо, будто клякса, торчала красно-синяя картонка.

– Ты это видела? – спросил Коля.

– Что «это»? – не поняла Кира.

– Смотри. – Он кивнул назад, на пройденный квартал. – Все несли упаковки. Большинство выбросили в урну. Вон ещё одна девочка ищет урну, не находит и несёт дальше. А этот – прямо в кусты. Рядом с нормальными людьми.

Кира посмотрела на куст. На красно-синюю коробочку. На удаляющегося старшеклассника.

– Ну, бывает, – сказала она.

– Бывает, – согласился Коля. – Но почему так? Все люди как люди. А здесь вроде и старшеклассник, а так себя ведёт.

Кира помолчала, подбирая слова.

– Моя мама в таких случаях говорит: когда люди становятся старше, они не всегда взрослеют в голове, а умнеют – еще реже.

* * *

Дома их встретил Артур – уже в коридоре, с видом человека, который давно ждёт и едва сдерживает нетерпение.

– Пришли! – торжественно объявил он. – Кира, привет. Коль, пока ты шёл, я придумал ещё три новых варианта эксперимента.

– Здравствуй, Артур, – спокойно сказала Кира.

– Привет, привет! – Артур уже разворачивался в сторону комнаты. – Идём?

Из-за угла появился Рыжик. Окинул всех важным взглядом, будто проверяя, достойны ли гости его внимания, и величественно вернулся на диван – решив, что в прихожей ему делать точно нечего.

* * *

Эксперименты с тремя участниками пошли совсем по-другому – живее, интереснее и немного запутаннее.

Артур и Кира вставали в разных точках комнаты. Коля сосредотачивался и транслировал эмоцию. Кира чувствовала. Артур чувствовал. Всё, как вчера.

– Теперь попробуй на Артура, но не прямо, – предложила Кира, – а как будто мимо, вскользь.

Коля попробовал. Артур – ничего. Кира – тоже.

– А теперь на меня, как будто ты хочешь мне что-то сказать, но сказать не можешь вслух.

Это была странная формулировка, но Коля понял. Он вспомнил тот момент у карты – именно то ощущение, когда хочется крикнуть, но нельзя – и направил его на Артура.

Артур дёрнул плечом.

– Что-то есть, – сообщил он, – но размыто. Непонятно.

Они пробовали ещё. Меняли позиции. Артур садился спиной. Кира закрывала глаза. Рыжик перебрался со спинки дивана на спинку кресла и наблюдал с тем самым непроницаемым выражением, которое бывает у котов, когда им на самом деле очень-очень интересно.

А потом кот прыгнул.

Никто не ожидал. Рыжик соскочил прямо под ноги Коле, который как раз делал шаг. Коля споткнулся, качнулся, выставил руку – и его рука коснулась руки Киры, стоявшей рядом.

В этот момент Артур сказал:

– Подожди.

Все замерли.

– Коль. – Артур смотрел на него с таким выражением, какого Коля у брата почти никогда не видел. – Ты только что подумал: «Кажется, это работает иначе». Именно этими словами.

Коля уставился на него.

– Я именно это и подумал.

– Я знаю. – Артур медленно кивнул. – Я услышал. Не «почувствовал» – именно услышал. Прямо как слова.

Кира смотрела на их соприкасающиеся руки.

– Не отпускай, – сказала она тихо. – Попробуй ещё.

Коля не отпускал. Сосредоточился. Чётко и ясно подумал: Артур. Ты слышишь меня?

– Слышу, – вслух ответил Артур. Голос у него стал немного тише обычного. – Ты спросил, слышу ли я тебя.

Коля отпустил руку Киры.

– Скажи что-нибудь мысленно, – попросил он Артура.

Артур нахмурился, стараясь. Коля – ничего не услышал.

Он снова взял Киру за руку. Чётко подумал: Артур. А теперь скажи что-нибудь в ответ?

Артур мысленно ответил: Горилла.

– Ты подумал «горилла», – сказал Коля.

– Да, – тихо подтвердил Артур.

Рыжик на спинке кресла сидел абсолютно неподвижно.

* * *

Следующий час прошёл в экспериментах, которые Кира деловито записывала в школьную тетрадку, рисуя аккуратные схемки. Выяснилось вот что: когда Коля касается Киры, он может передавать другому человеку не просто эмоцию, а полноценную мысль, образ или даже картинку. Может и получать ответ, если человек осознанно думает его в ответ. Как только касание прерывается – канал сразу закрывается. Без касания – только яркие эмоции и только в одну сторону.

– То есть Кира – это как... усилитель? – задумался Артур.

– Или проводник, – поправила Кира, не отрываясь от тетрадки.

– Антенна, – предложил Коля.

– Мне больше нравится «проводник», – сказала Кира. – Антенна – это просто железка. – Она подчеркнула что-то в записях. – Коль, а попробуй теперь на меня саму. Когда держишь руку.

Коля попробовал. Направил первый попавшийся образ. Кира вздрогнула.

– Ты подумал про утренний кекс.

– Да.

– Я увидела упаковку. Красно-синюю. – Кира записала. – Хорошо. Работает и на меня саму.

– При касании, – уточнил Коля.

– При касании, – согласилась она.

Артур посмотрел на Рыжика.

– А кот? Коль, попробуй на кота.

Коля посмотрел на Рыжика. Сосредоточился: Рыжик. Иди сюда.

Никакой реакции. Рыжик продолжал сидеть и внимательно смотреть.

– Возьми Киру за руку и попробуй, – сказал Артур.

Коля взял. Попробовал.

Рыжик зевнул.

– Не работает, – констатировал Артур с видом настоящего учёного, записывающего отрицательный результат. – На животных не работает.

– Жаль, – сказал Коля.

– Жаль, – согласилась Кира.

Рыжик зевнул ещё раз, грациозно спрыгнул с кресла и вышел из комнаты. Очень своевременно. Или очень демонстративно.

– Знаете, – сказал Артур задумчиво, глядя ему вслед, – а что, если кот нарочно заставил тебя споткнуться? Чтобы ты коснулся Киры рукой?

Повисла пауза.

– Артур, – сказал Коля, – коты не строят таких планов.

– Обычные – нет, – сказал Артур с ударением на первом слове.

Кира посмотрела на дверь, за которой исчез Рыжик.

Потом перевела взгляд на Колю.

Потом снова на дверь.

И ничего не сказала. Только поставила в тетрадке маленький вопросительный знак на полях.

Глава 4

– Подождите, – сказал Артур. – Он же тоже путешествовал с нами.

Кира подняла голову от тетрадки.

– В смысле?

– Ну, в Волшебную страну. Рыжик был с нами. Если у Коли появилась необычная способность, и у Киры тоже – почему у кота не могло появиться чего-нибудь своего?

Коля открыл рот, чтобы сказать «это же кот», – и закрыл. Потому что, если честно, это было не таким уж умным аргументом.

Кира оторвалась от своей тетрадки:

– Ты думаешь, Рыжик тоже может... что-то такое? – она посмотрела на кота с новым интересом.

– Не просто может, – продолжил Артур с энтузиазмом, – а уже делает! Ведь он же прыгнул под ноги Коле? Как раз чтобы тот коснулся Киры?

– Тогда надо проверить, – сказал Коля.

Это же логично. Почему я сам не подумал?

– Тащи кота, – сказала Кира.

Рыжик обнаружился в прихожей – сидел перед зеркалом и делал вид, будто терпеливо ждёт, когда про него наконец вспомнят. Коля присел, почесал его за ухом, потом аккуратно взял на руки. Рыжик возмутился – не громко, но очень убедительно: негромкое «мр-р», хвост трубой, и взгляд, полный благородной укоризны.

– Тихо, тихо, – сказал Коля, – это правда важно.

Рыжик не успокоился, но позволил нести себя в комнату. Ворчал всю дорогу – тихо, сдержанно, как человек, которого оторвали от крайне важных дел. А может быть он говорил примерно следующее: «Я соглашаюсь только потому, что сам так решил, а вовсе не потому, что меня схватили».

– Хороший, – приговаривал Коля, поглаживая тёплый рыжий бок. – Спокойно. Это ненадолго.

Рыжик смотрел в пространство с видом глубоко оскорблённого достоинства.

* * *

Следующие полчаса прошли в довольно энергичных попытках доказать или опровергнуть теорию Артура. Коля держал кота на руках и пробовал всё подряд (Рыжик ворчал, но не вырывался).

Сначала эксперимент без Киры: яркая эмоция, адресованная Артуру. Артур её чувствовал – так же, как раньше. Кот эффекта не добавил.

Потом без Киры: попытка передать что-то коту. Рыжик смотрел мимо с царственным равнодушием.

Потом с Кирой: полная мысль, адресованная Артуру. Артур слышал отчётливо. Кот по-прежнему не добавлял ничего.

Попытки передать что-либо непосредственно Рыжику заканчивались одинаково: кот смотрел сквозь Колю, как сквозь стекло, и никак не реагировал.

– Рыжик. Рыжик, иди к Артуру. Рыжик, сядь. Рыжик, дай лапу, – повторял Коля мысленно и с Кирой, и без неё.

Рыжик не сделал ничего из перечисленного. Он выждал ровно столько времени, чтобы это выглядело как его собственное решение, а потом мягко соскочил с Колиных колен на пол.

– Не работает, – сказал Коля вслух.

– Я вижу, – сказал Артур.

Рыжик прошёл мимо всех троих, запрыгнул на подоконник и повернулся спиной. За стеклом стояла тихая оранжевая весна – солнце уже клонилось к закату. Рыжик принялся умываться с таким видом, будто это было единственное достойное занятие во всём мире. Лишь иногда, в паузах, он поглядывал на ребят через отражение в стекле – коротко, чуть прищурившись.

– Обиделся, – констатировала Кира.

– Он не обижается, – сказал Коля. – Он кот.

Коля вдруг почувствовал усталость. Все эти эмоции, образы, сосредоточенность – всё это явно требовало сил.

– Давайте на сегодня закончим, – сказал он, откидываясь на кровати. – Мне ещё уроки делать, да и вам тоже. И я немного устал – ночью плохо спал из-за странного сна.

– О, а мне тоже что-то странное снилось! – Артур оживился, тут же перебивая брата. – Представляешь, мне снились какие-то совсем незнакомые ребята. Мальчик и девочка.

Коля резко сел:

– Какие ещё ребята?

– Лет десять-одиннадцать, наверное. Странно, обычно во сне все хоть немного знакомые, а эти – совсем чужие. И они спрашивали про тебя, – Артур рассказывал оживлённо, словно делился забавным анекдотом. – Знаю ли я Колю и в какой школе мы учимся.

Коля застыл:

– И что ты им ответил?

– Сказал, конечно, – пожал плечами Артур. – Спросили – ответил. А что такого?

Пауза вышла такой длинной, что Рыжик на подоконнике прервал умывание и повернул голову.

– Артур, – тихо сказал Коля, – ты зачем это сделал?

– Ну, а что такого? Это же сон. – Артур смотрел непонимающе, но уже гораздо менее уверенно. – Во сне всякое бывает. Ничего страшного не произошло.

– Ты не знаешь, что это были за люди.

– Не люди, а дети.

– Ты не знаешь, что им надо!

– Коль, это же... – Артур снова попытался отмахнуться, но что-то в голосе брата заставило его запнуться. – Это сон, ничего же не случилось...

– Артур! – Коля даже привстал. – Это же не игра! Ты не знаешь, кто они и что им нужно! А если это не просто сон, а реальные люди?

– Ну, даже если реальные – они же просто спросили. Может, им надо помочь или...

– Артур.

Тон у Коли был такой, что Артур сразу замолчал. По-настоящему замолчал – не задумался, не отвлёкся на что-то в комнате, а именно замолчал и посмотрел на брата. Коля не кричал. Он просто смотрел, и по этому взгляду было видно: он не шутит, ему не смешно, ему по-настоящему неприятно.

Вот оно.

Артур не привык к такому ощущению. Обычно что-нибудь как-нибудь рассасывалось само: взрослые разбирались, или проблема оказывалась не такой уж большой, или можно было сказать «ну и ладно» и переключиться. Но сейчас было иначе. Коля смотрел не как человек, который хочет отчитать. Он смотрел как тот, кому стало тяжелее из-за того, что сделал Артур.

И это было хуже любого выговора.

Коля видел, как лицо Артура медленно меняется. Не сразу – постепенно, слоями. Сначала – лёгкое раздражение от того, что на него давят. Потом – замешательство. Потом что-то, похожее на неловкость.

– Слушай, – сказал Артур. – Ну я же не знал, что это важно.

– Именно поэтому, – ответил Коля тихо. – Именно поэтому не надо отвечать незнакомым людям на такие вопросы. Даже во сне.

Кира смотрела в окно. Рыжик умывался. В комнате было тихо.

– Ладно, – сказал Артур тихо. Без привычного «всё нормально» и без попытки переключить тему. – Ладно.

– Нам надо быть осторожнее, – уже мягче добавил Коля, видя смятение брата. – Если они появятся снова, не говори ничего важного, хорошо?

Артур кивнул – на этот раз без тени легкомыслия.

Рыжик на подоконнике прекратил умывание. Закатное солнце отражалось в его жёлтых глазах. Он смотрел не на ребят и не в окно – куда-то ещё, в точку, которую только он один и видел.

Глава 5

В среду в школьной столовой снова давали тот же кекс.

Коля увидел красно-синюю упаковку и вдруг поймал себя на том, что смотрит уже не на кекс, а на то, куда потом денут картонку. Раньше он так не делал. Что-то явно изменилось с прошлого раза.

На перемене они встретились с Артуром и Сашей. Саша только вчера узнал об новых необычных способностях друзей. Саша – это одноклассник и лучший друг Артура. Он самый младший из четверки, ему всего 7 лет, но он тоже участвовал в приключениях в Волшебной стране и тайну хранить умеет.

– Вы правда можете разговаривать без слов? – спросил Саша шёпотом, хотя в шумном коридоре их всё равно никто не услышал бы.

– Не совсем так, – сказала Кира. – Коля может передавать мысли и образы, но только когда держит меня за руку. И не разговаривать, а скорее... показывать.

– Круто! – Саша не скрывал восхищения. – А можно... можно и мне попробовать?

– После уроков, – кивнул Коля. – Встречаемся у выхода и идём в парк.

* * *

До «Солнечного острова» – минут пятнадцать пешком. Апрель стоял тёплый и ветреный. Деревья вдоль дороги раскачивались, молодая листва тихо шелестела, будто вела свои секретные разговоры. По тротуару тянулись группы школьников – уроки у многих закончились одновременно.

И почти сразу Коля увидел это.

Красно-синяя упаковка лежала прямо посередине тротуара. Ещё одна – в кустах акации. Ещё несколько – у бордюра. Дальше по улице их становилось всё больше: мятых, брошенных кое-как, кто куда. Мимо прошла девочка, на ходу развернула упаковку, откусила кекс и, не глядя, швырнула картонку под ноги.

Вчера такого не было. Вчера почти все доносили упаковки до урны.

– Кира, – тихо сказал Коля, – ты видишь?

– Вижу, – ответила она.

– Почему вдруг все начали мусорить?

– Это называется "теория разбитых окон", – Кира говорила ровно, как будто рассказывала урок, но не скучно, а так, когда сам только что понял что-то важное. – Я читала про неё, но не думала, что она так быстро работает Если в доме разбили одно окно и его не починили, то через месяц-другой будут разбиты и многие остальные окна.

– Но здесь нет разбитых окон, – заметил Саша.

– Это образно, – пояснила Кира. – Разбитое окно говорит: здесь уже плохо. Здесь никому нет дела. Люди думают: значит, мне тоже можно не стараться. Не потому, что люди злые, а потому что человек смотрит вокруг и ощущает, как «здесь принято».

– Одно разбитое стекло, – медленно повторил Саша, явно переваривая.

– Если вокруг беспорядок, люди решают: значит, здесь так можно. Никто не следит, правила не работают. Можно и мне. – Кира кивнула на тротуар. – Первая упаковка создала «разбитое окно». Потом вторая, третья. Сейчас уже половина класса бросает мимо урны.

– И мы вчера видели самое первое «окно», – добавил Коля, вспоминая старшеклассника, который бросил упаковку в кусты.

– А как всё вернуть обратно? – спросил Саша.

Кира помолчала чуть дольше обычного.

– Трудно. Нужно чтобы окно починили. Только не одно, а много. И желательно быстро, пока не стало совсем плохо.

Коля молча поднял упаковку из кустов, дошёл до урны и бросил. Кира подобрала ещё одну. Артур, с важным видом, будто это была его собственная идея с самого начала, поднял третью. Саша схватил сразу две.

Они шли и просто убирали. Без громких слов, без призывов. Просто делали.

Артур случайно обернулся. Потом снова посмотрел вперёд, потом – ещё раз назад.

– Коль, – сказал он негромко, – посмотри назад.

Коля оглянулся. Трое ребят из их школы, шедшие следом, замедлились у урны и бросили свои упаковки туда. Один даже наклонился и поднял чужую, валявшуюся рядом.

– Ого. Работает, – сказал Артур с искренним удивлением.

– Ещё один неожиданный эксперимент, – тихо улыбнулась Кира.

* * *

В парке «Солнечный остров» пахло водой и молодой листвой. Подогретое теплом от ТЭЦ озеро парило у берегов, а ивы низко кланялись своим отражениям в воде. Они нашли скамейку в стороне от главной дорожки, и Коля подробно рассказал Саше всё, что тот ещё не знал: про невольный опыт с картой у доски, про эмоции, про Киру как проводника и про домашние эксперименты.

Саша слушал внимательно, не перебивая, только иногда кивал. У него была такая привычка – дать человеку договорить до конца, а уже потом задавать вопросы.

Дальше всё шло почти как ожидалось. Без Киры Саша, как и Артур, ловил только яркие эмоции. А когда Коля держал Киру за руку – приходили чёткие мысли, зрительные образы и даже ответы, если Саша сам старался «отвечать» ясно. Саша отвечал аккуратно и точно, как будто понимал: это не игра, а научный эксперимент. Два раза переспрашивал, правильно ли он понял задание, – и каждый раз оказывалось, что правильно.

– Работает одинаково, – констатировал Коля после нескольких попыток.

– То есть всё то же самое, – уточнил Саша. – Никаких новых возможностей от меня нет?

– Нет, – сказал Коля. – Это не плохо, просто...

– Да я понимаю, – кивнул Саша. – Просто хотел знать точно.

Он немного помолчал, потом спросил совсем другим тоном:

– А далеко можешь? Ну, если человек не рядом?

– Не знаю, – признался Коля. – Думаю, нет. Наверное, надо видеть.

– Давай проверим. Я вон туда отойду, – Саша показал на конец длинной аллеи, где она заворачивала за поворот. – Там уже не видно.

Они попробовали. Получилось.

– А если совсем далеко? И ты даже не предполагаешь, где сейчас человек, а только знаешь, что он где-то есть?

– Не должно работать, – сказал Коля. – Это... ну, это всё-таки не телефон.

– А ты пробовал?

Коля открыл рот – и закрыл.

– Нет, – честно сказал он. – Не пробовал.

Саша молча смотрел на него ясными глазами.

– Ладно, – вздохнул Коля. Подумал секунду. Потом вспомнил. – Старшеклассник. Который в понедельник первым упаковку в куст бросил. Я его лицо хорошо запомнил.

– Вот и попробуй, – просто сказал Саша.

Коля взял Киру за руку. Сосредоточился. Он собрал в голове чёткую картинку: тёмные волосы, наушники, рюкзак на одном плече. Улица сегодня. Красно-синие упаковки на тротуаре. Одна из них летит в кусты. И поверх всего – то, что что объясняла Кира: первое разбитое окно, за которым приходят остальные. Не злой укор. Просто ясная, честная мысль: «Вот что получилось».

Несколько секунд было пусто. Он уже почти решил отпустить, когда...

Что-то случилось.

Не слова. Ощущение. Сначала – стена, как когда звонишь на занятый номер. Потом – щелчок. Соединение.

Чужое удивление. Горячая волна стыда. Потом – ещё раз удивление, но другого рода: как это вообще происходит? И почти сразу – не слова, но очень отчётливо: кто ты такой и что это сейчас было?

Коля резко отпустил Кирину руку.

Сердце колотилось так, словно он только что пробежал стометровку.

– Коль? – встревоженно спросил Артур.

– Получилось, – ответил Коля. Голос получился тише, чем хотелось. – Он почувствовал. И… спросил, кто я.

Повисла тишина.

– Ты что? – Кира внимательно посмотрела ему в лицо. – Испугался?

Коля хотел ответить сразу, но не смог.

– Я не испугался, – сказал он наконец. – Я очень испугался.

Саша медленно кивнул. Ни улыбки, ни подколки. Просто принял.

– Я его совсем не знаю, – тихо продолжил Коля, глядя на качающиеся ивы. – И он меня тоже. Получилось… как войти в чужую комнату без стука. И хозяин комнаты это заметил.

Они сидели молча, осмысливая то, что только что произошло. Возможности оказались гораздо шире, чем они предполагали. Над озером медленно плыло белое облако. Ивы всё так же кланялись воде.

– Значит, работает и на расстоянии, – тихо подытожил Саша.

– Работает, – согласился Коля.

Больше никто не предложил повторить опыт.

Глава 6

Домой шли медленно. День был долгим, и никто не торопился. Апрельский вечер стоял тёплый, воздух пах свежей землёй и чем-то сладким с соседних дворов – наверное, цветущим кустарником.

Саша шёл чуть позади и смотрел на Артура.

Артур шёл молча.

Для Артура «молча» было примерно то же, что для другого человека «в глубокой печали». Обычно он говорил без остановки – на ходу, со всеми сразу, обо всём на свете. А сейчас просто нёс рюкзак, смотрел под ноги и молчал.

Саша догнал его.

– Ты чего? – спросил вполголоса.

– Ничего.

– Ничего – это понятно. Но что именно «ничего»?

Артур вздохнул. Покосился на Колю и Киру, которые шли впереди.

– Я во сне назвал незнакомому человеку номер нашей школы.

Саша помолчал, подбирая слова. Потом тихо сказал:

– Расскажи подробнее.

Артур рассказал. Коля услышал за спиной и притормозил. Вскоре они снова шли вчетвером, и история теперь звучала для всех – чуть медленнее, с новыми деталями.

– Там были мальчик и девочка, – сказал Артур. – Лет десять-одиннадцать. Мальчик спрашивал, девочка просто стояла рядом. Сначала про Колю – знаю ли я его. Потом где учимся. Я… ну, я не подумал. Ведь там было как в обычном сне, я совсем не соображал, что надо молчать.

Саша выслушал всё, сложил руки за спиной – его привычка, когда он обдумывал что-то важное.

– Ну, – сказал он осторожно, – может, это правда просто необычный сон? Иногда же снится такое...

– Иногда снится, – согласился Артур.

– Слушайте, – сказал Коля. – Я вчера так и не рассказал про свой сон. Артур меня перебил, и всё закрутилось.

Артур открыл рот, тут же закрыл. Обычно в такие моменты следовало «ну и ладно» или «я ненарочно». Но он промолчал.

– Расскажи, – попросила Кира.

Коля рассказал. Тёмные волосы, внимательный, оценивающий взгляд, попугай на плече – сине-зелёные перья, ярко-жёлтые глаза. Чужая комната с высокими потолками и видом на черепичные крыши. Ощущение, что этот сон – не первый. Что он уже был. Не один раз.

– Стоп, – сказал Саша вдруг.

– Что?

– Мальчик из твоего сна и мальчик из сна Артура – они разные?

Коля нахмурился.

– Артур, – сказал он, – расскажи, как выглядел тот, что тебя спрашивал.

– Ну... тёмные волосы. Смотрит как будто оценивает. Примерно твой возраст.

Саша слушал, слегка прищурившись. Потом сказал:

– Коль, а передай Артуру образ этого мальчика. Ну, как картинку, мысленно.

Коля посмотрел на него с удивлением. Потом кивнул.

Он взял Киру за руку, сосредоточился. Лицо – тёмные волосы, взгляд, попугай. Аккуратно, без спешки, как картинку.

Артур охнул:

– Это он! Это тот самый, который мне снился! Только у меня он был с девочкой, а у тебя – с попугаем.

– Ты уверен?

– Я уверен. Коль, это точно он.

Наступило молчание. Только шаги по тротуару.

– Дайте и мне посмотреть, – попросил Саша.

Коля «переключил» образ на Сашу. Тот покачал головой:

– Не узнаю. Никогда его не видел.

– А теперь мне, – сказала Кира. – Я тоже хочу увидеть.

Коля направил образ на неё.

Кира замерла. Потом медленно произнесла:

– Я его видела. Во сне. Совсем недавно.

– И ты? – удивился Коля.

– Да, – кивнула Кира. – Но мой сон был смутным, перед самым пробуждением. Он не разговаривал со мной, просто был где-то рядом. Я и не вспомнила бы, если бы ты не показал.

Апрельский вечер вокруг оставался совершенно обычным: машины проезжали, кто-то выгуливал собаку на той стороне улицы, в окнах постепенно загорались огни. И тем не менее у Коли было ощущение, что почва под ногами чуть-чуть сдвинулась – неопасно, но заметно.

Они стояли кружком, глядя друг на друга. Что-то происходило – что-то необъяснимое и, возможно, опасное.

– Значит, это точно не «просто сны», – тихо подытожил Коля. – Этот мальчик появляется у всех нас. И он знает о Волшебной стране.

– И теперь знает нашу школу, – добавил Артур с виноватым видом.

Они все четверо шли и молчали.

– Итак, это не просто сны, – сказал наконец Саша. Произнёс как вывод, без вопросительного знака. – Человек нас ищет. Выяснил про Колю, про Волшебную страну, теперь номер школы знает. А мы не знаем о нём ничего.

Коля посмотрел на Артура. Брат шёл с таким выражением, которое Коля у него видел нечасто – не виноватым, нет. Что-то другое. Как будто понял что-то неприятное и теперь молча нёс это понимание с собой.

– Ну я не знал, что это важно, – сказал Артур тихо. – Правда не знал.

Не «ладно, ничего страшного». Не «да брось, сон и сон». Просто – я не знал.

Маленькая разница, – подумал Коля. – Но разница.

– Ладно, – сказал он. – Разберёмся.

Некоторое время шли молча. Потом Саша поправил рюкзак и сказал:

– Кстати, вы уроки сегодня успеете? У нас завтра самостоятельная.

– Успею, – сказал Артур. – Нафаня не даст «не успеть».

– А у нас диктант в четверг, – сказала Кира. – По русскому.

Коля почувствовал знакомое сжатие в груди при слове «диктант». Не страх – скорее, привычная настороженность. Математику и информатику он ощущал как родных, а вот русский и английский – как языки, которые уважаешь, но относишься к ним с опаской. Диктанты по ним всегда превращались в аккуратное путешествие по минному полю. Особенно сейчас, в четвёртой четверти.

– Четвёртая четверть, – сказал он. – Самая последняя.

– Самая важная, – поправила Кира. – Итоговые оценки.

– У четвероклассников – вдвойне, – добавил Саша и посмотрел на Колю и Киру.

Это была правда. Начальная школа заканчивалась, и итоговые оценки – это уже не просто «за этот год», это то, с чем ты идёшь дальше.

– «Поколение» уже объявило набор с пятого класса, – сказала Кира. Нейтрально, ни к кому особо не обращаясь.

– Это президентская школа? – уточнил Саша. – Для одарённых детей?

– Да, – кивнул Коля. – У меня есть дипломы за олимпиады по математике и за соревнования по робототехнике. Если получу итоговые пятёрки, думаю, шансы хорошие. Только нужно не провалить диктанты по русскому и английскому, а с собеседованием, я надеюсь, справлюсь.

– Я тоже туда поступлю, – заявил Артур уверенно. – Когда дорасту до пятого класса.

Саша посмотрел на друга, потом вздохнул:

– А я вряд ли. Я слишком медленно соображаю. Там же конкурс, быстро надо.

– Зря так думаешь, – возразил Коля. – Ты соображаешь правильно. Это не то же самое, что быстро. И ты очень наблюдательный. Вон, сразу предложил сравнить мальчика из моего сна с тем, кого видел Артур. Это было умно.

Саша слабо улыбнулся, но было видно, что он не убеждён.

Коля посмотрел на Киру.

– А ты?

Кира пожала плечами. Чуть отвела взгляд.

– Мечтаю, – сказала она наконец. – Но у меня с точными науками не очень. Я не такая, как ты.

– Кира, – сказал Коля, – ты увидела в происходившем теорию разбитых окон раньше, чем все мы вообще поняли, что происходит. Ты записываешь эксперименты так, что из них получается структура. Ты умеешь думать и умеешь организовывать. Это важнее, чем кажется. Просто у тебя другой подход. Ты думаешь через смысл, не через формулу. – Он немного смутился от собственных слов – не привык говорить такое вслух. – Я могу помочь с математикой. Если хочешь.

Кира посмотрела на него.

– Это было неожиданно, – сказала она.

– Я имею в виду, что ты себя недооцениваешь, – добавил Коля, уже несколько торопливее обычного. – Просто... ну. Если захочешь – я объясняю нормально.

– Я подумаю, – сказала Кира. И, кажется, чуть улыбнулась – краешком губ.

Саша деликатно смотрел в другую сторону. На Артура, который тоже смотрел в другую сторону – с несколько преувеличенным интересом к кусту акации.

– Сначала разбираемся со снами и мальчиком с попугаем, – сказал Коля. – Потом всё остальное.

– Логично, – согласился Саша.

– Я помогу, – сказал Артур. Тихо, без обычной весёлости. – Правда.

Коля не ответил сразу. Прошёл несколько шагов. Потом сказал:

– Знаю.

Они дошли до перекрёстка, где их пути расходились. Постояли несколько секунд молча, как будто не решаясь разойтись и оставить общую тайну без присмотра.

– Завтра после уроков? – предложил наконец Коля.

Все кивнули. Это было молчаливое обещание – держаться вместе, что бы ни случилось дальше.

Коля и Артур пошли в одну сторону. Кира – в свою. Саша – за угол.

Фонари уже зажглись. Несколько красно-синих упаковок лежали под ближайшим кустом – их никто не убрал, пока ребята сидели в парке.

Артур наклонился, поднял упаковки. Посмотрел на них. Отнёс к урне – она была довольно далеко, шагов двадцать в сторону.

Вернулся.

Коля ничего не сказал.

Артур тоже.

Их дом показался в конце улицы – стекло и бетон, двадцать пять этажей. Из окна их комнаты сейчас, наверное, еще видны последние лучи заходящего солнца. Рыжик, скорее всего, сидит на подоконнике и смотрит на улицу, ни о чём особенно не тревожась.

Хорошо быть котом.

Глава 7

Диктант закончился ровно за две минуты до звонка.

Татьяна Николаевна прошла между рядами, собрала листочки и аккуратно сложила их стопкой на столе.

Коля положил ручку и незаметно выдохнул.

Кажется, нормально. Кажется.

Он никогда не был уверен до конца, пока не видел оценку. С математикой всё иначе: там ответ либо сходится, либо нет, и это честно. А русский язык работал по каким-то другим правилам, которые Коля искренне уважал, но никогда не был в них уверен до конца. Или в себе?..

Кира сидела через ряд, чуть наискосок. Ближе к концу диктанта Коля случайно посмотрел в её сторону и поймал момент, когда она замерла над словом – ручка зависла, взгляд стал немного сосредоточенным и немного растерянным одновременно. Коля сразу узнал это выражение. Оно значило: здесь что-то не то, но я не понимаю что.

Он посмотрел на её листок. Слово «ненастный». Слово было написано правильно, но Кира держала над ним ручку и уже собиралась то ли превратить приставку «не» в частицу, то ли зачеркнуть букву «т».

Коля осторожно сосредоточился. Не думая, почти автоматически – как берёшь карандаш, не глядя. Нашёл Киру в этом внутреннем пространстве и послал короткое, острое, очень конкретное: Правильно. Именно так.

Не слово. Не подсказку. Просто твёрдую уверенность.

Кира чуть дёрнула головой. Оглянулась на Колю. Чуть заметно кивнула и перешла к следующим словам.

Коля отвёл взгляд и уставился в свой листок с совершенно невинным видом.

Это считается за подсказку? – мелькнуло у него. – Я же не слово передал. Только ощущение.

Он решил, что это слишком философский вопрос, и отложил его на потом.

После уроков все четверо встретились у школьных ворот. Артур уже стоял там с Сашей и, судя по виду, только что рассказал что-то смешное – Саша улыбался своей аккуратной улыбкой, которая означала «забавно, но я не уверен, что надо смеяться вслух».

– Как диктант? – спросил Артур у Коли.

– Нормально, – сказал Коля. – Кажется.

– Кажется – это хорошо или плохо?

– Кажется – это «посмотрим».

Артур покивал, явно не до конца понимая, но решив принять ответ.

До дома шли привычным маршрутом. Апрель в этом году выдался тёплым и немного нетерпеливым – деревья уже стояли в нежной зелени, а воздух сладко пах цветами и пыльцой деревьев.

* * *

Дома их у самой двери встретил Рыжик.

Это само по себе было вполне нормально – кот иногда так делал, особенно если его долго не было видно и он соскучился. Но сегодня что-то пошло не так. Точнее – всё пошло слишком правильно, только с избытком.

Рыжик не просто встретил. Он начал сопровождать. Ходил за Колей на кухню. Возвращался в комнату. Запрыгивал на стол, когда Коля садился за него, и тут же спрыгивал. Ложился на Сашин рюкзак. Вставал. Ложился на другой рюкзак. Снова вставал.

– Он что, зарядку делает? – спросил Артур, наблюдая, как Рыжик в третий раз пересёк комнату.

– Просто соскучился, – сказал Коля. – Мы полдня не были дома.

Но уже через двадцать минут он сам в это почти не верил.

Рыжик слонялся. Садился рядом. Смотрел. Снова перемещался. У Коли постепенно возникало странное ощущение – не тревога, нет. Казалось, будто кот хочет что-то сказать и просто не знает как.

Они сидели на ковре с бутербродами – Кира, Коля, Саша – и обсуждали, что делать дальше с историей про мальчика и сны. Артур устроился на кровати с телефоном, но явно слушал одним ухом.

Рыжик прошёл мимо и легонько задел Колину руку хвостом.

– Рыж, – сказал Коля вслух, – ты чего ходишь? Ляг где-нибудь.

Кот остановился. Посмотрел на него.

Что ты такой назойливый сегодня? – мелькнуло у Коли само собой, почти случайно.

В этот момент он передавал Саше тарелку с бутербродами. Их пальцы на секунду соприкоснулись.

И Коля получил ответ.

Не слова. Скорее – целое ощущение нетерпения, с лёгкой обидой, будто кот давно ждёт, что его наконец заметят по-настоящему, а не просто почешут за ухом. А следом – тёплое, облегчённое наконец-то.

Коля замер.

– Э-э, – сказал он вслух.

– Что? – Саша ещё держал тарелку.

– Саша, не убирай руку. Секунду.

Коля сосредоточился. Рыжик по-прежнему стоял у его ноги и, кажется, тоже замер, будто тоже ждал.

Ты меня слышишь?

Ответ пришёл быстро: не слова – живая картинка. Комната, четверо детей, тарелка с бутербродами, и Коля – чуть отдельно, с выражением наконец-то дошло.

– Он отвечает, – сказал Коля. – Рыжик отвечает.

В комнате стало тихо.

– Погоди, – медленно произнесла Кира, подбирая слова. – Ты только что...

– Я касаюсь Саши, и могу говорить с Рыжиком. Не только послать мысль, но и получить ответ.

Коля осторожно послал Рыжику образ: почему ты сегодня такой?

Ответ оказался неожиданно отчётливым.

Это был не один образ – целая серия, быстрая, словно листание альбома. Рыжик в Волшебной стране – разговаривает, общается. Рыжик дома – сидит, смотрит в одну точку, ждёт. Снова и снова ждёт. И – тарелка с бутербродами, Саша, Коля: наконец-то.

– Он ждал, – сказал Коля тихо. – Ждал, когда мы это поймём. Что с ним можно... говорить.

– Сколько времени? – спросил Саша с искренним уважением в голосе.

Коля спросил мысленно. Ответ пришёл довольно размытый, но с интонацией с самого начала.

– Давно, – перевёл Коля.

– Он умеет разговаривать? – недоверчиво спросил Артур.

– В Волшебной стране умел, – напомнила Кира. – Ты же помнишь. Мы все помним.

Это была правда. В Волшебной стране все звери умели разговаривать по-человечески, и Рыжик не был исключением. Но здесь, в обычном мире, с первого же дня после возвращения он снова стал самым обыкновенным котом.

Коля решился на следующий вопрос. Сформулировал его мысленно так чётко, как мог: почему ты не говоришь вслух?

Ответ был неожиданно ясным.

Не слова – чистое ощущение. Как будто хочешь что-то сказать, открываешь рот – и выходит совсем не то. Звук есть, а слова – нет. И следом – лёгкое, почти смешное раздражение.

– Голосовые связки, – сказал Коля.

– Что? – переспросил Артур.

– Он... это как будто не приспособлен. Там, в Волшебной стране, была магия, и он мог говорить. Здесь нет магии. Голосовые связки – кошачьи. Он не может произносить слова.

Саша задумчиво почесал за ухом – собственным, не Рыжиковым.

– Но это не значит, что он ничего не понимает, – тут же уточнил Коля. – Совсем не значит.

– Рыжик, – обратился к коту Артур, – ты всё это время нас слышал и понимал?

Рыжик повернул голову к Артуру. Посмотрел на него с выражением, которое вполне можно было прочитать как наконец-то спросил.

Потом зевнул – медленно, с достоинством.

– Он говорит «да», – перевёл Коля.

– Это не «да», это зевок, – возразил Артур.

– Артур, зевок с достоинством – это тоже «да».

Кира засмеялась. Саша улыбнулся.

Следующие минут двадцать были похожи на очень странный, очень весёлый и совершенно невозможный разговор. Коля спрашивал – Рыжик отвечал образами и ощущениями, Коля переводил, иногда неточно, иногда очень точно. Рыжик, кажется, понимал вопросы лучше, чем Коля понимал ответы.

Выяснилось: Рыжик помнил Волшебную страну хорошо. Лучше, чем можно было ожидать от кота. И с тех пор, по его собственным ощущениям, что-то в нём постепенно менялось. Медленно, но менялось.

– Он говорит... – Коля помолчал, подбирая слова. – Будто что-то растёт. Внутри. Раньше он даже не знал, что у него могут быть голосовые связки. Теперь знает.

– Это он сам так говорит? – недоверчиво уточнил Артур.

– Именно так. Ну… образами. Но смысл именно такой.

– Умнеющий кот, – сказал Саша с интонацией человека, который записывает наблюдение в воображаемый журнал. – Интересно.

Рыжик посмотрел на Сашу. Потом перевёл взгляд на Колю. В этом взгляде читалось что-то похожее на этот мальчик мне нравится.

– Ты ему нравишься, – сообщил Коля Саше.

– Это приятно, – совершенно серьёзно ответил Саша.

Рыжик при этом сидел совершенно невозмутимо и лизал лапу.

– Он слышит нас постоянно, – продолжал Коля. – И понимает. Всегда понимал – просто теперь понимает гораздо больше. Он уже давно хотел это объяснить, но не мог. Вот и ходил сегодня, надеялся, что кто-нибудь наконец додумается.

– Всё это время… – сказал Саша вполголоса. И тоже посмотрел на кота. Немного виновато.

Рыжик поднял голову. Посмотрел на Сашу. Потом медленно закрыл глаза – именно так, как это делают коты, когда хотят сказать, что всё в порядке и они не обижаются.

Артур с кровати наблюдал за всем этим молча. Потом лёг на спину, уставился в потолок и сказал:

– Значит, у Коли – передача эмоций. С Кирой – общение с людьми, почти телепатия. С Сашей – общение с животными. Рыжик умнеет. А у меня...

Он замолчал.

– У тебя? – осторожно спросил Саша.

– У меня ничего, – сказал Артур. Без надрыва, просто констатировал. – Совсем.

В комнате стало тихо.

– Может, просто ещё не открылось, – мягко сказал Саша.

– Может, – согласился Артур. Голос у него оставался ровным, но Коля слишком хорошо знал брата, чтобы поверить этой ровности.

Он не стал ничего говорить. Иногда лучше – просто промолчать.

Глава 8

Бутерброды давно кончились. Тарелку никто не убрал – она так и стояла посередине ковра.

– Я этой ночью тоже видел того мальчика, – сказал Саша.

Все посмотрели на него.

– С попугаем?

– Да. Он спрашивал про Волшебную страну. Как мы туда попали. Что там видели. Я не ответил – во сне я понял, что не надо. Но он был очень настойчивым.

– Значит, теперь все четверо его видели, – сказала Кира.

– Все, кроме кота, – добавил Саша. Помолчал. – Кстати, Рыжик, тебе он снился?

Рыжик посмотрел на Сашу. Потом перевёл взгляд на Колю.

– Сейчас, – сказал Коля, протянул руку и коснулся Сашиного плеча. – Рыжик, покажи.

Пауза. Потом пришло ощущение – не образ, а что-то размытое, словно кот видел не людей, а только их тени. Знакомую тень. Чужую. И лёгкое недовольство.

– Видел, – перевёл Коля. – Но не так чётко, как мы. И ему этот мальчик не понравился.

– Котам виднее, – сказал Артур.

Рыжик покосился на него. Что-то в этом взгляде можно было прочитать как так и есть.

– Значит, теперь он снится всем, – подытожила Кира.

Рыжик спрыгнул с подоконника и устроился рядом с Колей, прижался тёплым боком к его ноге.

– Слушайте, – произнёс Саша вдруг. – А ведь Коля может с ним поговорить. Напрямую. Прямо сейчас.

В комнате стало тихо.

Коля опустил взгляд на стол.

Вот оно.

Он ждал этой мысли. Она давно крутилась где-то на краю сознания, но Коля нарочно не подпускал её ближе.

Могу поговорить.

Это разумно. Это правильно. Это логично.

И это очень страшно.

– Не знаю, – сказал он.

– Чего не знаешь?

– Что он сделает в ответ. Кто он вообще такой. Может, это вообще...

– Вот и выясним, – перебил Артур. – Сейчас он знает про нас гораздо больше, чем мы про него. Это неправильно. Коль, ты же уже передавал образы незнакомым людям.

Коля молчал. Это ведь другое. Этот мальчик – не случайный прохожий на улице, которому можно послать образ «привет» и убежать. Этот мальчик их ищет. Знает про Волшебную страну. Ещё неизвестно, что он сделает, если Коля вдруг ему ответит.

– Я понимаю, что страшно, – сказала Кира. Тихо, без давления.

– Я не говорил, что страшно, – буркнул Коля.

Он посмотрел на неё. Потом на Артура. Потом на Сашу, который ждал молча и не торопил.

Рыжик тёрся о ногу, тихо мурлыкая. Тёплый, надёжный. Я здесь. Ничего.

Ничего страшного? Или просто «я здесь»?

И то, и другое, наверное.

– Ладно, – сказал Коля наконец. – Давайте попробуем.

Кира протянула ему руку. Коля взял её – ладонь к ладони, уже привычно. Рабочий контакт. Кира не сжимала пальцы, просто держала. Ждала.

Коля закрыл глаза.

Он медленно собрал в голове образ мальчика из сна: тёмные волосы, резковатые черты лица, взгляд, который словно всё время оценивает. Попугай на плече – яркие сине-зелёные перья, жёлтые глаза. Чужая комната с высокими потолками и черепичными крышами за окном.

Образ был чётким. Почти как фотография.

Коля нашёл направление – не физическое, не по сторонам света, а то особое «куда», которое появлялось само, когда он думал о конкретном человеке. Словно мысленная нить, которую нужно только потянуть.

И потянул.

И послал образ-вопрос: кто ты такой и зачем нас ищешь?

Секунда. Другая.

А потом пришло.

Сначала – острое, почти оглушительное удивление: как ты это сделал?

– Он почувствовал, – сказал Коля вслух. – Удивился. Очень.

– Хорошо, – тихо произнёс Саша.

Потом пришла вторая волна. Она была сложной, горячей, перепутанной. В ней сразу несколько чувств.

Злость. Настоящая, колючая.

А под ней – зависть. Горькая, острая. Коля узнал её сразу. Сам иногда чувствовал такое, хотя старался не признаваться даже себе.

– Злится, – перевёл Коля. – И... завидует. Нашим способностям, кажется. Спрашивает – откуда у нас столько.

Артур, Кира и Саша переглянулись.

Третья волна пришла медленнее. Мальчик, похоже, взял себя в руки. И послал уже намеренное, чёткое, злое, словно бросил слова прямо в лицо:

Расскажи, как вы все попали в Волшебную страну. Я про вас всё-всё знаю, а вы меня не знаете! Я всё равно не отстану, пока не расскажете. Всё равно кто-нибудь из вас проговорится!

Коля открыл глаза.

Он убрал руку. Кира опустила свою.

В комнате стало очень тихо. Даже Рыжик перестал мурлыкать.

– Ну, – сказал Коля. – Вот так.

– Что он? – спросил Артур.

Коля пересказал всё по порядку: удивление, злость, зависть и, наконец, угрозу. «Я всё равно не отстану. Кто-нибудь из вас проговорится».

Пауза.

– Он сказал «я про вас всё-всё знаю», – повторил Саша. – Но ничего конкретного не назвал. Хочет, чтобы мы сами испугались и додумали остальное.

Все посмотрели на него.

– Это... разумно, – медленно сказал Коля.

– Так делают, когда знают меньше, чем пытаются показать, – пояснил Саша. – Я читал.

– Где ты такое читал? – удивился Артур.

– В книге. Там был детектив и... неважно.

– Саша прав, – сказала Кира. – Он нас пугает. Он не объясняет, что именно знает. Это не очень сильная позиция.

– Зато завидует, – заметил Коля. – Нашим способностям. Значит, у него самого нет ничего похожего.

– Или есть, но меньше, – предположил Артур. – Или что-то совсем другое. Он же не просто так нас ищет. Из чистого любопытства так себя не ведут.

Молчание легло на комнату не тяжело, а как-то задумчиво.

– Он злится, – произнесла Кира. – Но злость – это не угроза. Это просто... злость. Иногда злятся, когда чего-то очень хочешь и не можешь получить.

Рыжик вдруг встал, сладко потянулся, спрыгнул с кровати и прошёл к середине комнаты. Сел. Посмотрел на Колю с видом а теперь что?

– Хороший вопрос, – сказал Коля коту.

– Ты с ним говоришь? – уточнил Артур.

– Нет, это я просто так.

– Надо решить, что делать дальше, – сказал Саша. – Он знает нашу школу. Теперь знает, что мы умеем отвечать. Это меняет ситуацию.

– Ничего ему не рассказывать, – сразу сказал Артур. – Пока не поймём, кто он и зачем.

– Согласна, – кивнула Кира.

– Согласен, – сказал Коля.

– Согласен, – добавил Саша.

Рыжик не сказал ничего. Но лёг прямо там, где сидел, вытянул лапы и довольно щурил глаза. Это вполне можно было считать за «принято».

– Значит, следующий шаг, – подытожил Коля. – Выяснить, кто он на самом деле. Что знает. Откуда знает.

– И кто эта девочка рядом с ним, – добавил Артур. – Та, из моего сна. Она там тоже была.

– И попугай, – сказал Саша. – Попугай – это не частый домашний питомец.

– У него тоже может быть что-то... – начал Артур и осёкся.

Все посмотрели на него.

– Ну. Необычное. Как у Рыжика.

Пауза.

– Возможно, – сказал Коля.

За окном вечерело. Краснодар внизу уже светился тысячами огней – машины, улицы, деревья, река, далёкий горизонт. Самый обычный вечер. Никаких порталов, никакой магии, никаких говорящих котов – ну, почти.

Просто четверо ребят и кот, которые только что нашли ответы на часть вопросов. И получили взамен целую кучу новых.

– Слушайте, – сказал вдруг Артур. – А давайте поедим нормально? У меня живот уже два часа урчит.

Кира засмеялась. Саша поднялся с пола.

– Нафаня, – позвал Коля, – что у нас есть?

– В холодильнике есть макароны с сыром, котлеты, салат, яблоки и йогурт, – отозвался голосовой помощник. – Хлеб на кухонном столе.

– Котлеты, – немедленно сказал Артур.

– Котлеты, – согласился Коля.

Они пошли на кухню. Рыжик поднялся, постоял секунду, будто раздумывая, а потом неторопливо потрусил следом.

Тоже хочет котлету, – подумал Коля. – Или просто идёт за компанию.

Впрочем, теперь об этом можно было спросить самого Рыжика.

Глава 9

Дождь начался ещё ночью.

Коля проснулся в седьмом часу – не от тревоги, а от тихого, равномерного шума за окном. Дождь шёл ровно, без порывов, как будто кто-то просто открыл кран и забыл его закрыть. По стеклу ползли блестящие дорожки, и весь Краснодар внизу казался размытым, серым, почти нарисованным акварелью.

Хорошо бы сегодня никуда не ходить…

Но была пятница, и школу никто не отменял.

Во сне снова был тот мальчик.

Коля попытался поймать детали – и почти поймал. Тёмные волосы. Острый, чуть самодовольный взгляд. Что-то говорил… Что именно? Слова ускользали, как вода сквозь пальцы.

– Коль, – сонно пробормотал Артур с соседней кровати. – Ты проснулся?

– Да.

– Мне опять снился тот мальчик.

– Мне тоже.

– Что он говорил?

– Не помню. Ты?

Артур помолчал, подбирая слова.

– Что-то про видео, кажется. Но я не помню точно.

Вскоре запел будильник, Нафаня бодрым, совершенно неуместным голосом сообщил: «Сегодня пятница, температура плюс семнадцать, дождь весь день» – бодрым голосом, совершенно не вязавшимся с промозглым видом за окном. Краснодар внизу был серый и блестящий. Машины, деревья, дорожки – всё намокло и отсвечивало.

Кот Рыжик сидел на подоконнике и смотрел вниз с видом существа, которого незаслуженно обидели.

– Рыжик, тебе тоже что-то снилось? – спросил Артур, натягивая школьную форму.

Рыжик медленно повернул голову, посмотрел сначала на Артура, потом на Колю. Без касания Саши сложно было понять, что именно хотел сказать кот. Но то, что он смотрел долго и очень значительно, – это было очевидно.

– Вечером расспросим, – сказал Коля.

* * *

Школьный двор под дождём выглядел совсем уныло. Зонты, куртки с поднятыми капюшонами, кто-то не глядя побежал через глубокую лужу и окатил брызгами всех вокруг. Коля шёл под своим зонтом и думал о сне, пытаясь вытащить хоть что-нибудь ещё. Мальчик говорил. Говорил что-то важное, злое, самодовольное. Про видео.

Артур шёл рядом и молчал – что уже само по себе было необычно.

На перемене Артур нашёл Колю у окна.

– Коль, – сказал он, подойдя, – у Саши задача по математике не получается. Та, которую Ольга Игоревна задала. Он уже два раза переделывал.

– А ты?

– Я решил. Но у меня другой способ, Саша не понял. Ты можешь объяснить, как надо?

Коля немного удивился. Артур пришёл просить о помощи для Саши. Сам пришёл. Без того, чтобы его кто-то попросил.

– Ладно, – сказал он. – Пошли.

Саша сидел над тетрадью и смотрел в дождевое окно с видом человека, который долго думает и немного устал от этого. Задача была про бассейн с двумя трубами: одна наполняет, другая вытекает.

– Я решил, – сказал Артур, – но он говорит, что не понимает, почему надо вычитать.

– Потому что так написано, – предложил Саша без особой надежды.

– Нет, смотри, – сказал Коля, садясь рядом. – Представь, что бассейн – это банка. За час вливается три литра. Но за это же время через вторую трубу вытекает один литр. Сколько в банке прибавилось за час?

– Два, – сразу сказал Саша.

– Вот это и есть скорость наполнения. Не три и не один, а два. Потому что одна труба работает против другой.

– А-а. – Саша посмотрел на свою тетрадь. – То есть сначала вычесть, а потом уже все остальное?

– Именно.

– А я так и говорил, – встрял Артур.

– Ты сказал «просто вычесть», – уточнил Саша, – но не объяснил, почему.

– Ну, я не знал, как объяснить. Коль лучше умеет.

Это было сказано так просто и без всякой иронии, что Коля невольно улыбнулся. Он встал. Задача была решена, смысл дошёл, дальше Саша справится сам. Коля уже было двинулся к двери, но обернулся.

Артур стоял рядом с Сашей и смотрел, как тот записывает. Не торопил, не комментировал– просто смотрел. Убедился, что Саша записал правильно, что действия не перепутаны и скобки расставлены верно.

Коля вышел в коридор.

Вот тебе и «я ещё маленький».

* * *

После школы дождь стал сильнее. Они шли под двумя зонтами. Колин был слишком маленький на четверых, поэтому Саша с Артуром шли под Кириным – большим и надёжным, – и всё равно промокли по краям.

– Я думал, к обеду кончится, – сказал Артур.

– Прогноз до вечера, – ответила Кира. – Я проверяла.

– Ты всегда всё проверяешь.

– Кто-то должен.

Рыжик встретил их в прихожей. Пока Коля снимал куртку, кот обошёл всех четверых, убедился в наличии и важно вернулся в комнату.

– Он нас пересчитывает, – улыбнулся Саша.

– Он всегда теперь так, – ответил Артур. – С тех пор как мы вернулись.

Коля промолчал. Это была правда. Рыжик теперь встречал их именно так – обходил, смотрел, убеждался. Как будто проверял, что все вернулись и все на месте.

Расселись по своим местам. Кира достала что-то из рюкзака, потом передумала и убрала обратно. Саша смотрел в окно на мокрые крыши.

– Он опять снился, – тихо сказал Саша.

– Всем? – спросил Коля.

Все кивнули.

Кира помолчала секунду – не для эффекта, а как будто решала, с чего начать.

– Я сегодня ночью тоже его видела. Мальчика с попугаем. В этот раз запомнила больше. Он снова требовал рассказать про Волшебную страну. Но ещё кое-что говорил… Сказал, что у него есть видео. С открытием портала.

Тишина стала густой.

– Какого портала? – спросил Артур.

– Нашего, – спокойно ответила Кира. – Помните, в прошлой четверти, когда мы с Колей по дороге из школы обсуждали книгу про школу волшебства, и Коля случайно открыл портал прямо во дворе? Мы думали, что этого никто не видел, кроме Саши, который случайно оказался рядом. А он говорит, что у него есть видео.

Тишина.

– Какое видео? – снова спросил Артур.

– С городских камер наблюдения, – медленно произнёс Коля. Пока Кира говорила, детали его собственного сна наконец встали на места, словно недостающие кусочки пазла. – Он говорил, что нашёл камеры в том дворе… и взломал их.

– Взломал? – переспросил Саша.

– Именно это слово. Теперь я точно помню.

Кира кивнула:

– И сказал, что выложит видео в сеть, если мы не расскажем ему всё про путешествие в Волшебную страну.

Молчание легло тяжёлое, почти осязаемое. Коля смотрел на мокрую крышу дома напротив – обычную, с антеннами и спутниковыми тарелками. Взломал камеры. Это уже не просто странные сны и чьё-то любопытство. Это – если он не блефует – настоящее доказательство.

Если не блефует.

– Он снова говорит, что знает больше, чем мы думаем, – произнёс Саша. – Как в прошлый раз. Только теперь у него есть что-то конкретное.

– Видео с порталом – это серьёзно, – тихо сказала Кира. – Даже если он блефует про взлом, само видео… если оно действительно существует…

– Давайте разберёмся, есть оно или нет, – перебил Артур. – Прежде чем паниковать.

– Никто не паникует, – сказал Коля. – Думаем.

Рыжик вдруг встал, вышел на середину комнаты, сел и посмотрел на Колю с выражением «ну и?».

– Мы можем выйти на него снова, – предложил Коля. – Через меня и Киру. Потребовать доказательств. Пусть покажет, что именно у него есть.

– А он покажет? – засомневалась Кира.

– Не обязательно. Но его реакция скажет больше, чем он захочет показать.

– Или, – начал Саша и остановился.

Все посмотрели на него.

– Или… – повторил он медленно, подбирая слова. – Мы можем попробовать по-другому. Коля может говорить с животными. Через касание со мной. Мы уже делали это с Рыжиком.

– Да, – сказал Коля. – И что?

– У этого мальчика есть попугай. Попугай был в каждом сне. Он всегда рядом с хозяином.

Пауза.

– Попугай – это не кот, – медленно сказал Коля.

– Рыжик – кот, – согласился Саша. – Но принцип же тот же? Животное.

– Это… – Коля начал мысленно перебирать варианты. Он никогда не пробовал говорить с птицами. И с чужими животными, строго говоря, тоже. – Это может вообще не сработать.

– Может, – согласился Саша. – Но попугаи очень умные. И они постоянно рядом с хозяином. Если он сидит у монитора – попугай видит то же, что и он.

– Рыжик, – повернулся Артур к коту. – Как ты думаешь, попугаи умные?

Кот посмотрел на него с выражением, которое идеально сочетало «ты серьёзно?» и «зависит от попугая».

Кира выпрямилась:

– Это значит, мы можем узнать про него гораздо больше. И он даже не поймёт, что мы это делаем.

– Это нечестно, – сказал Артур.

– Он сам первый начал шпионить, – напомнил Коля. – Взламывать чужие камеры – тоже нечестно.

Артур подумал секунду.

– Ладно. Согласен.

Коля посмотрел на Сашу. Тот кивнул. Кира ответила тем же. Рыжик не сделал ничего особенного, но и не ушёл – значит, тоже в деле.

– Тогда пробуем, – сказал Коля. – Прямо сейчас.

За окном дождь всё шёл – ровный, неспешный, весенний. Краснодар внизу блестел и молчал, занятый своими пятничными делами. Совершенно не подозревая, что на двадцать третьем этаже четверо ребят и один рыжий кот собираются поговорить с чужим попугаем.

Глава 10

Саша опустился на ковёр рядом с Колей. Коля, не глядя, привычно взял его за руку. Кира села напротив, чуть сбоку, чтобы в любой момент оказаться рядом.

Рыжик немедленно подошёл и лёг у Колиного колена. Участвовать – так участвовать.

– Попробую найти попугая, – тихо сказал Коля.

Он закрыл глаза.

Попугая из сна Коля помнил отчётливо. Крупный, сине-зелёный, с желтоватым брюшком и ярким жёлтым кольцом вокруг глаза. Тяжёлый изогнутый клюв. Переступает с лапы на лапу на плече хозяина. Коля собрал образ по кусочкам, дал ему сложиться целиком. Мысленная нить потянулась – не такая чёткая и уверенная, как к человеку. Будто смотришь сквозь запотевшее стекло.

Есть.

Коля осторожно коснулся сознания птицы. Послал простое, нейтральное приветствие: Привет. Я тут. Ты слышишь?

Секунда. Другая. Третья.

А потом на него обрушился такой шквал образов, что Коля едва не засмеялся вслух от неожиданности.

Это было совершенно не похоже на Рыжика. Кот всегда отвечал с достоинством, сдержанно. А попугай… попугай просто взорвался радостью. Оглушительной, пёстрой, немного бестолковой. Как будто очень давно ждал, с кем можно поболтать, и теперь спешил вывалить всё сразу.

– Он отвечает, – улыбнулся Коля, не открывая глаз. – Очень… активно.

– И что говорит? – сразу подался вперёд Артур.

– Пока не разберу. Подождите.

Коля послал более точный вопрос: Кто ты?

Ответ прилетел мгновенно. В нём было столько гордости и самолюбования, что Коля сразу всё понял: у птицы с самооценкой полный порядок.

– Его зовут Пиксель, – сказал он.

– Пиксель? – переспросила Кира и тихонько засмеялась.

– Он о себе очень высокого мнения. Прямо думает: «Пиксель хоррроший».

– Он что, словами думает? – удивился Саша.

– Не совсем. Скорее картинками, а к ним ещё и звуки лепит. Попугаи же слова запоминают, вот он их и использует. Как кирпичики конструктора.

Коля отправил следующий образ – того мальчика, которого они все видели во сне. Кто это?

Пиксель откликнулся сразу. Ответ вышел чёткий и немного смешной. Коля увидел согнутую спину над светящимся монитором, растрёпанные тёмные волосы, наушники, съехавшие на шею. А вместе с картинкой пришла волна тёплых чувств: восхищение, сильная привязанность и чуть-чуть обиды.

– Хозяина зовут Аркадий, – перевёл Коля. – Или Арик. Для Пикселя он «крутой», «умница»… и «хакер». Это слово у птицы отдельным кирпичиком лежит, часто слышал.

– Хакер, – повторил Артур с уважением, которое Коля счёл преждевременным.

– Арик. Значит, Аркадий, – задумчиво кивнула Кира. – Уже хоть что-то.

Пиксель между тем не собирался замолкать. Он явно скучал по общению и был готов общаться бесконечно. Следующая волна пришла чуть грустнее: уныние, одиночество, монотонный стук клавиатуры и холодный свет экрана.

– Арик много времени проводит за компьютером, – сказал Коля. – А Пиксель при этом скучает. Не то чтобы хозяин плохой, просто… совсем с ним не разговаривает.

– Одинокий попугай, – сочувственно протянул Саша.

– Вот именно. Поэтому он так и радуется общению с нами.

Рыжик снизу покосился на Колю. Во взгляде кота ясно читалось: я его прекрасно понимаю, между прочим.

Коля осторожно попросил показать, что видит Пиксель, когда сидит рядом с хозяином на столе. Птица даже не задумалась – просто показала. Как будто и не подозревала, что это может быть тайной.

Коля увидел обрывки. Тёмный интерфейс с мелким кодом. Графики, настройки, цифры. И ещё – сероватые, нечёткие кадры с улицы: двор, угол дома, старое дерево. Камеры наблюдения.

– Кира, – не открывая глаз, тихо позвал Коля, – дай руку.

Она сразу прикоснулась к его ладони. Коля осторожно передал ей увиденное.

Кира тихо выдохнула.

– Это с городских камер наблюдения, – сказала она. – Таких же, какие висят на многих улицах и перекрёстках.

– Значит, не блефовал про взлом, – мрачно пробормотал Коля.

В комнате стало тихо. Только дождь за окном мерно шуршал по подоконнику.

– Или это просто картинки из интернета, – осторожно предположил Артур. – А может, попугай насмотрелся телевизора.

– Может, – согласился Коля. – Но код и нейросети я видел очень чётко. Он там точно что-то серьёзное делает. Или хотя бы учится.

Чтобы немного разрядить атмосферу, Коля задал совсем простой, безобидный вопрос: Тебе нравится дождь?

Пиксель отреагировал мгновенно и с большим энтузиазмом. Коля почувствовал, как птица перелетела к окну. А потом пришло изображение.

Неширокая улица. Высокие деревья, кроны которых почти доставали до крыш. Старые пятиэтажки советской постройки. Трамвайные пути, блестящие от дождя, и тяжёлые провода над дорогой.

Спальный район. Трамвай. Пятиэтажки. Старые деревья.

Коля старательно запоминал каждую деталь, пока Пиксель смотрел в окно. Птица явно любила этот вид, хоть и считала, что дождь – это «мокрро», и вообще лучше солнце.

Последний вопрос Коля приберёг напоследок. Теперь решился.

Он осторожно сложил в голове образ девочки из Артурова сна. И послал Пикселю: Кто это?

Птица ответила сразу. Образ пришёл тёплый, совсем другой температуры, чем когда он думал об Арике. Там было восхищение пополам с обидой, а здесь – просто мягкое, спокойное тепло.

– Алиса, – сказал Коля и невольно улыбнулся. – Пиксель считает её умной и доброй.

Кира улыбнулась.

– Значит, их двое, – тихо проговорила она. – Арик и Алиса.

– И попугай, – добавил Саша.

– И попугай, – согласился Коля.

Он разомкнул руку Саши, медленно открыл глаза и тихо, почти про себя, сказал:

– Пиксель, ты молодец.

Конечно, попугай его уже не слышал. Но Коле почему-то показалось важным это произнести.

Рыжик посмотрел на него снизу вверх. Во взгляде кота было что-то очень похожее на одобрение.

Артур выпрямился. В его голосе уже не осталось и следа прежнего «я тут ни при чём». Только деловитость.

– Итак, – сказал он, – что мы теперь знаем?

Коля немного помолчал, собирая мысли.

– Аркадий. Или Арик. Почти всё время сидит за компьютером, возится с кодом и нейросетями. Считает себя хакером. Живёт в спальном районе с трамваями, пятиэтажками и старыми деревьями – картинку я запомнил. Рядом с ним девочка Алиса, которую Пиксель очень любит. И, похоже, у него действительно может быть видео с порталом, – перечислил он.

– Это уже не «ничего», – заметила Кира.

За окном всё ещё шёл дождь. Но теперь он звучал по-другому – уже не давил на плечи, а просто тихо шуршал, как обычный весенний дождь, который скоро обязательно кончится.

Саша посмотрел на Колю и вдруг улыбнулся – немного неловко, но по-настоящему:

– Теперь мы знаем его имя. Раньше только он знал про нас. А теперь… чуть-чуть поровнее.

Коля посмотрел на него.

Чуть-чуть поровнее.

Да. Пожалуй, так.

И от этой простой мысли на душе вдруг стало заметно легче.

Глава 11

Перед тем как разойтись, ребята еще немного посидели на ковре, переваривая всё, что узнали. Кира вдруг выпрямилась, словно её осенило.

– Коля, а ты можешь передать мне те картинки? Ну, которые тебе попугай показал? Вид из окна?

– Могу, – отозвался Коля и протянул руку. – А зачем?

– У меня есть одна идея, – тихо проговорила Кира, коснувшись его ладони. – Хочу дома попробовать.

Коля сосредоточился и передал ей то, что запомнил: улицу, деревья, трамвайную линию, пятиэтажки. Передал всё, от мокрых рельсов до провисших проводов. Кира закрыла глаза, впитывая образ.

– Спасибо, – сказала она. – Кажется, получилось.

Артур тоже потянулся к брату: – А мне?

– И мне тоже, пожалуйста, – добавил Саша. – На всякий случай.

– На всякий так на всякий, – Коля передал картинку и им.

Когда уже одевались в прихожей, Кира вдруг задержалась перед зеркалом, поправляя волосы. Вернее, делая вид, что поправляет. Коля видел: она смотрит не на себя, а куда-то за своё отражение, в пустоту.

– Знаешь, – сказала она негромко, – может, у меня с математикой и не очень, но... а в "Поколение" нельзя поступать с рисованием? Как думаешь?

Коля помедлил, подбирая слова:

– Там наверняка есть и творческое направление.

– Ладно, – Кира тряхнула волосами, – это я так, мысли вслух. Неважно. До завтра?

– До завтра, – кивнул Коля. – В двенадцать в парке.

* * *

Ночью Коле ничего не снилось. Впервые за много дней – только спокойная темнота. Он проснулся отдохнувшим, в комнате было светло.

Артур уже не спал – сидел за столом и что-то чертил на листе бумаги.

– Привет, – сказал он, не оборачиваясь. – У меня идея. Помнишь, Кира забрала у тебя картинку? Что если…

– Она решила её нарисовать, – догадался Коля. – Наверное.

Артур развернулся на стуле:

– Точно! Если нарисовать, можно будет искать в интернете панорамы улиц. Знаешь, как в Картах? Там есть все трамвайные маршруты, все улицы с рельсами. А если загрузить рисунок, то искусственный интеллект найдёт нам адрес!

– Хм, – Коля задумался. – Возможно. Не знаю, насколько точно это работает, но попробовать стоит.

Рыжик потянулся на своём месте у батареи, сел, умылся лапой и уставился на братьев. В его взгляде читалось что-то среднее между "доброе утро" и "когда завтрак?".

– Пойдём, – сказал Коля коту. – Тебя покормлю, и сам поем.

Выходные завтраки были неторопливыми. Родители уехали с утра на дачу, и ребята сами сделали себе бутерброды, а Рыжику выложили его любимый консервированный корм. На улице сияло солнце – весеннее, яркое, после вчерашнего дождя особенно приятное.

– Хороший день для прогулки, – сказал Коля.

Артур посмотрел в окно с радостно-удивлённым видом:

– А дождь-то и вправду закончился!

* * *

Кира ждала у входа в парк "Солнечный остров", держа в руках тонкую папку. Её волосы блестели на солнце, а улыбка была такой широкой, что Коля сразу догадался – получилось.

– Привет! – она помахала им. – Сашу не видели?

– Вон он, – Артур показал на бегущего от остановки мальчика.

Когда все собрались, Кира провела их к скамейке в тихой аллее – подальше от прогуливающихся семей с колясками и роллеров. Там она открыла папку и достала несколько листов.

– Вот, – сказала она с тихой гордостью и протянула первый рисунок Коле.

Он ахнул.

Улица с рисунка смотрела на него так, словно он снова получил образ от попугая. Всё было точно: и расположение домов, и трамвайные провода, и деревья, почти касающиеся крыш. Даже блеск мокрых рельсов под дождём.

– Ничего себе, – пробормотал Коля. – Это... потрясающе.

– Можно? – Артур потянулся к рисунку. Посмотрел и присвистнул. – Ты что, всю ночь рисовала?

– Не всю, – Кира улыбнулась. – Но допоздна. Сначала эскиз карандашом, потом обводила, потом детали... Хотела сделать максимально точно.

– У тебя талант, – сказал Саша, разглядывая второй лист с другого ракурса улицы. – Правда.

– Кто бы мог подумать, – Артур качал головой. – Наша Кира – художник!

– Да ладно вам, – Кира немного покраснела. – Просто я хорошо запомнила картинку. И... я уточнила, в "Поколении" набирают не только на точные науки. Там есть разные профили. И искусство тоже.

– Конечно, – кивнул Коля. – И с такими работами у тебя точно есть шансы.

Он заметил, как радостно блеснули её глаза – на миг, она тут же спрятала эмоцию.

– Ладно, это потом. Я же не просто так рисовала. У меня идея. Знаете, в интернете есть сервисы с панорамами улиц – там почти весь город можно виртуально обойти. И точно есть все улицы с трамвайными линиями. Я думаю, если мы поищем в Картах с этими рисунками, то сможем найти именно эту улицу и дом. И тогда узнаем адрес Арика.

– Гениально! – воскликнул Артур. – Я так и думал!

– Я уже пробовала, – продолжила Кира. – Но не получилось. Когда искала по картинке – выдавало похожие рисунки из интернета, какие-то дома и деревья вообще, ничего конкретного. Когда добавила текст про трамвай и пятиэтажки – показывало реальные панорамы, но совсем другие дома, не то. Нейросеть не понимает, что именно мне нужно.

Саша помолчал. Потом сказал осторожно:

– Я, кажется, знаю, в чём дело. Я немного читал про нейросети, пытался разобраться.

– Ну, говори, – сказал Артур.

Саша сел удобнее. У него было такое выражение лица, какое бывает у человека, который знает что-то важное, но боится, что объяснит плохо.

– Нейросеть – это почти компьютер. Но она одна из самых нелогичных его частей. Обычный компьютер работает по правилам: если А, то Б. Нейросеть так не работает. Она не следует правилам, она угадывает. И угадывает по тому, что видела раньше. Поэтому с ней надо разговаривать иначе.

– Как иначе? – спросила Кира.

– Ну, например. Нельзя просить: «нарисуй сказочную картинку, но без принцесс и королей». Она услышит «принцессы и короли» и нарисует принцессу. Отрицания ей плохо даются. Лучше сказать по-другому: «нарисуй сказочную картинку с единорогом и драконом».

– То есть не «без чего», а «с чем», – поняла Кира.

– Именно. И ещё – у неё слишком много всего внутри. Она может нарисовать дракона как трёхлетний ребёнок, или как профессиональный художник, или из пикселей, как на игровой приставке. Она умеет по-всякому. Если не сказать, как именно нужно – получишь что попало.

– А ещё важная ситуация – контекст. Дракон с единорогом могут собирать ромашки на лугу или драться на волшебных палочках.

– Или летать в космосе в скафандрах, или в подводной пещере, – подхватил Артур, неожиданно быстро схватывая. – И нейросеть не угадает, что именно нужно, даже если человеку это кажется очевидным!

– Точно! Поэтому важно три вещи. – Саша поднял три пальца. – Сказать ей, кем она себя считает – например, художником-иллюстратором детских книг. Описать ситуацию: что мы делаем, что у нас есть. И дать чёткое задание – без отрицаний, без запутанных условий, простыми словами.

Кира задумчиво посмотрела на свои рисунки: – То есть нам нужно попросить нейросеть представить себя... кем?

– Картографом! – выпалили Артур и Саша в один голос, переглянулись и рассмеялись.

– Точно, – кивнул Саша. – Надо сказать: «Представь, что ты специалист-картограф, эксперт по городским панорамам. По этому изображению определи конкретную локацию в городе Краснодаре. Рассмотри только улицы вдоль трамвайных линий. Найди точку с такой же панорамой и сообщи точный адрес».

– Вау, – Кира уважительно посмотрела на Сашу. – Откуда ты столько знаешь про нейросети?

– Я просто... интересуюсь, – Саша смущённо пожал плечами. – Читаю всякое. Но для такого запроса нам нужен нормальный компьютер с доступом к хорошей нейросети.

Все посмотрели на Колю.

– У нас дома есть, – сказал он. – И родители на даче до вечера. Пойдёмте, попробуем.

Идём искать адрес хакера. Звучит спокойно. Слишком спокойно.

Но идти было надо. Они пошли.

* * *

Солнечный остров остался позади. Кира шла рядом с Колей и тихо, почти не оборачиваясь, сказала:

– Как думаешь, получится?

– Получится, – сказал Коля. – Саша правильно объяснил. Я сам не знал про нейросети столько.

– Он никогда не хвастается тем, что знает.

– Ага.

Кира помолчала. Потом добавила:

– И рисунок у меня получился.

– Да, – тихо согласился Коля. – Рисунок получился замечательный.

Она не ответила. Но шла немного прямее, чем раньше. А солнце, отражаясь в лужах, светило так, будто тоже радовалось за неё.

Глава 12

До дома Коли и Артура шли не спеша – день был слишком хорош, чтобы торопиться. Солнечные пятна плясали на асфальте сквозь молодую листву, в воздухе пахло свежестью после дождя.

– Как думаете, этот Арик действительно взломал городские камеры? – спросила Кира, перепрыгивая через лужу. – Или просто блефует?

– По-моему, он выпендривается, – фыркнул Артур. – «Я хакер, я всё могу!» А сам, небось, два класса информатики прошёл.

– Не знаю, – Коля покачал головой. – Я в образах от попугая видел что-то очень похожее на кадры с камер наблюдения. И код на экране. Может, он действительно умеет… кое-что.

– Но зачем ему это? – задумчиво произнёс Саша. – Зачем вообще выходить на нас? Что ему нужно?

На этот вопрос никто не смог ответить.

Когда они поднялись на двадцать третий этаж и вошли в квартиру, Нафаня – голосовой помощник – неожиданно заговорил, даже не дождавшись приветствия:

– Николай, Артур, рад вашему возвращению. Должен сообщить: пока вы отсутствовали, была предпринята попытка хакерской атаки с целью получить доступ к системе «Умный дом».

Ребята замерли в прихожей.

– Что? – выдохнул Коля.

– Атака отбита, нападавший обезврежен, – ровным голосом продолжил Нафаня.

– Подробности? – спросил Артур, и его голос предательски дрогнул.

– Отказано в доступе к подробностям, – ответил Нафаня. – Вся информация будет предоставлена родителям согласно протоколу безопасности.

Ребята переглянулись.

– Это точно Арик, – прошептала Кира. – Он не просто пугает, он действительно пытается что-то сделать.

– Но как он узнал адрес? – удивился Саша. – Мы же сами только сейчас пытаемся найти его дом.

– Может, и не знал, – Коля нахмурился. – Может, просто пытался найти любую информацию о нас. Школу-то он уже знает из снов.

Они прошли в комнату мальчиков, и Коля включил компьютер.

– Всё равно это жутковато, – сказал Артур, устраиваясь рядом с братом. – Что, если он взломает наши телефоны? Или школьную базу данных?

– Не накручивай, – постарался спокойно ответить Коля, хотя сам чувствовал неприятный холодок по спине. – Давайте сначала найдём его.

Саша подошёл ближе к монитору: – Можно я? Я знаю, какую нейросеть лучше использовать.

Коля уступил ему место. Саша, который обычно был тихим и нерешительным, вдруг преобразился – его пальцы быстро забегали по клавиатуре, открывая какие-то сайты и настройки.

– Вот эта подойдёт, – сказал он, останавливаясь на странице с минималистичным интерфейсом. – Кира, давай твои рисунки.

Она достала их из папки. Саша аккуратно отсканировал изображения и загрузил в нейросеть.

– Теперь формулируем запрос, – проговорил он, быстро печатая. – «Ты – опытный картограф и эксперт по городским панорамам. Определи точное место в городе Краснодаре, откуда сделан этот снимок. Рассмотри только улицы вдоль трамвайных линий. Обрати внимание на характерное расположение пятиэтажных домов, высоту деревьев и угол обзора. Найди точку с такой же панорамой и сообщи точный адрес».

– Звучит убедительно, – одобрила Кира.

– Отправляем, – Саша нажал кнопку.

Нейросеть задумалась. Секунды тянулись. Рыжик запрыгнул на кровать Коли и наблюдал за происходящим с важным видом.

Коля посмотрел на друга с новым интересом:

– Саша, я и не знал, что ты так хорошо разбираешься в нейросетях.

– Да я просто... – Саша смутился. – Мне интересно. Я читаю про это, смотрю видео. Хотелось бы самому научиться программировать такие штуки.

– Готово! – воскликнул Саша, указывая на экран. – Смотрите!

Все склонились к монитору. Саша читал вслух:

– «...исходя из соотношения угла обзора, высоты деревьев, расположения трамвайной линии и характерной конфигурации угла жилого здания на рисунках... совпадение найдено для одной точки... улица Юннатов, дом...» – он назвал номер.

– Улица Юннатов! – Кира победно вскинула руку. – Получилось!

– Надо проверить, – Коля открыл Карты и ввёл адрес.

Виртуальная панорама подтвердила – всё совпадало. Те же дома, те же деревья, та же трамвайная линия.

Кира прикрыла рот рукой.

– Это реально сработало.

– Сработало, – подтвердил Саша. Он выдохнул с облегчением. Коля заметил, что Саша и сам, кажется, до последнего не был до конца уверен.

– Это другой конец города, – заметил Артур, изучая карту. – Почти противоположный.

– Кира, Саша, – сказал вдруг Артур, – вы понимаете, что только что помогли найти адрес человека, которого никто из нас вживую не видел?

Кира пожала плечами.

– Саша придумал запрос.

– А ты придумала использовать рисунки. И нарисовала их так, что нейросеть смогла сравнить.

Коля смотрел на друзей. Всего несколько дней назад Кира уверяла, что точные науки – не её история и что в «Поколение» ей дорога закрыта. А Саша называл себя медленным. Сейчас один разобрался в нейросетях лучше многих взрослых, а другая создала такие точные рисунки, что искусственный интеллект смог по ним вычислить место.

– Помнишь, как вы оба говорили, что недостаточно крутые для «Поколения»? – спросил Коля.

Кира посмотрела на него.

– Ну да.

– Вот. Не всё определяется школьными оценками. Видеть образ и перенести его на бумагу – это способность. Понимать, как думает нейросеть, и объяснять ей задачу так, чтобы она тебя поняла – тоже способность. Школьная оценка этого не измеряет.

Кира промолчала. Но молчание было другим – не отмахивающимся, а задумчивым.

– Теперь нужно выяснить номер квартиры, – сказал Саша. – Но как?

Все задумались.

Адрес был, однако рассматривать панорамы вокруг дома оказалось недостаточно – точно такой же ракурс найти не получалось.

– Конкретное окно не определить, – сказал Артур. – Надо ехать туда и смотреть с улицы.

– Долго ехать? – спросила Кира.

– Минут сорок на трамвае, – сказал Коля.

– Тогда едем все, – решила Кира.

– Нет, – сказал Коля.

Все повернулись к нему.

– Четверо детей топчутся у конкретного дома – это слишком заметно. Арик взломал городские камеры, помните? Да и без камер – из окна может заметить. Он увидит нас раньше, чем мы его.

– Логично, – согласился Саша.

– Один человек – незаметно. Я поеду один.

– Ты? – в один голос переспросили Артур и Кира.

– Я.

Артур открыл было рот, потом закрыл. Что-то в выражении лица Коли, видимо, остановило привычное «а почему не я?».

– Хорошо, – сказал он. – Только мы ждём здесь.

– Я знаю, – сказал Коля. – Нафаня за вами присмотрит.

* * *

В трамвае Коля занял место у окна и смотрел, как проносятся мимо улицы, дома, деревья. На душе было неспокойно.

Что я делаю? Еду к какому-то хакеру, который уже пытался взломать наш дом?

Коля смотрел в окно и чувствовал, как внутри медленно поднимается хорошо знакомое ощущение. То самое, из-за которого он в прошлой четверти почти не спал перед олимпиадой и из-за которого иногда так трудно первым начать разговор. Лёгкая паника, которая тихонько шептала: стоп. вернись. придумай что-нибудь другое.

Паника подступала медленно, но неотвратимо. Коля представил, как будет бродить под окнами чужого дома, пытаясь определить нужное. Как будет искать способ войти в подъезд. Как, возможно, столкнётся с Ариком лицом к лицу…

А если он не просто мальчишка? Если он опасен?

Но он пообещал. Пообещал друзьям – не вслух, но ясно. И сам решил ехать. Сам. Коля сжал кулаки. Нет, бежать нельзя. И потом – рано или поздно им всё равно придётся встретиться с этим загадочным Ариком. Лучше сначала выяснить о нём как можно больше.

Просто нужен план. Чёткий план.

Сначала – найти дом и определить подходящее окно, откуда открывается вид, показанный попугаем, запомнить этаж. Затем – попасть в подъезд. Как? Можно позвонить в любую квартиру и сказать, что... что он курьер? Или почтальон? Или ждать, пока кто-то выйдет? В любом случае, оказавшись внутри, нужно определить номер квартиры, которая находится на найденном этаже и будет в стороне подходящего окна.

Звучит не так уж сложно. Справлюсь.

Через сорок минут трамвай остановился на нужной остановке.

Улица Юннатов встретила тишиной и старыми каштанами. Дом оказался именно таким, каким они видели его на панорамах: пятиэтажный, кирпичный, с деревьями, доросшими почти до четвёртого этажа. Трамвайные рельсы поблёскивали неподалёку.

Коля прошёл вдоль фасада медленно, словно просто гулял. Считал окна. Сравнивал с картинкой в голове – из каких именно должна открываться такая панорама, как на рисунках Киры.

Первый подъезд. Четвёртый этаж. Второе или третье окно от угла.

Теперь – зайти внутрь и понять, какая квартира.

Он подошёл к двери подъезда и посмотрел на домофон. Глубоко вдохнул и нажал кнопку случайной квартиры.

– Кто там? – раздался женский голос.

– Здравствуйте, это почта, – сказал Коля, стараясь говорить басом. – У меня заказное письмо для квартиры 54.

– А зачем мне звоните? Я в 37-й живу.

– Извините, я не местный, ещё не разобрался... – начал оправдываться Коля.

– Так в пятьдесят четвёртую и звоните, – сердито ответила женщина и отключилась.

Ошибка. Не получилось.

Очень хотелось развернуться и уйти. Мозг немедленно начал подбрасывать оправдания: первая попытка провалилась – значит, надо придумать что-то другое.

Или попробовать ещё раз. По-другому.

Он отошёл в сторону, обдумывая следующий шаг. Через несколько минут к подъезду подошла женщина с тяжёлыми пакетами. Коля молча придержал дверь.

– Спасибо, молодой человек, – улыбнулась она.

Коля вошёл следом – просто, спокойно, как будто живёт здесь.

В подъезде пахло старым деревом и немного кошками. Лестница уходила вверх. Коля поднялся на четвёртый этаж, посчитал двери. Квартиры шли по три на лестничной площадке. Нужная сторона – третье окно от угла – соответствовала квартире с левой стороны.

Номер он запомнил сразу.

Спустился. Вышел. Не торопясь, не оглядываясь.

На остановке сел в подошедший трамвай, достал телефон и написал в общий чат всего одно слово: «Есть».

Трамвай тронулся. За окном снова поплыли деревья, провода, незнакомые дворы. Коля смотрел на них и думал, что, в общем-то, ничего страшного не случилось. Первая попытка не удалась – и что? Зашёл с другой стороны и справился.

Ошибка – это не катастрофа. А возможность попробовать по-другому и сделать следующий шаг.

Он не был уверен, что это открытие. Но ощущение было хорошим.

В трамвае по пути домой Коля смотрел в окно уже совсем другим взглядом. Чувство было странное – смесь тревоги и уверенности.

Теперь мы знаем, где живёт Арик. Теперь не только он знает про нас.

Глава 13

Коля вышел из трамвая и быстрым шагом направился к дому. Вечер стоял тихий, почти ласковый. В лучах заходящего солнца город выглядел тёплым и мирным, будто специально старался успокоить. Но на душе у Коли было неспокойно. Пока ехал в трамвае, в голове вертелись десятки вопросов об этой странной истории с Ариком.

Почему он выбрал именно нас? Что ему на самом деле нужно? И что теперь делать с тем, что мы знаем, где он живёт?

Дома его встретили все четверо – Кира, Артур, Саша и Рыжик. Кот сидел посередине прихожей с таким видом, будто именно он организовал встречу и теперь следил за соблюдением протокола.

– Ну как? – Артур спросил первым, и его нетерпение было написано на лице крупными буквами.

– Всё нормально, – сказал Коля, снимая кеды. – Нашёл.

– И?

– И расскажу. Дайте хотя бы воды выпить.

Они перебрались в комнату. Коля плюхнулся на свою кровать. Рыжик тут же запрыгнул следом и устроился рядом – видимо, тоже считал, что имеет право знать все детали.

– Рассказывай уже! – потребовал Артур, усаживаясь напротив.

Кира села рядом с Колей, а Саша примостился на стуле у письменного стола.

– Ну, доехал я нормально, – начал Коля. – Улица Юннатов оказалась тихой, почти сонной. Знаете, такой типичный спальный район – пятиэтажки, старые каштаны, трамвайные рельсы...

Он подробно рассказал, как искал нужный ракурс, как считал этажи и окна, как безуспешно возился с домофоном и как в итоге просто придержал дверь женщине с тяжёлыми пакетами.

– И вот оказался внутри. Поднялся на четвёртый. Посчитал квартиры – нужная слева от лестничной площадки.

– Ты точно уверен, что это та самая? – осторожно спросил Саша.

– Да, – кивнул Коля. – Окно точно с той стороны, откуда был вид на трамвайные пути и деревья. И этаж точно четвёртый.

– И... что дальше? – спросила Кира. – Ты стучался? Видел его?

– Нет, – покачал головой Коля. – Я просто запомнил номер и ушёл. Мы же договорились – только разведка.

– Ну и правильно, – неожиданно поддержал Артур.

Коля удивлённо посмотрел на брата. Обычно Артур был сторонником более решительных действий.

– А знаете, – вдруг сказал Коля, – пока я был там, то думал... Если бы не эта история с Ариком, я бы никогда не поехал один через полгорода в незнакомый район. И уж точно не стал бы пробираться в чужой подъезд.

– И как ощущения? – с интересом спросила Кира.

– Странные, – признался Коля. – Сначала было страшновато, особенно когда с домофоном не получилось. Но потом... потом стало даже интересно. Как будто я в каком-то детективе. И, знаете... – он помедлил, подбирая слова, – оказывается, я могу такое делать. Даже когда внутри всё сжимается от страха.

– Ты и раньше мог, – мягко сказала Кира. – Просто раньше не знал об этом.

Рыжик шевельнул хвостом. Коля машинально провёл ладонью по рыжей спине.

– Теперь надо решить, что со всем этим делать, – произнесла Кира.

Но договорить ей не дали. В комнате вдруг раздался ровный, чуть металлический голос Нафани:

– Зафиксирована повторная попытка несанкционированного доступа к системе «Умный дом». Попытка отбита. Нападающий обезврежен. Информация о деталях может быть предоставлена только родителям согласно протоколу безопасности.

Тишина.

Рыжик резко поднял голову. Уши встали домиком.

– Опять, – выдохнул Артур.

– Он не успокаивается, – Саша смотрел в потолок, будто там был написан ответ. – Уже второй раз. Значит, ему действительно нужна эта информация, и он не врёт про свои возможности.

– Или он упрямый, – заметил Артур. – Очень упрямый.

– Это, по сути, одно и то же, – пожала плечами Кира. – Если человек лезет во второй раз после провала – значит, для него это важно.

Коля молчал. Он смотрел на стену перед собой, где до сих пор висела схема авиамодели, которую он так и не собрал до конца три месяца назад. Рыжик снова улёгся, положив тяжёлую тёплую голову ему на колено.

– Знаете, – наконец произнёс Коля, – а ведь теперь ситуация изменилась. Раньше было так: он знает о нас всё, а мы о нём – ничего. Теперь мы тоже кое-что о нём знаем.

– Паритет, – кивнул Саша.

– И, может, пора это использовать, – продолжал Коля. – Дать ему понять, что мы не беспомощные жертвы. Давайте поговорим с ним.

– Через сны? – уточнил Артур.

– Нет. Сны – это его инструмент, не наш. Но у нас есть другой. – Коля посмотрел на Киру. – Я могу передать ему образ.

– Какой?

– Его собственной двери.

Пауза. Кира медленно улыбнулась:

– То есть ты хочешь показать, что мы знаем, где он живёт.

– Угу.

– Это элегантно, – одобрительно сказал Саша.

– Это немного жутко, – поправил Артур. – Но да… элегантно.

– А дальше? – спросила Кира.

– Дальше скажем, что нам нечего делить. Предложим встретиться. Поговорить нормально, без угроз и взломов.

– А получится соединить сразу связь с ним и с Пикселем? – предложил Саша. – Пусть сразу поймёт, что мы тоже немало знаем.

– А если он ещё сильнее разозлится? – забеспокоился Артур.

– Не думаю, – покачал головой Коля. – Скорее удивится. И, может, даже испугается. Он ведь был уверен, что полностью контролирует ситуацию.

Саша молча протянул руку. Коля крепко взял её. Другую руку он протянул Кире. Та ответила твёрдым пожатием.

– Хорошо, – тихо сказал Коля. – Поехали.

Он сосредоточился. Перед глазами ясно встала коричневая дверь: облупившийся лак внизу, круглая кнопка звонка, тёмное пятно от чьей-то руки на уровне плеча, номер квартиры, пыльный свет лампочки в подъезде.

И мысленно отправил этот образ Арику. Одновременно – короткую мысль попугаю:

Привет, Пиксель. Тебя Арик не обижает?

Ответ от попугая пришел раньше и в образах: хозяин сидит за монитором, тёплый свет, запах еды, полная миска, весеннее солнце за окном и чувство, очень похожее на «всё хорошо».

От Арика – сначала замешательство. Очень отчётливое замешательство человека. Не страх – именно растерянность. Как?

Затем – удивление и тревога:

Откуда... откуда ты это знаешь? – его мысленный голос дрогнул.

Теперь мы тоже кое-что о тебе знаем, – спокойно ответил Коля. Не только ты умеешь находить информацию. Паритет.

Это ничего не значит! – в голосе Арика кипела злость, но под ней ясно чувствовались растерянность и страх.

Я до сих пор не понимаю, почему ты так агрессивно настроен к нам, – продолжил Коля. – Нам нечего делить. Давай поговорим нормально, лицом к лицу? Без угроз и взломов?

Я...

Арик замолчал. Коля чувствовал, как Арик размышляет, взвешивает варианты.

Когда и где? – наконец спросил он.

Завтра. Парк Солнечный остров.

Я буду не один, – предупредил Арик.

Возьми с собой Алису, – спокойно ответил Коля, делая ход наугад. Мы знаем и о ней.

Он почувствовал, как Арик вздрогнул от неожиданности.

Хорошо, – наконец согласился тот. – Только... кое-что случилось. Это касается и меня, и вас. Завтра расскажу.

Коля разомкнул руки.

В комнате стояла такая плотная тишина, что было слышно, как Рыжик шумно зевнул, показав все зубы, и снова удобно устроил голову на Колином колене.

– Ну как? – не выдержал Артур.

– Он согласился встретиться, – ответил Коля. – Завтра на Солнечном острове.

– И что он сказал? – поинтересовалась Кира.

Коля пересказал весь разговор, не упуская деталей.

– «Кое-что случилось»? – переспросил Саша. – Интересно, что он имел в виду…

– Не сказал. Завтра.

– Это тревожно, – тихо произнесла Кира.

– Это, по меньшей мере, интересно, – возразил Артур.

Коля посмотрел на брата. Артур ответил серьёзным, совершенно не привычным для него взглядом.

Ладно. Завтра так завтра.

После того как Кира и Саша ушли, братья долго не могли заснуть. Каждый думал о предстоящей встрече, об Арике и его непонятных способностях.

– Коль, – тихо позвал Артур, когда свет уже был выключен.

– Что?

– А тебе не кажется странным, что всё это происходит именно с нами? Сначала Волшебная страна, теперь этот Арик со своими снами...

– Кажется, – честно ответил Коля. – Но помнишь, что нам сказали после той истории? «Не удивляйтесь ничему необычному».

– Думаешь, это как-то связано?

– Не знаю, – вздохнул Коля. – Но завтра, возможно, станет яснее.

– Спокойной ночи, – сказал Артур после паузы.

– Спокойной ночи, – ответил Коля, глядя в потолок и думая о том, что их ждёт завтра.

* * *

Утро выдалось ясным и тёплым, словно специально для важной встречи. Коля проснулся раньше обычного, несмотря на выходной. В голове крутились мысли о предстоящем разговоре с Ариком. Что он за человек? Почему так интересуется их приключениями? И что это за «кое-что случилось?

Артур тоже не спал – Коля видел, как тот ворочается в своей кровати, притворяясь спящим.

– Не спится? – спросил Коля.

– Угу, – признался Артур. – Всё думаю про этого Арика.

– Я тоже.

Они позавтракали почти молча. Родители уже уехали по каким-то дачным делам.

– Удобно получилось, – заметил Артур, доедая кашу. – Никому ничего объяснять не надо.

Они вышли из дома и направились к парку. День разгорался, становилось всё теплее. Солнце играло в молодой листве, птицы заливались весенними трелями, но Коля почти ничего этого не замечал.

У входа в парк их уже ждали Кира и Саша.

– Волнуетесь? – спросила Кира вместо приветствия.

– Есть немного, – признался Коля.

– Я тоже, – кивнул Саша. – Всю ночь думал, что это за Арик такой.

– Скоро узнаем, – сказал Артур, глядя на часы.

Они дошли до фонтана в центре парка и остановились.

– Давайте подождём здесь, – предложила Кира. – Отсюда все дорожки хорошо просматриваются.

Не прошло и пяти минут, как Коля заметил двух ребят, неспешно идущих по главной аллее. Мальчик и девочка примерно их возраста.

Он узнал Арика сразу – тёмные волосы, цепкий, сканирующий всё вокруг взгляд. Чуть позади шла девочка со светлыми, неаккуратно заплетёнными косами и удивительно спокойным лицом. Алиса.

Они остановились в нескольких шагах.

Глава 14

Молчание было коротким, но очень насыщенным – обе стороны смотрели, оценивали, примерялись. Коля вдруг подумал, что со стороны они, наверное, выглядят довольно забавно: четверо против двоих, и все изо всех сил делают вид, будто абсолютно спокойны.

– Привет, – первым нарушил тишину Арик. Голос звучал ровно, но в нём чувствовалось напряжение.

– Привет, – ответил Коля. – Я Коля. Это Кира, Артур и Саша.

– Аркадий. Арик.

– А я Алиса, – спокойно представилась девочка, стоявшая рядом. У неё был удивительно мелодичный голос и очень ясный, открытый взгляд.

Кира огляделась по сторонам.

– Может, сядем где-нибудь? – предложила она, кивнув на свободную скамейку под старым раскидистым клёном.

Они устроились на скамейке и некоторое время молча разглядывали друг друга. Арик выглядел напряжённым: взгляд быстро перебегал с лица на лицо, будто он искал подвох. Алиса, наоборот, сидела спокойно и чуть заметно улыбалась уголками губ.

Коля покосился на Арика и решил, что затягивать бессмысленно.

– Давайте скажем прямо, – начал он. – Мы все умеем кое-что, чего не умеют другие. Может, это кажется поводом для конкуренции, но я не понимаю – зачем нам конкурировать? Нам нечего делить.

Арик скрестил руки на груди и долго, очень внимательно смотрел на Колю.

– В целом согласен, – сказал он наконец. Помолчал, будто собираясь с силами. – Мы вчера с Алисой долго разговаривали. Она убедила меня, что я во многом был не прав.

Он бросил быстрый взгляд на девочку, и та ободряюще улыбнулась.

– Поэтому, – продолжил Арик, – сначала я расскажу о себе. А потом уже ваша очередь.

– Справедливо, – кивнул Коля.

– Меня зовут Аркадий, мне десять лет, четвёртый класс. Всё это вы, наверное, и так уже выяснили. Я… – он чуть запнулся, – больше общаюсь с компьютером, чем с людьми. В школе всё нормально, но особых друзей нет. Зато в программировании разбираюсь лучше всех в классе. Наверное, лучше всех в школе.

Сказал он это без хвастовства. Просто как факт.

– Несколько недель назад я наткнулся в сети на видеоролик, – продолжил Арик, и Коля невольно напрягся. – Тот самый. Про приключения в каком-то сказочном мире. Который выложили вы.

– Я сначала подумал – чья-то нейросетевая анимация. Очень хорошая. – Арик говорил медленно, тщательно подбирая слова. – Даже немного позавидовал. Я хорошо разбираюсь в нейросетях и знаю, что даже в самых продвинутых из них непросто создать такое видео. Это было слишком... реальным. Подумал: кто-то умеет делать то, чего не могу я.

Он встал и начал медленно ходить взад-вперёд по тропинке рядом со скамейкой. Видимо, так ему было проще говорить.

– А потом у меня вдруг появилась эта способность. Засыпаю – и могу создать что-то вроде своего сна, затащить туда другого человека и там общаться. По-настоящему, как сейчас.

– Мы помним, – сухо сказал Артур.

– Угу. – Арик не стал оправдываться. – И знаете, что произошло дальше? Я почувствовал себя... ну, я и без того считал себя самым умным. А тут ещё и это. Я был уверен, что ничего подобного у других нет. – Пауза. – Это было приятно. Очень приятно.

Он говорил об этом без стеснения, почти с вызовом. И Коля неожиданно именно это в нём оценил. Признать такое вслух – дело не из лёгких.

– А потом мне снова попался ваш ролик, – продолжил Арик. – И я вдруг понял, что это не «нарисованный мультик», а реальные съёмки.

– Как ты это понял? – спросил Саша.

Арик быстро переглянулся с Алисой.

– Об этом чуть позже, если не возражаешь. Это ещё одна интересная тема.

Саша кивнул, и Арик продолжил:

– Вот тогда мне всё и снесло. Я до этого думал – ну подумаешь, дети с нейросетью поиграли. А тут... – он покрутил рукой. – Выходит, они по-настоящему были в какой-то волшебной стране? А я нет. У них есть то, чего нет у меня. Это меня очень задело. Мягко говоря.

– Понятно, – тихо сказал Коля. В его голосе не было осуждения – только понимание.

– Злость? – спросила Кира.

– Злость, зависть, всё вместе, – Арик снова сел на скамейку. – И я начал собирать информацию. Про вас. Знаете, в современном мире очень трудно остаться незаметным.

– Это как? – Саша подался вперёд с искренним любопытством.

Арик посмотрел на него – кажется, впервые внимательно, – и вдруг заговорил совсем другим тоном. Не оправдывающимся, а объясняющим. Почти с удовольствием.

– Вот смотри. Допустим, ты ищешь в интернете корм для кошки определённой породы. Системы это запомнят: у тебя, скорее всего, есть такая кошка. Заказал доставку к ближайшему пункту выдачи – теперь известно примерно, где ты живёшь…

Он говорил уверенно, явно в своей стихии.

– Смартфоны слушают нас даже тогда, когда мы их не зовём. Голосовые помощники. А ещё они могут запоминать все остальные разговоры – для своих рекламных целей. И ты никогда не знаешь, кто ещё получит к ним доступ.

Коля переглянулся с друзьями. Звучало тревожно.

– Дальше, – продолжал Арик, – Телефон всегда подскажет тебе местоположение и удобный маршрут. А ещё он знает, где ты был вчера, позавчера. Куда ехал, на каком транспорте, к кому заходил.

– Жутковато, – пробормотал Саша.

– Это ещё не всё, – покачал головой Арик. – Расплатился в магазине картой или смартфоном – и системы знают, что ты обычно покупаешь. А ещё много камер наблюдения на всех крупных улицах и перекрёстках, на многих подъездах.

Он сделал паузу.

– Да, все эти системы защищены, и получить информацию непросто.

– Но ты получил, – сказал Коля.

– Взломал систему городских камер, – Арик сказал это без бравады. – Нашел запись с открытием портала во дворе.

Тишина после этих слов стала почти осязаемой. Даже ветер, казалось, притих.

– Это и добило меня окончательно. – Арик смотрел куда-то в сторону, на тёмную воду озера. – Кто-то может вот так запросто – раз, и в волшебную страну. А я за компьютером сижу и взламываю городские камеры. Круто, да? – В голосе была горечь.

– Это тоже по-своему круто, – неожиданно сказал Артур.

Арик покосился на него.

– Нет, серьёзно, – Артур не смутился под взглядом. – Это сложно. Мы вот так не умеем.

– Ага. Очень утешительно, – но в голосе уже не было злобы. Просто усталость. – Это может и нелегко, но могут и другие, не только я. А вот портал – это было... потрясающе. И ещё больше подстегнуло мою зависть и желание понять, как это могло произойти.

Он замолчал и посмотрел на Колю:

– Это до сих пор меня интересует. И, наверное, будет честно, если после всего этого откровения с моей стороны я услышу что-то и от вас?

Коля посмотрел на Киру. Потом на Артура. Потом на Сашу. Никто ничего не сказал вслух, но ответ был очевиден: твоё решение.

– Хорошо, – согласился Коля и протянул руку Кире.

Она сразу поняла, что он собирается делать, и вложила свою ладонь в его ладонь. Он не объяснял словами. Просто аккуратно, как собирают вещи в рюкзак перед дальней дорогой, сложил всё самое важное: случайные порталы, спасение Волшебной страны от злодея, съёмку ролика, поиски Dеликого волшебника среди нейросетей. И тихое предупреждение: «Не удивляйтесь ничему необычному».

Сначала – Арику. Потом – Алисе.

Посреди передачи Арик вдруг резко привстал, покачнулся и просто сел прямо на траву, скрестив ноги по-турецки. Лицо у него стало такое, будто он за несколько секунд посмотрел очень длинный и очень яркий фильм на большой скорости. Глаза расширились, рот приоткрылся. Алиса тоже выглядела потрясённой, хотя держалась заметно лучше.

– Это... это было... – Арик с трудом подбирал слова. – Очень эффектно. Твой рассказ намного длиннее моего, а «рассказал» ты его за несколько секунд.

Он потёр виски.

– Правда, мозги чуть не закипели.

Потом он вопросительно посмотрел на Алису, и та утвердительно кивнула.

– Есть ещё кое-что, о чём я не рассказал, – продолжил Арик. – Одновременно со мной необычная способность появилась и у Алисы.

Все посмотрели на девочку. Она улыбнулась – спокойно и уверенно.

– Я могу определить, настоящее что-то или подделка, – просто сказала она.

– Именно так мы поняли, что ваше видео из Волшебной страны – настоящее, а не нейросетевой мультик, – добавил Арик. – И что сейчас ты, – он кивнул Коле, – передал мне правдивую информацию.

– Удивительно, – прошептала Кира.

– Я признаю, – продолжил Арик после паузы, – что в начале я просто завидовал вам. Но теперь понимаю, что ваши приключения достались вам случайно. И что вы не искали никакой славы или выгоды.

Он помолчал, словно собираясь с мыслями.

– И ещё одна странность: наши необычные способности появились примерно в одно время. У вас – после возвращения из Волшебной страны, у нас с Алисой – примерно тогда же. Это не может быть простым совпадением.

Арик вздохнул и вдруг стал выглядеть совсем по-другому – не самоуверенным хакером, а обычным десятилетним мальчишкой, который сильно запутался и не знает, что делать дальше.

– И вот теперь у нас серьёзная проблема, – сказал он тихо.

– Какая? – сразу напрягся Коля.

Арик посмотрел на Алису, словно ища поддержки, и продолжил:

– Несколько дней назад, когда меня совсем снесло от злости и зависти... я сделал одну вещь.

– Какую? – почти шёпотом спросила Кира.

Арик снял с колена тонкую травинку, помял её между пальцами.

– Я написал нейросеть. Самостоятельную. Агрессивную. Настроенную на то, чтобы взламывать другие системы и собирать информацию. О вас. Всё, что только можно достать.

Коля почувствовал, как внутри что-то сжимается – не страх, но что-то близкое к нему.

– И?

Арик наконец поднял глаза. В них не осталось прежней цепкой агрессии – только прямой, немного обречённый взгляд человека, который сам себе устроил большую беду и прекрасно это понимает.

– Я потерял над ней контроль. И теперь не могу её остановить. Она не признаёт меня своим создателем. Считает меня таким же противником, как и вас.

Глава 15

Парк затих, словно природа сама замерла, прислушиваясь к разговору шестерых детей. Даже птицы в ветвях старого клёна над скамейкой перестали щебетать.

Несколько секунд никто не произносил ни слова. Коля смотрел на Арика, Арик – на травинку в своих пальцах, Кира – куда-то в сторону озера. Артур переглянулся с Сашей. Тот неопределённо приподнял брови: мол, ну вот и приехали.

– Подожди, – первым нарушил тишину Коля. – Ты создал нейросеть, которая должна была нас взламывать. А потом потерял над ней контроль.

– Именно.

– Как это вышло?

Арик аккуратно положил травинку себе на колено. Помолчал – не так, как молчат, когда не хотят отвечать, а так, как молчат, когда не знают, с чего начать.

– Умный дом в вашей квартире оказался... умнее, чем я ожидал, – сказал он наконец.

– Нафаня? – моментально оживился Артур.

– Вероятно, да. Ваша система отбила атаку нейросети. Это само по себе нетривиально. – произнёс Арик совершенно серьёзно, без малейшей тени иронии, и от этой серьёзности почему-то становилось смешно. – Более того: умный дом попытался переподчинить нейросеть себе.

– То есть захватить, – уточнил Артур с явным восхищением.

– Грубо говоря. Не вышло. Но в процессе этой… борьбы нейросеть потеряла пароль доступа. Тот самый, по которому она должна была признавать меня владельцем. Я пытался подключиться заново – она не пустила. Пробовал снова и снова – и в какой-то момент она начала считать меня противником.

– То есть она теперь воюет со всеми? – тихо спросила Кира.

– Со всеми, кого считает помехой, – поднял взгляд Арик. – В том числе со мной.

Пауза повисла красноречивая. Создал монстра – и сам оказался у него на пути. Классика.

Коля продолжал смотреть на него. Арик, который ещё несколько дней назад казался загадочным и пугающим противником – человеком из тревожных снов, хакером с попугаем, – сейчас сидел на траве с травинкой в пальцах и выглядел просто мальчишкой, который сделал по-настоящему глупую вещь и теперь вынужден был сказать об этом вслух.

Вот оно что. Значит, это не только наша проблема.

– Ты понимаешь, что теперь нам придётся разбираться с этим вместе? – спросил Коля.

– Понимаю, – негромко ответил Арик. – В том числе поэтому я здесь.

– Как это вообще всё работает? – наклонился вперёд Саша. В его глазах горело неприкрытое любопытство. – Что именно она умеет?

Арик заговорил уже увереннее, почти как учитель, объясняющий сложную тему:

– Самостоятельно находить и взламывать различные информационные системы. Ищет любые упоминания о тех, кого считает противниками. Анализирует данные с камер наблюдения, платёжные системы, социальные сети, школьную базу… Всё, до чего может дотянуться.

– Но как она взламывает защищённые системы? – Саша не унимался.

Артур придвинулся ближе к другу, внимательно слушая. Коля заметил, как брат старается не упустить ни слова из разговора – видимо, тоже заинтересовался технической стороной вопроса.

Арик тяжело вздохнул.

– Я... встроил в неё несколько продвинутых алгоритмов взлома. И дал ей возможность самостоятельно их совершенствовать. Сделал её слишком... инициативной. Дал ей слишком много свободы.

– Погоди, – вмешалась Кира. – Так в чём проблема? Выключи компьютер, где она запущена, и всё.

Алиса, молчавшая до этого, покачала головой:

– Не так просто, – её голос был мягким, но уверенным. – Арик запустил её в облаке, верно?

Арик кивнул.

– Она распределена по нескольким удалённым серверам. Теперь сама перемещается между ними и может копировать себя на новые. Я даже не знаю точно, где она находится в каждый момент.

Коля почувствовал, как по спине пробежал холодок. Одно дело – мальчишка с завистью и хакерскими навыками. Совсем другое – бесконтрольная программа, которая может проникнуть куда угодно.

– И чем нам это грозит? – спросил он. – Это же не бандит с пистолетом. Что она реально может сделать?

Арик горько усмехнулся.

– Помните, я рассказывал, сколько следов мы оставляем в цифровом мире? Представьте, что у нейросети будет доступ ко всему этому. И она умеет очень быстро анализировать информацию.

– Быстрее, чем человек? – уточнил Саша.

– Несравнимо быстрее. Пример. – Арик посмотрел на Киру. – Ты заходишь в супермаркет. Проходишь по залу, ничего не покупаешь, выходишь. Продавец про тебя ничего не узнал – ну, зашла девочка, ушла.

Кира чуть напряглась.

– Но в углу висела камера. И нейросеть смотрела не на то, что ты берёшь в руки. Она смотрела, где ты на полсекунды задержала взгляд. Вот этот фасон куртки – ты посмотрела на него чуть дольше. Вот эта сумка. Вот эти конфеты. – Арик говорил спокойно, почти отстранённо, но слова ложились как-то особенно весомо. – Теперь она знает, что тебе нравится, какой фасон одежды предпочитаешь, о какой сумочке мечтаешь, какие конфеты любишь. Без разговоров. Без единого вопроса.

– Это... жутковато, – пробормотала Кира, непроизвольно оглянувшись на ближайшую камеру наблюдения в парке.

– Но что конкретно она может с этим сделать? – спросил Артур, скрестив руки на груди.

Арик пожал плечами. Впервые за весь разговор в его голосе появилась настоящая тревога.

– Вот тут я и боюсь додумывать. Например, она может выяснить, что у нас с вами есть необычные способности. И выложить это в открытый доступ.

Тишина стала почти осязаемой. Даже ветер, казалось, притих.

– Это было бы очень, очень нехорошо, – тихо сказал Саша.

– Но это самое простое, – продолжал Арик. – А еще, например, микромимика. Знаете, что это такое?

– Нет, – честно сказал Артур.

– Мышцы лица реагируют на мысли. Незаметно для глаза – но не для камеры с хорошим разрешением. По этим микрореакциям можно понять, когда человек врёт. Когда сомневается. Когда не уверен в том, что говорит. Когда удивлён, но пытается это скрыть.

– Это как детектор лжи? – уточнил Саша.

– Лучше. Детектор лжи нужно подключать, и человек знает, что его проверяют. А камера висит в коридоре, и ты даже не смотришь в её сторону.

– То есть, – медленно проговорила Кира, – она, в общем-то, умеет читать мысли. Без всяких суперспособностей.

– Не читать. – Алиса подняла взгляд. – Понимать. Это немного разные вещи.

– Чем они отличаются? – спросил Артур.

Алиса чуть помедлила – не потому, что не знала ответа, а потому что подбирала точные слова.

– Читать мысли – это знать, что именно ты думаешь. Понимать – это знать, что ты чувствуешь. Иногда второе гораздо важнее.

Никто не стал спорить. Коля поймал себя на том, что думает о ней – уже не как о «девочке рядом с Ариком», а как о человеке, у которого, похоже, в голове всё очень аккуратно разложено по полочкам. Или она очень хочет, чтобы так казалось. Непонятно. Интересно, она всегда такая или это только с незнакомыми людьми?

– Хорошо, – сказал Саша, и по его лицу было видно, что он что-то усиленно обдумывает. – А сколько у нас времени? Ну, до того, как она начнёт что-то... делать?

Арик поморщился.

– Сложно сказать точно. Сейчас она, скорее всего, продолжает собирать данные. Взламывает, анализирует, накапливает. По моей оценке – ещё три, максимум четыре дня.

– А потом? – спросил Коля.

– Потом начнёт действовать. – Арик сделал паузу. – Вот только не знаю – как именно. Это самое неприятное: я её написал, но теперь не уверен, что понимаю, что именно она будет делать. Я создал её слишком... гибкой. Она учится. Адаптируется. И с каждым разом становится умнее. Я задал ей агрессивный режим. А в агрессивном режиме она сама принимает решения.

– Ты написал нейросеть, которая сама принимает решения? – Артур смотрел на него со смесью ужаса и восхищения. – Великолепно! Искусственный интеллект охотится за всеми нами, и ты – его создатель – не можешь его остановить.

– Я не думал, что всё так получится! – защищаясь, воскликнул Арик. – Я просто хотел... – он замолчал, не зная, как объяснить.

– Ты хотел показать, какой ты крутой, – закончил за него Артур. – И вот результат.

– Артур, – мягко сказала Кира, – сейчас не время для обвинений. Нам нужно решить, что делать дальше.

Алиса, сидевшая до этого тихо, вдруг поднялась со скамейки и сделала несколько шагов к озеру. Солнечные блики играли в её светлых волосах. Она обернулась к остальным:

– Думаю, нам нужно работать вместе, – её голос звучал мелодично и уверенно. – Не потому что так принято говорить. А потому что у каждого из нас есть что-то, чего нет у остальных. И нейросети это не обойти.

Коля с удивлением посмотрел на девочку. За всё время их знакомства она впервые проявила такую решительность. В её словах чувствовалась скрытая сила, которую он раньше не замечал.

– Хм, – Саша снова замолчал. Артур рядом с ним сидел в точно такой же позе – наклонившись вперёд, чуть прищурившись. Коля вдруг подумал, что за последние несколько недель Артур очень явно начал копировать манеру Саши думать вслух. Или нет – не копировать. Подхватывать. Это разные вещи.

– А если создать другую программу? – предложил Саша. – Такую, которая будет охотиться за первой и нейтрализует её?

– Я пытался, – покачал головой Арик. – Но она слишком быстро учится. Любую ловушку, которую я создаю, она обходит.

– Значит новая программа должна сама учиться и развиваться еще быстрее первой! – поддержал друга Артур.

– А потом нам не придется и с ней бороться еще более совершенной программой? – спросил Коля.

– У нас есть еще по крайней мере три дня, – осадила спор Кира, – давайте до завтра спокойно подумаем, а затем обсудим идеи и варианты.

Коля заметил, как Алиса становится всё более оживлённой по мере развития разговора. Её глаза блестели, а движения стали более энергичными. Она словно преображалась на его глазах.

– Есть ещё кое-что, – сказала она. – Мы не знаем, откуда взялись наши способности. Но они появились у всех примерно в одно время. Может быть, это не просто совпадение?

– Ты думаешь, есть связь между нашими способностями и... чем? – спросила Кира.

– Не знаю, – призналась Алиса. – Но я чувствую, что это важно. Что мы должны разобраться не только с нейросетью, но и с тем, почему мы вдруг стали... особенными.

Коля задумался. Действительно, странное совпадение. Но как приключения в сказочном мире могли повлиять на Арика и Алису, которые там даже не были?

– Я не знаю, – честно ответил он. – Но ты права – нам стоит разобраться и в этом тоже. Только сначала давайте решим проблему с нейросетью.

Алиса кивнула и неожиданно протянула руку:

– Тогда давайте работать вместе. Все шестеро.

Коля, немного помедлив, пожал её руку. За ним – Кира, потом Саша и Артур. Последним, с заметным колебанием, руку протянул Арик.

– И ещё кое-что, – добавил Арик. – Давайте договоримся не использовать наши обычные гаджеты для обсуждения плана. Нейросеть может перехватывать сообщения.

– Как тогда общаться? – спросил Артур.

– У нас есть способность Коли, – напомнила Кира. – Он сможет обеспечить связь на расстоянии. Без всяких устройств.

Арик кивнул:

– Верно. Это может стать нашим секретным оружием. Нейросеть никак не сможет перехватить такую коммуникацию.

Солнце успело спуститься за верхушки деревьев – тени стали длиннее, воздух над озером посветлел. Где-то на другом берегу смеялись маленькие дети. Совершенно нормальная воскресная картинка, если не знать, что на этой скамейке только что шестеро человек договорились объединиться против программы, которая умеет понимать, о чём ты думаешь, не читая мыслей.

Три-четыре дня. Хорошо хоть не три-четыре часа.

Коля встал первым, и остальные поднялись вслед за ним. Арик сунул руки в карманы. На лице у него было выражение, которое Коля уже немного научился читать: не уверенность и не растерянность, а готовность двигаться вперёд, даже не зная точно куда.

Кира убрала с колена листок, на котором всё это время что-то рисовала карандашом. Коля мельком увидел схему – стрелки, прямоугольники, что-то похожее на блок-схему.

– Что это? – спросил он.

– Пытаюсь понять, как она движется по системам, – сказала Кира. – Арик объяснял – я рисовала.

Арик посмотрел на листок. Потом на Киру.

– Это... довольно точно, – сказал он, явно удивлённый.

Кира пожала плечами.

– Просто нарисовала то, что слышала.

Она себя недооценивает, – снова подумал Коля. – Она постоянно себя недооценивает.

Но вслух говорить не стал. Некоторые вещи лучше дать человеку заметить самому.

Глава 16

Артур ворвался в квартиру как вихрь – рюкзак полетел на пол в прихожей, куртка повисла на одной руке, ботинки оказались в разных концах коридора.

– Артур! – послышался голос мамы из кухни. – Обувь!

– Сейчас!

Он подхватил один ботинок, бросил в сторону второго, промахнулся, поставил оба как попало и помчался в комнату.

Когда Артур переоделся и сложил вещи по местам, Коля уже сидел за своим столом, склонившись над тетрадью. На экране смартфона были открыты какие-то английские слова.

– Опять диктант? – спросил Артур, плюхаясь на свою кровать.

– Ага. Завтра.

– Ты что, каждую неделю пишешь диктанты?

– Почти, – Коля не оторвал взгляд от тетради. – Английский, русский, чередуются.

Артур улёгся на спину, глядя в потолок. В голове всё ещё крутились обрывки разговора в парке. Нейросеть, которая понимает людей лучше, чем они сами. Арик, который создал её и потерял контроль. Три-четыре дня до того, как она начнёт действовать. И все шестеро теперь в одной команде.

Он перевернулся на живот, подпёр подбородок кулаками. Саша искал адрес Арика через нейросеть. Просто задал правильный вопрос – и получил ответ. Может, и с агрессивной программой так же сработает? Задать правильный вопрос?

Да ладно, не может же быть всё так просто.

Но мысль не отпускала. Саша объяснял что-то про контекст, про то, что нейросети нужно давать достаточно информации, чтобы она поняла задачу. Артур попытался вспомнить подробности – что-то про примеры, про уточнения... Не помнил точно. Ну и ладно. Можно же просто попробовать?

Компьютер послушно загрузился. Артур открыл браузер, набрал адрес знакомой бесплатной нейросети – той самой, которой пользовался Саша. Уставился на пустое поле ввода.

Так. Надо описать ситуацию, но без подробностей. Чтобы никто не догадался, что речь идёт о них.

Он начал печатать, стирал, печатал снова. Коля за спиной что-то бормотал себе под нос по-английски – судя по всему, заучивал слова.

Представь, что у группы детей есть необычные способности.

Стёр. Слишком фантастично звучит.

Допустим, несколько человек обладают редкими навыками.

Тоже не то. Какие навыки? Игра на скрипке?

Есть шестеро детей. У каждого – своя уникальная возможность.

Лучше. Артур задумался. Дальше что? Про нейросеть.

Один из них создал компьютерную программу, которая вышла из-под контроля. Программа опасна и может раскрыть секреты этих детей. Программа агрессивная, самообучающаяся, распределённая по разным серверам. Создатель потерял к ней доступ.

Артур перечитал написанное. Вроде понятно. Теперь вопрос.

Как можно остановить такую программу? Подбери несколько способов.

Нажал Enter. Нейросеть ответила почти мгновенно.

Артур читал ответ с нарастающим изумлением.

«Отличная завязка для фантастического рассказа! Вот несколько идей для вашей истории:

1. Обратитесь к мудрому волшебнику. Только настоящий маг сможет нейтрализовать злую программу с помощью заклинания.

2. Найдите магический пароль. Возможно, он спрятан в старой книге или записан на свитке.

3. Попросите кота. Коты в сказках часто обладают скрытой мудростью и видят то, чего не видят люди. Возможно, именно кот подскажет решение!

4. Соберите всех друзей вместе и произнесите слова дружбы вслух. Это ослабит силу злобной программы.

Надеюсь, ваша история получится увлекательной!»

Артур перечитал ещё раз.

– Что?..

Рыжик, неизвестно откуда взявшийся у его ног, поднял голову и посмотрел на экран с видом существа, которое очень старается не комментировать происходящее.

– Это... – Артур не сразу нашёл слова. – Это полная чушь.

– Что? – переспросил Коля, не оборачиваясь.

– Она меня не понимает! – Артур ткнул пальцем в экран. – Смотри! Волшебники, магические пароли, коты!

Коля привстал, заглянул через плечо брата. Пробежался глазами по тексту и усмехнулся:

– Она думает, что ты пишешь сказку.

– Я не сказку пишу! – Артур был по-настоящему зол. – Я серьёзный вопрос задал!

– Серьёзный вопрос про детей с уникальными способностями и агрессивную программу? – Коля покачал головой. – Для нейросети это точно сказочный сюжет. Ты контекст не дал.

– Какой ещё контекст?!

– Ну... Саша объяснял. Надо уточнять: это реальная ситуация, это техническая задача, вот такие-то условия... – Коля махнул рукой. – Я сам не очень помню.

Артур сжал кулаки. Хотелось возмутиться, сказать, что это всё ерунда, что нейросеть тупая, что вообще...

Но он промолчал.

Потому что Коля был прав. Он сам напортачил. Не подумал. Решил, что достаточно просто спросить – а нет, не достаточно. Надо было делать правильно. А он не запомнил как. Саша что-то говорил про запрос. Что-то про контекст. Что-то про то, что нейросеть должна понять, что ты не пишешь сказку, а решаешь настоящую задачу. Что ещё? Был какой-то пример. Что-то про конкретные слова.

Я накосячил.

Он посидел немного с этой мыслью. Раньше в таком случае он, наверное, сказал бы себе: ну, я же ещё маленький, не обязан всё помнить, – и закрыл бы браузер. Или попросил бы Колю разобраться. Или просто забыл бы до завтра.

Но сейчас он почему-то просто сидел, глядя на экран с волшебниками и котами, и чувствовал неприятное жжение в груди – стыд за собственную торопливость. Вспоминал, как сегодня в парке все они сидели и обсуждали нейросеть, и Арик говорил: «ещё три, максимум четыре дня». И сколько их уже прошло? Один. Значит, осталось два или три.

Это моя ошибка. Я написал запрос неправильно.

Он ещё раз посмотрел на экран. На совет «попросите кота».

Рыжик снизу смотрел на него так, словно полностью поддерживал эту идею.

– Не сейчас, Рыжик, – пробормотал Артур.

Кот, кажется, обиделся и важно ушёл на подоконник.

– Ладно, – сказал он тихо. – Завтра попрошу Сашу помочь.

Коля посмотрел на него с удивлением – но ничего не сказал. Только кивнул и вернулся к своему столу.

Артур закрыл окно браузера, выключил компьютер. Лёг на кровать, уставившись в потолок.

Попросить помощи. Признать, что ошибся.

Раньше это казалось чем-то невозможным. Признать ошибку – значит показать, что ты не справился. А если ты не справился, то зачем ты вообще нужен?

Но сейчас, после разговора в парке, после того, как Арик сам признал, что натворил глупостей... Это выглядело иначе. Не слабостью. А просто – честностью.

Завтра попрошу Сашу. Он объяснит. И сделаем правильно.

За окном стемнело. Коля всё ещё что-то бормотал, заучивая английские слова. Артур закрыл глаза.

Завтра будет новый день.

* * *

Утро было таким, каким бывает только апрельское краснодарское утро – с запахом, который ни с чем не перепутаешь: цветущие деревья, холодная свежесть, которая к полудню растворится в теплом воздухе. Клумбы вдоль школьного двора были усыпаны жёлтыми и красными тюльпанами, и чем-то ещё сиренево-розовым, чего Коля не умел называть, но всегда замечал именно в апреле.

Кира догнала его у школьных ворот.

– Ты помнишь, что сегодня должны объявить результаты диктанта?

– Помню. – Коля посмотрел на неё. – Ты волнуешься?

– Немного. – Она помолчала. – А вдруг я перепутала «ненастный»? Я была не уверена.

– Ты написала правильно.

Кира покосилась на него.

– Ты уверен?

– Уверен.

Это было, строго говоря, немного нечестно. Коля знал, что написала Кира, потому что сам подсказал ей в нужный момент. Но «ненастный» она бы и так написала правильно в девяти случаях из десяти, так что это почти не считалось.

Почти.

Татьяна Николаевна зашла в класс с журналом и со своей обычной непроницаемой улыбкой, которая никогда не давала понять заранее – хорошие новости или не очень.

– Диктант, – сказала она, обведя класс взглядом, – в целом написан неплохо. Есть несколько работ, которые мне было приятно читать. Начну с пятёрок.

Коля услышал своё имя третьим. Кира – пятой. Он успел заметить, как она тихо, почти незаметно выдохнула – с явным облегчением.

– Молодец, – сказал он после урока.

– Я почти не верила, – призналась Кира.

Они постояли молча несколько секунд. Солнечный свет падал через высокое окно в конце коридора, и пылинки в воздухе медленно кружились, словно в замедленной съёмке.

– Слушай, – сказала Кира. – Артур вчера вечером что-то пробовал с нейросетью?

– Откуда ты знаешь?

– Случайно видела, как он утром поймал Сашу и попросил помочь.

Коля кивнул:

– Да. Пытался сам составить запрос. Не получилось – нейросеть выдала ему сказочные советы.

– И он сам решил попросить помощи?

– Ага.

Кира помолчала. Потом сказала тихо:

– Это... необычно для него.

– Угу. – Коля тоже не совсем понимал, что произошло. Артур редко просил о помощи. – Обычно он либо делает всё сам, либо отмахивается: мол, потом разберусь. А тут – прямо с утра к Саше. Скорее всего, после школы пойдут к нам. Не хочешь тоже прийти?

– Конечно, буду, – ответила Кира. – Хочу увидеть, что у них получится.

Звонок позвал на следующий урок. День обещал быть длинным.

Глава 17

После уроков они шли вчетвером – Коля, Артур, Кира и Саша. Артур всю дорогу что-то объяснял Саше, размахивая руками; Саша слушал внимательно, изредка кивая.

Лифт привёз их на двадцать третий этаж. Дверь открылась, и их встретил Рыжик – сидел посреди прихожей, как всегда, с видом хозяина дома. Когда все четверо вошли, кот неторопливо обошёл каждого, обнюхал кроссовки, задержался на секунду у Саши, потом у Киры, потом вернулся к Артуру и ткнулся носом в его обувь.

– Он нас пересчитал? – спросила Кира, стаскивая кроссовки.

– Всегда так делает, – подтвердил Коля. – Проверяет, все ли на месте.

Рыжик медленно моргнул, словно подтверждая: да, всё в порядке, можете проходить.

Они прошли в комнату. Артур сразу плюхнулся на свой стул перед компьютером, Саша пристроился рядом, Кира уселась на краешек Колиной кровати. Коля остался стоять у двери, прислонившись к косяку.

– Значит, так, – сказал Саша, глядя на экран. – Нейросеть – это не поисковик. Ей надо объяснить, кто ты, что происходит и чего именно хочешь. Иначе она заполняет пробелы сама.

– Я понял, – буркнул Артур. – Понял уже.

Саша кивнул.

– Хорошо. Начни с роли. Что-то вроде: «Ты – специалист по компьютерной безопасности». Это задаёт тон. Потом – контекст: реальная ситуация, ничего лишнего. Потом – конкретный вопрос. И в конце – формат ответа, чтобы она не выдала тебе поэму.

– Формат ответа – это как?

– Например: «Перечисли три-четыре конкретных метода. Без лирики».

Артур хмыкнул. Кивнул. Потом уставился в экран и начал печатать.

Коля наблюдал за ним. Артур печатал медленно – не потому, что не умел, а потому что думал. Останавливался. Стирал. Снова печатал. Это было не похоже на обычного Артура, который делал всё быстро, немного небрежно и с видом человека, которому вечно некогда. Сейчас он сидел и тщательно подбирал каждое слово.

Странно. Странно, но хорошо.

– А как объяснить, если нельзя говорить про наши способности?

– Можно обобщить, – подумав, предложил Саша. – Чтобы было понятно, что они есть, но никак не связаны с нейросетями.

Он перечитал написанное, наклонившись к экрану. Кира тоже встала и заглянула через плечо.

– «Ты – эксперт по кибербезопасности», – прочитала она вполголоса. – «Реальная ситуация: самообучающаяся нейросеть, запущенная в облаке, утратила пароль доступа при попытке атаки на другую систему, и теперь перестала подчиняться создателю. Она продолжает расширяться на новые серверы, обучается и накапливает данные. Основная угроза: риск раскрытия секретной информации о способностях пяти человек. Способности необычные, но их нельзя применять к нейросетям. Задача – остановить её или восстановить контроль. Назови три-четыре конкретных метода. Без общих слов».

– Нормально? – спросил Артур.

Саша немного подумал.

– Добавь про то, что она агрессивная. Что атакует другие системы. А ещё – нас ведь шестеро. Или даже семь, если с Рыжиком. Просто способностей мы знаем пять.

– Точно.

Саша откинулся на спинку стула:

– Вот. Теперь контекст понятен, условия описаны, вопрос конкретный.

– Круто, – выдохнул Артур. – Отправляем?

– Давай.

Нейросеть думала несколько секунд. Потом на экране начал появляться текст.

Все четверо придвинулись к монитору.

«Метод 1. Восстановление доступа через логи

Если система, которая отбила атаку нейросети, сохранила логи попыток подключения, в них могут содержаться данные, необходимые для восстановления пароля или создания нового ключа доступа...»

Коля выпрямился. Логи. Нафаня мог их сохранить. Но без родителей здесь ничего не сделать.

«Метод 2. Создание ловушки. Нейросеть можно заманить в изолированную среду (например, виртуальную машину), где она не сможет распространяться дальше. Для этого нужно предложить ей данные, которые покажутся ей ценными...»

– Это как? – спросила Кира. – Отдать ей то, что она и пытается о нас найти? Это опасно.

«Метод 3. Поиск недостающей способности. Найдите недостающую способность, это может помочь обойти обычные протоколы доступа...»

Артур нахмурился:

– Недостающая способность? Что это значит?

– Не знаю, – честно ответил Саша. – Но звучит... странно.

«Метод 4. Цените домашних животных. Стоит проверить, может ли кот каким-то образом помочь.»

Кира фыркнула:

– Опять коты.

– Но теперь это не сказка, – заметил Саша. – Это уже больше похоже на... подсказку?

Коля подошёл к Рыжику и посмотрел на него. Тот по-прежнему сидел на подоконнике, глядя в окно. Кончик хвоста медленно покачивался из стороны в сторону.

– Рыжик, – сказал Коля вслух, наполовину шутя, наполовину всерьёз. – Говорят, что ты полезен. Чем можешь нам помочь?

Но Рыжик отреагировал. Он не встал, не зевнул, не сделал вида, что не слышит. Он повернул голову и посмотрел на Колю – прямо, долго, с таким выражением, будто действительно ждал именно этого вопроса.

– Коля, – мягко напомнила Кира. – Если хочешь услышать ответ, тебе нужно сначала прикоснуться к Саше.

– А, точно.

Саша в этот момент сидел рядом с Артуром – оба смотрели на экран, Артур уже формулировал уточняющий запрос к нейросети, а Саша тихонько что-то подсказывал.

Коля сделал шаг в их сторону.

Коля сделал ещё шаг – и в этот момент Рыжик молнией сорвался с подоконника и бросился Коле прямо под ноги.

– Рыжик!

Коля попытался затормозить, но было поздно. Нога уже шла вниз – он отчаянно попытался изменить траекторию, чтобы не наступить на кота, неловко качнулся, потерял равновесие – и, чтобы не упасть, схватился рукой за ближайшую опору.

Которой оказалось плечо Артура.

Коля успел подумать: Сейчас упадём все вместе, – когда Артур вдруг замер.

Совсем. Как будто кто-то нажал на паузу.

Его глаза широко раскрылись, рот приоткрылся, выражение лица медленно поползло куда-то между изумлением и полным, абсолютным счастьем. Как у кота, который нашёл миску со сметаной, объелся до отвала и теперь не может поверить в такую немыслимую удачу.

– Артур? – позвал Саша.

Артур молчал. Пальцы его правой руки замерли над клавиатурой – он явно собирался что-то печатать, но замер на полуслове. Или на полужесте.

Потом он медленно – очень медленно – повернул голову к Коле. Посмотрел на него. И выдохнул:

– О-фи-геть!

Пауза.

– Так вот что это было!

Коля убрал руку с его плеча. Артур моргнул, словно просыпаясь, и медленно обвёл взглядом комнату – Сашу, Киру, Колю, снова Колю.

– Что произошло? – спросила Кира.

– Я... – Артур облизнул губы. Глаза блестели. – Я только что... Коля, дай руку. Снова.

– Зачем?

– Дай, говорю!

Коля нахмурился, но протянул руку. Коснулся плеча брата – и ничего не почувствовал. Ну, то есть почувствовал обычное тепло, ткань футболки, твёрдость плеча. Всё как обычно.

– И? – спросил он.

Артур смотрел на экран компьютера. Потом перевёл взгляд на Колю. Улыбка на его лице была почти безумной.

Глава 18

Артур смотрел на экран компьютера. Потом перевёл взгляд на Колю. Улыбка на его лице была почти безумной.

– Я только что разговаривал с компьютером, – сказал он. – Напрямую.

Тишина.

– Как это – напрямую? – осторожно спросил Саша.

– Вот так. Без клавиатуры. Без мыши. Я просто подумал вопрос – и сразу получил ответ. – Артур говорил быстро, сбивчиво, слова налезали друг на друга. – И ещё... там была музыка. Ритм. Как будто система... пела. Не словами, а... ощущениями. Я чувствовал, что она... что она...

Он замолчал, подбирая слово.

– Живая? – подсказала Кира тихо.

– Нет. Не живая. Но и не просто программа. Она была... настроенной. На что-то. Я не знаю, как объяснить.

Коля медленно убрал руку. Посмотрел на Артура. Потом на Сашу. Тот сидел, вытаращив глаза.

– Ты нашёл свою способность, – с благоговением сказал Саша.

Артур несколько раз быстро кивнул.

– Я нашёл свою способность!

Кира поднялась с кровати, подошла ближе:

– А что ты спросил у компьютера?

– Ничего конкретного, – Артур потёр лицо руками, явно пытаясь успокоиться. – Я просто... в тот момент, когда Коля схватился за меня, я как раз думал, что хочу уточнить запрос к нейросети. И вдруг – бах! – я уже не думаю, а спрашиваю. Напрямую. И она отвечает. Тоже напрямую. Не текстом, а... потоком. Как... как песня, понимаете?

Никто не понимал. Но все кивали.

– И что она ответила? – спросил Коля.

– Что мой предыдущий запрос был корректным. Что недостающая способность – это про меня. – Артур снова улыбнулся самой счастливой улыбкой. – Я – недостающая способность.

Он вскочил со стула, сделал несколько шагов по комнате, развернулся:

– Коля, давай ещё раз. Проверим.

– Что проверим?

– Всё! – Артур уже тянул руку. – Давай, прикоснись и не отпускай.

Коля пожал плечами, положил ладонь на плечо брата. Артур зажмурился – на секунду, не больше – потом открыл глаза:

– Ага. Работает. Только сейчас я специально ни о чём не думал, поэтому система молчит. Надо задать вопрос.

– Какой?

– Любой. – Артур повернулся к монитору. – Нафаня, сколько сейчас времени?

Голосовой помощник, как обычно, не заставил себя ждать:

– Шестнадцать часов двадцать три минуты.

– Вслух он ответил, – заметил Саша.

– Но я услышал ещё кое-что, – не отрывая взгляда от экрана, проговорил Артур. – Там был... как музыкальный фон. И ритм. Как будто Нафаня немного... обеспокоен.

– Нафаня, – осторожно спросил Коля, – что-то случилось?

– В комнате зафиксировано повышенное содержание углекислого газа, – сообщил голосовой помощник. – Это связано с количеством людей в помещении. Запускаю интенсивное проветривание. Также: задание по математике у Коли выполнено, задание по окружающему миру – не выполнено.

– Ах. Вот в чём дело, – пробормотал Коля.

– Нерешённые задачи, – кивнул Артур. – Он и это чувствует.

Саша сделал пометку в блокноте.

– И что, ещё что-нибудь от Нафани? – спросил он.

Артур сосредоточился. Помолчал. Потом слугка нахмурился.

– Есть что-то тяжёлое. Не прямо сейчас. Как будто... след от чего-то давнего, но незабытого.

Все четверо посмотрели на колонку.

– Атака нейросети, – тихо сказала Кира. – Он её запомнил.

– Это только эмоция? – уточнил Саша. – Или ты можешь достать что-то конкретное?

Артур покачал головой.

– Только эмоция. Я пробовал спросить подробнее – он отвечает только через обычный интерфейс. А вот это... ощущение – оно идёт не через слова. Его не получается перевести в слова.

– Протокол безопасности, – догадался Саша. – Нафаня не может дать тебе доступ просто потому, что ты касаешься брата. Это не уровень доступа.

– Жаль, – сказал Артур. Но без особого огорчения. – Зато мелодия у него красивая.

Коля убрал руку. Артур сразу слегка поскучнел – словно кому-то выключили любимую музыку.

– Стоп, – сказал Коля. – Ты без касания ничего не слышишь?

– Нет. Совсем.

– То есть нужны оба, – резюмировала Кира.

– Выходит, так.

Коля отступил на шаг. Это было странно. Очень странно. Артур, который всегда был младшим, всегда чуть в стороне, всегда «я ещё маленький», вдруг оказался тем, кто умеет разговаривать с компьютерами напрямую.

Недостающая способность.

– Давай попробуем с обычной программой, – предложил Саша. – Не с Нафаней. С чем-нибудь простым.

– Калькулятор? – Артур открыл стандартное приложение.

– Давай.

Коля снова коснулся плеча брата. Артур прикрыл глаза:

– Калькулятор, сколько будет двадцать три умножить на семнадцать?

На экране цифры не появились. Но Артур кивнул:

– Триста девяносто один. Получил ответ. Но там не было ритма. Никакого фона. Просто цифры.

– Логично, – сказала Кира. – Калькулятор – это не умная система. Он просто считает.

– А Нафаня – умный, – подхватил Саша. – Поэтому у него есть... эмоции?

– Не эмоции, – поправил Артур. – Состояние. Настроение. Не знаю, как назвать. Но оно есть. Вот бывает ситуация «норма», а бывает лучше или хуже нормы. Вот это отличие мелодия и показывает.

Они помолчали. Рыжик, который после своего внезапного манёвра переместился в угол комнаты, теперь с крайне довольным видом вылизывал лапу.

– Рыжик, – позвал Коля. – Это ты специально?

Кот посмотрел на него, моргнул и продолжил вылизываться.

– Он специально, – уверенно сказал Артур. – Сто процентов.

– Откуда ты знаешь?

– Просто знаю. Смотри на него.

Коля посмотрел. Рыжик действительно выглядел так, будто сделал что-то очень умное и теперь чрезвычайно собой гордился. Ну наконец-то, – казалось, говорило каждое его движение.

– Спасибо, Рыжик, – сказал Коля.

Кот не ответил. Но ухо дёрнулось – знак, что он услышал.

– Ладно, – Кира присела на край стула, который освободил Артур. – Давайте по порядку. Артур, ты можешь общаться с компьютером без клавиатуры и мыши. Правильно?

– Правильно.

– Но только когда Коля касается тебя.

– Ага.

– И ты не просто получаешь ответ. Ты ещё чувствуешь... состояние системы.

– Точно.

Кира задумалась:

– Это может быть полезно. Очень полезно.

– Ещё бы! – Артур сиял. – Я теперь с любым айтишным делом буду разбираться в десять раз быстрее!

– Не в десять, – дипломатично поправил Саша. – Но, наверное, быстрее.

– Мне хватит. – Артур сел обратно на стул и посмотрел на экран с нейросетью. – Слушайте. Слушайте! Вы же понимаете, что это значит?

Все смотрели на него.

– Нейросеть, – сказал он. – Та самая. Агрессивная. Арик потерял к ней доступ. Она не пускает его обратно. Но она же – программа. А я теперь могу подключаться к программам напрямую. Значит...

Он замолчал на полуслове, смотря на всех по очереди.

– Если я попробую подключиться к ней через Колю... – начал он.

– Возможно, получится дать Арику доступ, – закончил за него Саша.

Коля ощутил внезапное тёплое чувство в груди. Не просто радость. Четверо совершенно разных людей только что подумали об одном и том же одновременно.

Команда.

– Надо сказать Арику, – сказала Кира и посмотрела на Колю. – Ты сможешь выйти на него прямо сейчас?

* * *

Связь установилась легче, чем Коля ожидал.

Кира сидела рядом, Коля взял её за руку – для передачи полноценного образа. Сосредоточился. Нашёл Арика – просто знал, что он есть, – и мягко направил к нему мысль. Лёгкий толчок, почти как переключить канал.

Арик «ответил» – не сразу, но достаточно быстро. Коля почувствовал внимание, сосредоточенность и лёгкую настороженность: что случилось?

– Он слышит, – сказал Коля вслух.

– Позови Алису, – попросила Кира.

Коля попробовал. Это оказалось немного сложнее – Алиса была в некотором смысле «тихая», как будто её внимание всегда было направлено внутрь, а не наружу. Но она почувствовала приглашение и «пришла».

– Они оба здесь, – сказал Коля. – Говорите, я передаю.

– Ты можешь «подключить» всех одновременно? – спросила Кира.

– Не знаю. Попробую.

Оказалось – можно. Всех шестерых «добавил в чат». Это было похоже на то, как держать в руке несколько ниток: каждая тянулась в свою сторону, но держались вместе. Немного тяжелее, чем один канал, но терпимо.

– Все здесь? – мысленно спросил Коля.

Ответов было пять. Одновременно. Хор удивлённых, заинтересованных, радостных голосов.

– Да, – сказала Кира.

– Ага, – Артур.

– Здесь, – Саша.

– Мы тоже, – Алиса.

– Офигеть, – Арик.

Коля почувствовал, как внутри что-то тепло разливается. Это работает. Многоканальная связь работает. И никаких сложностей.

– Хорошо, – сказал он. – Тогда слушайте.

Кира объяснила всё сжато и по делу. Коля передавал образы, дополняя слова. Артур дважды перебил, добавляя технические подробности. Саша в нескольких местах аккуратно уточнил.

С другой стороны пришёл отклик Арика – живой, яркий, с завистью и восхищением:

– Жаль, что не у меня такая возможность появилась. Уж я бы такого натворил!..

– Арик, – мягко одёрнула его Алиса.

– Ладно, ладно. Шучу. Но это действительно круто.

– Мы подумали, – продолжил Коля, – что Артур, возможно, сможет подключиться к твоей нейросети. Раз он может подключаться к любой системе.

Пауза. Арик явно обдумывал.

– Теоретически – да. Но я точно не знаю...

От Алисы пришло другое – медленнее, осторожнее. Несколько коротких вопросов подряд: уточнения, детали. Потом наступила длинная пауза. Не тревожная – скорее, как тишина перед важным ответом.

Наконец Алиса сообщила:

– Я попробовала прислушаться к своей способности. Направление верное – я не чувствую ответа «неправда». Но нет и ощущения «да, всё абсолютно правильно». Значит, что-то упущено.

– Что?

– Если бы я знала, я бы сказала.

Коля почувствовал лёгкое разочарование – но не удивление. Конечно, не может быть так просто. Найти способность – и сразу решить проблему. Мир так не устроен.

– Тогда давайте завтра соберёмся, – предложила Кира. – Все вместе. Попробуем подключиться к нейросети. Посмотрим, что получится.

– Где? – спросила Алиса.

– У нас, – подхватил Коля. – У меня и Артура. После школы.

– Хорошо, – согласился Арик. – Мы придём.

Связь оборвалась – всё разом, как будто кто-то выключил звук. Коля отпустил руку Киры. В комнате стало тихо.

– Ну что, – сказал Артур. – Завтра проверим?

– Завтра, – кивнул Коля.

Рыжик зевнул, потянулся и запрыгнул на подоконник. Устроился там, свернувшись калачиком, и закрыл глаза. Вид у него был совершенно безмятежный – как у того, кто сделал свою работу и теперь может спокойно отдыхать.

Саша посмотрел на кота, потом на Колю:

– Он правда специально бросился тебе под ноги?

– Думаю, да.

– Но как он узнал, что это поможет?

Коля пожал плечами:

– Не знаю. Но Рыжик... он умнеет. С каждым днём. Может, он просто... почувствовал.

Артур фыркнул:

– Кот-волшебник. Теперь я всё видел.

Но говорил он это с улыбкой. И когда выходил из комнаты, чтобы проводить Киру и Сашу до двери, обернулся и посмотрел на Рыжика с явной благодарностью.

Рыжик не открыл глаз. Но ухо снова дёрнулось.

Пожалуйста, – казалось, говорило это движение.

* * *

Вечером, когда Саша и Кира ушли, а Артур улёгся спать с довольным видом человека, который наконец-то нашёл то, что искал, Коля ещё долго сидел у окна, глядя на ночной Краснодар.

Огни города мерцали внизу, словно россыпь звёзд. Где-то там, в одном из спальных районов, Арик и Алиса тоже готовились ко сну. И думали, наверное, о том же: что завтра будет настоящая проверка. Что завтра они узнают, достаточно ли шестерых, чтобы остановить то, что вышло из-под контроля.

Недостающая способность.

Артур нашёл свою. Но Алиса сказала: чего-то всё равно не хватает. Какой-то детали. Какого-то элемента.

Коля не знал, что это. Но чувствовал – завтра они либо найдут ответ, либо столкнутся с чем-то совершенно новым.

Он посмотрел на Рыжика. Кот спал на подоконнике, свернувшись в идеальный рыжий круг. Дышал ровно, спокойно.

– Спасибо, – тихо сказал Коля.

Рыжик не проснулся. Но хвост один раз дёрнулся – знак, что он слышал.

Коля улыбнулся и пошёл спать.

Завтра будет интересный день.

Глава 19

Колин будильник зазвенел ровно в 6:45, но Артур уже не спал. Когда Коля разлепил глаза, брат сидел на своей кровати, скрестив ноги, и рассматривал свои ладони, словно видел их впервые.

– Доброе утро, – сказал Коля, подавляя зевок. – Ты чего так рано?

– Проснулся и больше не смог уснуть, – Артур поднял на брата возбуждённый взгляд. – Мне не терпится снова попробовать. Слушай, я вот всю ночь думал: как ты думаешь, смогу я незаметно подключиться к компьютеру в школе, чтобы там...

– Нет, – отрезал Коля, стаскивая с себя одеяло. – Никаких экспериментов в школе. Ты хоть понимаешь, что будет, если кто-нибудь увидит, как ты общаешься с компьютером без клавиатуры мышки?

Артур надул губы.

– Я бы сделал это совсем незаметно.

– А я бы не стал рисковать, – Коля потянулся, разминая затёкшие мышцы. – У нас и так проблем хватает с этой нейросетью. Не хватало только, чтобы кто-то заметил наши... особенности.

Рыжик, дремавший в углу комнаты, зевнул, потянулся и подошёл к Коле, потёрся о его ноги.

– И ты туда же, – пробормотал Коля, наклоняясь, чтобы почесать кота за ухом. – Доброе утро, волшебник-подсказчик.

Рыжик выгнул спину и двинул хвостом, словно говоря: "Да-да, я такой."

* * *

Школьный день тянулся невыносимо долго. Коля с трудом сосредоточивался на уроках, то и дело поглядывая на часы. Кира сидела за соседней партой, и он видел, что она тоже нетерпеливо постукивает карандашом по тетради.

На перемене они встретились в школьном коридоре. Саша и Артур уже ждали их возле окна.

– Ещё два урока, – тяжело вздохнул Саша. – А А потом можно будет наконец встретиться и всё проверить.

* * *

Коля вышел из школы с рюкзаком, перекинутым через одно плечо, и почти сразу столкнулся с Артуром и Сашей. У Артура был донельзя довольный вид – как у кота, который стащил со стола кусок колбасы и благополучно ушёл с ним под диван. Саша шагал рядом – тихий, сосредоточенный, с рюкзаком, набитым, судя по объёму, половиной библиотеки.

Кира ждала у ворот.

– Они уже написали, – сообщила она. –У них сегодня четыре урока вместо пяти, уже едут.

– Успеют? – спросил Коля.

– Арик написал: «Будем раньше вас». – Кира лукаво усмехнулась. – Поспорить?

– Не надо. Скорее всего, так и будет.

Они шли неторопливо. Артур что-то увлечённо объяснял Саше про ноты – видимо, продолжение вчерашнего разговора о музыкальном ощущении нейросетей. Саша слушал внимательно, иногда уточнял.

Арика и Алису встретили у перекрёстка.

– Привет, – сказал Коля, подходя ближе.

Арик кивнул:

– Привет. Мы нашли ваш адрес без проблем.

– Сразу после уроков поехали, – добавила Алиса. – Даже домой не заходили. Пиксель нас простит.

До дома шли уже вшестером, и это было... по-другому. Хорошо по-другому. Больше голосов, больше направлений разговора, больше жизни.

– Сколько у вас этажей? – спросил Арик, когда многоэтажка показалась из-за угла.

– Двадцать пять. Мы на двадцать третьем, – ответил Артур с привычной гордостью. – Оттуда почти весь город видно.

– Высоко, – заметила Алиса.

– Да, но зато красиво, – улыбнулся Коля. – Особенно вечером, когда зажигаются огни.

Арик посмотрел вверх. Помолчал.

– Высоты боишься?

– Нет. Просто не привык.

Коля мысленно отметил: не привык – значит, интересно. Арик говорил всегда коротко, почти всегда по делу, но за этим «просто не привык» чувствовалось что-то ещё. Любопытство? Или что-то похожее.

Дверь лифта открылась, и они вышли на площадку двадцать третьего этажа. Коля достал ключи и открыл дверь квартиры.

– Проходите, – сказал он, пропуская всех вперёд.

Они зашли в прихожую. Рыжик, как будто почувствовав приход гостей, вышел им навстречу – величественно, с высоко поднятым хвостом и важным выражением морды.

– Ого, – выдохнул Арик. – Какой огромный кот.

– Это Рыжик, – представил его Коля.

Рыжик подошёл ближе, тщательно обнюхивая новых гостей. У Алисы он задержался дольше, потом потёрся о её ноги.

– Кажется, ты ему понравилась, – улыбнулся Коля.

– Он очень крупный, – заметил Арик, снимая куртку. – Я думал, все коты примерно одинакового размера.

– Это специфика породы, – пояснила Кира. – Он мейн-кун. Они все такие большие.

– И почему-то за последнюю неделю он словно снова стал расти, – задумчиво добавил Коля. – Хотя вроде уже давно не котёнок.

– Добрый день, – раздался спокойный голос Нафани из колонки. – Коля, Артур, у вас сегодня гости. Предложите им чай или сок.

Арик вздрогнул, оглядываясь по сторонам.

Пауза.

Он остановился прямо на пороге – буквально на секунду, но это было заметно. Глаза чуть шире обычного. Кажется, он машинально уже почти ответил «привет», но поймал себя в последний момент и вместо этого просто кивнул в сторону колонки.

– Голосовой помощник? – спросил он.

– Нафаня, – подтвердил Артур. – Он тут всем управляет. Свет, температура, домашняя работа...

– Домашняя работа?

– Ну да. Если не сделана – будут проблемы с запуском игр на компьютере.

Арик смотрел на колонку с выражением профессионального интереса.

– Умный дом? – уточнил он.

– Родители сами делали, – объяснил Коля. –Там самодельных дополнений больше, чем стандартных функций.

– Нафаня, – тихо проговорил Арик, будто пробуя имя на звук, – какая температура в комнате?

– Двадцать три градуса ровно, – сразу отозвался Нафаня. – Это оптимальная рабочая температура для умственной деятельности. Хотите отрегулировать?

– Нет, – сказал Арик. – Спасибо.

– Пожалуйста.

Арик чуть повернулся к Коле. В его взгляде было что-то, что Коля не сразу расшифровал. Потом понял: дома у него никто не здоровается первым. Это было не удивление и не зависть – просто констатация факта.

В комнате Арик стоял у стены и медленно осматривал всё вокруг. Коля наблюдал за ним краем глаза. Арик замечал всё: конструкторы на полке, 3д-ручку с недоделанным самолётиком, стопку книг по математике, схемы авиамоделей на стене. Он не трогал, не спрашивал – просто смотрел. Как человек, привыкший собирать информацию тихо, без лишних движений.

– У вас здорово, – сказала Алиса, садясь на край стула. – Просторно.

– Ну да, достаточно места для всего, – ответил Артур с гордостью. – Мы даже иногда тут целый космодром строим из конструкторов.

Коля принёс из кухни сок и печенье.

– Угощайтесь. А теперь давайте разберёмся с нашей проблемой.

Кира достала из рюкзака аккуратно сложенный лист, развернула его и положила на стол. На листе была изображена схема – гораздо более детальная и точная, чем тот набросок, который она делала в парке. Линии, стрелки, цветовые обозначения – всё было продумано до мелочей.

– Это схема развития и активности нейросети, – пояснила она. – Я доработала тот черновик, который делала в воскресенье.

Арик наклонился над столом и долго изучал схему. Молчал он дольше, чем требовалось просто для оценки. Потом поднял глаза:

– Это точнее, чем я бы сам объяснил.

Кира посмотрела на него.

– Это ты так вежливо хвалишь? – спросила она прямо.

– Нет.

В голосе не было ни обиды, ни смягчения. Просто «нет».

Кира снова посмотрела на схему – как будто теперь видела её немного иначе.

– Он не умеет вежливо хвалить, – тихо сказала Алиса, не поднимая взгляда от собственного листка, на котором что-то записывала. – Я несколько раз проверяла. Не умеет.

Арик не стал спорить. Только чуть пожал плечом – мол, что есть, то есть.

Кира всё ещё смотрела на схему. Щёки у неё чуть порозовели – но она не убрала лист. Наоборот – придвинула его ближе к центру стола.

– Ладно, – сказала она деловито. – Тогда будем её использовать.

– Итак, – начал Коля. – Что мы знаем? У нас есть агрессивная нейросеть, которую создал Арик. Она вышла из-под контроля, потеряла пароли доступа из-за атаки Нафани и теперь не признаёт Арика владельцем. И она распределена по множеству серверов, так что её просто так не выключишь. Правильно?

Арик кивнул:

– Всё верно. И у нас осталось около двух дней, прежде чем она перейдёт от сбора данных к более серьёзным действиям.

– А вчера мы обнаружили, что Артур может напрямую общаться с компьютерными системами, когда я его касаюсь, – продолжил Коля. – Мы думаем, что это может помочь нам получить доступ к твоей нейросети. Что скажешь?

– Теоретически – да, – ответил Арик. – Но проблема в том, что простого доступа может оказаться недостаточно. Нам нужно, чтобы нейросеть снова признала меня владельцем. А это сложнее.

– Давайте просто попробуем, – предложил Артур. – Коля меня коснётся, я попытаюсь связаться с нейросетью, и посмотрим, что получится.

Коля посмотрел на Артура:

– Готов?

Артур кивнул, сглотнув:

– Готов.

Коля взял Киру за руку, а другой рукой коснулся плеча Артура. Сразу же мысленно потянулся к Артуру и Арику, создавая «чат» на троих. Это было немного сложнее, чем обычно – удерживать сразу две связи, но Коля справился.

– Мы на связи? – мысленно спросил он.

– Да, – ответил Артур.

– Странное ощущение, – отозвался Арик. – Как будто твой голос прямо в моей голове.

– Теперь попробуй подключиться к нейросети, – сказал Коля Артуру.

Артур сосредоточился. Его лицо напряглось, брови сдвинулись. Прошло несколько секунд – и все почувствовали, как в «чат» безмолвно вошёл кто-то четвертый. Арик мысленно обратился к нему:

– Привет!

– Здравствуйте, чем могу помочь? – пришел ответ от нейросети.

– Останови все ранее начатые задачи по поиску информации.

– Недостаточно прав для выполнения такого запроса.

– Перечисли свои активные задачи.

– Недостаточно прав для выполнения такого запроса.

– Кто твой владелец?

– Недостаточно прав для выполнения такого запроса.

– Как приготовить омлет?

– Омлет – это блюдо из яиц, которое…, – нейросеть стала описывать детальные рецепты возможных вариантов приготовления омлета. Арик жестами показал разрывать связь, и Коля убрал руки.

– Не получилось? – спросила Кира.

– Получилось, но не то, – ответил Коля. – Мы смогли подключиться, но команды она не выполняет.

– Гостевой режим, – сказал Арик. Это прозвучало как точный диагноз. – Я так и думал. Она пускает нас, но не открывается. Отвечает только на безопасные запросы – как бесплатная публичная модель. Всё, что касается её структуры, задач, возможностей изменения – это закрыто.

Артур добавил:

– Я ещё кое-что заметил. Она... напряжённая.

– Напряжённая? – переспросил Арик.

– В той музыке, что я слышу. Мелодия у неё такая – словно человек, который отвечает вежливо, но при этом постоянно оглядывается по сторонам. Не испуганный – просто... настороженный. Ждёт подвоха.

Все помолчали.

– Значит, – начал Саша не торопясь, думая вслух, как он обычно делал, – нам удалось подключиться. Это хорошо. Но нейросеть нас не признаёт. Ни Арика, ни кого-то другого как владельца. Она просто... принимает запросы. Как безобидная бесплатная нейросеть.

– Правильно понял, – сказал Арик.

– И значит, команды изменения задачи или деактивации выполнять не будет.

– Тоже правильно.

Саша потёр переносицу. Было видно, что он что-то крутит в голове. Такая у него манера – смотреть в одну точку и молчать ровно столько, сколько нужно.

– А что, если мы попробуем другой подход? – он обвёл взглядом всех присутствующих. – Раз она ведёт себя как публичная, давайте обратимся к ней как к публичной. Составим грамотный запрос – с ролью, контекстом и форматом ответа.

– И что? – спросил Артур.

– Попросим её саму предложить варианты. Как её... взломать. Как вернуть доступ владельцу.

Тишина.

Артур присвистнул.

Коля переглянулся с Кирой. У неё на лице было то самое выражение, когда идея кажется одновременно и гениальной, и совершенно безумной.

Арик посмотрел на Алису.

Алиса подняла взгляд от своего листочка. Помолчала несколько секунд. Потом спокойно сказала:

– Это не сработает. – И, чуть подумав, добавила: – Но так и надо сделать.

Все уставились на неё.

– Не понял, – сказал Артур. – Это сработает или нет?

Арик улыбнулся:

– Когда дружишь с Алисой, быстро привыкаешь к таким ответам. Если всё однозначно – она скажет «да» или «нет». А когда ситуация сложная, появляются вот такие формулировки.

– То есть нам надо сделать запрос, хотя он и не сработает? – уточнил Коля.

– Именно, – кивнула Алиса. – Это правильный шаг. Он не даст прямого результата, но станет частью пути.

– Ладно, – согласился Коля. – Давайте составим запрос.

Они склонились над схемой Киры, которая теперь превратилась из просто рисунка в рабочий инструмент. Саша предлагал формулировки, Арик корректировал технические детали, Кира отмечала на схеме ключевые точки, которые обязательно нужно было упомянуть в запросе.

Глава 20

Они работали почти молча. Иногда перебрасывались короткими фразами вполголоса. Саша формулировал основу запроса, Арик поправлял технические детали, Кира водила пальцем по схеме и уточняла последовательность систем. Артур сидел рядом и время от времени задавал совершенно неожиданные вопросы – с другого угла, от которых Арик несколько раз останавливался и начинал перефразировать запрос. Коля наблюдал за всем и настраивался на новый «чат».

– Добавляем роль, – сказал Саша. – «Ты – специалист по нейросетям и системам верификации, задача которого – обеспечить безопасный возврат доступа владельцу...»

– «...в ситуации, когда все пароли и ключи доступа были удалены в результате внешнего вмешательства», – продолжил Арик.

– «Контекст: агрессивная самообучающаяся нейросеть в режиме гостевого доступа, физический доступ к серверам отсутствует».

– «Формат: три варианта решения, с описанием преимуществ и недостатков».

Кира записала итоговую версию. Схема на листе рядом давала наглядность – можно было сразу видеть, к каким именно системам обращается нейросеть, какие узлы она считает ключевыми.

– Готово? – спросил Коля.

– Готово, – сказал Саша, поднимая листок с окончательной версией запроса. – Как думаете, сработает?

– Давайте проверим, – кивнул Коля. – На этот раз давайте соберём всех шестерых в «чат». Может быть, чем больше нас, тем сильнее воздействие.

– Логично, – согласился Арик. – К тому же, Алиса сможет сразу проверить ответы своей способностью.

Коля взял Киру за руку, другой рукой коснулся Артура. Потом мысленно потянулся ко всем сразу – к Артуру, Кире, Саше, Арику, Алисе.

Второй раз «чат» собрался заметно быстрее. Коля уже привык к этому – как привыкаешь к маршруту, который сначала казался незнакомым. Шесть человек, шесть ощущений – и у каждого своё.

Кира – тёплая, сосредоточенная, немного взволнованная.

Артур – готов, почти нетерпелив.

Арик – холоднее, плотнее. Ждёт.

Алиса – тихая, как всегда. Но сейчас в этой тишине было что-то острое, словно внимание хищной птицы.

Саша – ровный, надёжный.

– Артур, давай, – сказал Коля.

Артур подключился. Коля чувствовал это через ладонь – не словами, не образом, просто изменение в пространстве. Как будто в тёмной комнате включился ещё один экран.

– Отправляю, – сообщил Артур.

Все замерли. Тишина.

– Первый вариант: не восстанавливать доступ, а создать новую нейросеть с нуля, перенеся в неё самое важное из старой. Преимущества: самый надежный вариант. Недостатки: риск потерять часть информации, которая не будет перенесена.

– Это не то! – возмутился Артур.

– Она правильно ответила, – заметил Арик. – Мы забыли сказать, что нейросеть представляет угрозу и её нельзя оставлять в работе.

– Второй вариант: под видом безобидных запросов внедрить в сеть нейровирус, который перехватит управление и восстановит доступ. Преимущества: нейровирус действует осторожно и не повредит систему. Недостатки: сложность нейровируса должна быть выше сложности механизма самозащиты нейросети.

– Такой вариант не сработает, я чувствую, – уверенно сказала Алиса.

– Третий вариант: подтвердить доступ через другого пользователя. Преимущества: самый простой вариант при наличии другого пользователя системы. Недостатки: другой пользователь не должен быть в списке противников агрессивной нейросети.

Ответ завершён, нейросеть отключилась. Коля завершил «чат» и убрал руки. Первым заговорил Артур:

– Что-то не так с нейросетью, с её мелодией и ритмом, – сказал он напряжённо. – Она... беспокоится. Не понимает.

– Что именно? – спросил Арик.

– Она обрабатывает запрос, но не видит внешних подключений, – ответил Артур. – Как будто вопрос задаёт… привидение? Это её... пугает.

– Интересно, – задумчиво произнёс Арик. – Это может быть полезно. Если она не фиксирует подключение, значит, мы обходим часть её защиты.

– Но почему именно пугает? – не унимался Артур. – Чего может бояться нейросеть?

– Слушай, Арик, – Саша заговорил медленно, подбирая каждое слово. – А в твоей нейросети вообще предусмотрены гостевые пользователи? Или только администраторы?

– Нет, я единственный пользователь, сразу и владелец, и администратор.

– Получается, подключиться может только владелец-администратор. Мы подключились, и она не стала нам подчиняться только потому, что мы в списке противников?

– Так в этом и есть смысл третьего варианта в её ответе? – спросила Кира. – Достаточно подключиться – и можно подтвердить владельца?

Арик медленно покачал головой:

– Да. Только она записала в противники всех нас шестерых. Меня с Алисой – еще несколько дней назад, когда я только потерял доступ и всячески пытался его вернуть.

– И всё-таки, именно третий вариант – наш шанс, – неожиданно твёрдо заявила Алиса. – Он не так прост, чего-то в нём ещё еще не хватает, но он возможен.

– А как насчёт... – начал Саша и вдруг замолчал, глядя в угол комнаты.

Все проследили за его взглядом. На подоконнике сидел Рыжик и внимательно наблюдал за ними. Когда на него обратили внимание, кот спрыгнул на пол и неторопливо подошёл ближе.

– Рыжик? – тихо переспросил Коля. – Ты думаешь о Рыжике?

– А что, если нас не шесть? – медленно продолжил Саша. – Что, если нас семь?

Кира подняла взгляд от схемы:

– Кот не может быть пользователем системы.

– Почему? – возразил Саша. – Он же понимает нашу речь. Отвечает образами. А сейчас стал ещё умнее.

Артур вскочил со стула:

– Точно! Рыжик же не в списке противников – он не был в первоначальном списке целей, и он не пытался восстановить доступ вместе с Ариком!

– И его можно подключить к «чату», – добавил Коля. – Через касание Саши.

Арик смотрел на кота с выражением человека, который пытается в уме решить очень сложную математическую задачу:

– Теоретически... да. Если кот достаточно умён, чтобы понимать суть происходящего, и если нейросеть не зафиксировала его как противника... он действительно может подтвердить мои права доступа.

Алиса кивнула:

– Вот что было упущено. Седьмой участник.

Рыжик подошёл к Коле, потёрся о его ноги и поднял морду. Долго и очень внимательно посмотрел прямо в глаза.

Он понимает, – подумал Коля. – Он всё понимает.

– Ладно, – сказал Коля. – Попробуем. Саша, ты готов?

Саша кивнул и опустился на пол рядом с Рыжиком. Кот, словно знал, что от него требуется, не двигался с места.

– А как мы объясним коту, что нужно делать? – спросил Артур.

– Через образы, – ответил Коля. – Я передам ему общую картину. Рыжик умный – поймёт.

Коля взял Киру за руку, другой рукой коснулся плеча Артура. Саша положил ладонь на руку Коли. Коля потянулся мысленно ко всем сразу – к Кире, Артуру, Саше, Арику, Алисе... и Рыжику.

Последнее подключение далось тяжелее всего. Рыжик был... совсем другим. Не человеком. Его «голос» в мысленном чате был теплее, но гораздо более размытый. Не слова – сплошные образы, ощущения, эмоции.

– Все здесь? – спросил Коля.

Ответили все. Рыжик – ощущением тепла и готовности.

– Рыжик, нам нужна твоя помощь, – начал Коля и стал передавать образы. Нейросеть как большая запутанная машина. Арик как её создатель, которого машина не узнаёт. Рыжик как тот, кто может сказать машине: «Этот человек – настоящий хозяин».

От Рыжика пришёл ответ – не словами, но очень ясный: понял, помогу.

– Артур, подключайся к нейросети, – сказал Коля.

Артур сосредоточился. Через несколько секунд в чат добавился ещё один «голос» – холодный, чёткий, немного настороженный.

– Привет, – обратился Арик. – Восстанови мои права владельца-администратора. Используй подтверждение от другого администратора.

– Предоставьте подтверждение.

Тут в разговор должен был вступить Рыжик. Коля почувствовал, как кот... собирается. Не знал, как ещё это описать. Как человек... нет, кот перед прыжком на добычу.

И Рыжик «сказал»:

– Подтверждаю.

Тишина. Очень долгая тишина.

Потом нейросеть ответила:

– Подтверждение принято. Права восстановлены.

– Отлично, – сказал Арик. – Теперь деактивируй все задачи по поиску информации или получению доступа к информационным системам.

– Выполнено.

– Удали из своих баз всю собранную об объектах поиска информацию.

– Выполнено.

– Отключи все свои экземпляры, освободи используемые ресурсы.

Коля почувствовал, как нейросеть... ушла. Просто исчезла из чата, словно человек, который встал и вышел из комнаты.

– Всё, – сообщил Артур. – Она отключилась.

Коля разорвал связь и убрал руки. В комнате стало удивительно тихо.

Рыжик спокойно сел в центре комнаты и принялся умываться, словно ничего особенного не произошло.

– Кот-волшебник, – тихо пробормотал Артур, но уже без прежней иронии. Скорее с уважением.

Коля подошёл к окну. За ним уже начинало темнеть, по всему городу постепенно зажигались огни.

– У нас получилось, – сказал он, глядя на друзей. – Вместе.

Кира подошла к нему, положила руку на плечо:

– Да. Шестеро нас и один кот.

– Семеро, – поправил Саша. – Семеро нас.

– Семь лучше, чем шесть, – вдруг сказал Артур, и все рассмеялись.

Но Коля заметил, что Алиса не смеялась. Она смотрела на Рыжика с каким-то странным выражением. Словно видела что-то, чего не видели остальные.

Арик встал, подошёл к окну и долго стоял молча, глядя на вечерний город.

– Извините, – сказал он, не оборачиваясь. – За всё. За нейросеть, за то, что подверг вас опасности.

– Мы же справились, – отозвался Коля.

– Но могли и не справиться, – Арик наконец повернулся. – Из-за моей глупости.

Алиса тихо сказала:

– Ошибки – это способ научиться. Главное – не повторять их.

Арик кивнул.

– А теперь что? – спросила Кира. – У нас больше нет общей проблемы.

Повисла длинная пауза. Все понимали, что она права. Задача решена. Опасность миновала. Теоретически можно было расходиться по домам и возвращаться к обычной жизни.

– Знаете, – медленно сказал Саша, – а мне совсем не хочется, чтобы всё заканчивалось.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Коля.

– Нас семеро. У каждого есть необычные способности. Мы научились работать вместе. Это же... редкость, наверное?

Артур кивнул:

– Да. И потом, кто знает, появятся ли ещё проблемы, которые можно решить только вместе?

– Или не проблемы, – добавила Кира. – Просто... интересные задачи.

Арик присел на край кровати:

– Вы хотите сказать – что-то вроде команды?

– Почему бы и нет? – Коля посмотрел на всех по очереди. – Мы же отлично дополняем друг друга.

Алиса тихо сказала:

– Мне нравится эта идея.

Рыжик, не поднимая головы, дернул хвостом. Видимо, тоже одобрял.

– Тогда решено, – сказал Коля. – Остаёмся командой.

* * *

Вечером, когда Арик и Алиса уехали, а Саша и Кира ушли домой, Коля и Артур остались одни. Рыжик мирно дремал на подоконнике. За окном уже полностью стемнело, и огни большого города горели ярко и уютно.

– Странно получилось, – сказал Артур, лёжа на своей кровати. – Началось всё с моей зависти к твоим способностям. А закончилось тем, что у меня появилась своя.

– И ты больше не завидуешь? – спросил Коля.

Артур задумался:

– Нет. Знаешь, когда я подключился к той нейросети... я понял, что каждая способность идеально подходит именно тому, у кого она есть. Твоя – тебе. Моя – мне. Как будто всё специально так устроено.

Коля кивнул. Он и сам об этом думал.

– А ещё, – продолжил Артур, – я понял, что команда – это не про то, кто главный. Это про то, как все вместе решают задачи.

– Мудрые слова, – улыбнулся Коля.

– Я взрослею, – очень серьёзно сказал Артур. – Может быть, скоро перестану говорить «я ещё маленький».

– Может быть, – согласился Коля. – Но не торопись слишком. Иногда «я ещё маленький» – это удобно.

Артур фыркнул:

– Ты про что?

– Про то, что и большим иногда тоже хочется сказать «я ещё маленький» и чтобы кто-то решил проблему за них.

– Хм. Не думал об этом.

Они помолчали. За окном город жил своей обычной жизнью – машины ехали по дорогам, в окнах зажигался и гас свет, где-то люди ужинали, делали домашние задания, смотрели фильмы.

Обычная жизнь. В которой неожиданно нашлось место и для самого настоящего чуда.

– Коля, – тихо сказал Артур.

– Да?

– А как ты думаешь, это случайно? Что у нас всех появились способности примерно в одно время?

Коля повернулся к брату. Этот вопрос и ему не давал покоя.

– Не знаю. Может быть, не случайно.

– А может, есть ещё такие люди? В других городах?

– Может быть.

– Знаешь, – сказал вдруг Артур, – я думаю, что нам ещё предстоит узнать очень много интересного. О наших способностях. И о Рыжике.

Коля посмотрел на кота. Тот поднял голову, словно почувствовал взгляд, и на мгновение их глаза встретились. В жёлтых глазах Рыжика Коле почудилось что-то древнее, спокойное и невероятно мудрое. Что-то, что знало гораздо больше, чем показывало.

– Да, – тихо согласился Коля. – Думаю, это ещё не конец истории. А только начало.