Путь светлого короля

Глава 1

Яркая утренняя заря расцветала над миром. Солнце освещало широкие площади Тальвинга – великой крепости наллатов – и отражалось в зеркальных крышах башен дворца.

В этот час улицы и площади города, особенно Главная площадь, были полны народа. Почти все жители посчитали своим долгом присутствовать здесь и лицезреть великое событие – коронацию Эссельналлата.

Собственно, коронацией это называлось только условно. Никакой короны предводители наллатов никогда не носили. Их символом был лёгкий белый деревянный жезл с искусно вделанными в него синими камнями. Этот жезл обладал неимоверной силой и наделял его хозяина властью, которой практически ничто не может противиться. Не случайно тёмные маги так сильно боялись этого жезла и того, кто им владеет. Но во время последней битвы они, объединившись все вместе, призвали силы тьмы и, несмотря на отчаянное сопротивление светлых магов и неиссякаемую магию жезла Эссельналлата, разбили их армию, а его самого окружили и несколько раз прокляли смертельным проклятием Шегор горор. Это проклятие не зря называется смертельным, оно полностью парализует тело, сознание и волю. Эссельналлат не выжил.

Несмотря на ту светлую память, которую оставил по себе бывший предводитель светлых, однако его правление закончилось большими жертвами для народа. Идя на бой с мощными силами тьмы, он собрал значительную армию, взял с собой всех своих ближайших помощников, чьи имена теперь навеки войдут в перечень героически погибших за Свет. Они все были очень сильными магами, и многим казалось, что убить их невозможно. Ходили слухи, что они не смогли устоять против цепей тьмы. Но почти никто не знал, что это за цепи. И никто из тех, кто мог бы поведать об этом, не смог вернуться с поля битвы.

Между тем Главная площадь уже переполнялась. Маги посильнее, которые не были довольны положением своих тел в общей толкучке, отрывались от земли и спокойно висели в воздухе над толпой, вызывая зависть у тех, кому такое было не под силу. Но, впрочем, маги, стоявшие на площади, равно как и маги, висевшие в воздухе, считались очень и очень слабыми. Наллаты – предводители светлых магов – похоже, вообще не считали за магов тех, чьих способностей хватало лишь на то, чтобы зависнуть над землёй или пройти сквозь стену. И они имели на это основания. Редко кто из ожидавших перед дворцом наллатов церемонии коронации мог похвалиться магией выше третьей ступени. Эссельналлат же, коронации которого сегодня ожидали, после получения жезла становился магом семнадцатого уровня – высшего уровня, которого в настоящее время мог достичь светлый маг. Считалось, что этот уровень может иметь только один маг и что такой маг является от рождения избранным на роль предводителя светлых сил. Впрочем, многие поговаривали, что маг семнадцатого уровня – это маг шестнадцатого уровня плюс жезл повелителя Света. И, быть может, эти предположения и не были совсем беспочвенными.

Внезапно над одной из башен дворца с треском взметнулись несколько десятков слепящих белых молний. Потом над другой, над третьей. Очевидно, это было нечто вроде фейерверка по случаю торжества. Стоявшие на площади на этот фейерверк смотрели со страхом и благоговением. Наллаты не упускали случая продемонстрировать свою силу. Да и заклинание Лельвеллос леталис, которые создавало эти молнии, предназначалось вовсе не для фейерверков. К примеру, если бы одна из молний попала в кого-либо из находящихся перед дворцом, она испепелила бы его за несколько мгновений. Но по случаю торжества наллаты не жалели сил.

Непрекращающийся салют молний говорил о том, что церемония вот-вот начнётся. Вскоре распахнулись главные дворцовые ворота, и оттуда вышла большая группа наллатов. Все они были в белых одеяниях и с золотыми жезлами. Золотые жезлы – символы мага предпоследней ступени – ясно говорили всем, кто не знал о предстоящем мероприятии (если таковые имелись), о его важности. Наллаты выстроились полукругом, и тогда в воротах вдруг появилась ещё одна фигура.

Наллаты почтительно расступились, пропуская её вперёд. Все стоящие перед дворцом устремили на неё свои взгляды и старались не упустить ни одной черты из облика своего будущего повелителя.

Это был довольно молодой маг среднего роста с яркими голубыми глазами, с золотыми волосами, ниспадающими на плечи. Он стоял и улыбался как-то смущённо и одновременно весело, глядя на огромную толпу магов, которые пришли сюда лишь для того, чтобы на него посмотреть. Мага звали Вестельвеллер. И именно ему в ближайшие несколько минут предстояло стать Эссельналлатом.

Дальше всё было как обычно. Один из наллатов, который правил Тальвингом в период междуцарствия, сложил с себя полномочия и по традиции прочёл венчальное слово, читаемое каждый раз, когда на престол вступал новый государь. Маг, составивший некогда это слово, явно был графоманом, потому что наллат читал его так долго, что у многих появилось непреодолимое желание куда-нибудь уйти. Даже в глазах Вестельвеллера читалось, что, будь его воля, он бы давно уже исчез отсюда, и что только ответственность и отсутствие жезла мешают ему это сделать. Хотя что касается жезла, то многие маги не задумываясь отдали бы десять лет жизни только за то, чтобы несколько минут подержать в руках тот жезл, который сейчас должны были вручить Вестельвеллеру.

Но наконец наступил торжественный момент. Наллат кончил читать слово и подошёл к Вестельвеллеру.

-Волею Светлой Короны мы от имени всех магов Тальвинга вручаем тебе жезл Повелителя Света. Властвуй! – сказал он и преклонил колени.

Вестельвеллер протянул правую руку, и неожиданно у него в руке появился белый жезл с синими камнями. Этот жезл был сделан столь искусно, что его невозможно было спутать ни с каким другим. В действии же он был просто бесподобен.

-Да здравствует Вестельвеллер Эссельналлат! – грянуло на площади.

Эссельналлат с удовольствием поднял свой жезл и легко взмахнул им. Правда, он немного не рассчитал. Всех магов на площади вжало в землю, и даже наллаты несколько покачнулись от той незримой волны, что вырвалась из жезла. Вестельвеллер, который ещё не умел обращаться с этим жезлом, виновато посмотрел на толпу и опустил его.

-Слава Эссельналлату! – вновь закричали маги.

Церемония коронации была окончена. Поняв это, Вестельвеллер наконец осуществил свою мечту. Он ещё раз улыбнулся, а потом коснулся рукой верхнего камня на своём жезле и растаял в воздухе. Маги стали расходиться по домам.

Глава 2

В чёрном подземелье Доргрод в тёмном зале сидел Гаршор и злился. Трудно было сказать, на кого именно он злился. В принципе, он злился всегда и на всех, но в этот день он почему-то выглядел особенно злобным. Решив узнать, в чём дело, один из его приближённых, Гатрод, набрался решимости и подошёл к своему господину.

-Господин, почему вы сегодня такой мрачный? Кто-нибудь прогневал вас? – участливо спросил он.

Ответ Гаршора заставил его пожалеть, во-первых, что он вообще к нему подошёл, а во-вторых, что он не наложил на себя защиту от смертельного проклятия Шегор горор, которое его господин применял иногда в дело и не в дело.

-Будь ты проклят! Если я на кого-то и гневаюсь, то лишь на тех, кто пристаёт ко мне с глупыми вопросами! Как я могу не быть мрачным тогда, когда кто-то радуется? Я ненавижу светлых магов! Сегодня они снова выбрали себе предводителя вместо того, которого мы недавно убили у стен нашей крепости. Они считают себя слишком сильными и совершенно не хотят считаться с нами! Эти подлые наллаты недавно отвоевали у нас те земли, которые мы обманом захватили у них два месяца назад! Они испепелили моих бойцов молниями в тот момент, когда те хотели незаметно проклясть их смертельным проклятием, делая вид, что ведут переговоры! Будь они прокляты! И ты ещё спрашиваешь, почему я мрачный? Я не могу радоваться, когда на свете живут служащие свету! Ну что, ты доволен?

Гатрод молча поклонился. Он был доволен. Он узнал то, что хотел знать, и ему не понадобилась защита от Шегор горор. Что же лучше?

Однако Гаршор был склонен продолжать разговор.

-Новый Эссельналлат не предвещает для нас ничего хорошего. Он – центр единения светлых сил, он может сплотить их за очень короткое время. Но тот, кого избрали сегодня, – наивный простак. Он ничего не умеет, насколько я могу судить по его внешности и по его доверчивому взгляду. Его ничего не стоит обмануть.

-Но, господин, разве вы видели Эссельналлата?

-Разумеется, видел. В этом чёрном шаре, – он взял в руку чёрный металлический шар, заменяющий ему жезл, – я видел всю церемонию коронации. Почти всю: когда он получил жезл, шар сразу погас. Жезл защищает хозяина ото всего, в том числе и от наблюдения за ним. А этот маг, могу поспорить, ни о чём и не догадался. Всё-таки никакая палка не может прибавить ума!

Нет, этот новый Эссельналлат совершенно не внушает мне страха. Прежний был мудрее, опытнее, – но и он не устоял перед нашей мощью. А у этого, по-моему, ничего нет, кроме жезла и красивых глаз. Вся его опасность состоит в том, что он представляет собой центростремительную силу, которая сплачивает наших врагов. Поэтому с ним тоже надо разделаться. Ты знаешь, я ничего не люблю откладывать. Поэтому можешь начинать прямо сейчас.

-Собирать армию?

-Да. Но только тихо. Чтобы никто ничего не знал. Никто ни о чём не догадывался. Впрочем, ты знаешь мои принципы.

-Да, повелитель. Будет сделано.

Гатрод вышел из зала и пошёл раздавать приказы.

Глава 3

Вестельвеллер Эссельналлат сидел на мягком стуле и читал книгу. Его никто не тревожил – не хотели отвлекать его от важных дел. Правда, если кто-то думал, что его книга по высшей магии, то он ошибался. Вестельвеллер обожал любовные романы.

Вскоре всё-таки в дверь постучали. Вестельвеллер, не вставая, протянул руку к жезлу и снял защитное заклятье с двери. Хоть оно и считалось слабым, но грозило семью молниями Лельвеллос леталис. Обычному магу вполне хватит.

Вошёл Карфин – маг шестнадцатой ступени, друг и советник Эссельналлата.

-Да пребудет вечное благословение над великим повелителем светлых сил! – сказал он и поклонился.

Эссельналлат кивнул.

-Привет, – сказал он. Он не любил длинных приветствий и не желал учить подобающие длинные ответы. – Как дела?

-Ничего, – ответил Карфин, легко переходя на более простой стиль. – Но меня беспокоят тёмные маги.

-Что, они снова устраивают безобразия у наших границ?

-Напротив. Они словно вымерли. Это меня и волнует.

-Так это же хорошо! Хотя… Да, ты прав, от них всего можно ждать. Так что же делать?

-Меня терзают предчувствия. Мне кажется, дело нечисто. Нужно что-то предпринять.

-Например?

-Нужно пробраться в Доргрод и узнать, чем они там занимаются.

-Ты хочешь, чтобы это сделал я?

-Ни в коем случае! Гальтер, твой предшественник, погиб именно из-за этого. Он слишком сильно ничего не боялся…

-Кто же это должен сделать? Конечно, я могу попросить сариллов… Хоть они мне и не служат, но помочь наверняка не откажутся.

Эссельналлат с сожалением захлопнул книгу и, устремив взгляд куда-то в окно, позвал:

-Алсар!

Не прошло и нескольких секунд, как комнату озарил сполох света и перед Эссельналлатом явился Алсар – вождь сариллов. Внешне он был чем-то похож на Вестельвеллера. Он имел чёрные глаза, золотые волосы, яркие блестящие латы и крылья за спиной. Крылья его были словно вытканы из света и казались полупрозрачными и в то же время очень яркими и ослепляющими. На поясе в красивых ножнах висел меч.

Сариллы представляют собой особый народ. Они – не маги. Но им нет нужды в магии. Несмотря на то, что у них есть и ноги, и крылья, они никогда не используют ни те, ни другие в качестве средства передвижения, потому что обладают способностью мгновенно переноситься с места на место, проходя через все препятствия, включая даже магическую защиту. Сариллы ничего не боятся. На них не действует никакая магия, они предпочитают сторониться только высших заклинаний Света и Тьмы. Но не потому, что опасаются, просто они их «не любят».

При всём этом сариллы – свободный народ, они никому не служат и занимаются своими делами. Своим огненным мечом они поражают демонов тьмы и охраняют мироздание. Сариллов нельзя подчинить, с ними можно только заключить союз. Из всех магов они общаются за редкими исключениями только с Эссельналлатом. Только он один может призывать их в уверенности, что они явятся на его зов. Союз вождя наллатов с вождём сариллов был традиционным. Особенно крепкой была дружба между Алсаром и первым Эссельналлатом, Альвингом. К сожалению, маги, в отличие от сариллов, смертны.

Алсар взглянул на Вестельвеллера.

-Да благословит тебя Свет! – сказал он. – Что тебе угодно?

-Здравствуй, Алсар. – ответил Эссельналлат. – Мне нужна помощь твоего народа. Дело в том, что…

В этот момент Алсар посмотрел ему в глаза и, не давая Вестельвеллеру договорить, ответил:

-Хорошо. Мы поможем тебе. Сейчас я позову кого-нибудь из своих, и мы попробуем пробраться в Доргрод.

Он не издал ни звука, но через миг рядом с ним полыхнул ещё один сполох света и появился ещё один сарилл.

Они обменялись взглядами. Секунда – и маги остались вдвоём.

Карфин посмотрел на Эссельналлата.

-Что ни говори, а сариллы – высшие существа. Такие могут что угодно сделать, – сказал он.

-Это ещё что! Ты бы видел их в бою! С сариллом практически бесполезно биться. Пока враг приближается к нему, он внезапно появляется у него за спиной и пронзает огненным мечом. Раны от мечей сариллов, как известно, не лечатся ничем и болят до самой смерти. Но при такой силе сариллы убивают только демонов, которые выползают из тёмных лесов и ущелий и отравляют своей злобой наш мир. Магов они никогда не убивают, иначе каршинги (князья тёмных магов) ничего бы сейчас не замышляли…

Вестельвеллер снова взял книгу и продолжил читать. Карфин тоже достал откуда-то книжку. В отличие от вождя наллатов, он обычно читал книги по боевой магии. Хотя он и так был одним из величайших магов Света. Золотой жезл Карфина ценился на поле боя почти так же, как жезл Эссельналлата. Быть может, он и не дотягивал до Эссельналлата по силе, но был равен ему по искусности. Причём до всех высот магии Карфин дошёл сам. А Вестельвеллер получил всё сразу и теперь, кажется, был совершенно ничем не озабочен.

Прочитав несколько страниц, Карфин задумался, а потом обратился к Эссельналлату.

-Вестельвеллер, – сказал он. – Если тебе не трудно, помоги мне испробовать защитное заклинание. Книга утверждает, что оно отражает до семи молний Лельвеллос леталис или равное ему по силе. Пусти в меня, пожалуйста, семь молний, когда я его произнесу.

-Хорошо.

Карфин тихо произнёс несколько слов.

-Готово!

Вестельвеллер на секунду оторвал свой взгляд от книги и, направив свой жезл в сторону Карфина, произнёс:

—Лельвеллос леталис эмикроджест!

«Лельвеллос леталис» было заклинание для создания одной молнии, а «эмикроджест» — усемеряющая приставка. Но Эссельналлат не учёл одного. Его жезл сам по себе усемерял любую магию. Он вспомнил об этом в самую последнюю секунду, и сделать уже ничего не успел.

Без одной полсотни слепящих белых молний вырвались из жезла. Воздух затрещал, раздался вопль Карфина, и в ту же секунду между ним и жезлом полыхнула вспышка, а ещё секунду спустя послышался грохот камней.

Вестельвеллер посмотрел вперёд. Карфин лежал у противоположной стены и стонал. Между ним и Карфином стоял Алсар. В соседней стене зияла большая дыра, а рядом валялись обуглившиеся камни.

Через миг Алсар и Вестельвеллер уже были рядом с Карфином. У Карфина сгорел плащ, руки были сильно обожжены, поток магии впечатал его в стену и едва не испепелил. Ни один маг не смог бы отразить такой вихрь молний. Алсару же, который по какой-то счастливой случайности вернулся из Доргрода именно в этот миг, это не составило большого труда. Молнии отразились под углом и попали в стену. Судя по тому, какой вид имела стена, можно было вообразить, что случилось бы с Карфином, если бы все молнии попали в цель.

—Вленнонс иринол! – произнёс Вестельвеллер общее заклинание исцеления.

Тёмно-синий дым окутал Карфина. Ожоги исчезли прямо на глазах. Через несколько минут Карфин поднялся с пола.

-Прости меня, Карфин, – сказал Эссельналлат.

-Да ладно, пустяки, – ответил тот. – Спасибо тебе. Благодаря тебе я узнал, что моё заклинание блокирует не семь, а целых пятнадцать молний. Но не более того. Ну а в меня попали только четыре. Благодарю тебя, Алсар.

-Не надо меня благодарить. Это была чистая случайность. Я выполнил твоё поручение, Вестельвеллер. Ваши опасения не напрасны. Доргрод готовится к войне. Во всей крепости куют отравленные клинки и обучаются заклятьям Тьмы. Мой совет – не давать им подготовиться и самим начинать войну. Только на этот раз собирайте ещё большую армию, иначе вам их не одолеть. В Доргроде нас никто не видел, но мы наткнулись на мощную охранную магию. Мы её отразили, и одна из стен Доргрода… – Алсар выразительно кивнул на дымящуюся стену. – Готовьтесь к войне, ибо её не избежать. Да благословит тебя Свет!

Алсар исчез.

Вестельвеллер прошёлся по комнате. После полученных известий ему предстояло вести армию Тальвинга в поход. Чувствовалось, что роль полководца для него непривычна, но что он постарается достойно её исполнить. Поэтому он придал лицу решительное выражение и обратился к своему прислужнику:

-Карфин! – сказал он. – Я назначаю тебя главным военачальником Тальвинга и поручаю за три часа собрать всех боевых магов на Главную площадь, потому что через три часа мы выступаем на Доргрод.

Он подошёл к окну и ударил посохом об пол. Над Тальвингом семь раз прокатились раскаты грома. Таким образом он оповестил весь Тальвинг о начале войны.

Через три часа на Главной площади собралась вся армия наллатов – около восьми тысяч магов, разбитые на отряды, возглавляемые восемью наллатами с золотыми жезлами. Все они находились в полной боевой готовности. Карфин постарался. Все ждали только Эссельналлата, чтобы выступить в поход.

Через пару минут ожидания серебряная вспышка полыхнула там, где стояли предводители. Вестельвеллер по-военному прошёлся перед войсками (полчаса тренировался перед зеркалом!) и строгим повелительным голосом произнёс:

-Бойцы! Я веду вас на Доргрод, чтобы отомстить каршингам за смерть Гальтера и предотвратить их вторжение в наши земли. Всем приготовиться к перенесению под стены Доргрода! На счёт три произносим заклинание перемещения! Раз! Два!..

Через минуту Главная площадь была пуста.

Глава 4

Стены Доргрода внезапно возникли перед глазами. Они вздымались вверх мрачно и грозно. Но светлые не боятся, и войско наллатов двинулось вперёд.

Из крепости их заметили. Где-то сверкнула красная молния, и один из наллатов упал, сражённый Шегор горор. В ту же секунду над войском наллатов взметнулся встречный вихрь магии и обрушился на стены.

—Лельвеллос леталис эмикроджест! – крикнул Вестельвеллер, применяя это заклинание второй раз за день, на этот раз более удачно.

Белый жезл полыхнул огнём, и через миг участок стены крепости разлетелся в осколки. Тогда ворота крепости распахнулись, и оттуда хлынуло войско каршингов. Жезл Вестельвеллера заискрил, отражая наложенные на него смертельные проклятия. Многие светлые маги падали, не успевая их отразить. Вихри светлой и тёмной магии столкнулись над полем битвы, и засверкали зелёные искры – магия частично нейтрализовывалась.

Каршинги усилили атаку. Тогда из рядов наллатов вышел Вестельвеллер. Его жезл теперь искрил вовсю, с трудом отражая бесчисленные проклятия Тьмы.

Эссельналлат направил его в сторону вражеской армии и, делая ударение на оба слога, произнёс высшее заклинание Света:

—Эссель!

Это заклинание не зря называлось высшим. Каршинги отхлынули, но большинство из стоящих впереди не успели спастись.

Семнадцать раскатов раскололи небо. Семнадцать ударов сотрясли твердь. Семнадцать голубых молний невообразимой силы ударили по врагам. Несколько секунд – и ворота Доргрода разнесло в пыль, а в рядах каршингов образовалась изрядная брешь.

Жезл заискрил со страшной силой. Вестельвеллер, решив не испытывать судьбу, быстро произнёс заклинание перемещения, и его голос вновь послышался в центральных рядах армии Света.

-В атаку! Сокрушим их! Огонь!

Лавина молний обрушилась на быстро отступающих магов тьмы. Наллаты ринулись вперёд. В этот же момент Гаршор высоко подбросил свой чёрный шар, и тогда…

Из пролома на месте ворот послышался рёв, и оттуда, окружённое адским пламенем, вырвалось огненное чудище, закованное в цепи. Цепи не мешали ему передвигаться, они не сковывали ему ноги, а лишь свисали с туловища и волочились за ним.

Каршинги бросились врассыпную, не забывая при этом подбрасывать свои шары, обстреливать воинов Вестельвеллера алыми молниями и тихо бормотать различные проклятья.

Вначале чудище, похожее на огромного огнедышащего пса, погналось за ними, но тут его обожгла молния Лельвеллос, и оно, ненавидящее светлую магию больше всего на свете, резко переключилось на наллатов.

Вестельвеллер стоял рядом с Карфином и смотрел на длинные чёрные цепи, свисающие с тела исчадия тьмы. Внезапно один из наллатов бросился на этого пса с мечом, но случайно коснулся одной из цепей и тут же свалился мёртвым.

Карфин прошептал, указывая в сторону демона:

-Это и есть… Цепи тьмы… Кодоры – демоны мрака…

Ещё один наллат коснулся смертоносной цепи. Его не спасло даже мощное охранное заклятье. В то же время из ворот Доргрода выскочили ещё несколько кодоров. Наллаты гибли десятками. Там и тут вспыхивали белые молнии Лельвеллос и золотые кольца заклинания Сэнджест о рокорот, парализующего тело и мысли того, на кого накладывалось. Непрестанно грохотал гром, и молнии Эссель со всей силой ударяли в каршингов и кодоров. Каршинги умирали сотнями, но на кодоров слабо действовала даже высшая магия Света, и они производили в рядах противника невероятные опустошения.

Вдруг в воротах полыхнуло неистовым огнём, и появилось страшное чудовище, по сравнению с которым прочие кодоры казались какими-то карликами – Великий Кодор. Он почти не различал друзей и врагов. Поле битвы мгновенно покрылось грудами трупов. А Кодор с громким рёвом бросился вперёд, сквозь строй наллатов приближаясь к их вождям. Внезапно Карфин заметил, что рядом с ним образовалось пустое место. Оно образовалось там, где только что стоял Эссельналлат.

…Перед самой мордой огнедышащего демона сверкнула яркая вспышка, а ещё секунду спустя семнадцать ярчайших голубых молний вонзились в его плоть. Кодор взревел и отпрянул назад. Но не успел он вновь сделать скачок вперёд, как воздух прорезали ещё семнадцать молний. Кодор пришёл в неописуемую ярость и прыгнул вперёд.

—Эссель!

Вихрь молний отбросил его далеко назад, но не причинил вреда. Однако Вестельвеллер успел заметить зелёные искры, пробежавшие по всему телу кодора. Совместными усилиями каршинги нейтрализовывали заклинания Эссель. Гаршор очень быстро терял силы, защищая своё главное орудие смерти от самого сильного заклинания Света, применяемого самым сильным светлым магом.

«Каршинги охраняют тело кодора», – в быстром темпе пронеслось в голове Эссельналлата. – «А охраняют ли они его разум?»

Он вскинул свой жезл, направил его в голову приближающегося кодора и произнёс:

—Сэнджест о рокорот!

Семь ярких золотых колец на миг зависли в воздухе, а потом растворились. Когда кодора и Эссельналлата разделяло менее пяти метров, первый вдруг резко развернулся и бросился на каршингов. блокировал остатки разума, и Кодор теперь уже совершенно не Сэнджест о рокорот помнил, за кого ему нужно сражаться. Каршинги хотели укрыться в крепости, но они забыли, что ворот больше не существует, нигде не могли спастись от бушующего страшилища и в большом количестве гибли у него под ногами. А Вестельвеллер вдруг взглянул на одного из кодоров, и его посетила ещё одна счастливая мысль. Подняв глаза к небу, он призывно воскликнул:

-Алсар!

Секунда – и Алсар был перед ним. Ему не понадобилось ничего объяснять, он сразу увидел кодоров и всё понял. Секунда – и рядом с Алсаром появилось около двух сотен сариллов. Ещё несколько секунд – и в воздухе засверкали мечи сариллов с огненными клинками. Они пробивали любую магическую и немагическую защиту и глубоко вонзались в тела кодоров. Кодоры сходили с ума от боли и бросались на кого попало. Когда Главный Кодор попытался броситься на Алсара, Гаршор подбросил свой чёрный шар и насильно телепортировал Кодора в одно из подземелий Доргрода. Очевидно, он был дорог ему как память.

Некоторые сариллы, правда, тоже касались цепей и навечно исчезали из этого мира. Но таких было очень немного. А вот кодорам повезло гораздо меньше. Хотя на поле боя было около шестисот кодоров, через несколько минут их количество существенно уменьшилось. Сариллы ненавидели демонов, обладали способностью мгновенно перемещаться в пространстве и прекрасно владели огненными мечами, клинки которых казались тонкими струйками ослепляющего света.

Некоторые каршинги попытались наложить на сариллов смертельное проклятие. Лучше бы они этого не делали. Сариллы – не маги. Достаточно сильный маг может блокировать заклинание, создать защиту, о которую оно разобьется, исчезнет. Сариллы же умеют отражать заклятья. И многие тёмные маги упали замертво, сражённые своим же смертельным проклятием.

Минут через двадцать рядом с Вестельвеллером возник Алсар.

—Да благословит тебя Свет! – сказал он. – Все кодоры перебиты. Мы были рады помочь вам. Любое зло нам ненавистно, но мы не убиваем магов, поскольку любой из них может встать на путь служения добру. Демоны же этого пути не имеют, поэтому мы никогда их не щадим. Да благословит тебя Свет!

Несколько светлых вспышек – и все сариллы исчезли. Каршинги стали поспешно отступать. Вскоре наллаты загнали всех их в крепость, но дальше они пока не шли. Ни Карфин, ни Эссельналлат не отдавали приказа штурмовать крепость. Дисциплина же в армии наллатов была идеальная.

А эти двое, от решения которых зависела судьба всех тёмных магов, стояли рядом и советовались друг с другом.

-Ты разрешаешь отдать приказ о штурме? – спросил Карфин.

Вестельвеллер задумался.

-Не стоит, – наконец сказал он.

-Но почему?

-По многим причинам, Карфин. Во-первых – зачем? Мы уже отклонили угрозу нападения на наши земли. Каршинги разбиты наголову, они ещё долго не посмеют высунуться. Если штурмовать крепость, наша армия уменьшится как минимум втрое. Тебе это надо? А потом, мы очень долго не сможем обжить Доргрод, если захватим его. Я знаю, что это такое. Куча подвалов, подземелий, залов, на входе в каждый зал – десяток смертельных проклятий и пара сотен других.

-Но можно попросить сариллов! Они расколдуют все входы!

Вестельвеллер снова замолчал. Он обдумывал слова Алсара.

-Мы оставим их в живых, – сказал он. – Светлые должны быть светлыми. Жизнь им я сохраню. Но они надолго нас запомнят, – добавил он.

Эссельналлат положил палец на один из камней в своём жезле и произнёс, усиливая магией свой голос до такой степени, что его слышали все жители Доргрода:

-Каршинги! От имени Светлой Короны я, Вестельвеллер Эссельналлат, сохраняю всем вам жизни и не требую за них никакого выкупа. Я оставляю вам вашу крепость и не связываю вас ничем. Но предупреждаю – если вы пойдёте войной на нас, пощады не будет никому. Мы имеем достаточно сил, чтобы уничтожить вас всех. А чтобы вы не сомневались…

Гаршор, услышав последнюю фразу, сразу телепортировался в самое дальнее и глубокое подземелье Доргрода. Он знал, что она не предвещает ничего хорошего. К тому же, в списке достоинств повелителя тьмы не числилась смелость.

—Эссель!

Шесть башен Доргрода задрожали и закачались, две из них с грохотом обрушились, остальные обвалились и обсыпались. Это был прощальный подарок Эссельналлата. А через три минуты армия наллатов уже победоносно шествовала по Тальвингу.

Глава 5

Тальвинг праздновал победу. Начало торжества было объявлено на утро. За несколько минут до назначенного срока Вестельвеллер выглянул в окно. На Главной площади толпились только простые маги. Наллатов среди них не было. Но Эссельналлат знал, что наллаты могут появиться и в самую последнюю секунду. Заклинания перемещения они вообще не признают за магию.

Сегодня по случаю победы должны были состояться большие торжества, в том числе и турнир магии, где каждый маг может испытать своё магическое искусство. Турнир традиционно разделялся на три этапа: атака, защита и одиночные бои. Во время первого этапа можно было применять любую боевую магию, ослабляя её специальным турнирным заклинанием-приставкой мальвент. В этой части турнира группа магов определённого уровня атакует магией магов более высокого уровня с мощной защитой. Если они пробивают защиту какого-либо мага, то он признаётся поражённым и больше не участвует в турнире. Во время второго этапа стороны меняются местами. Те маги, которые оставались после этих двух этапов, получали повышение уровня на одну ступень.

А во время заключительной части состязаний любые два мага могут померяться друг с другом силой. Побеждённым признаётся тот, кто лишится возможности применять магию, способности двигаться или на время потеряет сознание. Условия поединка достаточно жёсткие: бороться на своих жезлах запрещается, для этой цели соперникам выдаются специальные турнирные жезлы. Сила каждого из противников зависит от их собственных способностей и от умения быстро приспосабливаться к новым источникам магии. Запрещалось использовать тёмную магию.

Турнир, который так любили все светлые маги, должен был вот-вот начаться.

Глава 6

За несколько часов до этого в Доргроде происходил разговор Гаршора с Гатродом, который на этот раз поставил на себя тройную защиту от Шегор горор.

-Будь ты проклят! Из-за тебя мы проиграли! Ты собирал армию! Ты командовал ею! И ты не смог убить этих глупых наллатов и этих крылатых тварей! Если бы я принял на себя руководство, все они давно бы умерли! Будь ты проклят!

Гатрод промолчал. Он знал, что сам Гаршор никогда бы не вышел на поле боя. Он слишком ценил свою жизнь.

—Шегор горор! Почему ты молчишь? Тебе нечего сказать в своё оправдание! Ты заранее всё предвидел, подлый предатель! Шегор горор!

Две ярко-алых молнии ткнулись в голову Гатрода и тут же угасли. Защита действовала. Не будь её, Гатрод бы уже два раза был трупом без надежды на воскрешение.

Но Гаршор этого не заметил. Он вовсе не хотел убить своего слугу. Он просто по рассеянности применил смертельное проклятие вместо своего обычного «Будь ты проклят» – фразы, которую он использовал как приветствие и благодарность, а также когда хотел выразить радость, гнев, уважение, зависть, ненависть и множество других чувств. Гаршор в глубине души прекрасно понимал, что Гатрод ни в чём не виноват. Ему просто нужно было сорвать на ком-нибудь свой гнев. Да и Гатрод это тоже понимал. Он уже успел привыкнуть к вечной роли «крайнего».

Но Гаршор позвал его не только для того, чтобы выместить на нём злобу. Для этой цели он вполне мог бы позвать кого-нибудь из магов послабее, гробить своего первого советника было вовсе необязательно.

-Подойди сюда! Если ты хочешь искупить свою вину, то ты должен выполнить моё поручение. Если не выполнишь, ты умрёшь!

Гатрод подошёл к трону Гаршора и с удивлением посмотрел на своего владыку. Гаршор всегда угрожал, но на этот раз Гатроду показалось, что он не шутит.

-Дай мне твой шар, – приказал Гаршор.

Гатрод подчинился.

Гаршор достал откуда-то белый жезл, подобранный на поле боя. Он поднёс жезл к шару Гатрода. Засверкали зелёные искры. Гаршор начал произносить заклинание слияния. Гатрод изумлённо смотрел на него и ровным счётом ничего не понимал. Зачем он это делает? Слияние источников белой и темной магии было неразумно – оно во много раз ослабляло силу и жезла, и шара.

Сверкнуло алое пламя, и через минуту Гаршор протянул ему белый жезл, который по внешнему виду ничем не отличался от жезлов наллатов.

Гатрод принял жезл. В нём, видимо, соединилась светлая и тёмная магия, и теперь Гатрод мог использовать не только чёрные, но и белые заклинания. Но сейчас Гатроду было не до жезла.

-Что я должен делать? – спросил он.

И Гаршор ответил:

-Убить Эссельналлата или принести мне его жезл!

-Но как? – спросил Гатрод, и ужас мелькнул в его глазах. Это задание было заведомо невозможно выполнить. Но Гаршор был неумолим.

-Приготовься! Через минуту ты будешь в Тальвинге! И не возвращайся, пока не выполнишь то, что я приказал!

Гаршор подбросил свой шар, весь мир вокруг Гатрода завертелся, и через миг он увидел ворота красивой белой крепости, в которые рекой текла толпа магов.

Гатрод тяжело вздохнул и присоединился к толпе.

Глава 7

Вестельвеллер с достоинством вышел из главных дворцовых ворот и оглядел многотысячную толпу, стоявшую у стен дворца. Семь белых молний с треском пронзили воздух. Установилась полная тишина – все приготовились слушать.

-Маги Тальвинга! Сегодня мы празднуем великое событие – победу над тёмными магами и над силами Тьмы. Но наш праздник омрачён великой скорбью. Тысяча восемьсот магов не явились с этой войны. Они погибли за правое дело, освобождая наш мир от силы зла. Все они – достойнейшие среди светлых магов, ибо они пролили свою кровь во славу Света, во славу Тальвинга, во славу, – голос Эссельналлата дрогнул, – своего короля. Их имена навеки останутся в наших сердцах и украсят собой список истинных героев Тальвинга! Да будет так!

Жезл Вестельвеллера взорвался миллионами розовых, голубых и зелёных искр. Застыла непроницаемая тишина. Минуты через три он продолжил:

-Победа наша велика. Поэтому сегодня у нас большой праздник! По случаю этого праздника я объявляю большой магический турнир!

В толпе магов сразу появилось большое оживление. В последний раз магический турнир проводился лет восемь назад, а для магов это было одно из самых любимых развлечений. Любого прельщала возможность испытать свою силу и одновременно получить более высокий уровень. Да и смотреть на это захватывающее зрелище было чрезвычайно интересно.

Вскоре всё для турнира было организовано – в центре площади выделена специальная площадка, ограниченная магическими стенами. Все зрители были рассажены вокруг неё. Сильные маги, как всегда, порхали над более слабыми. Кое-где возникали конфликты, переходящие в магические драки, но наллаты были начеку. Пара-тройка частично парализующих тело и сознание колец Сэнджест о рокорот – и дерущиеся на удивление быстро успокаивались.

Через некоторое время всё было готово к началу турнира. На площадке друг против друга выстроились две партии магов – относительно слабые маги, которые желали повысить свой уровень, и наллаты, которые тоже этого желали. (Наллатом светлый маг считается, начиная с одиннадцатой ступени, с которой можно начать пользоваться заклинанием Лельвеллос леталис. Поэтому особой напористостью на магических турнирах обычно отличаются маги десятой ступени, для которых повышение на одну ступень даёт огромные привилегии). Маги приготовились к атаке, наллаты – к защите. Карфин, которого Эссельналлат назначил главным судьёй турнира, поднял свой золотой жезл и выстрелил тремя золотыми молниями. Турнир начался.

Вестельвеллер некоторое время смотрел на магов, осыпающих друг друга сотнями заклинаний, но потом ему это наскучило, и он телепортировал из дворца недочитанный любовный роман. Он сразу углубился в чтение и поднял голову от книги лишь тогда, когда уже определили победителей.

После этого начался третий этап турнира. Из числа зрителей вышел один из магов и громко выкрикнул имя другого мага. Вызванный встал напротив него. Вынесли два специальных турнирных жезла розового цвета и раздали противникам. Магия этих жезлов специально была ослаблена, так что приставку «мальвент» добавлять уже не требовалось. Это было сделано для того, чтобы кто-нибудь, по-настоящему разозлившись, не уничтожил соперника настоящим боевым заклинанием.

По знаку Карфина началась борьба. Один из магов вскинул свой жезл и выпустил молнию Лельвеллос, но другой успел вовремя наложить на себя защиту, и молния не достигла цели. После этого молнии и жёлтые кольца Сэнджест о рокорот слились в единый вихрь и смешались с множеством других заклятий – противники практически не давали друг другу опомниться. Но вскоре один из них, видимо, не успел создать какую-то защиту и рухнул как подкошенный, сражённый тремя золотыми кольцами. Раздался радостный крик победителя. Он добился своего – сразил противника и получил сразу две ступени магии.

Вестельвеллер снова уткнулся в книгу и надолго отвлёкся от турнира. За это время три пары магов успели сразиться друг с другом. После чего на турнирную площадку вышел ещё один маг. Он был явно из наллатов, одет он был в белые одежды, а на лице застыла какая-то заносчивая снисходительная улыбка. Он занял свою позицию на поле и громко выкрикнул имя вызываемого, причём в голосе ясно прозвучала презрительная нотка:

-Вестельвеллер Эссельналлат!

Эссельналлат удивлённо поднял глаза от книги. Тот факт, что его вызывают, не сразу до него дошёл. Он поймал не менее удивлённый взгляд Карфина. Никто не ожидал подобного. За всю историю Тальвинга ещё никому не приходило в голову вызвать на бой Эссельналлата.

Если честно, повелителю Света совсем не хотелось с кем-то биться. Вместо этого он бы лучше ещё почитал свою книжку. Но отказаться от вызова было нельзя. Поэтому Вестельвеллеру предстояло подняться с места, спуститься с трибуны и выйти на поле боя.

Однако он поступил умнее. Через пару секунд небо Тальвинга расколол раскат грома, и Вестельвеллер спокойно материализовался напротив своего врага.

Тот вздрогнул, явно не ожидая столь быстрого появления противника, но тут же снова придал своему лицу спокойно-насмешливое выражение.

Вестельвеллер сознавал своё положение. Он не был уверен, что сможет успешно применять магию, сменив жезл повелителя Света на обычный турнирный жезл. К тому же, в последнее время он не особенно налегал на книги по боевой магии – они ему казались скучноватыми и неинтересными. А вот по глазам его противника было понятно, что он, перед тем как вызвать на поединок такого соперника, впихнул себе в голову почти всю библиотеку Тальвинга.

Эссельналлат прекрасно понимал, что здесь, на глазах всех светлых магов, он не имеет права проиграть. Как он после этого будет выглядеть в глазах своего народа? Но при всём этом Вестельвеллер не боялся. Он тоже знал немало заклинаний и умел их применять.

Всё это он успел подумать за один миг, а потом жезл Карфина опять выстрелил несколько молний. Медлить более было нельзя. Увидев, что его противник вскидывает свой жезл, Эссельналлат быстро поднял свой и за одно мгновение создал практически непробиваемую магическую защиту. При всех своих достоинствах эта защита имела тот недостаток, что её нужно было постоянно удерживать, раз за разом прокручивая в голове заклинание из пятнадцати слов. Любая посторонняя мысль – и защита соскальзывает. Но в этом и состояла избранная Вестельвеллером тактика. Он ждал, пока его противник выдохнется и растратит свою магию, пытаясь пробить эту защиту, чтобы потом ответить мощным молниеносным выпадом.

Он не ошибся. Семь молний прорезали воздух, но не причинили ему никакого вреда. Только тонкой иголочкой кольнула боль в голове в тот миг, когда сработала защита. Ещё семь молний. Тот же результат. Тогда противник начал применять какие-то странные, мало кому известные, редко используемые и не особо эффективные заклинания. Среди них было заклинание сонливости, заклинание парализации пальцев ног, заклинание вызывания дождя и множество других. Дождь и правда начал накрапывать, но Карфин счёл, что это не дело, и мощной воздушной струёй угнал тучу далеко за пределы Тальвинга.

Однако противник Эссельналлата наконец понял, что таким образом он ничего не добьётся. Защита держалась прочно. К тому же он, видимо, вспомнил правило № 637 из книги «800 советов белым магам», которую написал тот же автор, что составил венчальное слово. Правило гласило: «Белый маг должен прекратить свои действия, буде они не приносят желаемого результата».

Последовав этому совету, он перестал обстреливать Вестельвеллера потоками магии. Тот решил, что его противник уже выбился из сил, но не тут-то было. Он тихо прошептал несколько слов, и из жезла вылетела тонкая фиолетовая молния. Засверкали зелёные искры, и Вестельвеллер вдруг почувствовал, что защиты более не существует. До него не сразу дошло, что враг использовал тёмную магию, а когда дошло, то он уже лежал на земле, сражённый молнией Лельвеллос.

Эссельналлат вскочил на ноги, но вторая молния тут же вернула его в прежнюю позицию. Это повторялось несколько раз. Трибуны зашумели. Карфин привстал с судейского кресла и что-то закричал. Сотни тысяч глаз были устремлены на Вестельвеллера и на его врага. Никому не было дела до того чтобы оглядываться по сторонам. А зря.

Глава 8

Гатрод с самого начала турнира искал способ выполнить поручение Гаршора. Ещё в Доргроде он понял, что убить Эссельналлата ему не удастся. Гатрод прекрасно видел, как на поле боя сотни магов проклинали его смертельным проклятием, и ему ничего не делалось. Поэтому он решил и не пытаться исполнить первую часть приказания Гаршора. Тем более что здесь, в Тальвинге, любая сильная чёрная магия была бы обязательно кем-нибудь замечена. А нельзя сказать, чтобы наллаты с большой симпатией относились к лазутчикам из Доргрода.

Выкрасть жезл Эссельналлата казалось Гатроду не более простым делом, не менее опасным, но всё же не таким безнадёжным. Гатрод решил попробовать. Что ему оставалось делать? Мысль явиться к Гаршору, не выполнив его приказа, ему даже ни разу в голову не пришла. Гаршор такого не прощал.

Всё складывалось в пользу Гатрода. Когда Вестельвеллер сидел, уткнувшись в книжку, Гатрод уже начал раздумывать, заметит ли он, если у него в это время украсть жезл, и уже почти решился на это, как Эссельналлата вызвали на бой. Тот закрыл свою книжечку, положил её на сиденье, коснулся жезла и телепортировался на поле боя. А жезл так и остался стоять прислонённым к спинке кресла.

Грех было упускать такой шанс. Правда, перед этим Гатрод некоторое время наблюдал за турниром. В отличие от многих магов (в том числе и от Карфина), он заметил зелёные искры, а когда Вестельвеллер упал на землю, Гатрод начал в глубине души лелеять надежду, что противник Эссельналлата выполнит данное Гатроду поручение. В то же время ему стало почему-то жаль Вестельвеллера. Гатрод поймал себя на мысли, что тот внушает ему больше симпатии, чем Гаршор. Хотя если сравнить характеры двух царственных особ, то этот факт не покажется столь уж удивительным.

Наконец Гатрод окончательно решился. Он воздел свой жезл и произнёс заклинание перемещения. Спустя секунду он оказался у того кресла, в котором недавно сидел Эссельналлат.

Книга и жезл всё так же находились на своих местах. На Гатрода никто не обратил внимания. Он ухмыльнулся, наложил на себя самую мощную защиту и протянул руку к жезлу Эссельналлата. Взяв его, он поставил свой жезл на его место. Нельзя применять магию, когда держишь два или более жезлов. Неизвестно, как они отреагируют на магию друг друга. Иногда эти последствия бывают очень плачевными. В том, что так произойдёт на этот раз, Гатрод не сомневался. Жезлу повелителя света вряд ли понравится магия тёмно-светлого жезла Гатрода…

Гатрод ещё раз усмехнулся (ведь как просто всё получилось!) и произнёс заклинание перемещения в Доргрод. Одновременно он закрыл глаза. Можно лишиться зрения, если держать их открытыми во время телепортации. Это известно всякому. Гатрод не был исключением.

Через пару секунд он вновь их открыл. Больше всего Гатрода поразило то, что ничего вокруг не изменилось. Он стоял всё на том же месте, около кресла Эссельналлата. Лишь над головой у Гатрода зависли семь колец заклинания Сэнджест о рокорот. Очевидно, магия сработала как-то не так.

Гатрод повторил заклинание. На этот раз он даже не стал закрывать глаза. Однако он ничем не рисковал. Заклинание опять не сработало.

«Что это значит?» – недоумённо подумал Гатрод. – «Жезл повелителя Света не может дать осечку».

Он сделал шаг в сторону своего жезла, и в тот же миг семь золотых колец несколько опустились, и теперь они висели прямо перед его глазами. Гатрод знал, что если одно из них растворится, то через мгновение его тело полностью парализует. Он сможет только стоять и моргать. Два кольца – парализует все органы чувств. Три – сознание. А семь – тоже сознание, но уже навсегда.

Отклоняясь от колец, преградивших ему путь к жезлу, Гатрод сделал шаг назад. Кольца тут же поднялись на прежнее место. Гатрод повторил попытку. Шаг вперёд – кольца спускаются вниз. Шаг назад – опять вверх. Два шага вперёд – кольца спускаются и начинают растворяться. Два шага назад – и опять всё нормально.

И тут до Гатрода дошло. Его попытка похитить жезл была замечена самим жезлом. Кольца Сэнджест о рокорот висели в воздухе и ясно говорили: «Ни с места!»

Гатрод запаниковал. Мысль бежать ему и в голову не пришла – это было бесполезно. От заклинания нельзя убежать. Тем более от парализующего.

Всё, что он смог, – это сделать шаг вперёд и аккуратно, стараясь не провоцировать кольца, поставить на место жезл Эссельналлата. Когда он вернётся, несколько странно будет встречать его с его жезлом в руке. В тот же миг он коснулся ногой своего жезла, пытаясь добиться от него помощи. Но тот понял его по-своему и сжёг багровым огнём роман Вестельвеллера.

Гатроду в его положении оставалось только дожидаться возвращения хозяина жезла. Он осторожно повернулся в ту сторону, откуда он должен был прийти, – в сторону турнирной площадки. Кольца не возражали. Потратив на это некоторое время, Гатрод избрал такую позицию, чтобы он стоял не слишком близко к креслу Эссельналлата, а кольца висели не слишком низко над его головой. Тогда он тяжело вздохнул и стал смотреть турнир.

Глава 9

Вестельвеллер быстро выкрикнул заклинание и направил жезл на врага, но молния вновь сшибла его с ног, и его собственная молния улетела в небо. Тогда он исхитрился и вновь поставил защиту. Несколько заклятий разбилось, но очередная фиолетовая молния опять её снесла. Кажется, что на этот раз опять никто не заметил зелёных искр. Молния – и Эссельналлат вновь лежит на земле.

Тогда он наконец разозлился.

«Что я ему, кролик, что ли, чтобы сто раз подряд сшибать меня одним и тем же заклинанием?» – с раздражением подумал он. Молния опять прервала его размышления и швырнула его на землю.

Вестельвеллер пришёл в ярость. Он не мог больше сносить такой позор. Он опять вскочил на ноги и, пока в него не попала молния, громко крикнул:

-Эссель!

Эссельналлат забыл, что это заклинание на турнирах не срабатывает. Считалось, что магия турнирного жезла слишком слаба для него. К тому же, он не успел направить жезл на врага и снова упал.

В тот же миг раздался треск. Турнирный жезл в руках Вестельвеллера разлетелся на куски… а ещё через миг семнадцать голубых молний с такой силой ударили по его врагу, что тот как мешок свалился на землю и встать уже не смог. Теперь он лишь лежал и стонал. Его турнирный жезл испепелился.

Вестельвеллер встал, сжимая в руках обломки. Как ни странно, Эссель всё же сработало, но жезл не выдержал такой нагрузки.

Трибуны взвыли. Над ними взвились жёлтые искры – знак того, что все зрители в восторге. Хотя трудно было поверить, что Вестельвеллер совершил невозможное. Но, во-первых, он не на шутку разозлился, а во-вторых, он всё-таки Эссельналлат.

А что до того, что жезл был направлен не туда, то в случае с Эссель это не имеет никакого значения. Данное заклинание действует не на того, на кого направлен жезл, а на того (или то), кого хочет уничтожить произнесший его маг.

Но всё равно это было не такое мощное Эссель, как то, которым он на прощание одарил Доргрод. Будь в руках Вестельвеллера его собственный жезл, разнесло бы всю площадь. А так его соперник отделался только ожогами. Над ним уже склонились маги-целители и стали приводить его в чувство. На миг Эссельналлат вспомнил про зелёные искры и чёрную магию, но решил, что жаловаться на это главному судье недостойно Эссельналлата. Да и потом, враг его и так наказан достаточно. Теперь он не скоро придёт в себя.

Под ликующие возгласы толпы он спокойно двинулся по лестнице наверх, к своему креслу.

Протиснувшись мимо какого-то мага, который почему-то выглядел испуганным, он взял свой жезл. Жезл заискрил. Но Вестельвеллер не понял, в чём дело. Дело же было в том, что кольца Сэнджест о рокорот втянулись обратно в жезл.

Гатрод подошёл к креслу и поднял свой жезл. Тем временем Вестельвеллер заметил пепел от своей книжки.

-Ну надо же, кто-то сжёг мою книгу! – огорчённо воскликнул он и повернулся к Гатроду. – Ты не видел, кто это сделал?

-Нет, – ответил тот.

-Ну ничего страшного, – сказал Вестельвеллер. Он ударил по пеплу своим посохом и поднял полностью восстановившуюся книжку. Потом он внимательно посмотрел на Гатрода, потом на его жезл. Гатрод сейчас мог спокойно телепортироваться в Доргрод, но почему-то его не тянуло.

-Скажи, ты наллат или не наллат? – спросил Вестельвеллер, явно заинтересовавшись жезлом Гатрода.

-Я… не наллат, – сказал Гатрод. Внезапно он бросил свой жезл к ногам Эссельналлата и произнёс со слезами в голосе: – Пожалуйста, разреши мне быть наллатом!..

Глава 10

Глава 10

Доргрод кипел как котёл. Гаршор сидел в тронном зале и дрожал. Он чувствовал, что время его истекает и власти его положен предел. Хотя он и не любил об этом вспоминать, но он не был полновластным властелином Доргрода. Некогда он узурпировал власть, частично изгнав и частично уничтожив законных правителей. Неизвестно доподлинно, как он это сделал, но Шегор горор он точно использовал не один десяток раз. Однако вечно такое продолжаться не могло.

Если Гаршора и не свергнули сейчас по всем правилам, то лишь потому, что он никому до поры до времени не мешал. Но никто его уже и не слушал. Весь народ сплотился вокруг долгое время таившихся, а теперь внезапно откуда-то возникших шестнадцати потомков рода Рогоров, который изначально правил Доргродом. Но, возможно, никто бы про них и не вспомнил, если бы не древнее пророчество, которое хранилось и переписывалось со времён Рогора I. Каждый год в день основания Доргрода его громко зачитывали перед всем народом, чтя таким образом память первого короля. Так было до тех пор, пока Гаршор не отменил это мероприятие. Ему было невыгодно, чтобы народ из года в год слышал о тех, кто может оспорить его власть. Правда, это не дало никакого результата. Пророчество крепко засело в памяти народа. Долгое время оно не беспокоило Гаршора. Но после битвы с наллатами оно внезапно перебаламутило весь Доргрод. Гаршор не любил мистики. Возможно, какой-то смысл в пророчестве и был, но слишком туманными и неясными были его слова. Трудно, очень трудно было что-либо в них понять.

"Когда силы тьмы захотят победить,

Мечту свою смогут они воплотить.

Восстанут шестнадцать великих царей

И щит создадут, что щитов всех прочней.

Случится же это, когда Светлый Свет

Великую крепость разрушит на нет.

Тогда они светлых всех смогут смести,

Тогда никому их уже не спасти.

Над Светом же Светлым заклятье Миров,

И он не страшится отравленных слов.

У тёмных вовеки прощения нет,

И кровью омоется страшный завет.

Их ненависть станет для всех роковой:

За Гранью разрушится холм гробовой".

Очень странное пророчество. Первые две строчки радовали сердце тёмных магов, а вот дальше шла полная бессмыслица. Правда, после поражения каршингов многим пришло в голову, что "великая крепость" – это и есть Доргрод. В том, что она разрушена "на нет", убедиться было несложно. В историю Доргрода по велению Гаршора записали, что "после непростой войны с наллатами величественная крепость каршингов в некоторой степени изменила свои архитектурные особенности". А говоря проще, Доргрод лежал в руинах. После прощального Эссель в нём не осталось ни одного уцелевшего здания. Однако никто не пострадал. Очевидно, Эссельналлат мысленно приказал заклинанию не убивать магов.

Но и это было ещё ничего. Решающее значение имело открытие одного из шестнадцати потомков Рогора, который установил, что с языка наллатов слово "веллер" переводится как "солнечный свет", а "вестль" - "духовный свет". Сомнений не оставалось. В пророчестве явно имелся в виду Вестельвеллер.

Шестнадцать царей не замедлили восстать. Поскольку следующий пункт пророчества сулил каршингам победу, все они объединились под властью новоявленных правителей. Чтобы вернуть сейчас себе прежний статус, Гаршору было необходимо какое-нибудь мощное оружие. Например, жезл Эссельналлата. Но Гаршор знал, что Гатрод не выполнил приказ и переметнулся на сторону белых. Здесь он был бессилен. Он не мог достать его в Тальвинге, но поклялся самому себе, что если они когда-нибудь встретятся, он наложит на него десятикратное Шегор горор. Хотя нельзя сказать, чтобы он очень желал этой встречи. Если Эссельналлат оценил Гатрода по достоинству, то Гатрод теперь наверняка является наллатом как минимум пятнадцатой ступени и владеет заклинанием Эссель. А с такими лучше не встречаться.

Доргрод опять стал готовиться к войне.

Глава 11

Глава 11

Ясным солнечным утром Вестельвеллер Эссельналлат мирно прогуливался по дорожкам одного из садов Тальвинга. Он любил такие тихие утренние прогулки.

Нагулявшись, он сел под большое дерево и стал читать книжку. Как всегда, на время чтения он полностью забыл о существовании окружающей действительности.

Внезапно от ветки яблони, под которой сидел Вестельвеллер, оторвалось большое спелое яблоко. Теоретически оно должно было угодить точно в макушку Эссельналлата, но за секунду до их соприкосновения его жезл вспыхнул, и яблоко плавно опустилось на его колени. Судя по капелькам воды, оно было уже мытое.

Вестельвеллер взял яблоко, с аппетитом его сгрыз и продолжил чтение. Понемногу его стало клонить в сон, и вскоре он заснул.

Проснулся он от яркой вспышки перед глазами. Открыв их, Вестельвеллер увидел какого-то мага с чёрным шаром в одной руке и большим чёрным щитом в другой. Маг с наглой усмешкой смотрел на него.

Эссельналлат резко вскочил на ноги и направил на каршинга свой жезл. Каршинг даже не изменился в лице. Видимо, перспектива стать кучкой золы его не устрашала.

-Привет тебе, Эссельналлат! – с издёвкой сказал маг.

-Кто ты, как ты сюда попал?

Каршинг захохотал. Вестельвеллеру это не понравилось.

-Отвечай! – приказал он. – И не пытайся телепортироваться, иначе твой пепел равномерно распределится по дорожке между Доргродом и Тальвингом!

Каршинг захохотал ещё громче. Эссельналлат начал выходить из себя.

-Ты что, издеваешься? – с угрозой спросил он.

-Да, – ответил тот. – Издеваюсь. Я имею на это основания.

Этого Вестельвеллер не стерпел. Наглый маг переступил границу.

-Лельвеллос леталис эмикроджест!

Поток молний ударил по каршингу с такой силой, что тот отлетел на десяток шагов и ударился головой о соседнее дерево. Однако, что самое странное, он остался жив. Его щит поглотил все сорок девять молний.

Каршинг поднялся и снова подошёл к Вестельвеллеру, который выглядел очень удивлённым. Он никогда не видел, чтобы с магией такого уровня можно было справиться.

-Да будет тебе известно, что этот щит способен поглотить ЛЮБУЮ магию, и при этом ни ему, ни мне ничего не будет, – словно угадывая его мысли, сказал каршинг.

Ответ Вестельвеллера был лаконичен.

-Эссель!

Дерево встретило чёрного мага так же гостеприимно. Правда, на этот раз каршинг впечатался в него носом, который от этого слегка изменил свою форму. Не успел он отделиться от ствола, как семнадцать молний снова ударили по щиту. На этот раз поцелуй с деревом был ещё более долгим и запоминающимся. А когда каршинг наконец навсегда с ним распрощался, то увидел, что Эссельналлат стоит прямо перед ним.

-Ну что, теперь ты понял? – хрипло спросил он Вестельвеллера.-Да. Я понял. Мне понравился твой щит. Возможно, он мне пригодится, – сказал он и лёгким движением руки выхватил у него щит. – А теперь, – добавил он, – можешь отправляться домой.

-Шегор горор! – заорал каршинг в ужасе и ярости.

Красная молния ударилась о щит и погасла. Смертельное проклятие улетело в молоко.

-Ты что, не хочешь домой? – спросил Вестельвеллер, делая удивлённое лицо.

Каршинг в бешенстве бросился на врага. Очевидно, он хотел его побить. Но не успел.

-Кальтер марель Доргрод!

Каршинг вспыхнул голубым пламенем и исчез. Через секунду он помимо своей воли появился в Доргроде и поплёлся рассказывать своим владыкам о том, что он не смог выполнить приказ. Он должен был продемонстрировать вождю наллатов мощь чёрного щита и вернуться вместе с ним обратно. Задание он выполнил только наполовину.

…- И скажи спасибо, что не Эссель, – закончил Вестельвеллер, хотя он и понимал, что каршинг его уже не может слышать. Он долго и внимательно рассматривал захваченный им трофей. Что-то подсказывало ему, что щит этот представляет очень большую опасность, хотя в чём именно она состояла, он ещё не понял. То, что он отражал всю магию, было хоть и странно, но не страшно. Но сердце Эссельналлата заныло, как только он коснулся его. Это явно предвещало что-то недоброе.

Вестельвеллер положил щит на землю и дотронулся до него жезлом. Засверкали искры, но не зелёные, а красные. Такого он ещё никогда не видел. Решив, что медлить нельзя, он поднял щит, взмахнул жезлом и через секунду был уже во дворце.

Эссельналлат задумался. Он нуждался в чьём-нибудь совете. Поразмыслив немного, он позвал:

-Карфин!

Пару минут спустя Карфин появился у него в комнате.

-Привет, – сказал он. Карфину очень нравилось то, что Вестельвеллер отменил все приветствия и церемонии, связанные с правителем, и что теперь можно было, минуя их, сразу переходить к делу.

-Привет, – ответил Эссельналлат. – Слушай, Карфин, ты хорошо разбираешься в магии?

-Нормально, – сказал Карфин, делая нарочито скромное лицо. Почти все считали, что по количеству знаний Карфин превосходит всех в Тальвинге.

-Тогда посмотри, пожалуйста, на этот щит. Не сможешь ли ты сказать, какие силы для чего его создали и какую магию в него вложили? Представь себе, он отражает любую магию. Даже двойное Эссель.

Карфин подавился воздухом.

-ТВОЁ Эссель? – спросил он. То, что у Эссельналлата Эссель было практически всесокрушающим, было известно любому.

-Моё. И заодно ещё маленький салют из Лельвеллос, – сказал Вестельвеллер, указав глазами на злополучную стену, которую недавно залатали специально вызванные из провинции маги-каменщики. Наллатам было недосуг заниматься такими делами.

Карфин взял щит в руки, посмотрел на него, постучал по нему пальцем и даже понюхал, но ничего таким образом не узнал. Тогда он прикоснулся к нему своим жезлом. Увидев красные искры, он сразу посерьёзнел.

-Это магия рока, – сказал он.

-Какая магия? – спросил Эссельналлат, который никогда не залезал в такие глубокие научные бездны, в каких копался Карфин.

-Самая опасная магия из всех существующих. Зачастую она действует против воли того, кто её наложил. Главное свойство – её нельзя разрушить ничем. Ничем, что не создано подобной магией рока.

-Но кто мог создать этот щит?

-Это меня волнует больше всего. Понимаешь ли, магию рока нельзя использовать произвольно. По своей прихоти её не может использовать даже маг уровня тебя. Такая магия должна подкрепляться только пророчеством. И чем оно древнее, тем лучше. Этот щит – не просто защита от магии, Вестельвеллер. Магия рока на такие мелочи не растрачивается. Наверняка он обладает какими-то в тысячу раз более неприятными свойствами, чем ты можешь себе вообразить. Такие вещи просто так не появляются. Они всегда знаменуют собой что-то, и обычно что-то очень нехорошее. А насчёт того, кто его создал, у меня всё же особых сомнений нет…

Карфин что-то прошептал и вновь коснулся жезлом щита. На этот раз вперемешку с красными засверкали и зелёные искры.

-Каршинги, – коротко сказал Карфин.

Вестельвеллер надолго задумался.

-Что же делать? – спросил он.

-Об этом спроси кого-нибудь помудрее. Я этого знать не могу, – ответил Карфин.

Вестельвеллер опять задумался.

-Помудрее я, конечно, вряд ли найду, а вот поопытнее – может быть, – ­ сказал он и позвал:

-Алсар!

Вождь сариллов, как всегда, не заставил долго себя ждать. Через пару секунд он был перед ними.

-Да благословит тебя Свет! – сказал он, посмотрел Эссельналлату в глаза и, видимо, узнав всё, что тот хотел ему сказать, появился у стола, на котором лежал щит.

Он взял щит в руку. Щит сразу же взорвался сотнями красных искр. Видимо, прикосновение руки Алсара было ему крайне неприятно.

Алсар повернулся к магам.

-В этом щите – великое зло, ­– сказал он. – Его надо уничтожить. Я не знаю, что может случиться, но на всякий случай отойдите подальше.

Вестельвеллер с Карфином отошли. Вождь сариллов поднял щит и опустил руки. Щит остался висеть в воздухе. Алсар достал из ножен меч с сияющим клинком, отступил назад, размахнулся…

Полоса света скользнула по поверхности щита. В следующий миг долбануло так, что маги точно не остались бы в живых, если бы между ними и щитом не стоял Алсар. Вестельвеллер вылетел в открытую дверь своего кабинета и секунды за три преодолел сорок ступенек ведущей вниз лестницы. Если бы не жезл, который он как-то ухитрился не выпустить из рук и который всё это время непрерывно искрил, коронацию Эссельналлата вскоре пришлось бы провести ещё раз. Карфин отстал от него на полпути, завернул за угол и с большой скоростью врезался в косяк. Стёкла в кабинете Вестельвеллера выбило; когда маги вернулись, злополучный щит лежал на полу, а Алсар с печальным видом стоял рядом с ним. Он обернулся к вошедшим.

-Извини меня, – сказал он Эссельналлату. – Я предполагал, что может случиться нечто подобное, поэтому и посоветовал вам отойти. Иногда магия рока разрушается мечами сариллов. Уверенности в этом быть не может, но всё же я решил попробовать. И теперь я могу сказать точно – этот щит уничтожить НЕЛЬЗЯ. Ничем. Он будет существовать до тех пор, пока то, что должно случиться, не исполнится до конца. Событий, которые он предвещает, я предсказать не могу. Могу лишь сказать, что они окажутся гибельными для всех. Тем не менее, предотвратить их нельзя.

Защита от магии – это не основное свойство щита, Вестельвеллер. Даже находясь в твоих руках, он в десятки раз увеличивает мощь каршингов. Войны опять не избежать. Теперь они уверены в своих силах: у них есть для этого повод. По сравнению с тем, что вам предстоит, предыдущая война покажется вам лёгкой прогулкой. Быть может, – голос его дрогнул, – мы нарушим наш обычай и поможем вам в войне с магами. Я теперь не знаю, что делать. Ты позвал меня, чтобы спросить совета, но мне самому впору просить совет. Мы, сариллы, – хранители мироздания. Мироздание рушится, а мы ничего не в силах поделать. Исполняется древнее пророчество каршингов. Вам оно не известно?

-Нет, – сказал Вестельвеллер.В следующую секунду Алсар то ли исчез и снова появился, то ли просто повернулся, и протянул Эссельналлату пожелтевший листок с текстом, написанный корявым почерком какого-то каршинга.

-Вот, – сказал Алсар. – Мне его смысл отчасти понятен, но я не буду его объяснять. Быть может, я в чём-то и ошибаюсь. Скажу только одно: лично тебе в грядущей битве ничего не грозит. Кстати говоря, можешь пользоваться этим щитом для защиты от магии. В этом он не подведёт. Да благословит тебя Свет!

Карфин и Вестельвеллер остались одни. Они очень долго обсуждали полученную информацию, а потом занялись пророчеством. То, что «Светлый Свет» – это Вестельвеллер, Карфин разгадал сразу. Пророчество объясняло и слова Алсара о том, что ему ничего не грозит. Что такое заклятье Миров, Карфин не знал. Также они поняли, что Доргродом теперь правят шестнадцать царей (как следствие, что Гаршор отстранён от власти) и что щит создали именно они.

Карфин посмотрел на Вестельвеллера. Его лицо было печально и в то же время решительно и сурово. В этот миг он выглядел как истинный вождь наллатов. Если бы его сейчас видел Гаршор, возможно, он и не показался бы ему таким наивным простаком, каким он выглядел на коронации. Но Гаршор занимался другими делами. Хотя его и лишили власти над Доргродом, но поскольку искусство командовать войском не передаётся по наследству и шестнадцать царей не унаследовали его от Рогора I, то они после долгих обсуждений, переходящих в магические и немагические драки, постановили сделать главнокомандующим Гаршора, который всё-таки чему-то научился за время своего правления. Гаршор сразу начал собирать армию, хотя нельзя сказать, что это у него получалось очень хорошо – обычно все сложные задания за него выполнял Гатрод. На этот раз он впервые оказался на его месте и прочувствовал всю ответственность, которая легла на его плечи. Шестнадцать новоявленных владык не отличались терпеливостью и милосердием и жестоко наказывали за малейшую ошибку. Недавно Гаршор был свидетелем, как они по очереди прокляли смертельным проклятием какого-то каршинга, который вошёл к ним и сказал, что потерял какой-то щит. Каршинг оказался хитрым. Он заранее поставил защиту от Шегор горор, а когда его прокляли, упал на пол, прикидываясь мёртвым, и спустя некоторое время незаметно подбросил свой чёрный шар и телепортировался в провинцию.

Несмотря на все трудности, армия собиралась быстро. Владыки Доргрода решили, что чем скорее они развяжут войну, тем лучше. Уцелевшие кодоры усиленно отпаивались жидким свинцом, заменявшим им и пищу, и питьё, их цепи удлиняли и чинили. По приказу Гаршора всё тело кодора следовало заковать в смертоносное железо, чтобы сариллы не могли его уничтожить. Нельзя сказать, что кто-то был не согласен с Гаршором в том, что касается теории, но вот лично выполнять его приказ почему-то никого не тянуло.

Всё-таки сариллы и кодоры сильно отличаются друг от друга. Сариллы – это высшие высокоразумные существа, которые ни в чём не нуждаются и обладают великой мудростью, превосходящей мудрость смертных, и никому не известно, где они обитают. Одни говорят, в небесной выси, другие – за Пределом Мира. Но любому известно, что видимый образ они принимают лишь для того, чтобы общаться с магами.

А кодоры – огнедышащие демоны из подземелий Доргрода. Они практически не обладают разумом и не только с трудом различают своих и чужих на поле боя, но иногда в припадке ярости могут сжечь огнём даже того, кто приносит им свинец для питья. Боли они совершенно не переносят и приходят в бешенство даже от простого прикосновения к ним или их цепям, не говоря уже об ударах мечей сариллов. В ярости они способны убить любого мага, а порой даже и сарилла, но они никогда ни к кому не привязываются, как обычные животные, и не поддаются никакой дрессировке. Каждую неделю в подземельях Доргрода гибнет огромное количество кодороштов – магов, ухаживающих за кодорами, и каждую неделю их набирают вновь, причём обычно насильственным путём – очень мало кто рвётся на эту должность…

После битвы с наллатами кодоров стало не хватать, но всё же за истекшие два месяца их численность увеличилась примерно на двадцать, а в самом глубоком подземелье день и ночь ревел Великий Кодор, сотрясая фундамент Доргрода. Он рвался в бой. Великий Кодор не имел собственного смотрителя. Каждый раз, когда его нужно было поить, кодорошты бросали жребий, и тот, кому не повезло, обычно со всеми прощался перед тем, как наполнить вёдра свинцом. Великий Кодор жил за семью стальными воротами в гранитной пещере. Даже до первых из семи ворот было невозможно дотронуться голой рукой – так они раскалялись.

Но недолго оставалось кодорам сидеть в своих подземельях, и наллатам и каршингам недолго ещё оставалось совершенствовать своё искусство, и всему народу магов недолго теперь оставалось жить спокойной жизнью. Ибо начиналась война, великая и бессмысленная, и каршинги начинали её с жаждой крови, а наллаты – лишь желая отстоять свои земли, но если бы хоть один из них знал, ЧЕМ окончится эта война, то никогда бы она не разразилась… Но этого никто не знал, и потому она была неизбежна.

Глава 12

Глава 12

Эссельналлат торопился. Обстановка опять требовала быстрых и решительных действий. В то же время, и оступиться было нельзя. Вестельвеллер неожиданно почувствовал, что сейчас судьба всего Тальвинга зависит от него и от правильности его действий. Одновременно его страшило пророчество. Было сразу понятно, что оно предсказывает наллатам поражение и гибель, причём безо всякой двусмысленности. Это его смущало. Смущало его и обещание Алсара помогать им. Само по себе это, конечно, было хорошо, но чтобы сариллы отступили от своих принципов, должно произойти что-то из ряда вон выходящее.

Но несмотря на всё это Эссельналлат не колебался. Все (в том числе Карфин) советовали принять бой в своей крепости, но Вестельвеллер вопреки всем приказал готовиться к осаде Доргрода. Он не хотел пускать каршингов на свои земли. Немного подумав и посоветовавшись с Карфином, Эссельналлат назначил сбор армии через три дня. Это время было нужно для того, чтобы восстановить изрядно уменьшившуюся и потрёпанную победоносную армию Тальвинга. Требовалось найти новобранцев и вооружить их мечами и жезлами погибших в предыдущей войне наллатов, в спешном порядке обучив их новым заклинаниям, чтобы они соответствовали ступени магии выдаваемых им жезлов. Сделать это было непросто, но Вестельвеллер не ошибся с выбором главнокомандующего. Карфин всё делал очень быстро, оперативно и правильно. Обучение шло полным ходом, и вечером второго дня Карфин доложил Эссельналлату о том, что армия Тальвинга полностью готова к боевым действиям. Вестельвеллер кивнул, глубоко вздохнул и отправил своего помощника отдыхать. Сам же он не спал всю ночь. Он сидел в своём кабинете и раз за разом перечитывал последние строки пророчества. Почему-то ему казалось, что именно в них, в последних четырёх строках содержится наиболее глубокий и страшный смысл. Но какой – ему понять было не под силу.

Лишь перед самым рассветом сон сморил его, и Вестельвеллер заснул прямо над столом, склонившись над текстом пророчества и положив руку на чёрный щит. Но с первым лучом рассвета он проснулся и тихо покинул дворец. И многие жители Тальвинга видели в тот рассветный час одинокую фигуру в серебряном плаще, которая медленно бродила по улицам великой крепости.

Глава 13

Глава 13

Алый рассвет разгорелся над Тальвингом, огненным заревом окрашивая город. С самого утра на Главной площади стало собираться войско. Карфин постарался. Десять тысяч искусных в своём деле боевых магов построились в блистающие серебром доспехов шеренги. Сердце Эссельналлата возрадовалось, когда он увидел их, ибо вселилась в него надежда на победу. Желая поддержать их ратный дух, Вестельвеллер обратился к ним с ободряющей речью, и по окончании её все воины в знак преданности ударили жезлами об землю и выпустили по несколько ярких золотистых искр, усеявших всё небо и потом ещё долгое время висевших над Тальвингом.

В полдень Эссельналлат вышел из дворца, держа в одной руке свой жезл, а в другой – большой чёрный щит без гербов и узоров. За ним следовал Карфин, одетый в золотую мантию главнокомандующего. С золотым жезлом и серебряным щитом с гербом Тальвинга.

Вестельвеллер выглядел ещё более строгим и суровым, чем в прошлый раз. Карфин сразу заметил на его лице печаль и усталость. Сказывалась и бессонная ночь, и постоянная тревога за судьбу своего народа. Но внутренней силы ему было не занимать.

-Воины Тальвинга! Сегодня нам предстоит тяжёлая, кровопролитная, но неизбежная битва. В ней вы должны проявить своё мужество, стойкость и доблесть. Ваш долг – постоять за родину, за силу Света и за своего короля. Постарайтесь достойно его выполнить. Я верю в вас! Итак, приготовиться к телепортации. Приготовились!Кальтер марель джельт!

Десять тысяч голосов слились в один – а потом над Тальвингом нависла тишина.

Глава 14

Глава 14

Гаршор не мешкал. Сегодня его подняли утром с постели проклятием Шегор горор и приказали через минуту явиться в зал Шестнадцати Владык. Опаздывать было нельзя. Но Гаршор и не опоздал. Пятьдесят семь секунд он потратил на то, чтобы одеться, и ещё три секунды (с запасом) на телепортацию. Он ожидал, что новоявленные владыки Доргрода сегодня, как всегда, будут злыми. Но он ошибся – они были очень злыми. И Гаршор это сразу понял.

-Где тебя носит, будь ты проклят! Ты чуть не опоздал на полсекунды! Армия готова?

-Почти. А что? – осторожно спросил Гаршор.

-Что значит "почти", будь ты проклят! Через четыре часа наллаты будут здесь! Если хоть один маг не явится или хоть одного кодора вовремя не покормят, я тебя…

Конца этой фразы Гаршор уже не услышал. Он быстро произнёс заклинание перемещения и через пару минут уже на весь Доргрод разносил какого-то военачальника за то, что тот отдал ему честь не по правилам. Потом он наорал на кодороштов из-за того, что, как ему показалось, кодоры рычат слишком громко, а также из-за того, что кодоров слишком мало. Бывший владыка Доргрода на всю жизнь сохранил привычку срывать на ком-нибудь свой гнев.

Но старания Гаршора не пропали даром. Когда появились наллаты, войско каршингов уже стояло у стен Доргрода и ожидало их. План Карфина ударить по врагам с налёта провалился. Не успели наллаты сориентироваться, как на них обрушилась целая лавина смертельных проклятий. Более восьмисот наллатов умерли на месте, не успев даже ничего предпринять. Каршинги пошли в атаку.

-Блокировать магию! Создавать защиту! – громко прокричал Карфин.

Почти все маги выполнили этот приказ, но защита почему-то не спасала. Тёмные с лёгкостью пробивали её своим коронным Шегор горор. Раньше такого не случалось. И Эссельналлат понял, что это проявлялось действие щита, который он держал в руке.

Карфин был талантливый полководец. Увидев, что защита не помогает, он резко сменил тактику.

-К атаке на врага приготовиться! Огонь высшим! – приказал он.

Фраза "огонь высшим" означала, что каждый маг должен использовать наиболее сильное заклинание из имеющихся в его арсенале. Наллаты пятнадцатой и более ступеней применили Эссель, остальные воспользовались Сэнджест о рокорот и Лельвеллос.

Эффект был значительный. Около тысячи врагов упали замертво, ещё примерно столько же застыли на месте, сражённые золотыми кольцами. В распоряжении Гаршора осталось шесть тысяч воинов. Но наллаты несли гораздо большие потери. Гаршор стоял рядом со своим новым помощником и с усмешкой смотрел на их отступление.

–Как вы думаете, господин, кто победит? – спросил его помощник.

-Конечно, мы! С таким главнокомандующим, как я, нельзя не победить! Запомни это, олух! Ведь я сам…

Неожиданно Гаршор умолк. Помощник недоумённо на него воззрился, не понимая причины его молчания. Пока он думал, шар Гаршора внезапно неистово заискрил миллионами оранжевых и фиолетовых искр. Минуты через две помощник догадался произнести заклинание снятия проклятий и сразу услышал ругань от своего владыки.

-Будь ты проклят! Я чуть не умер!

-Кто? Что случилось?

-Да ты что, ничего не понял? Это был подарок от доброго Вестельвеллера – сорок девять невидимых золотых колец! Чудовищное заклинание не только по силе, но и по быстродействию. За секунду меня парализовало девятикратным Сэнджест о рокорот! Меня спасли только моя высокая ступень магии и мой шар, который отразил оставшиеся сорок колец и смягчил последствия. Представляешь, если бы заклинание сработало до конца?

Его помощник плохо это представлял. Но он помнил, как два месяца пролежал в бреду после того, как его парализовали тройным Сэнджестом. Однако он понимал, что Гаршору, скорее всего, было очень неприятно в тот момент.

Гаршор окинул быстрым взглядом поле битвы и кратко приказал:

-Выпустить кодоров!

Как только Эссельналлат увидел, что каршинги образуют проход в своих рядках, он сразу понял, что это значит. Поэтому, не успел первый кодор издать свой громогласный рык, как Вестельвеллер уже крикнул:

-Алсар!

Он не желал испытывать судьбу. Его десятитысячная армия за истекшие полчаса сократилась вдвое. Армия Гаршора теперь насчитывала примерно столько же, но наллаты гибли значительно быстрее – действовала магия щита.

Армия сариллов не замедлила. Так же, как и в прошлый раз, сариллы ударили по кодорам. Но тут Вестельвеллер не поверил своим глазам. Количество сариллов сокращалось едва ли не так же быстро, как количество кодоров. Конечно, по приказу Гаршора кодоров ещё сильнее заковали в цепи, и убить их было сложнее, но дело было явно не в этом. Когда появился Главный Кодор, рядом с ним сразу полыхнули несколько светлых сполохов. Однако три сарилла моментально погибли, причём одного из них явно сразили Шегор горор. Это было невозможно, но это было так.

Но Алсара нельзя было так легко убить. Он изловчился и с размаха метнул свой сияющий меч в пылающий глаз адского чудовища.

Алсар не промахнулся. Меч вонзился по самую рукоять. Кодор взревел так страшно, что наллаты (равно как и каршинги) чуть не оглохли, и заметался по полю боя. Алсар внезапно появился прямо у него перед мордой, резким движением выхватил свой меч и тут же появился в другом месте. Он сознавал, что он тоже не бессмертен.

Вестельвеллер с волнением смотрел на битву. Он понимал, что каршинги побеждают, но сделать ничего не мог. Однако сам он был в полной безопасности. За всё время битвы его жезл ни разу не заискрил. Но это не значит, что на Эссельналлата не накладывали проклятий. Просто все они разбивались о чёрный щит, выкованный повелителями Тьмы, который сейчас надёжно защищал повелителя Света.

Внезапно рядом с ним, разметав армию наллатов, появился один из кодоров. Скорее, чем Вестельвеллер успел сказать Эссель, перед мордой кодора появился сарилл. Огненный меч вонзился кодору в горло, и в тот же момент чёрная цепь хлестнула сарилла по ноге. Сарилл попытался отпрянуть от неё, но не успел. Он покачнулся, упал на землю и, коснувшись её, вспыхнул и исчез. Кодор взревел и свалился замертво. К ногам Эссельналлата упала серебряная рукоять вмиг погасшего меча.

Вестельвеллер нагнулся и поднял её. Пламенный клинок вновь вспыхнул, почуяв живое тепло ладони светлого мага. Первым из магов Вестельвеллер коснулся оружия сариллов. Клинок мерцал и светился, словно призывая своего нового владельца в бой. И Эссельналлат подчинился.

Он сунул под мышку жезл повелителя Света, в левую руку взял щит каршингов, а в правую – подобранный меч, и двинулся вперёд. Как только он выдвинулся из рядов наллатов, его заметили. Сотни каршингов подбросили свои чёрные шары, дабы сразить его смертельным проклятием. Но Вестельвеллер этого даже не заметил. Он продвигался сквозь ряды каршингов, неуязвимый ни для кого, и разил налево и направо своих врагов огненным клинком, изредка помогая себе заклинанием Эссель.

Гаршор с ужасом смотрел на своего главного врага. Он понял, что крупно ошибся в нём, когда впервые давал ему характеристику исходя из его внешности. Теперь он очень испугался. Ему показалось, что его армии сейчас придёт конец. Наллаты, увидев своего государя в гуще битвы, бросились к нему на подмогу. Победа ускользала.

Тогда Гаршор подозвал одного из кодороштов и что-то ему приказал. После этого он стал со страхом смотреть на Эссельналлата, от которого его отделяло всего метров двадцать и который стремительно приближался.

-Эссель! – услышал Гаршор.

Заклинание сработало, и семьдесят каршингов легли на месте. Несмотря на то, что от армии Тальвинга осталось от силы тысячи три, каршингам грозила большая опасность.

Внезапно перед Вестельвеллером полыхнуло страшным огнём, и появился Великий Кодор. Гаршор мысленно попрощался со своим врагом. Он был уверен, что Эссельналлат теперь не продержится и минуты.

Нельзя, конечно, сказать, что появление Кодора обрадовало Вестельвеллера. Но тем более нельзя сказать, что он испугался. Он заслонился щитом от извергаемого чудищем огня и двинулся в сторону демона. Цепь Кодора со страшной силой хлестнула по королю светлых – но этот удар пришёлся на щит, и щит его выдержал. В тот же миг клинок вспыхнул так, что Вестельвеллер чуть не ослеп. Оружие сариллов чувствовало своего кровного врага.

Кодор с ужасающим рёвом бросился на Эссельналлата. Но тот не струсил. Слепящее лезвие впилось демону в ногу. Вестельвеллер почти оглох от рёва раненого чудища, которое тут же рванулось в сторону, не разбирая дороги. Эссельналлат не дал ему далеко уйти. Дело в том, что мечи сариллов не только пробивают шкуру и плоть кодоров, но и на короткое время уничтожают магическую защиту. Поэтому Великого Кодора ничто сейчас не защищало. Семнадцать голубых молний положили конец его страданиям, и он грузно рухнул на землю, придавив при этом несколько десятков каршингов.

Гаршор взвыл от ужаса. Даже если они победят, смерти Великого Кодора ему не простят. А теперь шансы на победу были очень малы.

Но Вестельвеллер вдруг остановился. Страшное предчувствие кольнуло его сердце. Он не сознавал, в чём дело, но словно сам собой опустился и потускнел смертоносный клинок, и белый жезл перестал извергать молнии. Каким-то непонятным образом он вдруг понял, что УБИВАТЬ БОЛЕЕ НЕЛЬЗЯ. Никого. Никому. Иначе… Что будет иначе, он не знал. Но как только он задумался над этим, его разум словно сдавило тисками. Что бы в результате ни последовало, это НУЖНО было предотвратить. Это Вестельвеллер понял сразу. Чего бы это ни стоило. Даже ценой своего поражения. Хоть это и горько, но Эссельналлат почувствовал, что поражение ничтожно по сравнению с тем, что может произойти, если битва немедленно не прекратится.

Но, видимо, никто больше не понимал того, что внезапно понял Вестельвеллер. Когда он обернулся к своему войску и дал команду отступать, он почувствовал на своём лице сотни недоуменных взглядов. Почему? Ведь победа близка. Даже каршингов этот приказ привёл в замешательство. Гаршор изумился. Ещё пара минут – и этот приказ отдал бы он. От армии Доргрода едва осталась тысяча, и с каждой минутой их число уменьшалось.

Однако наллаты послушались своего повелителя и стали отступать. Эссельналлат по-быстрому телепортировался обратно и появился рядом с Карфином.

-Почему? – спросил тот.

-Так надо. Иначе будет плохо всем, – был ответ.

И, повысив голос, Вестельвеллер закричал:

-Приготовиться к перенесению в Тальвинг!

Но тёмные маги, которые недавно были готовы бежать с поля боя, увидев, что противник отступает, внезапно исполнились героизма и решили воспрепятствовать этому. Шестнадцать владык одновременно подбросили свои шары и поставили блокировку на заклинания перемещения. Наллаты теперь не могли покинуть поле боя. Гаршор увидел возможность довести бой до победного конца и приказал каршингам наступать. Когда враги подошли почти вплотную, Карфин не выдержал. Его Эссель ударило по каршингам и унесло из их войска ещё семнадцать жизней. Прочие наллаты хотели последовать его примеру и воздели жезлы.

-Не-ет! – закричал Эссельналлат. – Всем стоять! Не применять магию! Никого не убивать!

И враги, и соратники в этот момент посмотрели на него как на помешанного. Если полностью выполнить приказ Вестельвеллера, то получалось, что можно только стоять и ждать, когда убьют тебя. Но Вестельвеллер не был помешанным. Просто в его сознании появилось число. Число это было ДЕВЯТЬ. Ещё девять жизней – и рок свершится.

Каршинги, услышав приказ владыки Света, ободрились и стали увереннее надвигаться на наллатов. Внезапно по команде Гаршора несколько тёмных магов подбросили свои шары, сверкнуло несколько алых молний Шегор горор – и три наллата упали замертво.

ШЕСТЬ.

Стоящий в передних рядах наллат нарушил приказ Вестельвеллера и испепелил семью молниями Лельвеллос леталис каршинга. Но его можно понять – один из наллатов, сражённых смертельным проклятием, был его родным братом, и он лишь отомстил его убийце.

ПЯТЬ.

В этот момент Карфин посмотрел на Эссельналлата. Кажется, он тоже что-то почувствовал.

-Всем остановиться! Я вызываю владык Доргрода на переговоры! – громко раскатился его голос.

Произнося эту фразу, Карфину пришлось переступить через свою гордость. Назвать «владыками Доргрода» ту свору болванов, что толкутся у трона, которых Карфин обычно и за магов-то не считал, у него не сразу повернулся язык.

Но это ничего не дало. Вести переговоры с повелителями каршингов было так же результативно, как и с кодорами. Пока длилось ожидание, один из каршингов незаметно проклял наллата смертельным проклятием. Но тот всё же заметил это и, хотя отразить его он не успел, не остался в долгу, выхватил меч и сразил своего противника молниеносным выпадом.

ТРИ.

-ВСЕМ СТОЯТЬ! – закричал Вестельвеллер столь неистовым голосом, что ему повиновались не только наллаты, но и враги. Он взмахнул жезлом и появился между двумя сходящимися армиями. Враги отпрянули, увидев его. Наллаты замерли. Даже Карфин взглянул на него так, словно видел в первый раз. Такое величие было во всём его облике, что, казалось, было невозможно не повиноваться ему. Всё вокруг застыло.

Но тут случилось неожиданное. Послышалось рычание, и один из кодоров с разгону врезался в строй наллатов. Двое не успели уклониться и коснулись его цепей. В тот же миг кодор упал, пронзённый мечом Алсара.

ОДИН.

Напряжение дошло до предела. Теперь уже все чувствовали, что может случиться что-то непоправимое. Всё повисло на волоске. Внезапно полыхнула алая вспышка, и рядом с Вестельвеллером появился Гаршор. Очевидно, он был готов вести переговоры.

Гаршор посмотрел вперёд и… прямо рядом с Эссельналлатом увидел Гатрода, который очень полюбил Вестельвеллера и всегда по возможности старался находиться рядом с ним, чтобы в случае чего защитить его. Гатрод тоже заметил своего бывшего владыку. Он быстро произнёс заклинание перемещения и появился в другом месте. Но за миг до того, как он это сделал, Гаршор выхватил свой меч и метнул в него. Он поклялся себе никогда не прощать Гатрода. И он не простил его.

Меч пролетел через то место, где только что стоял Гатрод, и вонзился в грудь одному из наллатов, который не успел увернуться. Брызнула кровь, умирающий громко закричал. Но его последний крик, как и все остальные звуки, заглушил отчаянный, срывающийся крик Эссельналлата:

-НЕ-Е-ЕТ!

Этот крик услышали все. Он раскатился, казалось, над всем миром, и эхо повторило его несколько раз. А потом внезапно настала полная, бездонная, убийственная тишина. Долго копившееся напряжение теперь расплёскивалось во все стороны и окатывало всех. Волосок, на котором всё повисло, оборвался. Вроде бы ничего не изменилось, но что что-то случилось, почувствовали все. Случилось что-то ужасное, необратимое, и теперь уже поздно было что-либо изменить.

«У тёмных вовеки прощения нет». Гаршор не простил Гатрода, он поклялся отомстить ему, чего бы это ни стоило. Кровь пролилась на землю, и что-то в этот миг изменилось, свершилось, исполнилось. Тёмные не смирили своей ненависти. Древнее пророчество каршингов исполнилось. Почти исполнилось. Осталась только одна непонятная строка. Последняя строка…

Глава 1

Часть вторая

Глава 1

Стены склепа осели и обрушились. Внутри ничего не было. Совсем ничего не было. Только гладкий каменный пол, выложенный плитами. Пустота и темнота. И полное безмолвие. И никого.

Внезапно рядом с разрушенным склепом появилась непонятно откуда взявшаяся чёрная фигура. Вокруг не было АБСОЛЮТНО ничего. Даже неба не было над склепом, не было и земли. Здесь всё оставалось так же, как было до Начала Творения. Творение не коснулось этих мест, и тут властвовало небытие. Вечная Грань отделяла весь прочий мир от этого места. Сюда никто не мог пробраться. Никто и ниоткуда. Но тому, кто вышел сейчас из склепа, это не было помехой. Только стены склепа сдерживали его, только их он не имел власти преодолеть и с самого начала мира был заточён внутри них. Теперь же преграды не существовало. Он был свободен. Быть может, радость и пробудилась бы в нём, но это чувство, как и любое другое, было ему неведомо. Мир чувств, мыслей, разума лежал ЗА Вечной Гранью. Здесь же ничего этого не существовало. Здесь не было жизни. И вышедший из склепа тоже не был живым. Но он не был и мёртвым, ибо там, где нет жизни, не может быть и смерти. Любой, кто живёт, должен умереть. Он же был бессмертен, поскольку он никогда не жил. Хотя для него это скорее было наказанием, чем наградой. Вечное бытие в этом мире не лучше и не хуже, чем вечное небытие.

Но теперь он всё же получил свободу, и ничто более не препятствовало ему. Чёрная фигура вновь растворилась во всепоглощающей темноте. Он переступил Вечную Грань.

Глава 2

Глава 2

Два воинства по-прежнему стояли друг против друга. Над ними клубились чёрные тучи, которые за несколько минут затянули кристально чистое небо. Обе армии застыли в оцепенении. Силы покинули бойцов. Рок свершился. Вестельвеллер стоял между армиями и смотрел куда-то поверх всех. Он не смог предотвратить неизбежное и теперь, кажется, сразу успокоился. Безразличие резко захлестнуло его.

Гаршор же, наоборот, почувствовал непреодолимое желание вновь ввязаться в бой. Он посмотрел на Карфина, который, подобно его повелителю, казалось, ничего не замечал вокруг, и решил, что не будет большой беды, если его незаметно проклясть. Но сделать этого он не успел. Внезапно белый огонь ослепил его, и Гаршор увидел, что прямо перед ним стоит Алсар.

-Не смей, – сказал вождь сариллов.

Гаршор задрожал. Алсар внушал ему такой страх, что он подумал, не успеет ли он быстро телепортироваться или наложить на него смертельное проклятие до того, как распрощается с жизнью. Яркий взблеск пламенного меча убедил его в том, что он не успеет.

Он зажмурился в ожидании смертельного удара. Гаршор от кого-то слышал, что мечи сариллов – это самая ужасная смерть для демона или тёмного мага, потому что они не только пронзают тело, но и выжигают чёрную душу, истребляя в ней зло. Поэтому Гаршор сделал всё, чтобы, насколько это возможно, приготовить себя к крайне неприятным ощущениям. Но испытать их ему не довелось.

-Если ещё попробуешь кого-нибудь убить, я больше предупреждать не буду, – услышал он голос Алсара. Когда Гаршор открыл глаза, того уже не было. Однако он знал, что сариллы не шутят, и поэтому решил пока воздержаться от участия в битве. Он скомандовал наступление и мирно отошёл в сторону.

Две армии стали сближаться. Но они не успели подойти друг к другу. Молния расколола небо, грянул гром, и неожиданно между сходящимися возник чёрный силуэт, и появилась чёрная фигура. Вестельвеллер вначале подумал, что это один из каршингов, но тут же понял, что это не так. Жезл Эссельналлата выбросил фонтан красных искр. Фигура повернулась лицом к войску наллатов, и тут Вестельвеллер заметил, что у неё отсутствует лицо. На его месте клубился зеленовато-серый туман. Вместо глаз зияли две чёрных дыры, пальцы рук были из огня, а одеждой ему служила сама Тьма. Как при взгляде на тяжелораненого, который не двигается, всё же сознаёшь, что он живой, так и Вестельвеллер с первого взгляда понял, что тот, кто стоит сейчас перед ним, – НЕживой. Даже более неживой, чем камни, из которых построен Доргрод. Камни являются частью этого мира, а ОН – нет.

Всё это Эссельналлат понял за одну секунду. Фигура воздела левую руку, Вестельвеллер почувствовал, что у него мутится разум. Вновь ударил гром, и вновь наступила тишина. Тогда Вестельвеллер услышал голос. Этот голос не передавался по воздуху в виде звука, он звучал в сознании и заглушал все мысли.

"Я здесь. Узрите крушение вашего мира".

ОН воздел правую руку. Многие попадали без сознания. Но Эссельналлат выдержал. Выдержал и Гаршор. И, в первый раз за всю историю придя к одинаковым решениям, они скомандовали своим армиям:

"Огонь!"

Засверкали белые молнии, алые молнии, фиолетовые молнии, голубые молнии… Все они были направлены в голову чёрной фигуры. Но ни одна из них не долетела до цели, они все бессильно погасли в воздухе. А потом послышался громкий треск. Ломались жезлы наллатов, и разлетались на осколки чёрные шары. Все, кто подчинился приказу своих военачальников, лишились источника магии. Кроме двух-трёх десятков магов, которые не успели или не смогли выстрелить молниями, сохранились лишь чёрный шар Гаршора, который решил не проклинать никого лично, памятуя о предупреждении Алсара, хотя он и не был уверен, что оно распространяется на таких субъектов, и жезл Вестельвеллера, который хоть и выстрелил Эссель, но не сломался. Было очевидно, что магия бессильна уничтожить того, кто неизвестно каким образом, откуда и зачем появился в роковой час на поле боя между магами Света и Тьмы.

"Не пытайтесь помешать мне. Я уничтожу ваш мир", – услышали все маги, и ужас овладел ими. Однако это услышали не только маги. ОН бросил вызов стражам мироздания, и они тут же явились перед НИМ. Пятьсот сариллов во главе со своим предводителем возникли из ниоткуда и разом выхватили свои слепящие клинки. Но ОН не устрашился. Страх был неведом ЕМУ.

Удар грома сотряс Вселенную. Все звуки утонули в нём. ОН вновь поднял левую руку, и все клинки сариллов угасли. А затем ОН поднял правую руку.

"Умрите и исчезните".

Такого никто не ожидал. Около четверти всех сариллов умерли на месте, не успев даже телепортироваться. На войско сариллов налетел смерч, и они не устояли. Огненный ветер смёл их и разбросал по полю, как обычных магов. И это – сариллов, бессмертных и наиболее совершенных из всех живущих существ! Армии магов и армия сариллов были наголову разбиты.

Вестельвеллер почувствовал, как к его горлу подкатывает крик ужаса. Но он не закричал. Он поднял с земли рукоять меча сарилла, которую, видимо, уронил в тот момент, когда свершился рок, снова сунул под мышку белый жезл и со щитом в левой руке снова двинулся вперёд. На этот раз его целью было уничтожить фигуру в чёрном. Быть может, это и было безрассудством, но Эссельналлат понимал, что кроме него теперь некому пытаться это сделать. Он владеет самым мощным оружием – следовательно, именно он должен идти в бой в самых опасных случаях. И он пошёл.

Когда их разделяло шагов пять, ОН заметил Вестельвеллера.

"Назад", ­– прозвучало в сознании Эссельналлата.

Вестельвеллер сделал шаг вперёд. Ещё шаг вперёд. У НЕГО в руках не было никакого оружия. Это-то и было страшно. Но Эссельналлат переборол страх. Он высоко поднял меч сарилла и на всякий случай загородился щитом от ЕГО возможной атаки.

Тогда ОН тоже сделал шаг вперёд и не размахиваясь ударил рукой в щит каршингов. Брызнули осколки. Щит разлетелся как стеклянный. Рука Вестельвеллера, держащая его, отнялась. Сила каршингов сразу иссякла и умалилась – щита их силы более не существовало. Но Эссельналлат даже не вспомнил об этом. Ему было не до того. Фигура в чёрном стояла прямо перед ним, и пустые глазницы излучали страх и ужас.

Клинок сарилла засветился голубым огнём. Вестельвеллер поднял меч и крикнул:

-Эссель!

Семнадцать молний ударили в голову чёрной фигуре. Но ОН этого даже не заметил. Клинок сарилла вонзился в НЕГО. На это ОН тоже не обратил внимания. Клинок сразу погас, и Эссельналлат понял, что на этот раз уже окончательно.

Последним, что увидел Вестельвеллер, была воздетая рука фигуры в чёрном. А дальше он уже ничего не видел. Не видел, как кто-то из магов уцелевшим жезлом телепортировал его в ряды наллатов, не видел, как обе армии отступали каждая в свою крепость, как наллаты шли в Тальвинг пешком и как наконец исчезла зловещая чёрная фигура. Гроза между тем всё усиливалась, молнии сверкали всё сильнее, и всё сильнее грохотал гром. Ничего этого Вестельвеллер не видел. Он был без сознания. Ужасный голос до сих пор терзал его разум. Безликий силуэт словно стоял у него перед глазами.

"Этот мир сокрушится. Умри".

-Нет! – мысленно кричал Вестельвеллер.

"Умри".

Чёрная фигура словно приблизилась. Воля Эссельналлата ослабла.

"Я сказал: умри".

Вестельвеллер стал проваливаться в небытие. Но внезапно призрак отступил, и на его месте Вестельвеллер увидел женское лицо. Оно было одновременно по-детски беззаботным и до бесконечности печальным, и столь прекрасным и добрым, что смертный ужас прошёл. Её чистые глаза заглянули ему в душу. Всё это длилось только одно мгновение.

"Восстань!"

Глава 3

Глава 3

Эссельналлат открыл глаза. Он лежал на постели в своей комнате. Рядом с ним стоял Карфин и несколько магов-целителей. За окном гремела непрекращающаяся гроза. Вокруг Вестельвеллера клубился густой синий дым Вленнонс иринол, который маги-целители применяли для его лечения. Онемевшая рука снова стала функционировать, но больше синий дым ничего сделать не мог. Тело Вестельвеллера не было поражено, а душу магией исцелить нельзя. Но сейчас Эссельналлат чувствовал себя вполне исцелённым. Он поднялся с кровати, сделал несколько шагов, сел за свой стол и посмотрел на Карфина.

-Рассказывай, – сказал он.

И Карфин всё рассказал. Оказалось, что Вестельвеллер находился без сознания восемь дней, что в Тальвинг вернулись менее пятисот наллатов, что за восемь дней ни на секунду не стихала гроза и что буря и молнии каждый день уносят многие жизни. Все маги Тальвинга пребывают в смятении и ужасе.

-Ты не можешь себе представить, что творится в Тальвинге, Вестельвеллер. Такого наша столица ещё не видела. Все маги в унынии. И уныние это вызвано в первую очередь твоей болезнью. Когда ты был при смерти, Тальвинг, можно сказать, тоже умирал. Ты очнулся очень кстати. Пока ты был без сознания, Тальвингом пришлось управлять мне. В такие времена, как сейчас, правление не доставляет удовольствия. Я совершенно не знаю, что делать. Разорительная война, гроза – с этим бы я справился, это можно пережить. Но хуже всего, конечно, Ларитан.

-Кто? – не понял Вестельвеллер.

-Это я его так назвал. "Ларитан" – в переводе "Царь рока". Хотя, по-моему, он не имеет даже имени. Но сила в нём страшная. Хотя тебе ли об этом рассказывать. Я видел – щит каршингов разбился с одного удара, а ведь даже меч Алсара был бессилен! И Эссель на него не действует.

-Так он не исчез? – вскричал Эссельналлат.

-Нет. Он исчезает и снова появляется. И горе тому, рядом с кем он появится. Встречу с ним невозможно пережить. Он убивает всех, и убитые им маги прямо на глазах превращаются в мумию. Я видел их трупы. Это ужасно… Но я даже не пытался уничтожить его. Если уж две армии плюс сариллы и Эссельналлат не смогли этого сделать, то можно больше не пробовать. Или он бессмертен, или мы просто ещё не смогли найти достаточно сильное оружие, чтобы его убить.

Вестельвеллер снова поднялся. Он только недавно пришёл в сознание, и не успел он это сделать, как ему сразу же надо было принимать решения и решать трудные задачи. При упоминании о Ларитане его снова окатила волна ужаса, и светлый образ, возвративший его к жизни, померк, а чёрный призрак приблизился. Но Эссельналлат усилием воли отогнал его и взял свой жезл. Жезл, почувствовав руку хозяина, потеплел и засветился, вливая в тело Вестельвеллера жизненные силы.

Он подошёл к окну. Гроза грохотала неистово, слишком сильно для обычной грозы. То и дело сверкали зарницы и грохотали оглушительные раскаты. Вестельвеллеру это не понравилось. Он воздел жезл, чтобы произнести мощное противогрозовое заклятие, но услышал голос Карфина:

-Не получится, Вестельвеллер. Я уже пытался. Бесполезно. Насколько я понимаю, пока жив Ларитан, эту грозу не укротить. Природа тут явно ни при чём. Природная гроза не может длиться восемь суток подряд.

Эссельналлат послушался. Он некоторое время постоял в задумчивости, а потом с силой ударил жезлом об пол. Хотя гроза и шумела, но семь ударов грома, как семь выстрелов, гулко прогремели над Тальвингом. Такой сигнал мог подавать только жезл повелителя Света. На этот раз он означал, во-первых, что Вестельвеллер выздоровел (что очень обрадовало всех жителей светлой крепости), а во-вторых, что война с силами зла продолжается. Маги Тальвинга в этот миг вспомнили, что у них есть предводитель, который показал свою великую доблесть в бою и один вышел сражаться сначала против целой армии каршингов, потом против Великого Кодора, а в конце сражения – против самого средоточия зла. Эссельналлат не оставит их в беде.

Этой ночью Вестельвеллер опять не спал. Он сидел, обхватив голову руками, и размышлял о судьбе своего народа. Он не видел выхода и не знал, можно ли что-нибудь изменить. Но он твёрдо решил, что будет делать всё возможное и до последнего вздоха бороться с ненавистным Царём Рока.

Глава 4

Глава 4

После битвы с наллатами в Доргроде всё изменилось. В частности, шестнадцать владык лишились своего авторитета – сразу, как только разбился щит каршингов. Власть возвратилась к Гаршору. В прежние времена он, конечно, был бы очень рад этому, но сейчас полнота власти не доставляла ему особого удовольствия. Так же, как и Эссельналлат, Гаршор был озабочен бедами своей страны. Им овладела глубокая депрессия. Он до такой степени впал в неё, что даже изменил своей привычке постоянно срывать на всех свой гнев и сидел на троне Доргрода с таким мрачным видом, что никто не осмеливался входить в тронный зал. В таком же состоянии, как Гаршор, пребывал и весь Доргрод. Гроза не смолкала ни днём, ни ночью. Молнии производили множество пожаров и сражали многих каршингов. Время от времени на улицах крепости появлялась зловещая чёрная фигура. Противиться было бесполезно. Взмах руки Ларитана, предсмертный крик жертвы – и ещё один маг уходил в небытие. Таким образом каждые сутки погибало около полусотни магов. Никто во всём Доргроде не чувствовал себя в безопасности. Ларитан не знал пощады. Он десятками убивал каршингов, и сделать с этим было ничего нельзя. Не изобрели ещё оружия, способного поразить того, кто не имеет ни плоти, ни души, и не нуждается ни в пище, ни в дыхании. Однако кое в чём он, видимо, нуждался для поддержания своей жизнедеятельности. И выяснилось это весьма неожиданным образом.

Однажды Гаршор, как всегда, сидел на своём троне и злился. Мысли у него были чёрные, даже чернее той грозовой тучи, которая висела за оком и ежеминутно полыхала молниями.

Внезапно Гаршор заметил, что кто-то подходит к трону. Он поднял глаза и обомлел от изумления. Перед ним стоял Гатрод!

Гатрод приблизился к подножию трона. Лицо его было печально, а на глазах блестели слёзы.

-Господин, – срывающимся голосом сказал он, – я вернулся к вам. Наллаты прогнали меня. Я разочаровался в Вестельвеллере и во всех светлых. Простите меня, господин. Меня околдовали, я сам не знал, что делаю…

Гаршор смотрел на своего бывшего слугу и вскипал от ненависти. Он заранее знал, что не простит Гатрода. Он поклялся. Но ему было приятно смотреть, как Гатрод униженно молит о прощении. Чем более разгорался гнев владыки Доргрода, тем более униженным и беспомощным выглядел Гатрод, тем более скорбным становилось его лицо и тем более обильно текли из его глаз слёзы.

-Простите меня! Я на всё согласен, сделайте со мной что угодно, только простите! Вы не можете не простить! Я знаю, вы гораздо добрее этих наллатов, которые только строят из себя добрых! Я знаю…

Гаршор не дал ему договорить. Наконец-то он может осуществить свою мечту!

-Шегор горор экшорт!

Десять алых молний рванулись к Гатроду. Гаршор ухмыльнулся. Он знал, что от десятикратного Шегор горор защиты не существует.

Молнии ударили в Гатрода. Сверкнуло алое пламя, Гатрод закричал от боли. Гаршор взглянул на то место, где он только что стоял, и…

Никогда в жизни Гаршор так не кричал. Крик был захлёбывающимся, но очень громким. У владыки Доргрода быстро иссяк запас смелости, когда он увидел, кто стоит перед ним. Он попытался вспомнить заклинание перемещения, но не смог. Мысли парализовало сильнее, чем от семикратного Сэнджест о рокорот.

Ужас Гаршора можно понять. Там, где секунду назад было заплаканное лицо Гатрода, теперь клубился серый дым. На месте выразительных голубых глаз зияли пустые глазницы, в которых пылал багровый огонь.

Вопль Гаршора сорвался до визга. За одну секунду он успел понять две вещи: что он, оказывается, очень любит жизнь, и что сейчас он с ней расстанется. Ларитан никогда не появляется просто так. Одно появление – одна жизнь. Или больше.

Гаршор вдруг вспомнил, как совсем недавно он едва не погиб от меча Алсара. Сейчас Гаршору захотелось вернуть тот момент и пасть от руки самого добродетельного из ныне живущих существ. Это казалось ему лучше, чем быть убитому омерзительной неживой тварью с горящими глазницами.

Но судьба, видимо, хранила Гаршора. Ларитан не сделал рокового шага вперёд и не поднял руку. Вместо этого Гаршор услышал, как у него в сознании прозвучал до ужаса противный леденящий голос Царя Рока:

"Ты напитал меня силой ненависти. Поэтому пока ты будешь жить. Ты будешь жить, пока ты мне нужен. Потом я тебя убью. Сейчас я разрушу твой дворец, затем Тальвинг, затем я убью сариллов, затем Эссельналлата. После этого я сокрушу весь мир".

Оглушительно прогрохотал гром, и чёрная фигура растаяла. Гаршор перевёл дыхание. Он задыхался. В его груди бешено стучало сердце, в голове бился страх. Никого и никогда Гаршор ТАК не боялся. То, что Ларитан сохранил ему жизнь, было чудом. Ларитану, оказывается, была нужна его ненависть, его гнев, чтобы сокрушать этот мир. И в этот миг Гаршор впервые возненавидел свою привычку на всех злиться и дал себе слово, что если когда-нибудь мир будет освобождён от Царя Рока, то он станет белым магом и сделает Доргрод подобием Тальвинга. Характеры каршингов нуждались в большой корректировке. Все они были злобными и гневливыми, и это, по-видимому, придавало много сил Ларитану.

Также в этот момент Гаршор наконец простил Гатрода…

А спустя пару секунд послышался страшный грохот. Всё здание дворца Доргрода задрожало. Сверху посыпались камни. Гаршор вспомнил заклинание перемещения и появился на площади перед дворцом. Тут и там полыхали алые вспышки и возникали каршинги – не он один догадался покинуть дворец.

Вскоре дворец каршингов перестал существовать. На его месте возникла груда дымящихся обломков и осколков камней. Сила Ларитана всё возрастала.

Глава 19

Вестельвеллер проснулся и поднялся с постели. Было раннее утро. Определить время суток можно было только по часам. Уже целый месяц над Тальвингом не всходило солнце. С каждым днём тучи становились всё чернее и всё плотнее застилали небо. Даже на каршингов, магов тьмы, это действовало удручающе, что же говорить про светлых наллатов! Сердце затмевало уныние, отчаяние вселялось в души. Мало кто мог противиться Царю Рока. Даже обычно энергичный Карфин временами впадал в апатию. Тальвинг стал похож на кладбище. На улицах почти никого не было – все боялись выходить из дома. Хотя дом тоже не был надёжным убежищем. Ни стены, ни охранные заклятья не останавливали Ларитана. Каждый день появлялись новые жертвы. Никто и нигде не мог быть уверен в своей безопасности. В жизни любого мага каждая минута могла стать последней. Многие поддавались панике, некоторые бежали из Тальвинга, прятались в лесах и горах. Но это никого не спасало.

Вестельвеллер тоже с трудом сохранял присутствие духа в этой обстановке. Он стал очень печальным, а на лице отпечаталась великая скорбь. Мысль, что от него зависит судьба всех светлых магов, не давала ему покоя. Сознание собственного бессилия угнетало его. Эссельналлату стало казаться, что если бы на его месте был кто-нибудь другой, он смог бы спасти Тальвинг. Вестельвеллер стал подолгу сидеть за столом и думать, пытаясь найти какой-нибудь выход. Это ни к чему не приводило. Но это не значило, что Вестельвеллер был глупым. Просто выхода не было. Ларитан становился всё сильнее и сильнее. Мир крушился прямо на глазах.

Вестельвеллер оделся, взял свой жезл и вышел из дворца. Несмотря на вечную грозу, он решил не менять свои привычки и каждое утро гулял по улицам Тальвинга. Он надеялся, что во время прогулки ему в голову может прийти какая-нибудь хорошая мысль. Но пока всё было напрасно. Хорошие мысли обходили его голову стороной.

Он вышел на Главную площадь, прошёл через неё и двинулся вперёд по Истинно Светлой (так называлась центральная улица Тальвинга). Потом он свернул на улицу Милости, потом – на Сариллосоюзную (в честь заключения союза между Альвингом и Алсаром).

На всех этих улицах было пустынно и безлюдно. Но в конце Сариллосоюзной Вестельвеллер увидел двух девушек. В тот же миг он почувствовал, что жезл в его руке раскаляется. Это его насторожило, и он решил прибавить шагу. Девушки о чём-то разговаривали, но слов Эссельналлат не различал. Одна из девушек ему почему-то сразу понравилась, а другая, наоборот, не понравилась, хотя внешне они почти не отличались. Когда до них оставалось менее пяти шагов, жезл повелителя Света внезапно выбросил сноп таких ярких красных искр, что Вестельвеллер невольно закрыл глаза. Когда он их открыл, то увидел, что из двух девушек осталась только одна – та, которая ему понравилась. А напротив неё, меньше чем в трёх шагах, стоит Царь Рока.

Вестельвеллер даже не успел испугаться. Он просто взмахнул жезлом и секунду спустя появился между девушкой и Лаританом лицом к последнему. Он понимал, что не выживет. Но он не мог допустить, чтобы эта девушка через несколько минут превратилась в одну из тех мумий, о которых рассказывал Карфин.

Чёрные глазницы вспыхнули красным огнём.

"Как ты смеешь", – услышал Вестельвеллер. Но его воля пока не изменила ему.

-Я смею, – медленно и чётко произнёс он. – Изыди!

"Я убью тебя".

-Ты не сможешь, – с непонятно откуда взявшейся уверенностью сказал Вестельвеллер. – Уходи и оставь её! Я не отдам её тебе!

"Ты не в силах мне помешать. Вся твоя сила в твоём жезле. Он ничего мне не может сделать".

Эссельналлат отбросил жезл в сторону. Теперь он был полностью безоружен.

-Жезл мне не нужен. Я сражусь с тобой и без него. Изыди!

Огонь в глазницах Ларитана угас, но через секунду вспыхнул с ещё большей яростью.

"Ты не можешь со мной сражаться. Я убью тебя".

-Не убьёшь, – спокойно сказал Вестельвеллер.

"Умри", – услышал он, и Ларитан воздел руку.

В этот момент Вестельвеллер вновь увидел на миг тот образ, что однажды спас его из небытия. Голубые глаза вновь обожгли ему душу. Он покачнулся, но выстоял.

-Изыди, – повторил Вестельвеллер и сделал шаг вперёд. Ларитан на шаг отступил. Видимо, смелость Эссельналлата начинала ему не нравиться. Хоть он и не мог чувствовать страха, но уверенность его врага заставила его задуматься. Он в первый раз встречал сопротивление и поэтому не привык к нему.

-Оставь её! – сказал Вестельвеллер.

"Ты не можешь мне приказывать".

Ларитан воздел обе руки. Но Эссельналлат не обратил на это внимания.

-Изыди, повелеваю! – сказал вдруг он явно не своим голосом, ибо этот голос прозвучал настолько мощно и уверенно, что Ларитан заколебался, а потом сделал ещё шаг назад.

Если бы Вестельвеллер в этот момент видел себя со стороны, он бы изумился. Он весь пылал холодным белым огнём, его одежда испускала ослепительное сияние, а сам он, казалось, вырос раза в два. Но он не видел этого. Он видел лишь пылающие глазницы Ларитана, и ненависть вскипала в нём.

-Изыди, или я убью тебя! – крикнул он. Он как-то забыл, что Ларитан бессмертен. В его голосе звучала такая уверенность, что Царь Рока и сам усомнился в своём бессмертии. Вестельвеллер не был страшен ему. Но голос, которым сейчас говорил Вестельвеллер, принадлежал не ему. Такие же нотки звучали в голосе Того, Кто давным-давно лишил Ларитана всей власти и заточил его в склеп; Того, Чья воля непререкаема. И Ларитан не выдержал.

-Изыди! – в последний раз крикнул Вестельвеллер.

Ларитан отступил ещё на шаг и исчез.

Несколько секунд Вестельвеллер не двигался, а потом повернулся в сторону девушки. Та лежала на земле и, кажется, была без сознания. Видимо, Царь Рока всё-таки смог парализовать ей мысли. Но в том, что она была жива, сомневаться не приходилось. Вестельвеллер подобрал свой жезл, подошёл к ней, взмахнул им и произнёс:

-Вленнонс иринол!

Синий дым заклубился вокруг девушки, и через некоторое время она открыла глаза. Внезапно Вестельвеллер увидел, как её лицо осветилось солнцем. Он поднял глаза к небу. Над тем местом, где они находились, сиял островок голубого неба, и в это окошко выглядывало солнце. Сила Ларитана на время ослабла, и тучи разошлись.

Когда Эссельналлат снова посмотрел на девушку, взгляд у неё уже был осмысленным, и теперь в нём читалось изумление.

-Ты… смог его… изгнать? – спросила она.

-Да, – запросто ответил Вестельвеллер.

-Но как?

-Не знаю. Как-то так. Само получилось.

-Спасибо тебе, – сказала девушка. Больше она пока не нашлась что сказать.

-Как тебя зовут? – спросил Вестельвеллер.

-Вириола.

-Красивое имя, – сказал Эссельналлат. – А меня зовут Вестельвеллер.

-Я тебя знаю, – сказала Вириола и улыбнулась. Вестельвеллер хотел спросить откуда, но вовремя сообразил, что в устах Эссельналлата этот вопрос будет звучать несколько странно, и не спросил.

-Ты мне нравишься, – сказал он вместо этого.

-Ты мне тоже нравишься, – сказала Вириола и ещё раз улыбнулась. В этот миг с лица Вестельвеллера сползла великая скорбь, и все складки на нём разгладились. Он подумал, что улыбка такой девушки, как Вириола, стоит того, чтобы прогнать десять Лаританов.

Эссельналлат протянул Вириоле руку и помог ей подняться.

-Ты где живёшь? – спросил он.

-Я… нигде не живу. Наш дом сожгла молния, а родители после этого сбежали в лес, надеясь, что тот, кого ты сейчас изгнал, там их не достанет. Меня они тоже хотели взять с собой, но я не захотела покидать Тальвинг и решила перебраться к подруге. С тех пор, как появился ОН, её совсем не выпускают из дома, и я очень удивилась, когда неожиданно встретила её на улице, но не придала этому значения. Она согласилась поселить меня у себя. И мы пошли к ней. У меня даже в мыслях не было, что это может быть не она. А дальнейшее ты видел.

Вестельвеллер ненадолго задумался, а потом сказал:

-Если хочешь, можешь пока жить у меня во дворце. Места там сейчас более чем достаточно, и мешать тебе никто не будет.

-А что, из дворца тоже все сбежали? – спросила Вириола.

-Ну нет, из дворца так просто не сбежишь. Почти в тот же день, когда появился Ларитан, я собрал всех наллатов и сказал, что каждого, кто в годину бедствий покинет Тальвинг, я буду лишать жезла и считать предателем. Наллаты – народ благородный, и поэтому все до сих пор остаются в крепости. Хотя я чувствую, что скоро страх всё равно победит, все разбегутся, и в Тальвинге останусь я один.

-Не один, – сказала Вириола. – Я останусь с тобой.

Они ещё несколько минут постояли молча.

-Ты уже пришла в себя, Вириола? – спросил Вестельвеллер. – Сможешь дойти до дворца?

-Я попробую, – ответила Вириола. – Только у меня голова немного кружится и двоится в глазах. Это ничего страшного. Ты ведь мне поможешь, правда?

-Конечно, – сказал Эссельналлат. – Но идти вовсе необязательно. Можно сделать проще.

Он подошёл к ней, взял её на руки и взмахнул жезлом.

-Кальтер марель джельт!

Глава 20

Трудно сказать, что подумал Карфин, когда Вестельвеллер появился прямо перед ним с девушкой на руках. Карфин в этот момент входил к нему в кабинет, чтобы о чём-то посоветоваться. Вестельвеллер бережно положил Вириолу на свою кровать.

-Знакомься, Вириола, – сказал он. – Это Карфин, главнокомандующий армии Тальвинга. А это, – повернулся он к Карфину, – Вириола, девушка, на которую недавно напал Ларитан.

Карфин вздрогнул от неожиданности. Каждый день он докладывал Эссельналлату о новых и новых жертвах, которых становилось всё больше. Но он ни разу не слышал, чтобы кто-нибудь встретился с Царём Рока и остался в живых.

В этот момент в комнате стало темно. Тучи вновь затянули всё небо, и голубой экран исчез. Ларитан вернул себе силы.

Вестельвеллер поймал недоумённый взгляд Карфина и понял, что нужны объяснения.

-Всё очень просто. Он напал на неё, я его прогнал, а затем телепортировался вместе с ней сюда, потому что она ещё не до конца пришла в себя.

-Но это невозможно!

-Почему невозможно? Мой жезл может телепортировать даже большие группы магов.

-Да я не про телепортацию, а про Ларитана! Ещё ни разу не случалось, чтобы кто-нибудь смог ему помешать! Разве может обычный маг…

Он посмотрел на жезл Эссельналлата и осёкся. Вестельвеллер перехватил его взгляд.

-Нет, Карфин, – сказал он. – Жезл тут абсолютно ни при чём. Он мне только мешал. Ты же знаешь, он не боится магии. Поэтому я боролся без жезла.

-И ты его одолел?

-Да. Он отступил и исчез.

Карфин взглянул на Вестельвеллера так, как простые смертные смотрят на божество. Вестельвеллеру это не понравилось. Он не любил, когда его переоценивали, и поэтому добавил:

-Но это не моя заслуга. Я сам не знаю, что со мной было. Моё тело в тот миг было словно не моим, я ни на секунду не задумался, ЧТО я делаю. У меня бы и смелости не хватило поднять руку на такого врага. Просто я его сильно возненавидел и сильно захотел помочь Вириоле. Очень сильно захотел помочь. И я поверил, что это возможно. У меня только на секунду помутился разум, и всё. Он ушёл.

Карфин смотрел на Вестельвеллера и думал. Он мысленно сравнивал его с Гальтером. Гальтер, без сомнения, был очень сильным магом, мудрым и дальновидным. Он был более искушён в магии, применял некоторые очень сложные заклинания, постоянно читал и перечитывал многочисленные книги по боевой магии. Но при всём этом он был предсказуемым и почти никогда не пытался делать то, что, по его мнению, было превыше его сил. Вестельвеллер не обладал ни одним из перечисленных качеств. Он даже выглядел как-то несолидно. Но в то же время он был гораздо сильнее Гальтера. Никогда в жизни Гальтер не смог бы в одиночку пойти крошить неприятельскую армию, убить Великого Кодора или изгнать Ларитана. Он был опытный военачальник, но не слишком хороший боец. А Вестельвеллер – наоборот. С виду он выглядит простоватым и добродушным, но вот злить его не надо. В гневе он способен на всё.

Тем временем Вестельвеллер ухаживал за Вириолой одновременно и как за девушкой, и как за больной. Он долго пытался вызвать мага-повара, а когда понял, что это не удастся (маг-повар не был наллатом и, очевидно, давно сбежал в горы), телепортировал из дворцовой кухни самовар с водой, тремя молниями лельвеллос вскипятил в нём воду, превратил её в чай и налил Вириоле, себе и Карфину. Жезл повелителя Света очень чутко реагировал на все желания хозяина, поэтому, хотя Эссельналлат и не произносил никаких заклинаний, в комнате запахло фиалками, а на подушке, на которой лежала Вириола, появилась надпись "I love you".

Вскоре Карфин удалился по государственным делам, а Вестельвеллер с Вириолой так и провели вместе весь день. Они говорили и смеялись настолько беззаботно и весело, словно Ларитан был изгнан уже навсегда, за окном светило солнце, а в Тальвинге всё снова стало так, как было до последней войны. Но слишком рано юные влюблённые забыли про Ларитана. Грозный Царь Рока существовал, и с ним волей-неволей приходилось считаться.

Глава 21

Глава 7

-Обрушились три башни Тальвинга, Вестельвеллер. Осталось только четыре. От Альвинга до Гальтера ни разу враги не разрушали нашу крепость. Всегда у неё находились защитники. Они есть и сейчас, но они не могут бороться с Царём Рока. В тот момент, когда обрушились башни, самого Ларитана никто даже не видел. Но это неудивительно. Тому, кто не имеет плоти, вовсе необязательно принимать видимый облик.

-Никто не погиб? – спросил Эссельналлат.

-От падения башен – никто. Но вскоре чёрный призрак появился снова, и в Тальвинге стало на два мага меньше. Жаль, тебя там не было. Быть может, ты опять смог бы его остановить.

-Вряд ли, Карфин. Я не настолько силён, как ты думаешь. Один раз я смог совершить невозможное, но повторить это мне будет очень тяжело. Ларитан всё набирает силу, а я, мне кажется, наоборот её теряю. Он словно забирает мою силу. Я не знаю, насколько её хватит.

Внезапно Вестельвеллер умолк. Глаза заволокла пелена, окружающая действительность померкла, и он увидел, что напротив него стоит Ларитан. Эссельналлат потом так и не понял, было ли это видение или Царь Рока наяву предстал перед ним. Карфин утверждал, что видел только, как Вестельвеллер потерял сознание и спустя пару минут пришёл в себя. Но за это время случилось очень многое.

Надвинулась смертельная тень, и вновь Вестельвеллер услышал леденящий голос Царя Рока.

“Твоей силы хватит очень ненадолго. На тебе заклятье Миров, и я пока не могу тебя убить. Но ты не бессмертен. Ещё немного, и заклятье ослабнет. А когда оно ослабнет, тебе сразу придёт конец".

"Я не поддался тебе раньше и не поддамся сейчас. Оставь меня!"

"Пока я уйду. Но твоя смерть будет ужасна".

"Изыди!"

Вспыхнули огненные глазницы, и наваждение рассеялось. Перед Вестельвеллером стоял Карфин и смотрел на него участливым взглядом. Очевидно, он уже успел применить Вленнонс иринол. Но Вестельвеллер всё равно чувствовал себя неважно. Ларитан угнетал душу, а тело оставалось здоровым.

-Ты опять ЕГО видел? – спросил Карфин.

-Да, – ответил Эссельналлат.

-И ты опять ЕГО изгнал?

-Он сам ушёл, но сказал, что скоро он меня убьёт. Я думаю, ему можно верить. У тебя случайно нет на примете нового Эссельналлата?

-Не поддавайся ему, Вестельвеллер! Это наваждение, ты же понимаешь!

-Может быть, Карфин, ты и прав. Но мои силы иссякают с каждым днём. Я не знаю, что мне делать.

Очередной раскат грома прокатился по Тальвингу. Карфин промолчал. Было видно, что уныние мало-помалу овладевает и им.

Вестельвеллер вздохнул, протянул руку за жезлом, коснулся одного из камней, и миг спустя перед Карфином было пустое кресло.

Глава 22

Сверкнула белая вспышка, и в комнате, в которой теперь жила Вириола, появился Вестельвеллер. Вириола вздрогнула от неожиданности, потому что она не успела ещё привыкнуть к такому способу перемещения в пространстве. Но увидев Вестельвеллера, она этому явно обрадовалась. Всё-таки довольно скучно целый день сидеть одной и читать принесённые добрым Карфином книги по высшей магии. Карфин решил, что Вириола тоже должна стать наллатом. В настоящее время она достигла девятого уровня магии, и для того, чтобы стать наллатом, ей было необходимо повышение ещё на две ступени. Но обучение по книгам продвигалось довольно медленно. Вириола прочитала, как правильно использовать заклинание 11-й ступени Лельвеллос леталис, и немного полистала книгу под названием "Для чего магу жезл?". Открыв "Самые мощные боевые заклинания", она увидела на первой странице надпись, гласящую, что для перелистывания страниц нужно каждый раз прикасаться к прочитанной странице жезлом светлого мага не ниже пятнадцатой ступени. Вручную перелистнуть страницу было невозможно, поэтому Вириола приступила к изучению "800 советов белым магам". В этой книге страницы перелистывались сами, но когда Вириола увидела, что первый совет включает в себя семьдесят шесть подпунктов по две страницы каждый, она зевнула и стала смотреть в окно. Все эти книги казались ей неинтересными. Вот если бы существовала книга "Как справиться с Лаританом", она прочитала бы её от корки до корки. Хотя бессмертие Ларитана считалось неопровержимым фактом, Вириоле почему-то казалось, что убить его как-то можно. Она не могла поверить, что этот прекрасный мир может полностью разрушить отвратительное неживое существо с горящими глазницами и призрачным обликом и что с ним ничего нельзя сделать. Такого просто не могло быть. Значит, существует способ его уничтожить...

Именно в этот момент появился Эссельналлат.

-Привет, – сказал он, с улыбкой глядя на Вириолу и на груду книг на маленьком столике, за которым она сидела. Ему казалось, что эта красивая добрая девушка плохо гармонирует с заумными книгами по высшей магии, которые он и сам, если честно, не особо читал.

-Привет, – ответила Вириола, отодвигая от себя "800 советов". Она посмотрела на Вестельвеллера. Хотя на его лице и была улыбка, оно выглядело каким-то напряжённым и озабоченным. И Вириола это сразу заметила.

-Что-нибудь случилось? – спросила она.

-Да нет, ничего особенного, – сказал Вестельвеллер и, не находя нужным что-либо скрывать от Вириолы, добавил, – просто недавно я видел Ларитана.

-Опять?

-Да. Я снова смог его изгнать, но чувствую, что это было в последний раз. Он забирает мои силы. Вряд ли я смогу долго ему противиться...

Вестельвеллер вдруг опомнился, что не следует расстраивать девушку такими вещами, и резко сменил тему разговора.

-Но это всё неважно. Ты лучше скажи, как идут дела у тебя.

Эссельналлат приблизился к столу и посмотрел на книги, которые читала его подруга. Ему хватило одного взгляда, чтобы понять, что Карфин принёс Вириоле что-то не то. "800 советов белым магам" считались у наллатов абсолютной графоманией, а книга "Для чего магу жезл?", несмотря на своё неказистое и несколько глуповатое название, повествовала о каких-то столь тонких и непостижимых материях, что даже Карфин держался за голову, когда её читал. Что же касается "Боевых заклинаний", то эту книгу вообще было практически невозможно достать, потому что она хранилась в единственном экземпляре в библиотеке Тальвинга и выдавалась только самым сильным магам на срок не более пяти дней. Карфин же, не утруждая себя разговорами с магом-библиотекарем (который был наллатом и потому не сбежал), попросту телепортировал её с той полки, где она стояла, в комнату Вириолы. Конечно, так он выражал свою заботу о девушке, и это было благородно, но Вестельвеллер справедливо посчитал, что можно было найти что-нибудь и попроще.

-Дела идут нормально, – ответила Вириола. – Хотя трудно сказать, чтобы я хоть что-нибудь поняла из прочитанного. По-моему, Карфин перестарался. Вот в этой книге, например, – Вириола указала на "Боевые заклинания", – я даже страницу не могу перевернуть. Может быть, ты поможешь?

Эссельналлат легко коснулся своим жезлом книги, и страница тут же перевернулась. Вестельвеллер прочёл:

"Боевые заклинания подразделяются на полубоевые, собственно боевые и высшие сверхбоевые. К высшим сверхбоевым относят такие заклинания, как..."

Вестельвеллер закрыл книгу.

-Знаешь, Вириола, – сказал он, – Мне почему-то кажется, что это тебе читать пока необязательно.

-Мне тоже так кажется, – улыбнулась Вириола, – Но дело в том, что больше мне нечего читать. А так бы я с удовольствием почитала что-нибудь поинтереснее. К тому же я не слишком стремлюсь стать великим магом.

Вестельвеллер немного подумал, а потом взмахнул жезлом и телепортировал из своего кабинета небезызвестный любовный роман.

-Я думаю, это больше тебе подойдёт, Вириола, – сказал Эссельналлат, протягивая его девушке. – Это моя самая любимая книга, только в последнее время у меня нет времени её читать. Но тебе, я думаю, понравится.

За окном гулко ударил гром. Комната осветилась мертвенным светом молнии. Вириола и Вестельвеллер замолчали, и одно и то же имя одновременно возникло у них в сознании:

"Ларитан".

Царь Рока теперь имел неограниченную власть, и с каждым днём она всё возрастала. Вестельвеллер вдруг понял, что Ларитан накопил достаточно силы, чтобы уничтожить весь мир. Эта мысль его ужаснула. Столь прекрасный и совершенный мир не мог погибнуть только из-за того, что какая-то неживая тварь захотела его разрушить. Так не могло и не должно было быть. Но так было.

Внезапно Вестельвеллер почувствовал, что его воля ослабела настолько, что сейчас он не решится не только вступить в поединок с Лаританом, но не осмелится даже просто поднять на него глаза. Слишком слаб стал Вестельвеллер, слишком грозен и страшен стал Царь Рока, чтобы ему можно было противиться. Почти четыре месяца прошло уже с тех пор, как Царя Рока увидели впервые. Тальвинг пал, Доргрод пал. Все маги обессилели. Мир сокрушался...

Вириола неожиданно подошла к Вестельвеллеру и нежно его поцеловала. Несмотря на весь ужас, который происходил вокруг них, Вириола была девушкой, и то, что она любила Вестельвеллера, было для неё важнее всего. Даже если падёт весь мир, её любовь останется жить. В этом Вириола почему-то не сомневалась. И быть может, она была права.

Глава 23

Глава 9

Над Тальвингом висела ночь. Но это была уже не та ночь, что прежде – полная звёздного света, ароматов цветов и романтики. С момента появления Ларитана дни стали мрачными и гнетущими, ночи – беззвёздными и ужасными. Ни в Тальвинге, ни в Доргроде не нашлось бы смельчака, который бы отважился ночью покинуть свой дом. Где-то среди мрака, изредка освещаемого взблесками молний, время от времени появлялся Царь Рока, и горе тому, кто встретится с ним! Хотя даже в своём доме никто не мог поручиться за собственную безопасность.

В эту ночь Вестельвеллер вдруг проснулся. В последнее время он стал часто видеть кошмары и просыпаться в холодном поту, но на этот раз его заставило пробудиться что-то иное. Вестельвеллеру показалось, что его позвали по имени. Он открыл глаза, но никого не увидел. Его комнату затопляла ночная тьма, которая скрывала все предметы и лишала способности что-либо видеть. Эссельналлат уже хотел протянуть руку за своим жезлом, чтобы осветить комнату специальным заклинанием, но тут он вновь услышал, как у него в сознании прозвучал мягкий голос:

"Закрой глаза".

Вестельвеллер послушался и тут же увидел ЕЁ. ОНА ничуть не изменилась. Таким же обжигающим и светлым был взгляд ЕЁ синих глаз, и лицо было по-прежнему прекрасно и печально. Лишь печали в нём стало больше, и на нём появилась грустная улыбка. Он поймал на себе ЕЁ взгляд и вновь услышал нежный голос.

"Вестельвеллер! Слушай меня. Времени у нас немного, ибо Ларитан очень быстро набирает силы. Я хочу помочь тебе и всему вашему миру. Я не всесильна, хотя сила моя превышает силу любого мага и даже силу Ларитана. Знай, что Ларитану удалось ослабить заклятье Миров, которое я наложила на тебя при рождении. Ещё немного, и он снимет его окончательно. Если это случится, он сможет тебя убить. Я не могу помешать ему сама, потому что я нахожусь не в вашем мире. Если ты не уничтожишь его, этого не сделает никто".

"Но я не могу этого сделать. Я слишком слаб", – мысленно ответил Вестельвеллер.

"Я дам тебе силу. Но знай: я могу дать её только ненадолго. Если за это время ты не поверишь в себя, больше я ничем не смогу помочь. Это единственная возможность спасти ваш мир. Я верю в тебя. Не подведи меня. И ещё запомни: тебе во всём будет помогать Вириола. То, что вы нашли друг друга, далеко не случайно. И способ, которым вы познакомились, тоже".

"Но что я должен сделать?"

"Я же уже сказала – уничтожить Ларитана. Ни больше ни меньше. Забудь о том, что он бессмертен. Абсолютного бессмертия в мире нет, поверь мне. Лишь Тот, Кто создал всё сущее, бессмертен в полном смысле этого слова. А теперь слушай. Я передам тебе на время часть своей силы, но для этого ты должен сломать жезл повелителя Света, жезл Эссельналлата".

"Но зачем?"

"Это очень долго объяснять, Вестельвеллер. Я не располагаю временем для этого. Когда ты сломаешь свой жезл, ты потеряешь всю магию и не сможешь использовать ни одно заклинание. Ни одно заклинание из тех, что записаны в ваших магических книгах. Но одно-единственное заклятье я тебе дам. Оно не известно никому в вашем мире. И не потому, что оно очень сложное. Дело тут не в словах. Это заклинание – Майол сеттель. Не бойся, ты его не забудешь. Применить ты его можешь только три раза. За это время ты должен поверить в себя. Этим заклинанием Ларитана не уничтожить. Уничтожить ты его сможешь только САМОСТОЯТЕЛЬНО.

И последнее. Как только ты произнесёшь Майол сеттель в третий раз, заклятье Миров полностью разрушится. Тут даже я ничего поделать не могу. Как только Ларитан снова соберётся с силами, он уничтожит тебя, если к тому времени ты не станешь сам достаточно силён для того, чтобы его сокрушить. А теперь – прощай!"

"Подожди!" – мысленно закричал Вестельвеллер. – "Не оставляй меня, пожалуйста! Я не справлюсь один!"

Голубые глаза вновь обожгли ему душу.

"Ты справишься. Я уверена в этом. Я тебя не покидаю, мысленно я всегда с тобой. Но время истекает. Прости и прощай!"

Светлый образ отдалился и растаял. Вестельвеллер даже не заметил, как погрузился в сон. Мягкий и блаженный свет излился на него, и успокоение вошло в его душу. Проснулся он поздним утром, выспавшийся и бодрый. Его прекрасное настроение не испортила даже вечная гроза за окном. Вестельвеллер взял в руку свой жезл и с сожалением посмотрел на него. Жезл повелителя Света был для него не просто источником магии. Нет. Он был как бы другом Вестельвеллера, их взаимопонимание стало настолько глубоким, что ему было очень тяжело с ним расставаться. Но делать было нечего. Вестельвеллер с тяжёлым сердцем взялся за противоположные концы жезла и сделал резкий рывок руками в разные стороны.

Глава 24

Глава 10

Когда через сорок минут в кабинет Вестельвеллера со своим ежедневным докладом вошёл Карфин, Эссельналлат стоял в центре комнаты с жезлом в руках и пытался сломать его об коленку. Пот катился с него градом. Карфин даже не нашёлся что сказать, видя своего повелителя за таким странным занятием. Наконец он спросил:

-Что ты делаешь, Вестельвеллер?

-Привет, Карфин, – устало сказал тот. – Может, ты мне поможешь?

-Может, ты мне сначала объяснишь, что ты делаешь?

-Пытаюсь сломать свой жезл.

-ЗАЧЕМ?

-Так надо, Карфин. Это единственный способ избавиться от Ларитана. Можешь мне верить. Потом я тебе всё объясню, а сейчас мне нужно его сломать. Ты можешь мне помочь? – Вестельвеллер сделал ещё одно усилие, но результата опять не добился.

В глазах Карфина промелькнула усмешка.

-Могу, конечно. Во-первых, советом: остановись! Жезл Альвинга Великого нельзя сломать с помощью силы. Ни руками, ни какими-либо инструментами ты этого сделать не сможешь. А если ты хочешь моей дальнейшей помощи, то сначала тебе всё-таки придётся всё объяснить. Надеюсь, ты понимаешь, что другого такого жезла в Тальвинге не существует?

-Понимаю, Карфин. Мне самому очень не хочется делать это. Но так надо.

Вестельвеллер вздохнул, понял, что рассказывать всё равно нужно, и за несколько минут рассказал Карфину своё видение.

-Надеюсь, ты мне веришь? – спросил он после этого.

Карфин немного подумал.

-Верю, – сказал он. – Но я всё равно сомневаюсь, стоит ли так рисковать. Лишившись жезла повелителя Света, мы лишимся едва ли не половины всей нашей силы.

-Я понимаю. Но чем мы рискуем? Если не уничтожить Ларитана, то магия нам больше не понадобится. Самое большее через месяц нам вообще ничего не понадобится. Итак, Карфин, ты знаешь, как сломать мой жезл?

-Так и быть, – наконец произнёс Карфин, – Я не знаю, но узнать могу. Подожди минутку, я сейчас вернусь.

Карфин взмахнул своим жезлом и исчез. Через некоторое время он снова возник в комнате Вестельвеллера. В руках он держал огромную книгу.

-Вот, – сказал он и положил книгу на стол перед Эссельналлатом.

Вестельвеллер придвинул книгу к себе.

На ней значилось:

"Полное собрание сочинений Альвинга Великого. 159-й год о. Т." (о. Т. – общепринятое сокращение "от основания Тальвинга").

-И что? – спросил Вестельвеллер, пролистывая книгу.

-Страница девятьсот сорок девять, третий абзац, – ответил Карфин.

Вестельвеллер нашёл нужное место. Там было написано:

"Список магических предметов, которые невозможно уничтожить с помощью магии".

Далее следовал длинный список. Просматривая его, Вестельвеллер после магического камня Света и Кольца Семнадцати Эсселей нашёл жезл повелителя Света.

Эссельналлат недоумённо посмотрел на Карфина.

-Так его что, вообще нельзя уничтожить? – спросил он. – Что же тогда делать?

Карфин неожиданно рассмеялся.

-Ты плохо знаешь Альвинга Великого, Вестельвеллер. Простаком и глупцом он точно не был. Уничтожить можно всё, но Альвинг не хотел, чтобы такие мощные предметы, как твой жезл или магический камень Света, уничтожил какой-нибудь проходимец. Во-первых, уничтожить их может только тот, кто имеет полное право ими владеть. В случае, если кто-нибудь попробует это сделать незаконно, сработает мощнейшее Проклятие Альвинга. Я не знаю, что это такое, но лучше даже не пробовать. Всем известно, что за всю историю Тальвинга не рождался ещё маг, который бы превосходил по силе Альвинга Великого. Однако ты можешь не беспокоиться, твоё право на жезл неоспоримо. Осталось только узнать заклинание уничтожения.

-Но где его можно узнать?

-В этой вот книге, страница девятьсот сорок девять, третий абзац.

Лицо Вестельвеллера стало выражать полное непонимание.

-Но здесь же нет никаких заклинаний! – воскликнул он.

Карфин снова усмехнулся.

-А ты прикоснись к странице жезлом.

Вестельвеллер прикоснулся и увидел, как список мгновенно исчез со страницы. Теперь на всю страницу было написано:

"ЖЕЗЛ ПОВЕЛИТЕЛЯ СВЕТА.

СОЗДАН АЛЬВИНГОМ БЕЛЫМ.

Заклинание уничтожения: Аттрано коттандрот эвальнирт лосватто энджект.

Подумай, Эссельналлат, прежде чем сделать это!"

Вестельвеллеру думать было нечего. Медлить он не хотел, поэтому не задумываясь более воздел свой жезл и внятно произнёс:

- Аттрано коттандрот эвальнирт лосватто энджект!

Ничего не произошло.

-Единственное, что не может сделать твой жезл – это уничтожить себя. Можешь одолжить жезл у меня, – сказал Карфин и протянул Эссельналлату свой золотой жезл.

Вестельвеллер произнёс заклинание ещё раз. Жезл повелителя Света разломился напополам легко, без треска, без сопротивления, безо всяких усилий со стороны Вестельвеллера. Самого мощного источника светлой магии более не существовало. Однако Эссельналлат в этот момент почувствовал, как в него волнами вливается сила. На секунду светлый образ появился перед ним, но только на секунду. Внезапно он почувствовал, что стал гораздо сильнее, чем в то время, когда владел жезлом. Однако Карфин ничего этого не почувствовал. Он бережно поднял с пола обломки и передал Вестельвеллеру.

-Сохрани их, Вестельвеллер. Быть может, какая-то магия в этих обломках и сохранилась. Если верить твоему видению, то после преломления жезла к тебе должна прийти сила. Ты чувствуешь её?

-Да, – ответил Вестельвеллер, – Мне кажется, я почти готов к новому поединку с Царём Рока. Силы у меня теперь более чем достаточно. Мне осталось только поверить в себя. Я думаю, я смогу это сделать.

Карфин опустился в кресло Вестельвеллера и глубоко задумался. В этот момент из настенных часов, висевших в кабинете, с треском вырвались пять миниатюрных молний Лельвеллос. Таким образом они просигнализировали, что уже пять часов. Вестельвеллер вдруг вспомнил, что сегодня в пять он обещал зайти к Вириоле. Он уже хотел, как всегда, произнести заклинание перемещения, но внезапно вспомнил, что жезла у него больше нет. Эссельналлат вздохнул и направился к двери. Хотя до комнаты Вириолы было меньше десяти метров, Вестельвеллер огорчился. Эссельналлатом он, конечно, оставался, но вот магом больше не был. Потеря жезла ослабила его магический потенциал на шестнадцать ступеней. Хоть он и владел теперь какой-то сверхмагической силой, но не быть магом было очень неприятно.

Когда Вестельвеллер вошёл, Вириола сидела и читала любовный роман. Хоть Вириола и привыкла, что Вестельвеллер всегда появляется из пустоты, но совершенно не удивилась, когда он вошёл через дверь. Она была сама настолько привычна к этому способу перемещения, что он нисколько не казался ей странным. На отсутствие жезла она тоже не обратила внимания, хотя прежде никогда не видела, чтобы он с ним расставался. Вестельвеллер, как всегда улыбаясь, подошёл к Вириоле и сел рядом с ней, после чего они с увлечением стали обсуждать читаемый Вириолой любовный роман. Вестельвеллер очень обрадовался, что наконец нашёл родственную душу. Ему давно хотелось поговорить с кем-нибудь на эту тему, но было не с кем. Карфина весьма мало интересовали все книги, которые были не по высшей магии, а больше близких друзей у Вестельвеллера, в принципе, не было. В Вириоле же он одновременно нашёл хорошего друга, интересного собеседника и любимую девушку. Можно сказать, что сейчас он был счастлив. Несмотря на грозу за окном. Несмотря на Ларитана. Несмотря на всё.

Разговор о книге незаметно перешёл в разговор о любви, и после нескольких комплиментов насчёт красоты Вириолы последняя наклонилась к своему возлюбленному, чтобы вновь его поцеловать. Губы влюблённых уже почти соприкоснулись, но этому поцелую не суждено было состояться.

-Ой! – внезапно вскрикнула Вириола.

Яркая вспышка белого огня чуть не ослепила её. Поток света был таким сильным, что она даже зажмурилась. Вестельвеллер резко обернулся, также прикрывая глаза рукой. Сияние ослабло, и Эссельналлат увидел, что перед ним стоит вождь сариллов. Хотя неудавшийся поцелуй Вириолы немного огорчил его, но появление Алсара не могло не обрадовать. Со времени первого появления Ларитана он больше не видел своего союзника и даже не был уверен, что он жив, – ведь четверть войска сариллов Ларитан уничтожил!

-Да благословит тебя Свет! – обратился к Вестельвеллеру Алсар.

-Привет, Алсар, – ответил Эссельналлат. – Почему ты так долго не появлялся? Как твои дела?

-Дела у меня примерно так же, как у тебя. Армии практически нет, моему народу также грозит гибель. Кому, как не тебе, меня понять! Но я пришёл не просто так, Вестельвеллер. Пришёл час сразиться с Лаританом. Предвидение присуще нашему народу, поэтому я знаю, где он появится через три минуты. Медлить нельзя, поверь мне. Каждая минута промедления – это несколько жизней магов. Итак, ты готов?

Вестельвеллер прислушался к себе. С одной стороны, он уже получил силу после преломления жезла и, по словам его мудрой покровительницы, теперь мог открыто встретиться с Царём Рока. Но с другой, он вовсе не чувствовал себя уверенно, и мысль, что биться с Лаританом ему придётся прямо сейчас, его отнюдь не ободряла. К тому же, хоть Вестельвеллер про это на время и забыл, он больше не был магом и, следовательно, не мог никуда телепортироваться.

До этого момента Алсар просто смотрел на него и не торопил, давая ему набраться решимости и сориентироваться. Но как только он подумал о телепортации, Алсар мгновенно материализовался рядом с ним и протянул ему руку.

-Я знаю, что ты больше не маг. Но в этом нет ничего страшного. Телепортировать можно и без магии. Возможно, когда-нибудь ты этому и научишься. А сейчас я тебе в этом помогу. Ты готов?

-Да, – сказал Вестельвеллер. Конечно, особо готов он не был, но выбора у него не оставалось.

В комнате ещё раз полыхнула белая вспышка, и Вириола осталась одна.

Глава 25

Глава 11

Эссельналлат даже вздрогнул от неожиданности, когда увидел, что рядом с тем местом, где он появился, находятся руины дворца Доргрода. Что они делают в крепости тёмных магов? Ведь у него даже нет жезла!

Алсар спокойно стоял рядом с ним.

-Не беспокойся, Вестельвеллер, – сказал он. – Через минуту на этом месте появится Ларитан, поэтому мы и здесь. А каршингов можешь не опасаться. Если что, я с тобой. Но мне почему-то не кажется, что они на нас нападут. Забудь о них. Нам предстоит схватка с гораздо более сильным противником. Я мало чем могу тебе помочь, но сделаю всё, что в моих силах. Однако не забывай, что я только помогаю тебе. Сам я не могу с ним сражаться. Он слишком силён даже для меня. Но ты сейчас можешь всё. Я чувствую в тебе такую силу, какой не видел ещё ни в ком. Приготовься. Уже сейчас...

Алсар не успел договорить. Внезапно Вестельвеллер увидел, что напротив него стоит Царь Рока. Леденящий страх начал сжимать ему сердце. Но одновременно с этим он ощутил, как его переполняет сила. Сила эта являлась не его собственной, она приходила откуда-то извне и была столь невероятно огромной, что страх очень быстро ушёл. И тут он услышал в сознании голос Ларитана.

"Ты сам ищешь своей смерти. Очень скоро я убью тебя".

Глазницы вспыхнули алым огнём. Ларитан сделал шаг вперёд.

"Что тебе здесь надо? Ты знаешь, что твой меч мне не страшен. Можешь позвать сюда всю свою армию. В прошлый раз я убил только четверть твоих воинов, но теперь я убью их всех. Но сначала я уничтожу тебя".

Вестельвеллер вдруг понял, что слышит слова, обращённые к Алсару. В тот же момент ему показалось, что рядом с ним сверкнула молния. Световые крылья Алсара вспыхнули так ослепительно, что Царь Рока отступил назад и прикрыл своей огненной рукой огненные глазницы. Видимо, он не любил яркого света. Но он тут же вновь сделал шаг вперёд и воздел правую руку. Однако он не успел сказать "умри!". Вестельвеллер уже не мог держать в себе столь великую силу, он уже начинал захлёбываться ею, ему оставалось только одно – выплеснуть её наружу. И, властно подняв обе руки, он громко крикнул:

-Майол сеттель!

Такого Вестельвеллер ещё не видел никогда. Небо разверзлось, и оттуда хлынула такая бездна света, что выглянувшее в этот момент солнце стало полностью незаметным. Этот свет осиял Вестельвеллера, Алсара и Ларитана. Многие каршинги в Доргроде, увидев ниспадающий с небес столб ярчайшего света, попадали ничком, закрыли глаза и заткнули уши руками. Смелости им по-прежнему хронически не хватало.

Ларитан опять отступил назад. Вестельвеллеру показалось, что он пытается телепортироваться, но не может. Он вдруг понял, что Царю Рока не под силу выйти за пределы светового столба. И это придало ему уверенности.

Он вдруг почувствовал, что сможет ПОВЕЛЕВАТЬ Лаританом. И у того не хватит сил ему не подчиниться.

-Втянись в землю! – приказал Вестельвеллер.

Алые глазницы снова вспыхнули, но сделать Ларитан уже ничего не мог. Он помимо своей воли начал быстро вращаться вокруг своей оси, ввинчиваясь, словно штопор, в землю. Пара минут, и Ларитан полностью пропал под землёй. Появился он оттуда очень нескоро. Световой столб всё так же висел в воздухе. Во взгляде глазниц Ларитана читалось полное бессилие. И Вестельвеллер воспользовался этим.

-Алсар! – крикнул он. – Ударь его мечом!

Алсара не пришлось долго упрашивать. Секунду спустя он появился рядом с Лаританом, выхватил световой клинок и по самую рукоять всадил его в одну из глазниц Царя Рока.

Конечно, Ларитан не мог испытывать боли, но в этот момент ему наверняка было очень неприятно. Мечи сариллов пронзают любую материю, и Ларитану этот удар не мог понравиться.

-А теперь – изыди! – крикнул Вестельвеллер.

Ларитана подхватило мощной воздушной струёй и, крутя в воздухе как какую-нибудь тряпку, куда-то унесло. Вестельвеллер перевёл дыхание. Хоть это и казалось невероятным, но он победил. Землю магов впервые за многие месяцы озарило солнце.

Глава 26

Глава 12

Гаршор пребывал в смятении и растерянности. Когда ему донесли, что рядом с домом, где он теперь жил, появились три самых его заклятых врага, он сначала не поверил. Но когда он подошёл к окну и увидел столб небесного пламени, все его сомнения сразу улетучились.

Первым его порывом было спрятаться под стол, но он всё-таки пересилил себя и стал наблюдать за битвой. Хоть все трое и были ему врагами, Гаршор помимо своей воли сначала стал надеяться, что победит Эссельналлат – ему очень хотелось, чтобы Ларитана уничтожили. Но когда это случилось, Гаршор сильно испугался. А что, если Вестельвеллер сейчас заодно разрушит Доргрод и перебьёт всех каршингов? Если он может делать такие вещи с самим Царём Рока, то это не составит ему большого труда.

Но Гаршор зря волновался. Ещё секунда – и Вестельвеллер вместе с вождём сариллов исчез. А Гаршор ещё долго стоял у окна и думал. Тысячи мыслей одновременно проносились в его голове. С одной стороны, то, что Вестельвеллер стал сильным, это плохо. С другой стороны, это хорошо, потому что Ларитан резко ослаб. А потом Гаршора вдруг посетила неожиданная идея. Если Вестельвеллер способен прогнать Ларитана, то, быть может, он защитит от Царя Рока его, Гаршора? Правда, для этого нужно перебраться в Тальвинг, но раз он решил стать светлым магом, то что ему мешает сделать это прямо сейчас? Неизвестно, конечно, как его встретят в светлой крепости, но как бы его ни встретили, это всё равно лучше, чем ещё раз встретиться с Лаританом. Гаршор подумал ещё несколько минут, а потом подбросил свой чёрный шар и произнёс заклинание перемещения.

Глава 27

Глава 13

В комнату Вириолы постучали.

-Войдите, – сказала девушка, надеясь, что это Вестельвеллер. Но её надежда не оправдалась. Дверь открылась, и вошёл немолодой мужчина среднего роста в сером плаще и чёрной рубашке. В руке он держал чёрный шар. Лицо у него было напряжённым, а глаза бегали по сторонам.

-Здравствуйте, – вежливо сказала Вириола. – Вы кого-нибудь ищете?

-Где Эссельналлат? – глухим голосом спросил вошедший. – Я обыскал весь этаж, но никого нигде не встретил. Только один раз, – он показал на дымящийся рукав, – напоролся на Лельвеллос... Так ты не знаешь, где он?

-Он ушёл на битву с Лаританом. Если хотите, можете его подождать. Я думаю, что он скоро вернётся. По крайней мере, я на это надеюсь.

-Да нет, спасибо, – ответил незнакомец. – Я лучше ещё погуляю по дворцу.

-Как вам угодно, – сказала Вириола и продолжила читать любовный роман. Незнакомец направился к двери. Но дойти до неё он не успел. Внезапно у него на пути появился главнокомандующий Тальвинга. Гаршор вздрогнул – и от неожиданности, и от страха.

-Стоять, бояться! – заорал Карфин, направляя на Гаршора золотой жезл и делая шаг в его сторону.

Гаршор выполнил приказ наполовину. Он остановился и стал смотреть на Карфина. Бояться же он начал с того самого момента, как попал в Тальвинг, поэтому второй частью приказа можно было пренебречь.

-Стойте! – сказал Гаршор, очень надеясь, что Карфин хотя бы даст ему договорить. – У меня важное дело к Вестельвеллеру. Но дело это сугубо личное, и разговаривать я буду только с ним. Вы не знаете, когда он вернётся?

Карфин с ненавистью посмотрел на Гаршора. Он сразу его узнал и решил, что Гаршор пришёл убить Эссельналлата, пользуясь тем, что в последнее время магическая защита Тальвинга значительно ослабла из-за Ларитана и пропускала теперь почти всех. Разумеется, Карфин не поверил ни одному слову своего бывшего врага. По его лицу было видно, что если он до сих пор и не применил Эссель, то лишь потому, что боялся одной из молний задеть Вириолу.

-Так вы мне разрешите дождаться Эссельналлата? – спросил Гаршор, которому молчание стало в тягость.

-Конечно, – с коварной усмешкой сказал Карфин. – Разумеется. Адранно эдрост джанэрвит латронт! Сэнджест о рокорот!

Шар Гаршора с треском взорвался и разлетелся на осколки, а сам повелитель каршингов не успел отразить мгновенно растворившееся золотое кольцо и застыл на месте.

-Теперь можешь подождать Вестельвеллера, – насмешливо сказал Карфин. – А я пока погуляю по дворцу. Если хочешь, Вириола, можешь составить мне компанию.

-Да нет, я лучше тоже подожду Вестельвеллера, – ответила девушка.

-Как хочешь, – сказал Карфин и вышел из комнаты.

Гаршор с Вириолой стали ждать появления Эссельналлата. Хотя Гаршор любил его меньше, чем Вириола, но ждал он его почему-то даже с большим нетерпением, чем она.

Глава 28

В комнате Вириолы полыхнула белая вспышка, и Гаршор увидел, что рядом с ним появились Алсар и Вестельвеллер. Алсар взглянул на него столь грозно, что Гаршор опять приготовился к смерти. Но, видимо, вождь сариллов быстро понял, что тот не замышляет ничего дурного, устало посмотрел на него и исчез. В тот же миг Гаршор почувствовал, что может шевелиться. Видимо, вождь сариллов снял с него парализующее заклятие.

-Гаршор! ­– изумлённо вскрикнул Эссельналлат. – Что ты тут делаешь?

-Вестельвеллер, у меня к тебе очень большая просьба. Я, конечно, понимаю, что мы с тобой бывшие враги, но... не разрешишь ли ты мне некоторое время пожить у тебя во дворце?

-Зачем? – спросил Вестельвеллер, с горечью сознавая, что он теперь не имеет никакой магической силы и в случае чего даже не может дать Гаршору отпор. Звать же для этой цели Карфина было недостойно правителя.

-Понимаешь, – замялся Гаршор, – Я видел, как ты недавно расправился с Лаританом, и решил, что в твоём дворце мне будет безопаснее.

-То есть ты просишь моей защиты?

-Можно сказать и так. Я подумал, что ты не откажешь мне. Знаешь, в последнее время я очень сильно изменил своё отношение к окружающему миру и к вам, светлым магам. Я сам хочу стать светлым магом, и если Ларитан будет уничтожен, то я стану им. Если, конечно, ты мне разрешишь. Кстати, к тебе я тоже поменял своё отношение. Изменил я его после того, как увидел тебя на поле битвы, где ты положил чуть не половину каршингов и убил Великого Кодора. Смелости тебе, конечно, не занимать, и тут я от тебя очень сильно отстаю. Я никогда бы не решился открыто сразиться с Царём Рока. Но скажи, если не секрет, откуда в тебе такие силы?

-Это трудно объяснить, Гаршор. Но это тебе и не надо знать. Живи пока, если хочешь, у меня. По поводу комнаты переговори с Карфином. Теперь всем в моём дворце заведует он.

Гаршор долго думал, а потом тяжело вздохнул и медленно направился искать Карфина.

Глава 15

Гроза опять вовсю грохотала за окном. Ларитан быстро вернул себе утраченные силы. Однако это пока не пугало Вестельвеллера. Он ещё два раза мог применить Майол сеттель и поэтому думал, что теперь Ларитан не будет сам на него нападать. Вестельвеллеру стало казаться, что он начинает приобретать ту уверенность в себе, о которой говорила его небесная покровительница. Но опять сражаться с Лаританом он всё равно пока не рвался.

Вестельвеллер большей частью проводил время вместе с Вириолой. Гаршор же или сидел в отведённой Карфином комнате, которая по странному совпадению располагалась рядом с тальвингской тюрьмой, или бродил по дворцу, стараясь пореже встречаться с Карфином, который бросал на него такие взгляды, что Гаршору всякий раз хотелось наложить на себя защиту от Эссель, но он вспоминал, что у него нет шара, и старался поскорее уйти подальше.

То здесь, то там снова появлялся Ларитан. Каждый день он уносил новые жизни и, как всегда, очень быстро восстанавливал силы. Тучи с каждым днём становились всё чернее и чернее, а из семи башен Тальвинга осталась только одна – башня Альвинга-создателя (строителя белой крепости). Но Эссельналлата это очень мало тревожило. В принципе, Тальвингу было уже нечего терять.

Глава 29

Эссельналлат опустился за свой стол, обхватил голову руками и стал смотреть в окно. Зрелище было не очень приятным – там, как всегда, бушевала гроза. Но всё равно было заметно, что она стала гораздо слабее, чем раньше. Видимо, грозный Царь Рока и сам ослабел после встречи с Вестельвеллером. Только это не очень утешало последнего. Он прекрасно понимал, что Майол сеттель он ещё может применить только два раза. А что будет потом, неизвестно никому. Очень может быть так, что потом вообще ничего не будет. Если только он, Вестельвеллер, что-нибудь не сделает. Ему лично очень не нравилось, что на него возлагают большие надежды. Кто он, в сущности, такой, и что он может? Эссельналлат – это ещё ни о чём не говорит. Хотя какой же он Эссельналлат без жезла? Ведь он теперь даже не маг. Разве ему под силу справиться с Лаританом? Пусть он чувствовал себя увереннее, но всё равно не настолько. Времени, конечно, было ещё достаточно. И Вестельвеллер решил пока не думать об этом. Он отвёл взгляд от окна и посмотрел на книгу, которая лежала на его столе. Это были сочинения Альвинга Великого. Вестельвеллер подвинул книгу к себе. Читать ему было нечего – любовный роман сейчас читала Вириола, и от скуки он решил полистать Альвинга. Он открыл первую попавшуюся страницу, на которой было что-то написано про методы телепортации. Вестельвеллера эта тема заинтересовала. Он вспомнил недавние слова Алсара о том, что телепортироваться можно и без магии, и решил посмотреть, не написано ли у Альвинга что-нибудь об этом. Сначала Альвинг долго описывал различные заклинания перемещения и некоторые тонкости, связанные с применением каждого из них. Вестельвеллер уже знал большую часть из того, что там было написано (ведь он всё-таки был магом высшей ступени!), поэтому он достаточно бегло просмотрел эту тему. Но в самом конце следующей страницы он наткнулся на такую фразу:

"Все вышеописанные заклинания нужны для того, чтобы путём специальных общеизвестных словосочетаний выпускать наружу собственную силу самого мага. Достаточно опытные маги высокого уровня могут обходиться без заклинаний. Это не слишком сложно. Нужно лишь сильно сконцентрировать свою волю и определённо решить, чего вы хотите".

Эссельналлат усмехнулся. Альвингу-то это наверняка было несложно. Всем известно, что Альвинг был прирождённым магом и телепортироваться научился раньше, чем ходить. Но не все же такие, как Альвинг...

Вестельвеллер закрыл книгу и снова стал смотреть в окно. По мере того, как он вглядывался в грозу, им овладевало всё более и более сильное беспокойство. Ему показалось, что чёрный призрак на миг вновь предстал перед ним. И в тот же момент Эссельналлат словно воочию увидел одну из улиц Тальвинга. По ней шёл какой-то маг. Тревога усилилась. Теперь Вестельвеллер был почти уверен, что несколько секунд спустя этот маг станет жертвой Ларитана. Эссельналлат понял, что он должен помочь. Времени на раздумье не оставалось, поэтому он не стал звать Карфина или других наллатов. У него не оставалось иного выхода, как испробовать новый метод перемещения, о котором он только что прочитал. Он ещё раз представил себе этот уголок крепости и вообразил, как он появляется в нескольких шагах от идущего мага. Сделать это было несложно. Каждый раз после произнесения заклинания перемещения нужно было в эту же секунду мысленно представить место, куда хочешь переместиться. Причём если в этот момент вообразишь себе какое-то другое место, то и улететь можно не туда. Это любому магу хорошо известно. Но у Вестельвеллера не было жезла, и заклинанием перемещения он воспользоваться не мог. Для того чтобы обойтись без него, следовало максимально напрячь волю и твёрдо верить в то, что это удастся. Но чтобы добиться такого эффекта, наверняка нужно было долго тренироваться. Так что же делать?

Внезапно Вестельвеллер увидел, как рядом с идущим магом из-под земли возникла чёрная фигура. Маг вздрогнул и испустил крик ужаса. Ларитан сделал шаг вперёд. Судя по всему, магу осталось жить не больше нескольких секунд.

И тут Вестельвеллер сам не понял, что с ним произошло. Желание помочь заглушило в нём все иные мысли, а сознание того, что он один может это сделать, многократно усилило это чувство. Мир перед ним закружился, и спустя миг он увидел, что стоит перед Лаританом. Теперь уже по-настоящему. Телепортация без магии ему удалась. Осталось справиться с Лаританом.

Если бы тому могло что-либо нравиться или не нравиться, то появление Вестельвеллера ему бы точно не понравилось. Но всё равно он от неожиданности отступил назад, и Эссельналлат заметил, что одна из его глазниц по-прежнему пылает алым огнём, а другая стала ярко-оранжевой. Видимо, удар меча Алсара не прошёл впустую. Получалось, что Царь Рока всё-таки уязвим. Но, может быть, всё дело в силе, которую придавало новое заклятье?

Рассуждать на эту тему Вестельвеллеру было некогда. Сила опять стала захлёстывать его. На этот раз он шёл в бой с чувством какой-то странной радости, с уверенностью в победе. Он сделал несколько шагов вперёд и воскликнул:

-Майол сеттель!

Поток ослепительно-белого света вновь низвергся с неба. Глазницы Ларитана погасли, Вестельвеллер воздел руку. Он ощущал себя всесильным, и ему казалось, что сейчас он способен сокрушить не только Ларитана, но и весь мир. Царь Рока, должно быть, тоже ощутил это. Он отступил к самому краю светового столба, в котором они стояли, и остановился. Дальше он идти не мог.

"Тебе не удастся меня убить", – услышал Вестельвеллер. – «Это невозможно. Дай мне уйти".

Эссельналлат усмехнулся. Не для того он потратил бесценное заклинание Майол сеттель, чтобы теперь дать Ларитану спокойно уйти.

-Нет! – крикнул он. – Я не дам тебе уйти, мерзкая тварь! Ты никогда не чувствовал боли, но сейчас ты почувствуешь её! Повелеваю!

Несколько секунд Ларитан не шевелился, а потом его призрачное тело внезапно прожгло такой неистовой болью, что он первый раз в жизни закричал. Его крик раскатился над Тальвингом и заглох. Наступила тишина. Сила переполняла Эссельналлата. И он вдруг почувствовал, что может совершить невозможное. В тишине звонко раскатился его голос:

-А теперь почувствуй страх!

С самого начала времён никакие чувства не посещали и не терзали душу Ларитана (если, конечно, она у него была). Теперь же Царь Рока стоял и ощущал, как внутри него разливается нечто леденящее, парализующее изнутри его плоть. Ему очень захотелось покинуть это место, но такое было ему не под силу. Поэтому он поборол в себе страх и двинулся вперёд.

"Сила миров поддерживает тебя", – услышал Вестельвеллер знакомый замогильный голос. – "Но ты и сам знаешь, что скоро она иссякнет, и тебе придёт конец. Я постараюсь, чтобы это случилось как можно скорее".

-Сначала конец придёт тебе! – крикнул Эссельналлат и вновь поднял руку. Он сказал это, не задумываясь о последствиях, забыв, что стоит в световом столбе, который мгновенно материализует все его слова. Через миг Вестельвеллеру показалось, что Ларитан сложился в два раза. Неистовый крик исторгся из его призрачных уст. Но, видимо, уничтожить Ларитана Вестельвеллеру пока было не под силу. Он снова вкрутился в землю, и поскольку теперь он уже мог чувствовать боль, то этот процесс сопровождался дикими криками. Потом он опять появился над поверхностью земли; его глазницы полностью угасли. Но уничтожен он не был.

Фантазия у Эссельналлата на этом иссякла. Он не мог пока придумать, что ещё можно сделать с Лаританом.

-Изыди! – крикнул он.

После этого весьма прозаичного приказа световой столб погас. Ларитан, подчиняясь невидимой силе, поднялся высоко в воздух и, влекомый могучим ветром, вскоре пропал из поля зрения.

Вестельвеллер повернулся и увидел мага, спасённого им от Ларитана. Маг подошёл к нему, преклонил колено и с содроганием произнёс:

-Повелитель! Вы спасли мне жизнь! Но как вы смогли это сделать? Я ещё никогда не видел, чтобы кто-нибудь применял столь мощную магию!

-Это не магия, – сказал Эссельналлат с грустной улыбкой. – Это гораздо сильнее. Но это у меня скоро кончится. И тогда я тоже стану беззащитен. А пока – прощай!

Вестельвеллер представил себе свою комнату и попытался туда телепортироваться, но, видимо, на этот раз он не смог достаточно сильно сконцентрировать свою волю, и у него ничего не вышло. Спасённый маг смотрел на него с обожанием и восторгом, явно ожидая чего-то необычного. Эссельналлат попробовал телепортироваться ещё раз, но опять с тем же успехом. Тогда он вздохнул и направился по дороге к Главной площади, провожаемый восхищёнными взглядами мага.

Глава 30

Глава 17

Вириола стояла у окна и смотрела на внезапно прояснившееся небо. Грозу отнесло за горизонт, и теперь весь Тальвинг озаряли нежные лучи солнца. Вириола уже очень давно не видела солнца. И сейчас она любовалась им так, словно смотрела на него впервые.

Внезапно, без всяких вспышек и сияний, которые всегда сопровождают телепортацию, прямо на подоконнике возник Вестельвеллер. Безмагическая телепортация ему всё же удалась, но вот место появления он немного не рассчитал. В самый последний момент он почему-то представил именно окно комнаты Вириолы и появился именно там, на подоконнике. Хорошо ещё, что он не представил себе пространство за окном. А то всё-таки до земли девять метров, а предохраняющего от всех неприятностей жезла у него больше не было.

-Привет, – сказала Вириола с улыбкой. – Как ты здесь оказался? (Вириола уже прочитала книгу "Для чего магу жезл?" и понимала, что для телепортации он необходим).

-Я – от Ларитана, – сказал Вестельвеллер.

Лицо Вириолы побледнело.

-А он где? – сдавленно спросила она.

-Я опять его прогнал, – ответил Эссельналлат. – Но я думаю, он вернётся, – добавил он, спрыгивая с подоконника.

-Как ты думаешь, мы сможем когда-нибудь от него избавиться? Или он так и будет мучить Тальвинг? Неужели его никак нельзя уничтожить?

-Не знаю, Вириола. Но я сделаю всё, что смогу. По крайней мере, постараюсь. Не плачь, пожалуйста, – сказал Вестельвеллер, видя, что на глазах девушки появляются слёзы, и нежно коснулся своими губами её лба.

Вириола уткнулась лицом в грудь Вестельвеллеру и, несмотря на его просьбу, расплакалась. Эссельналлат совершенно не знал, что нужно говорить в такой ситуации. Он только перебирал руками её мягкие волосы и ждал, когда она успокоится. Наконец Вириола подняла на него глаза и через силу улыбнулась.

-Не волнуйся, Ветлик, – сказала она. – Ничего страшного, это я так... Я верю в тебя, я верю, что ты победишь. А если надо, я тебе помогу.

-Ты? Спасибо, Вириола, что предложила... Но только ты всё-таки не совсем маг...

-А ты – маг? – спросила Вириола.

Этот вопрос привёл Эссельналлата в замешательство. Действительно, магом он уже давно не был. Но почему-то он всё время об этом забывал.

-Кстати, как ты телепортируешься без жезла? Разве это возможно? – спросила девушка.

-Это очень просто, Вириола. Ведь Альвинг же телепортировался! Поэтому для меня это тоже несложно.

- Ты хочешь сказать, что по силе стал равен Альвингу Великому?

-Ну не совсем, конечно, равен. Про телепортацию я узнал из его же книги. Жаль, что в ней не написано, как уничтожить Ларитана...

-Ты думаешь, Альвинг что-нибудь знал про Ларитана? – спросила Вириола.

-К сожалению, нет, – сказал Вестельвеллер и вздохнул. Над Тальвингом снова стали сгущаться тучи.

Глава 31

Глава 18

Гаршор сидел у окна и читал книгу "800 советов белым магам", которую ему любезно одолжила Вириола. Таким образом он пытался освоить магию Света, чтобы стать белым магом. Сначала он попросил у неё "Самые мощные боевые заклинания", но эта книга была написана Альвингом и так сильно била его этими самыми заклинаниями, чувствуя в нём чёрного мага, что Гаршор решил пока почитать что-нибудь полегче. В Тальвинге Гаршору в принципе жилось неплохо. Его не загружали никакой работой, не мешали заниматься своими делами и даже иногда кормили. Вот только поговорить ему было не с кем. Всякий раз, когда мимо его комнаты кто-то проходил, это был или Карфин, производящий обход дворца, с которым Гаршору не слишком хотелось встречаться, или кто-нибудь из ещё не сбежавших слуг, с которыми Гаршору было не о чем говорить. Больше всего ему хотелось пообщаться с Эссельналлатом – ведь он сам бывший король и, быть может, они смогли бы понять друг друга. От его прежнего презрительного отношения к Вестельвеллеру не осталось и следа. Теперь он для него был героем и примером для подражания. Но Вестельвеллеру теперь почти всегда было некогда. Он или просиживал часами в комнате Вириолы, или гулял вместе с ней по дворцу, или сидел в своей комнате и напряжённо думал, как расправиться с Лаританом. Все эти занятия, несомненно, были очень важными, и Гаршор решил пока его не отвлекать. Ведь от Эссельналлата сейчас зависела судьба всех магов – и Света, и Тьмы.

Меньше всего Гаршору хотелось встречаться с Царём Рока и с Алсаром. Оба они внушали ему одинаково сильный страх. Во-первых, каждый из них мог прикончить его за одну секунду, а во-вторых, оба обладали очень неприятным свойством неожиданно появляться из пустоты. Но если из двух зол выбирать меньшее, то всё-таки лучше было встретиться с Алсаром. Тому, по крайней мере, знакомы чувства милосердия и справедливости. Один раз он уже подарил Гаршору жизнь.

Из настенных часов вылетели семь ярких белых молний. Было уже семь часов вечера, а последний раз Гаршор ел в девять. Что и говорить, Тальвинг теперь не слишком блистал гостеприимством – не то, что в былые времена. Ни Вестельвеллеру, ни Карфину со времени появления Ларитана практически не было дела до того, чтобы поддерживать порядок во дворце. Почти все слуги уже сбежали в горы или в леса, поэтому готовить и разносить еду было некому. Наллаты дошли до того, что стали сами приготовлять себе пищу с помощью магии. Еда, приготовленная таким образом, была гораздо менее вкусной и питательной, но другого выхода не было и приходилось обходиться этим. Некогда богатые и обильные поля и сады Тальвинга давно уже сошли на нет, и природной пищи катастрофически не хватало.

Хотя Гаршор и понимал, что на всех еды не напасёшься и что кормить своего бывшего врага наллаты не обязаны, но так долго голодать он не мог. Положившись на удачу, он дождался, когда за дверью послышались шаги, и вышел в коридор, намереваясь у первого же, кого встретит, спросить, как там насчёт ужина.

Гаршору, как всегда, повезло. В коридоре он чуть не столкнулся лбом с Карфином, который, судя по его высокой скорости, видимо, куда-то спешил. Поскольку коридор был узким, разминуться там было негде, и Карфину волей-неволей пришлось остановиться. Первым порывом Гаршора было вернуться обратно в свою комнату, но перспектива остаться голодным до утра его не устраивала, поэтому он решил рискнуть.

-Добрый вечер, – сказал он. – Если я вас не очень задерживаю, скажите, нельзя ли как-нибудь организовать ужин? А то я, понимаете, не ел ничего уже десять часов...

Карфин взглянул на него так, что в его взгляде ясно читался вопрос: "А Эссель не хочешь?" Но всё-таки он сдержался.

-Может быть, и организую, – ответил он. – Если найду из чего. А пока мне некогда. Отойди! Хотя зачем я...

Окончания фразы Гаршор уже не услышал – Карфин взмахнул жезлом и телепортировался. Через миг он появился в другом конце коридора по ту сторону Гаршора и помчался дальше.

Гаршор вздохнул и поплёлся обратно в комнату. Он лёг на кровать, закрыл глаза и стал ждать. Перед глазами у него надоедливо мелькали бифштекс и пельмени. Хотя на такие блюда Гаршор и не рассчитывал. Тарелка пресной магической каши и кусочек немагического хлеба – вот максимум, на что он мог надеяться. Но сейчас Гаршор был согласен и на это – лишь бы поскорее и побольше! Погруженный в такие мечтания, он задремал.

Очнулся он от того, что на него повеяло жутким холодом. Гаршору почему-то показалось, что он лежит в могиле. Он открыл глаза. Рядом с его кроватью стоял улыбающийся Карфин и держал два блюда. На одном блюде лежал бифштекс, а на другом – пельмени.

Гаршор даже опешил. Во-первых, он ни разу не видел, чтобы Карфин ему улыбался. А потом, как Карфин смог угадать его затаённые желания? И главное, где он взял продукты? Даже если они магические, то это всё равно праздник!

Гаршор хотел со словами благодарности принять из рук Карфина еду, но его рука ухватила пустоту. Не успел он удивиться, как увидел, что Карфин исчез, а рядом с ним стоит Ларитан.

Второй раз при виде Царя Рока Гаршор закричал не менее громко. И крик его был слышен почти по всему Тальвингу. Но Ларитан воздел руку, и крик его сразу оборвался.

"Не зови никого. Тебе никто не поможет. Я предупреждал, что убью тебя, если ты перестанешь злиться и питать меня энергией. Ты нарушил мой запрет и стал белым магом. Поэтому я тебя убью. Умри".

Ларитан воздел руку. Но он на секунду опоздал. Секундой раньше Вестельвеллер почувствовал, что в комнате Гаршора происходит что-то неладное, и с помощью безмагической телепортации перенёсся туда. Смертоносный жест Царя Рока не подействовал.

-Майол сеттель! – услышал Гаршор через пару секунд и увидел, как Эссельналлат тоже поднял руку.

Того, что было дальше, он уже не видел. Он только слышал, как Вестельвеллер выкрикивает приказы, и пытался сильнее зажмурить глаза, чтобы не ослепнуть. Это продолжалось несколько минут.

-Изыди и умри! – услышал Гаршор.

Ослепительно яркая вспышка, раскат грома, и внезапно всё стихло. Гаршор осторожно открыл глаза. Рядом с ним кроме Вестельвеллера никого не было. Ларитан исчез.

Гаршор не сразу нашёл что сказать. Гаршор хорошо помнил как он, повелитель Тьмы, в первый раз встретился с Лаританом в своём дворце. Цепенящий страх до такой степени сжал его разум, что он даже плохо соображал, что происходило, не говоря уже о том, чтобы попытаться дать отпор Царю Рока. А Вестельвеллер, повелитель Света, избавился от него очень легко и быстро, за считанные минуты. Неужели же Свет настолько сильнее Тьмы?

-Ларитан умер? – наконец спросил Гаршор.

-Нет, – ответил Эссельналлат. – Он не может пока умереть, Гаршор. Когда он снова появится, будет последний бой, в котором я уничтожу его или умру. А я совершенно ещё не готов к такому бою. Сейчас я почти полностью лишился силы. Ларитан, правда, тоже, но он-то быстро её вернёт, а вот я... Не знаю.

Вестельвеллер развернулся и направился к двери, намереваясь пройти по длинной лестнице в свой кабинет, но как только он представил его себе, произошла безмагическая телепортация, которую он, видимо, уже хорошо освоил, и через миг рядом с Гаршором было пустое место. Гаршор вздрогнул от неожиданности. Ведь, как он слышал, для телепортации нужен жезл. Или наллаты научились обходиться без него?

Не успел Гаршор это понять, как в комнату вошёл Карфин, неся плошку с магическим рисом и кусок чёрствого хлеба. После взгляда на это блюдо у Гаршора не осталось никаких сомнений – Карфин настоящий.

Карфин бросил на Гаршора неприязненный взгляд, со стуком поставил перед ним плошку с едой, сделал резкий разворот на сто восемьдесят градусов и быстрым шагом вышел из комнаты.

Гаршор с жадностью накинулся на еду. С тех пор, как он разговаривал с Карфином, прошло уже три часа, а после встречи с Лаританом в нём проснулся такой аппетит, что ему захотелось съесть весь Тальвинг. После того, как он несколько насытился, Гаршор откинулся на спинку дивана и стал обдумывать всё, что произошло с ним за этот не слишком счастливый день.

Глава 32

Вестельвеллер со скоростью, близкой к скорости молнии Эссель, метался по комнате, изредка натыкаясь на мебель. Множество противоречивых чувств раздирало его на части. С одной стороны, данная ему после преломления жезла сила иссякла, и помощи было больше неоткуда ждать. Оставалось надеяться только на себя, и Эссельналлату это не слишком нравилось. Он сознавал, что в последнем бою ему никто не в силах будет помочь. Без жезла, которого давно уже не существовало, а также без Карфина и Алсара Вестельвеллер порой чувствовал себя каким-то беспомощным. Но он вспомнил, что победить Ларитана сможет только он сам, и решил, что обойдётся без помощников. С другой стороны, с помощью троекратного Майол сеттель он смог достаточно ослабить Ларитана, чтобы теперь с ним можно было сразиться. Царь Рока познал боль и страх, а Вестельвеллер мало-помалу начал обретать уверенность в себе. Да и Ларитан после того, как он три раза был побеждён, уже не внушал того прежнего парализующего страха. А значит, его всё-таки можно было одолеть. По крайней мере, теоретически.

Долго наслаждаться одиночеством Эссельналлату не дали. Сверкнула белая вспышка, и появился Алсар. Вестельвеллера это и обрадовало, и одновременно удивило. Всё-таки вождь сариллов нечасто появляется без приглашения. Видимо, ему нужно было сказать что-то очень важное.

-Да благословит тебя Свет! – традиционно поприветствовал его Алсар. – Я многое должен сказать тебе, Вестельвеллер. Мне известно, что сегодня ты в последний раз использовал заклинание Высшего Света, и сила Миров покинула тебя. Эта сила может передаваться только избранным, и притом только на определённый срок. Сила Миров очень велика, но она не бесконечна, и на то, чтобы уничтожить Ларитана, её не хватило. Теперь, Вестельвеллер, вся надежда только на тебя. Я долго думал вчера, и долго читал Книги Власти, и понял, что Ларитана можешь убить только ты. Поверь мне, мы, сариллы, владеем даром предвидения. Как бы то ни было, заклятье Миров спало с тебя, и теперь Ларитан сможет убить тебя так же, как и любого другого мага или сарилла. Я просто уверен, что он попробует это сделать очень скоро. Слишком много раз ему это не удавалось, и теперь он не преминет за это отомстить. Ты должен быть готов к встрече с ним уже сейчас, тем более что времени у нас почти нет. Посмотри в окно!

Вестельвеллер подошёл к окну, надеясь увидеть ясное солнечное небо, но, к его великому разочарованию, там опять клубились чёрные тучи. Это означало, что Ларитан опять восстановился.

-И что ты можешь предложить, Алсар? – спросил Вестельвеллер.

-Я? Ничего принципиально нового я предложить не могу. Ты будешь сражаться сам, Вестельвеллер. Пойми, что кроме тебя никто не может теперь сражаться с Царём Рока. Ради тебя я бы сделал всё, что могу, но я ничего не могу. Я скажу тебе только одно: не бойся Ларитана, потому что теперь он по силе стал равен тебе, и в то же время сейчас он гораздо сильнее, чем любой другой маг или сарилл, хотя из этого не следует, что ты сильнее нас всех. Просто теперь вы связаны единой судьбой с Царём Рока. Его можешь уничтожить только ты, а тебя – только он. Ваш поединок будет смертельным, и один из вас умрёт, или умрёте вы оба. Даже я не могу предсказать, чем он кончится. Мой дар предвидения чрезвычайно ослабел в последнее время, и я уже не могу точно предугадывать события. Но ты не думай – то, что я не могу самостоятельно убить Ларитана, ещё не значит, что я не буду присутствовать на поле боя. События могут повернуться как угодно, и быть может, я всё-таки смогу тебе помочь. Мой меч немало стоит в бою!

Алсар выхватил свой меч, и тотчас от вспыхнувшего лезвия ударила такая струя света, что он затопил всю комнату Вестельвеллера. Однако Вестельвеллер заметил, что свет, вызываемый заклинанием Майол сеттель, был несколько ярче.

-Да, это верно, – сказал Алсар, как всегда бесцеремонно прочитавший его мысли. – Сила Миров на порядок выше нашей, силы Хранителей Миров, которая настолько же выше вашей силы. Но поверь, что даже такой свет не нравится Ларитану, сокрушающему миры. Особенно теперь, когда ты с помощью Заклятья Миров существенно уменьшил его силу. Кстати говоря, мечи сариллов ему тоже не особенно нравятся. Если ты заметил, его правая глазница изменила свой цвет после того, как я вонзил туда свой меч. Но, я ещё раз повторяю, убить его я не могу. Это можешь сделать только ты. И я уверен, что ты сделаешь это. Ведь выбора у тебя нет.

Алсар на некоторое время замолчал, а потом спросил:

-Ты не против, Вестельвеллер, если я немного побуду с тобой? Если я настроюсь на твои мысли, то, возможно, смогу узнать что-нибудь о тебе и Ларитане.

-Да пожалуйста, – отозвался Эссельналлат. – Садись в моё кресло, а то ты, наверно, уже устал стоять.

Алсар улыбнулся.

-Сариллы никогда не устают. Но если ты так хочешь...

Мгновенный сполох белого огня – и Алсар появился в кресле. Его крылья почти погасли и стали бледно-розового цвета. Кресло окутало слабое золотое сияние.

-Думай о чём-нибудь одном, – сказал Алсар Вестельвеллеру. – Мне так будет легче настроиться.

-Хорошо.

Вестельвеллер сел за стол и начал думать о Вириоле, потому что о Ларитане ему думать почему-то не хотелось, а других тем для размышлений у него не было. Он представил себе её красивые чёрные глаза, длинные пушистые волосы и нежные розовые губы, на которых всегда сияла улыбка. Потом представил её уютную комнату, где она сейчас жила, и красивое квадратное окошечко с видом на развалины Тальвинга, и маленький столик, стоящий у окна, и его любовный роман, лежащий на столике...

А больше он ничего представить не успел. Внезапно он увидел, что стоит рядом с Вириолой, которая сидит у окна и читает роман. Видимо, на этот раз одного смутного полуосознанного желания было вполне достаточно для безмагической телепортации. На этот раз она сработала как-то невовремя.

Вириола повернулась в сторону Вестельвеллера и, увидев его, улыбнулась.

-Привет, – сказала она.

-Доброе утро, Вириола, – ответил он. – Как твои дела?

-Твой роман я уже почти дочитала, – сказала Вириола. – А других дел у меня, в принципе, и нет. Так что всё хорошо. Не считая, конечно, погоды. – Вириола кивнула на иссиня-чёрные тучи, в просветах которых то и дело сверкали молнии, и оглушительно грохотал гром.

Вестельвеллер тоже посмотрел в окно, и ему показалось, что в призрачном свете молний он на миг увидел Ларитана. Но он так и не успел понять, было ли это на самом деле или ему просто показалось. Дверь открылась, и вошёл Карфин.

-Вот ты где, Вестельвеллер! Я заходил в твой кабинет, но там никого не было, и я решил, что ты здесь.

-Совсем никого не было? А как же Алсар?

-Алсар? – недоумённо спросил Карфин. – А что делал Алсар в твоём кабинете?

-Он спал в моём кресле. Но он, наверно, уже улетел...

-Алсар? Спал? – вконец обалдел Карфин.

-Ну, он не совсем спал... По-моему, он сидел и о чём-то думал.

-О чём?

-Я уже не помню. По-моему, о чём-то заумном, – сказал Вестельвеллер.

-Ну ладно, это неважно, – ответил Карфин. – Я пришёл, чтобы сообщить тебе важную новость. За прошедшую ночь и сегодняшнее утро в Тальвинге, насколько мне известно, Ларитан ни разу ни на кого не нападал. Такое произошло в первый раз с момента его появления, поэтому я решил, что об этом надо сказать тебе. Конечно, это хорошо, что Ларитан никого не убил, но вряд ли он это сделал по доброте душевной. Скорее всего, он замышляет что-нибудь нехорошее. А ты как думаешь, Вестельвеллер?

-А что тут думать? – сказал Вестельвеллер. – Он наверняка готовится к бою. Хотя зачем ему готовиться, ведь он и так сильнее всех.

-Я не верю, что он сильнее всех, – вмешалась Вириола. – По-моему, ты, Ветлик, гораздо его сильнее. Вспомни, сколько уже раз ты заставлял его уходить, и он уходил. Раз он повинуется тебе, не значит ли это, что ты сильнее?

-Понимаешь, Вириола, я изгонял его не своей силой. Трижды я применял заклятие Майол сеттель, и Сила Миров приходила мне на помощь. А сам я ничего не могу сделать.

-Но когда ты спас меня, ты изгнал Ларитана своей силой. Не так ли?

-Тогда, может быть, и своей. Но тогда я очень захотел тебе помочь, и у меня всё как-то само получилось. А смогу ли я это сделать сейчас, я не знаю.

Вестельвеллер взглянул на часы и увидел, что доходит половина десятого. Неожиданно он вспомнил, что он до сих пор не завтракал. Вириола и Карфин тоже, видимо, ещё не завтракали. Карфин никогда не поест, пока не сделает утренний обход дворца и не доложит Вестельвеллеру обо всём, что произошло в Тальвинге, а Вириола не поест, пока ей не принесут еды. Сообразив это, он спросил:

-Карфин, а как насчёт завтрака?

-Сейчас, Вестельвеллер, – отозвался тот. – Из немагического есть только чай с сухарями, а из магического...

-Я не люблю магическое, – сказал Вестельвеллер. - Оно пресное и безвкусное, как вода.

-Я тоже, – поддержала его Вириола. – Обойдёмся чаем и сухарями.

-Сейчас я за ними схожу, – сказал Карфин. – Они в главной дворцовой кухне, стоят на столе.

-Давай я за ними схожу, – вызвался Вестельвеллер. – Я люблю прогуляться по утрам.

Вряд ли поход за сухарями можно было назвать утренней прогулкой. Вестельвеллер сам не понял, зачем он это сказал, но почему-то ему захотелось сходить самому. Он вышел из комнаты и направился в сторону кухни.

В кухне он взял тарелку с сухарями, налил три чашки чая и направился со всем этим обратно. По дороге к комнате Вириолы ему пришлось идти через длинный тёмный коридор. Он неосознанно ускорил шаг, чтобы скорее его миновать. Хотя он и ходил по этому коридору много раз, но сейчас ему почему-то не хотелось здесь задерживаться.

Но он не успел. Молнии за окном внезапно заполыхали каскадами, оглушительный раскат грома потряс Тальвинг до основания, и прямо перед Вестельвеллером из пустоты возник Ларитан.

Раздался звон разбиваемых чашек и приглушённый крик Эссельналлата. Закричал он больше от неожиданности, чем от страха. Хотя слишком неожиданным появление Ларитана тоже трудно было назвать. Давно уже было понятно, что рано или поздно это случится. И всё-таки Вестельвеллер надеялся, что у него ещё есть хоть немного времени. Но Ларитану, видимо, не терпелось разделаться со своим врагом, и он не стал медлить.

Эмоции Вестельвеллера в этот момент были столь сильны, что для телепортации было достаточно одной мысли. Стоило ему представить комнату, где его ожидали Карфин с Вириолой, как он сразу же появился там.

Но Ларитан от него не отстал. Не прошло и секунды, как он появился рядом с ним. Не успели Вириола и Карфин понять, что происходит, как произошла ещё одна телепортация, и между Лаританом и Вестельвеллером появился Алсар. И тут же Эссельналлат услышал омерзительный голос Царя Рока.

"Сегодня мы встретились с тобой в последний раз. Ты слишком сильно мне мешал, и сейчас я тебя убью. А ты, царь сариллов, не пытайся мне помешать, иначе сначала я убью тебя. Отойди, пока я с ним расправлюсь".

Вестельвеллер лихорадочно вслушивался в себя, чтобы определить, есть ли в нём сейчас хоть какая-то сила. Чем больше он вслушивался, тем больше чувствовал, что никакой силы в нём нет и что он беспомощен и беззащитен, как маленький котёнок. А ведь именно на него возлагались самые большие надежды!

Эссельналлат вдруг ясно ощутил, что в этот момент он не может идти в бой. Страх сжал его сердце, а сознание беспомощности угнетало настолько, что ноги его словно приросли к полу. Борьба с собой ни к чему не приводила. Он не находил в себе даже смелости, а в таком состоянии выступать против Ларитана было просто невозможно. Поэтому он стоял на месте и только смотрел.

Неизвестно, какие чувства в этот момент испытывал Алсар. Выражение лица у него было скорбно-отчаянным, а стоял он насмерть. Видно было, что он умрёт, но не отступит. Ярко засверкал огненный клинок, и ослепительно вспыхнули световые крылья. Комнату затопило неистовое белое сияние, и Царь Рока отступил на один шаг назад. Как и предсказывал Алсар, он недолюбливал такой яркий свет.

"Тебе не выстоять против меня, царь сариллов", – услышал Вестельвеллер, и Ларитан поднял правую руку. – "Умри".

Алсар покачнулся, его крылья померкли до розового цвета, меч почти погас. Но он устоял.

-Изыди! – крикнул Алсар. Он высоко поднял свой меч и сделал какой-то особенный жест пальцами.

Из его скрещенных пальцев вылетели два светло-сиреневых луча и вонзились в глазницы Ларитана. Ларитан закричал от боли. Видимо, чувствовать боль он научился навсегда.

"Это – самое мощное оружие сариллов, луч быстрой смерти", – услышал Вестельвеллер в своём сознании мягкий голос, принадлежавший, очевидно, Алсару. – "Но и он здесь немного может сделать. Я бессилен против Ларитана. Всю оставшуюся во мне силу я отдаю тебе, а сам удаляюсь. Прощай!"

В тот же миг Вестельвеллер почувствовал, как его наполняет какая-то энергия, бесконечно чистая и мягкая и одновременно твёрдая, как сталь. Такова была сила сариллов. Эссельналлат жадно впитывал этот поток, но очень быстро он иссяк. Видимо, у Алсара осталось совсем мало силы.

Однако перед уходом с поля битвы он успел нанести Ларитану ещё один запоминающийся удар. Тот не успел ничего сделать. Пылающий меч снова вошёл по рукоять в его неповреждённую глазницу. Страшный крик боли прорезал воздух. Когда меч вышел обратно, обе глазницы стали одинакового тёмно-оранжевого цвета.

Но это был последний удар Алсара. Секунда – и его не стало.

Теперь Вестельвеллера и Ларитана уже ничто не разделяло, и Ларитан это использовал.

"Умри".

Страшная судорога скрутила тело Вестельвеллера. Он закричал и потерял сознание.

Карфин был умелым бойцом и искусным магом. Он одновременно наложил на умирающего Вестельвеллера высшее исцеляющее заклятье и выхватил из ножен небольшой чёрно-золотой меч. Быстро, скорее даже, чем Ларитан успел поднять руку, он прошептал несколько слов и ударил мечом по его руке.

Вириола, про которую все забыли и которая от ужаса тоже почти лишилась сознания, не слишком хорошо понимала, что происходит. Но одно она поняла точно: от меча Алсара Ларитан так не кричал. Казалось, что по его телу тоже прошла судорога. Ещё один удар – такой же крик и такая же судорога. Вириола уже стала надеяться, что Карфин сейчас убьёт Царя Рока, но этого не случилось. Они бились больше десяти минут, и Карфин изо всех сил разил Ларитана мечом, но убить его, казалось, было невозможно. Рука Царя Рока с силой ударила по мечу, и тот раскололся надвое. Карфин со стоном упал на пол и затих.

С трудом пришедший в себя Вестельвеллер смотрел на битву Карфина с Лаританом. Он медленно встал на ноги. Голова кружилась, перед глазами у него мелькали два Ларитана и два Карфина, по лицу, хотя его никто не касался оружием, текла кровь. Злость нарастала в нём с каждой секундой. Царь Рока уже сокрушил Алсара и теперь пытался убить Карфина. Ненависть к Ларитану поднималась волной, вскипала, захлёстывала душу и разум. Как только Карфин упал, Вестельвеллер бросился вперёд. Он уже не соображал, что он делает. Он не надеялся убить Ларитана. Но ему было уже нечего терять. Ни ему, ни Тальвингу, ни всему этому миру. Поэтому Эссельналлат не рассуждал. Он просто подошёл к Ларитану и поднял руку. По комнате прогремел гулкий раскат, и в стену ударила вылетевшая из руки Вестельвеллера ветвистая молния. До него не сразу дошло, что в таком виде выходит его СОБСТВЕННАЯ сила. Хотя молния и не задела Ларитана, страх, видимо, вновь пробудился в нём и заставил Царя Рока отступить к самой двери.

Вторая молния... Третья... Четвёртая... Теперь все они летели точно в цель. Они не имели ничего общего с магией и поэтому прожигали насквозь бесплотное тело Ларитана, причиняя ему невыразимую боль.

Но вскоре поток молний иссяк. Когда это случилось, все стены в комнате Вириолы были разбиты на осколки, а потолок держался одним только строительным заклятьем. Вестельвеллер судорожно втягивал в себя воздух. Жизненная сила выходила из него, и с каждой секундой он ослабевал.

"Сейчас ты умрёшь", – услышал он голос Ларитана. – "Я долго ждал этого часа и наконец дождался. Теперь меня никто не может остановить. Я поборол тебя и сокрушил ваш мир. После твоей смерти я стану всесильным и неуязвимым ни для какого оружия. Но я и сейчас неуязвим, потому что нельзя убить неживого".

Он воздел руку. Вестельвеллер почувствовал, что умирает. И тут ему в голову пришла отчаянная мысль.

"Умри", – услышал он.

Сознание его почти выключилось. И последние его слова были:

"Я умру. Но я отдаю тебе свою жизнь. Стань живым!"

Последняя сила и последняя капля жизни вышла из Эссельналлата. Яркая голубая вспышка на миг осветила весь дворец. Громкий крик Ларитана прорезал тишину. Гроза, висевшая над Тальвингом, внезапно заполыхала так, что за несколько секунд молниями было сожжено более половины всех построек, которые в то время ещё оставались в Тальвинге. Но уже через миг яркий солнечный свет наполнил крепость наллатов. Гроза развеялась мгновенно, и выглянуло солнце, которого маги не видели уже семь месяцев.

Но Вириола не заметила этого. Всё её внимание было устремлено на человека, который стоял перед ней. У него были чёрно-пепельные волосы и полные ненависти бездонные страшные глаза. Его лицо искривляла гримаса бешеной злобы. Он несколько секунд просто стоял и смотрел на Вириолу, а потом поднял с пола нижнюю часть разбитого меча и бросился на девушку.

- Я убью тебя за то, что он сделал!!! – крикнул он.

Вириола даже не успела ничего подумать. Неожиданно её рука сама нащупала золотой жезл Карфина, который отлетел в сторону, когда тот упал. Она заслонилась им от меча и одновременно попыталась вспомнить хоть какое-нибудь заклинание. На длинные заклинания у неё времени уже не было, поэтому она произнесла самое короткое, которое смогла вспомнить:

-Эссель!

Это было первое в жизни наллатское заклинание, которое произнесла Вириола. Она пока ещё не была наллатом и не достигла пятнадцатой ступени, начиная с которой можно применять Эссель. Плюс к тому, она уже не помнила, как правильно применять это заклинание, что нужно думать и куда мысленно направлять молнии. Она просто видела приближающегося Ларитана, и ей очень захотелось, чтобы молнии ударили в его голову.

Ларитан не успел ничего сказать и не успел ударить Вириолу мечом. Он даже не успел закричать. Он просто растаял, обратившись в дымящуюся чёрную массу. Меч Карфина сверкающей лужицей растёкся по полу.

Дворец Тальвинга задрожал и рассыпался на отдельные камни. Вириола лишилась чувств.

Глава 33

Глава 20

Сначала не было совсем ничего. А потом где-то вдали забрезжил белый свет. Тьма понемногу рассеивалась, свет становился всё ярче. Затем всё заполнили вода и воздух. Пустоты больше не было. Потом они завертелись, смешиваясь, и понеслись куда-то вдаль.

Темнота отступила. И раздался голос:

"Вестельвеллер!"

Он хотел посмотреть, кто это говорит, но не смог. Его не было, и он не мог смотреть. Он видел лишь море света и море воды. Вода ярко искрилась и всё время куда-то текла. Небо было чистым и прозрачным.

"Вестельвеллер!"

"Что со мной?"

"Ничего страшного. Ты не существуешь. Ты отдал Ларитану свою жизнь, и она покинула тебя. Ларитан погиб. Ты выполнил то, о чём я просила. Ваш мир спасён".

"Я умер?"

"Разумеется. Ты умер, но ты ещё не должен умереть. Случилось невозможное. Ларитан пресёк твою судьбу. Но Круги Судеб не могут не исполняться. Ларитан умер, и жизнь твоя теперь свободна. Я возвращаю её тебе".

Воды накрыли его с головой. Он долго летел сквозь них. Сверху он увидел себя. А потом движение кончилось, и он открыл глаза.

Он лежал где-то, он ещё не мог понять где. Над ним плыли облака. Светлый голос снова прозвучал у него в сознании:

"Вестельвеллер! Я снова дарю тебе жизнь и возвращаю тебе всю твою силу. Также я возвращаю тебе твой жезл. Я восстановила его из обломков. Ты победил Ларитана, и теперь тебе предстоит заново отстраивать Тальвинг. Я буду помогать тебе во всём, но пока ты жив, мы больше не увидимся. Прощай, мой хороший".

Эссельналлат погрузился в сладостное небытие, а когда он открыл глаза, то первое, что он увидел, было лицо Вириолы.

-Ты жив? – спросила она, крепко обнимая его и целуя в губы. – Я так переживала! Когда я убила Ларитана, смотрю, ты совсем не шевелишься. Кажется, у меня даже обморок был. А потом очнулась, а дворца больше нет, и солнце светит, и Карфин из-под обломков вылазит...

-Подожди, подожди, – сказал Вестельвеллер, поднимаясь на ноги. – Ларитан умер, я знаю. А Карфин разве жив?

-Жив. Он давно уже очнулся. Сначала он хотел сделать обход дворца, но потом увидел, что обходить больше нечего, и успокоился. Он собрал где-то всех наллатов и объясняет им сложившуюся ситуацию. А ещё он долго искал тебя, но не нашёл и, наверно, решил, что ты погиб. Во всяком случае, лицо у него стало очень мрачным. А я всё равно верила, что ты жив. И я тебя нашла...

Вестельвеллер обнял Вириолу, и они долго-долго стояли, глядя, как над лежащим в руинах Тальвингом проплывают пушистые облака. Они ни о чём не думали. Они радовались чистому небу, и яркому солнцу, и тому, что они вместе.

Внезапно Эссельналлат вспомнил про свой жезл. Как он ни напрягал свою память, он так и не смог вспомнить, куда он дел обломки. То ли он положил их в стол, то ли под кровать, то ли ещё куда-нибудь. Но в том, что он их не выкинул, он был почти уверен. Он уже хотел поискать по всему дворцу, но как только посмотрел в его сторону, стразу понял, что там уже невозможно ничего найти. Так что же делать? Чтобы произвести раскопки без магии, понадобилось бы не меньше года. А жезлов почти ни у кого из наллатов давно уже не осталось, и жезл Эссельналлата сейчас бы очень сильно не помешал.

Вестельвеллер долго думал, а потом решил посоветоваться с Карфином. Но такового нужно было ещё найти. Чтобы не обегать весь Тальвинг в его поисках, Эссельналлат решил сделать проще. Он просто вообразил себе Карфина и сделал привычное волевое усилие. Спустя секунду он увидел перед собой огромную толпу магов. Рядом с ним стоял Карфин и, видимо, держал речь.

Как только появился Вестельвеллер, сразу воцарилась мёртвая тишина. Она была следствием того, что пару минут назад Карфин всем объявил о гибели Эссельналлата. К тому же появление из воздуха мага без жезла тоже не было совсем обычным явлением среди наллатов. Вестельвеллер сделал шаг вперёд и произнёс:

-Наллаты! Тальвинг пережил самые чёрные времена своей истории, и теперь, после смерти Ларитана, в наш мир снова возвращается жизнь. Все вы, стоящие здесь, достойно пережили все трудности и невзгоды, не сломались духом и не покорились страху. Поверьте, я этого не забуду. Все те, кто трусливо бежал из Тальвинга, к счастью, таких немного, наллатами больше не считаются. Нам предстоит очень большая работа, ибо Ларитан разрушил всё, что смог, и теперь многое нужно восстанавливать. Но с этой работой мы справимся. Я верю в вас!

-Да здравствует Вестельвеллер Эссельналлат! – грянуло на весь Тальвинг. Не только наллаты, но и простые маги подхватили этот крик, потому что Вестельвеллера любили все. Слишком велики были его заслуги перед Тальвингом и перед народом.

А Эссельналлат, закончив речь, подошёл к Карфину и спросил:

-Карфин, можно тебя на минутку?

Карфин кивнул и создал вокруг них двоих магическую звуконепроницаемую завесу.

-Что случилось? – спросил он.

-Карфин, ты помнишь, как я сломал свой жезл?

-Ну да. И что?

-Мне очень хотелось бы теперь его найти.

-Он оставался во дворце?

-Да. Кажется, в моей комнате.

Карфин покачал головой.

-Это невозможно. Где-нибудь через год мы, возможно, и разгребём всю эту кучу камней, но не раньше. И не факт, что мы его найдём. Знаешь, сколько там теперь всяких разломанных досок?

-И что же, ничего нельзя сделать?

-К сожалению, нет. Извлечь обломки из-под такого завала – почти безнадёжная затея. Вот если бы жезл был целый, тогда другое дело. Он сам телепортируется в руку хозяину. Нужно только произнести одно слово, и он появится.

-Какое слово? - спросил Вестельвеллер.

Карфин удивлённо на него посмотрел.

-Зачем тебе? Для каждого жезла своё заклинание, я могу и не вспомнить. Но для твоего... кажется, "Альран".

-Спасибо, Карфин, – сказал Эссельналлат. – Альран! – крикнул он громко.

Секунда – и в его руке появился белый с синими камнями жезл. Сначала Карфин даже не поверил, что это тот самый жезл. Но если внешне и можно было его подделать, не могло быть так, чтобы на одно и то же заклинание отзывались разные жезлы. Следовательно, это действительно был жезл Альвинга Великого, жезл повелителя Света.

Карфин смотрел на него расширенными глазами. Он прекрасно знал, что магические предметы никогда не восстанавливаются.

-Как ты смог сделать это? – спросил Карфин.

-Очень просто. Ты же сам сказал мне заклинание перемещения.

-Но он же был сломан!

-Значит, он восстановился. Ларитан исчез, и всё вернулось на круги своя, стало так, как было раньше. – Он посмотрел на руины Тальвинга и добавил:

-Почти всё...

Внезапно Вестельвеллер вспомнил про схватку с Лаританом. Эссельналлат заметил, что перед тем как ударить его мечом, Карфин прошептал какие-то слова. В тот момент он не придал этому особого значения, но сейчас его очень заинтересовало, какое заклятие он наложил на меч, если Царь Рока кричал от его ударов сильнее, чем от ударов Алсара. Ведь на Ларитана не действует никакая магия!

Когда он спросил об этом Карфина, тот усмехнулся и сказал:

-Магия на него и правда не действует. Но в одной книге, которую я недавно прочитал, я нашёл особенное заклинание-молитву, которым можно благословлять кого и что угодно. Когда я благословил им свой меч, Ларитану это не понравилось.

Эссельналлат улыбнулся. Всё-таки, что ни говори, а по мудрости и по начитанности он сильно отставал от Карфина. Но это нисколько не мешало ему быть Эссельналлатом. Ведь мудрый Карфин не смог справиться с Лаританом.

Наллаты тем временем уже разошлись. Неожиданно Вестельвеллер вспомнил об оставленной им Вириоле. Конечно, он мог теперь телепортироваться безо всякого жезла, но ему захотелось его испробовать. Он произнёс заклинание перемещения и появился рядом с девушкой.

-Привет. Где ты был? – спросила она.

-Я нашёл свой жезл, – сказал Вестельвеллер.

-Это хорошо, – сказала Вириола, и её нежным поцелуем завершился этот поистине счастливый для всех день.

Глава 34

Глава 21

...Восстановление Тальвинга шло полным ходом. Бригада опытных магов-каменщиков под предводительством Гаршора быстро возводила здание за зданием. Карфин с трудом успевал везде бегать и раздавать всем указания. Вестельвеллер сидел в почти достроенном дворце в своей новой комнате. Перед ним лежала книга. Но это был не любовный роман – его сейчас читала Вириола. Правитель Тальвинга наконец-то взял у Карфина несколько книг по высшей магии.

Но он смотрел не в книгу, а в окно, где маг-садовник обрабатывал наскоро разбитый рядом с дворцом сад. Всё-таки не любил он точную магию.

Доргрод присоединился к Тальвингу. Его правителем с лёгкой руки Эссельналлата стал Гатрод, потому что тот, как рассудил Вестельвеллер, уже имел опыт общения с тёмными магами. Каршингам вместо шаров выдали наллатские жезлы и стали обучать простейшим светлым заклятьям. Тем, кто не хотел менять чёрную магию на белую, запрещали приходить в Тальвинг и изымали (у кого они остались) чёрные шары.

Но большинство магов всё-таки совершили переход на светлую сторону и стали подданными Светлой Короны (а следовательно, Вестельвеллера, который в то время фактически стал повелителем всего магического мира).

Вестельвеллер в последнее время почти всё время думал о предстоящей свадьбе с Вириолой. Хотя они ещё и не обсуждали этот вопрос, но всем наллатам было понятно, что это всё равно рано или поздно случится. Никто и не был против. Лучшей пары для Эссельналлата просто не существовало. Вестельвеллер часто замечал, что они с Вириолой понимают друг друга практически с полуслова. Да и Карфин уже потихоньку готовил всё к свадьбе. Он прекрасно умел угадывать все мысли и намерения своего повелителя.

Сариллы, количество которых, правда, заметно уменьшилось, во всём помогали Вестельвеллеру. Они расколдовали все подземелья Доргрода, и в один прекрасный день Алсар объявил ему о том, что Доргрод превращён в резиденцию Эссельналлата. Про кодоров, которые обитали в подземельях, он ничего не сообщил. Но и так было понятно, что им не повезло.

Вестельвеллер встал, взял свой жезл и телепортировался к Вириоле. Она его не заметила. Когда он подошёл поближе, он увидел, что она, так же как и он минуту назад, смотрит на плывущие в небе облака. Рядом с ней лежал дочитанный любовный роман.