Проклятие вечной жизни

Глава 1

В частном секторе мрачного постсоветского города жила молодая ведьма Аля. Молодая исключительно по ведьминским меркам. Сто тридцать четыре года для людей было недостижимой цифрой. Однако по человеческим расценкам на вид ей можно было дать от силы тридцать пять. Многие считали способности девушки даром и передавшейся от бабушки магической силой. Однако сама Аля воспринимала это как проклятие. Мало того, что родилась девушка у самой простой, не наделённой сверхсилами и магическим долголетием матери-одиночки, которая довольно быстро ушла из жизни, так ещё и способности ей достались довольно специфические – повелевание механизмами на пару с бессмертием.

В детстве маленькой Але было весело играться с простыми заговорами и щелчками пальцев, которые могли внезапно завести неисправную машину и устранить все её неполадки, оставляя владельца долго торчать у капота и чесать репу от удивления. Также девочке не составляло труда чинить часы и другие механические приборы разных сложностей и возрастов всем знакомым и родственникам. Но, повзрослев, Аля поняла, что это ей стало неинтересно. Ведьма хотела варить, гадать или колдовать, но её магические навыки были совершенно бесполезны для этих целей.

Наверное, Аля была единственной на планете ведьмой, которая ненавидела ею быть. Она была готова отдать всё за то, чтобы стать обычным человеком без магии и суперсил, потому что её ненужные способности обходились ей слишком дорого – ценой проклятия вечной жизни, которое каждый раз делало на сердце Али всё более глубокие раны. Она потеряла на фронте Первой Мировой своего первого мужа, похоронила мать и пережила на полвека второго супруга; даже любимый единственный сын слёг в могилу чахлым стариком пару лет назад.

Чтобы хоть как-то скрасить мрачную жизнь в не менее мрачном городе, Аля призвала себе фамильяра. Но и тут всё вышло боком. Вместо какого-нибудь милого или полезного зверька ей досталось странное человекоподобное существо по имени Вал, говорящее голосом робота через рот не то клоунской, не то сатанинской маски вместо лица. И был Вал совершенно невыносим: поселился в гараже и начал творить там разные непонятные вещи с оставшейся от умершего сына старой Волгой.

В какой-то момент терпеть всё это стало просто невыносимо, и Аля поняла, что ей необходим психолог. Но кто будет серьёзно слушать страдания молодой сто тридцати летней девушки, которой тяжело живётся из-за магии? Только другая ведьма.

Так Аля собралась к бабушке. Девушка выперла из гаража Вала, который в очередной раз издевался над какими-то деталями многоцилиндровых моторов и коробок передач, а затем выехала на Волге в свет. За прошедшие десятилетия краска побледнела, а по кузову в разных местах потянулся ржавый узор. Однако двигатель и все остальные узлы работали совсем не так, как когда-то у сына. Мотор стал звучать громче и мощнее, словно в него добавили лишний табун лошадиных сил, а передачи переключать не надо было. Наверное, фамильяр постарался. Передвижение на Волге стало гораздо комфортнее, но даже так путь до бабушки занял целый час.

– Привет, девочка моя. Что-то ты совсем редко меня стала навещать, – поздоровалась бабушка и запустила Алю в дом.

– Привет, бабуль. Потому что плохо мне. – сказала в ответ Аля. – Вот скажи, за что мне всё это? – девушка развались в кресле и силой мысли начала сводить с ума настольные часы, пока те не рассыпались на кучку шестерёнок. – А за что мне это? – Аля швырнула на стол своё свидетельство о рождении, на котором красовался 1890 год.

– Такова жизнь ведьмы. Все мы долгожительницы. Мне уже четыреста два года, если ты не помнишь.

– Но ведь я не долгожительница, я бессмертна. Это просто невыносимо.

– Каждая ведьма платит за свои способности проклятием. К примеру, моя плата за все колдовства – бесплодие. Но ничего, живу с этим и не жалуюсь. Даже маму твою родить смогла.

– Бесплодие… Родить… А как? – не поняла Аля.

– Есть особый ритуал магического зачатия ребёнка. Но колдуны с ведьмами им обычно не пользуются из-за закона двойной магии. – ответила бабушка. Аля непонимающе на неё посмотрела. – Это Как минус на минус в математике. В семье мага зачатый магией ребёнок не будет иметь никаких способностей.

– Так вот почему в нашем ведьмином роду мама была простым человеком, – поняла вдруг Аля.

– Так что видишь, проклятия – это не так плохо, как кажется.

– Но бессмертие…

– Ты не поверишь, насколько это интересно – родиться в эпоху охоты на ведьм и пугать бессильную против настоящих колдунов церковь, застать создание и распад двух держав… И многое другое.

– Российской империи и Советского Союза? – уточнила Аля.

– Именно. – подтвердила бабушка.

– Но у меня мрачная серая жизнь в таком же сером мрачном городе в наискучнейшем времени.

– Душечка, у тебя всё впереди. Просто нужно принять, что с нашим долголетием и бессмертием жизнью надо наслаждаться по-другому. Людские развлечения и заботы для нас слишком мимолётны. Я на своём опыте поняла, что лучшие друг, помощник и развлечение ведьмы – это её магия и фамильяр. – добавила она. – Хотя я за четыре века довольно устала и от жизни, и от магии. И, наверное, долго не протяну уже, – подумала бабушка но предпочла не говорить об этом Але. Девушке в первую очередь нужна сейчас поддержка.

– Баб, плохой совет. Ты же знаешь, что до фонаря мне свои способности. – Аля вновь взялась за злосчастные часы на столе. Теперь они собрались обратно и начали тикать. – И фамильяр у тебя нормальный – чёрный говорящий кот. Он тебе и поможет, и подскажет, и поласкать его можно для успокоения.

– Мя-а-у, – сказал кот человеческим голосом и запрыгнул на колени бабушки.

– А у меня что? Долбанутый механик-шизоид в непонятной маске. Ещё и странно разговаривает. Такой же бесполезный как мои способности.

– Фамильяры не бывают бесполезными, внученька. Они призваны помогать нам. И у каждой ведьмы есть свой фамильяр. У меня это почти обычный кот, потому что я сильная ведьма, и мне не нужен серьёзный помощник. И твой фамильяр не просто так имеет такой странный вид и повадки. Возможно силы свыше послали именно его, потому что только он способен идеально тебе помогать. Не игнорируй его и не ссорься с ним.

– И всё же ты ошибаешься. Мой главный друг и помощник – это ты. Мне было необходимо выговориться кому-то, и только ты понимаешь меня, как никто другой. Спасибо, бабушка, – Аля крепко обняла бабушку.

– Ой моя хорошая! – слова Али растрогали пожилую ведьму.

– А теперь я, наверное, пойду. Надо обдумать всё, о чём мы говорили.

– Конечно, милочка. Но ты заходи почаще порадовать бабушку.

– Обязательно. Пока.

Аля вышла к машине и поехала домой, где Вал снова мастерил в гараже какую-то ересь. Когда девушка вернула в гараж Волгу, фамильяр переключился на неё.

– Шизанутый чудила, – в очередной раз подумала ведьма и вошла в дом. Она присела на диван и ушла в раздумья.

– Жизнью надо наслаждаться по-другому. Людские развлечения и заботы для нас слишком мимолётны. – крутились в голове слова бабушки. Но легче Але от этого не становилось. Из-за матери у неё было человеческое воспитание, человеческий образ жизни, человеческие развлечения. Наверное, впервые в жизни Аля нехорошо подумала о маме. Но больше всего девушка винила во всём себя. Аля сама старалась отстраняться от бабушки-колдуньи. И это было её главной ошибкой. Она жила как человек и не училась жить как ведьма, а теперь имеет то, что имеет.

Аля поднялась с дивана и встала перед зеркалом. По человеческим меркам она выглядела лет на тридцать. А чем занимаются люди в этом возрасте? Ходят на дискотеки? Но Аля этим занималась во времена двух революций и Советского Союза, а сейчас совершенно не хочет посещать ночные клубы. Заводят семью? Но у девушки уже было два мужа и один сын. Терпеть очередные потери Аля не желала.

– Людские заботы, действительно, слишком скоротечны, – поняла она и отправилась на поиски чего-то нового, чего-то способного доставить радость в вечной жизни. Девушка прошла из дома в гараж, вновь отобрала у фамильяра Волгу и отправилась кататься.

Несколько дней ведьма бороздила просторы города и окрестностей, пытаясь обрести счастье, но ничего не доставляло удовольствия. Всё было пройдено и пережито не один раз. Погружённая в эти мысли Аля приехала в уютный тихий сквер с маленьким прудом и рыбками. Наблюдая за их плавными движениями, она задумалась о будущем.

– Можно дожить до конца 21 века и посмотреть, что будет там, в две тысячи семидесятых, например. Нет, это слишком нескоро… У меня не хватит терпения…

Вдруг к ногам девушки прибился крупный чёрный кот. Он немного покрутился, а потом запрыгнул на колени. В его мурлыкании отчётливо угадывались человеческие слова.

– Я от бабушки. Она покинула этот мир, – сказал кот и убежал.

– За что?! За что мне это?!! Я не хочу больше жить! – зарыдала Аля.

Вдруг на скамейке материализовался фамильяр.

– Что случилось? Я никогда не видел, чтобы ты орала громче прогоревшего выхлопа на двигателе V-8. – спросил в своей манере Вал.

– Я не хочу больше жить. Этот мир слишком жесток. У меня больше никого не осталось. Даже бабушка, которая была единственным понимающим меня человеком, взяла да померла. – постоянно всхлипывая и вытирая слёзы проговорила Аля. – А я бессмертна! – она вновь заплакала. – Я больше не вытерплю боли от потери близких мне людей и страданий, которые доставляет мне этот мир. Убей меня!

– Я тебя убить не могу, потому что умереть у меня способна только Волга.

– А как мне можно умереть?

– Можно через обряд условного бессмертия. Это когда ты в какое-то говно делаешь свап своей смерти.

– Ничего не понимаю, – всхлипнула Аля.

– Можно быть как Кощей Бессмертный. Смерть в игле, игла в карбюраторе. Или как его там. Не помню.

– А ты можешь такое сделать?

– Если обозначить задачей вписание твоей смерти в гниение Волги, то обряд имеет право на существование. – ответил Вал. – Когда эта не-машина сгниёт и развалится, в твоём теле перестанет течь жизнь, – он указал на Волгу Али.

– Но ведь она почти как новая, ей ещё ездить и ездить, – девушка подошла к Волге и похлопала её по капоту.

– Я над этим долго колдовал. Но на самом деле Волга никогда не станет машиной. – приложив гаечный ключ к машине, Вал снял с неё все чары, и перед ним предстала проржавевшая насквозь страшная Волга с отслаивающейся краской и отгнившими рессорами.

– Оу, – вырвалось у Али.

Фамильяр залез под капот Волги и сменил выбитый на машине серийный номер на паспортные данные Али. В сердце ведьмы что-то больно кольнуло.

– Дело сделано. Доброго вам здравствуйте, – сказал Вал и исчез. Але только и оставалось, как сесть в некрасиво преобразившуюся Волгу и уехать прочь из сквера.

Стоило ведьме тронуться с места, как в сердце снова больно закололо, на этот раз дольше. Когда всё прошло, девушка заметила, что цифры на одометре застыли и стали напоминать год, месяц и число.

Але от такого поворота событий стало не по себе. Машина теперь стала пугать её. Испытывая самые странные чувства, девушка доехала до дома и бросила Волгу у гаража, пока в один ветреный июльский день та окончательно и бесповоротно не сгнила. Кузов рассыпался на пыль из оксидов железа и развеялся по ветру как прах усопшего. В тот же миг сердце ведьмы остановилось, и девушка упала замертво в своей гостиной.

***

Где-то недалеко от рая, у ворот с белой звездой внутри чёрного треугольника, появилась машина Али. Новая, будто только сошедшая с завода, без водителя за рулём, она проехала через них и обрела вечный покой в царстве умерших Волг. Вслед за автомобилем в ворота вошёл Бог этого места. Вал проследовал в странное, стилизованное под элементы автомобильных запчастей, здание с вывеской «Администрация Боярска» на входе и монументом стремительного оленя на крыше. Он поднялся на последний этаж и вошёл в кабинет с панорамной стеной. Оттуда открывался вид на прекрасный городок без реагентов и агрессивной среды, по дорогам которого передвигались новые Волги и РАФики разных цветов. Когда на въезде в городе появилась Волга двадцать четвёртой модели, с которой Вал встречался у ворот, безликое божество плюхнулось в большое офисное кресло и шумно выдохнуло:

– Моя миссия на Земле выполнена.