Праздничный (не)подарок

Глава 1

В новом мире Майя с удивлением узнала об отсутствии Нового года, как у неё дома. Тут были свои праздники, даже был снег, но летоисчисление шло от первого весеннего дня, а сам факт смены числа года не выделяли. Были те, что связаны с временами года, какие-то с традициями каждого проживающего тут народа, но они были другими. Но после праздника Урожая, проводимого осенью, дальше шли только государственные или народные мероприятия, до самой весны.

Майе бы спросить, почему, но она и так понимала. Даже если вспомнить её родной мир, Новый год праздновался не всегда зимой. А тут просто не было принято чего-то подобного. Майя не была такой уж поклонницей Нового года, но спустя пару лет после своего переселения, она неожиданно вспомнила и про праздник, и про то, что дома порой было весело. Она даже посадила в саду ёлку, но в тот год дальше этого действия больше ничего не было. И мужья не знали, что же так волнует их супругу каждую зиму.

— Дорогая, ну что с тобой такое? — Шарис умудрился выхватить супругу в коридоре, будучи с хвостом, потому сразу же оплёл её ноги, не давая сбежать от разговора. — Я же вижу, что тебя что-то гложет. Как снег первый выпал, так ты вся потерянная ходишь. Надоела зима? Хочешь переехать куда-нибудь в более тёплое местечко? На моей родине снега почти не бывает, хочешь туда скатать?

Майя не ожидала такого предложения. И ещё меньше думала, что от таких простых слов на глазах выступят слёзы. Она прижалась к груди нага, и тот нежно обнял её, позволяя выплакаться. Шарис чувствовал, что это не истерика, а скопившееся напряжение, которое надо просто пережить, уже потом решать саму проблему. Потому стоило Майе успокоиться, он быстренько обратил хвост в ноги, подхватил супругу на руки и уверенным шагом направился в сторону кухни. Там он усадил жену на стул, быстро организовал ей горячее какао, чем снова вызвал непрошеные слёзы.

— Змейка моя нежная, ну что случилось? Кто-то из мужей обидел? Скажи, я найду кому пожаловаться, чтобы обидчика хорошо отмутузили. Говори, пока я не начал тебя пытать, — Шарис улыбнулся, а после показал Майе раздвоенный язык, намекая, как именно собирается её пытать.

— А ты не будешь этим заниматься? — прищурилась Майя.

— Зачем? Придушу ещё случайно, рёбра переломаю, ты же потом их выхаживать будешь. Я лучше рядом с тобой постою, в шейку подую, — хитро сказал наг, но потом внимательно посмотрел на жену. — Я жду ответа.

— Скучаю по дому, — призналась Майя. — Точнее, по празднику.

— Какому? — тут же навострил уши наг.

— Новый год, — с тяжёлым вздохом сказала Майя.

— Это что за праздник такой? — напрягся Шарис. — Не, летоисчисление должно быть, но при чём тут праздник. И почему ты сейчас про него вспомнила?

— Это у вас год с первого дня весны отсчитывается, а у нас праздник зимой был, — пояснила Майя.

— Первый день зимы? У нас он есть, Белым днём только зовётся. Ну ты же знаешь, — развёл руками Шарис, недавно с супругой они ходили на ярмарку гулять как раз в Белый День.

— Нет, у нас Новый год был не в первый день зимы, а… Вот как тебе объяснить? — Майя нахмурилась, ведь местный календарь и из её мира были различны.

— Ты начни, а мы дальше разберёмся, — наг мягко улыбнулся и накрыл своей ладонью руку жены.

— Понимаешь, в моём мире год делили на двенадцать месяцев, а не как у вас, пятнадцать. Четыре сезона, по три месяца. И Новый год отмечался в ночь с последнего дня первого месяца зимы на первый день второго месяца.

— Этот день был особенным? — уточнил Шарис.

— Э… Не знаю, — растерянно сказала Майя. — Нет, когда-то у нас Новый год в другое время отмечали, но это уже не важно. Просто этот праздник был… сказкой. Вначале ты ребёнок, получаешь подарки, видишь доброго сказочного дедушку, которому читаешь стишки, говоришь, что была хорошей девочкой весь год, слушалась родителей. Потом растёшь, понимаешь, что Деда Мороза не существует, но ощущение праздника никуда не девается. Просто раньше праздник делали тебе, а потом и ты уже его можешь делать кому-то. Но всегда это было символом сказки и надежды, веры в то, что теперь всё будет по-другому, лучше. Всё старое и плохое оставлялось предыдущему году, чтобы оно не мешало в новой жизни.

— И ты скучаешь по своему Новому году? — понимающе спросил Шарис.

— Угу, — выдавила из себя Майя, стараясь снова не пустить слезу. — Это странно. Я не особо хорошо помню свой мир, много уже забылось, стёрлось, но ощущение сказки, которое ждёшь, вера в лучшее — это осталось. И этого, оказывается, так не хватает.

— Так что нам мешает отметить это праздник? — Шарис обворожительно улыбнулся. — Там же не требуются жертвоприношения или ещё что-то настолько глобальное?

Майя хихикнула и слегка ударила кулаком в плечо нага.

— Какая же это сказка с жертвоприношениями? — усмехнулась девушка.

— Так, ясно, надо будет дать тебе сказки нагов почитать. Но попозже. Пока давай, рассказывай про свой праздник.

Майя смутилась. Почему-то сейчас ей показалось глупостью её странное желание отметить праздник, который она уже не слишком хорошо помнила. А вдруг она сейчас что-то придумывать будет, потому что в реальности этого не было. Это же обман? Она не хотела никого обманывать. Но наг был непреклонен. Видя, что супруга не торопится делиться знаниями, он стал нежно наглаживать её ладонь, при этом движения были лёгкими, мимолётными, но будившими в теле те самые желания, что заканчивались страстью. Майя попыталась отдёрнуть руку, зная, что наг способен был её возбудить даже такими прикосновениями, но ей не позволили. Тогда она смирилась и решила немного рассказать.

— Незадолго до праздника у нас в доме было принято ставить ёлку, украшать ей игрушками, блестящими вещами, безопасными огнями, а под ёлку складывали подарки, от Деда Мороза, — начала Майя, и постепенно её смущённый и тихий голос набирал силу. — Помещения у нас тоже украшаются чем-то ярким и блестящим. Дети часто вырезают снежинки, да и взрослые этим занимались. На окнах рисовали узоры зубной пастой.

— Чем? — чуть не подавился от неожиданного признания наг.

— Пастой, — смутилась Майя. — Ну, она же белая, ею можно рисовать, она хорошо застывает. И в то же время её можно отмыть потом. На улицах тоже порой украшались ёлки. Если это было в больших городах, то там на какой-нибудь площади ставили такую большую ёлку, чтобы её можно было увидеть издали. Тот, кто жил в своём доме, мог поставить ёлку во дворе, а то и посадить, чтобы не спиливать каждый год новую.

— Спиливать?

— Ну, представь: большой город, и каждый хочет себе ёлку в дом. Её же не посадишь в маленькой комнате, вот и спиливают, приносят, потом выкидывают.

— А что потом? — продолжил допрос Шарис.

— Потом… Потом их собирают, куда-то девают, — смутилась Майя. — Честно — я уже не помню. У нас были те, кто был против живых деревьев, жалея природу, они ставили искусственные. Но всё равно ёлки были популярны.

— Так, дальше. Чем их украшали?

— Игрушками, — Майя задумалась, а потом стала описывать те игрушки, которые вспомнила, как они выглядели, из чего сделаны и на какую тематику, что было сложно, учитывая, что память о прошлом мире стиралась каждый день, оставляя лишь самые яркие моменты.

— Что ещё делали, кроме ёлки? — задал следующий вопрос Шарис, явно внутренне что-то про себя отмечая.

— Ну… Накрывали стол. Делалось много разных салатов, горячее, сладкое, был алкоголь, лимонады, соки, — перечисляла Майя.

— А ты нам уже готовила эти салаты? — зацепился за интересное для себя наг, ведь считал кухню своей вотчиной.

— Если только парочку, — почему-то смутилась Майя. — Вы всё другое просили готовить. А ещё на Новый год некоторые готовили экспериментальные салаты.

— Это как? — опешил Шарис.

— Ну… Вот есть у хозяйки набор рецептов, которые она уже готовила, знает. А под Новый год искалось что-то новое, особенное, что раньше не ели. Или уже известный салат, но с какими-то изменениями.

— Тортики были? — Шарис даже облизнулся, любил он сладенькое.

— Тортики были, — хихикнула Майя. — Но чаще всего до них очередь не доходила.

— Почему? — Шарис даже обиделся на подобное поведение, как можно не дойти до сладкого.

— Чаще всего на столе было столько еды, что часть её оставалась на утро.

— А вы вообще часто по ночам едите? — зачем-то решил уточнить наг.

— Ну… В качестве праздника, один раз, — хихикнула Майя. — А так запретов таких нет. Почему бы не поесть, если не спиться.

Шарис задумчиво побарабанил пальцами по столу. В голове зрела мысль, но надо было обсудить её с другими мужьями. Во-первых, семь голов явно придумают больше, чем одна, ну а во-вторых: его не простят, если он один попытается подмазаться к Майе. Тогда ему придётся ой как несладко в их гареме, как часто называла мужей сама Майя.

— А что это вы тут делаете? — на кухню буквально ураганом ворвались оборотни, чмокнули супругу в щёчку, каждый в свою, а после занялись горячим чаем.

— Майя рассказывает про праздник из своего мира, по которому уже давно скучает, — Шарис мило улыбнулся, когда жена посмотрела на него с укором.

— Да? Что за праздник? — Никас тут же уселся на стул рядом с супругой и захватил в плен её ладонь.

— Новый год, — Шарис ещё сильнее улыбнулся, видя скривившуюся Майю, но он уже всё для себя решил. — У них там летоисчисление, точнее, его начало, считалось праздником. Вот, пытаю её на это тему.

— Я тоже хочу! — Винсент хотел бы сесть рядом с Майей, но так как мест больше не осталось, сел напротив. — Чем занимались в этот праздник?

— Отдыхали, гуляли, с друзьями или семьёй время проводили, — начала перечислять Майя. — Ну там, гороскопы кто-то читал, гадал.

— Гороскопы — что это? — ухватился Винсент.

— Ну… Людей делили на группы, — задумчиво сказала Майя. — В зависимости от года и месяца рождения там разные результаты были, а потом читали, что их ждёт в следующем году. У нас делились по годам, кто в какой родился, по месяцам. Там ещё по месту жительства были различия, но любители читали про всех, игнорируя местность.

— И как делились?

— Ну, кто-то был лошадью, кто-то крысой, кто-то свиньёй.

— Ты же говорила, что у вас не было оборотней? — нахмурился Никас.

— Не было, — подтвердила Майя. — Это не по внешности, а по цифрам, которыми год записывался, определяли. То есть один человек был быком по гороскопу, другой — змеёй. Если бы вы там жили, вы могли быть кем угодно по году, а не по ... виду.

— Песец — бык? — хохотнул Шарис.

— Ага, наг — свинья, — огрызнулся Винсент.

— Я сейчас стану собакой, — мило пообещала Майя, не забыв показать зубки.

— М-да… А гадали как? — решил переключиться с гороскопов Шарис, поняв, что он ничего не понял.

— По свече, на картах, обувь бросали. Но это на будущего супруга.

— Сомневаюсь, что ты захочешь ещё супругов себе нагадать, — хохотнул Винсент.

— А я не помню, какие ещё были, — смутилась Майя, но потом её озарило. — О! На кофейной гуще гадали. Но мне проще показать, чем рассказывать.

— Покажешь. А что ещё? — не унимался лис.

Майя задумалась. Вот вроде скучаешь по празднику, а толком и не можешь вспомнить, как ещё отмечали.

— Так, думаю, всем всё понятно, — Шарис довольным взглядом окинул мужчин. — Нам точно стоит организовать отмечание этого праздника!

— Зачем? — удивилась Майя. — У вас же…

— У нас есть повод тебя порадовать, — улыбнулся наг, попутно ухватил ладонь супруги и нежно поцеловал её. — Ты же участвуешь в наших праздниках, каждого в отдельности и всех вместе. Почему мы не можем порадовать тебя?

— Вы ничего про него не знаете!

— Ну, кое-что ты рассказала, остальное добавишь, когда потребуется. Для начала предлагаю составить план действий по тому, что мы уже знаем! Радость моя, а ты иди пока. Будут вопросы, мы к тебе обязательно обратимся. И да, пока сама постарайся вспомнить, что ещё было, что хочешь увидеть.

— А если я придумаю то, чего не было? — решила поддеть Майя, проверяя границы дозволенного.

— Значит, это будет то, что ты хочешь увидеть, — проникновенно сказал наг, ещё и облизнулся так, что у его супруги чуть ноги не подкосились. — А это — главное, что я хочу узнать. Все твои желания. Но сейчас иди, отдыхай, думай, пока я не решил исполнить парочку своих.

Майя с удивлением смотрела в горящие глаза сидящей перед ней троицы, и улыбка сама собой растягивалась на губах. Эти невозможные, но уже такие родные вредные товарищи моментально организовались, чтобы порадовать её одну, а ведь при всех реалиях и потребностях этого мира, ревность никуда не делась. И её порой проверяли на прочность, выкидывая различные фортели в соревновании за время и внимание жены. Но сейчас эта троица решила работать сообща, уже о чём-то по-тихому договариваясь.

«Дорогой дедушка Мороза, — подумала про себя Майя. — Хоть тебя и нет, но может быть, где-то ты всё-таки где-то есть. Пусть эта троица не разнесёт дом в предновогодних приготовлениях. А оставшиеся не устроят никому взбучку за самоуправство».

*

Глава 2

Послеобеденное время следующего дня было… интересным. Майю очень попросили не заходить на кухню, где шепталась четвёрка заговорщиков, но при этом просили далеко не отходить. Потому она сидела в кресле, читала книжку и пыталась не улыбаться слишком широко.

— Майя, а что за дерево у вас было? Какого размера? — раздался голос Шариса из-за закрытой двери.

Получив ответ, заговорщики снова зашушукались.

— А подарки должны быть больше или меньше ёлки? — раздался следующий вопрос.

— Как можно положить под ёлку то, что больше ёлки? — хохотнула Майя.

— То есть если поставить высокую ёлку, то и подарки могут быть большими?

— Ты ещё предложи нижние ветки обломать, — не выдержала женщина и рассмеялась. — Может вообще тогда палку со звездой на вершине поставить?

— Какой звездой? — удивился эльф, а потом уже зашептал тише, для присутствующих на кухне. — Почему я впервые слышу?

— Я тоже не слышал, — огрызнулся Шарис. — Она говорила про украшения, но не про звёзды.

— Это ты плохо слушал, — заворчал Аря. — А мы теперь опозоримся.

— Вот сам иди и спрашивай всё.

— Да я бы спросил точно лучше тебя.

— Мальчики! — Майя постаралась не слишком сильно улыбаться, чтобы её голос звучал ровно. — В Новый год главное — не ругаться. В этот праздник все желают друг другу хорошее!

Что ж, её пожелания были услышаны. Теперь кроме вопросов касательно праздника, до Майи порой доносились и другие фразочки.

— Желаю, чтоб у твоих волос на хвосте появилось новое место жительства, подальше от тебя.

— Да чтоб твоя чешуя… облезала в десять раз чаще для красоты.

— Желаю, чтобы твои волосы обходились без расчёсок, сохраняя природную форму.

— Желаю тебе новых соседей, маленьких, зато активных и кусачих.

— Да принесёт тебе Новый год волосы цвета пожухлой травы.

— Да принесёт тебе Дед Мороз пороги, лестницы, да тесные пространства, стремящиеся тебя обнять.

— Мальчики, я всё слышу, — пропела Майя, понимая, что просто так супруги не успокоятся. — Ещё одно такое пожелание, и я приду к вам на кухню. И меня никто и ничто не остановит.

Судя по звукам, за стенкой что-то уронили, ругнулись, попытались поднять, но снова уронили, но теперь другой предмет, прежде чем воцарилась относительная тишина. Майя даже не слышала вопросов для себя, что удивило.

Неожиданно в дверь постучали. Женщина поднялась с кресла и решила посмотреть, кто же такой нагрянул в гости. Там был посыльный, молодой парнишка, держащий в руках конверт. Увидев Майю, он смутился, окинул её горящим взглядом, снова смутился, после чего протянул конверт.

— В-вам просили передать. С Совета, — промямлил парень. — С-срочно.

Поклонившись, скрывая уже пунцовые щёки, парнишка развернулся и бегом припустил прочь.

— Что там? — позади Майя показался Аря, собственнически прижал к себе жену и только после этого посмотрел на её руки.

— Чего это он? — нахмурилась Майя. — Я в чём-то испачкалась?

— Ты просто идеал, — эльф развернул к себе супругу и заглянул в её растерянные глаза. — А ещё ты легендарная личность, про которую много чего рассказывают.

— И что же про меня говорят?

— Что твоя красота может соперничать только с крутым нравом. И что ты уже отбила желание у многих женихов, стремящихся попасть в твою семью, таинственными предметами.

— Так понимаю, про скалку и сковородку пострадавшие предпочитают помалкивать, — хмыкнула Майя, вернув своё внимание конверту.

— Что там? — Ариентуриаленос моментально собрался, стоило увидеть, как помрачнело лицо любимой.

— Это про Маркуса, — прошептала женщина. — Он…

Майя подавилась словами и всхлипнула. Эльф моментально выдернул письмо их женских рук, при этом умудрился прижать к себе расстроенную супругу, так что теперь она уткнулась носом в его грудь. Под тихие всхлипы, он прочитал послание:

«Доводим до вашего сведения, что Маркусиан Вернодеранский находится под стражей ввиду нападения на одного из членов совета. Во время работы у него случился магический скачок, приведший к помутнению рассудка. Сейчас он находится в защищённой камере при залах Совета и не будет выпущен оттуда до момента нормализации его состояния. Пострадавший выжил, однако счёт за его лечение будет выставлен вашей семье, ввиду недееспособности атаковавшего вампира временно отвечать за свои действия. В случае невозможности приведения Маркусиана Вернодеранского в адекватное состояние ему будет выписано предписание по ликвидации, как опасного для окружающих объекта».

Эльф замер. Такого он мог ожидать от кого угодно, но не от Маркуса. Даже с его возрастными скачками, он всегда оставался разумным. Либо же настолько впадал в детство, что был максимально милым и добрым, каким мог быть вампир в принципе. И что же такого он совершил, что их сразу же предупредили о возможной ликвидации их члена семьи. Подобные решения были редкими, принимаемые только в самых крайних случаях к особо отпетым преступникам. Майя разревелась, и эльф сильнее прижал к себе супругу. Какое бы между мужьями ни было соперничество за внимание жены, он никогда не желал никому смерти.

Удержать жену дома было очень сложным занятием, учитывая её желание прямо сейчас ворваться в зал Совета и забрать оттуда Маркуса. Как ни странно, помогла погода. За окном поднялся ветер, пошёл снег, и окружающее пространство неожиданно стало серо-белым. Майю с трудом убедили дождаться Тасилиона: с ним и безопаснее, и быстрее передвигаться. Сам дракон отсутствовал по каким-то личным делам, но обещался скоро быть. Как никогда, мужья хотели, чтобы Таса задержали какие-нибудь дела. Они надеялись, что ситуация с Маркусом или разрешится в ближайшее время, или дражайшая супруга передумает туда рваться без подготовки.

Тасилион зашёл в дом, вытряхивая снег отовсюду, куда его успело надуть, и увидел забавную картину. На кухне за столом с кружкой сидела напряжённая супруга, рядом ей что-то втирал лис. А ещё трое мужей нервно мерили гостиную шагами, погладывая то на дверь кухни, то на входную. Увидев дракона, они попытались его куда-то увести, но тогда Тас не понял их желаний.

— Я вернулся! — громко возвестил о себе дракон.

С недоумением он посмотрел на скривившихся мужчин, потом на радостно бегущую к нему Майю.

— Дорогой, нет времени объяснять. Полетели!

— Куда? — опешил от такого напора Тас. — Я только вернулся. И погода там немного нелётная. А уж тебя тем более не потащу, не в домашнем халате!

Майя затормозила и посмотрела на себя в зеркало, мимо которого как раз проходила. Она натянула куртку, но из-под неё выглядывало домашнее платье в цветочек. В Совете её не особо захотят видеть в таком виде, да и она привыкла разделять домашнюю одежду и выходную. Ещё на голове был кавардак, а ведь не было гарантий, что ей не придётся снимать с головы шапку. И тогда все увидят её… такой? Нет, всё-таки она оставалась девочкой, которой нужно было на людях выглядеть хорошо. Пришлось признаться самой себе, что за пять минут с Маркусом ничего не случится, а ей лучше показать себя с хорошей стороны. А то мало ли, и её куда-нибудь посадят, заподозрив в неадекватности.

— Значит так, ты — читай письмо, а я пока соберусь. Согласна, в домашнем полёт будет так себе, но сидеть дома и ничего не делать, я уже не могу.

Майя убежала в свою комнату, попутно распуская пучок на голове. Тасилиону уже успели сунуть в руки письмо, подобное скрывать было нельзя.

— Я же только утром с ним разговаривал, — прошептал дракон, пытаясь осознать случившееся. — Он был в стадии степенного старика, и я спокойно полетел дальше. Сегодня пришлось заниматься драконьими делами, потому в Совете больше не появлялся. Как он успел?

— Ещё и я отпросился, — повинился Аря. — Раздал поручения и домой, помогать праздник для Майи продумывать. Но я же не думал, что он…

— Так, что с ней делать? — серьёзно спросил Тас, мотнув головой в бок и наверх, но все поняли, про кого он спросил.

— Попробуй её не пустить, — хмыкнул Никас. — Мы её с трудом уговорили, чтобы она сама не рванула туда. И очень рассчитывали скрыть от неё твоё появление, но ты всё испортил.

— Надо было кого-то на улице оставить, чтобы он меня встретил, — огрызнулся Тас, которому не хотелось быть виноватым.

— Так и мы тут не отдыхали, — парировал оборотень. — По очереди заговаривали зубы, а остальные дежурили, чтобы она не сбежала. Она хотела тебя на улице ждать, а то и навстречу идти. Она чётко отслеживала, если кто-то из нас собирался выглянуть за порог, и тут же мчалась составить компанию. А теперь её точно не отговорить.

— Там непогода, — напомнил дракон.

— Попробуй сказать это Майе! — огрызнулся Шарис. — От нас она это уже слышать не хочет. Не знаю, что с ней случилось, но в последнее время она как с цепи сорвалась! Нельзя ни на что уговорить, если только она сама не захочет передумать.

— Я готова!

По лестнице сбежала Майя. Волосы она убрала в косу, чтобы не мешала, сама оделась в тёплые штаны и кофту, а теперь ещё и куртку натягивала.

— То есть ты мне даже перекусить не дашь? — попытался возмутиться Тас, надеясь за время отсрочки придумать что-то более серьёзное.

— Вытащим Маркуса — я тебе разрешу съесть всё, что захочешь. Лично приготовлю, — серьёзно ответила женщина. — Хотя не понимаю, как ты можешь думать о еде, когда твой друг может скоро расстаться с жизнью.

— Радость моя, — Тасилион подошёл к ней ближе, обнял и прижал к себе. — Понимаю, написанное тут ужасает, но всё не так плохо. Поверь, что бы Маркус ни натворил, его ни сегодня, ни завтра не убьют. Они же написали, что это будет только в самом крайнем случае, а для этого надо убедиться в том, что иных способов вернуть ему разум нет. Это не дело одного дня!

— Но они же прислали письмо! — проскулила Майя, прижимаясь к мужу и пытаясь найти в нём хоть капельку спокойствия.

— Они обезопасили себя в первую очередь, — пояснил Тас. — Так они документально признали Маркуса невменяемым, и он теперь не может принимать никаких решений, вроде приказа выпустить его из заключения. А ещё они защитили себя от наших семейных претензий: мол, они сказали, дальше уже мы не сможем предъявить им обвинение, что они умолчали о чём-то.

— Но мы же должны что-то сделать! Хотя бы узнать, что с ним случилось! Что именно он натворил?!

— Согласен, — дракон кивнул, при этом его наградили злыми взглядами все остальные присутствующие мужья. — Я согласен туда слетать.

— Со мной! — Майя подняла на дракона глаза, и он заметил слёзы, готовые сорваться в любой момент.

— Там непогода.

— Нестрашно! Он мой муж! Такой же, как ты и они! Я не могу его оставить одного!

— Ладно, — после небольшой заминки сдался Тас. — Но с условием, что мы летим туда, убеждаемся, что с Маркусом ничего страшного сейчас не происходит, узнаём, что он натворил и сразу домой! Ты не останешься там! Ты не будешь пытаться попасть к Маркусу! Не начнёшь устраивать скандал, чтобы его отпустили! Ведёшь себя лапочкой и слушаешься меня безоговорочно.

— Но!

— Никаких «но»! — отрезал Тас. — Либо так, либо ты сидишь дома, пока я один туда летаю. Максимум, могу взять с собой эльфа, но не больше.

Ариентуриаленос недовольно поджал губы. Не то, что он не хотел выручать вампира, но перевод стрелок ему не нравился. Вот только у женщины было своё мнение.

— Хорошо, — покорно сказала она. — Я тебя слушаюсь во всём, но ты обещаешь мне, что я смогу увидеться и поговорить с Маркусом. Даже если это будет через решётку, окно, прозрачную стену — мне всё равно! Но я должна лично убедиться, что с ним всё в порядке.

— С ним не может быть всё в порядке, иначе его бы не закрыли, — мрачно выдал эльф.

— Вот в этом я и должна убедиться лично, — огрызнулась Майя. — Насколько всё плохо, если вообще плохо. Даже необязательно говорить, но хотя бы увидеть его я должна!

— Такое ощущение, что ты нам не доверяешь, — скривился Аря.

— Как будто у меня нету поводов! — всплакнула руками Майя. — Нет, когда ты потерял очередную заколку или малюсенький узелок в волосах появился — ты сразу бежишь ко мне. Но почему о твоей дуэли насмерть я узнаю совершенно случайно от горничной? Или о том, как тебя шантажировали, обещая раскрыть какие-то порочащие тебя связи? Да, их не было, но шантаж был! А сколько ещё вы пытались от меня скрыть? Я знаю и про поход в горы за магическим камушком, и про гильдию «Чёрный хвост», и про отравление «розой», а ещё комплект про́клятых украшений, работа с гильдией убийц, ну и ещё штук двадцать проблем, в которые вы успели вляпаться только за этот год!

Все присутствующие смущённо опустили головы. Они понимали, что до Майи могли дойти какие-то их промашки, но не в таком же количестве! И парировать было нечем, потому что за фразу «это для твоего же блага» можно было получить полотенцем. А высказывание: «Котёнок, ничего же страшного не произошло» открывало сезон по активному бегу от злой жены со скалкой в руках.

— Раз все всё поняли, можем лететь, — с милой улыбкой заявила Майя. — Если в моё отсутствие появится наш гулящий, дайте ему прочитать письмо, но никуда пусть не идёт. Для начала действительно надо понять, что случилось. Всё-таки брать Дворец Совета штурмом — не самое лучшее начало конструктивного диалога.

Остающиеся дома мужчины покорно кивнули. Майя хмыкнула. Её до сих пор порой поражала перемена в этих парнях, стоило им нашкодить и провиниться перед супругой. Каждый был выше её на голову, а то и больше, но в такие моменты казались просто большими детьми. Сейчас надо было спасать Маркуса, потому она не могла себе позволить насладиться этим видом.

Стоило ей выйти за порог, как тут же пришлось хвататься за стену дома, таким сильным оказался на улице ветер. А ещё снег слепил, скрывая за собой очертания даже ближний предметов, что уж говорить о дальних. В глубине сознания мелькнула мысль: «Может, не стоит сейчас никуда лететь? Маркус заперт, но в помещении. А вот Тасилиона могу и обморозить». Но память услужливо напомнила, что дракона не так просто заморозить, тем более застудить. Она же вся изведётся, если будет сидеть дома, и мужей изведёт. Потому прочь сожаление, надо лететь.

Глава 3

О том, что полёт — плохая затея, Майя поняла достаточно быстро. Если ей казалось, что непогода была, когда она вышла из дома, то сильно ошиблась. Стоило Тасилиону взмыть вверх, удерживая супругу в лапах, она в этом убедилась. И это ещё супруг отговорил её лететь верхом, обещая, что так она будет хоть немного защищена. Да, правда в словах Таса была, но вьюга решила доказать, что она хитрее дракона. В какой-то момент ветер начал кружить, свивая снеговые смерчи и не давая дракону видеть дорогу, так что Таса стало кидать в разные стороны. Потоки воздуха неожиданно пропадали из-под крыльев или же начинали бить слишком сильно, заставляя дракона непроизвольно менять направление полёта. В какой-то момент он завертел головой, после медленно приземлился.

Майя быстро отступила в сторону, стоило её ногам коснуться земли, давая место дракону. Тасу потребовалось мало времени, чтобы обернуться человеком и прижать к себе жену, спасая её от пронизывающего ветра.

— Любимая, извини, но мы сбились с маршрута, — виновато признался Тас. — Я честно пытался, но ветер сильнее. И судя по местности, мы сейчас точно не в городе. Даже боюсь представить, куда нас отнесло.

— Это я виновата, — всхлипнула женщина, чувствуя, как ветер едва не сносит её с ног, только муж и удерживал её от незапланированного полёта. — Я ведь пыталась себя убедить подождать, но… Прости меня.

— Всё в порядке, любимая, — Тас постарался добавить голосу уверенности, хотя сам не особо её испытывал. — Сейчас нам главное — переждать бурю. А для этого — найти какое-нибудь убежище. Но только придётся сейчас поработать ножками: в такую погоду из меня уже не самый хороший летун, а ходить всей массой по снегу — то ещё квест. Да и при такой видимости я вряд ли смогу что-то рассмотреть сверху.

Сцепившись так, чтобы ветер не мог их разделить, Тас и Майей двинулись вперёд, на всякий случай держа одну руку вытянутой. Мужчина порадовался, что супруга оделась достаточно тепло, но всё равно прижимал к себе максимально возможно, давая её греться о собственное более горячее тело. Но был и минус — двигались они не особо быстро. Можно было бы взять жену на руки, но тогда Тас лишался возможности защитить её от опасностей. А где они сейчас находились, дракон никак не мог понять. Вокруг них были какие-то лесопосадки, но понять по ним направление, куда идти, чтобы попасть домой, не было никакой возможности.

Ветер завывал, снег слепил, погода пока не торопилась исправляться. И тогда Тас принял единственно верное решение: двигаться в сторону густых деревьев. Была надежда, что хотя бы там ветер не будет настолько сильно задувать. Даже возникла мысль раскрыть крылья и укрыть ими супругу до того момента, пока снежное безобразие не начнёт спадать. Но для начала надо было найти хоть какое-то укрытие, чтобы его самого не спарусило.

Спустя десять минут парочка уже брела среди деревьев. Ветер тут на самом деле был не такой сильный, но места для привала всё никак не находилось. А сугробы, скрывающие подлесок, упавшие ветки, ямки и прочие преграды, замедляли их передвижение.

— Как ты? — в который раз спросил Тасилион у супруги, чувствуя, что она уже давно дрожит от холода.

— Н-норма-ль-н-но, — продрожала Майя. — Не п-переживай, с-совесть грызёт с-сильней-е холода.

— Погоди. Вот найдём какое-нибудь дерево поваленное, чтобы я мог тебя усадить. А там согрею.

— Я н-не соглас-сна, — хохотнула Майя. — Я н-не с-соглаш-шалас-сь на ин-нтим в л-лес-су.

— Значит, будем считать это изнасилованием, — парировал Тас, при этом постарался прижать супругу ближе.

Он хотел сказать ещё что-то успокаивающее или наглое, чтобы заставило супругу попытаться его ударить, а значит, активнее двигаться, как чуткий слух уловил что-то подозрительное. То, чего не должно было быть в лесу. После до носа долетел запах… тёплого дома. Дракону казалось, что они сбились с пути и теперь находились в лесной территории между городами, но откуда тогда тут жилой дом? В лесу, без дорог. Видимо, это был кто-то из местных жителей, который решил пожить в уединении на природе, хотя зимой таких экстремалов особенно не наблюдалось, но сейчас это могло стать спасение. Кто бы там ни был, он сможет защитить свою жену. Но это будет живой враг, которому можно дать в зубы, а не снег и мороз, против которых пасуют даже драконы.

— Держись, милая, — воодушевлённо сказал мужчина. — Где-то впереди домик, тёплый. Дойдём туда и передохнём. А там, глядишь, и непогода успокоится, найдём дорогу и домой, и к дому Советов.

Идти пришлось минут десять. Зато неожиданно перед ними показалась деревянная избушка, стоящая на возвышении, потому дверь оказалась свободна от снега, несмотря на уже достаточно большие сугробы. Из одного такого выныривала большая деревянная лестница с крепкими перилами по бокам.

— Кто тут ж-живёт-т? — спросила Майя, оглядывая неожиданно появившийся домик.

— Не знаю. Но сейчас это не главное, — отрезал дракон. — Не выгонит же он нас в бурю.

— А ес-сли выг-гонит-т?

— Я не позволю. Лучше потом компенсацию пришлю, чем сейчас позволю тебе замёрзнуть.

Ухватив жену за талию, Тасилион чуть ли не взлетел наверх. Постучав в дверь, для приличия, он сразу же её открыл, быстро зашёл внутрь, затащив и Майю, после захлопнул дверь, не давая холоду зайти следом. Они оказались в небольшом полутёмном предбаннике, где уже чувствовалось домашнее тепло. Оглядевшись и не увидев врагов, он окинул внимательным взглядом супругу.

— Если не пустят дальше, может тут переждать непогоду, — попытался обнадёжить он Майю. — Но надеюсь, нас не выгонят.

— Да как я могу кого-то выгнать, когда на улице снежный ад? — с противоположной части предбанника раздался приятный женский голос. — Привет, любимый.

Тасилион ошарашенно поднял глаза от Майи и уставился на хозяйку домика. Та приветливо помахала пальчиками, после оглядела спутницу гостя.

— Заходите, гости нежданные. Угощу, чем сама трапезничаю, так что не серчайте.

— Может, мы тут посидим? — неуверенно сказал Тас, его взгляд метался между Майей и хозяйкой дома.

— Твою спутницу надо отогреть, — строго сказала женщина. — Или ты её решил вусмерть заморозить? Поверь, если ты сейчас выйдешь за порог, будешь до конца своей жизни проклинать себя. Заходите. И не бойся, не съем я ей.

Хозяйка зашла назад в комнату, оставляя дверь открытой, тем самым приглашая следовать за ней. Тасилиону ничего не оставалось, как помочь жене встать и дойти до вожделенного тепла.

— Так, верхнюю одежду снимайте, оставляйте в сенях. Проходи, милочка, сейчас дам тебе тёплый плед.

Майя послушно сняла куртку, которую Тас повесил на крючок, и осторожно зашла в комнату. Она оказалась светлой и очень тёплой, но её всё ещё била дрожь от холода. Тогда хозяйка протянула ей плед, чтобы быстрее согреться.

— Спасибо вам за помощь. Я Майя.

— А я Леяна, — улыбнулась хозяйка. — Старая и очень близкая знакомая этого проходимца.

— Насколько старая? — нахмурилась Майя.

— Достаточно, — усмехнулась Леяна. — И ну очень близкая… когда-то была. Да, любимый?

Тасилион замер посередине комнаты, не зная, что на это ответить. Кого он не рассчитывал встретить в лесном домике, так это бывшую любовницу.

— Любимый? — если первое упоминание о «любимом» не особо всколыхнуло Майю, мало ли какие отношения были у дракона с этой женщиной, то сейчас это красноречиво говорило о том, что отношения были самые тёплые.

— О да, у нас была весьма бурная молодость, — хохотнула Леяна. — Так что я многое могу рассказать про этого наглеца.

— Леяна, это моя жена — Майя, — дракон уже не знал, куда ему деваться, но он надеялся, что ведьма войдёт в его положение.

— Жена? — удивилась Леяна, а потом громко рассмеялась. — Подруга, я тебе глубоко сочувствую. Я знала этого товарища давно, но сомневаюсь, что он изменился в лучшую сторону.

Майя хотела было задать парочку уточняющих вопросов, но хозяйка дома оказалась непреклонной. Заставив Тасилиона усадить супругу за стол, при этом не снимая с той плед, женщина принялась доставать угощение. Это была тёплая и очень наваристая похлёбка, пирожки, хрустящий хлеб, а после — горячий чай с мёдом.

Майя расслабилась. Тепло дома снаружи тела накладывалось на тепло, идущее изнутри от тёплой и вкусной еды, и она незаметно для себя начала медленно моргать, а после провалилась в лёгкую дрёму. Леяна внимательно изучала сидящую перед ней гостью, а вот дракон напряжённо смотрел на ведьму.

— Да не съем я её, — хмыкнула Леяна, заметив поведение дракона. — Я не питаюсь людьми, если ты забыл.

— Я не хочу причинять своей любимой боль.

— Любимой, — это слово прозвучало в исполнении женщины как яд. — Давно ли ты стал верить в любовь, а Тас?

— Не так давно. Хотя и сам не верил, что такое возможно, — не стал отрицать Тасилион. — Но не хочу, чтобы Майе было плохо, даже от слов.

— Да не собираюсь я с ней делиться собственным прошлым, — тихо огрызнулась Леяна. — Жила тут себе, никого не трогала, ничего не планировала. Это вы на меня свалились.

— Но ты тут называла меня «любимый».

— А что, я должна была сказать: «негодяй бессовестный и кобель»? Уверен, что эти слова она встретит с большей радостью?

— Ты могла бы хотя бы не так открыто всё говорить, — прошептал Тас.

— Не строй из своей жены дуру, — отрезала Леяна. — А из меня — святую деву. Какие-то вещи надо говорить сразу, особенно если ты невиновен.

Парочка может и продолжила бы пикировку, да Майя пошевелилась и проснулась.

— Давай-ка, дорогая моя, иди поспи, — с тяжёлым вздохом сказала Леяна. — У меня за печкой спальня, тебя Тас туда проводит. А вот дракону там не место.

— Это почему? — удивилась Майя.

— Потому что он в своей второй ипостаси может и на улице в буран спать. А места у меня мало, я не планировала тут гостей принимать. И если вдруг буря не утихнет, и вы останетесь у меня в ночь, я буду спать с тобой на одной кровати, а не этот наглый тип. Ему и тут будет удобно, а кровать не на его рост рассчитана.

Тасилион помог жене подняться и довести её до печки. Там за шторкой, действительно была кровать. Там ещё была дверь куда-то, но раз она была закрыта, никто не стал уточнять, что за ней. Сама кровать оказалась очень даже широкой, но, как и сказала Леяна, для Таса она была коротковатой. Сразу за ними зашла хозяйка и принялась доставать какие-то коробки, одеяла, стянула плед с кровати.

— Ты не переживай за супруга, не положу я его спать на голый пол. Но, чтобы тебя не беспокоить, если вдруг ты заснёшь, достану всё сейчас.

Пока Леяна возилась, Майя заметила коробочку, на которой было написано имя Тасилион. Дракон проследил за направлением её удивлённого взгляда, заметил коробку и почему-то взял её в руки.

— Это для тебя? — удивилась Майя, переводя взгляд с коробки на Таса, потом на Леяну и назад на коробку.

Хозяйка дома почувствовала напряжение, обернулась и увидела в руках дракона находку. Хмыкнув, она забрала её и положила на место.

— Не делай поспешных выводов, — сказала она Майе. — Но как отдохнёшь, можем поговорить.

— Но сейчас даже не вечер! — возмутилась Майя. — Зачем мне спать?

— Девочка, просто поверь, — с тяжёлым вздохом сказала Леяна. — Я не желаю тебе зла, хочу только помочь. И сейчас твоё тело должно восстановиться после испытания в лесу. А потом, как проснёшься, мы обязательно поговорим. Я бы тебе и баньку сейчас рекомендовала бы, но её у меня нет.

— Я не смогу уснуть, — Майя с трудом сдерживала слёзы, которые взялись неизвестно откуда.

— А ты попробуй, — Леяна хитро улыбнулась.

Как бы Майя ни переживала, стоило ей лечь в кровать, она практически сразу вырубилась. Тас вышел из спальни и сел за стол, напротив Леяны.

Глава 4

— И что это такое было? — мрачно спросил он у старой подруги.

— Да ты никак ревнуешь? — тихо рассмеялась Леяна. — Любовь моя, неужели после стольких лет разлуки ты думаешь, что имеешь права требовать от меня ответов?

— Мы уже давно разбежались, — зло ответил дракон. — Потому мне всё равно, сколько у тебя было партнёров и кто. Но меня не устраивает, что в твоей комнате есть коробка с моим именем.

— Как будто это не может быть кто-то другой, — возмутилась Леяна, но увидев скептический взгляд, хмыкнула. — А даже если и твоё имя, что с того?

— Что в ней?

— Кое-что очень личное.

— Для кого?

— Для меня.

— Что именно?

— Тас, хватит, — отмахнулась Леяна. — Вспомни, как мы разбежались. Ты сказал, что нам не по пути, я махнула тебе ручкой. Не помню ни слёз, ни истерик, всё по взаимному согласию, так чего переживаешь?

— Я не люблю, когда за мной тянутся хвосты, — мрачно сказал Тас.

— За тобой один, твой собственный, — хохотнула Леяна. — Не нравится — отруби.

— А там?

— А там — мой личный секрет, который не имеет с тобой ничего личного.

— Ты обещала поговорить с Майей.

— Вот с ней и поговорю. Тас, хочешь спать — вот та кипа одеял, подушек и прочего, устраивайся. Непогода продлится до утра.

— Может… Слушай, окажи услугу, — Тас умоляюще посмотрел на старую подругу. — Я оставлю у тебя Майю, а сам попробую добраться до центра города.

— Мы далеко в стороне от города, — качнула головой Леяна. — Даже пригород неблизко.

— Мне надо узнать судьбу одного вампира.

— Зачем?

— Это… Это ещё один муж Майи. Его могут казнить.

— Ты делишь жену с вампиром? — Леяна ошарашенно уставилась на Таса.

— И не только с ним.

— И ты хочешь его… спасти.

— Иначе Майе будет плохо.

Леяна смотрела на дракона, но тот больше не сказал ни слова. Тяжело вздохнув, она поднялась со скамейки и подошла к печке.

— И как это великий сумрачный дракон решился на брак с женой, которую приходится делить?

— Это было выше моих сил, — Тасилион закрыл глаза и улыбнулся. — Сейчас мне кажется, что моя жизнь поделилась на до и после. И разделили её глаза. Мне потребовалась вся моя выдержка, чтобы не напугать её, а именно испуг и был в её глазах при нашей первой встрече. Это потом я уже узнал, что она только попала в наш мир и почти ничего не видела, но тогда я боялся её упустить. Ещё больше я боялся её сломать своим напором, пришлось терпеть.

— Как и других мужей? — хмыкнула Леяна, выставив на стол чайник с горячим чаем.

— На момент нашей встречи у неё уже было два кандидата. А потом, когда нам чуть не помешал один наглый дроу, я опрометчиво рассказал ему, что у меня в гостях относительно свободная попаданка. Я тогда не хотел её пугать, а ведь мог победить этого выскочку одной лапой. Но что она сказала бы на это? Да и каждая секунда вдали от неё для меня была кошмаром. Я сглупил, а потом уже пришлось приспосабливаться. Ожидание положенного срока, появится у меня брачная вязь или нет, растянулось в моём представлении на годы. Но моя новая жизнь этого стоила.

— Новая жизнь, — хмыкнула Леяна, усаживаясь назад на скамейку. — Хоть у кого-то новая жизнь стала хорошей. А у меня что прошлая жизнь, что эта…

— Расскажи, — неожиданно для себя спросил Тас.

— С чего бы это? — огрызнулась Леяна. — Мы уже давно не любовники, ничего общего у нас нет.

— Тогда расскажи как другу, — предложил Тас. — Или отпусти меня по делам.

— Жена твоя, тебе за ней и присматривать, — запротестовала Леяна. — А то я сделаю что-то не то, потом виноватой меня выставишь.

— Не выставлю.

— Нет. Хочешь сберечь её нервы — будь рядом. Хочешь сберечь её здоровье — дождитесь конца бури. Они не так уж и часто в наших краях.

— Тогда рассказывай, в чём твоя проблема, — Тас положил ладонь на руку хозяйки дома и постарался мило улыбнуться. — Сама сказала, у нас всё было по обоюдному, значит, мы не враги. Скажи, вдруг помочь смогу.

— Да какая уж тут помощ, — скривилась Леяна. — Вы ж не знаете, что такое праздник Нового Года.

— Майя в этом году решила нас с ним познакомить, — почему-то решил

оправдаться Тас.

— Что ж, мне чуть проще, — огрызнулась Леяна, но потом вздохнула и продолжила усталым голосом. — Я сюда тоже попала, как и твоя жена. Но что-то где-то не так сработало, а может, надо мной просто решили поиздеваться, потому всё вышло отвратительно. Там у себя дома, я тоже готовилась к Новому Году. Ну как, готовилась: собиралась с силами не скатиться в истерику. Мне изменил жених, выгнали с работы, а дома родная мать обвинила во всех грехах. Даже в том, что жених изменил по моей же вине. И когда кончился майонез, опять по моей вине, меня послали в магазин. Ночью. В снег. И меня сбила машина, которую занесло на льду. Наверное, самое хорошее было в том, что я быстро перестала чувствовать боль, только холод, ведь меня выбросило в ледяное озеро, где мне предстояло тихо утонуть.

В комнате повисло молчание. Тасу стало жалко его бывшую любовницу, а ещё стыдно, что он узнал эту историю только сейчас, а не тогда, в день знакомства.

— Тут у тебя всё пошло лучше? — с надеждой спросил дракон, когда тишина затянулась.

— Издеваешься? — Леяна выдернула свою руку из чужой, встала и отошла к окну, старательно изучая бурю за стеклом. — Я оказалась в зимнем лесу. Да, на мне была зимняя одежда, сухая, и даже раны как-то затянулись, но вещи оказались порваны, а обувь, видимо, осталась в прежнем мире. Я не сразу поняла, что случилось, подумала, что так выглядит загробный мир, а может и ад. На моё счастье, на меня наткнулись охотники, но шли они слишком долго. Я заболела. Меня оттащили к какой-то ведьме, которая очень долго пыталась поставить меня на ноги. Тут же у вас нет антибиотиков, а маги-лекари живут в городах, ещё и стоят дорого. За это время меня, естественно, выдали замуж, положенное семь раз, и мир даже принял этих мужей. А вот потом случилось неожиданное.

Леяна замолчала. В печке тихо потрескивали дрова, за окном завывал ветер. Тас замер, понимая, что не может заставить женщину говорить через силу. Пришлось ждать, пока она сама сможет продолжить.

— Я потеряла возможность иметь детей, — тихо продолжила Леяна. — А потеряв эту способность, я оказалась никому не нужна. Мужья испарились, в деревню никто не захотел меня забирать. Да я у ведьмы осталась в ученицах только потому, что она сама уже была слишком старой. Ей нужна была не только помощница, но и сиделка на будущее.

— Так, вот от кого я тебя украл, — протянул Тас.

— А это было первое хорошее событие в моей жизни, — с натянутой улыбкой протянула Леяна. — Я не шутила, когда говорила про обоюдное согласие. Любовник из тебя тогда был шикарный, а мужа я не хотела в то время. И до сих пор не хочу, наелась этого добра. Мы развлеклись, я попала в город, уже наученная горьким опытом и зная, что можно ждать, ещё и навыки ведьмы во мне раскрылись по полной. Видимо, что-то было во мне ещё в моём мире, а может это компенсация за неудобства. Теперь я ведьма, и весьма сильная.

— Но почему ты живёшь тут? — удивился Тас.

— Зимой на меня накатывает апатия, — призналась Леяна. — И в какой-то момент я скрываюсь в этом доме, пока меня не отпустит. Или не придёт весна. Но тебя это не должно волновать.

— Но… Может, можно ещё что-то сделать! — Тасилион чуть ли не подпрыгнул на месте, подошёл к Леяне со спины, но обнять не рискнул. — У меня большие связи и возможности. Давай попробую решить твою проблему.

— И сразу же стану потенциальной женой? — хохотнула зло Леяна, разворачиваясь лицом к дракону. — Это сейчас на мне чёрная метка, а она точно останется после удачного лечения?

Женщина задрала рукав, и дракон увидел чёрный дымчатый узор. Он мог быть какого угодно цвета, мог быть разноцветным, если мужья были из разных рас, но чёрный дым вместо чётких линий говорил про одно: от этой женщины отказались, потому что она не может иметь детей. Это был единственный объективный способ разорвать брак мужчине, но не все решались им воспользоваться, даже зная, что детей не будет. Мужья Леяны не стали сохранять брак. Женщина опустила руку, скрывая личный позор от чужих глаз длинным рукавом рубашки.

— Раз они от тебя отказались, то больше не смогут претендовать. А если мы тебя вылечим, то тут появится новый узор того, кого ты сам выберешь.

— Тас, — Леяна устало качнула головой. — Я уже не девочка. Мы с тобой виделись лет… пятьдесят назад, даже немного больше. Да, как ведьма, я лучше сохраняюсь, но моё время не бесконечно. А сколько ты хочешь меня лечить? Я нашла своё место в жизни, помогаю другим людям, порой даже роженицам. Просто терпеть не могу зиму, но она же заставляет задумываться о важных вещах.

— И ты решила помочь и моей жене? — зачем-то решил уточнить дракон. — Просто так? Или что-то хотела?

— Не надо мне ничего от тебя, если ты об этом, — отмахнулась Леяна. — Я помню, как это оказаться в зимнем лесу. И пусть у неё был защитник, в отличие от меня тогдашней, обстоятельства сейчас тоже несколько иные.

— Ты что-то знаешь? — навострил уши Тас.

— Предположим, — загадочно улыбнулась ведьма.

— Что?

— Не скажу. Я помогаю бесплатно, а раскрытие тайн не входит в перечень необходимой помощи.

— Что ты хочешь? — Там даже подпрыгнул на месте и навис над Леяной, но женщина лишь рассмеялась.

— Успокойся. Всё с ней в порядке, в плане здоровья, если только ты не решишься ещё с ней по лесу в бурю погулять. А остальное — это не моё дело. Так, отдыхай, я пока приготовлю что-нибудь. Не рассчитывала на гостей, знаешь ли.

Тасилион смутился. Действительно, они тут ввалились неожиданно, их ещё и накормили, а лично ему требовалось много еды. Потому он предложил свою помощь, на что получил заливистый смех.

— И это я слышу от дракона? — хохотала Леяна. — Тот, кто утверждал, что работать по дому — чисто женское занятие? Кто ж тебя так перевоспитал?

Тас что-то проворчал на тему, не нужна помощь — он не настаивает, но развивать разговор не стал.

Спустя какое-то время из комнаты вышла заспанная Майя. Тасилион моментально оказался рядом с ней, приобнял, довёл до лавки и усадил.

— Как себя чувствуешь? — дракон внимательно изучай лицо супруги.

— Всё в порядке, — Майя ободряюще улыбнулась. — Проголодалась слегка. Я долго спала?

— Всего час, — ответила Леяна. — Но не удивительно, организм требует энергии, после ваших хождений по сугробам. Что вы вообще делали в лесу в это время? Только больной на голову или совсем отшибленным попёрся бы гулять.

Майя смутилась. Она и сама понимала, что была не права, но объяснить свой поступок логически не могла. Чтобы не выглядеть совсем уж дурой, решила рассказать, что же их заставило полететь в такую непогоду из дома. К слову, за окном буран уже сменился простым снегопадом, что радовало.

— Что ж… Тогда, давай поступим так, — обдумав, сказала Леяна. — Сейчас ты слегка подкрепишься, у меня для тебя как раз наваристый бульон готов, а потом мы поговорим.

Леяна действительно не стала тянуть. И пока Майя чуть ли не мурчала, попивая из чашки предложенное угощение, ведьма сходила до спальни и вернулась оттуда уже со знакомой коробкой.

— Держи, это тебе, — протянула она гостье.

— Но… тут написано Тасилион, — удивлённо сказала Майя, не решаясь открыть коробку.

— На заборе тоже много чего написано, — отмахнулась Леяна, и знакомая до боли фраза заставила сердце гостьи замереть.

— Откуда… Откуда ты это знаешь?

— Как выяснилось, нас не только этот дракон объединяет, но и ещё кое-что. Может быть, когда-нибудь я расскажу тебе про наше с ним совместное прошлое, но хочу тебя успокоить сразу: он никогда не собирался на мне жениться. Да и я за него замуж не собиралась. Мы просто оказались рядом на какое-то время, оказали друг другу некоторые услуги, не больше. А имя — это не совсем его имя.

Майя всё-таки решилась приоткрыть коробку. Там она с удивлением разглядывала что-то чёрно-рыжее, похожее на широкий пояс. Подняв на Леяну недоумённый взгляд, она поймала кивок. Тогда Майя достала содержимое коробки, которое сразу же вызвало ассоциации с её родным миром.

— Это пояс из собачьей шерсти, — с улыбкой сказала Леяна. — Тебе он сейчас гораздо нужнее, чем мне. Поверь, ты не найдёшь ничего похожего тут, я сама его сделала.

— А почему Тас? — решила уточнить Майя.

— Да был у меня один кобель, — легко ответила Леяна. — Наглый, самоуверенный, ни одну сучку мимо себя не мог пропустить, но защитник хороший. А звали его Тасилион.

Майя прыснула, Леяна хохотнула. Один Тас сидел, насупившись, как обиженный воробей.

— И почему это его так звали? — решил уточнить дракон.

— Да подобрала щенка, чёрного, лохматого, и почему-то вспомнила тебя, — с улыбкой сказала Леяна. — Я же не знала, что этот кобель будет… настоящим кобелём. Ещё и местами порыжел, зараза такая. Но другом он был хорошим. А из шерсти, что я с него начесала, получился вот этот пояс. Увы, век собаки недолог, а я уже больше не могу на него смотреть. Любила кобеля этого, и до сих пор скучаю.

Леяна отвернулась, скрывая слезу по ушедшему в другой мир четвероногому другу. Потому она пропустила, как Тас достал со дна коробки пожелтевший лист. Развернув его, он с удивлением вчитывался в написанное. Когда Леяна увидела, подлетела и отобрала лист, Тас уже успел дочитать.

— Я забыла… что хранила его там, — тихо сказала ведьма.

— А что там? — удивлённо спросила Майя.

Она посмотрела на Тасилиона, но тот отрицательно мотнул головой, мол, не его тайна. Но Леяна уже не видела особого смысла скрывать, потому протянула бумажку гостье.

«Пусть в моей жизни уже появится любовь! Пусть я встречу того, кто будет рядом со мной ради меня самой! Как я устала от одиночества!»

— Я написала это в год, когда мне было особенно тоскливо, — призналась Леяна, когда Майя вернула её бумажку. — Возникла мысль: «А вдруг Новый год всё-таки есть! Вдруг можно и мне загадать желание!» Как оказалось, нельзя. Либо это не позволено лично мне. Сунула его в коробку и забыла.

Леяна с тоской посмотрела на своё желание, потом зло скомкала и бросила в огонь.

— Может, оно ещё сбудется, — попыталась поднять настроение Майя.

— Да уже не надо, — отмахнулась ведьма. — Так, а теперь давай-ка мы займёмся тобой. Хочешь узнать своё будущее?

Майя кивнула, и ведьма села рядом с ней, взяла её ладони в свои руки и принялась разглядывать. И пока девушки были заняты собой, Тасилион почему-то погрузился в необычные для него мысли. К идее отмечания праздника из другого мира, Тас отнёсся скептически. Нет, он был не против порадовать супругу, даже надеялся, что где-то сможет выделиться, обскакать других мужей, но веры в сам праздник у него не было. Но все эти разговоры, вздохи и прочее заставили задуматься о его желаниях.

Он ведь на самом деле не особо стремился связать себя узами брака с первой попавшейся девицей. И отношения с Леяной для него были приключениями, но он ни разу не задался вопросом, а есть ли у неё мужья, можно ли к ним присоединиться. Ему же хотелось обзавестись одной женой, владеть ею лично, никуда не выпускать, чтобы больше никто не мог на неё претендовать. В их мире это было проблематично, но с его продолжительностью жизни, он не торопился. Эта мечта о единственной супруге почему-то со временем забылась и превратилась в нежелание делить жену с кем-то ещё. А ведь он хотел и семью, и детей. Увидев Майю, он почувствовал то, что ещё ни к кому не испытывал — желание быть рядом. Как оказалось, когда встречаешь кого-то, в ком хочется раствориться, число мужей уже не играет особой роли. Да, он хотел, как и прежде, быть единоличным мужем, но если выбирать между одиночеством и конкурентами, он предпочтёт второе.

— Скажи, — сквозь туман собственных мыслей, Тас услышал настороженный голос ведьмы, — тебя устраивают твои мужья? Хочешь их всех сохранить?

Глава 5

— Не поняла, — нахмурилась Майя, а Тас в это время вынырнул из раздумий и посмотрел на сидящих рядом женщин.

— Тебя обманом заставили стать женой семерых, но у тебя есть возможность один раз стать вдовой. Хочешь избавиться от одной головной боли?

— Леяна, не пугай мою жену, — мрачно предупредил Тас, видя, как Майя побледнела.

— Я всего лишь предоставляю ей право выбора, — пожала плечами ведьма. — Сейчас у неё появился способ избавиться от одного из вас, и ей этого ничего не будет стоить. Да и у тебя будет на одного конкурента меньше, разве тебя это не обрадует?

— Маркус? — сдавленно спросила Майя.

— Если ничего не делать, то завтра метка вампира побледнеет, а потом и вовсе исчезнет. Разве это не лучший вариант? — Леяна испытывающе посмотрела на Майю.

— Может быть, вначале я была бы за, — после небольшой паузы ответила гостья, — но это было раньше. Сейчас я хоть и мечтаю прибить Маркуса раза по три в день, а то и чаще, но теперь он имеет право умереть только от моей руки.

Получив ответ, Леяна лишь широко улыбнулась.

— Тогда вам надо торопиться. Ты же знаешь, где сейчас вампир? — получив утвердительный кивок, Леяна довольно кивнула. — Хочешь сохранить вампиру жизнь — будь рядом с ним. Поверь, в каком бы он ни был состоянии, тебя он не тронет.

А после ведьма наклонилась и прошептала что-то Майе. Как бы Тас ни напрягал слух, почему-то именно сейчас у него ничего не получилось. А вот Майя выглядела ошарашенной, получив последнее напутствие от ведьмы.

— Ну что, готов? — теперь Леяна повернулась к дракону. — Твоя супруга хочет спасти вампира, но одна туда не доберётся. Ты готов своими руками и крыльями спасти конкурента в борьбе за её сердце?

— Если Майя будет несчастна, я не смогу быть счастливым, — признался Тас, и ему самому стало легче от этого признания.

— Тогда вам придётся постараться. Пусть пик непогоды уже прошёл, но там всё равно не лучшие условия для полёта. Но я дам охранный амулет, чтобы он помог вам в дороге. А ты пока надень пояс, он тебе пригодится.

Майя лишь кивнула и сразу же скрылась за шторкой. Тасу лишь оставалось ждать, пока супруга переоденется. Леяна же залезла в большой сундук, что стоял недалеко от печки, вытащила оттуда сундучок поменьше, и уже из него извлекла подвеску с зелёным камнем.

— Держи, — Леяна протянула оберег дракону. — Стараюсь иметь его в домике, на случай, если придётся передвигаться в непогоду, но сегодня вам нужнее. Он одноразовый, ещё не особо гармонирует с твоим одеянием, но в облике дракона это будет не так заметно. Зато он поможет тебе найти правильную дорогу. Сосредоточься на нужном тебе месте, и амулет поможет туда добраться. Но учти, это не подарок: как только решишь свои проблемы, с тебя такой же новый.

— Я подарю тебе с десяток таких! — с готовностью ответил Тас. — Спасибо!

— Жену береги, — качнула головой Леяна. — И помни мои слова: вампир не причинит ей вреда, на ней его метка. А тебе может, потому не лезь и не пытайся её защитить.

Тасилиону только и оставалось, что кивнуть. И пока Майя переодевала, Леяна успела описать дракону, где они сейчас находятся и куда предстоит лететь. И вот, в надвигающихся вечерних сумерках чёрный дракон взмыл над лесом, держа в лапах жену, прижимая её к животу. Буря уже утихла, уступив место обильному снегопаду и пронзительному ветру, но это уже не было такой страшной преградой. И пусть полёт всё равно был труден, с помощью артефакта Тас понимал, куда он летит. И он старался долететь как можно быстрее, но не потому, что так уж сильно хотел спасти Маркуса. Ему всё ещё не верилось, что вампиру угрожает что-то серьёзное, а вот жену заморозить он не хотел. Вдруг она, как Леяна, не сможет после этого ему родить. Нет, бросать её он точно не будет, но и наследника уж очень хотелось получить.

К зданию Совета они подлетели уже в темноте. Приняв человеческий облик, Тас прижал к себе жену и быстро завёл её в здание. Там пришлось поблуждать, чтобы найти нужный кабинет с нужной информацией. Увы, бумагомарательство процветало, и даже то, что ты — жена члена Совета, да и сам такой же, не позволяло быстро получить нужную информацию. Потому что разные отделы. Но наконец-то им сказали, в каком кабинете они могут найти сведения о сегодняшних инцидентах.

— Что ж, не могу сказать вам ничего обнадёживающего, — развёл руками сидящий за столом клерк, напоминающий гиену. — Даже высокий статус члена Совета не даёт вседозволенность в поведении.

— Но что случилось? — Майя с трудом сдержала крик, терпение закончилось ещё кабинетов пять назад, а она ничего так и не узнала.

— Я могу ознакомиться с делом? — максимально спокойно поинтересовался Тас.

— Без разрешательных документов нет, — ответил клерк.

— Но я тоже член Совета! — возмутился Тас.

— И? — ровно удивился клерк. — У нас тут не проходной двор! Если каждый будет приходить вот так с улицы и заявлять, что он член, мы должны сразу всё показывать? А если он не член? А если это разведка вражеская?

— А вражеская разведка не может подделать документы? — вкрадчиво поинтересовался дракон, начиная осознавать, что он не видел и сотой доли бумажной волокиты за всё время своей работы в Совете.

— Могут. Но это уже обязанность других отделов — проверять кандидатов на возможное предательство. В нашем деле главное — чётко соблюдать свои инструкции и не лезть в чужие. Это позволяет избежать лишних проблем и сразу видеть их источник.

— Но это случилось не просто с моим коллегой! Он — муж моей супруги! — взвился Тас.

— А тут два неизвестных фактора, — нужным голосом заметил клерк. — Ваш статус её супруга, её статус супруги другого члена Совета. Может быть, она тоже член Совета?

— Женщины не допускаются в Совет, — мрачно заметил Тас.

— Я знаю. Но я же не знаю, знаете ли это вы. А моя задача не выдать вам верные сведения до того, как вы предъявите мне разрешающую бумагу.

— Скажите хотя бы, где сейчас заточён узник? — взвился Тас, поняв, что этого хиляка проще прибить, чем узнать у него что-то без писюльки.

— Бланк по форме А-376, с подписями А, Е, Д в трёх экземплярах со свежим магическим отпечатком, не старше недели. Образец на первом этаже, бланк — в кабинете 73Кдробь10 во втором корпусе. В случае предъявления удостоверения действительного члена Совета, вы получите ответ в течение трёх дней, в противном случае проверка займёт неделю, — голос клерка звучал буднично, при этом он не заглядывал ни в какую шпаргалку, без запинки отрапортовав нужные сведения. — Если вы хотите успеть подать документы хотя бы завтра, можете попытаться взять бланки сегодня. Учтите, до конца рабочего дня осталось около десяти минут. И вам ещё повезло, что я сижу тут сверхурочно, иначе наткнулись бы на закрытую дверь.

— А если за неделю пленника переведут в другое место? — сквозь зубы процедил Тасилион, чтобы ни одно ругательство не сорвалось в довесок к вопросу.

— Обижаете, — насупился клерк. — Мы предоставляем свежие данные. — Найдёте своего дружка там, куда вас пошлют.

Куда хотелось послать самого клерка, Тас сказать не успел. Пол содрогнулся, стены подозрительно застонали, а с потолка на головы присутствующих посыпалась штукатурка.

— Атакуют! — по-девчачьи взвизгнул клерк, а после быстро куда-то испарился, нажав на артефакт у себя на шее.

— Малышка, держись! — Тасилион сразу же притянул к себе жену и обнял, стараясь закрыть её от возможных травм. — Надо выбираться отсюда!

Майя лишь кивнула. Она и так сидела в кабинете в растрёпанных чувствах, понимая, что время неумолимо ускользает, а теперь ещё странное землетрясение спугнуло единственный источник информации. Они успели выйти из кабинета, спустились на один пролёт, когда женщина почувствовала пульсацию на руке. А ещё её как будто укололо туда иглой, так что Майя вскрикнула.

— Что с тобой? — тут же забеспокоился Тас, остановился и попытался разглядеть травму супруги, благо, что особых разрушений пока не происходило, кроме непонятной дрожи. — Где болит?

Майя задрала рукав, где были её метки, и оба увидели, как та, что принадлежала вампиру, как будто мерцала.

— Он где-то здесь, — прошептала Майя, подняв на дракона взгляд, полный надежды. — Он здесь! И ему плохо, метка чувствует!

Тасилион быстро прикинул, куда могли спрятать нашкодившего вампира, и понял, что идти придётся в подвал. Тут он был особо укреплённый, ещё и глубокий, что ещё больше заставляло нервничать. Как Маркус там переживёт землетрясение, и не завалит ли их всех вместе. Но в голове всплыло предупреждение Леяны, и мысль отправить жену на улицу, а самому найти вампира, пришлось отставить.

— Слушаешься меня беспрекословно, — сказал он Майе. — Делаешь всё, что я говорю, если всё начнёт рушиться — спасаешься, а не лезешь искать вампира по завалам. Иначе вниз иду я один. Согласна?

Майе только и оставалось, что кивнуть, и парочка быстро побежала вниз. Знание хоть и потряхивало порой, но пока что оно крепко стояло на фундаменте. Кроме падения незакреплённых предметов, серьёзного ущерба замечено не было, как и проблем с передвижением. И вот тут пригодилось то, что бюрократию вниз не особо запустили. Внизу всё ещё оставалась магическая система, дающая членам Совета право беспрепятственно спускаться куда угодно и позволяющая экономить на охранниках, которым надо было бы предъявлять какие-либо бумаги. Ну а в случае прихода сюда постороннего лица, вместе с бумагами ему бы выдали и сопровождающее лицо, так зачем тратить средства на подвал. А запрета на то, чтобы с собой кого-то провести нет.

Стоило парочке спуститься на самый нижний уровень местной тюрьмы, как они увидели жуткое. В одной из камер за обсидиановыми прутьями, усиленными на случай попытки взлома, стоял Маркус. Но сейчас он не напоминал того вампира, которого привыкла видеть девушка. Из чёрных глаз вытекала красноватая тьма, которая густым туманом заполняла собой камеру, не выходя за прутья. Казалось, что вампир по пояс стоит в живой тёмно-красной субстанции, от которой кровь стыла в жилах. Его руки превратились в подобие каких-то пыточных инструментов: пальцы вытянулись, когти стали размером чуть ли не с локоть, при этом кожа как будто иссушилась, казалось, что скоро останутся одни кости. За спиной вампира дёргались туманные крылья: они то проявлялись, то исчезали, их движения были рваные, как будто они хотят отделиться от хозяина и улететь, но пока что-то их держало. Сам вампир ревел не то от боли, не то от ярости, это было видно, но неслышно. Тело вампира порой дёргалось, и тогда дёргалось само здание. При этом его голова была почти неподвижна, да и остальные движения были слишком малыми и резко прерывающимися, так что возникала мысль, что пленник всё-таки прикован, пусть цепи не были заметны. А по зданию уже разносился магический сигнал тревоги, заставляющий вызывать местных клерков особую спецгруппу для ликвидации окончательно спятившего вампира.

— На решётках стоят односторонние заклинания тишины, — объяснил Тас супруге. — Преступники бывают разные, но они должны слышать, что им говорят.

— Ему плохо, — Майя с ужасом смотрела на вампира, но она боялась не новой внешности вампира, а за него. — Его надо выпустить!

— А если он тут всё разнесёт? — крикнул Тас. — Ты же видишь, он себя не контролирует!

— Значит, ему просто нужно помочь, — прошептала Майя. — Тас, открой дверь. Ты же можешь?

— Могу, — буркнул дракон, при этом кляня себя, что не может сейчас соврать любимой.

— Вот и открой. Я должна ему помочь. Я могу ему помочь.

Если бы Тасилион не был предупреждён ведьмой, он бы ни за что не пошёл на поводу у Майи. Но даже так мысль, что бывшая ему решила отомстить, не давало полностью довериться её словам. Но и отказать Майе он сейчас не мог, видя её решимость. Тем более что она уже стояла у решётки и пыталась просунуть внутрь руку, охранная магия не позволяла.

— Если он попытается причинить тебе вред, я его убью. Я смогу, — мрачно сказал Тас.

Поднеся руку к замку, Тасилион убрал защиту, и дверь бесшумно отворилась. Майя сразу же оказалась на входе и с болью в глазах посмотрела на супруга.

— Маркус, Марк, услышь меня. Это я, Майя, — она медленно стала приближаться к беснующемуся на месте вампиру.

Глава 6

Стоило её голосу прозвучать в камере, как тьма из глаз вампира чуть замерла, но потом снова продолжила течь. А вот руки стали чуть меньше дёргаться. Тас с опаской наблюдал, как его супруга идёт в клубящейся тьме к опасному пленнику, при этом она продолжала что-то говорить тихим, спокойным, ласковым голосом.

— Маркус, мальчик мой, скажи, что ты ещё со мной. Знаешь, как я за тебя переживала? А мне нельзя переживать. Я сегодня чуть не замёрзла, пока мы пытались до тебя добраться, а мне нельзя мёрзнуть. Но самое страшное — я чуть не оставила все свои нервы, пытаясь узнать, где тебя держат. Прошу, мышонок мой, не лишай меня последних. Я же тогда точно прибью кого-нибудь из вас сковородкой, а то и всех вас вместе взятых. И начну я с тебя, потому что я с тобой разговариваю, но не вижу твоей реакции.

Майя медленно приблизилась к вампиру. Тьма почти перестала течь из глаз, руки уже не тряслись, а застыли, повиснув на невидимой опоре, крылья безвольно висели за спиной. Майя подошла вплотную к вампиру, положила ему руки на шею и попыталась заглянуть в черноту глаз, но его взгляд был направлен прямо.

Тас с замиранием сердца следил за действиями супруги, готовый выдернуть её из объятий спятившего вампира. Он понял, что случилось. Это было не такое уж частое явление, но и вампиры могли слететь с катушек, что и произошло с Маркусом. Вот только такое сумасшествие либо проходило со временем, либо… Либо безумного приходилось убивать, для спокойствия общества. Стоило такому пленнику вырваться наружу, как он оставил бы за собой горы трупов, выпивая кровь из всех, кто попадётся ему на пути, пока не умрёт от пресыщения или не будет убит охотником. А насытить вампира до смерти сложное занятие. Подобный Маркусу мог уничтожить средний город целиком, прежде чем лопнуть от избытка крови. И сейчас дракон опасался, что зубы безумца вот-вот вонзятся в шею жены, но тот почему-то медлил.

— Мась, прошу, услышь меня, — прошептала Майя, и в её голосе звучала невысказанная истерика. — Не смей меня покидать! Вы обещали, что будете рядом со мной до конца ваших дней. А ещё моих! Так вот, мои сегодня не заканчиваются, и твои тоже. Только попробуй умереть, я тебя с того света достану. Хотя нет, не буду. Я устрою твою могилку у себя в саду, чтобы далеко ходить не пришлось. Как думаешь, Винс и Ник через сколько откопают твои кости? А как часто они потопчутся по твоей могилке? Ни одного цветка там не оставят, уж я знаю, как они с клумбами общаются. А ведь мне надо тебе кое-что сказать. Или ты хочешь, чтобы я сказала это кому-то другому первым?

Майя сделала небольшое усилие, нажав на шею вампира, чтобы тот наклонился к ней, и прошептала ему на ухо что-то очень тихо. Знала бы она, чего стоило Тасу сдержаться и не прервать её единение с безумцем, точно поцеловала бы. Но она думала о другом, а Тас обладал удивительной выдержкой. Стоило Майе слегка отстраниться, как тьма больше не вытекала из глаз вампира. Его когти медленно, но стали втягиваться в пальцы, крылья рваными движениями стали истончаться. А после и вовсе пропали. Тьма в камере тоже принялась рассеиваться, так что даже в самых дальних углах от неё вскоре ничего не осталось. Спустя минуту напротив Майи стоял уже привычный ей вампир, который недоумённо смотрел ей в глаза. А ещё стали заметны цепи, которые фиксировали вампира в пяти точках: запястья, щиколотки и шея.

Поняв, что Маркус удивительным образом пришёл в себя, Тас лёгким касанием отключил цепи, и вот вампир пошатнулся, лишившись не только кандалов, но и того, что его удерживало на ногах. Но собрав силы, он смог устоять на ногах. Зато освободившиеся руки он тут же использовал по назначению: он осторожно прижал к себе Майю, зарылся носом в её волосы и глубоко вздохнул.

— Я не умер? — хрипло прошептал Маркус.

— С чего ты взял? — Майя облегчённо выдохнула, прижавшись к груди мужчины.

— Мне казалось, что я погрузился в ничто, — продолжил шептать Маркус, при этом сильнее прижал к себе жену, как будто пытался сделать её своим якорем. — Вначале меня накрыла волна силы, а потом… Потом я потерялся. Я не знаю, где я был, что делал. А что-то било в голове, приказывая, уговаривая, заставляя и умоляя меня выпить всю кровь, обещало, что это даст мне силу. Я понимал, что это не выход, но оно было сильнее. Я почти потерял себя, а потом услышал тебя.

Маркус посмотрел в глаза жены и увидел в них безграничную любовь. То же и Майя увидела в глазах супруга, после чего судорожно вздохнула.

— Ты меня чуть до инфаркта не довёл, — с улыбкой сказала она. — Неужели ты хотел оставить меня одну с шестью оболтусами? Но самое страшное — ко мне тут же начали бы подбивать клинья новые женихи. А ты же понимаешь, что у меня мало кто из них смог бы выжить. Это вы уже натренированные, знаете все мои приёмы. А я уже не сдерживаюсь, не могу. Вы ж мне все нервы истрепали, лимит кончился.

— Ты поэтому мне угрожала могилкой в саду? — нахмурился Маркус, вспоминая слова любимой, которые хоть и долетали, но как будто сквозь вату, какое-то время он вообще ничего не понимал, только слышал знакомые интонации и тембр.

— А ты думал, буду куда-то далеко ходить? — возмутилась Майя. — А про некроманта не слышал?

— Нет, — Маркус ответил не задумываясь, потому Майя не поняла, можно ли этому верить. — А то, что ты ещё сказала… Это правда?

Майя только счастливо кивнула.

— Эй, голубки! Может, уже выйдете? — подал голос Тасилион, так как ему уже надоело смотреть и завидовать, да и место было не самое лучшее для любви. — Маркус, если тебе так понравилась клетка, можем оборудовать её дома. А сейчас нам лучше оказаться как можно дальше отсюда, пока нас не заставили заполнять бумаги. Сегодня я больше не хочу видеть ни ручку, ни карандаши. А бумагу предпочту мягкую и в ином месте.

Майя нервно хихикнула, спрятав нос на груди вампира. Маркус согласно кивнул, сделал шаг и тут же покачнулся. Пришлось Тасу зайти в камеру, опереть на себя обессиленного пленника, прихватить Майю, чтобы та не задерживалась, и быстро покинуть негостеприимное заведение.

— А разве его не будут искать? — зачем-то решила уточнить Майя, поспевая за практически бегущим Тасилионом.

— Будут. Потому надо уйти подальше, — кивнул Тас, не забывая тащить обессиленного вампира на себе.

— И не узнают, что ты его вытащил? — продолжила допрос Майя.

— Узнают.

— Но тогда получается, мы помогли сбежать преступнику! — Майя едва не замерла на месте от нового ужаса, но её дёрнули за руку, и забег по коридорам продолжился.

— Нет. К тому моменту, как местные дойдут до темницы, обнаружат пропажу Маркуса и моё участие, мы должны быть подальше отсюда. А уже после Маркус покажет, что он нормальный. Ты же нормальны? — последний вопрос Тас задал вампиру.

— Да нормальный я, — Маркус действительно ощущал себя хоть и безумно усталым, но достаточно адекватным, притом что пропала уже привычная возрастная скачка, но этого пока никто особо не заметил.

— Вот! А нормального члена Совета не имеют права держать в темнице. Так что он просто пройдёт проверку, получит галочку «здоров», и никаких проблем. Но сейчас нам действительно стоит убраться, чтобы нас не смогли поймать на процессе «похищения» пленника, иначе не отвертимся от проблем.

— А все их отчёты? — удивилась Майя.

— А это уже будут их отчёты, — со злой усмешкой сказал Тас. — Я же не отвечаю за их отчётность. Вот пусть побегают, поищут нужные формы в нужных окошках с нужными образцами.

Майя довольно и предвкушающе потёрла руки. Полагалось ещё гаденько похихикать, но на бегу этого никто не оценил бы, пришлось молчать. Действительно, чего это она переживает! У них же тут всё налажено и работает, как машина. Вот и пусть ещё немного поработает. А она вообще посторонняя личность, которой настоятельно просили приходить сюда как можно реже. Потому она старалась не создавать проблем дракону и быстро бежала рядом. Они как раз успели юркнуть за очередной поворот и оказаться на улице с чёрного хода, в то время как с парадного уже приехали маги зачистки.

Троице повезло, что окончательно съехавший с катушек вампир — слишком сильный и опасный противник, потому группа зачистки не торопилась, по максимуму собирая и активизируя экипировку. Потому они также неторопливо вывели всех из здания и только после этого спустились в подвал. Стоит ли говорить, что отсутствие пленника их не просто удивило, а максимально шокировало. А число заполненных бланков, объяснительных записок после этого было ужасающе много. Один факт того, что вызов группы на ликвидацию вампира должен был закончиться либо справкой об уничтожении, с предъявлением тела, либо заявкой на большую группу в случае побега с параллельным указанием, в которой же прописывалось, сколько трупов оставил за собой сбежавший, уже создавал проблемы. Спятивший вампир просто не мог прийти в себя своими силами.

Оказавшись на улице, Тас быстро извинился за предстоящие неудобства, обернулся драконом и подхватил в каждую лапу по пассажиру. Надо было слишком быстро улетать с места преступления, а Маркус сейчас не обладал достаточными силами, чтобы лететь самому. Майя тем более не возражала, ей просто хотелось как можно быстрее оказаться дома и убедиться, что с мужем всё хорошо. Ветер почти стих, и Тасу пришлось прорываться только через плотный снегопад, что после всего случившегося уже казалось лёгким неудобством, чем серьёзной преградой. Так что до дома они добрались в максимально кратчайшие сроки. Их уже высыпали встречать оставшиеся обитатели дома, даже дроу наконец-то вернулся домой, хотя убёг куда-то с самого раннего утра.

Стоило Маркусу и Майе оказаться на земле, Тас перекинулся человеком и потащил вампира в дом. Просто супругу уже подхватил на руки эльф, видя, что та дрожит от холода, и быстро занёс в дом. Остальные решили не мёрзнуть на улице просто так. Внутри сразу же закипела бурная деятельность: пока оборотни тащили одеяла, чтобы укутать замерзающих, Аря быстро раздел супругу, буквально вытряхнув её из ледяной одежды. Вампир предпочёл раздеться сам, дракон же просто устало развалился в кресле, он как раз не замёрз. Майе, кроме одеяла, принесли ещё и тёплый халат, а также тапочки, но они пока не потребовались. Эльф вместе с дроу принялись растирать ноги Майе. Девушка же вцепилась в руку сидящего рядом вампира и заглянула ему в глаза.

— Ты как? — прошептала она тихо, ища признаки возможного безумия.

— Всё хорошо, пока я с тобой, — с улыбкой ответил Маркус, при этом сжал ладонь жены и не собирался её отпускать. — Почему-то я в этом абсолютно уверен.

— Мы тоже можем помочь, — с готовностью кивнул Винсент. — Шерсть греет лучше.

— Дайте кровь разогнать, — ворчливо ответил Мирт. — Ждите своей очереди.

Пока мужья слабо переругивались, деля право позаботится о супруге, Майя обвела взглядом комнату и немного обалдела.

— Э… Мальчики, а что тут случилось? — осторожно спросила она у мужей, которые всё это время оставались дома.

— А что? — живо отозвался Винсент. — Мы подумали… можно уже начать готовиться к твоему Новому году.

— Точно? — уточнила Майя. — Вы не решили заняться садоводством дома?

Реакцию Майи легко было понять. Сейчас в комнате она насчитала пять больших ёлок и ещё две маленьких. Их никто не украшал игрушками, потому деревья вызывали странные мысли.

— А что, мало? — испуганно спросил Мирт. — Ты не переживай, мы и в других комнатах поставили, но если надо больше, мы успеем.

— Мы решили, что будет отмечать в последний день месяца. Чтоб как у тебя дома, — подал голос Никас. — Так что действительно успеем притащить ещё несколько штук. Только скажи сколько надо.

— Да нет, немало, — сдержав нервный смешок, сказала Майя, боясь представить, что ещё успела приготовить её семейка.

— Я тоже говорю, что много, — проворчал Шарис, неся в руках кружки с чем-то горячим. — Я теперь вообще без хвоста вынужден передвигаться! Им-то хорошо, они и в снегу могут резвиться, а мне теперь совсем негде растянуться.

Дойдя до дивана, он вручил замёрзшим кружки с горячим какао, а после сел с противоположной стороны от Майи, чем вызвал недовольный рык оборотней. Они как-то не задумались занять это место сразу, а теперь было поздно.

— Предупреждаю сразу: в коридорах ёлки, на кухне ёлки, в твоей комнате особо много ёлок, — сдал всех Шарис. — А вот с украшениями пока проблема, но они собирались завтра начать их делать.

— А ты нет? — удивилась Майя.

— Я отвечаю за праздничный стол, потому нет, — довольно улыбнулся наг. — Я и в постановке деревьев не участвовал, так как сидел на кухне и составлял предположительное меню, список ингредиентов, короче работал, пока они туда не заявились со своими колючими вениками. Дорогая, прошу, давай уберём хотя бы с кухни эти ёлки! Оставим только ту, что под потолком.

— Что? — а вот теперь Майя захотела всё бросить и помчаться смотреть на это чудо, или чудовище, в зависимости от того, что получилось.

— Голову подними, — хохотнул Тас.

Майя послушалась и замерла. Эти товарищи из люстры сделали что-то похожее на новогодний венок, если не обращать внимания на то, что длина веток, расходящихся в стороны, была минимум метр. Майя нервно хихикнула, поняв, что её мальчики не просто слегка перестарались, а слишком сильно увлеклись. И дальше к празднику надо будет готовиться только под её чутким контролем.

— Наши четырёхлапые решили, что в лесу стало холодно бегать, и теперь лес надо переместить сюда? — подал голос Маркус, чувствуя, как сила постепенно возвращается в тело, но при этом не отпуская руки Майи, как будто это она являлась её источником.

— Вообще-то, мы тут хотели устроить любимой праздник, — проворчал Никас. — Пока кое-то устроил ей нервотрёпку, а после вообще едва не лишил нас всех супруги.

— Рассказывай, что случилось, — бросил Тас, понимая, что сейчас этот вопрос волнует всех. — Утром ещё всё хорошо было. Уж никогда бы не подумал, что за тобой надо присматривать, как за остальными сомужьями Майи.

Маркус тяжело вздохнул, покосился на всех присутствующих, поймал ободряющий взгляд Майи, после чего кратко рассказал, что помнил. Потому что помнил он не так уж и много. Вначале был утренний совет, потом к нему пришла пара посетителей, как сказал секретарь, но даже первого он помнил с трудом. В голове неожиданно стало как-то пусто и заполнено одновременно, мысли стали скакать неожиданным образом, и большая их часть была о крови. Он даже помнил, что вроде бы на кого-то бросился, а вот дальше… Дальше он услышал голос Майи, что помог ему выбраться из кроваво-чёрного марева, в котором плавал всё это время. И с большим удивлением он узнал, что это случилось уже поздно вечером.

— А как ты чувствуешь себя сейчас? — с волнением спросила Майя.

— В голове кристальная ясность, силы постепенно возвращаются, так что надеюсь, больше такого не повторится.

— А как давно ты перестал скакать по возрасту? — уточнил Ариентуриаленос, закончив массаж ног супруге, натянув носочки и укутав пледом, для полноценного тепла.

— Что? — Маркус озадаченно посмотрел на эльфа, потом прислушался к себе. А после расплылся в ошалевшей и радостной улыбке. — То есть я…

— Что? — не поняла Майя, видя, что радость вампира разделили эльф и до жути довольный дракон, как будто он это знал уже давно, а остальные тоже сидели в непонятках.

— Твой супруг наконец-то закончил переход и стал магом крови, — довольно пояснил дракон. — Правда, это случилось слишком быстро, потому он чуть не слетел с катушек. Ему повезло, что ты смогла до него достучаться.

— То есть вампиры не всегда удачно проходят этот переход? — с холодеющим от ужаса уточнила Майя.

— Увы. По-хорошему Маркуса должны были взять под контроль, когда по срокам он приблизился бы к финальной стадии перехода, но до этого оставалось ещё минимум пара лет. Он вообще слишком рано для вампира начал свой переход, так что надо было предугадать и скорый выход.

— Но как тогда? — непонимающе смотрела Майя.

— Ты, — с нежностью произнёс вампир.

— Да, а что ты ему такого сказала, что он окончательно пришёл в себя? — задумчиво уточнил Тас, вспоминая моменты ужаса, когда его собственное сердце замирало, опасаясь за жизнь супруги.

Майя обвела загадочным взглядом мужей, улыбнулась.

— Знаете, когда Леяна давала мне последние наставления, она кое-что шепнула, — издали начала девушка. — Я, правда, не знаю, насколько можно ей верить, но с Маркусом она не обманула. Он не причинил мне вреда. А ещё она сказала, что… я беременна.

В комнате повисла тишина. А потом начался бедлам. Все мужья рванули вперёд, пытаясь первыми обнять жену. Но так как места рядом с Майей было не особо много, получилась куча мала. Аря, вставая на ноги с пола, макушкой ударил Никаса снизу по челюсти, так что оба застонали от боли. Мирт умудрился отдавить ноги Шарису, за что получил удар локтем куда-то под рёбра. Винсант вообще в прыжке перевернул столик, на котором стояли чашки из-под какао. И из одной даже что-то немного вытекло не белоснежный ковёр, но этого пока никто не заметил, тем более что сам оборотень отбил мизинец о перевёрнутый стол. Маркусу едва не вывихнули плечо, пытаясь его отодвинуть в сторону, но так как вампир крепко держал Майю, женщина полетела следом и упала на Маркуса. Так что Тас остался единственным, кто устоял на ногах, пусть и вышло это случайно. Он уже хотел подхватить жену за талию, раз уж она так удачно растянулась, но громкий окрик заставил замереть.

— Всем не двигаться, пока я сковородку не взяла! — рявкнула Майя. — Это что за цирк? Вы с катушек слетели?

— Это же чудо, — проскулил Аря, поглаживая страдающую макушку. — Мы все хотели услышать о будущем наследнике, но не думали, что это случится сейчас.

— Успокаиваемся, — решительно заявила Майя, включая командирские нотки, без них она бы уже давно прибила всех мужей, попутно принимая вертикальное положение. — Меня сейчас нельзя давить. И раньше нельзя было, но сейчас особенно. Давайте просто устроимся рядом, я всех с удовольствием обниму.

Как ни странно, но её все послушались. И какое-то время они сидели на диване, большой такой кучкой, где каждый из мужчин пытался прикоснуться к Майе хоть чем-то.

— Всё хорошо, но Майе пора спать, — заявил Маркус, хотя ему самому не хотелось отпускать от себя жену.

— Но…

— Она никуда не денется, — прервал робкую попытку возразить Маркус. — А силы ей теперь нужны в двойном размере.

С этим спорить никто не стал. Подхватив жену на руки, Тасилион бодрым шагом направился к женской спальне.

— Между прочим, могла бы и мне сказать, что ты беременна, — обиженно буркнул он, пока никто больше не слышал. — Это я с тобой летал в бурю, страдал.

— Не было подходящего случая, — смутилась Майя, а потом хитро улыбнулась. — Но обещаю: следующий мой секрет ты узнаешь первым.

Глава 7

Утро было весьма ожидаемым. Майя проснулась в кровати не одна. С одной стороны её обнимал Тас, с другой — Маркус, на подушках в звериной ипостаси лежали оборотни, а на полу неожиданно нашёлся Мирт. Видимо, мужчины пробрались сюда ближе к утру, потому что выспаться она успела, ничего не затекло, а вот её осторожные движения в сторону выхода остались незамеченными.

Добравшись до кухни, она сразу же попала в объятья Шариса, а потом и Аря подтянулся, и тоже крепко обнял, ещё и поцеловал.

— Что желает на завтрак молодая мама? — поинтересовался наг.

— Я ещё не мама, — уточнила Майя.

— Будущая мама.

— Что-то лёгкое.

— А может прогулка перед завтраком? — тут же предложил эльф, как только наг отвернулся к плите.

— Давай попозже, — Майя ласково провела по щеке мужа. — Без чая я никуда не пойду.

— Ты никуда не пойдёшь без предварительного обследования, — строго заявил появившийся на кухне Маркус.

— Ты же спал! — возмутилась Майя.

— Нет.

— А почему не сказал?

— Подумал, что тебе надо посетить ванную комнату. Не буду же я тебя мучить, — спокойно ответил Маркус.

— И что за обследование ты собираешься провести? — покорно спросила Майя, понимая, что кто-то решил изобразить из себя серьёзного дядьку.

— Я собираюсь контролировать всю твою беременность, — довольно сказал Маркус, и Майя снова услышала того вампира, который когда-то обманом стал её мужем, а потом старался быть самым рассудительным из всех, пока его не накрыл переходный период. — Поверь, как маг крови я точно смогу уловить тончайшие негативные изменения в твоём теле…

— Только подучись, для начала, — на кухню важно вплыл Тасилион.

— Давайте, не будем ругаться, — примирительно сказала Майя. — Мась, я же не против, но Тас прав.

— Начну сегодня же. Но для начала я должен провести элементарное сканирование, уж его умею и без дополнительной литературы, — Маркус поцеловал супруге руку, быстро сделал магический слепок её тела, а после удалился.

— Дорогая, я вынужден улетать, сегодня работу никак нельзя прогуливать. Надо же узнать, чем у них дело закончилось, — Тасилион также поцеловал руку Майе, прежде чем удалился.

Аря пошёл ещё дальше. Он подошёл к супруге и поцеловал её в губы, чтобы после быстро ретироваться. Что ж, скучать еёйбыло некогда, так как дома оставались идейные мужчины, желающие отметить Новый год, несмотря ни на что.

Когда троица в лице эльфа, вампира и дракона, вошла в здание совета, их встретила паника. Нет, сами мужчины никого не побеспокоили, на них даже не особо обратили внимание. Если бы не ветер, что успел залететь в приоткрытую дверь и сдуть с кипы бумаг пару листов, на них даже не посмотрели бы. Потому мужчины спокойно прошли дальше в сторону своих кабинетов, и уже там узнали, в чём был ажиотаж. Не заметить нервных клерков, бегающих из кабинета в кабинет с какими-то талмудами, было проблематично. А тут ещё сюрприз в виде запечатанного кабинета Маркуса.

— Даже так? — усмехнулся вампир, сорвал предупреждающую, но абсолютно обычную в плане магии ленту и зашёл внутрь.

Так как Маркус и Ариентуриаленос тоже заметили это изменение, то решили составить компанию другу. Тем более что эльфу уже успели кратко пересказать прошедший вечер и беготню по инстанциям в поисках ответов. Лента на двери явно обещала развлечение. Троица с комфортом устроилась, один сидел на своём месте, двое других — на стульях для посетителей, после чего вампир заказал принести три чашки кофе.

— Вы? Что вы тут делаете? — не прошло и минуты, как в дверь влетел запыхавшийся мужчина в сером костюме.

— Сижу, — просто ответил Маркус, делая вид, что ничего не понимает.

— Вы должны быть в камере! — выкрикнул служащий.

— На каком основании? — удивился Маркус.

— По причине вашего неконтролируемого поведения, создающего опасность для окружающих, — отчеканил служащий.

— Разве я сейчас плохо себя контролирую? — Маркус посмотрел на друзей, и те отрицательно кивнули. Тогда вампир посмотрел на клерка. — По-вашему, я сейчас не в порядке?

— Ну… выглядите в порядке, — неуверенно сказал клерк. — Но я не специалист, потому не имею права делать такие заявления. А вот вчера у вас было неадекватное состояние, в результате которого чуть не пострадал посетитель. И потому вас поместили в особую камеру, экранирующую ваши способности и не дающие вам прочинить окружающим вред.

— То есть я сейчас излучаю что-то, что может навредить окружающим? И не могу это контролировать? — уточнил Маркус.

— Судя по документам, да! — клерк даже обрадовался, что его данные вроде бы как услышали. — А после, когда случился пик вашего безумия, была вызвана команда зачистки, двойная.

— О, то есть меня вчера ещё и зачистили, — довольно резюмировал Маркус. — Тогда почему вы удивляетесь тому, что меня нет в камере?

— Но… Почему вы сидите тут? — клерк не знал ответа на вопрос, потому решил задать свой.

— Потому что я — член Совета по соблюдению прав всех рас, населяющих этот мир, а так же защищающий их от произвола с какой бы стороны он ни происходил. Извините, точную формулировку не помню, но у вас она наверняка где-то есть.

— Но вас же вчера…

— Зачистили? — подсказал нужное слово Маркус, видя, как у клерка мозги начали закипать. — А вот это уже к вам вопрос. Вы сами знаете, магический отпечаток подделать невозможно. И пока член Совета жив, и его не уволили с соблюдением всех формальностей, отпечаток является лишним подтверждением его прав и обязанностей. Вот я с самого утра и занимаюсь своими обязанностями.

— Это какими? — нахмурился клерк.

— Обсуждаем поправку к законам о невестах, — вставил свои пять копеек Тасилион. — Мы не посетители, а тоже тут работаем.

— Рад за вас, — буркнул клерк не поворачиваясь. — Сейчас вы должны…

— Я? — удивился Маркус. — Разве на ваших актах о моём безумии есть хоть одна моя подпись, чернильная или магическая?

— Н-нет, — признался клерк.

— Это же не я вызвал команду для собственной зачистки? Тогда не понимаю, какие ко мне вопросы.

— Вы должны пройти проверку, гарантирующую вашу безопасность, — только и смог сказать клерк.

— О, это я всегда с удовольствием. Доверяю вам организовать эту процедуру. И думаю, её нужно сделать в максимально короткие сроки. Ой, и у меня куда-то пропал секретарь. Не видели его?

Не прощаясь, клерк вылетел из кабинета, получив хоть какую-то подходящую инструкцию. Троица просидела в тишине секунд десять, после чего бессовестно рассмеялась.

— Интересно, как он с тобой разговаривал, если ты зачищенный, — хохотал дракон.

— Может, перепутал вампиров с призраками? — предположил смеющийся Маркус.

— А разве им не нужна твоя подпись на акте зачистки? — Ариентуриаленос не отставал от друзей. — Так и представил картинку: команду зачистки в полном обмундировании распихивает какой-то клоп при галстуке и противным голосом просит поставить закорючку, чтобы потом не пришлось его с того света вызвать.

Спустя десять минут к ним зашёл какой-то другой клерк, явно статусом повыше, так как наглости в лице было больше.

— Доброго дня, — он вежливо поздоровался с присутствующими, а потом посмотрел на Маркуса. — Так понимаю, это вы тот самый вампир, который сейчас должен сидеть в подвальном помещении в экранированной камере.

— Да, мне это уже успели сообщить, — кивнул Маркус.

— Могу я узнать, почему же вы сидите тут, а не в камере? — вежливо уточнил клерк.

— Напомните мне, кто именно должен сидеть в той камере. Я имею вообще, а не конкретно сейчас, — вместо ответа спросил Маркус.

— Данная камера была построена для временной экранизации магов, не способных контролировать свои силы, что чаще всего приводит к многочисленным жертвам среди мирного населения. К таким относятся и вампиры, которые ступают на путь сумасшествия, ввиду того, что именно для вашей расы потеря разума и контроля над силой приводит к массовым трагедиям.

— Тогда скажите мне, разве я сейчас похож на вампира, который не контролирует свои силы и стремиться убить всех вокруг? — максимально невинно спросил Маркус.

Для демонстрации своих сил вампир вызвал за спиной дымные крылья, пару раз махнул ими, после чего спрятал.

— Ну что, вы уже лишились жизни? — таким же невинным голосом поинтересовался Маркус.

— Я жив, — мрачно ответил клерк.

— Значит, я сейчас не должен там находиться.

— Но, согласно бумагам, вы безумны.

— Согласна тем же бумагам, по мою душу вызвали отряд зачистки, значит, я должен быть мёртв. То есть я не должен присутствовать в камере, так как останки хранятся в другом месте. Отряд зачистки никогда не оставляет в живых спятившего, если только сам не погибает. У вас есть акт о гибели усиленного отряда зачистки?

Тас с Ари сидели с каменными лицами, но как же тяжело было обоим сохранять тишину.

— Нет, команда зачистки вернулась в полном составе, — мрачно ответил клерк.

— Так значит, ошибки в бумагах. А так как я не безумен, моей подписи там нет, моё участие в фальсификации ваших фактов никак не подтверждается. А значит — вам самим искать выход из этой ситуации. А теперь разрешите, мне надо продолжать работать. И да, почему мне до сих пор не принесли кофе? Я же оставлял заявку.

Клерк развернулся и зло покинул кабинет, громко топая каблуками.

— Так понимаю, сегодня нам можно больше никуда не ходить, — важно заметил Тас, глядя на эльфа. — Тут будет самое интересное.

— Да куда мы отсюда уйдём? — таким же важным тоном заявил Ариентуриаленос. — Сейчас комиссия должна прийти для оценки состояния этого безумного, но не безумного вампира, а им нужны будут свидетели. К тому же мы просто обязаны присутствовать тут как его ближайшие родственники. Заметь, ближе нас сейчас никого нет, до остальных минимум полдня пути ногами.

— Это ж дополнительные заявки местным канцелярам писать, — продолжил Тасилион. — А у них и так ой как дел прибавилось.

— И не говори, — согласился Аря. — Это ж мы с тобой, члены самого Совета, освобождены от всей бумажной ерунды, а им, бедненьким, столько всего придумавшим, теперь без них никуда.

Парочка ещё бы поразмышляла на тему бренности бытия бумажных трудоголиков, но тут по местной связи Маркуса вызвали в третий магический зал.

— Ну что, коллега, пойдём спасать нашего коллегу? — важно, но с хитринкой спросил Тас, поднимаясь с кресла.

— Как можно! — возмутился эльф. — Идём спасать нашу бюрократию! А то вдруг они и тут чего-то натворят без присмотра.

Маркус только хмыкнул. Троица быстро дошла до третьего зала, где местные маги уже подготовили магические установки. Сама по себе проверка не была чем-то болезненным, артефакты всё делали быстро, но сам результат требовался как можно быстрее, не было смысла оттягивать эту встречу. И Маркус внутренне ухмылялся, представляя, что будет дальше. А дальше действительно было весело.

— Что ж, поздравляю, — седой маг склонился в поклоне. — Вы подтвердили свой новый статус и стали полноценным магом крови. Ваши данные обновлены, сила вашего голоса в совете увеличена в три раза.

— Ого! — Тас уважительно кивнул. — Да ты теперь сравнялся со мной.

— Ой, не зазнайтесь только, — фыркнул Аря. — Вы всё равно в единственном экземпляре в Совете.

— Вашу команду сопровождения можно поздравить, — продолжил говорить проверяющий маг. — Могу я узнать её руководителя, чтобы знать, кому выписывать премию?

— Конечно, можете, — расплылся в довольной улыбке вампир. — Никому. Точнее, выпишете эту премию мне.

— Я понимаю. Вам, видимо, пришлось несладко, но процесс перехода от простого вампира к магу крови не самый приятный. Но если бы не команда сопровождения, вы бы сошли с ума, и вас пришлось бы зачистить.

— Ну что вы, я слишком хорошо всё понимаю, вот только у меня не было команды сопровождения, а от безумия меня спасла супруга. Но так как она не является работников, то можно сказать, я сам решил свою проблему перехода.

— Но это же невозможно! — маг явно был шокирован случившимся. — Без нужного контроля невозможно стать магом крови! Учитывая, как важно сохранять всех членов совета, такое просто невозможно! Кто отвечал за ваше состояние? Могу я увидеть вашего секретаря?

— О, тут всё просто, — довольно улыбнулся вампир. — Моего секретаря уволили вчера поздним вечером, потому он сегодня не вышел на работу. Так что вопросы к отделу кадров. Ну и заодно узнайте у них, кто за меня отвечал, и всё остальное, что вас интересует. Я могу идти? Ко мне вопросов больше нет?

— Нет, — растерянно кивнул маг.

Маркус довольно кивнул и вышел из зала. Дракон с эльфом последовали за ним, как только подтвердили своё участие в проверке как свидетели и ближние родственники. В кабинете вампира их ждало новое шоу. Секретарь вернулся на своё место, успели его вызвать, учитывая, что начальство не зачистили, а в какой-то степени повысили. И теперь растерянный парень судорожно пытался понять, что ему делать с той кипой бумаги, что уже успела организоваться на его столе. Вампир решил не тревожить парня, потому троица пошла в местный ресторанчик, где порой обедали члены Совета. Там их и обнаружили посланцы.

— М… Господин вампир, — юноша, явно ещё не так давно принятый на работу, стоял и с трудом сдерживал дрожь.

— Да-да, — Маркус как раз успел перекусить, потому был в хорошем настроении.

— У нас к вам есть большая просьба, — с трудом выдавил из себя парень, потом покосился на тех, кто стоял у него за спиной, но двое мужчин лишь кивнули, мол, продолжай, но сами молчали. — Вы бы могли сделать нам небольшое одолжение и пойти навстречу.

— Я вас внимательно слушаю, — добродушно сказал Маркус, дав знак друзьям не вмешиваться.

— Понимаете, ваше обращение вышло несколько… непредсказуемым, — начал смущённо парень. — Вам полагалось находиться в переходном периоде ещё около пяти лет. За это время вам была бы назначена команда сопровождения и консультации, которые должны были помочь вам перейти рубеж к магу крови. Вы и так слишком рано, для своего возраста, ступили на этот путь, но преждевременный переход создал ещё больше проблем. А ещё вчерашнее ваше задержание, закончившееся вызовом группы зачистки, но в итоге…

— Я внимательно слушаю ваше предложение, — расплылся в улыбке Маркус.

— Может быть, вы… согласитесь, чтобы вас зачистили? Вашей семье будет выплачена определённая сумма компенсации за потерю, с неё также не будет требоваться выплата по ремонту здания Совета. И все были бы довольны.

— А я? — если бы можно было, Маркус бы расплылся в ещё более широкой улыбке, но та уже была не пределе, так что мало что поменялось.

— А вы… Попадёте в галерею славы.

— То есть я должен согласиться на зачистку, без какого-либо основания, чтобы в итоге мой портрет висел где-то в пустынном коридоре?

— Вы поймите, у нас даже вчерашнее недоразумение потребует такого числа бумаг, что мы неделю будем подписи собирать! — взмолился парень. — А когда выяснилось, что у вас ещё и команды поддержки не было… А ещё группа зачистки требует плату за ложный вызов! Но это же был не ложный!

— Таааас, — протянул вампир, повернувшись к дракону, — скажи мне, как друг: что устроит наша супруга, если я сейчас соглашусь на зачистку?

— Ну… Я не уверен до конца, — протянул Тасилион, — но вряд ли ей это понравится. Так что, скорее всего, она сюда нагрянет и начнёт требовать ответы на свои вопросы. А потом компенсацию уже придётся платить нам за безвременную кончину местных клерков, ну и отряда зачистки вдобавок.

— Усиленного, — напомнил Аря.

— Да-да, усиленного, — с тяжёлым вздохом согласился Маркус. — Как бы вообще не пришлось заново здание отстраивать после её прихода.

— Ваша супруга — простая человечка, — решил напомнить клерк. — Человеку не под силу такое сотворить.

— Одному — нет, — согласился Маркус. — Но у неё есть семеро мужей. Даже если я соглашусь на вашу зачистку, и мужей останется шесть, это вам не поможет. Потому что ни один из нас не отпустит любовь всей нашей жизни куролесить тут в одиночестве.

— Она будет показывать пальчиком, а мы будем всё делать за неё, — Тас расплылся в довольной улыбке.

— А ещё у неё освободится место для нового мужа, — напомнил Ариентуриаленос. — А рядом с нами регулярно крутится альфа оборотней-волков.

— А это тут при чём? — не понял парень.

Эльф наклонился и громко, но по большому секрету, прошептал клерку:

— Он уже давно вьётся вокруг нашей Майи, всё хочет восьмым мужем стать. А тут ему будет достаточно оказаться рядом и укусить её: конец уговорам, она станет его женой. Как думаете, на что он пойдёт, чтобы заслужить её благоволение?

— Ой, а что там с выплатой мне за то, что я обошёлся без вашей команды поддержки.

— Сопровождения, — поправил клерк.

— Тем более.

— Сопровождение назначается из числа работников…

— Если вампир находится в здании Совета, — прервал Маркус. — Оформите это как оплату работников со стороны.

— Но это…

— Я вам предлагаю варианты, а вы отказываетесь. Тогда решайте свои проблемы сами. Но не забудьте потом отчитаться за деньги, положенные моей команде, всё равно без моего утверждения они никому не будут перечислены. А я не позволю забыть факт обязательной оплаты! За все годы консультирования.

— Но как же зачистка? — проблеет клерк.

— Вынужден отказаться, — довольно улыбнулся Маркус. — А ещё я, пожалуй, возьму причитающийся мне отпуск.

Стоит ли говорить, что спустя пару часов в канцелярии лежал не один, а сразу три заявления на отпуск. Дракона и эльфа не отпустили на всё положенное время, но семь дней они смогли себе выбить. Маркусу же, как сменившему статус на мага крови, дополнительный внеплановый отпуск был положен по внутреннему регламенту. Оставаться и разбираться в бумажном аду не хотел ни один из этой тройки. Да и хотелось уже доставить радость Майе и отпраздновать её праздник.

Глава 8

Спустя несколько дней.

Избавиться от ёлок не получилось. Ни от одной. Хорошо ещё, что мужчины решили не самостоятельно накопать в лесу ёлок, а обратились за помощью к магу. И пусть тот не знал настоящую причину такой неожиданной любви к ёлкам, все деревья были не просто выкопаны с корнями, но ещё помещены в особые мешки с землёй, для сохранения большей части корневой системы. И теперь оставалось только периодически проверять, не пересохла ли земля, так что никаких осыпающихся иголок не было.

С игрушками оказалось несколько сложнее. Когда Майя про них рассказала, мужчины не особо поняла, что она имела в виду. Потому, когда перед супругой поставили пять коробок, она с удивлением изучала содержимое. Там были детские игрушки для малышей, большие плюшевые мячи и шары, но не то, что Майя хотела бы видеть. Кое-как отобрав самые маленькие и то, что как-то можно будет повесить, оставшееся женщина велела убрать в чулан, до лучших времён. Зато, получив указание купить конфеты, оборотни притащили чуть ли не пол-лавки. Тут было такое разнообразие, столько разных и по виду, и по вкусу, что ёлки не должны были остаться голыми. Но пришлось потратить вечер на то, чтобы привязать ко всем будущим игрушкам верёвочки. Аналога мишуры не нашлось, как и электрической гирлянды. Зато Маркус сделал несколько гирлянд из леденцов.

Вампир вообще старался особо не отходить от супруги, особенно после того, как узнал обо всех злоключениях Майи и Таса во время его спасения. А ещё он помнил своё поведение в процессе перехода, и был безмерно благодарен супруге за то, что его не прибили сковородочкой, хотя обещали и не раз. Потому и сидел рядышком, порой даже на полу, но только бы у её ног, и гирлянды вязал, старательно подбирая конфеты так, чтобы хоть отдалённо напоминало то, что было в мире Майи. Он ведь помнил те картинки, которые видел, когда супруга делилась с ним воспоминаниями через кровь, и смог найти нужные образы.

Всё время, свободное от помощи остальным в подготовке праздника, Маркус изучал медицинскую литературу по людям. Он решил, что теперь имеет все основания следить за беременностью Майи, как супруг и маг крови. К привычному лекарю супругу сводили, но мужчина решил, что стоит обеспечить круглосуточный контроль. И пока состояние будущей мамы было хорошее, он стремился выучить всё, что могло бы потребоваться на более поздних сроках беременности.

Из привычного Майе были вырезанные из бумаги снежинки и рисунки на окнах. Местная зубная паста была не совсем привычной, но откуда об этом знать местным мужчинам. Так что Майя просто в какой-то момент проснулась и обнаружила, что окна разрисованы разноцветными узорами и картинами. Но дело было не в цвете, а в том, что именно было нарисовано. Майя с улыбкой, а кое-где со смехом проходила мимо разукрашенных стёкол и пыталась угадать, кто же автор того или иного творения. Шарис оказался весьма талантливым: его змеиные узоры, хвостатые герои были такими впечатляющими, что хотелось разглядывать эти неожиданные творения. Правда, наг умудрился изобразить несколько фривольных сцен с участием нага-мужчины и человека-женщины, видимо, в надежде на что-то намекнуть. Хорошо, что эти творения были не в столовой, не было необходимости краснеть во время приёма пищи.

А вот худшим художником оказался дракон. Над его замком Майя старалась особо сильно не смеяться, просто хохотнула в кулак, как будто подавилась. Но летающая казюлька с таращимися в разные стороны крыльями напоминающая дракона, которого кто-то сильно шандарахнул током, потом постирал в стиральной машинке на максимальных оборотах, а в финале ещё и отжал, но забыл расправить, не позволила ей сдержать смех. Потом пришлось долго убеждать супруга, что умение рисовать ему вообще не нужно, у него много других талантов, а она сама рисует ещё хуже. Тасилион оттаял не сразу. А казюлька над замком исчезла со стекла в тот же день. Вместе со стеклом, так что пришлось вызывать стекольщика в экстренном порядке.

Эльфийские творения ограничились плавными линиями, завитушками и абстракциями. Дроу постарался показать какие-то битвы, но в плане таланта он не сильно далеко ушёл от дракона, пусть и не страдал на эту тему также сильно. А вот оборотни рисовали зверей, точнее, котов. Как-то Майя показала им, как можно нарисовать кота, несколько силуэтов, и теперь все свободные окна были разрисованы кошачьими мордочками или же силуэтами. Отгадка была проста — парни не хотели позориться, потому рисовали то, что у них получилось. Талант к рисованию в них тоже не захотел раскрываться. Где-то они изобразили следы лап, но Майя была убеждена, что они просто наследили, обернувшись в звериную ипостась и оставив свои метки.

Сколько бумаги было изрезано на снежинки, никто не мог точно сказать. Но из обрезков можно было сложить хорошую такую «снежную» кучу. Зато тут Майя смогла оторваться. Она сама плохо помнила, какие именно снежинки были у неё дома, но руки быстро вспомнили принцип. И вот она, вместе со всем своим гаремом, с какой-то лёгкой грустью вырезала треугольники и квадраты, делала волнистые вырезы и острые края. А на губах была улыбка. Всё-таки родной мир уже вспоминался как что-то туманное, зато вокруг неё были дорогие её сердцу существа. И не беда, что среди них не было ни одного человека.

Утро долгожданного дня было наполнено суетой. Майя думала, что у неё впереди ещё много времени, можно понежиться в кровати, но кто-то на кухне вёл себя слишком шумно. Пришлось вставать и спускаться на первый этаж. По краю сознания прошла мысль, что что-то не так, но что именно Майя осознала не сразу. Только застав на кухне ругающихся мужчин, она поняла, что проснулась в полном одиночестве, что было чрезвычайной редкостью в последние годы.

— Что тут происходит? — строго спросила Майя, кутаясь в махровый халат.

На кухне творилось нечто. Мирт стоял с кинжалами наголо, Шарис раздражённо шипел, а кончик его хвоста колыхался на уровне глаз и нервно подрагивал. Ариентуриаленос стоял спиной к столу и явно держал оборону против двух оборотней, у которых руки почему-то частично трансформировались и теперь пальцы заканчивались острыми загнутыми когтями. А по всей кухне были раскиданы мелконарезанные овощи.

— Так что тут происходит? — ещё раз уточнила Майя, оглядывая и беспорядок, и мужей, на чьих головах тоже были замечены оранжевые и зелёные кусочки чего-то свеженарезанного.

— Мы решили немного подготовиться к вечеру, — первым решился нарушить молчание эльф. — Мы составили список блюд, подсчитали, сколько чего нужно подготовить. Оказалось, что овощи нужны приблизительно одинаковые, что выглядит странным, но мы решили: раз ты сказала, значит, так и надо. Но в моменте нарезки у нас вышли… разногласия.

— Прошу прощения, но вы….

Майя ещё раз внимательно оглядела мужчин. Судя по всему, оборотни решили нарезать овощи когтями, а Мирт — своими любимыми кинжалами. И глядя на общую картину бедлама, Шарис был в шоке от такого варварства, да и Аря его поддержал. Теперь было два вопроса: как это всё разрулить, и где пропадает оставшаяся парочка.

— Ник, Вин, а вы помыли когти перед тем, как кромсать несчастную морковку? — сдерживая смех, уточнила Майя.

— Так, мы ж никого когтями не рвали в последнее время! — возмутился Никас.

— А ещё недавно их наточили! — добавил обиженно Винсент.

— То есть чужой шерсти там нет. Только опилки, грязь, бактерии, — задумчиво выдала Майя. — Чем вам ножи не угодили?

— Когтями быстрее, — повинился Никас.

— А кубики только когтями получаются? — мило уточнила Майя.

— Какие кубики? Разве это имеет значение? — робко уточнил Винс.

— Да! — рявкнула Майя. — Для меня имеет большое значение, чем вы всё нарежете! Потому что я не хочу потом страдать из-за салатов, что решат отправиться в обратный путь ещё за праздничным ужином!

После Майя повернулась к дроу, который стоят и сиял, как начищенный таз.

— Я резал не когтями, а лучшими кинжалами, — гордо сказал Мирт. — — Правда, не знал про кубики, получились полосочки. Надо было чёткую инструкцию дать.

— Ага. А это, случайно, не те два кинжала, которыми ты на прошлой неделе порезал болотного жарбика? — невинно уточнила Майя. — И ты не забыл, что его слизь не просто ядовита, а впитывается во все поры и трещины метала. Кинжалам ничего не будет, они даже крепче станут на какое-то время, пока остатки слизи его не покинут, а вот у людей, подобных мне, это грозит сильной аллергической реакцией.

— Насколько сильной? — Мирт выглядел слегка сбитым с толку, пытаясь самостоятельно вспомнить, чем же так опасна слизь.

— Ну… летальной. А мне, знаешь ли, очень не хотелось бы сейчас отправляться на тот свет, когда я только начал чувствовать удовольствие от проживания под одной крышей с семью оболтусами на этом. Никто не болеет, больше нет возрастных скачков, вы даже научились практически не показывать свою ревность, хотя сами на всё это подписались. Вот даже праздник решили мой провести, чтобы… похоронить меня во цвете лет?

Мирт стоял пристыженный. Майя хмыкнула, тяжело вздохнула и принялась руководить процессом уборки. А после вторым этапом нарезки овощей и мяса. Увы, организовать холодец ей уже не позволяло время, да и она не была уверена, что точно вспомнит процесс готовки. Даже с помощью Маркуса какие-то воспоминания уже не получалось реанимировать. Перед нарезкой она отправила всех отмываться в душ, так как остатки овощей в шевелюрах вызывали предательскую улыбку на губах, а ей надо было сохранить строгий вид. Однако на выходе она поймала эльфа, а потом нага, поцеловала каждого из них и прошептала:

— Спасибо за защиту овощей.

На лицах мужчин расплылись такие довольные улыбки, что весь оставшийся процесс готовки заставлял нервничать оборотней и дроу.

— Любимая, мы вернулись!

Майя положила нож и отправилась встречать громкого Таса. С ним вернулся и вампир, а уже за ними стояло двое в меру накаченных парней с какими-то огромными чемоданами.

— Любовь моя, — Маркус притянул к себе супругу и кинул её взглядом, полным любви. — Я помню, что подарки принято дарить ночью, но мы решили один преподнести немного раньше.

Как оказалось, дракон с вампиром вызвали на дом косметический салон. Но Майя даже не догадывалась, что пока она отмокала в ванной, вокруг неё порхала девушка, помогая разобраться с различными косметическими средствами, а парни стояли за дверью и только подносили нужное (никто же не будет дразнить ревнивых мужей), остальная компания, оставшаяся незаметной, украшала столовую. Согласно пожеланиям заказчика.

— Как ты их нашёл? — прошептал на ухо дракону эльф.

— Вообще-то, нашёл я, — ответил Маркус. — Как оказалось, некоторые гостьи из других миров очень хорошо используют идеи родного мира для выживания в нашем. И они так сильно образовались нашему поводу, что не стали требовать доплату за срочность. Хотя всё равно стоят недёшево.

Стоило Майе спуститься в столовую в вечернем платье, все семеро мужчин уже стояли там в вечерних нарядах. Женщина с трудом удержала слезу, какие они были красивыми. Даже Мирт, не любивший никакого официоза, стоял в темно-зелёном сюртуке, расшитом золотой нитью. Сам зал преобразился: вдоль стен мерцали небольшие магические огоньки золотого цвета, стены занавесили белоснежным полупрозрачным тюлем, на котором серебрился какой-то непонятный узор. Общий свет приглушили, зато на длинном сервированном столе стояла свечи. Вдоль стен появились большие подсвечники, в которых тоже стояли белоснежные высокие свечи. Почему стол выглядел таким аккуратным, Майя задумается позже, но сейчас всё приготовленное было разложено по салатницам, которые она видела впервые в этом доме. А под самой большой ёлкой стояли празднично упакованные коробки.

— Любовь нашей жизни, — Тасилион первым взял слово, просто потому что первым нашёл эти самые слова, супруга в очередной раз поразила их всех своей красотой. — Позволь нам подарить тебе немного твоего волшебства. То, что ты принесла с собой из своего мира.

А после был чудесный вечер. Усевшись за стол, мужчины принялись пробовать все приготовленные блюда. Майя также рискнула. Что-то показалось ей знакомым, что-то — неожиданным, но вроде бы всё оказалось съедобным. Весь вечер играла музыка, и она периодически танцевала то с одним, то с другим мужем. Она не знала, но компания успела договориться о последовательности, потому не было никаких ссор и выяснения отношений, что добавляло вечеру свою сказочность и волшебство.

— Спасибо, что спасла меня, — Маркус аккуратно вальсировал, нежно прижимая к себе супругу. — Без тебя я бы сейчас уже был частью истории.

— После всех моих мучений ты просто обязан жить долго и счастливо, — отшутилась в ответ Майя.

— Только вместе с тобой, — прошептал Маркус. — И нашими детьми.

Последний танец перед распаковкой подарков был с драконом.

— Спасибо тебе, — призналась Майя, чувствуя на талии крепкую руку, передающую ей уверенность в завтрашнем дне. — За всё.

— За всё? — удивился Тас.

— За то, что терпишь. За то, что помог спасти Маркуса, хотя он вроде как твой конкурент. За то, что всегда рядом.

— Тогда и я должен сказать тебе спасибо, — Тасилион нежно прижал к себе супругу. — Я очень долго держался, никого не воровал, никого не стремился сделать своей женой, хотя для меня это не составило бы проблем. А увидев тебя, пропал. Рядом с тобой захотелось променять свой большой благоустроенный огромный замок на этот мелкий домишко, где шагу нельзя ступить и не столкнуться с кем-то. Но при всём том шуме, недоразумениях и спорах, здесь есть то, ради чего я готов всё это терпеть. И это ты.

Майя положила голову на грудь дракона и с наслаждением слушала биение чужого сердца. Её несносные мальчики смогли подарить ей то самое ощущение сказки, которое уже давно требовалось душе.

— А скоро я стану папой малыша, — довольно добавил Тасилион. — Что может быть лучше?

— Стать папой сразу трёх малышей? — невинно уточнила Майя, подняв голову и заглянув в глаза дракону.

Шокированный дракон — этот вид стоил того, чтобы потерпеть и не выдать эту новость раньше времени. Потом будут обнимашки, особенно когда все узнают секрет Майи, распаковка подарков, шутки и подколки между мужьями и крепкий спокойный сон. Маей приснился что-то сказочное, но она совсем не запомнила, что именно. Зачем, когда её мужчины и сами прекрасно превращают её жизнь в сказку. Пусть и с элементами комедии, треша, ну и небольшими нервными потрясениями, для профилактики скуки.

Где-то в зимнем лесу. Леяна

Ведьма открыла дверь домушки и оказалась в незнакомом ей помещении. Огромный зал, в центре которого росло большое дерево, а под ним раскинулась зелёная трава. Сверху на дерево лился солнечный свет, и не было возможности понять, это свет с улицы или местный. Леяна осторожно сделала несколько шагов вперёд, и тут из-за дерева вышло три фигуры. Они были в белых плащах, с капюшонами на голове, потому кто это, сложно было понять.

— Здравствуй, дева, — раздался мужской голос из-под ближайшего капюшона. — Мы рады видеть тебя здесь.

— Кто вы? — нахмурилась ведьма.

— Ты попала в этот мир случайно, — проигнорировав вопрос, продолжил капюшон. — Тебя никто не ждал. Никто не встретил. Ты потеряла многое, зато получила жизнь, это немало. Но сейчас ты сохранила ту, что нельзя было терять, и мир не может оставить это без награды. Мы не можем вернуть тебе утерянное время, но можем дать тебе новый шанс. И хотим подарить тебе право на взаимную любовь. А ещё право подарить этому миру новую жизнь.

Леяна распахнула глаза. Её как будто кто-то силком выкинул из сна, и теперь она пыталась отдышаться, как будто пробежала марафон. Это был очень странный сон, но отмахнуться от него просто так ведьма не могла. Она слишком хорошо знала, что есть сны, которые нельзя игнорировать. Неожиданно у неё зачесалось предплечье, потом его начало припекать. Задрав рукав сорочки, она с удивлением смотрела на то, как чёрный след от брачной татуировки исчезает, оставляя чистую кожу. Не веря в происходящее, ведьма подскочила с кровати, быстро подбежала к одной из дверей и открыла спрятанное там большое зеркало. Там она снова увидела чистую руку, как будто у неё никогда не было ни одного мужа.

Только Леяна осознала, что теперь никто не увидит её позора, как волна тепла пробежала от макушки вниз до пальчиков ног. В животе поселилось тепло, а редкие седые волоски неожиданно обрели истинный цвет. Ведьме показалось, что она даже лишилась парочки морщинок. Что ж, кажется, сон был действительно самый что ни на есть волшебный. И уж такой подарок она точно упускать не будет.