Потребность

Глава 1

Апрель был прекрасен. Не как в прошлом году, когда туманная сырость заползла в каждую щель, в том числе и в рукава моего пальто, а по-настоящему тёплый и мягкий.

Сегодня наступил мой единственный за последние несколько месяцев выходной, и я лениво сидел за столиком в кафе, щурясь от солнечных лучей, бьющих мне прямо в лицо. Ароматный кофе щекотал ноздри, и нарастало желание взять вторую чашку, но я сдержался. Настроение было философски-мечтательным, а натруженные за рабочую неделю мышцы наконец расслабились. Впрочем, как и мозги.

Всё же хорошо, что и в этот раз я выбрал мир без магии. Здесь энергетические потоки ощущались едва-едва, что для меня, мага высшей категории, было сродни попасть в невесомость после родной гравитации. Так себе сравнение, но именно оно наиболее точно передаёт мои внутренние ощущения. Я отдыхал. Я парил. Я наслаждался покоем.

Следует ли упомянуть, что на Земле магия сама по себе не рождалась, её сюда можно было только привнести. Заключённая в медальонах или других искусственно созданных носителях, она сопротивлялась, оставаясь холодной и отстранённой. Работать с ней было непросто, и поэтому не многие из моих соплеменников имели желание посещать Землю. А зачем, когда во Вселенной есть множество других не менее интересных мест?

Так считало большинство, но не я. Я любил Землю. Любил то, как люди могли неспешно и довольно беспечно проживать свои дни.

Но давайте по порядку. Кто я такой и почему сегодня здесь?

В нашем мире я занимаю одну из самых почётных должностей — Смотрителя за мирами. Зовут меня Велиус, и я, по земным меркам, давно не молод, хотя внешне вполне неплохо сохранился. У меня нет седой бороды, а высокий рост, густые каштановые волосы и карие глаза с янтарными вкраплениями вполне могут претендовать на женское внимание. И если в нашем мире, с учётом моего статуса, магини не позволяли по отношению ко мне фривольностей, то здесь, на Земле, я чувствовал себя обычным мужчиной с довольно привлекательной внешностью. Мне льстило ловить на себе заинтересованные взгляды, поэтому в редкие дни отдыха я предпочитал не горячие источники где-нибудь на рубеже мирозданий, а чашку кофе в обычном земном кафе.

Надо сказать, что с наступлением весны на Земле царит особая атмосфера. Люди словно оживают. На улице становится больше улыбок и мечтательных выражений лиц, словно каждый надеется на лучшее. Мне бы такой настрой не помешал, особенно если учесть тот хаос, который время от времени творится на работе. Так уж вышло, что только на Земле мне удавалось сбросить с себя тяжесть давившей на меня ответственности и слиться не только с потоками Вселенной, но и с неспешным ритмом города. В такие минуты на меня нападало мечтательно-философское настроение, и я позволял своим мыслям плавно парить в голове.

Вот скажите мне, как человечество, которое так долго шло по пути к прогрессу, внезапно отупело? Как такое возможно? Эволюция породила лучшие умы, но человеческие пороки, состоящие из жадности, гордыни и тщеславия, всё обнулили. Сожрали всё лучшее, так же беспощадно, как древние слизняки в подвалах мирозданья жрут вековую пыль. Но те хотя бы безвредны. Люди же портят всё, до чего могут дотянуться, разъедая здравомыслие и справедливость, как коррозия железо: медленно, но неотвратимо.

Однажды, на совете Верховных магов, мы поднимали вопрос о целесообразности вмешательства в жизнь земной цивилизации. Мы могли дать землянам лекарства от любых болезней или магию расширения пространства, решая вопрос с перенаселением. Да мало ли что ещё можно было сделать! Маги водной стихии, помнится, высказывали желание возродить к жизни пустыни. Однако любая цивилизация должна пройти своим путём, о чём нам напомнили наши Провидцы. Только они наверняка знали, чем может закончиться подобное вмешательство. Видимо, ничем хорошим. Поэтому на дальнейшие обсуждения был наложен запрет, и к этому вопросу мы больше никогда не возвращались. Может, оно и к лучшему.

Одним словом — каждому своё. А мне — законный выходной.

Находясь в тепле, сидя в мягком кресле и подкрепившись наисвежайшим круассаном, который грел не только мой желудок, но и сердечко, я кайфовал. В какой-то момент меня нещадно стало клонить в сон, я зевнул и откинулся на довольно высокую спинку ярко-синего кресла. Соседний столик был пуст, а к общему залу я сидел спиной, и если кто-то и мог видеть моё лицо, то только проходившие мимо кофейни прохожие. Впрочем, каждый был занят собой и не обращал никакого внимания на сидящих за стеклом посетителей, поэтому я мог позволить себе расслабиться настолько, чтобы закрыть глаза и насладиться моментом.

Время будто замедлилось и стало обволакивать блаженным спокойствием, но тут я ощутил всплеск магии, который не мог спутать ни с чем другим. Я резко выпрямился. Надеюсь, у виновника есть на этот случай разрешение, потому как без такового ему грозят большие неприятности.

Оглядевшись по сторонам и не заметив ничего необычного, я было потянулся за остатками остывшего кофе, и в этот момент увидел, как по проспекту шагает богатырского роста мужчина, с широкими плечами и окладистой рыжей бородой. Один в один — мой друг, а по совместительству боевой маг Драгомир. Только, если память мне не изменяет (а я на неё никогда раньше не жаловался), он прямо сейчас должен находиться на дальних рубежах Вселенной, и раньше, чем через неделю, его ждать не следует.

«Какого лешего?» — подумал я и даже немного приподнялся в кресле, но пешеход шагал довольно быстро и мигом затерялся в толпе.

Ну и ладно. Наверное, я просто обознался. Мало ли на Земле похожих богатырей? Не только в мире магов им рождаться. А у меня, в конце концов, законный отдых.

Подумав таким образом, я расслабился и всё же решил повторить свой заказ. Однако чувство присутствия магии снова отдалось мне прямо по темечку.

Что вообще происходит?!

Растеряв своё недавнее благодушие, я внимательно всмотрелся в окно. Моргнул и поймал ощущение, которое здесь, на Земле, называют дежавю. Однако маги прекрасно знают, что дежавю не существует. Просто кто-то подкрутил стрелки часов на Пике Равновесия, и время дало небольшой откат назад. То, что случилось парой минут назад, снова повторилось, и я опять увидел шагающего по проспекту друга.

На этот раз я его не упущу!

Кинув на стол крупную купюру и сшибая по дороге стулья, я вывалился на улицу. Судя по всему, Драгомир торопился, поэтому догнать его было непросто. Полы моего весеннего пальто развевались, как флаги, когда я перешёл на бег. Ещё чуть-чуть, и я его потеряю.

Я дотронулся до медальона, висевшего на шее, подпитался магией и щёлкнул пальцами, создавая призыв. У Драгомира дёрнулась голова, он было заметался с видимым намерением спрятаться, но вовремя осознал, что это бесполезно, и остановился. Его понурые плечи ясно давали понять, что он совсем не рад меня видеть.

— Велиус.

— Ну, здравствуй, друг, — проговорил я.

Вернее, просипел, так как к подобному бегу не привык и с удивлением осознал, что у меня одышка. Всё же физической подготовки мне не хватает.

Драгомир молчал, и я пошёл в наступление.

— От кого прячемся?

— Я не прячусь!

— Тогда куда бежим?

— Я опаздываю.

— А разве ты сейчас не должен находиться на дальних рубежах? Местный конфликт там ещё не исчерпан, и каждый боевой маг на вес золота.

Драгомир, а как вы поняли, это оказался именно он, мялся с ноги на ногу, словно собираясь в любую минуту снова перейти на свой полу-шаг, полу-бег.

— Там временное затишье, и если снова начнётся заварушка, то меня оповестят, — произнёс он скороговоркой и добавил: — Кристаллы перемещения никто не отменял, минута — и я буду там.

Драгомир кинул взгляд на свои наручные часы и выпалил:

— Айда, со мной! Мы ещё успеем! Доберёмся до места, и я всё расскажу. У меня разрешение только на один вечер, а сегодня будет потрясающий закат.

Не понимая, при чём здесь закат и на что у него есть разрешение, я нахмурил брови.

— Времени совсем нет, — продолжил настаивать Драгомир, — Теперь надо нагнать двадцать секунд. Бежим!

Драгомир махнул рукой, приглашая за собой, и рванул с места, словно гоночная машина. Это при его-то габаритах! Однако боевой опыт — это вам не фунт сахара. Это сила, выдержка и скорость.

Одним словом, Драгомир побежал. Причём в буквальном смысле слова. Он побежал, а я за ним. Мы рассекали людской поток, словно две моторные лодки, уворачиваясь от попадающихся по пути пешеходов. Только если Драгомир, подобно новенькому катеру, был бодр и свеж, то я, растеряв весь свой лоск, грозил заглохнуть в любую минуту.

— Мы вообще куда?! — пытался я докричаться до друга.

— Скоро узнаешь.

— Далеко ещё?

— Почти на месте!

Ну, слава тебе! Ещё пара минут, и я сдохну.

— За мной! — скомандовал мой друг и завернул в тёмную арку.

Мы пересекли пустой дворик, прежде чем Драгомир заскочил в довольно непритязательный подъезд.

— Это здесь! — радостно оповестил он.

— Что, здесь? — спросил я, хватаясь за сердце.

Оно колотилось как бешеное и грозило выпрыгнуть из груди. Так довести до ручки многоуважаемого Смотрителя миров! Унижение-то какое. Я ему это ещё припомню!

— По ступеням вверх! — взревел Драгомир и начал перепрыгивать через одну.

Он что, издевается?!

Когда я, обливаясь потом и вытирая лицо своим новеньким, специально купленным для этой прогулки белым шарфом, кое-как добрался до нужного этажа, то увидел радушно распахнутую дверь. Этаж, как оказалось, был самым последним, а в дверь я уже не входил, а вползал.

Ещё у входа в подъезд я почувствовал знакомое ощущение магии и понял, что дом укрыт магическим куполом. По этому поводу я собирался задать кучу вопросов, но вместо этого рухнул на старенький диванчик, пытаясь прийти в себя.

— Ты меня загнал, — прохрипел я.

Драгомир подошёл ко мне со стаканом воды.

— Зато мы успели.

— Куда успели?

— Сюда успели.

— А зачем нам нужно было успеть?

— Так закат же. Я уже два раза пропустил. И сегодня опять неправильно время рассчитал. Пришлось поправлять. Бегал из портала в портал. Аж вспотел.

— Это я из-за тебя вспотел!

Возмущению моему не было предела, но Смотритель миров, внутри меня, мгновенно переключился на более профессиональный тон и спросил:

— А ты его потом запечатал?

— Кого?

— Ты что, совсем дурак? Портал!

— Э-э-э… Вроде да. А может, и нет. Я же торопился! Думаю, смогу это как-то объяснить в отделе по контролю передвижений.

— Это тебе не туда надо. Это ты потом Хранителям будешь объяснять. Надеюсь, они тебя не предадут геенне огненной. Рис не раз жаловался на безалаберных гадов. Оказывается, ты — один из них.

— Я же не специально. Я спешил!

— Ясно всё с тобой. А теперь объясни ещё раз, какого рожна всё это надо было, и где мы с тобой находимся? А главное — зачем? И почему над домом висит купол?

— Я разрешение брал. Этот дом определён под снос. То есть он не жилой, и поэтому никому из землян мои действия не повредят. Я его оформил по всем правилам, затем укрепил, следом навесил купол и добавил иллюзию. Теперь сюда может войти только маг. Обычные смертные будут видеть классическую стройку. Я даже строительный кран для достоверности воспроизвёл. Одним словом, подготовился.

— И к чему была нужна вся эта суета? Отпросился с боевого дежурства, сделал откат времени, заморозил пространство. Это ж сколько ты энергии потратил?

— У меня чрезвычайные обстоятельства!

— И какие же?

Уши моего друга вдруг начали пылать огнём, как, впрочем, и его щёки.

— Та-а-ак… Я всё ещё жду объяснений.

Драгомир рухнул в стоявшее рядом с диваном кресло. Я же, пользуясь его заминкой, огляделся. Квартира оказалась довольно просторной мансардой, переделанной под художественную мастерскую. Помимо старой и допотопной мебели, повсюду валялись тюбики с красками, кисти, а на мольберте стояла неплохая картина, изображающая закат.

Я поднялся с дивана и подошёл к окну. Вид из него был просто ошеломительный. Параллельно проспекту шла набережная, и из окон была видна широкая и величественная река, тянущаяся до самого горизонта. Над этим, во всём своём великолепии и в окружении кучевых облаков, сияло закатное солнце.

— Ради этого мы здесь? — задал я очередной вопрос.

— Да.

— Теперь всё понятно. Можешь не объяснять.

Дело в том, что мой друг родился с клеймом боевого мага на плече, поэтому его судьба была определена, но так уж вышло, что в теле могучего, рыжебородого воина жила трепетная душа.

Драгомир любил всё прекрасное, а как следствие, очень трепетно относился к живописи. Но этот вид искусства в мире магов совсем не ценился. Зачем мучиться долгие часы, когда за секунду можно наколдовать любой образ из своей головы? Раз — и готово, причём в любой технике. Но Драгомиру подобное претило. Понятно, почему он выбрал Землю. Только здесь к искусству всё ещё относились с особым почтением.

— Ты на купол-то разрешение где брал? — спросил я негромко.

Друг потупил глаза.

— Ясно. Судя по всему, тут без взятки не обошлось, — подытожил я. — Ну, это ты мне потом расскажешь, где, кому, что и сколько. Ты же понимаешь, количество косяков, совершённых в стремлении исполнить своё желание?

— Понимаю.

— И что?

— Так красиво же.

Я вздохнул.

Действительно, было очень красиво.

Я ещё раз посмотрел на картину. Мой друг весьма точно передал атмосферу. Таким закатом вдохновляются поэты. Как там на Земле говорят? «Красота спасёт мир»? Люди имеют огромные природные ресурсы и ресурсы своего сердца, только вот не ценят этого. Угробят они этот мир, рано или поздно.

А может, всё же понять вопрос о вмешательстве? Накроем всю Землю куполом и заморозим время с движением в промежутке пяти минут. Ну или, быть может, повернём их в обратном направлении. Пусть движутся к бронзовому веку, а лучше сразу к каменному. Меньше вреда для природы. Сохраним Землю, пока человечество до конца не уничтожило её.

Но это я так, в качестве внутреннего протеста. Такое бремя ответственности мы на себя не возьмём.

Я посмотрел на пылающий закат. Рядом со мной, плечом к плечу, встал Драгомир. На его лице было выражение эйфории. Я вспомнил, как он однажды рассуждал на тему, что было бы неплохо открыть в нашей академии факультет искусств. Похлопотать что ли на совете? Потому что если даже такому бравому воину, как Драгомир, требуется остановить мгновение ради его запечатления, то, возможно, найдутся и другие, кому это окажется столь важно. Настолько, что они нарушат миллион запретов и пару законов, только чтобы иметь возможность прикоснуться к прекрасному.