Обложка Норвежская любовь

Норвежская любовь

Серый Волк

0% прочитано
Стандартный
Серый Волк

Норвежская любовь

Глава 4 Сага от сестры

– Идут драккары по волнам, и воины поют, а Сигурд Эгильсон тут на корме стоит и смотрит вдаль. Вздымает море волны выше скал, но смотрят викинги без страха, ибо они – волки моря, стрелы асов, дети Тора. Вкушают мёд и…

– И рыбу жрут.

– Молчи, сестра!

– Вкушают мёд из рога, золото перебирают своими мощными руками. Брызги волн хлещут в суровые их лица, и…

– И воняют рыбой.

– Сестра! Я сочиняю сагу. Молчи!

– Это не сага, а фуфлыга. Где сюжет и герой главный? Он у тебя характера и личности вообще даже близко не имеет.

– А ты что, критик? Ты Снорри Стурлусон?

– Нет, но сотни саг, романов, повестей я прочитала и разбираюсь.

– Так, может, сагу ты напишешь?!

– А и напишу! Получше, чем твоя.

– Давай, послушаю сейчас.

– Ну хорошо, послушай.

Сигурд-конунг в бой идёт красиво.

Топором, как мельница, он машет.

На сестру лишь смотрит он спесиво.

Хреновый воин, пусть лучше землю пашет.

– Сочится яд из слов твоих, так, будто Локи сам вещает, сестра. Ну чем ты постоянно недовольна?

– Мне скучно! Плывём неделю, потом бой на один час, а после вы идёте грабить, жечь и убивать, ну а меня на берег не пускаешь!

– Ну хорошо, в следующий раз веди ты хирд на разграбленье города.

– Что, правда?

– Да. Только не ной.

– Ура.

Вперёдсмотрящий орёт.

– На горизонте судно!

Сигурд всматривается в горизонт.

– Это французы. Грабить их не станем, будем поддерживать мы статус крестоносцев. К тому же на одном кораблике некрупном много ль провезёшь богатства. Ульфа призовите, сойдёмся с ними и поговорим.

Священник сидит на лавке и бормочет что-то уже три дня.

– Ну что за наказанье мне? За то, что я по пьяни татуировки сделал? Так это же в нетрезвом виде, разве считается за грех? А если и считается, то почему такое наказанье странное?

Хельга, которая подошла пригласить Ульфа на переговоры, спрашивает:

– Какое наказанье?

Он вздрагивает и оборачивается.

– Так какое? Что у тебя случилось?

– Я вижу морок.

– Какой?

– Смущает разум мой языческий морок.

– Да говори ты толком.

– Я вижу Локи.

– Что, прям сейчас?

– Ага.

– Что говорит тебе он?

– Что я обманщик, и что я берсерк.

– Так ты берсерк, ты голыми руками гнул железо и в городе захваченном загрыз зубами сто арабов.

– То христианина гнев праведный!

– Зубами.

– Ой, хоть ты – не надо.

– Ладно, Сигурд-конунг тебя призывает на переговоры с французским капитаном.

Хельга уходит. Ульф.

– Отстань же от меня, морок.

– Ха-ха, ты врёшь себе сам, это грех, о, Ульф – ужасный.

– Я не ужасный, в обители меня прозвали праведный!

– Не думаю, что праведный мог руку главному визирю перегрызть и голову его впихнуть в нору лисицы.

– Я это сделал?!

– И не только это. Тебя зовут и ждут там, на переговорах.

– Иду, ты только под руку мне не говори.

– Не буду.

– Честно?

– Нет, Ааа-ха-ха-ха!

Глава 5 Штурм Дении

Драккар Сигурда и корабль франков сближаются.

— Эй, там, на корабле, вы кто такие?

— Я Бодуэн де Бри, а это отец Жюль. А кто такие вы?

— Я Сигурд-конунг, это Ульф. Священник он.

— Священник? Точно?

— А что такое?

— Ну, у него такой вид, как будто только что дружину вёл он, чтобы разграбить монастырь.

— А это, внимания не обращайте. Моё прозванье Сигурд Крестоносец, вот так вот.

— Понятно, весть о вас мы принесём королю Карлу. А вы, куда сейчас идёте?

— Мы держим путь в Дению.

— А что там делать будете?

— Захватим город мы, разграбим и убьём всех во имя Одина жестоко.

— Подход разумный. Вам удачи и победы.

Сигурд поворачивается к воинам.

— О, воины, вы стрелы асов, сегодня день особый. Сейчас в Дению вы пойдёте в бой, чтобы собрать там золота без меры. Много! Но Сигурд не пойдёт туда.

Крики воинов.

— Как?

— Почему?

— Вас поведёт моя сестрица Хельга. Вы слушайтесь её, прям как меня. Всё, так я решил. Вперёооод! Во имя Торааа!

Хельга стоит возле драконьей головы драккара.

— Вот наконец-то приключенья и романтика, я в бой иду. О Фрейя… нет, это же битва, бог другой быть должен. О, великий Тор, сойди с небес на землю, меня ты в бой веди.

Подходит Ульф.

— Тебе тут передать просили, что занят Тор, сейчас прийти не может.

— И чем он занят?

— Да как обычно, смотрит он на молот и думает, — «Какой красивый молот, а я дурень, гы-гы-гы»

— Ты врёшь, великий Тор, что мечет громы, так не говорит. Всё это Локи врёт.

Вдруг рядом появляется Тор.

— Конечно, так не говорю я, проклятый Локи, ты меня достал, засранец!

Ульф сползает по борту и закрывает лицо руками.

— Ещё один морок, за что мне это?!

— Что говоришь ты, воин Одина, какой тебе морок я?

— А говорил ему я, что он берсерк, но он не верил мне.

— Уйдите бесы, я вас не знаю, и видеть не желаю!

Тор и Локи смотрят на Ульфа. Тор сурово, а Локи с ухмылкой. Но Хельга говорит.

— Мы подходим к порту, немного я волнуюсь, вот как назло я вспомнить не могу, что там и как в тех книгах делали герои, когда шли в бой.

Тор отвечает.

— Не страшись, о, дева, тебе я помогу.

Затем Тор вселяется в Хельгу. Локи смотрит на это.

— А я что хуже? Тоже так могу я.

С этими словами он вселяется в Ульфа и толпа викингов бросается с драккаров в Дению. Сигурд, слышавший всё это.

— Простите жители Дении, я как-то разорвал на мелкие кусочки сто шотландцев, но даже мне теперь вас жалко.

Хельга просыпается оттого, что ей жарко, в глаза светит солнце и хочется пить.

— Проклятье, дайте мне водички, а то щас сдохну.

К ней подходит Бьёрн и протягивает рог.

— Вот, похмелись, о, дева-конунг.

— Похмелиться? Я что пила вчера?

— Ооо-хо-хо-хо-хо! Не только ты пила, ты словно Тор могучий ворвалась в Дению, и молнии летели от твоей секиры. А что творил наш Ульф — уму вообще непостижимо.

Хельга пьёт из рога.

— А где это я сплю? И почему на солнцепёке?

— Так ты вчера сказала, что спать желаешь на горе сражённых тобой воинов, мы спорить не решились.

— Понятно, вот откуда вонь такая. А я и не заметила, ведь вроде деревянный пол тут.

— Это щиты врагов, ты накидала сверху, потому что не могла уснуть, проваливаясь в требуху.

— Какую требуху?

— Ну, требуху из воинов, которых ты сложила в гору.

— Так, стоп рассказ! Мне ясно всё, повремени немного, Бьёрн, потом доскажешь, о том, что я вчера свершила. Ты лучше помоги мне слезть.

— Тут лесенка, о, дева-конунг, вчера предусмотрительно сложила ты её, чтобы спуститься утром.

— О, из голов отрубленных, как мило, что-то меня тошнит. Так где ты говоришь наш Ульф?

— Он там, вон видишь, на верхушке самого дворца большого.

— А бабы все вокруг него, откуда там?

— Так он вчера их себе выбрал в жёны.

— Ну, а зачем на крышу затащил?

— Сказал он так, — «Когда утром проснётся Ульф-берсеркер, ему понравится снимать оттуда их» — Да, так и говорил он о себе в третьем лице — и ржал.

— Ох, ладно. Про него потом, как голова болит. А это что за додик?

— А это твой наложник, вчера его ты романтичным назвала, сказала, будет твой и убивать его нам запретила.

— Вот Тор скотина!

— Что?

— Нет, ничего, я о своём.

Глава 6 Награждён

Отец Ульф просыпается на крыше и чувствует себя так, словно он неделю рубил дрова без перерыва, а потом переплыл море.

— Ооо, языческий морок проклятый. Как тяжело вставать с колен. Аааа! Где я, мать твою?! На крыше, почему я? И кто все эти женщины? Эй, женщины вы кто такие, блядь?!

Молчат. Какого хрена вы молчите? О, ты, Локи проклятый, как ты меня достал!

— Да это всё не я.

Ульф оборачивается.

— Ты! Это ты всё! Ты негодяй. Кто эти женщины?

— Твои наложницы. Ты сам вчера их выбирал.

— Ты двигал мной.

— Только в начале, потом уж ты справлялся сам.

— Всё, это надоело мне.

Ульф спрыгивает с крыши дворца, приземляется на ноги и смотрит на Локи, который уже рядом.

— Ммм, самоубийство, самое оно для верного католика.

— Что это? Колдовство?

— Вот идиот! Ты берсерк, тебя даже секирой не убить. Смирись уже ты с этим.

Хельга во главе войска возвращается на драккары с добычей. Их встречает Сигурд.

— Привет сестрица, я вчера тут чуть не задохнулся.

— С чего бы это?

— Ну, город так горел, что дымом всё заволокло. И от ужасных воплей было не уснуть. А это у тебя на цепи кто?

— Да вроде как наложник, эй, как тебя зовут?

— Ахмед.

— Эх, чёта не как в книгах всё.

— Сестрица, что значит наложник?

— Да я сама не знаю! Эй, ты, уродец, что значит наложник? Ты знаешь?

— Знаю! Это человек для утех любовных всяких.

— Что? Фу бля! Ну, тя нахер!

Хельга выкидывает наложника за борт.

— Прям так? Без сожаленья? За что-то ты взяла его ведь.

— Я была пьяна.

Мимо проходит Бьёрн с грудой золота. — И под грибами.

— Да, и под грибами. Так что не считается. Мне хочется как в книге, чтоб рыцарь был, ну, как Роланд. Такой весь куртуазный и красивый.

— Понятно всё с тобой сестрица. Так, воины, идём мы дальше.

Подходит Бёрн.

— О, Сигурд-конунг. У нас проблема.

— Что случилось?

— Нет больше места на драккарах, забито золотом всё абсолютно.

— Ну, проблем таких побольше бы.

— Так что, мы будем просто жечь и грабить? А ценности не брать?

— Ты что несёшь? Да это просто богохульство. В Неаполь мы рванём, часть золота мы обратим в товары там, товары мы отправим караванами, и место этим мы освободим.

— О, Сигурд-конунг мудр!

— Именно так. Вперёд, в Неаполь. А это что такое там? Снова корабль, судя по флагам, он из Рима, и идёт за нами. Надо бы встретить.

Неизвестный корабль проходит, и с него передают письмо.

— Эй, на драккаре, вам письмо из Рима, велели передать. Кто тут священник Ульф?

— Я Ульф, хватит орать!

— Ох, ты бля! Ты точно Ульф-священник?

— А что, сомненья есть?

— Ты просто выглядишь так, словно только что своими же руками целый город перебил.

— То христианский гнев был и вообще враньё, это не я был. Давай сюда письмо.

Корабль с посланием от Папы Римского отходит. Ульф садится с письмом и вздыхает.

— Чувствую я, что мне конец. Наверняка от церкви отлученье тут.

Локи смеётся.

— Вот ты дурак.

— Да сам такой.

Подходит Сигурд.

— Что там, в письме? Ты не открыл ещё?

— Мне что-то страшно открывать его.

— Так давай мне.

— Ну, что там?

— Ты награждён.

— Чего?

Ульф выхватывает письмо.

— «О, преподобный Ульф, за твои подвиги против арабов ты награждён» — Это что, розыгрыш?

— Дальше читай.

— «Отныне ты епископ»

— Отметить это надо пиром.

— Пиром?

Локи ржёт. — Отметьте это жертвоприношением Одину.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге