Некромант с "Веселой Медузы"

ГЛАВА 1

– Ну, Лин, – уже битый час ныло чудовище, по какому-то странному недоразумению являющееся моим другом.

– Нет, – в тысячный раз отчеканила я. – Твоя просьба – абсурд.

– Ну, Лин, – Мэй подпрыгнул ко мне вместе с табуреткой, которую пытался старательно разломать.

Я с неодобрением покосилась на акт вопиющего хулиганства. Учитывая, что Мэй крупнее меня в два раза, это можно назвать агрессивным давлением.

На всякий случай взяла металлический поднос, чтобы было удобнее отбиваться. Но перед этим заботливо выложила из него чью-то оторванную руку.

Идеально начищенная и отполированная поверхность посуды отразила мою хмурую гримасу.

– На дворе трава, на траве дрова, – четко проговорила я.

– Ты что делаешь? – озадачился друг.

– Кажется, у меня проблемы с артикуляцией, – проворчала в ответ. – Я как-то неправильно произношу слово «нет», раз ты его не понимаешь?

– Лин, – этот наглец еще умудрялся смотреть на меня с укором, – не заставляй давить на твой гражданский долг.

– Вот чего нет, того не надо, – отмахнулась я подносом. – Ты хоть понимаешь, как нелепо звучит твоя просьба? Что мне нужно сделать? Устроиться на корабль-лечебницу? И кем? Лекарем?

– А что? – друг невинно хлопнул ресницами. Если не знать, что рядом со мной сидит заместитель командующего разведывательных войск, то можно усомниться в его интеллекте.

– А ничего, что я некромант?! – показательно обвела свободной рукой свой рабочий кабинет. Он же прозекторская комната.

– Но раньше ты была лекарем-хирургом, – привел самый сильный довод Мэй. В его понимании, конечно же.

– Ага, – мрачно отозвалась я, бережно устраивая поднос на столе и беря в руки скальпель. – Пока не умерла.

Точнее, пока меня не убили. К сожалению, далеко не каждый безутешный родственник способен понять, что лекарь приложил все усилия, стоял возле операционного стола больше десяти часов, и все равно не спас пациента. Так бывает. Даже реаниматолог-некромант не всегда может отвоевать жизнь у смерти. Тогда девочку доставили в лечебницу слишком поздно. Слишком обширные повреждения, слишком большая потеря крови. А еще у нее был очень слабый иммунитет с рождения. Спасти ее я не смогла. Свихнувшийся от горя отец подкараулил меня по пути домой и зарезал. И главное – ржавым ножом. Хорошо еще, без заражения крови и столбняка обошлось.

Некромантия, в отличие от остальных способностей, всегда является даром приобретенным. Я, лекарь, так боролась за свою жизнь, пока истекала кровью недалеко от порога дома, что мои способности ушли в минус.

– Лин Ло, – дружище скрестил руки на груди и строго посмотрел на меня, – ты же знаешь, ради обычного дела я бы и не подумал тебя вытащить из этого морга.

– Сам ты морг, – обиделась я за прозекторскую. – И даже готова признать важность сверхсекретного задания, которое ты пытаешься мне насильно всучить. Но… тебе нужен лекарь, а не некромант. Предлагаешь мне каждый раз изображать припадки невменяемости, когда нужно будет использовать дар?

– Как раз нет, – усмехнулся друг. – Сначала выслушай меня нормально, а потом критикуй. Ты же в курсе о Великой Войне?

– Нет, тебя все же следует треснуть, – устало вздохнула я.

Вряд ли найдется в нашей стране человек, который не знает о столь печальном событии. Соседи, весьма агрессивно развивающаяся страна Лиям, пошли на нас войной. За территорию, ресурсы, и просто ради наживы. Залпы пушек перемешались с магическим огнем, молниями и смертельными проклятиями. Две страны, равные по силам, сходились в бесконечных схватках, теряя каждую минуту по доброй десятке, а то и сотне человек. То мы их отбрасывали назад, то враги прорывались вперед. Бои длились на протяжении двухсот дней, пока не вмешалась третья сторона. Государство драконов Эхта устало от возни под боком, и направило для разрешения ситуации армию, которая выдала нашим странам люлей и разогнала по домам, приказав заключить мир. Сложно воевать с существами, которые легко могут перекидываться в страшных ящериц, способных просто чихнуть и сжечь город. Или затопить. Или сровнять с землей. Или просто сдуть. Исключительно случайно. Так, конечно, могут только древние, но те, что помельче, тоже в состоянии в одиночку уложить целый отряд. А вмешались они потому, что вредные людишки мешали им обогащаться и портили настроение, не пропуская торговые судна. С тех пор минуло тридцать лет, но мы все еще восстанавливаем страну.

– Ладно-ладно, – примирительно поднял руки Мэй. – Мы все тут люди образованные. – Я выразительно хмыкнула. – Ты же знаешь о корабле-лечебнице, который плавает между островами в море Меруян?

– Лекари называют его ссыльным, – я скользнула взглядом по ровному ряду квадратных дверей хладохранителей для тел. Теперь это моя работа. Узнать причину и время смерти. Вызвать дух для допроса. И бесконечное составление бумаг. – От хорошей судьбы туда люди не устраиваются.

Основная часть страны расположена на материке, но также жизнь кипит на мелких островах, разбросанных по морю Меруян. Например, на Ланро добывается уникальная порода жемчуга. А на Верхо водится редкая и дорогая рыба. Ниледно занимается поставкой водорослей. На Сомбексоне выращивают орехи.

Но главная проблема этих островов – коренное население, которое либо старое, либо не верит в лекарей, отдавая предпочтения шаманизму. Или вообще просто считают нужным закрывать глаза на болезни и тихо умирать. Зачастую и то, и другое. Да и немногим адекватным жителям бывает просто лень плыть на материк за помощью. Те же ныряльщицы за жемчугом не могут себе позволить пропустить и один день работы, конкуренты не дремлют.

Вот правительство и решило позаботиться о жителях, регулярно трудящихся на благо нашей экономики. Пароход с минимальным набором лекарей теперь отвечает за здоровье обитателей островов.

– Так вот, – Мэй зябко повел плечами, – есть информация, что во время одного нашего контрнаступления Лиям решили вывезти часть своего золота и спрятать на всякий случай. Корабль шел через море Меруян. Существует версия, что его затопили наши, приняв за военный. Но последнее время стали поговаривать, будто развелось много искателей сокровищ, которые прочесывают море в поисках того груза. А это немного ни мало двести слитков чистейшего золота с гравировкой Лияма. Ты же догадываешься, что случится, если кто-то действительно найдет корабль и слитки всплывут? Соседи нам не простят присвоения их богатства. Как бы новая война не началась.

– Все это очень интересно, – не скрываясь, широко зевнула, – но причем тут я? – Рыжие волосы не делали меня крайней во всех странных затеях. По крайней мере, я так искренне думала. – Чтобы призвать дух моряка с затонувшего судна, мне нужна хотя бы кость человека. И при этом нам необходимо быть уверенными в том, чья это кость. Некромантия – точная наука, здесь без полных данных можно просто головой об стену побиться. И то эффекта больше будет.

– Ты нам нужна для прикрытия! – пафосно объявил друг, словно зачитывал награждение за заслуги перед страной. Причем посмертно.

– Кому это нам? – подозрительно прищурилась я. Уж больно поспешно Мэй отвел глаза.

– Ну-у, – протянул человек, которые определенно был когда-то моим другом. Давно. Возможно, в прошлой жизни. А в этой я больше с ним общаться не собираюсь, – ты же понимаешь, что у меня в подчинении только разведка, да? Они умеют работать с информацией, шпионить, даже могут похитить и пытать человека, но лекарями не являются. А корабль-лечебница – идеальное место для работы под прикрытием. Можно курировать между островами и без привлечения внимания собирать информацию.

– Логично, – не стала спорить я. Быстрее закончится этот нелепый разговор, быстрее в прозекторской наступит тишина. Кипа отчетов сама себя не напишет. Да и наработка материала для третьей диссертации ждать не будет. – Но чем тебя не устраивают простые матросы? Почему именно нужен лекарь?

– Разные уровни доступа информации, – поморщился Мэй. – С лекарем общаются куда охотнее, чем с обычным моряком.

– Хорошо, – решила перейти к сути я, – порази меня своей гениальной задумкой.

А в том, что она идиотская, я нисколько не сомневалась. С Мэйем мы дружим, что называется, с пеленок, и большая часть шрамов на моем теле появилась после его чудесных предложений.

– Я слышу скепсис в твоем голосе, – друг недобро улыбнулся. – И совершенно зря. Внимай. Ты едешь на корабль. Вместе с тобой прибудет один из моих агентов, чтобы занять должность врача общей практики. Ты ему поможешь с лечением людей, а он аккуратненько соберет информацию, миф ли затонувший корабль или же у нас действительно проблемы.

– Просто блеск, – я с мрачной моськой пару раз громко хлопнула в ладоши. – Чем будем людей лечить? Топором? У тебя есть хоть один агент с зачатками лекарских способностей?

– Есть, – еле слышно буркнул теперь уже точно бывший друг.

В прозекторской комнате повисла привычная тишина, разбавленная сопением мужчины.

– Нет, – отчеканила я, поджав губы. – Ни за что. Только через мой второй труп. Я с Най Хэ даже в одном городе жить не хочу, не то чтобы находиться на одном пароходе.

– Ну, прости, – развел руками Мэй. – Я, правда, не хотел. Но выбора нет.

Передо мной на стол лег лист бумаги. Я, не глядя, снова схватила скальпель и с силой вогнала его прямо в слово «приказ». Потом еще от души добавила эмоциональную тираду о нетрадиционной любви с участием командующего разведывательных войск и канделябра. С подробностями. Благо знания лекаря-хирурга все еще были при мне.

– Ты сказал, лекарь общей практики? – уточнила я после того, как отдышалась. – Так это не мой профиль!

– Вер Лу, – тихонько подсказал огромный мужчина, который все это время сидел на табуретке и старался сжаться в размерах.

– Нет, – простонала я и упала лицом на сложенные на столе руки. И хорошо, что на свои. А то бывали не очень приятные ситуации. – Только не он! Вы что, моей повторной смерти хотите? Сначала бывший парень, теперь этот вредный дух? Да они споются и на двоих у меня все жилы вытянут.

– Мне жаль, – только и смог сказать Мэй.

Я выжила лишь стараниями призванного случайно духа лекаря и должна быть ему благодарна. Но я уверена, что Вер Лу в свое время умер вовсе не от старости. Его прибили за ядовитый язык и колкие замечания. Просто толпой забили ногами. С особой жестокостью.

Так-то, чтобы провести мирную или не очень беседу с умершим, нужен целый ритуал, но Смерть, видимо, не хотела лицезреть меня из-за множества жизней, которых я у нее отвоевала, и просто выпнула это наказание мне в помощь.

Вер Лу очутился со мной в своеобразной связке и может прийти по первому зову. А может не прийти. В любом случае максимальный срок, на который получится удержать духа в нашем мире, не больше полчаса, и то это выжмет некроманта, словно профессиональная прачка влажное белье.

– И как ты себе такой прием у лекаря представляешь? – я даже улыбаться не стала, хоть картинка выходила и забавная. – Ладно, я сойду за помощницу. Слепую. Потому что мне придется выколоть глаза. – Для пояснения показала сначала на один, темно-карий, затем другой, ярко-зеленый. Гетерохромия – это особенность некромантов. Так забавно наблюдать, как люди старательно смотрят только в один глаз, чтобы случайно даже не зацепиться взглядом за ярко-зеленый. – Но как вы обычному человеку, тем более проживающему на острове, объясните присутствие духа? Да и мое тело в отключке рядом может вызвать ненужные вопросы.

– Зато проблема с глазами решится, – радостно воскликнул Мэй. – Ладно-ладно, – замахал на меня руками друг, а всего-то стоило выразительно провести пальцем по горлу, – все совсем не так. Слышала о привязке духа к вместилищу?

– Антинаучная ерунда, – я презрительно поджала губы. – Если бы это было реально сделать, то тогда вполне можно было бы создавать зомби из чучел.

– А почему не из мертвых тел? – удивился Мэй. – Получилось бы воскрешение.

– Я тебя сейчас ударю, – возмутилась образованная часть меня. – Прямо атласом строения человека и прибью. Реаниматолог может удерживать душу в теле, пока лекари борются за жизнь пациента. Но физиология и бесформенная сущность – это разные вещи. Сердце остановилось, кровь перестала бежать по венам, мозг умер – дальше только отмирание всего остального. Или это нормально, по-твоему, когда у человека отваливается, к примеру, рука. Идет себе такой зомби, а за ним дорожка из частей тела. Своеобразное развлечение «собери целого человека». Если на этом гениальные идеи закончились, проваливай уже, Мэй.

– Как с вами, лекарями, сложно, – вздохнул мужчина.

– Я некромант, – упорно напомнила другу. Вроде и сорока ему нет, а уже склероз развился. Непорядок.

– А с некромантами еще сложнее, – не сдавался Мэй. – Я же говорю – у нас есть вместилище. Экспериментальное, между прочим. И для кабинета лекаря общей практики вполне подойдет.

– Ну давай, порази меня, – смирилась я с неизбежным. А ведь дружище еще не знает, что половина холодильников в прозекторской комнате пусты, и мне есть куда спрятать его труп.

– Скелет! – с апломбом, словно я должна начать биться в припадке экстаза, объявил Мэй.

А биться хотелось лбом об стол. Останавливало только то, что он в прозекторской, можно сказать, раритетный. Я не хочу потом писать объяснительную, как я его разломала. А рабочий стол вообще железный. Звона будет много.

– Говорящий скелет? – уточнила я, ведь дух Вер Лу весьма и весьма любит болтать. – Тогда лекаря нужно размещать рядом с операционной. Чтобы успеть спасти хоть кого-то после шока. Напомню, на островах большинство жителей пожилые. Вот вы изверги, конечно. Да и еще… ты сказал экспериментальный, да? Я что, по-твоему, неисправимая идиотка? И пророком быть не надо – рванет в самый неподходящий момент. И будут в море Меруян искать останки уже двух кораблей.

– Да все там безопасно, – настолько беспечно отозвался друг, что я сразу заподозрила – врет.

Помнится, он так же говорил о самодельных качелях, сооруженных им из веревки и обломка доски. Ветка, к которой они были привязаны, оказалась слишком тонкой. Она под моим весом согнулась, и я больно стукнулась мягким местом о землю. Но этого показалось дереву мало, и на меня осыпалась половина кроны. В довершении ветка обломилась и приложила меня по затылку. А еще и доска мне добавила заноз в неприятное место.

– Предположим, – хмыкнула я, – что говорящий скелет не вызовет желание у местных утопить пароход. И даже мы с бывшим сможем не поубивать друг друга и весь экипаж, что еще более нереально. Во-первых, реаниматологов очень мало. Ведущие лечебницы за каждого бьются насмерть. Они не обрадуются, что ссыльный корабль забрал одного. И я не обучалась этому. Там несколько иные ритуалы нужны. Во-вторых, капитан ляжет на трапе и не пустит некроманта на борт, ведь это ужасная примета. Я не хочу, чтобы меня потом выкинули за борт, стоит пароходу только отчалить. В-третьих, это море Меруян – скопище аномалий. Магия там работает местами и с перебоями. Лекари, хоть и без способностей, могут спасать человека, а некромант – разве что свечи способна зажечь, если темно будет. Но и это еще не все. Ассоциация лекарей не одобрит. Они над своей репутацией трясутся. А тут один подставной, другой вообще скелет с начинкой.

Мэй не к месту широко улыбнулся. Надо будет с его адъютантом поговорить, пускай в чай успокоительное, что ли, подмешивает.

– А вот и нет, – он мне подмигнул. Но я все равно заподозрила нервный тик. – Мы уже все согласовали. Они согласились при условии, что поедешь именно ты, Лин Ло.

– Хм, – я озадаченно почесала нос. – Это такая попытка избавиться от меня?

– Как раз наоборот. Они тебя так ценят… так ценят, – друг загадочно поиграл бровями. – На пароход направили хирурга, что раньше не случалось.

Конечно, не случалось. После войны в стране была нехватка не только мужчин, но и лекарей. Чтобы восполнить ресурс, правительство решило делать узкопрофильных специалистов, дабы они быстрее обучались и выходили на работу спасать человеческие жизни. Это сократило время на обучение с пяти-шести лет до трех, к примеру, для лекарей общей практики. Или года для зубного лекаря. И только хирурги продолжали страдать. Для нас срок обучения составлял четыре года и еще три под присмотром опытного коллеги. Несложно догадаться, что резать людей идет не так и много народа. И ссыльный корабль не самое престижное место для такого специалиста.

– Безнадежный случай? – хмыкнула я.

– Отличник, – с обидой заявил Мэй. Складывается ощущение, что он сам его воспитывал, а я своим недоверием плюнула ему в душу.

– Еще хуже, – покачала я головой. – Кто его наставник будет?

– Ты, – друг расплылся в шкодливой улыбке. Наверное, он считал, что выглядит виновато, но я отлично знаю его натуру. Святая та женщина, которая рискнет с ним связать свою жизнь.

– Совсем плох, – пожаловалась я стене. – Бедняга. Мэй, у тебя память что, рассчитана на пять минут? Я некромант!

– Так тебя лечить никто и не просит, – возмущенно вскинулся друг. – Просто проконтролируй работу юного гения. Если что – проконсультируешь. Тем более, ты сама сказала, что в море Меруян магия действует только местами, поэтому большинство операций будут проходить вручную. А ты в этом хороша.

– Не надо лести, – фыркнула я. – Меня так не купишь. И все благодаря тебе, подлиза. Вот скажи, Мэй, есть у тебя отличник подготовки. Прекрасно знает, как действовать на территории врага, чтобы его не заметили. В теории. Владеет оружием, правда, только против манекенов. Да еще самоуверенный и инициативный. Ты такого отправишь на серьезное задание с риском для жизни? Даже если его будет страховать кто-то более опытный?

– Нет, конечно, – фыркнул друг. – Самоуверенность – залог провала. Он не только себя подставит, но и всю команду потянет за собой.

– Вот! – я назидательно указала пальцем в потолок. – А лекарь-хирург людей вообще-то режет. Рука дрогнет, и все. Я даже оглушить ударом юнца не успею. Или он, наоборот, что-нибудь не там прирастит. Знаешь, сколько я таких видела за время учебы?

Друг состроил печальную моську. Прямо хочется обнять… и свернуть ему шею. Такое работало только в детстве. Он подобным образом все конфеты получал в единоличное пользование. Хотя, если подумать, у Мэя и сейчас отбоя от девушек нет. И с кем провести ночь, для друга не проблема.

– Я бы очень хотел тебя утешить, – развел руками мужчина, – но приказ есть приказ. Я честно пытался отказаться от радости работать с тобой, но командующий был непреклонен. Ведь на корабль отправляется его сын. Он хотел первоклассную страховку для отпрыска.

– Ун? – нахмурилась я.

– Кан Ун, – поправил Мэй. – Он закончил обучение с отличием и уже год проходит практику в Центральной Лечебнице. Но главный лекарь настоятельно попросил его оттуда забрать. Слишком парень деятельный. Вечно лезет вперед. Требует себе больше больных. А отказать сыну командующего не каждый лекарь рискнет. Зато на корабле у него будет обширное поле развития.

– Ага, – мрачно подтвердила я. – И море рядом.

– Ты это к чему? – Мэй чуть подвинулся в сторону от совершенно безобидной некромантки, которая ему может треснуть по лбу только в прыжке. Хотя сидя наши возможности несколько сравнялись. Опять же металлический поднос на моей стороне.

– Море кругом, – флегматично пожала я плечами. – Трупы прятать легко.

Друг аж отшатнулся, чудом не грохнувшись с табуретки:

– Этот ваш юморок… – он неприязненно поморщился. – Главное, ты профиль сменила, а шутки веселее не стали.

– Возможно, потому что и лекари, и некроманты имеют дело со смертью, – я под шумок попыталась смахнуть лист с приказом со стола, но вредный друг быстро прижал его локтем. – Все равно идея бредовая. Командующий последнее время не ударялся головой? Посоветуй ему сходить в лечебницу. Возможно, это уже возрастное. А я, пожалуй, навещу своих родителей.

– Бесполезно, – криво усмехнулся добрый друг. – Точнее, навестить их надо, ведь ты непонятно на какой срок уедешь из города, но твой отец не будет за тебя ходатайствовать. Он уже одобрил эту задумку. Мол, ты так больше пользы для жителей принесешь, чем закрывшись в этом склепе.

– Ничего подобного, – возмутилась я. – Никакой это не склеп. У меня даже окно есть. – Правда, оно находилось под самым потолком, и было глухим. Нет ничего хуже, чем родиться в семье потомственных лекарей и перестать им быть. Все меня жалели. Кроме отца. Тот настаивал, чтобы я шла работать ассистентом, ведь мои руки знают свое дело и без магии. Или хотя бы писала научные труды, помогая лекарскому делу развиваться. – Но это не повод делать мою жизнь разнообразнее и куда опаснее.

– Не бухти, мелкая, – Мэй уже собирался, как в детстве, щелкнуть меня по носу, но мой недобрый взгляд и скальпель быстро изменили его решение. – В общем, выбора-то у тебя и нет. Все маги военнослужащие. Ты уж это хорошо должна знать. Но зато, смотри, сколько плюсов: морской воздух, милые люди, новые знакомства, свежие впечатления!

– И бывший в весьма ограниченном пространстве со мной, – мрачно подвела я итог.

Не то чтобы мы с Най Хэ расстались плохо. Мы просто расстались, но осадочек остался. Такой специфический… весом с пуд.

Наши отношения начались в лечебнице, куда попал молодой водный дракон после неудачной тренировки, а первокурсники активно не то помогали хирургу, не то активно мешали своим любопытством. Среди неопытных птенцов была и я. И в ней же закончились, когда уже ставший полноправным агентом разведки Най Хэ, отправился на задание. Первый год почти самостоятельной практики мне давался тяжело, и серьезный разговор прошел как-то мимо сонного мозга. Поэтому я больше угукала, чем вела нормальную беседу. Нет, я согласна была ждать его возвращения и год, и два, благо у лекарей и так немного свободного времени, чтобы его тратить на страдания, но дракон был категорически против. Он почему-то свято верил, будто ворует у меня время, которое я могу потратить на поиск достойного мужа.

Я с головой ушла в работу, так что на глупости размениваться стало некогда. Затем, спустя три года, случилось нападение и смена магии. Пока я лежала в больнице Мэй, отводя глаза, сказал, что Най Хэ вернулся и даже в курсе о случившемся. Но навестить меня он так и не пришел. А я расспрашивать не стала.

В общем, мы больше не общались. И совершенно не стремились к встречам. По крайней мере я.

Не прошло и трех дней после разговора с Мэйем, как мы с бывшим оказались настолько близко друг от друга, что нас разделяла всего лишь столешница. Хлипкая на вид, надо заметить.

– Ну что, Лин, – дракон отсалютовал мне чашкой, в которой должен быть чай, а плескался коньяк, – поработаем вместе?

Этот паршивец все так же был хорош собой, только заматерел, что ли. И волосы отрастил.

– А есть выбор? – кисло спросила я, стойко игнорируя вторую чашку с алкоголем. Я, как лекарь, его никогда не уважала, а как некромант и подавно.

– Я для порядка спросил, – Най усмехнулся и стал похож на себя прежнего.

– А я для порядка ответила, – откинувшись на спинку стула, я скрестила руки на груди. Бросив быстрый взгляд по сторонам, недовольным тоном спросила: – Лучшего места не придумал для встречи?

– А что не так? – дракон удивленно приподнял одну бровь. – Вполне приличное место.

– Конечно, приличное, – фыркнула я. – Потому что это кондитерская.

Справа от нас за столиком сидела семья с тройняшками. Милые девочки семи лет уплетали пирожные, украшенные вишенками. Слева – молодая парочка влюбленных держалась за руки и нежно смотрела друг на друга. Сиропа между ними было гораздо больше, чем в куске торта, пропитанного им.

– Здесь подают вкусный топленый шоколад. Помнится, ты его любила, – с невозмутимым видом отхлебнул из чашки коньяк Най. Только дракон мог пронести в семейное заведение фляжку с алкоголем.

– Любила, – не стала отрицать я. – Именно в прошедшем времени. Вкусы имеют свойства меняться. Так что давай не будем притворяться, будто все друг о друге знаем. Да и вообще. Для спокойного сосуществования во время работы лучше сделать вид, что мы просто очень давние знакомые, которые случайно пересекались несколько раз. И все. Или вовсе притвориться незнакомцами.

– Странно, – хмыкнул Най, – а я думал, что нас можно назвать друзьями.

– Не думай, – поморщилась я, – это не твое. Все, что я хотела сказать, уже произнесено. Смысла задерживаться нет.

Я собиралась встать, но коварный дракон наклонился вперед и накрыл мои пальцы своей ладонью.

– Не торопись. К нам еще парочка людей должна присоединиться.

Раздраженный взгляд на кисть наглого захватчика Най просто проигнорировал. Пришлось силой отвоевывать свою конечность. Не хватало мне еще наплыва всяких ненужных воспоминаний.

Минут десять за нашим столом царила странная атмосфера: вроде бы мы и вместе сидим, но делаем вид, будто случайные соседи. По крайней мере, этим занималась я, старательно разглядывая обстановку вокруг. Най Хэ же, посмеиваясь, спокойно себе попивал типа чай.

Когда командующий Ун зашел в кондитерскую, мне захотелось срочно из нее выйти.

– Серьезно? – прошипела я сквозь зубы. – А чего нам в его кабине не встречалось? И ты сказал, парочка. А я вижу трех.

Вместе с командующим прибыл и Мэй. За ними с видом небожителя, одарившего своим присутствием обычных смертных, вышагивал тощий парень, гордо задрав нос. Только от одного взгляда на него у меня заболели зубы. Кажется, это и есть мой подопечный. «Светило» лекарской науки прямо напрашивалось на хорошего леща.

– Лин Ло, – не то спросил, не то поприветствовал меня командующий разведывательными войсками.

Я на всякий случай кивнула. Мэй же, не размениваясь на любезности, забрал свободный стул у соседнего столика и плюхнулся рядом с Наем. На такой побег друга можно было обидеться, но я-то знаю, он догадывается, что в чашке дракона, и рассчитывает на свою долю.

Командующий нагло лишать мирных граждан мест для сидения не стал, а только очень сурово посмотрел на официантку. Та явно была девицей сообразительной, и у нашего столика появилось два стула. Я уже хотела попросить принести еще чая, но командующий без лишних слов оставил подчиненных без напитка и посуды, попросту отобрав.

– Най Хэ, – с укором проговорил грозный мужчина в повседневной одежде, которая его не спасла. Все равно было ощущение, что на командующем наглухо застегнутый китель, – мы тут собрались по серьезному делу и не должны привлекать к себе лишнее внимание.

– Да мы практически сливаемся с другими посетителями, – с честными глазами заявил Мэй. – Ни дать, ни взять семейный поход в кондитерскую. Я, чур, за старшего брата. На Лин претендовать не рискну… У рыжей рука тяжелая.

– Мэй Эл, – со вздохом, в котором чувствовалась вся боль воспитателя в группе пубертатных подростков, проговорил командующий Ун, – отставить шуточки. Лин Ло – это мой сын, – ворчливым тоном представили мне недоразумение, активно притворяющееся гением. – Кан Ун, поздоровайся. Это твой куратор.

– Вот еще, – фыркнул парень, – она же некромант.

– И? – я скрестила руки на груди. – Этот факт отменяет вежливость? – Кан смутился и прикусил губу. – Скажи мне, даже еще не лекарь Ун, доводилось ли тебе проводить операции без магии? Или ты был на них ассистентом? Ну, утешь меня, присутствовал хотя бы наблюдателем?

– Конечно! – возмутилось дарование.

– Давай, удивляй. Сколько операций? – усмехнулась я.

– Три, – так гордо заявил парень, что я не выдержала и рассмеялась.

– Целый год практики после обучения и всего три операции? – уточнила я у командующего. – Вы серьезно? И этого лекаря вы отправляете зону, где магия сбоит регулярно?

– Я специально выбирал сложные случаи… – начал возмущаться обиженный гений, но его остановила моя пустая чашка. Точнее, я изобразила, будто выплескиваю ему напиток в лицо.

– Слышал поговорку про то, что с магией и дурак может создать чудо? Самые сложные способы как раз полностью ручные. И называй меня куратор Ло. – Ну а что? Хоть моральную компенсацию поимею. Смысл отпираться от задания, ведь со мной за столом сидят трое военных, для которых святое только одно слово – приказ.

– Я доверяю тебе, Лин Ло, – командующий широким жестом разрешил мне позаботиться о своем отпрыске.

– Благодарю, – я склонила голову, чтобы скрыть ядовитую усмешку. – Бить юного гения можно? Исключительно в рамках образовательного процесса.

– Можно, – небрежно махнул рукой любящий отец. – Пара хороших тумаков иногда полезнее нудной беседы.

– Папа? – сыночек удивленно захлопал глазами, словно совенок.

– Что папа? – командующий сурово посмотрел на чадо из-под нависших бровей. – Если тебя и с корабля попросят забрать, то я уже не знаю, куда можно будет еще устроиться.

– С Каном Уном все понятно, – поспешил влезть в разговор Мэй. – А к Наю приставим мертвого эксперта. Видите, как все замечательно выходит.

– Ага, – с умным видом покивала я. – Возвращаемся к проблеме моря Меруян. А именно – сбои в магии. Вместилище же напрямую от нее зависит, да? Исходя из практики жизни, могу смело утверждать – скелет станет просто скелетом в самый неподходящий момент. И как вы это представляете? Най Хэ будет с ним по лечебнице за мной бегать и пугать больных консультацией у реаниматолога? Я вам напомню, что жители островов и так на лекарей недобро смотрят. И самый ходовой специалист на корабле – лекарь народной практики. Вот когда травки, примочки и шаманские заговоры не работают, тогда уже обращаются к ним. Кстати об этом. Кан, тебе придется научиться стискивать зубы.

– Зачем? – парень растерял свою невозмутимость. Теперь он больше походил на ощипанного ворона, облитого водой, которого еще и под хвост пнули.

– Твои пациенты будут того возраста, когда возмущаться и бухтеть вполне нормальное состояние, – я даже капельку пожалела юного энтузиаста. – И ты должен быть с ними понимающим и добрым. Но для тебя есть небольшой плюс – раз мы будем на корабле-лечебнице, то запас успокоительных настоев там должен быть приличным.

Мэй и Най наградили меня странными взглядами, а вот командующий довольно хмыкнул и кивнул:

– Вот и славно. Что касается вместилища… оно автономно. Но иногда нужна подзарядка. Поэтому от пропажи магии оно зависеть не будет. Единственное, в таких местах просто связь ослабнет, и вряд ли он сможет двигаться. Но говорить будет.

– Это все, бесспорно, увлекательно, – я покрутила в руках чашку, – но говорящий скелет…

– Это не твоя забота, – отмахнулся от моих опасений командующий. – У нас есть свои способы передачи информации.

За соседним столом раздался взрыв детского смеха. Мужчины дружно вздрогнули, словно совершенно забыли, что находятся не в таверне, а в кондитерской.

– Давайте, что ли, тортик закажем, – пробормотал сконфуженный Мэй. – А то сидим с пустыми чашками.

– Не вижу связи, – чопорным тоном влезла я, – между тортом и чашками. Ты забыл, как пользоваться столовыми приборам? И почему ты думаешь, будто мы с тортом станем смотреться менее подозрительно?

– И снова я возвращаюсь к предложению с нормальным таким коньяком, хорошей выдержки, – хмыкнул Най Хэ.

– Нет уж, пейте чай, – повелительно приказал старший по званию за столом, да еще и гневно ткнул в чайник, словно собрался сделать в нем новый носик.

Посуда нервно звякнула, привлекая внимание к нашей и без того подозрительной компании. Най поспешил исправить ситуацию, и разлил по чашкам ароматный чай. Мэй же оперативно схватил свою и отхлебнул. Я только прикрыла глаза рукой, чтобы не видеть, как краснеет лицо друга от старательных попыток не выплюнуть все обратно и не высунуть обожженный язык.

– У него что, аллергия? – забеспокоился Кан Ун. – А если отек начнется? Я же не лекарь общей практики. Могу только через гортань ему дыхательную систему сделать.

Мэй, судя по круглым глазам, никак не ожидал такого рвения в спасение своей жизни. Тем более, что он и не умирал.

А мне стало очень жалко жителей островов.

– Не проще приставить к парню нормального лекаря-хирурга, – с мольбой я взглянула на командующего. – Вы не думайте, я не за себя прошу, а за мирных граждан. У нас и так лекарь общей практики скелет. Водный дракон, который притворяется, будто умеет лечить. Некромант, вроде как реаниматолог, но совершенно без опыта. Так еще и лекарь-хирург, предпочитающий сразу резать без выяснения причин. Зубной лекарь хоть нормальный?

– Конечно, – обиженно заявил командующий, – обычный парень. Военный. По распределению после учебы.

И тут я, кажется, начала понимать, зачем в таком экипаже понадобился некромант. Лечить людей мы не планировали, только откачивать.

– А без некроманта в нашем деле никак, – тоскливо вздохнул командующий. – Ведь замешаны мертвецы. А они свое добро любят охранять.

У меня дернулся глаз. Я бы меньше удивилась, если бы мужчина залез на стол и начал танцевать. Такие рассуждения скорее услышишь от жителя глухой деревни, нежели от высокопоставленного чина.

– Папа просто слишком суеверный, – раздраженно бросил Кан.

У меня дернулся второй глаз. И самое обидное – несимметрично. Теперь я походила на перебравшую кокетку, которая никак не определится, каким глазом ей подмигивать.

– Это Лин так радуется, – попытался исправить ситуацию Мэй. – Она такая… своеобразная просто. Рыжая, в общем.

– Вот спасибо, добрый друг, – пробормотала я в чашку.

Кан Ун вспомнил, что он главная звезда этой встречи и обиженным тоном пятилетнего ребенка, у которого на глазах съели целый торт, а с ним не поделились, возмутился:

– Я тоже не хочу куратора-некроманта!

Его отец на это только поморщился:

– А я не хотел сына-лекаря. Вот какой от тебя прок? Даже не смог поступить на военный факультет.

– Зато мама мной гордится, – надулся сынок.

– Твоя мать гордилась Фуфи, когда тот покакал после трех дней запора, – отмахнулся отец. – Другого куратора, желающего работать, на пароходе нет.

– Да и я как бы тоже не желаю нянчиться ни с кем, – пожала плечами. – Просто выбора-то мне никто и не предоставил. Мне и в прозекторской неплохо служится. Там тихо, спокойно и безлюдно.

Командующий Ун просто меня проигнорировал. Конечно, меня с Фуфи сравнивать смысла нет, я же не знаю, кто это.

– И еще момент, – мужчина строгим взглядом обвел нас, чтобы помочь проникнуться важностью информации, – вы не должны показывать вида, будто были знакомы раньше. Это я о Нае и Лин Ло говорю. Прикиньтесь незнакомыми.

– Это будет просто, – пожала я плечами. – Но сколько времени нам оставаться на корабле-лечебнице? А если золотые слитки миф? Я не хочу терять несколько лет ради непонятно чего.

– Вот поэтому я и не люблю гражданских, – проворчал командующий Ун. – Зачем? Почему? А точно надо? Может, не пойдем туда? Кормить будут? Когда привал? В общем, есть приказ. И все. Ваша задача заключается в лечении людей. А миф там или нет, разберется Най. Опять же узнает кто распускает слухи. А ты, Лин Ло, создаешь ему прикрытие. Заодно приносишь пользу обществу, приглядывая за Каном. Вот это тебя и должно волновать.

Най Хэ, не меняя расслабленной позы, выразительно кашлянул, привлекая к себе внимание начальства.

– Я бы хотел заметить, – совершенно не впечатлился дракон суровым взглядом, – что Лин вполне может помочь и с расследованием. Ее научные труды всегда высоко ценились, потому что Лин прекрасно анализировала данные. Да и сплетни собирать ей будет проще, чем мне.

Такой подставы от бывшего я не ожидала. Смотрю, кто-то ответственно решил подойти к роли незнакомцев. После такого я точно общаться с Наем не захочу.

– Ну что ж, – командующий покачал головой, – разрешаю привлечь Лин Ло к операции по мере необходимости.

Только сама Лин Ло предпочла промолчать, сохранив свои не очень цензурные мысли при себе.

Наша абсолютно неприметная встреча подошла к концу. Точнее, командующий Ун молча встал и, махнув сыну, пошел на выход. Мэй хотел повторить трюк начальства, но у него-то неприкосновенности не было. Я ловко ухватила друга за рукав:

– А вас, Мэй Эл, я попрошу остаться, – прошипела сквозь зубы. – Есть у меня подозрение, что ты очень хочешь мне что-то сказать. – Мужчина старательно замотал головой. – Или съездить куда-то. – Мэй удивленно вскинул брови. – Неужели ты не хочешь навестить моих родителей? – Друг на минутку задумался и снова попытался сбежать. Но по статусу он не мог позволить себе дешевые вещи, поэтому ткань рукава затрещала, но не сдалась. – Как не стыдно. Они тебя как родного любят.

– Я могу съездить, – беспечным тоном влез Най. – Так сказать, как ответственное лицо. Успокою их, чтобы не переживали.

– Если они тебя увидят, точно начнут переживать, – отмахнулась я. – Хотя до этого момента определенно ни отец, ни мать даже не думали переживать за меня. Подумаешь, сослали на какой-то корабль. Тем более с их одобрения. Главное, что лечебница. А у меня планируется доверительная беседа с родителями и Мэйем. – Друг вздрогнул и жалобно посмотрел на выход. – Да ладно тебе переживать, – тоном добренькой девочки, которая только что подпилила все ножки у всех табуреток в доме, пропела я. – Там будут целых два лекаря. Правда, папа хирург. Не думаю, будто наша беседа доведет до переломов. Но, если что, мама синяки у меня отлично лечит. Общая практика – ее стихия. На худой конец, есть я и банка бодяги.

– Вот ты сейчас лучше не делаешь, – проворчал Мэй.

– А кто сказал, что у меня есть такая цель? – я выразительно приподняла одну бровь.

– Знаешь, Лин, – произнес Най таким знакомым голосом с мягкими нотками, что мне захотелось почесаться. Спиной о косяк, – не шибко твой характер и поменялся. А на родителей злиться не стоит. Они просто хотят, чтобы ты выбралась из прозекторской и начала общаться с живыми людьми.

– И замуж вышла, – насмешливо фыркнула я. – Нарожала им внуков, которые смогут стать лекарями. Раз из меня не получилось сделать толкового специалиста. Я у них даже как-то список с кандидатами нашла. Большинство имен уже были зачеркнуты. А я вычеркнула остальные.

Мэй попытался бочком пробраться мимо меня, но я на всякий случай сменила захват с рукава на ремень. Если ценой порванной рубашки друг мог бы освободиться, то ремень, сделанный из добротной кожи, будет надежнее.

– Это ты сейчас хвастаешься? – Най Хэ небрежным жестом откинул волосы с лица. Раньше он носил короткую стрижку, как и полагается военному, но теперь отрастил шевелюру до плеч.

– Чем? – я нахмурилась. – Тем, что бунтую против брака?

– Нет, списком, – дракон сверкнул на меня убийственным взглядом, от которого раньше сердце начинало вести себя аномально, сбиваясь в тахикардию. Синие с золотым вертикальным зрачком глаза были до боли знакомы. Мне бы хотелось сказать, ненавистны, но обманывать себя же смысла не имелось.

– Сомнительное достижение, – развеселилась я. – Там в среднем кандидатам было за сорок. А то и за пятьдесят. Да и те с некромантом не захотели связываться.

– Мне кажется, дело не в твоем даре, – подмигнул бывший. – И отпусти уже Мэя. А то со стороны выглядит, будто ты его мамочка, а он непослушный ребенок. Для кондитерской так себе зрелище.

– А то, что ты уже всем официанткам глазки состроил, нормально? – фыркнула высокомерно я. Вокруг нашего столика курировала стая акул, облизывающихся на дракона. – И даже парочке мамаш с детками умудрился подмигнуть.

– Поклеп, – весело улыбнулся Най. – Я просто смотрел по сторонам. Ну что могу поделать, если я такой привлекательный? Но твоя ревность греет мне душу.

– Ревность? – я от удивления даже ослабила хватку, чем и воспользовался Мэй.

– Лин, – он поспешно вскочил на ноги, – неужели ты думаешь, будто твои родители не в курсе нрава их дочери? Они уже два дня как уехали в другой город по обмену. Вернутся через неделю.

Я скрипнула зубами. Пришлось напомнить себе, что в кондитерской много маленьких детей, и обогащать их словарный запас взрослым крепким словцом вовсе не стоит.

– Вы только на пароходе так не делайте, – предостерег Мэй. – А то уж больно вы похожи на супругов в ссоре.

– Без тебя разберемся, – беззлобно огрызнулся Най. – Нам ничего не мешает не сойтись характерами сразу. Или, наоборот, сойтись. Любовь с первого взгляда.

– Брр, – поежилась я. – Не говори таких пугающих вещей.

– Ха, – нагло заявил бывший. – Ты, по-моему, забыла, что нельзя бросать вызов драконам. Мы весьма азартны.

– Ха, – в тон ему ответила я. – Ты, по-моему, забыл, что разговариваешь с некромантом. Мы плевать хотели на азарт каких-то драконов.

– Ребята, я в вас верю, – Мэй потряс пальцами, сцепленными в замок, высоко подняв руки над головой. – Вы не подведете. Не посрамите. Не подеретесь… То есть покажете себя с лучшей стороны. Я бы рад поболтать с вами побольше, но дела, дела. Когда вернетесь – обязательно посидим, поговорим.

– Твое «когда» обнадеживает, – усмехнулся дракон. – Хорошо, не сказал «если». Ну что ж, друг, я рад что ты в нас настолько веришь. А теперь проваливай по своим важным делам. – Мэю второго приглашения и не потребовалось. Навыки работы в разведке он прекрасно умел применять и в личной жизни. Еще ни одному обманутому мужу не удалось поймать его на пикантном моменте с супругой. – А теперь серьезно, – дракон дождался ухода Мэя. – Что нам мешает нормально общаться?

– М-м-м, – я постучала пальцем по подбородку, – расстояние? До этого оно было идеальным. А на пароходе оно существенно сократится. Но указания командующего Уна меня вполне устраивают. Притвориться незнакомыми несложно. На этом и остановимся.

ГЛАВА 2

Портовый город Орин встретил меня удивленной тишиной. Конечно, не каждый день здесь появляется некромант в обнимку со скелетом. А как еще его везти с собой, и не растерять по дороге части? А заниматься сборкой-разборкой у меня желания нет.

Вер Лу в данный момент благополучно спал. Я сейчас даже не хочу вспоминать, сколько нервов вытрепал мне вредный дух, когда осознал себя в скелете. Особенно громко он страдал из-за необходимости работать после смерти. Тут я ему даже посочувствовала. Скажем так, я бы тоже в восторг не пришла, если бы заставили нести трудовую повинность и после того, как всю жизнь отпахала. Затем Вер Лу активно негодовал по поводу своего вида и требовал одежду. Пришлось долго и обстоятельно ему объяснять, что скелет в одежде выглядит куда страннее, чем без оной. Но вот после, стоило духу узнать, что работать ему придется с драконом, который вообще ничего не смыслит в лекарском деле, Вер Лу предпринял попытку снова умереть. Особо мило выглядело самоудушение скелета.

Но самое страшное началось после новости о корабле-лечебнице. У Вер Лу случился припадок. Мало того, что при жизни у него была морская болезнь, так еще он и умер в ванной. Заснул и захлебнулся. Напрасно я пыталась объяснить бывшему лекарю, что морская болезнь – это проблема вестибулярного аппарата. У скелета его просто нет. Насколько я успела разобраться в устройстве вместилища, здесь работа строится по принципу марионетки. То есть, никаких нервных окончаний нет. Ну простите, господа ученые, мне просто было интересно. Я ответственно потом все поставила на свои места и даже кости не перепутала. Мы, хирурги, строение человеческого тела еще на первом курсе заучиваем. Помнится, у нас на экзамене профессор решил пошутить и в задании собрать скелет добавил пару лишних деталей. Куда мы только эти запасные кости не прикладывали. В общем, это история о том, как некромант и бывший лекарь спорил с духом и бывшем лекарем о невозможности болезни скелета. Сразу чувствуется интеллектуальный уровень беседы.

Хотя спор о страхе перед водой был еще более безумный. Убедить Вер Лу в том, что утонуть снова ему не удастся, я не смогла. Пришлось пообещать, что на пароходе у него будет персональный спасательный жилет. И круг. И лодка. И даже водный дракон в случае чего ринется спасать первым скелет.

В портовом городе людей сложно чем-то удивить. Они видели и облавы, и картели торговцев запрещенными веществами, и драки между женщинами древнейшей профессии, и дружеские пьянки служителей закона и пиратов. Но вот почему-то мелкая девчонка со скелетом в обнимку заставляет всех разбегаться в стороны. Позади меня уныло плелся носильщик, уже десять раз пожалевший, что вызвался подзаработать.

– Простите, – в очередной раз пропыхтела я под немалым весом вроде и пустого Вер Лу, – не подскажите, где стоит «Веселая Медуза»?

Крепкий с виду старичок, хитро прищурившись, смачно сплюнул на доски пирса и скрипуче рассмеялся:

– А ты глазки разуй, красавица. Видишь корыто в конце причала? На борту крупными буквами написано «Веселая Медуза». Вот, скорее всего, тебе туда. Вы, лекари, вообще странные. То один вооружился, словно собрался переловить всех пиратов, то другая, со скелетом. Ты бы, милая, срамоту прикрыла, что ли.

– Это кости, – проворчала я. – Ничего срамного в них нет.

Конечно, лучшего момента для пробуждения Вер Лу не мог найти. У меня вообще есть подозрение, что он притворяется, чтобы пугать простых людей.

– Я же говорил, мне нужен костюм, – скелет недовольно щелкнул челюстью. Старик, к чести, только удивленно присвистнул, когда Вер Лу повернул в его сторону череп. – Вот ты до чего довела пожилого человека. Как бы срочно спасать беднягу не пришлось. Ты только посмотри. Тут на лицо и долголетнее курение, и злоупотребление спиртными напитками, и тяжелый физический труд.

– Что есть, то есть, – усмехнулся старик. – Я же говорил, все вы, лекари, с приветом. Вон даже помереть по-человечески не можете.

– Мы можем, – охотно включился в беседу скелет, – только некоторые некроманты не дают. Заставляют трудиться на благо страны.

Старик прищурился, демонстрируя нам множество морщин, бегущих от уголков глаз:

– Ну и как оно там? После смерти? Жить можно?

– Везде жить можно, – фыркнул Вер Лу. – Вопрос только в том, как жить. Точнее, существовать…

Пришлось срочно прерывать философскую минуту. А то ощущение, будто встретились два любителя почесать языками ни о чем, и я в роли носильщика.

– Вы сказали, вооруженный лекарь? – тонко и в лоб спросила я. В общем, намеки – это не мое.

– Дракон-то? – довольный собой, хмыкнул старик. – Сверкнул на меня своими глазищами и думал, что я рукоятки ножей из заплечной сумки не увижу. Забавный такой. Тоже «Веселую Медузу» искал. – Молодец Най Хэ, провалил маскировку прямо с первых минут. Вот какая польза от бывших? Никакой. Один вред. – Хотя, с другой стороны, и понятно. Кто ж будет клад без дракона искать?

– Что, простите? – поперхнулась я словами благодарности. Вот вечно так, вроде и хочу быть воспитанной, но что-то да мешает.

– А вы разве не за золотом приехали? – в ответ удивился старик. – Неужели и вправду лечить островных будете? И дракон?

Вер Лу при жизни определенно был из той породы людей, которые не смогут смолчать даже во вред себе. Возможно, за это его и убили, а всем врет что утонул в ванной.

– Вообще-то, у водных драконов с рождения заложен дар к лекарскому делу, – вредным тоном старухи, которую попытались обвешать на пару грамм, заметил скелет. – Просто они не считают нужным его развивать. А этот дракон, видимо, извращенец.

Спорить с духом я не стала, а лишь перехватила скелет поудобнее, и, буркнув нечто похожее на благодарность, поспешила унести этого вредину. Да и спорить повода даже не было. Най Хэ тот еще извращенец.

«Веселая Медуза» действительно выглядела корытом. Отмытым, подкрашенным, но все равно корытом. Чувствуется, что беднягу-пароход нещадно эксплуатируют уже не одно десятилетие.

Рядом с трапом дремал на раскладном стуле капитан, судя по фуражке, надвинутой на нос. И это был единственный приличный атрибут. Холщовая рубашка без рукавов в каких-то темных пятнах, а закатанные до колен брюки демонстрировали обильные кудрявые леса, посеребренные то ли солнцем, то ли временем. Накачанные руки, небрежно скрещенные на груди, намекали, что загорать человеку некуда, разве только обгорать. В целом, на вид мужчина был достаточно крепло сложен. Я бы дала ему около сорока-сорока пяти лет.

– Добрый день, – бодро поприветствовала его я. – Лин Ло прибыла для службы реаниматологом.

– Кем? – встрепенулся капитан, чуть не украсив собой трап. Мол, проходите, не стесняйтесь, только важные органы не отдавите. Фуражка слетела, и возраст мужчины резко увеличился до пятидесяти. Зачесанные назад волосы были полностью седыми. – Реаниматологом? Хочешь сказать, что ты некромантка? Еще и со скелетом? Да ни за что! Только через мой труп.

– Вы уверены в своих пожеланиях? – холодно усмехнулась я. – Распоряжение свыше не оставило мне выбора. Не отойдете ли в сторону, просто не люблю ходить по трупам. А подняться на корабль все же надо. Заранее прошу прощения.

– Вы же востребованный специалист, – в сердцах сплюнул он на доски. – Как вас отпустили работать на «Веселой Медузе»?

– Да, я ценный кадр, – величественно кивнула, соглашаясь. – Именно поэтому меня и направили к вам.

Мужчина вздохнул и обреченно посмотрел на скелет:

– Добро пожаловать на борт, Лин Ло. Я капитан – Дил Ан. Главное, не вздумайте чувствовать себя как дома. И скелет тряпочкой накройте.

– Я вам не попугай, – возмутился Вер Лу.

– Силы морские! – все же шлепнулся со стула капитан. – Он еще и говорит!

– И не только, – усмехнулся дух. – Я много чего умею. Например, лягаться. Хотите, покажу?

– А ну прояви уважение, – я встряхнула скелет.

Тот выразительно щелкнул челюстью и заскулил:

– Ну я же говорил, что у меня морская болезнь. Меня трясти нельзя.

Капитан задумался, пощипал подбородок, окинул взглядом набор костей и протянул:

– А тошнить его чем будет? Желудка-то нет.

– У него много чего нет, – вздохнула я. – Совести в первую очередь остро не хватает. А вы спокойней отреагировали, чем я думала, – решила польстить мужчине. Мне с ним на одном пароходе существовать, а любви с первого взгляда и так не сложилась.

– Подумаешь, говорящий скелет, – проворчал капельку польщенный капитан. – Я и не такое видел. Особенно если приложиться к хорошему крепкому рому, который разливают в портовом кабаке. Даже как-то с бутылкой общался, а она мне отвечала.

– Ну, Вер Лу поразговорчивей будет, – призналась я, скромно умолчав о любви духа к пространными беседам. – Так мы пройдем?

Капитан только махнул рукой. Очень надеюсь, что это был посыл на пароход, а не просто в море.

И первым, кого я встретила на борту, был Най Хэ. Нет, я умом-то понимала, что не пересекаться на небольшом судне будет невозможно, но желание чихнуть ему прямо в лицо никуда не делось.

– Какая милая девушка, – расплылся в широкой улыбке дракон. – Позвольте представиться. Я Най Хэ. Лекарь общей практики.

– Лин Ло, – прошипела я сквозь зубы. Вроде и улыбаюсь, а вроде и угрожаю. – Реаниматолог.

– Ух ты, – восхитился бывший – некромант на борту.

– Драконы суеверны? – искренне удивилась я. – Никогда о подобном не слышала. Как, впрочем, и о драконах-лекарях. Видимо, вы весьма необычный экземпляр.

– Само собой, – не без самодовольства заключил Най. – Ты тоже очень интересный экземпляр. Будем дружить.

И это не было вопросом. Не зря говорят, что с драконом связываться себе дороже – они всегда получают то, чего хотят.

– Обязательно, – фыркнула я, оставляя пространство для фантазии о моем мнении в отношении столь шикарной новости. – Коллеги, как-никак.

Тонкую издевку Най проигнорировал, и с широкой улыбкой протянул мне ладонь. Учитывая трех матросов, которые копошились на носу парохода и не могли нас не слышать, меня загнали в очень интересную позу: либо я высокомерная особа, которая даже дракона ни во что не ставит, либо просто эксцентричная. Конечно, предпочтительней второе, ведь мне с этими людьми еще нужно ужиться в удобных для меня рамках. Поэтому я криво улыбнулась в ответ и вложила в ладонь Ная кисть скелета. Удивились все. И дракон, и Вер Лу, и матросы.

– Очень приятно познакомиться, – сладким тоном протянула я. – А это мой питомец.

– Чего? – хором возмутились и Най, и Вер Лу.

– Ну а кто ты еще? – я возмущенно посмотрела на скелет.

Он мне ответил таким же яростным взглядом пустых глазниц, подсвеченных зеленым огнем, поскрипел челюстью и сдался.

– Я буду выше каких-то женских умозаключений, – проворчал дух, – и не стану спорить. Но останусь при своем мнении.

– Мудрое решение, – поддержал его дракон. Почему-то складывалось стойкое впечатление, что они собираются дружить против меня. – Раз мы уже все перезнакомились, давай я тебя, Лин, на правах прибывшего раньше познакомлю с остальными. И покажу место отдыха. Ну, и место работы.

По моим скромным подсчетам, дракон опередил меня на полчаса. Когда он успел уже здесь обжиться?

Команда матросов из трех человек смотрела на наше приближение с опаской. Точнее, на меня в обнимку с Вер Лу. Най хоть и попытался отобрать скелет, но я вцепилась в него как в родного, предоставив бывшему галантно разбираться с двумя громоздкими чемоданами. Носильщик только радостно спихнул их дракону и задал стрекача. Любитель подзаработать наивно полагал, что они набиты нарядами и весят не так и много, а на самом деле там книги. Против умника можно бороться только ими – треснуть как следует томом «Операции на сердце» по затылку и сразу желание спорить отпадет.

Что могу сказать? Более странной команды видеть мне еще не приходилось. Самый старший из троицы был явно ровесником дедка, с которым я беседовала на пристани. Один его глаз закрывала повязка. Причем заметно, что носит он ее давно. И это на корабле-лечебнице.

– Хан Ра, – представил дракон ухмыляющегося старика. – Или, как его все называют, Зоркий Глаз.

Я молча и очень выразительно посмотрела на повязку. Став некромантом, я быстро отучилась задавать людям неуместные вопросы. Потому что одно дело, когда лекарь спрашивает, что случилось с глазом, а совсем другое – некромант.

– Один глаз, но зоркий, – с довольным видом рассмеялся старик. – Штурман я по совместительству. – Стало вдвойне страшнее.

Голос у него был низкий, басовитый. Чайки, дремавшие на пирсе, нервно забили крыльями и истошно заорали. Лично я считаю, что врата в мир, где обитают мертвые, открываются именно с таким звуком.

Второй матрос был чуть младше капитана. Как раз в том возрасте, когда флирт с девушкой еще имеет определенную цель, а не просто способ смутить ее.

– Лек Мо, – сам представился мужчина, скользнув взглядом по моей фигуре, упакованной в черное платье-ципао, украшенное вышивкой из черепов. У всех лекарей униформа приятного белого цвета, да еще и халат, а некроманты-реаниматологи должны мучаться. – Самый адекватный на этом пароходе.

Я подозрительно прищурилась, а Вер Лу недовольно проворчал:

– Адекватные люди про себя так не говорят. И вообще ваше утверждение попахивает повышенным самомнением. И вы в курсе, что неприлично столь откровенно пялиться с первых минут знакомства?

– Так девушка и не против, – мне послали нахальную улыбку.

Я на это только беспечно пожала плечами. Меня и так сегодня все рассматривают, и вовсе не из-за облегающего платья, а из-за дополнения в виде скелета.

– А я и не о Лин, – Вер Лу раздраженно щелкнул челюстью. За день я уже привыкла к этому звуку и перестала дергаться. А первый раз отшатнулась, в попытке спасти ухо от голодного скелета, и чудом не села на попу. – Вы на меня уставились.

– И ты находишь это странным? – рассмеялся Лек. – Кстати, мы здесь народ простой и дружный. Выкать не стоит. Все равно никто взаимностью не ответит. Мы один гальюн на всех делим и на соседних койках спим. Это семья называется. А в семье выкать не пристало.

– То есть вы здесь все хамы, – заключил дух скорбным тоном. – Да я к жене даже вежливо обращался.

Вер Лу был женат? Святая женщина. Если это она его в ванной утопила, уверена, судья вынес оправдательный приговор.

Най попытался спасти положение, поскольку прекрасно знал, как любой обмен подобными любезностями может перейти в мордобой. А ценное вместилище вредного духа для драк не приспособлено. Он разве что костяным пальцем в глаз тыкнуть может. И то это поможет лишь против Зоркого глаза.

– А это Цун Ду, – дракон указал на самого младшего, который незаметно переместился за спины товарищей. – Он первый год служит на корабле-лечебнице. И жутко боится лекарей.

Я попыталась улыбнуться, но по лице парнишки было видно, что больше лекарей он боится некромантов. И скелетов. Главное, чтобы он за борт в море не сиганул.

На всякий случай пригляделась: спасательные круги висели на положенных местах.

В общем, матросы, как и капитан, оптимизма мне не внушали.

– А кто это тут у нас? – выскочил из ниоткуда сухонький мужичок небольшого роста.

Я чуть слышно облегченно выдохнула. Как же тяжело нам живется в мире людей, где средний рост – это недостижимая мечта. Хоть не на одну меня здесь будут смотреть сверху вниз. Даже скелет, который я трепетно и нежно мечтаю бросить где-нибудь, выше моей макушки сантиметров на десять.

– Реаниматолог Лин Ло, – дракон вконец лишился рассудка и обнял меня за плечи. А там Вер Лу, получающий бессовестное удовольствие от катания на моей шее. От срочной ампутации пальцев с последующим лечением от бешенства Ная спасла отменная реакция. – И ее питомец.

– Наслышан. Наслышан, – покивал головой мужичок и с озорным видом подмигнул мне. От удивления я рассеянно попыталась почесать затылок и чуть не выпустила из рук ношу. Складывалось впечатление, будто мы с ним в сговоре и ночью пойдем обносить камбуз на предмет конфеток. – А я Хен Бо. Глава корабля-лечебницы.

То, что Хен Бо лекарем не является, я поняла сразу: то ли аура у него не такая, то ли взгляд, но впервые встречаю подобную ситуацию. Как лекарями может руководить человек другой профессии? Они его сожрут и не поморщатся.

– Но… – я рефлекторно посмотрела в сторону трапа, где продолжал наслаждаться покоем под оголтелые крики чаек, с которыми какой-то добрый рыбак поделился уловом, капитан.

– Дил Ан капитал «Веселой Медузы», – напоказ терпеливо, как маленькой, объяснил добренький дракон. – А Хен Бо глава лечебницы. Это разные должности. Пароход – это судно, и оно ходит по морю. А в лечебнице людей лечат, или хотя бы пытаются.

Вот умеет бывший помогать так, чтобы потом к нему больше никогда не обратились.

– Знаешь, – я окинула Ная задумчивым взглядом, – мне всегда хотелось вскрыть дракона. Такой научный трактат пропадает. Может, пойдешь навстречу и убьешься?

– Вы такие милые, – непонятно чему умилился Хен Бо. – Вот сразу взяли и подружились. Смею надеяться, что и с остальными вы будете вести себя так же.

– Предлагать всем вскрытие? – я удивленно округлила глаза. – Где мне столько образцов потом хранить? Насколько я знаю, морга на пароходе нет.

Матросы на меня взглянули не то чтобы недобро, но с угрозой.

– Некромантский юмор, – покивал головой начальник. – А где же твой подопечный?

Я озадаченно посмотрела на Вер Лу. Тот также непонимающе уставился на Хена. Не заметить целого скелета – это еще умудриться надо. Най тоже выразительно приподнял брови. Матросы задумчиво переглядывались. В общем, мы смотрели друг на друга, а ситуация яснее не становилась.

– Ну, лекарь-хирург где? – сжалился начальник над недогадливыми подчиненными. – У меня в документах куратором практики значится реаниматолог Лин Ло.

– Штормовые волны! – потрясенно ахнул Зоркий Глаз. – Это что же то делается? Лечить мы никого не будем? Сразу того… – он сжал ладонями горло и высунул язык.

– Какой необычный способ погружения человека в наркозный сон, – Вер Лу скрипуче рассмеялся. – Даже при моей жизни не пользовались столь варварским методом. Сейчас прогресс в области лечения шагнул куда дальше, чем ты себе представляешь.

– Это ты так думаешь, – усмехнулся Лек Мо. – Море Меруян сжирает магию.

Глава Хен аж на месте подпрыгнул от недовольства:

– Ты, Лек, мне специалистов не пугай. Сам будешь новых искать.

Най снова попытался обнять меня за плечи, но я уже была наготове и ловко перебросила скелет, чтобы наглые пальцы дракона нежно погладили Вер Лу по черепушке.

– Мы не так трусливы, – усмехнулся бывший. – Тем более, куда нам бежать с парохода-то? Ладно, я водный дракон, но вот скелет точно плавать не умеет.

– У меня вообще морская болезнь, – визгливым тоном напомнил о своем мнимой проблеме Вер Лу.

Духу определенно нужно подружиться с Цуном. Один боится воды, второй лекарей, и оба служат на «Веселой Медузе».

– Не будем о грустном, – с широкой улыбкой Хен на правах начальства попытался отобрать мою ношу, но, зная вредный характер Вер Лу, я вцепилась в скелет, как будто он мне денег должен. – Давайте пройдемте в кают-компанию, – в итоге сдался мужчина, – я вам вкусного чая заварю.

Хитрый маневр я не разгадала, пока не очутилась за столом. Само помещение было разделено переборкой на зону для готовки, он же камбуз, и обеденную. И от этого казалось совершенно крошечным. Особенно сейчас, когда напротив меня уселись остальные лекари и их ассистенты.

Самым приятным на вид оказался зубной лекарь Сан Ви. Только парень был совершенно неразговорчив, предпочитая отмалчиваться или изъясняться емкими жестами. Я даже заподозрила его в немоте, но парочку хлестких фраз удалось от него услышать. Правда, общался он не со мной, а с Вер Лу. Посоветовал тому заменить верхний левый резец.

Его ассистентка Дже Хи в противовес лекарю болтала без умолку. За минуту ее спича я узнала практически всю историю семьи девушки. И тут же исправно попыталась ее забыть, потому что захламлять голову грыжей двоюродного дедушки Дже Хи мне не нужно. А еще она милым тоном поинтересовалась, часто ли мне приходится вскрывать людей. Вопрос, откровенно говоря, меня удивил. Ассистентка выглядела как сладкая зефирка с огромными голубыми глазами и белыми локонами. Не успела я открыть рот, чтобы ответить, как она тут же поведала о своей сокровенной мечте поучаствовать во вскрытии. Даже Вер Лу предпочел прикусить призрачный язык и посмотрел на милую девушку с опаской. А я с тоской вздохнула, вспоминая тихие времена в прозекторской.

Ассистентка лекаря общей практики Сон До на меня внимания и не обратила, влюбленными глазами облизывая дракона. Я тихонько шепнула Наю о том, что работать ему теперь будет очень весело. Их раса несколько специфична в выборе партнерши. Хищники они. Интерес погони куда слаще, чем получить то, что само идет в руки. А вот навязывание вызывает у них только глухое раздражение.

Хм, а не поэтому ли Най Хэ снова закусил удила при виде меня? Может, стоит немного томно повздыхать? Только боюсь, что в результате буду пыхтеть, как закипающий котел.

Ассистентка лекаря-хирурга Бора Со была самой взрослой среди женского контингента. Да и комплекции тоже выдающейся. Думаю, с ней, к примеру, зашивать рану можно и без обезболивания – так скрутит больного, что он и дернуться не посмеет. Ее голос тек спокойно, без суеты, размеренно, и вызывал стойкую ассоциацию с лекцией в академии. У меня даже пальцы зачесались взять ручку и начать записывать. Также при необходимости женщина будет выполнять обязанности и моей ассистентки. Меня просто поставили об этом в известность, не спрашивая согласия. Зато Дже Хи так ревниво посмотрела на старшую коллегу, что я реально задумалась о перспективности должности помощника реаниматолога. Ну, или тут просто все с прибабахом.

Но призовое место среди странных людей занял лекарь народной медицины Нон Су. А попросту говоря, шаман. Красивый мужчина, лощеный, явно в дорогой одежде. Он больше походил на модель в модном мужском салоне. Образ только портили бусы из куриных лап, украшающие его шею. А губы и ногти были выкрашены чем-то черным. А еще у него был браслет из бубенцов, и каждое движение рукой сопровождалось диким бренчанием. Особенно странно звучал его голос: он говорил нараспев, с заунывными нотками. Даже Вер Лу неприязненно поежился, когда только заслышал это.

Его ассистентка Ора Ми отстраненно бряцала ложкой в чашке с остывшем чаем. Затем достала из кармана небольшую флягу и плеснула из нее нечто пахнущее спиртом в чашку. Для укрепления иммунитета, как пояснил Нон Су. Он и мне предложил приобщиться к радостям народной медицины. Но я и так уже раз почти умерла, второй раз испытывать судьбу не рискнула.

И весьма занимательный факт – никого не удивил Вер Лу. Точнее, говорящий скелет. Я уже успела восхититься выдержкой команды «Веселой Медузы» и даже одобрительно покосилась на чашку Оры, но начальник быстро все расставил по своим местам. Их просто предупредили, что некромант прибудет не один, а с испытательным образцом. Мол, это было моим условием. Такого коварства от командующего Уна я не ожидала. Зато в экипаже я смотрелась вполне себе органично.

Была еще троица матросов, которая отвечала за обслуживание двигателя, но мне сказали, что видеться нам с ними придется очень редко. Возможно, даже не каждый день. У них там какой-то свой посменный график. Но пообещали, что при встрече я обязательно узнаю матросов. Конечно, чумазое нечто на пароходе явно не будет каким-нибудь гремлином.

От обилия новых лиц и имен у меня заломило виски. Все же отвыкла от такого живого общения. Слишком живого. Но, на мою удачу, у всех на рабочих халатах вышиты имена. Да я хоть сейчас готова сесть в любую лодку и начать прочесывать все море Меруян в поисках пропавшего корабля, лишь бы побыстрее убраться отсюда. Кажется, задумка командующего Уна куда более хитрее, чем выглядит на первый взгляд.

Кстати, еще об одном Уне. Милые посиделки-знакомство уже сворачивали, и меня обрадовали новостью, что когда мы стоим в этом порту, то ночуем в общежитии. Вот тут капитан и привел потеряшку. Пока я все еще пыталась подавить неприязненный зуд по всему телу от кошмарного слова «общага», которое с радостью забыла после выпуска из академии как страшный сон, в кают-компанию ввалился чемодан, а следом влетел с помощью хорошего пинка и сам Кан Ун. Причем, приземлился он на свой же багаж. Чемодан распахнулся, и ворох вещей украсил каюту.

– А где хоть один справочник? – строго спросила я у юного гения.

– Мне они не нужны, – пафосно заявил Кан, ползая на коленях и собирая свои тряпки. Уши парня отчаянно пламенели, потому что его нижнее белье красиво разлетелось в стороны.

– Хирург прибыл, – мрачным тоном известил капитан. – Только успел поругаться с каждым человеком на пристани. Я его еле от недовольной толпы отбил.

– Что вы наговариваете! – щеки Кана сравнялись с ушами по цвету. – Я просто отказался платить за якобы нанесенный ущерб. Та дамочка сама в меня врезалась!

– А свидетели утверждают, что причиной аварии стал твой чемодан, – едким тоном заметил капитан. – А ты даже не удосужился извиниться.

– Я не виноват, что у наглой девицы плохое зрение, – набычилось юное дарование. – Чего сразу деньги требовать на лечение?

– Хорошо еще жениться не потащили, – недобро усмехнулся Сан. Зубной лекарь выглядел так, словно сам только что отбивался от матримониальных планов ушлых портовых девиц.

– Со мной тоже пытались это провернуть, – Най загадочно поиграл бровями. – Такая милая девушка в голубом платьице.

– И что? – заволновалась ассистентка лекаря общей практики Сон. Конечно, такой лакомый кусочек чуть из-под носа не увели.

– Он дракон, – пожала я плечами. – Увернулся, небось.

– Я не настолько груб, – холодная улыбка Ная уверила всех в обратном. – Я просто поинтересовался, не жарко ли столь прелестной особе в такой солнечный день и не желает ли она освежиться.

– А дальше? – Сон от нетерпения принялась ерзать на месте, но дракон хранил загадочное молчание и улыбался.

– Девушка сухая была? – поинтересовалась у недовольного Кана я.

– Да, – с угрюмым видом подтвердил парень. – И визгливой.

– Значит, не рискнула, – покивала головой в такт своим мыслям. – Най Хэ дракон водный, и освежить в его исполнении выглядит буквально. Водопад действительно принесет прохладу, если к земле только не прибьет.

Шаман Нон Су подозрительно прищурился:

– Сдается, вы двое были знакомы раньше.

– Просто драконов не люблю, – фыркнула я. На самом деле, действительно что-то нужно делать с моей избыточной реакцией на Ная. Идеально будет не пересекаться.

Вот так считаешь себя взрослой уравновешенной женщиной, считаешь, и вдруг бац! Цветущий и довольный жизнью бывший на горизонте нарисовался. И все – вздорная и нервная истеричка радостно потирает ладони. И главное, непонятно, откуда это желание его пнуть.

– Ничего, – криво улыбнулся Най. Что-то недоброе и очень эмоциональное было в усмешке, – это пройдет.

Экипаж задумчиво замолчал. Я еще до смены дара мало обращала внимания на мнение и слова людей. Лекари просто не могут себе позволить быть зависимыми от общественности. А став некромантом, вообще научилась быстро игнорировать косые взгляды. Но вот сейчас стало жутко неудобно от чужих мыслей.

Юное дарование не могло смириться со своим прежним позором.

– Где мой рабочий кабинет? – выпятив вперед грудь, с пафосом спросил Кан. – Надеюсь, все готово? И еще я бы хотел осмотреть операционную. Вдруг там чего-нибудь не хватает.

– Почему это вдруг? – усмехнулась я. – Определенно не хватает. Толкового специалиста, к примеру. Ну, а если серьезно… подумай сам – эта лечебница существует за счет тех крох, которые выделяются из бюджета государства. Еще вопрос, сколько из средств реально доходит до сюда. В общем, не жди многого.

– И кабинет у вас будет один с реаниматологом, – мило улыбнулся глава Хен.

– А ей зачем кабинет? – искренне возмутился Кан.

– Чтобы за тобой следить, – скривилась я от перспективы ежеминутного любования самопровозглашенным гением. – Я так-то твой ментор. Куратор Ло. Так что, лекарь Ун, прошу сильно не возмущаться.

Тут Хен Бо вспомнил, что молодой специалист прибыл благодаря импульсу от капитана чуть позже меня, и представление персонала началось по второму кругу. На лекаря народной медицины Кан покосился, словно тот почесал себе спину между лопаток рукой. Причем не своей, а оторванной у пациента в процессе излечения. А я все ждала, когда же рванет бомба самомнения юного гения, привыкшего к вежливому и уважительному обращению к лекарям даже среди своих, и дождалась.

– А почему помощники находятся на кухне вместе с нами? – неприязненно сморщил нос Кан Ун.

За что и получил хороший подзатыльник от притаившегося позади капитана.

– Слышь, ты, малек, – прорычал обиженный в лучших чувствах мужчина, – это камбуз! Кухня у мамки в доме. И камбуз там, – он указал на переборку, – а здесь кают-компания.

– И отношения в этой лечебнице строятся несколько по-иному, – сладким тоном подсказала я. – Авторитета лекаря перед его помощником еще заслужить надо.

– То есть чай мне придется заваривать самому? – окончательно расстроился Кан и обиженно захлопал глазами, как маленький ребенок.

– Ну почему же, – проворковала Бора Со, заставляя парня икнуть и поежиться, – мне это совершенно не трудно.

Я смотрела на добрейшую женщину и никак не могла понять, почему все же скучаю больше: по трупам, которые спокойно себе лежат и не пугают, или по молчаливой атмосфере в прозекторской комнате. Туда-то никто с угрозами не заходит. Хотя нет, был один случай. Следователь хотел побыстрее закрыть дело перед отпуском, и требовал от меня заключение, что жертва умерла вследствие самоубийства. Но синяки на шее вариантов, кроме удушения, не оставляли. Разве что покойная сама себя душила руками. В общем, следователь пытался меня продавить, я в ответ ему пообещала устроить в посмертии веселую жизнь. Мило мы тогда покричали друг на друга.

А вот у Кана рушилось вся картина мира, где он уважаемый, хоть и за счет фамилии отца, лекарь.

Но шанс реабилитироваться ему предоставился внезапно. Сначала снаружи раздались какие-то хаотичные выкрики, призывающие великую силу лекарства, затем в кают-компанию с пациентом на спине ворвался Лек. Сзади его страховал самый молодой Цун. Принесенный подарочек голосил так, что оставалось порадоваться отсутствию хрупкой посуды на столе.

Я с усмешкой наблюдала, как Кан круглыми глазами провожает процессию, которую Бора мощной рукой направила сразу в кабинет. Беднягу-гения, кажется, до этого не радовали работой в приемной. Великого и непогрешимого сына командующего Уна явно убирали от глаз простых смертных подальше. Чтобы не позорил ни себя, ни свою фамилию, ни профессию лекарства. А какие еще могут быть варианты, если его просто выставили из лечебницы с весьма неприятной формулировкой?

То есть Кан работал лишь с людьми под наркозным сном или на послеоперационном обслуживании, когда пациент только лежит и молча думает о смысле бытия. Все капризы всегда достаются в таких случаях сиделке.

– Что-то произошло? – шепотом спросил у меня парень.

– Хм, – я задумчиво потерла подбородок ладонью, – есть подозрение, что у нас первым делом будет перелом. Не зря пациент кричал «Ай, моя нога!». Поэтому прошу, лекарь Ун, – широким жестом предложила выйти из кают-компании. – Вас там ждут.

Судя по заинтересованным взглядам команды, ждал не только пациент. Почему-то на ум пришло сравнение с выступлением дрессированных тигров в шапито. Все замерли в предвкушении зрелища.

– Действительно, – потер ладони Хен Бо, – не стоит заставлять ждать бедолагу, лекарь Ун.

Кан, окончательно деморализованный, бросил свой чемодан и поспешил за Борой. Любое панибратство между лекарями заканчивается ровно тогда, когда рядом оказывается пациент.

Только на выходе из помещения возникла небольшая заминка – Най попытался отобрать у меня скелет. Я нахмурилась и сильнее вцепилась в свою ношу. Но дракона это не остановило.

– Эй! – возмутился Вер Лу. – Вы мне сейчас руку вместе с плечом вырвете!

– Действительно, – заволновался глава Хен, – испортите такой… редкий экземпляр. Пускай он пока побудет с лекарем Хэ. – Я чуть не провалила все остатки конспирации глупым вопросом «а кто это?». – Не будем пугать и без того несчастного человека.

Пришлось сдаться под давлением обстоятельств. Причем пакость со стороны Вер Лу, который радостно согласился на компанию дракона, была уж очень неожиданной. Нет, я понимаю, что они будут работать вместе, но мог бы быть более дипломатичным после того, как я изображала для него мула.

Кабинет, к моему удивлению, выглядел вполне прилично. Как в обычной лечебнице. За исключением окна. Иллюминатор был куда меньше привычного размера. Но в прозекторской имелось только небольшое окно под самым потолком, поэтому я привыкла к искусственному освещению, а вот Кан чуть заметно поморщился.

На кушетке сидел бледный пациент.

– Перелом лодыжки, – торжественно объявила Бора Со. – Неудачно спрыгнул на пристань. Причем перелом не первый. Карту я уже заполнила, – ассистентка ткнула в листок на столе лекаря. – Вам осталось только залечить.

– Ну, это просто, – Кан с радостной улыбкой закатал рукава.

Энтузиазм молодого специалиста пациента спугнул. Мужчина попытался на попе сбежать с кушетки, но Бора как бы невзначай положила ему руку на плечо и пригвоздила к месту. Да так, что кушетка под ним скрипнула.

Но потом несчастный заметил меня. Ципао с рисунками из черепов пространства для фантазии не оставило. Кажется, он вообще увидел траурные одежды. И начал активно потеть. Я прямо заметила струйки, бегущие по вискам.

– У меня уже все прошло! – тонким голосом взвизгнул он. – Совсем не болит!

– Не болит? – нахмурился Кан. – Неужели уже вся нога отнялась? Тогда ее нужно срочно ампутировать!

– Болит! Болит! – сильнее заверещал пациент. – Еще как болит! Прямо терпеть нету сил.

– Лодыжка? – больше озадачился лекарь. Мы с ассистенткой скромно молчали и наслаждались умилительной сценой. – Даже когда сидите, и нога находится в покое лежа? – мы все дружно уставились на оголенную волосатую конечность. Кроме припухлости, других явных признаков видно не было. – Ладно, это неважные мелочи. Сейчас я сращу вам кость.

– Погодите, лекарь Ун, – я поспешила спасти первого же пациента. – Вы с переломами раньше работали?

– Конечно, – пафосно с презрением заявил Кан. – На курсе были занятия. Я не прогуливал ни одного. Хоть я и готовился стать операционным хирургом-лекарем, но знания старался получить по максимуму.

– Я не об этом спросила, – с усталым вздохом констатировала я. – Но вперед, дерзайте.

Мужик издал сдавленный стон, наблюдая, как между ладонями Кана загорается теплый желтый свет. Действительно, с магией такая проблема решается очень быстро. Потом надо всего лишь беречь ногу и носить фиксирующую повязку неделю. Все будет сложнее, когда мы окажемся в аномальной зоне.

– Закончил, – с гордостью объявил Кан после десяти минут напряженного сопения. Пациент также напряженно сопел, тщательно следя за работой лекаря.

– Я могу идти? – мужчина предпринял очередную попытку сбежать.

– Не так быстро, – нежно проворковала Бора, по-прежнему удерживая жертву… пардон, пациента. – Сначала куратор Ло проверит работу своего ученика.

– Зачем? – хором спросили мужчина и Кан.

– Из вредности, – фыркнула я, бедром оттесняя парня от кушетки.

– Некромант? – шепотом уточнил пациент.

– Реаниматолог, – выложила свой козырь я.

– Я умираю? – в ужасе сжался мужчина. Вот теперь он наверняка будет осторожен, ведь перелом у него был не первый, а больше попадать на корабль-лечебницу он точно не захочет. Профилактика, однако.

– Пока нет, – оптимистично заявила я. – Давайте осмотрим вашу лодыжку и решим.

Пусть я и не лекарь сейчас, но знания никуда не делись, а руки все еще помнили, что должны чувствовать. Кость под пальцами не гуляла. За это можно было похвалить, если бы не одно «но».

– Что у вас в ноге? – строго спросила я. – Осколок?

– Да-а, – пациент попытался забрать свою собственность из-под моих рук, но я профессионал. Не только Бора умеет фиксировать капризных мужчин. – Год уже как. Когда нырял за сокровищами, случайно вспорол ногу. Зашивал мне товарищ прямо в море. Видимо, не заметил, как что-то осталось внутри. Да меня это и не беспокоило. Разве что на погоду ныло.

– За сокровищами? – я заинтересованно посмотрела на пациента. – Нашли?

– Если бы, – отмахнулся мужчина. – Слышали, небось, о пропавшем корабле с золотом? Его тут все ищут. Мы прочесывали бухту острова Алюкто. Старик Ху видел корабль там до пропажи. Ну, мы и рискнули. Только впустую неделю потеряли.

– В следующий раз будьте осторожнее, – строго сказала я. – Лекарь Ун, скажи мне, что вы сделали не так?

– Не так?! – возмутился Кан. – Нога сращена правильно.

– А осколок в ноге – это новая деталь строения скелета? – я выразительно изогнула бровь и скрестила руки на груди. – Почему я его нашла сразу, а вы нет?

– А я его и не искал, – буркнул парень. – Ассистентка Со сказала только о переломе.

Бора выразительно хмыкнула. Она тоже оценила подставу судьбы в виде юного дарования. А мне оставалось тихонько радоваться, что этот крест придется тащить не одной.

– Можно я уже пойду? – жалобным тоном спросил частично вылеченный пациент.

Но от меня недолеченным еще никто не уходил. Разве что сразу в морг. Увы, профессия лекаря жестока. Спасти всех невозможно. Магия не всесильна. Каждый оперирующий хирург имеет свое персональное небольшое кладбище.

– Нет, – коротко бросила я. Подождав, пока Кан гневно просопится, я решила заняться просветительской деятельность. – Почему Бора Со, имея огромный опыт в лекарском деле, всего лишь ассистентка?

Женщина с довольной улыбкой посмотрела на Кана, наклонив голову. Тот нервно сглотнул и промямлил:

– Она не маг.

– И что вам, лекарь Ун, следовало сделать после того, как она вынесла предварительный диагноз?

– Проверить, – еще тише буркнул Кан. – А можно чуть более уважительнее общаться со мной?

– Конечно, – с широкой улыбкой разрешила я. – Определенно можно. Кому-то. А вам сейчас надо извлечь осколок из ноги пациента.

– Не стоит, – мужчина жалобно посмотрел на меня. – Да пусть будет. Я с ним, можно сказать, сроднился.

– Не переживайте, – поспешила успокоить его я. Все же быть подопытным – это отдельный вид геройства. Да еще и информацию кое-какую у него получила. – Процедура совершенно безболезненная. Это же не на живую разрезать кожу и вытаскивать лишнюю деталь. Магия действует мягко и незаметно. Опять же порадуйтесь тому, что вам сразу срастили кость правильно. А то бы снова пришлось ломать и лечить.

– Кажется, я догадался, для чего тут реаниматолог, – прохрипел бедняга и крепко зажмурился.

А я кивком головы указала Кану на работу.

– Это точно не больно? – подозрительно спросил пациент, словно опасаясь, что потом недосчитается парочки органов.

– Ну, если вы так боитесь, можно и под наркозный сон вас уложить, – пожала я плечами. – Только отходить вы потом будете долго после, по сути, пустяковой операции. Это все равно словно ради незаметной царапины наложить биты по всему телу. Но если вы настаиваете… Опять же мы стоим в порту, без экстренной необходимости операции на борту корабля-лечебнице не проводятся.

Бора одобрительно на меня взглянула. Да, я изучила инструкции. Как говорил командир строителей, которые ремонтировали академию после удачного отмечания начала сессии профессорами: «Чтобы не было роптания, делай строго по заданию». Он, конечно, использовал более грубую формулировку и рифму слову «чертежу», но смысл остается тот же. Да бы знать, за что отвечать, нужно обязательно ознакомиться со своими обязанностями и правами. Потому что у нас любят нагружать первым и пренебрегать вторым.

– Да нет, спасибо, – проворчал мужчина, – там очередь такая, что я состарюсь раньше, чем дождусь приема. Но могли бы и соврать, что будет не больнее укуса комара.

– Лекарь не имеет права врать! – Кан аж поперхнулся воздухом от подобного предположения и окончательно убедил пациента в смертельном диагнозе.

Был у нас один случай на практике в академии. После невинного сравнения укола с укусом комара у пациента началась паника. Выяснилось, что он до ужаса боится насекомых. Мы потом его всем курсом отлавливали и час пытались уговорить выйти из угла, куда он забился, обороняясь вешалкой.

– Лучше давайте вас беседой отвлеку, – коварно предложила я. Интересно, а это можно считать пытками? Ведь чем сильнее человек нервничает, тем он разговорчивее в большинстве случаев. Эх, жалко я у командующего Уна не уточнила, гуманно ли это. – Так что там с сокровищами? Они действительно есть или это просто байка среди моряков?

– Конечно, есть, – возмутился пациент. Но через минуту нерешительно добавил: – Должны быть. На островах же живут люди, которые события тех дней видели лично. Сейчас и не разберешь, кто под каким флагом воевал. Но есть такие, как старик Ху, утверждающие, будто видели корабль с золотом в живую. Правда, он уже немного не в своем уме, но просветления случаются.

– И откуда уверенность в грузе? – я заинтересованно наклонила голову вбок. – Мало ли что мог везти тот корабль.

– Так сами матросы с «Резвого» и хвалились, когда пьяные в портовом борделе девок зажимали, – мужчина с укором взглянул на меня, как на человека, пытающегося разрушить чью-то мечту.

– Погодите-ка, – я рассеянно пощелкала пальцами, ловя верткую мысль. – Получается, мы пустили вражеский корабль не только в море Меруян, но и в наш родимый бордель моряков с него? Еще и пойлом отоварили?

– А что поделаешь? – вздохнул пациент, совершенно не замечающий манипуляций Кана со своей ногой. – Тогда не особо было понятно, где свой, где чужой, а где вообще пират. Кто платит, тот и молодец. Тем более если поднят флаг нейтральных вод. Здесь же глобальных военных действий не было. Не любит море Меруян магию. Поэтому многие бывшие вояки потом сюда и ринулись для проживания. У меня дед и отец тут так и осели. Но, правда, голода в войну острова хлебнули по полной – все уходило для поддержания армии. Поэтому ради пары монет и не таких моряков в борделях привечали. А алкоголь и женщины знаете, как язык развязывают?

Я только хмыкнула на это. В прозекторской, впрочем, как и при работе лекарем, вполне насмотрелась на последствия и первого, и второго.

ГЛАВА 3

Из кабинета я вышла в легкой задумчивости и чуть не заработала шишку на затылке. А кто бы ни отшатнулся, наткнувшись на толпу людей с очень заинтересованными лицами. Но команде «Веселой Медузы» это показалось мало, и они зааплодировали. Кан, и так прятавшийся за моей спиной, резво скакнул обратно в кабинет и закрыл дверь. Мой взгляд выразил все сомнение по поводу хлипкости раздвижной перегородки перед напором людей, желающих от души поздравить с первым спасенным вопреки всему пациентом.

Бора что-то возмущенно высказала, когда неожиданно для себя очутилась в ловушке кабинета. Я ей сочувствовать не стала, поскольку тетка оказалась весьма подозрительной. За сообразительность она меня похвалила, но добавила, что в будущем эту тему для бесед следует избегать. Я с невинным видом поинтересовалась, чем так разозлили сокровища ассистентку. Но в ответ получила только пространные рассуждения о том, что все это выдумки, которые дурманят человеческие умы.

И пока я, вся такая задумчивая, потирала ушибленный затылок, зубной лекарь Сан Ви обрадовал новостью о приветственном ужине в общежитии для вновь прибывших членов команды лекарей. Возможно, это мое предубеждение, но совместный прием пищи в общежитии бешеного восторга не вызывал. Да и отвыкла я от массовости.

Но все оказалась не так и плохо. Я про само общежитие. Чистенько, миленько. У каждого своя комната. Даже мебель имеется. Но мой взгляд все равно шарил по углам в поисках усатых рыжих квартирантов.

А вот с ужином все было не так радужно.

– Морские деликатесы, – отрекомендовал капитан Дил Ан творящийся на тарелках беспредел.

– А они должны шевелиться? – недовольным тоном спросил Кан. – И пытаться сбежать?

– Это осьминоги, – важно заявил Най, но приближаться к столу не спешил.

– Вопрос был не об этом, – буркнула я, судорожно пытаясь найти причину для отступления в комнату, и чтобы это не выглядело позорным бегством. – Может, их надо сначала… оглушить? Или сварить? Или зажарить? Кстати, а тут есть хоть какой-то кабак, где подают мясо?

– Это портовый город, – терпеливо повторил шаман Нон Су. – Мясо здесь в дефиците. Зато рыбы сколько хочешь. Да ты не стесняйся, Лин. – Он меня еще и в плечо толкнул, призывая занять место за столом. – Это только поначалу выглядит отвратительным.

– Кажется, где-то уже это слышать доводилась, – проворчала я, боком подходя к стулу. – Точно. Первый раз в морге на вскрытие тела.

Энтузиазм в глазах экипажа «Веселой Медузы» погас.

– Зато у нас есть ром! – попытался вернуть настрой команде глава Хен. – Но только немного. Завтра отправляемся к острову Верхо.

– Я не пью, – важно сообщил Кан. – Как лекарь, и вам не советую.

– А я дракон, – капельку раздраженно заметил Най. – Мы пьем только благородные напитки.

Все посмотрели на меня. Пришлось вздохнуть и признаться:

– Некромантам алкоголь противопоказан.

– Бедные, – посочувствовал мне капитан. – Вот прямо вообще?

– Ну, если вы только не хотите со своими предками внепланово пообщаться, – пожала я плечами.

– Нет уж, – резко ответил за всех зубной лекарь Сан Ви. – Лично мои родственники были теми еще неприятными личностями. Ко мне у них будет много претензий. Жену не завел. В приличной лечебнице не осел. Детишек не настругал. И вообще я личность неблагодарная. Хотя кому там быть благодарным…

Все скорбно помолчали, выражая сочувствие Сану, но энтузиазма от возможной встречи никто не высказал. Мы, конечно, чтим предков, особенно в дни их смерти, но дороги они в основном как память.

– Лин точно не пьет, – вынес вердикт начальник. Хен даже на всякий случай быстро убрал со стола один из стаканов.

– А где Вер Лу? – спохватилась я. Когда меня под шумок фактически вынесли с парохода, даже не вспомнила о скелете. И вот только заметила, что крайне не хватает одного ворчливого персонажа.

– Он предпочел остаться в моем кабинете, – беспечно отозвался Най. – Сказал, что там атмосфера ему привычная.

Это чего задумал дух с якобы морской болезнью?

Пока я в нерешительности топталась рядом со стулом, дракон наклонился и быстро шепнул мне на ухо:

– Встретимся на улице после ужина.

И вот же хитрый подлец. Я не могу начать спорить при всех. Мы и так слишком много подозрений к себе привлекли.

– Садись, Лин, – Бора фактически впихнула меня на стул. – Не слушай этих… кхм… в общем, не слушай их. Любят ребята подшутить над новенькими. Сырых осьминогов едят только сумасшедшие экзоты. Они так противно щупальцами к небу и зубам прилипают. – Сразу видно, кто «сумасшедший экзот». – Сейчас рыба будет готова. Жареная.

– Я и сырую люблю, – дракон с довольным видом уселся на соседний стул. Перспектива полакомиться осьминогом пугала даже его. – Филе кусочками и с соусами.

Кан брезгливо отодвинул от своей тарелки щупальце одного практически сбежавшего осьминога:

– Это разве вкусно? Сырую рыбу я еще не пробовал.

– Конечно, – с энтузиазмом воскликнул капитан. – Для этого она должна быть свежевыловленной. Хочешь, мы сейчас приготовим?

– Благодарю, – скривился парень, – но промывать потом желудок я не стремлюсь.

– Пищевая интоксикация, гельминтоз, парагонимоз, – тихо пробормотала я, чтобы услышал Най. Не пристало лекарю общей практики не знать последствий употребления сырой рыбы.

– Ты меня там, что ли, проклинаешь? – подозрительно прищурился дракон.

– Ага, – махнула я рукой на попытки донести знания до Ная. – Вот этим и будешь болеть, если продолжишь есть подобную… странную еду.

К моему удивлению, рыба оказалась выше всяких похвал. Такую вкусную мне есть не доводилось и в лучших заведениях столицы. Это из положительного. Туда же можно еще отнести хрустящие овощи. Но все впечатление от вкусной еды портил ужасный шум. Вот с кем мне было поговорить в прозекторской? Разве что с вызванными духами. А тут такое количество людей, и каждый что-то хочет сказать. Да я в базарный день площадь по широкой дуге обхожу, чтобы поберечь кошелек и уши. А тут деваться некуда.

Кан, как самый молодой и наивный, первым сбежал в комнату. Я для приличия выждала еще минут десять и позволила себе тоже неспешно удалиться, ссылаясь на усталость от поездки.

В углу комнаты тоскливо стоял закрытый чемодан с книгами. Я заранее его наказала. Справочники еще не в курсе, для кого их приготовили.

На прикроватной тумбочке гордо расположился рабочий блокнот. Там на последней странице я методично записывала все неудобства из-за правительственного задания. А как я потом иначе им счет выставлю? Придется командующему Уну искать мне дракона на опыты для научной работы. Ну а что? Первый труд по вскрытию дракона – это меня определенно прославит. И тогда, может быть, родители успокоятся.

Отказать себе в небольшой радости и заставить Ная в пустую ждать я не смогла. Мстительно выждав, когда на небе появится россыпь звезд, нехотя встала с кровати. Неожиданно желание сделать подлянку бывшему обернулось против меня – тело настоятельно требовало отдыха и отказывалось шевелиться без острой необходимости. Надо было уже давно с ним встретиться и лечь спать.

Ночь, луна, свежий воздух с моря, шелест волн вдалеке. Общежитие располагалось на небольшом холме, с которого открывался прекрасный вид.

– Псс! – раздалось из плешивых кустов. Прятаться в них – все равно что не уважать интеллект и зрение остальных. – Пароль.

– Ты что, все-таки приложился к рому сомнительного качества? – я с сомнением посмотрела на этого дракона в засаде. – Тебе не кажется, что так мы выглядим подозрительно. Можно просто было прогуляться. Ты же высказал желание подружиться.

– Так интереснее, – усмехнулся Най.

– Кому? – я озадаченно посмотрела по сторонам. – Тем, кто за нами наблюдает из окон общежития, которое расположено в двадцати шагах? Кстати, об этом. Я бы на твоем месте выбрала кусты где-нибудь подальше. Я заметила, что санузел в общежитии один. Как думаешь, куда бегут самые нетерпеливые?

– Умеешь ты настроиться на романтику, – фыркнул дракон, но из кустов вылез. – И как тебе первый день в роли агента?

– Можно я не буду отвечать? – я недовольно скривилась. Извилистая тропинка вела с пригорка вниз к морю. Туда я и направилась. Пускай наблюдатели думают, что у меня привычный моцион перед сном. Некроманты же любят ночное время в понимании обывателей. А ведь мы такие же люди, как и все, и ночью я предпочитаю спать, а не гулять по песчаному пляжу, чтобы потом песок из самых неподходящих мест вытряхивать. – С первым же пациентом удалось побеседовать о пропавшем золоте. Он мне рассказал, что на острове Алюкто есть некто старик Ху. Так вот он видел корабль до пропажи. А еще он поведал, что о грузе растрепали сами моряки, когда в борделе пили. Но все на уровне слухов.

Най бесцеремонно взял меня под руку. Такого нахальства я уже стерпеть не смогла.

– Ой! – подпрыгнул на месте дракон, – Щипаться против правил!

– Скажи спасибо, что не ткнула палкой, – проворчала я, отряхивая ладони. – Руки держи при себе. А то ты рождаешь во мне не самые приличные желания.

– Это какие? – прищурился Най.

– Изучить, насколько вы отличаетесь от людей изнутри, – я остановилась на краю пляжа. Лунная дорожка на море особенно прекрасна. Только вот компания для любования ей не самая подходящая. – Драконы же никогда не дают людским лекарям и некромантам исследовать вас.

– И не дадим, – припечатал Най, скрестив руки на груди. А рубашку можно было и застегнуть, а не демонстрировать мне отличное телосложение. Все же ночь, прохлада. Тут и без завещания можно обойтись. – Не рассчитывай, что я отпишу свое тело на опыты. Даже тебе.

– Я на тебя и не рассчитываю, – пожала плечами. – Скажи мне, сколько агентов пропадают на заданиях?

– Это ты на что намекаешь? – прищурился дракон. – Или угрожаешь?

– Как можно, – усмехнулась я, стреляя глазками в мужчину. Со стороны могло показаться, будто я кокетничаю, но вот Най вздрогнул и сделал пару шагов вбок. – Просто интересуюсь для общего развития.

Дракон задумчиво пожевал губами и нерешительно произнес:

– Все равно не сможешь оформить научную работу.

– А мне для личного удовольствия. – Как-то я слишком расслабилась в компании бывшего. – Только вот ассистентка Бора Со странно отреагировала на нашу беседу с пациентом. Она меня потом отчитала за разговоры о пропавшем золоте. Причем внятно причину своего неудовольствия она изложить не смогла.

– Да и остальные члены экипажа тоже не особо рвутся говорить на эту тему, – Най вмиг стал серьезным. – Лекари вообще отмахнулись, матросы и капитан грубо оборвали беседу, попросив тему больше не поднимать, так как считают, будто разговоры могут принести несчастье. Разве что молодой Цун хотел поболтать со мной, но быстро передумал после подзатыльника от Зоркого Глаза. Кстати, старик самый подозрительный из всех. Он участвовал в войне и как раз ходил на патрульном корабле в море Меруян. А Лек Мо вообще пиратствовал по молодости пару лет. Шаман этот… Нон Су тоже из местных. Его семья владеет плантацией по разведению водорослей. Су весьма обеспеченные. А их единственный сын стал лекарем народной медицины. Причем сразу поступил на «Веселую Медузу». Подозрительно? Или ассистентки. Они все тоже местные. И им предлагали места в крупной городской лечебнице. Но они все добровольцы. Один зубной лекарь был направлен на пароход по распределению.

– Мало ли, – я обхватила себя за плечи. Как-то неосмотрительно оставила теплую кофту в комнате. Легкая блуза без рукавов не самое подходящее одеяние для ночной прогулки. Зато в ней я выгляжу более изящно… Стоп! О чем это я? – Некоторые лекари душ считают бешеный энтузиазм отклонением.

Най рассмеялся, откинув голову. Я на секундочку залюбовалась его профилем в свете луны. Но лишь на секундочку.

– Твое умение видеть во всем только положительные стороны всегда восхищало меня, – дракон послал мне добрую улыбку. А мне сильнее захотелось плеваться ядом. – Но для первого дня нам удалось собрать немало информации. Я не прогадал, выбирая себе напарника.

В сонный мозг слова проникали неохотно, но, когда до меня дошел смысл сказанного, я от возмущения чуть не топнула ногой, словно маленькая капризная девочка. Только пятку отбила бы на неровных камнях в мягких домашних туфельках.

– То есть это была твоя идея? – прошипела я. Жалко, что он дракон водный. Такое прекрасное место для того, чтобы спрятать труп, пропадает. Целое море ведь под боком. Рыть яму придется очень большую, а я в этом не так хороша. – У меня только один вопрос: за что? Что я тебе сделала такого?

Най целых пять минут загадочно молчал. Но я-то помнила, с кем имею дело, и расслабляться не спешила, а, наоборот, присматривала камень поувесистее. Я как бывший лекарь-хирург, а нынче некромант, прекрасно знаю, куда и как нужно бить, чтобы мне стало легче дышать. Нет дракона – нет проблем.

– Просто, – пожал он плечами. Отросшие волосы даже после дня буквально светились чистотой. Или он успел принять душ? – Лучше работать с человеком, которого знаешь. Да и в твоей сообразительности сомневаться не приходится. Опять же знания лекарской практики у тебя есть вдобавок к некромантии. В общем, другую кандидатуру я и не рассматривал.

Наверняка никогда еще в своей работе агент Хэ так не был близок к смерти, как сейчас. Он просто не в курсе, что я его раз десять мысленно убила и расчленила, ведь так проще прятать труп.

Вот что беседа с бывшим делает с приличной девушкой. Я уже думать начинаю, как профессиональный маньяк. Надо будет потом обязательно потребовать с командующего путевку куда-нибудь на курорт для восстановления душевного равновесия. Только не на море.

Чтобы не произошло непоправимое, я резко развернулась и пошагала к общежитию, напоследок бросив через плечо:

– Я тебя разочарую. Ты меня совершенно не знаешь, Най. Я тот еще камушек в каше. Так что жуй осторожнее, а то можно без зуба остаться.

– Спасибо за совет, – весело крикнул мне в спину дракон.

Ночь на новом месте прошла бы спокойно, если бы не один фактор, заявившийся ко мне, стоило только провалиться в глубокий и желанный сон.

– Куратор Ло, – меня потрясли за плечо. – Реаниматолог Ло. Некромант Ло. Да плевать! Лин Ло! Проснись!

– Что? – я забарахталась в одеяле, в которое по привычке завернулась. Иногда приходится ночевать в прозекторской, а там прохладно, и, чтобы не простужаться, я приучила себя спать в коконе. – Пожар? Землетрясение? Наводнение? Уже утро?

– Да нет, – рядом с кроватью неуверенно топтался с ноги на ноги Кан. – Это я.

– И к какому бедствию следует отнести тебя, о мой юный друг? – иронично одновременно с зевком спросила я.

Но Кан меня, кажется, не расслышал или не понял, потому что, затравленно озираясь на дверь, он прошептал:

– Там это… привидение!

– Кто? – я даже растерялась от выбора метода воздействия на ночного визитера: то ли подушкой запустить, то ли расщедриться на пинок из комнаты. Это же просто противогуманно будить только уснувшего уставшего человека из-за такой ерунды. – Кан, их не существует. Тебе просто или приснилось, или привиделось что-то. Иди спать. И дай другим заняться этим полезным для организма делом.

– Но я вправду видел, – обиженно засопел парень, оскорбленный в лучших чувствах. – Проснулся от того, что кто-то ходит в коридоре…

– Это общежитие, – нетерпеливо перебила я. – Здесь всегда кто-то ходит. Даже по ночам.

– Только вот я вышел из комнаты, а в коридоре никого нет, – всплеснул руками Кан. – Одно пятно света по стене скользит, и все! А потом я увидел фигуру в белом, которая замерла и просто растворилась возле окна. Поставь какую-нибудь защиту на мою комнату! Ты же некромант, Лин.

– Именно – некромант, – снова уронила голову на подушку в нее и пробурчала я. – А тебе определенно нужен лекарь душ. Это обычная игра лунного света. И шум моря, ветра, или просто скрип старого здания. А твое воображение все сделало само. Поэтому иди спать. Как некромант, я могу тебя огреть чем-нибудь тяжелым по голове, чтобы до утра глаза не открыл. Или вообще не открыл.

Кан засопел еще натужнее. Мозг вяло трепыхнулся на желание помочь ближнему, но я была сильнее этого и приказала себе лежать и не двигаться.

– А можно, я с тобой посплю? – нерешительно спросил парень.

– Я бы пошутила о последующем браке, но мне лень, – я снова завернулась в кокон. – Спать хочется больше, чем спорить с тобой. Можешь остаться. Только ляжешь на полу.

– Но там жестко, – сердито возразил Кан. – И холодно.

– Тогда иди к себе. На мою кровать посягать не смей.

Сквозь сон я слышала, как хлопнула дверь. Затем еще раз. По полу что-то протащили. Тяжело повздыхали и затихли.

Я порадовалась, что настала тишина и почти опять провалилась в сон, как дверь в мою комнату снова открыли. Что за проходной двор? Еще вечером возмущалась отсутствием нормальных замков, как чувствовала, что самой пострадавшей буду я. Одно радует – это не привидение, ведь они ходят сквозь стены.

– Ты что здесь забыл? – прошипел знакомый голос. Неужели дракон тоже увидел привидение? Этого я точно выпну из комнаты.

Кан в ответ что-то пробормотал. Я уже не вслушивалась. Даже когда завязалась тихая потасовка, глаза открывать не стала. Но все быстро стихло. Кажется, Най забрал с собой парня. Не то чтобы я переживала о своей репутации, просто работа в небольшом и тесном коллективе накладывает определенные рамки, если не хочешь плодить сплетни и слушать шепотки за спиной. Причем достаточно громко, ведь объект сплетен должен непременно узнать о них.

Но утром, к моему облегчению, никто и слова не сказал. Разве что Кан обиженно пробухтел про неспокойную ночь из-за храпа. А вот кто храпел, он таинственно умолчал. Но я все равно чуть кофе не подавилась.

– Привидение, говоришь? – хитро прищурился глава Хен. – У нас многие его видят.

– Я видел девушку месяц назад, – скупо бросил зубной лекарь Сан. – В розовых одеяниях.

– Это была я, – нехотя призналась Сон До. Ассистентка лекаря общей практики и сейчас экипировалась в легкомысленный легкий розовый халат. – А ты пьяный был и не узнал меня.

– А я видела мужчину, – Ора снова что-то подливала себе в кружку. Я покосилась на шамана, но Нон притворился очень занятым разглядыванием яичницы на тарелке.

– Вот в тебе я совсем не сомневаюсь, – усмехнулся Дил. Капитан уже успел позавтракать и теперь нетерпеливо нависал над нами. – С твоими вечными добавками для здоровья.

– А давайте спросим у эксперта, – внес странное предложение дракон.

Все дружно уставились на меня.

– Привидений не существует, – я спокойно отхлебнула напиток из чашки. – Есть только призванные души наподобие Вер Лу. Но удержать их можно лишь силой некроманта, и то ненадолго. Опять же внешний облик человека дух не принимает. Так, что…

– Но я видел, – Кан упрямо выдвинул вперед подбородок. – Своими глазами.

– Кстати, – я резко поставила чашку на стол, – почему на дверях нет нормальных замков? У нас тут и девушки, и мужчины живут. Непорядок.

– Мы доверяем друг другу, – недовольно обрубил капитан.

– А если влезет вор? – я строго посмотрела на экипаж «Веселой Медузы».

Но собравшиеся почему-то не впечатлились, а только задорно захмыкали.

– Входная дверь надежно запирается, – расщедрилась на пояснения Бора. Женщина предпочитала на завтрак орехи, причем колола их пальцами. – Все в курсе, кто живет в этом общежитии, а грабить лекарей – это последнее дело. Никогда не знаешь, когда к ним же попадешь. А замков нет, потому что тут раньше монахи, совершающие паломничество, останавливались. А им религия запираться не велит.

Раннее утро было до отвратительного бодрым. На пристани вовсю кипела жизнь: моряки готовили свои лодки для выхода в море, ныряльщики проверяли снаряжение, рыбаки – сети. То там, то тут раздавались выкрики лоточников, предлагающих купить перекус. Их перекрывали истошные вопли чаек. А с нами спешил раскланяться и пожелать хорошего дня каждый встречный. И это не считая Джу, которая всю дорогу от общежития трещала без умолку, уцепившись за мой локоть. Сзади дышал мне в затылок Най, атакованный Сон. Джу его просто опередила в борьбе за мой локоть, а на другой руке у меня висела сумка, так что дракон не успел ухватить свой щит от любвеобильной ассистентки.

– Надо проведать Вер Лу, – пробормотала я, стоило только ступить на палубу «Веселой Медузы».

– Думаешь, он сбежал? – излишне серьезно спросил Най. – Конечно, пойдем. – И между делом обнял меня за плечи.

– Сильно сомневаюсь, что скелет может остаться незамеченным, – усмехнулась я, делая шаг в сторону. Но у дракона оказались до обидного длинные руки. Или это коридор на теплоходе просто узок. – Да еще и ночью. А раз паники в порту не было, значит, Вер Лу спокойно себе спит в кабинете.

Най, кажется, представил последствия встречи под луной со скелетом, и ускорился. Причем вместе со мной. Я болтала ногами в воздухе, но спорить не стала.

К нашему облегчению, дух свое вместилище не украл, а спокойно себе дремал в углу кабинета лекаря общей практики.

– Кстати, почему именно Вер Лу? – чуть заметно выдохнул дракон.

– К умершим только с уважением, – проворчала я, вырываясь из захвата. – Скажи спасибо, что у него регалий не было и научных званий. А то все бы перечислять каждый раз приходилось. Некромантская этика. А как он тебе подсказывать-то будет?

В ответ мне продемонстрировали маленькую раковину и гордо заявили:

– Новые драконьи технологии. Вставляешь в ухо и слышишь, что тебе говорит напарник.

– Заранее сочувствую твоим ушам, – фыркнула я и с деловым видом человека, за которым осталось последнее слово, поспешила на выход из кабинета.

– Погоди, – несмотря на маленькие габариты каюты Най ловко преградил мне дорогу. – Как его разбудить-то?

– Как… как… – проворчала я и постучала пальцем по черепу скелета. – Вот так.

Естественно, Вер Лу будет недоволен подобным обращением с собой и все выскажет дракону. Но так ему и надо. Это карма. Заодно пусть Най послушает про мнимую морскую болезнь духа. Мы как раз отчаливаем от пристани.

Кан в кабинете с деловым видом перекладывал бумаги из одной стопки в другую. Я не стала мешать парню в этом определенно интеллектуальном занятии, и только от души пожелала здоровья жителям острова Верхо. Пускай их хранят покровители вод и никому сегодня не понадобится помощь лекаря-хирурга.

В иллюминатор разглядывать туман над водой оказалось не так интересно, поэтому я решила подняться на верхнюю палубу, где с удивлением обнаружила шушукающихся о чем-то Сон и Дже. Ассистентки так были поглощены обсуждением, что даже не заметили, как рядом пристроился еще один человек. Иногда я радуюсь своему небольшому росту и хрупкому строению тела – мне удается передвигаться совершенно бесшумно даже на скрипучем полу.

– И что? – жадно спросила ассистентка зубного лекаря. Сразу видно, сплетница поймала за хвост интересную новость. – Ты действительно заявилась в его комнату ночью? И как Най отреагировал?

– Никак, – вздохнула помощница дракона. – Он там не один был.

– Серьезно? – Дже, кажется, дышать перестала. – И с кем он был? С этой… некроманткой? Явно между ними что-то есть.

– Я тоже так думаю, – кисло созналась Сон. – Хоть они все и отрицают. Определенно тут что-то не чисто. Не может же это быть любовь с первого взгляда? Да и было бы во что там влюбляться. Нет, она, бесспорно, симпатичная… но эта ее одежда. Да и магия. В общем, непонятно. Но был Най не с ней, а с Каном. Точнее он спал на полу в комнате дракончика. Тот, как меня увидел, только недовольно скривился и указал на дверь. А я лучшую ночную сорочку надела, вообще-то.

– Это которая на тонких лямочках? Сначала кружево, а потом сразу подол? Беленькая такая? – с сомнением спросила Дже. – И как он устоял-то?

– Да я сама не знаю, – грустно вздохнула Сон. – И вот что странно: я видела, как Кан шел в комнату Лин. Тогда почему он оказался у Ная?

– Дракон отстоял свою территорию, – гордо с уверенностью заявила ассистентка зубного лекаря. – Слышала, они очень ревностно относятся к собственности – издалека чуют, когда покушаются.

Чтобы не рассмеяться в голос, пришлось прикусить губу. Интересно, а Най знает о себе такие занимательные подробности?

– Я и так первый раз на кое-кого в коридоре нарвалась, – пожаловалась Сон. – Испугалась и убежала. И снова рискнула только через час. А тут… эх.

Кажется, я знаю, какое привидение видел Кан. Весьма симпатичное и, можно сказать, эротичное.

Выдать, что ли, глупышке пару советов? Например, не быть такой доступной. Дракон это не оценит.

– И кого же? – в голосе Джу снова зазвучали заинтересованные нотки, но в этот раз они были какие-то настороженные.

Мало того, что она болтушка, так еще и сплетница. С такими дамочками нужно держать ухо востро. Но, с другой стороны, они могут быть и полезны. Информация льется из них, словно из дырявого сита вода. Правда, зачастую приправленная придуманными подробностями для более красочного рассказа. Помнится, в академии один профессор по секрету поведал другому о неудачной попойке с друзьями. Бывает такое, соберутся раз в год и позволяют себе капельку лишнего. Много им нужно, редко выпивающим? На его беду беседу подслушала первая сплетница – секретарь ректора. На следующий день ничего не подозревающий профессор пришел на работу и оказался в лекарском крыле на принудительном лечении от алкоголизма. Хорошо еще, его ученикам не доверили, а то спасти беднягу вряд ли бы получилось.

– Не знаю, – зябко поежилась Сон. Кстати, ее рабочий халат был на порядок короче, чем у Джу. И, как бывший лекарь, я это не одобряю. Как и некромант, впрочем, тоже. – Не из наших мужчин определенно. В таком… черном и облегающем костюме. – Я старательно попыталась вспомнить пижаму Кана, но спать вчера хотелось больше, чем разглядывать ночного визитера. – Комплекция у него такая внушительная.

Тогда это точно не мой подопечный. Если у Кана и есть мускулы, то они скрыты где-то очень глубоко, поскольку парень выглядит откровенным задохликом. Ночь, коридор, луна. Что из увиденного было фактом, а что воображением?

– Я даже не представляю, как подступиться к Наю, – всхлипнула Сон.

– Так вы ж работаете вместе, – с многозначительной интонацией заметила Джу, будто лекарь общей практики в перерыве между пациентами может позволить себе предаваться разврату с ассистенткой. Но у больных, бывает, складывается и такое ощущение, особенно если сидеть в очереди по полдня. – Пофлиртуй с ним. Халатик распахни на груди. Хотя… куда уже больше.

– С нами теперь… Вер Лу, – зло бросила Сон. – Вроде как третий лишний. Вот зачем Лин его с собой притащила? И почему он должен стоять именно в нашем кабинете?

– Хен сказал, что скелет – правительственная программа. Чего-то они там испытывают. Нам за него доплата из бюджета будет. Конечно, глава не стал отказываться. А к вам… дух при жизни вроде как лекарем общей практики был. Может, ностальгия замучила.

В общем, информация на корабле-лечебнице поставлена на поток.

– Я рядом с Наем теряюсь, – шепотом призналась девушка, которая не боялась прийти ночью в комнату к мужчине практически без одежды. – Вот о чем с ним говорить? Эх, жалко, что капитан запретил вести разговоры о пропавшем корабле и его грузе. Вот дракона сокровищами определенно можно заинтересовать.

– Да, – скорбно согласилась с ней Дже. – Столько баек знаю, а поделиться нельзя. Обидно. Хен его поддержал и сказал, что выгонит на берег того, кто будет распускать язык. Какая глупость. А то, что он на картах отмечает места, где золото уже искали – это обычное хобби. Ой, нам, кажется, пора вернуться в кабинеты. Я вижу очертания Верхо.

Не то чтобы капитан до этого казался милым и добрым человеком, но теперь к нему следует относиться вдвойне подозрительней. Да и в целом экипаж доверия у меня не вызывает.

Но незаметно вернуться к себе я не успела – по дороге в засаде сидел коварный дракон.

– Пароль не знаю, – я попыталась обойти хмурого Ная.

– Вер Лу не спал ночью, – сердито заявил дракон. – И шлялся по пароходу.

– Главное, на пристань не выходил, – пожала я плечами.

– Это ты его подговорила? – Най сурово насупил брови. – Я же просил без самодеятельности. Почему меня не поставили в известность?

– Во-первых, у Вер Лу своя голова на плечах. Точнее, сейчас чужая, но мыслительные процессы собственные, – я пожалела, что в коридоре, как назло, не было праздношатающихся членов экипажа. Еще только утро, а у меня уже передозировка общения с драконом. – Во-вторых, мы ни о чем таком не договаривались. И в-третьих, я решительно не могу понять причину твоего недовольства? Расследование движется. Так что нашел Вер Лу? Карту у капитана с отметками?

Дракон аж отступил от меня на шаг и окинул задумчивым взглядом с головы до ног. Только Най умеет так посмотреть, что все тело покрывается мурашками, словно от соприкосновения с холодным воздухом. Ничего эротичного, наоборот чувствуешь себя ощипанной курицей.

– А ты откуда знаешь?

Я приняла важный и одновременно загадочный вид:

– Великая сила сплетен и умение их подслушать – вот главные козыри. Из меня явно вышел агент куда лучше, чем ты.

– Хм, – Най недобро прищурился. Топтаться по самолюбию дракона так-то рисковая затея, но маленькой невыспавшейся некромантке уже ничего не страшно, – а ты знала, что в личном шкафчике Боры Со лежит пиратский кулон? Мужской. Такой носили члены флотилии Счастливчика Тэха. Они успешно грабили суда на протяжении лет пятнадцати, и каждый раз чудом уходили от преследования патрульных кораблей. Но в один день просто все исчезли. Никто не знает, что именно случилось, но, говорят, нарвались на драконов. Мне об этом ничего не известно, но вполне возможно, что так и было. А у Оры Ми, ассистентки лекаря народной медицины, бережно хранится кинжал со странной гравировкой. Вер Лу не смог определить, к какой оружейной школе он относится. Но сталь похожа на ту, что использовал Лиям во время войны.

Я, честно, тут немного растерялась. Как-то не подразумевалось из задания командующего, что мы окажемся в окружении столь неоднозначных личностей. Конечно, у всех есть свои тайны, у меня вон целый скелет имеется, но…

– А ты в курсе, что вчера ночью кто-то неизвестный был у нас в общежитии? – пробормотала я, все еще пытаясь уложить в голове новую информацию. – Его Сон видела. Мужчина в черном.

– Так тебя не предупредили? – Най удивленно нахмурился. – Это… как бы его лучше назвать? Альфонс Джу. Парень ей врет про любовь и деньги клянчит. Приходит по ночам, потому что остальные члены экипажа «Веселой Медузы» рады бы объяснить нахалу, что так жить нельзя. А эта дурочка еще и старательно его от всех скрывает. Наивная.

Гудок парохода, означающий, что мы собираемся пришвартоваться, не дал Наю насладиться эффектом превосходства. А по блестящим в предвкушении глазам ему определенно хотелось доказать, будто у него информации в разы больше. Мелькнула запоздалая мысль, что не стоило дергать дракона за хвост, но вредная натура была мне не подконтрольна.

На острове Верхо основной промысел – рыболовство. Точнее, здесь водится редкий сорт рыбы, икра которой стоит как билет на корабль, совершающий кругосветный рейс. Когда-то я мечтала отправиться в такое путешествие с Наем, но, к счастью, не успела потратить свой годовой заработок.

Пароход тут же наполнился специфическим душком. Рыбаки всегда пахнут по-особому. Тем более, если их толпа.

Я как-то не рассчитывала на такой наплыв пациентов, наивно полагая, что многие будут в море заниматься промыслом. Но нет.

Мы с Каном прилипли к иллюминатору, пытаясь рассмотреть хвост очереди из пациентов.

– Мы должны принять всех за сегодня? – тонким голосом спросил парень, сам себе не веря. – Интересно, скольким из них требуется моя помощь? А если операция? Я же один на борту.

– Не переживай, – успокаивающе потрепала я за плечо подопечного, – еще рано жаловаться. Поговорим после обеда.

Мимо открытой двери кабинета-каюты пробежала Бора. Мы проводили взглядом нашу ассистентку. Но женщина быстро вернулась, неся ворох лекарских пеленок.

– Напуганы количество больных? – правильно истолковала она наши вытянутые лица. – Ничего. Вы скоро привыкните. Верхо еще не самый проблемный остров. Здесь практически не сбоит магия.

Вот это «практически» совершенно меня не успокоило. Но в целом все шло неплохо. Старые раны, которые требовали наблюдения. Вывихи, вправленные на место. Парочка серьезных порезов, но магия все еще была с нами, и обошлось без швов. Но Кан упорно пытался найти сложное в простом. Приходилось постоянно его одергивать, чтобы юный гений не пугал пациентов. Одному из порезанных он вообще пообещал гангрену. Я просто молча встала и от души хлопнула по столу стопкой папок, рассудив, что такое количество затрещин сделают из гения идиота.

– А давай лучше отрежем ногу по самую руку, – недовольно поджала губы я. – И никаких проблем!

– Вы такая грозная, – восхитился вздрогнувший рыбак, – прямо как моя жена, когда я из кабака возвращаюсь в день получки.

– И такая же красивая? – усмехнулась я.

– Что вы, – покачал седой головой мужчина. – Она и в лучшие годы до вас не дотягивала, а сейчас и подавно. Знаете, она настоящая жена рыбака, а вы такая… миниатюрная.

– Зато хозяйство ведет исправно, – понимающе улыбнулась в ответ.

– А то, – с довольным видом зарделся рыбак, словно комплимент предназначался ему. – Мне повезло урвать лучшую девушку у нас на острове. А когда Пак Ду неожиданно разбогател и скупил все суда в округе, так еще и зарабатывать стал хорошо. Так что жаловаться на судьбу не приходится.

Кан сосредоточенно пыхтел над раной. Края ее медленно, но верно стягивались. Бора стояла рядом, с пациентом. Кажется, женщина привыкла к нерадивым больным, то и дело норовящим сбежать. И судя по восхищенным взглядам рыбака – вот его идеал. А я так… красивая статуэтка.

– А мальчик точно лекарь? – чуть заметно поморщился рыбак, когда Кан пошевелил затекшими пальцами, смещая поток магии.

– Точно, – обреченно вздохнула я. – Лучший выпускник своего курса. Отличник. Гений. Будущее светило лекарского дела.

– Ясно, – проворчал мужчина. – А можно мне менее выдающегося? Неудобно как-то. Особенно, если за его работой наблюдает некромант. Даже такой симпатичный.

– Не переживайте, – отмахнулась я. – Если вам некомфортно, то побеседуйте со мной. Работы тут еще минут на двадцать минимум. Расскажите мне о внезапно разбогатевшем… как вы там его назвали?

– Пак Ду, – рыбак опасливо покосился на Кана. – Странное с ним дело вышло. Он вообще занимался потрошением рыбы, как вдруг начал скупать суда. Точнее, он выкупал их у владельцев, а экипаж просто оставлял как наемную силу. Нам-то это даже выгодней, не надо самим налаживать торговлю.

– Никогда не слышала, чтобы на людей сыпалось золото с неба, – усмехнулась я одними уголками губ.

Хотя это не совсем так. В моей практике некроманта был случай смерти от удара золотой чашей. Семейная пара работала на одного ювелира, и потихоньку воровала у него золото. Затем муж зачем-то выплавил из украденного чашу. Супруга в восторг не пришла и потребовала свою половину. Дело дошло до драки. В запале они толкнули стол, на котором предмет спора и стоял. А рядом находилось окно. В него по инерции и вылетела чаша. Жила семейная пара в небольших апартаментах на втором этаже. В это время по улице шел неприметный с виду мужчина. Вот ему и нанесла золотая чаша увечья, несовместимые с жизнью. Только потом выяснилось, что жертва – известный в определенных кругах торговец запрещенными препаратами. Насколько я знаю, суд до сих пор не может решить, наказывать семейную пару, или благодарить.

– Ваша правда, – покивал рыбак. – Так Пак Ду под ногами нашел золотой слиток. Говорит, волной вынесло на берег.

– Целый слиток? – я удивленно приподняла бровь. – Какие щедрые водные духи.

– Все тоже так считают, – мужчина сделал вид, что не заметил моей иронии. Нет суеверней людей, чем те, которые выходят в море. – Высшие силы за нами регулярно присматривают и направляют. Главное, уметь читать их знаки. Не зря к шаману очередь не меньше, чем к вам.

– Он не шаман, – не выдержал Кан, – а лекарь народной медицины. Его неправильно называть шаманом: судьбу не предсказывает, с мертвыми не общается, ритуалы жертвоприношения не проводит. Просто лечит ненаучными методами, и все.

Рыбак сочувствующе покачал головой:

– Действительно слишком умный. Тяжело тебе, деточка, жить будет.

Лекарь Ун «деточкой» быть не пожелал и надулся. Вот сейчас ему для полной картины только леденца на палочки не хватает.

– А на слитке оттиск какой-нибудь стоял? – поспешила я вернуть разговор в нужное мне русло. Не думаю, что в море Меруян имеется много бесхозного золота.

– Я сам-то не видел, – в голосе рыбака появились завистливые нотки, – но говорят, что да. И клеймо было ненашенское. Все считают, будто оно с пропавшего корабля. Но Пак Ду быстро его переплавил, так что доказухи нет никакой.

– А вы как думаете? – я наклонила голову к плечу, игнорируя настойчивый кашель Боры. Еще немного и у нее можно будет диагностировать острую форму бронхиальной астмы. Но меня каким-то жалким кашлем с истинного пути не собьешь.

– Конечно, с вражеского корабля, – уверенно заявил мужчина.

Пока Кан заканчивал с пациентом, а Бора гневно сопела в мою сторону, меня терзали смутные сомнения. Как-то слишком гладко идет наше расследование. За пару дней у нас уже столько информации, что можно писать доклад. Если всем все и так известно, то почему золото не нашли до сих пор?

– Реаниматолог Ло, – выразительно прошипела Бора, стоило только пациенту прихрамывая убежать из кабинета, – я же просила…

Закончить тираду ассистентка не успела, потому что к нам ввалились трое крепких мужчин. А пришли они не просто так, а с подарочком.

– К-ха, – подавился воздухом Кан. – Это что? Гарпун?

– И торчит он из ноги, – мрачным тоном подтвердила я. Жертва, принесенная друзьями, находилась на грани обморока. – Остается порадоваться, что кровопотеря небольшая. Наконечник вошел не до конца. И вроде лезвие относительно чистое. Лекарь Ун, доводилось с таким работать?

– Просто выньте, – провыл пострадавший. – А то вдруг я умру!

– Реаниматолог здесь, – я помахала ладонью. – У меня так просто никто не умирал.

Почему-то мое утверждение больного не обрадовало, а наоборот, он уронил голову на грудь и отключился.

– В операционную его, – резко отдала приказ Бора.

Только мы справились с одной бедой, как привезли мужчину с поврежденной рукой. Бедняга запутался в сетях и неудачно упал. А сверху на него приземлилась балка к подъемному блоку. Я опять же порадовалась наличию магии, иначе мне пришлось бы срочно обучать Кана, как делать анастомоз в полевых условиях. И было бы неплохо, если бы я сама помнила, как его делать!

Еще была женщина, которая собирала каштаны и упала с дерева, повредив спину. Повезло, что смещение диска не произошло, но повозиться пришлось. Кану, конечно же. А я следила за состоянием пациентов под наркозным сном и нервничала за нас двоих. Никогда не думала, что быть чьим-то наставником так утомительно. Надо будет послать своему куратору ящик с вином. Или настоем на валерьяне и полыни, ведь он продолжает нести свой тяжкий крест.

Поток людей иссяк, только когда на остров опустилась ночь. Кан без сил рухнул на кушетку для осмотра пациентов и стеклянным взглядом уставился куда-то в неизвестность. Бора только тяжело опустилась на стул и понимающе хмыкнула.

– Сделай компресс на руки, – посоветовала я парню. – Завтра пальцы будет нещадно ломить. Это тебе не пара операций в день, да наблюдение за пациентами.

– Так работать нельзя, – поныл парень. – Это бесчеловечно.

– Что поделаешь, – я размяла плечи, – так проходят практику лекари-хирурги, у которых папа не командующий Ун. Прочувствуй все прелести простых людей. И компресс не забудь. Завтра у нас выезды на дом к неходящим или просто наблюдаемым пациентам.

– Я хочу уволиться, – сердито заявил Кан. – Прямо сейчас.

– Все хотят, – строгим тоном созналась Бора. – Но не увольняются.

Я нехотя поднялась со стула. Идти никуда не хотелось, даже доползти до каюты с койками, но проверить, как прошел день у Вер Лу и Ная, все же стоило.

К моей глубокой зависти, дракон выглядел не таким пожеванным. Он потягивался на стуле, словно его тело было наполнено приятной усталостью.

– Как вы тут? – спросила я, игнорируя недовольные взгляды Сон. Ассистентка в противовес Наю еле перебирала пальцами, складывая оборудование для осмотра.

– Вроде живы, – усмехнулся дракон. – Но не все, – и покосился на Вер Лу. В ответ дух щелкнул челюстью. – А вы там как?

– Кан пытается смириться со вселенской несправедливостью, – сдала подопечного я. – Но пока безуспешно.

– Кстати, Лин, – как сытый кот мурлыкнул Ная. Сон аж на месте подскочила и ревнивым взглядом попыталась меня прожечь, – не желаешь ли прогуляться? Свежий ночной воздух весьма бодрит.

– Нет уж, – решительно отказалась я от агентурной встречи, – я сейчас могу двигаться только в сторону кровати. И одна.

– А давайте я с вами прогуляюсь, – сладким голоском предложила ассистентка лекаря общей практики.

– Не стоит, – улыбка дракона враз стала холодной. – В ночной прогулке что главное? Правильная компания. Тем более мы сегодня еще не ужинали.

– Мы сегодня даже толком не обедали, – проворчала я. – Я готова дракона целиком съесть. – И раньше, чем Най довольно заухмылялся, добавила: – Хорошенько зажаренного на углях.