Не всё темно, что чёрное

Глава 1

День, когда Синтаклаас исчез, ничем не отличался от всех других. Мы все ехали из Испании, я готовил мешок с подарками, в котором был спрятан отдельный мешок для непослушных детей, когда в каюту влетел другой Черный Пит и завопил: «Старика нигде нет!». После этого мы всей оравой бегали по кораблю, но Синта словно след простыл!

Последние два дня пути мы провели в полном раздрае. Кто-то методично нажирался в кают-компании, кто-то в сотый раз обследовал все закоулки корабля в надежде найти седобородого, кто-то просто ничего не делал. Я же и ещё несколько Питов усиленно размышляли над тем, что делать, когда мы прибудем в Голландию.

Наиболее адекватная идея пришла довольно быстро – кто-то из нас должен на одну ночь заменить нашего начальника и поразносить подарки детям. Но у этого плана было ровно две проблемы. Первая – необходимо было выбрать одного из нас. Вторая – только у Синтаклааса был полный перечень имен и адресов всех детей, а также их деление на хороших и плохих.

Было предложено море версий по выходу из этой ситуации, но в итоге к моменту прибытия в Амстердам никакой цельной идеи выработано не было. Когда корабль уже начал пришвартовываться, а до ответственного выхода оставалось чуть менее получаса, мне пришла в голову необычная и безбашенная, но при этом действенная мысль – а что, если каждый из нас будет одновременно и Синтаклаасом, и Черным Питом. С учетом новомодной тенденции запихивать в темнокожие всех более-менее известных персонажей появление темнокожего Синтаклааса могла вызвать шок, но в то же самое время позволяла сделать так, чтобы изменения в привычном образе мало кого могли сильно удивить.

На том и порешили. Хотя, даже если бы мы и захотели, никто бы из нас надолго не смог бы полностью воссоздать образ старика – уж очень сильно за все те столетия, что мы раз в год колесили по миру под разными именами, в кожу въелась печная сажа. Даже когда труб почти не осталось в домах, кожа становится светлее не хотела. Да и мы успели привыкнуть к своему образу, поэтому очень сильно удивлялись, читая в новостях, что наш внешний вид кого-то там оскорбляет.

При этом самое, что смешное, если мы по собственному желанию хотели отправить таких людей в свой мешок, то по факту оказывалось, что не за что. Они действительно верили в свою правоту, а эта штука подчас бывает посильнее мук совести или здравого смысла, к сожалению. Но в этот раз именно такая убежденность должна была нам помочь.

Итак, когда настало наше время, мы вышли на пристань, каждый в своем обычном костюме, на который был накинут магическим образом размноженный костюм Синта, и начали телепортироваться. У каждого из нас была заготовленная сценка, которая приправлялась магией – если нас кто-то видел, то срабатывал механизм репликации накинутого сверху образа доброго бородача, а уже потом, как бы из-под него, появлялся наш истинный облик, в котором мы могли выполнять наши прямые обязанности. Шансов, что нас спалят, было не очень много, так как мы все перекочевали в разряд фольклора, в действительное существование которого никто не верил, но перестраховаться никто не запрещал.

Одним из последних телепортировался я. У меня было несколько адресов на одной улице, с краткими пояснениями о том, кто там живёт. Вроде большая часть детей заслуживала подарки, но вначале проверить никогда не мешало.

Я зачитал адрес и оказался в нужном месте. На всякий случай включил «маскировку» и мягко пролетел сквозь окно в большую комнату типичной голландской квартиры. Беззвучно встал на пол и осмотрелся.

И чуть ли не первое, что мне бросилось в глаза, были туфли. Туфли, стоявшие около двери в одну из комнат. Из одной торчал скрученный в рулон лист бумаги. Я взял его в руки и развернул. На нём детской неумелой рукой были нарисованы седобородый старик в красном одеянии, стоявший в обнимку с толпой темнолицых парней около большого костра. А внизу было приписано: «Синтаклас, жилаю шастья и здаровья в новом гаду тибе и тваим друзиям!».

Я не знаю почему, но как-то стало тепло на душе. Вроде как от понимания, что все наши старания не зря! И что надо обязательно найти бородатого дурака, чтобы в следующем году он лично собирал подобные подарки.