Межрасовые заморочки

Глава 1

Лиандер

Даже уже на берегу, когда он твёрдо стоял на подгибающихся ногах, Лиандера всё ещё мутило. Эти восемь дней, которые он провёл пассажиром торгового корабля, запомнились как один непрерывный кошмар. Гвардейцы отца проводили его вплоть до стапелей и проследили за посадкой, не оставив ни малейшей возможности смыться. А когда корабль отчалил, Лиандер понял, что попал по полной. Плавать он не очень умел, да его бы и выловили жестокосердные гвардейцы и вернули обратно в загорелые и просоленные руки капитана, если бы он рискнул сразу броситься в прозрачные лазурные воды Аррентинского моря. А когда берег вместе с суровыми воинами сопровождающими растворились в дымке, он осознал, что до земли хватит сил добраться только до той, что внизу под днищем. Пришлось смириться с решением отца. Денег при себе было в обрез, за подобающей ему суммой следовало обратиться в посольство по прибытию – и то: выдавать должны были под отчёт, а значит, вернуться он сможет не скоро. Только на каникулы.

Приняв решение смириться, он расслабился и попытался получить удовольствие. Первые три часа ему даже понравилось, а потом ветер усилился. С того момента он возненавидел всё на свете. А особенно команду корабля. Но и того торговца гоблина, что вёз товары, чаек, сопровождающих корабль дельфинов… И папочку, запечатавшего его источник силы на два месяца. Этого срока, по мысли отца, должно было хватить на то, чтобы он привык к Академии, но главное к тем, кто там будет учиться и учить. К светлым эльфам! К людям! И прочим нелюдям! Дипломатический скандал Повелителю тёмных эльфов был не нужен. А он обязательно случится, будь Лиандер в полной силе. Одно дело у себя дома прихлопнуть фаерболом наглого простолюдина и совсем другое - размазать по стенке в приступе раздражения преподавателя или студента. Кстати, преподавателя может и не получится размазать, а вовсе всё случится наоборот – не зря же его учиться у них отправили. В результате, конечно, будет опять же дипломатический скандал, а может и новая война, но ему-то Лиандеру такой исход совершенно не нравится. Возможно и папочка больше волновался на этот случай.

Но в итоге магия несчастному дроу была не подвластна, а прибить скалящихся матросов физически тоже не хватало сил. Да что там прибить, просто выползти на палубу к исходу седьмого дня было трудно. Увидев утром восьмого дня, накануне прибытия, в осколке зеркала своё отражение, Лиандер взвыл – это всклокоченное серо-зелёное чудовище никак не могло быть первым кавалером Тёмного двора и наследным принцем Лиандером д'Ххаррат Эсс'Эшшерри. Да даже на сына придворного аристократа лиара д'Киашшер не тянуло. Папочка решил перестраховаться и не раскрывать настоящего статуса будущего студента. Чего он там хотел этим добиться, страдальцу было невдомёк, хотя Повелитель и намекал, что раз уж кого-то надо послать, то доверяет он только собственному чаду. Мол, только он сможет с честью выдержать все испытания. Ну а что не под своим именем, так в посольстве знать будут, а посторонним и не надо. То ли от покушений таким образом хотел оберечь, то ли всё-таки до конца не верил в терпение потомка и пытался избежать позора.

Шлепок сумки, метко брошенной вослед матросом, отвлёк Лиандера от горьких раздумий и напомнил ему, что хорошо бы двинуться навстречу светлому будущему. Подхватив багаж, он направился в город, не оглядываясь и не прощаясь – он итак отлично запомнил всю команду и не собирался спустить им ни одного смешка и ни одной кривой ухмылки. Всё было тщательно запомнено и размещено в закрома памяти, там, где уже покоились счета ко всем предыдущим обидчикам. Он любил перед сном перебирать обиды и планировать отмщение. Большая часть обид, собранная за его пока что короткую жизнь, была уже отоварена и перешла в разряд приятных воспоминаний, остальное должно было скрасить ему длинные пустые вечера в Академии.

Как оказалось по прибытию в Академию, он чуть опоздал. Не потому, что ему всё-таки удалось подраться и основательно перепачкаться в грязи, а просто он приехал на день позже открытия, когда все официальные торжества по поводу первого межрасового набора магической Академии были завершены, а студенты ознакомлены с распределением по группам, расписанием и расселены по комнатам в общежитии. К тому же явился он накануне выходных. Ректор, с неудовольствием осматривая грязного и оборванного «студента», морщился в сторонку, думая, что дроу этого не видит, но вежливо рассказал всё нужное и милостиво выдал сопровождающего, впрочем, сумку Лиандеру пришлось тащить самому, тщательно играя роль мелкой сошки. От чего у него опять испортилось настроение, улучшившееся после обеда в таверне и хорошей драки с каким-то человечком, подвернувшемуся ему на узкой улице неподалёку от Академии. Отчетливо захотелось кого-нибудь убить. И всё это сохраняя на лице выражение холодной скуки и ледяного презрения. Именно так полагалось держать себя аристократу вне семьи.

Когда сопровождающий подвёл его к дверям комнаты, в которой дроу предстояло провести несколько месяцев до вожделенных каникул, на которых он сильно рассчитывал уговорить отца прекратить этот балаган, открыл дверь, отступил в сторонку и сделал приглашающий жест, Лиандер окинул ошарашенным взором комнату и понял, кого он сейчас будет убивать. И никто ему не сможет в этом помешать.

ЭТО! БУДЕТ! ЕГО! СОСЕДОМ! ЕМУ! ЖИТЬ! В ЭТОМ! Долгие-долгие месяцы… Лиандер взвыл, в глазах поднялась мутная кровавая пелена и неожиданно свет погас, а звуки выключили. Вместо этого в ушах ровно зашумело. Парень элементарно хлопнулся в обморок. Сказалось всё - морская болезнь, папочкина магическая печать, подозрительная людская еда и горькое разочарование.

Элиан

Ученье – свет, а потому светлые эльфы учёны по праву рождения. Это аксиома. И в Академию их отправили не столько учиться, сколько продемонстрировать своё превосходство остальным. По крайней мере, было что-то такое в прощальной напутственной речи отца. Кажется. Откровенно говоря, подслушивающий в кустах Элиан не особо вслушивался и проникался, а раздумывал, что из вещей и в каком количестве ему будет необходимо. И как всё обставить, чтобы троица выбранных задержалась, а он успел первым прорваться в Академию. Ну и как не попасться…

Всё сложилось на редкость удачно. Удалось заморочить голову всем – и придворным во дворце, чтобы не сразу хватились, и страже Леса, чтобы его пропустили, а троицу задержали, и сопровождающим… В посольство он соваться не стал, счёл, что всегда успеет, позже. Как можно позже. В Академии, получив направление в общежитие, первым делом начал преобразовывать комнату, в которой ему предстоит прожить некоторое время (ну, это тоже было в той речи, а соответственно и пропущено мимо ушей) в нечто презентабельное и подобающее ему, светлому эльфу высокого рода, обладающему, к тому же, хорошим художественным вкусом. В общем, много света, кисейные занавеси, зелень и мягкие подушки…

То, что комната предназначена для двоих и, обязательно, из разных рас - эстет благополучно прослушал. И остаток дня рассматривал получившийся результат, а также принимал комплименты (ну как же иначе?..) от мимопробегающих/ошибающихся дверью будущих соучеников, желающих заодно и познакомиться. Потрясающая невоспитанность. Впрочем, подавляющее большинство из них были людьми, что требовало снисхождения и терпения. А потому, Элиан снисходил. И терпел. И проявлял отменное воспитание, отвечая. Мелодичным голосом с лёгким налётом меланхолии – эльфу нравилось изображать из себя страдальца, утомленного этим несовершенным миром.

Как уже стало понятно, Лессариэл Элиан аль Роннэ, с точки зрения эльфов, в Академии находился не совсем законно, ибо никто его сюда не отпускал. Официальной причиной было то, что ему ещё не исполнилось пятидесяти, а настоящей — различные несчастные случаи, связанные с его магией. Он был одарен, с этим никто не спорил. А некоторые учителя так вообще заявляли, что хорошо было бы, если б он был чуть менее талантлив, и, может, стоит наложить сдерживающие чары?.. Но тут уж его возраст играл ему на пользу. А вдруг у ребёнка психика пострадает?.. Пусть уж лучше окружающие. Иногда хорошо быть младшим сыном правителя.

Вот сейчас этот не самый послушный сын (хотя прямого запрета-то не было...) вспоминал о том, как изящно он решил проблему попадания в столь желанное место и растил цветочек. Хорошенький такой цветочек, который будет ловить насекомых, если они рискнут залететь в эту комнату. Звук открывшейся двери вынудил его отвлечься и лениво повернуть голову, а зрелище, представшее его глазам - превратиться в живую статую.

«Дроу? Живой?.. - светлый мысленно восхитился, но предмет его восхищения внезапно совершил картинное падение на пол. - Э-э-э... Так живой или не совсем?..»

Элиан испугался. Он всего-то второй день в Академии, а в его комнате уже появился труп. Это что же, он теперь войдёт в историю как причина новой межрасовой?.. Быстро захлопнув двери и наложив заклинание неоткрываемости, мальчишка упал на колени перед валяющимся тёмным и, чуть не плача, пробормотал:

- Ты что, не мог умереть где-то в другом месте?.. Как мне теперь от трупа избавляться?..

Впрочем, Элиан довольно быстро опомнился — он же целитель, пусть и начинающий, и, подняв руку над грудной клеткой гостя, провел диагностику. Раны, не совместимые с жизнью, не обнаруживались. Ну не считать же таковыми пару ссадин... Яд?.. Эльф продолжил осмотр, но был вынужден констатировать факт, что изменение оттенка кожи на дроу абсолютно не заметно, кожные покровы тёплые и сухие, а пульс прослушивается, и достаточно ровный. Решив дальше не заморачиваться с диагнозом, аль Роннэ наложил светлое общеисцеляющее и, склонившись над «трупом», легонько похлопал того по щекам.

- Эй! Хватит симулировать!..

Взбудораженный эльф собирался разразиться обвиняющей речью, дабы отомстить за пережитый испуг, но тут кто-то ткнулся в его спину. Элиан обернулся и ойкнул. Милый маленький цветочек, который он растил, прежде чем его так несвоевременно отвлекли, вырос чуть больше нужного. Хорошо, сильно больше. И, похоже, мухи в качестве еды его не вдохновляли, а вот эльфы — вполне.

Лиандер

Сознание вернулось внезапно, когда его, в общем-то, уже не очень и ждали. Шум в ушах стихал, и круговерть в глазах замедлила своё кружение, серая мгла посветлела, стала расползаться клочьями, а в прорехах проявился окружающий мир. Первое, что проявилось, были огромные аметистовые глаза, смотрящие на него в упор. Мысли медленно и лениво плавали в черепе как огромные скользкие рыбины. «Кто-то тут упоминает трупы? Неужели я так хорошо подрался и так плохо замёл следы?» - это немного побеспокоило Лиандера, но всё отступало перед главным вопросом. Кому принадлежат эти потрясающие глаза цвета аметиста и какая сволочь хлопает его по щекам?

Вопросы могли продолжать множиться, но в этот момент обладатель прекрасных глаз дёрнулся явно от толчка в спину и упал дроу на грудь, больно ткнув того локтём в живот. Конечно, на что-то нужно было облокотиться при таком толчке, но почему этим чем-то должен был стать его собственный живот? К тому же совершенно не готовый к такому обращению после обморока. Нет, Лиандер был в отличной физической форме – не считая урона нанесённого качкой – кубики пресса и всё такое подобающее у него имелось. Вот только был он слегка расслаблен и не готов к тычкам. Рефлексы сработали на славу. Руки автоматически нанесли хороший удар по прильнувшему к нему тельцу, собственное же тело бодренько откатилось в сторону. И вот уже дроу напружинился в полуприсяде, крепко сжимая в правой руке родовой кинжал, в ногах перед ним валяется нечто в весьма изысканных одеждах, белокурое и изящное, а перед носом раскачивается зелёная цветущая лиана. Правда цветочки на ней выглядят на редкость подозрительно и хищно, да и сама лиана больше смахивает на замаскировавшуюся под кустик змеюку.

С громким воплем Лиандер набросился на «цветочки» и с хеканьем стал их рубить. Пять минут работы и всё вокруг было в зелёных брызгах и ошмётках странного растения.

- Ты! – заорал дроу, пальцем левой руки указывая на валяющуюся на полу тушку, - Грёбаный экспериментатор, здесь тебе не там! Здесь тебе не твой распрекрасный Светлый Лес! Здесь тебе… Здесь я… - и уже гораздо тише закончил с надрывом в голосе, - Я здесь жить буду!

Элиан

Эльфы самый благородный народ, это известно всем. И отроков своих они воспитывают как достойных представителей своей расы. Разумеется, с годами юношеский максимализм утихает и ему на смену приходит здравое восприятие действительности, но в случае с Элианом до этого было еще ой как далеко... И сейчас он искренне считал, что удар в спину – это подло. И вдвойне - если бьют в спину подарившему жизнь. Светлый растерялся, он совсем не ожидал такого от своего творения. Не то чтобы его создания всегда были безопасны, просто раньше за ним обычно присматривал кто-нибудь из старших/опытных, и вмешивался вовремя, и убирал последствия не так зрелищно…

И дроу туда же. Ну, подумаешь, упал на него слегка. Но пинаться-то зачем?! Элиан снова не успел возмутиться, ибо вылеченный им пришелец тут же приступил к уничтожению растительности. А ведь цветочек совсем маленький был, и не сделал никому ничего плохого. Не успел просто. А его вот так… и так… и на мелкие кусочки… Мальчишка еле сдерживал готовые вырваться слезы. (Вселенская несправедливость, в лице незнакомого дроу, ворвалась в его размеренную жизнь разрушительным ураганом и нанесла жестокий удар.) Эльф уже совсем забыл, что убиваемый цветочек выказывал нехорошие намерения. Да и вообще, может он так знакомился просто. Мир познавал. А его…

Лессариэл растёр по мордашке то ли брызнувшие слезы, то ли остатки растения и сел, сжавшись в комочек, со скорбным видом рассматривая останки варварски убиенного уникального растения. Громкое заявление беловолосого дошло до него лишь частично.

- Жить здесь? Как теперь можно здесь жить? Твоими стараниями моя уютная комната превратилась в болото. - Эльф всхлипнул. - А убирать это как?..

Увы, с бытовой магией у аль Роннэ не складывалось.

И тут, словно судьба решила «добить» бедного страдальца, раздался стук в дверь, дернулась, безуспешно, дверная ручка и чей-то голос уверенно произнес:

- Откройте.

Мэтр Ромбикус

Мэтр Тиммиус Ромбикус быстрым, целеустремленным шагом шёл по коридору общежития, устраняя замеченные непорядки одним взглядом. Студенты при виде него затихали и по стеночке расползались по своим комнатам, что было на взгляд мэтра немножко странным поведением. Ну, подумаешь, он вчера на вступительном занятии увлекся, рассказывая о своём предмете алхимии, перепутал реактивы и слегка попортил взрывом общественное имущество в аудитории. То есть, несколько мантий своих учеников, которые выдавались на все годы обучения без замены. Подумаешь, ведь допускался пошив на свои средства. Первокурсники. Старшие курсы на него так сильно не реагировали, видимо привыкли, да и он им всего лишь лекции читал – к практическим занятиям на старших курсах его почему-то не допускали.

Вчера, когда он познакомился со своей группой, его чутье алхимика сразу подсказало: просто - не будет. Такие разные элементы, смешанные в одном котле, обещают непредсказуемую реакцию. Нет, как и все маги, он был согласен с намерением сплотить расы, но может быть, не стоило начинать так резко? Без троллей (к счастью, в его группе троллей не было), орков и оборотней он бы чувствовал себя куда увереннее.

Куратором он был назначен впервые, да еще и в группу из смешанных рас. С одной стороны такое доверие льстит его самолюбию, с другой – вызывает подозрения. Что хуже всего, предвидится недостаток свободного времени. Вот сейчас пришлось оторваться от эксперимента, дабы познакомиться с опоздавшим студентом. Дроу. Тёмная жемчужина в его коллекции.

Подойдя к нужной комнате, он вежливо постучал и… не вошел. Ибо дверь, не закрывавшаяся вчера весь день, сегодня не открылась. Даже после просьбы. Тишина, царившая за дверью, внушала опасения. Мэтр, плюнув на вежливость, принялся взламывать заклинание, решив, что никому не скажет, с какой попытки это ему удалось.

Справившись с упрямой дверью, куратор влетел в комнату и застыл на пороге. Слава всем богам, эльфы, застывшие при его виде навытяжку, были живые и… в зелёных пятнышках. Какая-то неведомая болезнь? Мэтр испугался – не досмотрели!.. Но присмотревшись внимательнее, понял, что от зелёной заразы пострадали не только эльфы, но и их одежда, и пол, и мебель…

- Добрый вечер. Я ваш куратор. Зовут меня мэтр Тиммиус Ромбикус и следующие пять лет я буду вам и мамой и папой и строгим начальником, – бред конечно, но при виде того, что сейчас предстало его взору, ничего более умного в голову мэтру Ромбикусу не лезло. - Очень рад, что вы уже нашли общий язык и общее занятие, - он обвел рукой разорённую комнату. - Общая работа… она сближает, да. А теперь вы так же дружненько уберёте последствия.

Светлый эльф пролепетал что-то о незнании подходящего заклинания, на что куратор ехидно усмехнулся и телепортировал два ведра и две тряпки. Сие действие он сопроводил краткой и энергичной репликой, – Ручками.

Элиан

Элиан икнул, узнав голос, с которым он вчера так эпически познакомился. Не с голосом, конечно, а с его обладателем, куратором и алхимиком-экспериментатором. Он и сам любил эксперименты, но только когда жертвой их становился кто-то другой. Хотя в этот раз ему повезло, основной выброс произошёл не в его сторону. Опознав задверного посетителя, бросился открывать. Да вот только в предыдущее заклинание он, с перепуга, вбухал столько силы, что сам бы эту дверь теперь не открыл. Ну а у преподавателя, разумеется, получилось. И быстро. Эльф только и успел стать так, чтобы закрыть останки растения, но, увы, его ширины на это явно не хватало. Аль Роннэ отчаянно пытался придумать оправдание, но это не понадобилось. Мэтра, в отличие от его прошлых учителей, абсолютно не интересовала предыстория, а только конечный результат – чистая комната. И на его робкое признание в неумении использовать бытовую магию последовала не очередная лекция, а вручение инвентаря для уборки. Пока Лессариэл с ужасом таращился на ведро и тряпку, мэтр Тиммиус (или Ромбикус? Вот кто этих человеков разберёт) удалился, заверив на прощанье, что скоро вернётся проверить.

Ошарашенный парнишка заглянул в ведро, потыкал ногой тряпку и, убедившись, что они не желают исчезать, обвел взглядом фронт работ, наткнувшись (взглядом же) на стоящего напротив дроу. Теперь он рассматривал его с совсем другими мыслями и чётко осознавал, что эльфийская поговорка целиком и полностью права: появление дроу – это плохая примета. И решил, что надо будет ввести в оборот ещё одну - если дроу падает в обморок, то его лучше добить, пока не очнулся. Дешевле выйдет.

– Это ты! Ты во всём виноват! – вынес решение светлоэльфийский принц, номинированный на роль Золушки, утираясь рукавом когда-то белоснежной рубашки. – Ты!.. - Он всхлипнул, и хотел сказать что-то ещё, но светящиеся алым глаза не располагали к разговору, а вызывали интерес, опасение и странное желание залезть куда-нибудь. Элиан попятился и настороженно спросил. - Ты... Ты чего?..

Лиандер

Мало было ему сумасшедшего растения, светлого эльфа в соседи так ещё и непонятный мужчина набивался теперь в родственники. Папочку Лиандер ни с кем бы не перепутал, а маму свою дроу не помнил. Ему было лет пять, когда папочка её отравил и женился на другой. Другая Лиандера в упор не видела, но это было и хорошо – укокошить она его до своей кончины не успела, с таким-то отношением. Потом папочка решил, что постоянные свадьбы, а особенно подарки по этому случаю молодой жене, слишком накладно для казны и завёл гарем. С гаремом стало проще – женщины и юные девы разных рас и возрастов сидели в отдельно отгороженных помещениях правого крыла дворца, названного по этому случаю женским, и никуда откуда не выходили. Соответственно никто с яйцами, кроме папочки и нескольких особо доверенных лиц, туда не допускался. Во избежание! Это папочка так сказал юному принцу и пристально на него посмотрел. Лиандер твёрдо выдержал папочкин взгляд и подумал, что больно и надо – к тому времени он уже освоил несколько методов пространственных перемещений, присущих только тёмным эльфам, живущим под землёй. Перемещение в толще чёрных скал. Так что особого разрешения для посещений правого крыла ему и не требовалось. Впрочем, по отношению к его апартаментам крыло было левым…

Упоминание мужика о том, что он будет Лиандеру строгим начальником, слабо возмутило. Слабо потому, что основное возмущение до сих пор было направлено на белобрысого мелкого, заметавшегося по комнате. Только острые ушки подрагивали среди заляпанных зеленью волос. Однако предложение мужика, набивающегося в родственники и начальники одновременно, заняться уборкой, сразу же переключило возмущение дроу на него. И спасло самоназвавшегося каким-то куратором не то, что он сообщил своё имя - Тиммиус Ромбикус – а то, что он достаточно быстро покинул комнату. Правда, обещал вернуться.

- Эт-т-то чт-то? – дрожащей рукой указал дроу на странные предметы, телепортированные куратором в центр комнаты, которую так удачно «обставили» новые студенты. Он можно сказать только-только начал приходить в себя и тут на тебе. Обведя полным недоумения взором окружающую обстановку он опять намертво приклеился взглядом к своему будущему соседу.

- Что с этим делать? – вопросил он светлого. – Ты, правда, не знаешь ни одного заклинания по уборке?

Элиан

Красные глаза, конечно, всё равно пугали, но спокойное поведение дроу Элиана несколько утешило. А то, мало ли, может он бешеный и бросается со своими железками на любой живой объект?.. Прецедент-то уже был. Эльф всхлипнул, вспомнив внезапную кончину цветка. Но, видимо, момент обострения агрессивности прошёл… Проигнорировав первый вопрос, считая его риторическим, Элиан тяжело вздохнул – принцев на уборщиков не готовили, но послушно задумался, вспоминая.

- Огненный шторм устроит? – с нервным смешком поинтересовался светлый, после пары минут молчания. – Правда после такой уборки комнате потребуется ремонт... Ещё могу грозу или вьюгу. Но это тоже вряд ли поможет. А ты? – Он с надеждой посмотрел на беловолосого. – Можешь что-нибудь кроме махания мечами? Или нам всё же придётся учиться пользоваться этим? - Элиан брезгливо и осторожно, словно ядовитую змею, поднял двумя пальцами тряпку и помотылял ею в воздухе. – Не, ну теоретически я догадываюсь, как это делается, но практически?.. – в его голосе отчётливо звучала безысходность. И рассматривая уборочный инвентарь, он как-то немного невпопад задумался, а предполагал ли отец, когда провозглашал в своей пространной напутственной речи: «…дети рассвета должны делать всё как люди, но лучше их!», - что эльфа могут принудить к уборке помещения?..

Лиандер

Варианты, перечисленные светлым, не воодушевили. От слова совсем. Представив себе, на что будет похожа комната после огненного шторма, а затем присыпанная снегом, он на мгновение зажмурился и отчаянно замотал головой. Вопрос о своих способностях он мужественно проигнорировал, хотя глазками при этом блеснул и чуть качнул рукой с зажатым в ней кинжалом. Хотелось как можно дольше сохранить в тайне блокировку своих способностей. Или может уже начать взламывать? Впрочем, Лиандер очень сильно сомневался, что сможет взломать заклятье заложенное лучшим магом Тёмной Империи. Папочка плохих магов не держит!

Манипуляции, что проделал с тряпочкой светлый, Лиандера заинтересовали и даже появилась надежда, что тот знает, что с ней делать. Он тоже взял в руку вторую тряпку, а затем решительно вытер об неё заляпанный соком растения кинжал, машинально отметив, что на лезвии появились какие-то тёмные пятна и хорошо бы его поточить. Но потом решил отложить на завтра.

- А постель тоже тряпкой чистят? – с интересом спросил он светлого. – И зачем нам вода?

Лёгким движением ноги, одновременно с вкладыванием кинжала в ножны, он стукнул по одному из ведёр. Результат был вполне ожидаем. Ведро накренилось, чуток постояло в таком положении, а затем опрокинулось и покатилось по полу, весело бренча ручкой и расплёскивая воду. Как будто в комнате до того было мало сырости.

Элиан

Элиан задумался – «О своих умениях дроу предпочёл умолчать. Или вот это отрицательное дёрганье головой и был ответ?..» - Впрочем, игнорирование вопросов и необъяснимая агрессия в поведении тёмного были не самыми странными. Этому, в общем-то, имелась уважительная причина — жизнь в пещерах давит на психику, никакой нормальный эльф под землёй жить не захотел бы. – «Кстати, единственное, в чём не сходились светлоэльфийские целители - свихнулись дроу до того, как полезли под землю или после?..» - гораздо страннее были задаваемые им вопросы. Светлый тяжело вздохнул.

Постель - тряпкой?.. Элиан с сомнением посмотрел на упомянутую постель, на дроу, на ведро с водой. Нет, ну понятно, что такие доисторические орудия труда у эльфов, ни у светлых, ни у тёмных, не прижились, но книжки-то читать надо... Впрочем, блеснуть эрудицией не получилось, ибо красноглазый решил поближе познакомиться с ведром, причём единственным известным дроу способом — пинком. Ведро не стало сопротивляться и меланхолично перевернулось, исторгнув свое содержимое на многострадальный пол.

- Темный! - аль Роннэ болезненно скривился. Только водоёма посреди комнаты им и не хватало...

Поступок дроу окончательно свёл на нет слабые надежды на хороший исход. Теперь оставалось только сесть и зареветь. Что он и сделал, перемежая всхлипывания бормотанием на светлоэльфийском: « ...я предполагал разное... я догадывался, что может быть трудно... но чтобы так?...»

Элиан уже понял, вот это красивое беловолосое чудовище — его персональное наказание за все прегрешения. Но, Пресветлая, неужели он успел нагрешить так много?..

Лиандер

Реакция светлого поразила до печёнки. Парень горестно воскликнул – Тёмный! – и уселся на пол, завывая на светлоэльфийском и размазывая слёзы на измазанной зелёным, но, тем не менее, симпатичной мордашке. Лиандеру стало стыдно. Особенно, когда он вслушался в то, что бормотал мальчишка. Дроу знал светлоэльфийский не в совершенстве – отлынивал от уроков в своё время и вряд ли смог бы участвовать в дипломатических переговорах. Но наследного принца обучали языкам всех народов, с которыми он мог бы столкнуться. Языками этими Лиандер овладел в разной степени, лучше всего ему дались оркские ругательства. Однако то, что сказал светлый эльф, он понял. Понял и почувствовал себя неуютно. Одно дело пришить светлого эльфа в честном поединке, и совсем другое издеваться над ним при помощи разрубленного растения, половой тряпки и ведра с водой. Как-то это не по-королевски. Может он всё не так понял, и та подозрительная лиана-змеюка была светлому вместо домашнего любимца? Может он её холил и лелеял и привёз сюда, чтобы она скрасила его одиночество и разлуку с домом. Ведь он и сам чувствовал себя очень одиноко, и как ему не хватало верного квелли, которого он вырастил собственными руками и который был ему верным другом последние десять лет.

Лиандер почувствовал настоятельную необходимость утешить нежданного, на достаточно долгий срок, соседа. Он опустился на колени рядом с плачущим парнем и неумело стал гладить его по заляпанным зелёным волосам. Чтобы усилить эффект, он на светлоэльфийском стал бормотать:

- Я не хочу… не хотел… больше обижать, цветочек твой любимый быть? Я подарить тебе другой… наверное…

Элиан

Однажды, ещё будучи ребенком, младший аль Роннэ наткнулся на изречение: «Слёзы – это действенный способ получить желаемое или избежать нежелательного». Правда, этот совет предназначался для девочек, но опробовав его на практике, юный Лессариэл убедился, что он срабатывает и для мальчиков. Хотя до слёз, обычно, дело не доходило, ибо едва только он начинал горестно кривить рожицу, воспитатели сразу прекращали его ругать, а мимо проходящие бросались жалеть и выяснять, кто обидел ребёнка. Да и рыдать принцу не подобает. Но тут и ситуация и организм настойчиво требовали.

Полностью отдавшись процессу слезоразлива, Элиан не сразу осознал, что его утешают. А осознав – не поверил. Рыдать он тут же прекратил - от удивления видимо и, вслушиваясь в слегка корявую речь дроу, вступил в переговоры, периодически тихонько всхлипывая.

- Да-а? - недоверчиво протянул ошеломленный эльф и, непроизвольно восхитившись, тихонько пробормотал. - Не хотел, но обидел… Вот это сила воли… - И согласился, погромче и на всеобщем. - Любимый. – Эльфы все свои растения любят, а потому Элиан не удержался и гордо похвастался. - Я его сам вырастил. - Правда тут же испортил всю картину, шмыгнув носом и честно признавшись. – Случайно…

Окинув потерянным взглядом разоренную комнату и бренные останки цветочка, несчастный творец надрывно вздохнул и печально добавил. - Таких больше нету... Да. Не было, нет и не будет.

Лиандер

Паренёк затих под рукой дроу и плакать перестал. Но видимо душевная травма была огромна, поскольку речь мальчишки постоянно перемежалась всхлипами, отзываясь в душе Лиандера как скрип кинжала по стеклу. А уж когда эльф поднял на дроу глаза и доверчиво глянул этими своими аметистами, тёмный понял, что пропал.

У него не было ни братьев, ни сестёр, вторая супруга папеньки не успела, наложницы же понести не могли – на всех их накладывали специальное предохраняющее заклятие, как только они попадали в гарем – во избежание! Так говорил папочка. А Лиандер вовсю пользовался этим во время своих прогулок в толще замкового камня. И только выращенный собственными руками квелли был Лиандеру и братом и другом и товарищем игр. Тем единственным, кому он поверял все свои тайны. И вот сейчас этот мальчишка, этот светлый смотрел прямо в сердце дроу такими же щенячьими и доверчивыми глазами, как любимый квелли. Хоть у квелли глаза были янтарно-жёлтыми, а у эльфа аметистовыми. Но всё равно – теперь этот щенок нуждался в помощи и опеке и дроу сдохнет, но станет ему опорой и защитой.

Лиандер сильно расчувствовался и, обняв светлого эльфа, сильно прижал к своей груди. Похлопал того по спине, ободряя и сочувствуя, и хриплым от волнения голосом тоже на всеобщем сообщил:

- Лиандер, меня зовут Лиандер. Можешь на меня рассчитывать. И если какая сволочь, гррахх её побери, будет к тебе приставать, только позови, и я его убью. Совершенно безвозмездно, то есть даром! А цветочек – вырастим вместе ещё лучше!

И именно в этот момент счастливого единения посреди лужи воды и в окружении мокрых тряпок дверь в комнату открылась, и в неё зашёл куратор. А за спиной куратора толпой стояли однокурсники и с любопытством заглядывали внутрь.

Мэтр Тиммиус

Мэтр Тиммиус не был наивным и вовсе не рассчитывал, вернувшись, обнаружить чистоту и порядок, (эльфы, уборка и пятнадцать минут — это нереально в любом сочетании), но хотел увидеть хотя бы попытку вернуть комнате первозданный вид. А пока он тратил внезапно образовавшееся относительно свободное время на придирки к другим своим подопечным. Тридцать штук как одна тинка, большинство, конечно, люди, а из важных персон три человеческих аристократа и эти вот два эльфа. Светлый и тёмный принцы инкогнито. По мере придирок, студентов в коридоре, увязавшихся за куратором, становилось всё больше, очень хотелось применить отвращающее заклятие, но лэр Тиммиус сдержался. Это бы смазало весь воспитательный эффект и позволило бы студентам избежать назиданий и цитирования правил проживания в общежитии Академии, кои куратор не преминул зачитать нудным и скрипучим голосом.

Открыв дверь в комнату, лэр Тиммиус удивился во второй раз. Посреди помещения, ставшего ещё грязнее, хотя такую возможность трудно было представить, тёмный, стоящий на коленях, обнимал сидящего в луже светлого. Причём, если у последнего на лице наличествовало что-то типа раскаяния, ибо вид он имел печальный, а на щеках ясно просматривались следы от слез, то выражение лица тёмного гласило — убью любого.

Картина была трогательная, очень подозрительная и абсолютно не укладывалась в голове. Маг подумал, что либо он чего-то не знает, либо конец света не за горами. Рывком захлопнув за собой дверь и, тем самым избавившись от свидетелей в лице студентов, он шагнул внутрь. Механически создав заклинание наведения порядка, он привёл комнату в приличный вид – пропали зелёные ошмётки неведомого растения, лужа на полу и очистились костюмы студентов, только само растение не воскресло. На такие подвиги магических сил у куратора не хватало. На их остатках мэтр Тиммиус телепортировал своё любимое кресло, уселся в него и вопрошающе уставился на студентов, ожидая оправдания и мысленно отметив - красивые, негодники...

Светлый отреагировал быстро и ожидаемо, видно процесс был ему не в новинку.

- Я… мы больше не будем.

Тёмный же покрепче прижал к себе светлого и ничего не сказал, только злобно оскалился. Тяжело вздохнув, куратор, таким же нудным и скрипучим голосом, как недавно зачитывал правила общежития, сообщил:

- С заданием вы не справились. Но, поскольку у вас имеется явная склонность к выращиванию и нарезке зелени, то на следующей неделе после занятий вам придётся употребить свои силы с пользой, поработав в теплице. И это не обсуждается. Не желающие подчиняться правилам Академии – с вещами на выход!

Убедившись, что угроза осознана, куратор с чистой совестью отправился портить настроение кому-нибудь ещё.

Элиан

Неожиданности сегодня заканчиваться не спешили. Следующими стали объятия дроу и его предложение защиты и выращивания общего цветочка. Э-э-э... он соображает, что предлагает?.. Элиан офигел, но отреагировать опять не успел, ибо в этот момент нагрянул недовольный куратор и направил его мысли в другую сторону. Мэтр в одно мгновение навел порядок в комнате. Что, конечно, не могло не радовать, всё-таки жить в болоте удовольствие ниже среднего. Значительно ниже. А если откровенно, то совсем даже не удовольствие. После чего, куратор, сев в появившееся кресло, ожидающе молчал и смотрел. Тишина напрягала и мальчишка машинально начал привычное «Я больше не буду...», но поскольку дроу тут же напомнил о себе, прижав теснее, то, приняв это за намёк, исправился, закончив обыденную фразу во множественном числе и усилив её очень честным взглядом, полным раскаяния. Практика - великая вещь! Увы, на человека подействовало не в полной мере, поскольку он заговорил о наказании. Впрочем, услышав о месте, эльф взбодрился - с природничеством-то у него всё нормально. Почти всегда. Главное не выгнали, и домой, вроде, не сообщат...

Настроение стремительно улучшалось. Куратор ушел, в комнате порядок, с темным он почти подружился. И хорошо бы, чтобы от избытка чувств его новый друг не сломал ему ребра...

Элиан трепыхнулся, пытаясь выбраться из тесных объятий Лиандера, но замер, вдруг осознав, как они выглядели со стороны и что он, как распоследний невоспитанный орк, в ответ так и не представился. Причём, что его смутило сильнее - то ли его новоявленная невоспитанность, то ли объятия лица, не являющегося близким родственником - он и сам бы не разобрался. Но это были ещё цветочки, ибо потом волной цунами пришло осознание, что неприличное предложение, то бишь защиту и прочее, Элиан не отклонил, а следовательно, о ужас, принял без возражений и полностью, и это, наверняка, отразилось на ауре. У обоих. Родственные и неродственные отношения, клятвы и обязательства. Раздел четвёртый. Почувствовав, как наливаются краской даже кончики ушей, торчащие из волос, Лессариэл опустил голову и понял, что посмотреть в лицо дроу сейчас не в силах. Выпутавшись из загребущих ручонок тёмного, он отполз в сторону, встал и, "сильно заинтересовавшись интерьером", пробормотал:

- Элиан, - на этом бы стоило остановиться, но, не сумев сдержаться, смущенный и перенервничавший, мальчишка добавил со спокойной обречённостью, - а Иллис тебя убьёт. И меня заодно...

Лиандер

Дверь тихо закрылась за куратором, теперь можно было подумать – а что это было? Дроу чувствовал себя настолько не в своей тарелке, что тот факт, что он всё это время на глазах толпы людей трепетно прижимал к себе своего расового врага, не сразу дошёл до его сознания. Да обнимал-то ладно, это ещё можно было списать на сложность обстановки и те бурные события, что недавно произошли, но вот что он этому светлому наобещал?

Чем его этот гад так купил, что он взял над ним покровительство? И почему он согласился без малейшего сопротивления? И как теперь Лиандер это объяснит своему папочке? Он допустил в свой Ближний круг не просто чужого, а СВЕТЛОГО эльфа! На фоне этого кошмара угрозы куратора прошли мимо разума. Промелькнула только мысль, что если Академии надо порубить всю зелень в теплице, то у него как раз подходящее для такого дела настроение и можно даже не тянуть, а начать прямо сейчас.

Мелкий вдруг задёргался и вывинтился из рук. И вовремя – а то дроу уже начинал чувствовать себя как-то странно и от того постепенно зверел. Озверение выражалось в том, что глаза поменяли цвет из винных до тёмно алых. Однако имя светлого он хорошо расслышал, как и обещание, что предстоит ему вскоре помереть от руки какого-то Иллиса. Это его мгновенно насторожило. «С какой стати какому-то Иллису его убивать? Они и не знакомы вовсе. А главное за что? За то, что он обнимался с Элианом?»

Дроу даже рот приоткрыл от предпринятого мыслительного усилия. Озадаченно пялясь на изящную фигурку паренька, как-то особо элегантно стоящего посреди комнаты, на его одухотворенное красивое лицо и горящие неземным светом аметистовые глаза, Лиандер похолодел. «Что же он такого натворил? И кому он дорожку перебежал? Это что же, он теперь на Элиане жениться должен?» И дроу стал лихорадочно вспоминать, что именно он сказал светлому – ритуальную фразу-предложение руки и сердца или просто покровительство? И как бы узнать, что именно, и не дать светлому при этом понять, что он такой дурак?

Поднявшись с колен, с тоской глядя на валявшуюся у дверей сумку и ощущая вдруг нахлынувшую жуткую усталость, Лиандер, насколько мог безразличным голосом, спросил:

- Может, пошли в постель, раз убирать не надо? Или мне стоит сначала ополоснуться?

И с тоской обвёл глазами комнату, такую светлую, всю в зелени, коврах на полу и множестве подушечек на них – ничего похожего на его комнату в подземном дворце правителей дроу.

Элиан

Согласиться на близость с незнакомым дроу, абсолютно не собираясь этого делать... Причём, младшим партнёром и на долгосрочные серьезные отношения, ибо кратковременные защиту не предполагали... Это могло случиться с каждым?.. Испытывая смутные сомнения, Элиан всё же решил, что могло. Раз случилось. Но почему именно с ним?.. Как вообще могла возникнуть такая абсурдная ситуация?.. Эльф подумал, что если бы ему кто-то такое рассказал, он бы не поверил.

Но... А может Лиандер вовсе не это предлагал?..

Настороженно наблюдая за дроу, Элиан попытался вспомнить, что он знает об обычаях тёмных, связанных с личными отношениями, и понял, что нельзя вспомнить то, чего никогда не знал. Не интересовался он этой темой. Во-первых, рано ему было, а во-вторых, что главнее, кто бы мог подумать, что ему когда-то это может понадобиться. Но если размышлять логично, то на пустом месте такие предложения не возникают, должны же быть какие-то разговоры, ухаживания... Может это всё-таки недоразумение?.. Спокойное поведение соседа вроде подтверждало эту теорию, и мальчишка тоже стал успокаиваться, приобрел нормальный цвет лица и решил, что когда-нибудь потом, попозже, надо будет уточнить, аккуратно и ненавязчиво, что конкретно Лиандер имел в виду и, исходя из этого, понять, на что он таки согласился...

В душе светлого эльфа расцветал робкий цветочек надежды на хороший исход. Увы, с этим цветочком дроу справился ещё быстрее, всего одной фразой, произнесенной таким обыденным тоном, как будто они уже сто лет как спят вместе.

Вгзляд эльфа заметался между Лиандером и двумя кроватями, которые вчера кто-то светлый, так необдуманно и намертво, соединил в одно большое ложе. Элиан побледнел и, заикаясь, выпалил:

- В п-постель? Вот так сразу?..

Он попятился и нервно осмотрелся. Дверь – это не выход, ибо она надёжно перекрыта Лиандером, стоящим перед ней. А, судя по недавним событиям, тёмный, в отличие от него, боевыми искусствами не пренебрегал. Мальчишка потряс головой, пытаясь избавиться от глупых мыслей. Не будет он бегать. И бить его никто не будет. Наверное. А за свои слова и поступки надо отвечать. Элиан затравленно посмотрел на беловолосого и, неожиданно засмотревшись, в который раз отмечая его привлекательность, понял, что, в принципе, не против «ответить», но не сейчас же(!), снова залился краской и выдвинул встречное предложение:

- А м-может звездами п-полюбуемся?

Лиандер

Лиандер не понял, почему его такое соблазнительное предложение не встретило горячего отклика у светлого. Он что ни капельки не устал и совсем-совсем не хочет спать? А вот дроу от всех приключений буквально валится с ног! И тут его взгляд упёрся в нечто широкое, низкое, покрытое лавандового цвета покрывалом и с кучей подушечек разных размеров на поверхности. Это могло быть кроватью, но она в комнате была одна! Затравлено озираясь, он убедился в справедливости первого впечатления. Мало того, что вся комната была оформлена в стиле светлых, но и мебели в ней был некомплект! А он мало того, что не особо силён в бытовой магии, но и по милости папочки вообще не мог магичить ещё месяца полтора.

Наступившая в комнате тишина заставила оглянуться на того с кем придётся делить кров. Мелкий беззастенчиво пялился на дроу распахнув свои аметистовые глазищи, в которых Лиандер просто тонул и потому не сразу заметил, как бледненькая мордашка эльфа вдруг заалела, заполыхала смущением, а сам парень дрожащим голосом не предложил полюбоваться на звёзды.

Лиандер открыл рот во второй раз, но опять ни звука не издал, а в голову стали закрадываться подозрения. «Это на что он намекает? И чего так покраснел?» И тут до него дошло, что традиции общества дроу не обязательно распространяются на общество светлых эльфов. И даже вообще-то совершенно не распространяются, а что-то там у этих лесных маньяков совершенно не так, как у благородных подземных жителей. И предложение полюбоваться вместе на звёзды может означать, что Лиандер действительно предложил Элиану руку и сердце по обычаям светлых эльфов, а тот принял и теперь их союз следует скрепить. Самым недвусмысленным способом и по обычаям светлых эльфов. Но вот убейте его – он этих обычаев не знал! И что теперь делать, тоже. Более того – он впал в ужас!

Если у светлых эльфов кожа при смущении розовела, а при испуге бледнела, то у дроу она серела (при испуге с зеленоватым оттенком, а при смущении с розоватым), и сейчас на Лиандера было жалко смотреть, настолько он «выцвел». «Что скажет папочка!» - эта мысль розоватый оттенок моментально сделала зеленоватым. «Он меня убьёт. И его тоже убьёт» - затравленно подумал дроу. «Но раз нам суждено умереть, то до этого надо насладиться жизнью до конца!» И он решительно подошёл к светлому и, заключив того опять в объятья, попытался поцеловать. В жизни дроу было разное, но сексуальных партнёров мальчиков... То есть, если точнее, было пару раз с более опытным и старшим партнёром, но с ровесником…

Губы мальчишки были мягкие и сладкие, дыхание обжигало, но привычного возбуждения не наступало, уж слишком он был испуган и ошарашен. Зато расхотел спать.

Элиан

Почему-то невинное предложение полюбоваться на звёзды вызвало у дроу странную смену окраса - глубокий чёрный неожиданно посветлел в невнятно-серый оттенок. Эльф заинтересовано подался вперёд, разглядывая Лиандера теперь уже с профессиональным интересом. И вполне одобрительно относился к приближению объекта наблюдения, пока последний не сгрёб его в охапку и, не оставив времени озвучить возражение, лишил возможности разговаривать.

Элиан как-то сразу понял, что отсрочка не предусмотрена. И что дроу молча и целеустремленно приступил к выполнению... э-э-э... Мысли стали путаться. Как бы там ни было, начальная стадия - поцелуи - была неплоха, и после секундной заминки эльф поддержал инициативу, слегка поёрзав и удобнее устроившись в обьятиях Лиандера, и даже обняв его за шею. Этап поцелуев был хорошо знаком, а вот дальнейшее... С мальчиками он ещё не пробовал. Собственно, с девочками тоже не особенно, ибо ровесницы предпочитали партнёров поопытнее, а при виде Ллитирель, открывшей на него охоту, он предпочитал прятаться в классной комнате, (библиотеке, лаборатории, лазарете и т.д.) Не сразу, конечно, а после того, как Иллисарэл просветил его по поводу желания Ллит войти в правящую семью. А поскольку ни с правителем, ни с самим Иллисом у нее ничего не вышло, то вся надежда на «малыша». Он так и заявил: «Если не хочешь неожиданно обзавестись подругой жизни, не дожив и до столетнего возраста, рекомендую её избегать. Ибо ты, уж извини, способен попасть в первую же поставленную ею ловушку.»

Когда глава Тайной канцелярии рекомендует, к нему стоит прислушаться. А поскольку он ещё и любящий старший родственник, который плохого не посоветует, то у Лессариэла были хорошие успехи в учёбе и практически никакого опыта в интимной сфере. Но какие его годы...

С практикой не сложилось и на этот раз. В дверь постучали, нет, скорее затарабанили. Элиан успел только дёрнуться, как хлипкая преграда тут же пала перед штурмующими её студентами. В смысле, открылась. Резко. И в комнату ввалились два смутно знакомых лица, которые наперебой принялись приглашать их присоединиться к празднованию поступления в Академию. В качестве главного аргумента звучало: «У нас вино и девочки!» А на вежливую попытку отказаться, последовал чей-то рев: «Действительно, зачем куда-то идти? Продолжим тут! Ща поляну накроем...» После чего, в течение пяти минут, на ковре возникла та самая обещанная «поляна», а гостей стало больше.

Вино Элиану не понравилось. Девочки, в общем, тоже. Ну, вино ему заменили на какой-то местный сок, куда доброжелатели незаметно плеснули немного водки, а от девочки приходилось постоянно отодвигаться. Ну, не объяснишь же ей, что если он и бросил пару-тройку взглядов на её бюст, то только потому, что такие объемы среди эльфов не встречаются и это был чисто исследовательский интерес. А руки на него складывать не надо. И за уши трогать тоже.

Лиандер

Уплыть на волнах страсти не позволила злодейка судьба. Или, может, это было спасением? Громкий стук в дверь прервал так стремительно начавшееся сближение и заставил разорвать объятия. И вовремя – дверь распахнулась, и в неё ввалились какие-то подозрительные личности – человечки! Поскольку дроу сосредоточенно считал про себя повороты в подземных коридорах дворца – этот метод посоветовал ему наставник как отличное средство от гнева и раздражения (настойчиво посоветовал!), он совершенно пропустил мимо своих длинных ушек всё сказанное гостями. И только поэтому не понял, куда они делись. Но не успел он перевести дух и как-то оправдать свои действия перед соседом по комнате, как человечки вернулись. И отнюдь не в одиночестве!

Делать нечего, пришлось поддержать Элиана, принявшего самое активное участие в организации очередного бардака в комнате. Видимо эти человечки были светлому знакомы, он же приехал вовремя. Поэтому дроу не стал возникать, постепенно ему даже стало интересно, и появление человеческих женщин он встретил даже с некоторым энтузиазмом. А уж халявную еду и выпивку он принял вообще на ура. Перекусив и как следует выпив вина, Лиандер присмотрел себе девочку, и, мягко, но настойчиво увлёк её за собой к тому предмету мебели, который должен был послужить местом отдохновения. То настроение лёгкого сексуального возбуждения, что возникло у него во время объятий и поцелуев со светлым, и подстёгнутое вином, потребовало продолжения. Однако, не зная, как отнесутся к его действиям сокурсники, дроу человечку усадил не на кровать, а в уголочек рядом – вроде их и видно, а с другой стороны, чем они там занимаются, не всем понятно.

Сейчас, немного придя в себя и уже не находясь под очарованием аметистовых глаз мальчишки, Лиандер начал мыслить более здраво. Проанализировав всё произошедшее, он начал подозревать, что неправильно оценил ситуацию – предложения руки и сердца по обычаям дроу он всё-таки не сделал. Он предложил только покровительство. Оно, несомненно, накладывало на него большие обязательства, но от женитьбы на Элиане он всё ещё мог уклониться. Теперь ему срочно требовалась консультация специалиста по обрядам и обычаям светлых. Если была хоть малейшая лазейка остановиться на этапе покровитель – опекаемый, то ей следовало воспользоваться. Только вот заняться этим можно было лишь завтра, а сегодня требовалось хорошенько разрядиться. Или потрахаться или подраться. А может и убить кого-нибудь…

Девочка позволила затащить себя в уголок и усадить на колени. Она с увлечением трогала уши Лиандера и делала вид, что не замечает, как его шаловливые ручонки уверенно шарят по девичьему телу. Но когда дроу стал расстёгивать пуговички на её блузке, то, несмотря на горячие поцелуи, к которым они уже приступили, он получил ощутимый шлепок по руке. Огорчённо зашипев, Лиандер оскалился, и девчонка вдруг испугалась его клыков. Вскликнув, вскочила с его колен, метнувшись прочь, оставив парня разгорячённым и возбуждённым. Со стоном откинувшись на стену, Лиандер закрыл глаза. Хотелось заплакать – с того момента как он покинул дом, всё шло наперекосяк и непонятно было кого в этом обвинить.

Элиан

Сидя в компании сокурсников, слегка захмелевший Элиан вдруг чётко понял, что Иллис был абсолютно прав по его поводу. И может это и неплохо, что он так сходу вляпался в дроу, (пусть и тёмный, но эльф!), ибо если бы он связался с человеком…

В голове шумело, навязчивые приставания девушки раздражали и смущали одновременно. Как и понимающе сальные шуточки соседа справа. Причем девушка на слова не обижалась и о защите чести не просила, (вот и пойми, то ли защищать нечего, то ли это нормы поведения тут такие), пикируясь с человеком и не прекращая трогать эльфа за уши и заплетать ему косички.

Аль Роннэ возмечтал о спасении и вспомнил о дроу. Он же обещал защищать, вот пусть и защищает! Мальчишка огляделся по сторонам в поисках Лиандера и обнаружил того, увлеченно целующегося с человечкой. Элиан растерянно заморгал и болезненно поморщился, отчего-то заныло в груди, а в глаза будто насыпали мелкого песка. Как же так? Он же… Он… Эльф вскочил, пошатнулся и, как был - с кружкой в руке, целеустремленно направился к дроу, едва сумев уклониться от убегающей девушки.

- Ты! - он обвиняюще уставился на тёмного, вытянув в его сторону обличающий перст, а в данном случае – руку с кружкой, до половины наполненной «соком». – Ты…

Элиан запнулся, не зная, что сказать. Ну, что вообще надо говорить в таких случаях?..

В общежитии наступил комендантский час – освещение почти потухло, погрузив комнату в мягкий сумрак. Сокурсники стали прощаться и быстро рассасываться по комнатам. Девушка, весь вечер упорно ухаживающая за остроухим, (такой хорошенький, к тому же эльф, все девчонки завидовать будут!), подошла попрощаться и решила закрепить успех поцелуем. Звонко чмокнула в ухо и удалилась. Рука эльфа дрогнула, и содержимое кружки пролилось на многострадальный костюм дроу.

Лиандер

С бегства девушки начался всеобщий исход. Сокурсники как-то очень шустро, видимо предчувствуя, что последнему придётся убирать за всех, потянулись к выходу из комнаты и рассосались в темноте, скрывающейся за дверью.

Громкий возглас Элиана вырвал Лиандера из глубин скорби, в которые он погрузился в тщетной попытке назначить виновника своих проблем. «Кричит на меня, а в руке кружка со спиртным и под рукой девчонка, которая совсем не прочь развлечься! В отличие от!» Острый приступ зависти немедленно сменился острым приступом бешенства – глаза засверкали, а зубы издали явный скрежет. Дроу попытался вскочить, и как оказалось не вовремя! Содержимое кружки попало на его тельце, а должно было попасть в рот! Ну, хотелось бы, а так было опять обидно. Но дроу на то и дроу, что отличаются огромной выдержкой и отменными манерами. Из последних сил скрутив свою ярость и напомнив себе, что светлый находится под его покровительством и бить его сразу же неприлично – надо же продемонстрировать ему для начала преимущества нового положения. И вообще, он ведь ещё не объяснил мелкому, какие права и обязанности обеих сторон следуют из заключённого договора. Бить теперь светлого имел право лишь он один, все остальные посягнувшие подлежали немедленной и быстрой расправе. Однако случаи наказания были чётко очерчены и все эти пункты и подпункты он должен Элиану разъяснить. Но великая Ллосс! Завтра.

Молча Лиандер поднялся окончательно, облил светлого презрительным и осуждающим взглядом – он два года такой тренировал! – и, обогнув его, пройдя по кровати – очень не хотелось даже чуть коснуться эльфа во избежание срыва – направился к ванной комнатке, попутно скидывая с себя одежду. Дроу рассчитывал, что усовестившись, мелкий приберёт в комнате и что-нибудь сделает с его многострадальной рубашкой. Что-то типа того, что сделал давеча куратор. В ванную он входил уже полностью обнаженным. Своей фигурой он заслуженно гордился, поэтому считал, что светлый уже сейчас должен начинать проникаться и трепетать от восторга, что сподобился близости столь совершенного существа.

Элиан

При виде дроу, зловеще сверкающего алыми глазищами, Элиан малодушно позавидовал ушедшим, но не попятился ни на дюйм, застыв в позе долженствующей пробудить у тёмного укоры совести. Но та очевидно не выдержала тягот пещерной жизни и давно сдохла, ибо Лиандер игнорируя обиженного в лучших чувствах (плохих не держим!) эльфа ушёл, обойдя страдальца по широкой дуге, а заодно и по кровати. Светлый широко распахнул глаза — это что, он ему НАСТОЛЬКО неприятен?.. Упомянутая часть тела немедленно наполнилась слезами и только внезапно проснувшаяся гордость не позволяла им вырваться на свободу.

Элиан замер и не шевелился, не отводя взора от опустевшего кресла, пока за Лиандером не захлопнулась дверь ванной комнаты, а потому устроенный дроу стриптиз остался незамеченным. Оставшись в одиночестве, мальчишка поставил кружку на ближайшую полку и, соорудив посередине постели стену из подушек и подушечек, разделся, аккуратно складывая свою одежду на стул. После чего завернулся в одеяло с головой, как гусеница в кокон, так, что наружу выглядывали только кончики ушей, и принялся вспоминать как должен вести себя высокородный светлый эльф. Было странно, что тёмному за один день удалось добиться того, чего не удалось его родственникам и учителям за все предыдущие годы его жизни — вспомнить о правилах. Где-то на границе сна, Элиан твёрдо решил — Лиандера — игнорировать! И уснул, представляя, как именно он это будет делать.

Лиандер

Водичка была хорошей. Всё-таки замечательно, что в Академии основательно подошли к комфорту высокородных адептов. Из-за наложенного ограничения, сам дроу вряд ли смог бы подогревать воду каждый раз, когда ему понадобится принять душ. Вода смыла не только грязь и пот этого трудного дня, но и все разочарования и огорчения. А также и возбуждение, возникавшее за вечер несколько раз. И поразмыслив, Лиандер пришёл к выводу, что это к лучшему. Ни в коем случае нельзя торопиться! Можно наломать таких дров... с уже сделанным он не знал, как расплеваться. Вляпался он просто немыслимо! И это в первый же день!

Постояв ещё немножко после выключения воды, дроу, весь в капельках на чёрной коже, вышел из душа и сдёрнул с вешалки большое белое пушистое полотенце. С наслаждением вытерся и почувствовал, что всё-таки жутко устал и очень хочет спать.

Вернувшись в комнату, Лиандер увидел картину, которая мгновенно привела его в ярость. Мелкий засранец не стал делать ровным счётом ничего! В комнате царил бардак. Бутылки, посуда, остатки еды были разбросаны по полу. Там же валялась и его одежда. Рубашка, его любимая рубашечка, со следами уже засохшего вина и наверняка въевшегося в ткань насмерть, лежала там же, где он её бросил. А светлый мирно спал на их общей кровати, как гусеница завернувшись в единственное одеяло.

"Завтра куплю себе отдельное," - зло подумал дроу. - "Да вообще, попрошу отдельную кровать!"

Сдерживая в себе то ли рык, то ли скулёж - Лиандер ещё не понял чего он больше хочет, заорать или заплакать - чернокожий страдалец вытянул из под светлого угол одеяла и, стараясь не разбудить, размотал его. Затем тихо улёгся под бочок и накрылся одеяльцем. Через некоторое время он успокоился, мелкий уютно сопел под боком, было тепло и спокойно. Дроу сам не заметил, как заснул.