Между подвигами

Инструктаж перед подвигом

— Ты куда полез? Где разрешение на подвиг? — спросил Лонг.

Рыцарь Гаррус убрал ногу с первой ступеньки лестницы и посмотрел на гнома с некоторым недоумением.

— Что, прости? Я просто лезу снимать вывеску. Какое разрешение? При чём тут подвиг?

— Такой вот подвиг. Высокий. Метра два, так что сначала — инструктаж.

Над дверью трактира «Сытый дракон» покачивался медный дракон. За двадцать лет на ветру и под дождём он сделался болотно-зелёным, не потеряв, впрочем, от этого в весе. По крайней мере, одна из двух цепей, на которых он висел, драконьей сытости не выдержала и лопнула сегодня утром. Сам дракон ухнул от этого вниз мордой и смотрел теперь на происходящее строго сверху вниз. На доске над дверью по-прежнему значилось: «Сытый дракон».

Трактирщик огородил крыльцо двумя табуретами, покрякал для порядку и отправился искать человека, способного рискнуть жизнью за миску супа. На его радость, подвернувшийся рядом Гаррус согласился помочь ещё до упоминания обеда. Чем, с точки зрения его спутника-гнома, серьёзно нарушил ход последующих переговоров.

Теперь Лонг держал перед ним каску.

— У меня уже есть шлем, — напомнил рыцарь.

— Дома.

— Да. Потому что он боевой. Но технически же он есть.

— Ага. А каска — вот она. Здесь. И тебе придётся её надеть.

Гаррус вздохнул и надел каску. Она легла прямо на очки, отчего окружающий мир стал значительно безопаснее: большая его часть исчезла из виду.

Гном, довольно насвистывая, поправил ремешок.

— Так. На лестнице не размахивать руками. За инструментом вниз головой не тянуться. Если что-то падает — не ловить.

— А если то, что падает, — это буду я?

Лонг посмотрел на него оценивающе.

— Особенно если это будешь ты. Сам себя схватить не пытайся. В прошлый раз ты только пуговицы себе оторвал.

Из-за ограждения за ними наблюдали семь глаз, принадлежавших трём мальчишкам и одноглазой дворняге. Вся эта компания пришла ещё утром, и пока только её происходящее полностью устраивало.

— А меч хотя бы можно? — не выдержал наконец Гаррус.

— Можно. А зачем?

— Цепь перерубить.

Гном обернулся к мальчишкам.

— Вы это слышали, малышня?

Трое свидетелей, не считая собаки, радостно закивали.

— Дано. Человек собирается одной рукой держаться за лестницу, другой махать мечом, а третьей удерживать четыре пуда меди. Выводы?

Младший мальчишка шмыгнул носом и выдвинул предположение.

— Ему срочно надо вырастить третью руку?

— Вот. Уже подготовлен лучше тебя. — Гном удовлетворённо повернулся к рыцарю.

Гаррус снял перевязь и прислонил меч к стене.

— Между прочим, рыцари веками совершали подвиги без инструктажа.

— И где они теперь?

— Лонг, это нечестный довод. И нелогичный.

— Зато убедительный.

Гном ещё раз проверил лестницу. Затем поднялся на несколько ступенек, набросил на шею медного дракона верёвочную петлю и спустился. Свободный конец он крепко сжал в руке, а середину верёвки подал Гаррусу.

— Всё готово. Поднимешься, перекинешь верёвку через свободный крюк, я натяну верёвку, тогда снимешь цепь со второго крюка и сразу полезешь обратно. Постарайся не перепутать последовательность. Спускать будем отсюда.

— Я понял с первого раза.

— Прекрасно. Повтори то, что понял.

Рыцарь посмотрел на дракона снизу вверх. Дракон смотрел в ответ осоловевшим взглядом, характерным для медных изделий и людей, которые предпочитали обильную трапезу спорам с гномами по техническим вопросам.

Гаррус вздохнул и повторил инструктаж.

Поднимался он медленно. На третьей ступеньке заныло колено, на пятой каска снова попыталась лишить его зрения. Он остановился, поправил её и только потом полез дальше. Снизу ничего не сказали.

Вблизи дракон оказался ещё толще. За его обширной спиной, под самым карнизом, лепилось к стене ласточкино гнездо. Даже повиснув мордой вниз, дракон заслонял его от улицы.

Гаррус замер.

Из гнезда высунулись четыре раскрытых клюва.

— Что там? — спросил Лонг.

— Жильцы.

— Какие ещё, к хозяйке Медной горы, жильцы?

— Маленькие такие. По-моему, голодные.

Гном отступил на шаг, задрал голову и долго смотрел наверх. Потом вздохнул.

— Так. План меняется. Верёвку перекидывай через свободный крюк и спускайся.

— Я могу просто отодвинуть…

— Я сказал, спускайся.

Гаррус слез и принял у Лонга свободный конец верёвки. Гном убедился, что тот держит её внатяг, забрал из ограждения одну табуретку, поставил рядом с лестницей и сел думать.

Потом встал, вытащил из поясной сумки скальный крюк и молоток. Нашёл подходящий шов между кирпичами, вбил крюк, проверил, как тот держится, и привязал к нему верёвку. Гаррус понемногу ослабил хватку. Дракон остался на месте, по-прежнему прикрывая гнездо.

Трактирщик вышел на крыльцо.

— Ну что?

— Дракона не снимем, — сказал Гаррус.

— Он же упадёт!

— Уже не упадёт, — отозвался гном. — Я его закрепил.

— А что мне делать с такой вывеской? У меня солидное заведение, между прочим!

Гаррус посмотрел на дракона, висевшего с петлёй на шее, потом перевёл взгляд на доску над дверью.

— Есть у меня одно предположение, — сказал рыцарь.

Трактирщик выслушал, ещё раз посмотрел на дракона и принёс кисточку и краску. Гаррус снова поднялся по лестнице, закрасил на доске слово «Сытый» и каллиграфическим почерком вывел «Повешенный».

Потом спустился и отнёс вместе с Лонгом лестницу во двор. Мальчишки наконец потеряли интерес к происходящему и ушли. За ними ушёл и пёс.

Трактирщик принёс два обеда. После недолгого раздумья добавил к ним блюдце с мелко нарезанным мясом.

Гаррус устроился за столом подальше от крыльца и потёр колено.

— В твоём хвалёном инструктаже по сниманию медных драконов ничего не было про ласточек.

— Теперь будет.

Лонг повертел ложку.

— Прежде чем снимать дракона, проверь, не живёт ли за ним кто-нибудь.

Рыцарь кивнул и потянулся к блюдцу.

Гном мягко отвёл его руку.

— Это наверх.