Обложка Лакомство для Шутника

Лакомство для Шутника

Милана Шторм

0% прочитано
Стандартный
Милана Шторм

Лакомство для Шутника

Глава 1

Итак, что мы имеем: во-первых, я, кажется, влипла. Во-вторых, влипла я конкретно. В-третьих, мой прекрасный напарник слинял, оставив меня разбираться с последствиями нашего необдуманного поступка. А ведь как хорошо все начиналось, а? Выгодный заказ на пятьдесят золотых именно в тот момент, когда мы с Элем начали постепенно складывать зубы на полку, посредственная охранная магия объекта, хозяин - божий одуванчик, который дрыхнет по ночам, как медведь в берлоге, а самое главное – украсть-то надо было дверную ручку! Вот кому нужна дверная ручка? Почему мы не подумали об этом? Почему мы не поинтересовались, что такого в этой самой ручке, чтобы за нее выкладывать целое состояние! Вот почему, а?

Теперь нам предстоит расхлебывать последствия своей невыразимой глупости. Точнее, только мне.

Потому что красивая золотая ручка, с выгравированными на ней крыльями фейри оказалась Ключом от Геенны! Стоило мне схватиться за злополучную металлическую хреновину, как рука прилипла к ней намертво, а невыразительная дверь, которая казалась дверью в нужник, исчезла. Как и то, что было за ней. Теперь вместо нужника в стене зияла бездонная дыра, из которой веяло печеной картошкой, абрикосовым маслом и…ммм…грешниками.

Касаниэль, увидев такое дело, быстренько сделал ноги, забыв даже удачи пожелать! Я то, конечно, успела ему кое-что пожелать, я думаю, что он услышал, что является самым настоящим навозом, извлеченным из задницы верблюда, но, по-моему, он даже не обиделся.

Еще бы. Светленьким-то дыхание Геенны лучше не вдыхать, крылышки замараешь – бюрократы из Парадиза костьми лягут, а не пустят «грязного» в свою обитель. Я Касаниэля понимала, но мне-то что делать?

Рука прилипла к ручке намертво, а дыхание Геенны начинало сводить меня с ума. Это плохо, я годами оттачивала сущность, и потерять я ее не хочу. Я уперлась ногами в стену и попыталась вырваться из хватки Ключа. Уйййй-й, больно же! Прекрасно. На дворе чуть за полночь, на улице поют соловьи и пьяницы, зеленые листочки осин трепещут на легком летнем ветру, а я стою посреди коридора, прикованная к золотой дверной ручке, висящей в воздухе, и не могу сдвинуться с места. Еще и руку чуть не вывихнула. Просто вечер мечты!

Покопавшись в поясной сумке с инструментами, я обнаружила там миниатюрный ножичек. Хм, может руку отпилить? Жалко. Вырастет, конечно, недели через три, а кушать я эти три недели буду на что? Финансы-то на нуле…

Спустя полчаса я отчаялась найти выход из сложившегося положения. Рука пока еще немела, что было хорошим признаком того, что человеческая сущность еще держится, но как объясняться с хозяином, который когда-нибудь проснется и увидит вместо нужника дверь в Геенну, я не знала. Если успею объясниться перед тем, как старика хватит удар.

Делать-то что?

- Опа-на! Зяка, это ты что ли?

Я даже не удивилась. Если я уже битый час сижу возле двери в обитель демонов, то с чего бы мне дивиться, что из этой самой двери демон и вылезет. Я подняла голову.

Демон был из касты Шутников, а это значит, что его отличительными чертами были длиннющие, до самого лба, зеленые ресницы, ярко-синие губы и малиновая шевелюра. И, естественно, не меркнувшая улыбка до ушей.

- Привет, Вулхи, - буркнула я, пытаясь понять, какую выгоду я могу извлечь из того, что из дыры вылез данный конкретный демон. Получалось, что никакую. Этот шкодник такую цену заломит… Однако, поторопиться стоило, дыхание Геенны постепенно смывало мою искусственную сущность, а показаться в Городе в первоначальном виде… мда…

Тем временем, демон с интересом меня разглядывал. Даже потрогал меня за щеку. Как будто проверял, не сделала ли я лицо из смолы.

- Зяка, какая же ты стала уродина, - он ухмыльнулся. – Подлунный мир не красит, а?

Я ответила ему мрачным взглядом.

- Я тоже соскучилась, братик.

Посмотрела бы я на него после сотни лет в подлунном мире, нашему брату чуждом, но вполне пригодном для жизни. Тем более, он-то оценивает мою человеческую форму, а вот первоначальная вроде еще ничего!

Вулхи весело подпрыгнул, превратился в большого паука с человеческим лицом и огромной задницей и повис надо мной на нитке паутины. Я с удовольствием представила, как паутина рвется, и этот боров падает вниз.

- С этого ракурса ты еще уродливей выглядишь, - заключил он, и к падению прибавился громкий шмяк. – Папа будет рад, что ты нашлась.

Ой.

Ой-ой.

Ой-ой-ой-ОЙ-ОЙ-ЕООООЙ!!

- Ну, Вулхи, миленький, давай договоримся, - заканючила я. С папой встречаться совсем не хотелось. А если вспомнить, как мы расстались… - Давай, я тебе пару пошляков найду! Или весёлых хахалей, ты же любишь Страсть!

- О! – Демон разорвал нить и прыгнул, в мгновение ока, принимая первоначальный вид. – Кстати, о еде.

Он вытащил из ниоткуда шуршащий пакетик, который мне, как человеку, показался абсолютно пустым, и начал аппетитно хрумтеть его содержимым. Судя по хрусту, это были…

- Уши сквернослова. Свеженькие. Будешь? Я угощу, - Вулхи протянул мне пакетик.

Уши сквернослова! Еще бы! Конечно… не буду!!!

- Ты себе как это представляешь, идиот? – я рассердилась не на шутку. В детстве это было мое любимое лакомство, но, к сожалению, для того, чтобы вспомнить его вкус, мне нужно было вернуться в первоначальный вид. И тогда плакала моя свобода…

Я, как будто раньше это не было для меня проблемой, освободилась от хватки Ключа и, размахнувшись, влепила братишке хорошую оплеуху.

Демон не ожидал такого подвоха, поэтому, отшатнувшись, свалился обратно в Геенну. Я хорошо слышала его ругань, доносящуюся из дыры. Впрочем, он быстро вернулся, злющий как…демон. Его ресницы злобно трепыхались, а улыбка превратила его лицо в свирепую гримасу.

Но я не обращала на него внимание. Я смотрела на свою, освобожденную от Ключа, руку. Кожа синела на глазах, а сквозь нее стали проглядывать прожилки черного цвета. Это не к добру, я так действительно сущность потеряю!

Вулхи с притворным сочувствием следил, как я лихорадочно ощупываю себя. Особенно его позабавила моя попытка увидеть, не покраснел ли мой нос. Смотря, как я косею на глазах, он покатился со смеху.

- Братик, - протянула я. – Давай ты, это… Проход закроешь, а? – если так дальше пойдет, дыхание Геенны полностью смоет личину, которую я создавала с таким трудом.

Первые два или три года в подлунном мире мне приходилось притворяться старухой, переболевшей оспой. Потому что синяя кожа и черная кровь были не самыми распространенными чертами здешних обитателей. Мне бы не хотелось возвращаться к этой роли. Старуху, конечно, все жалели, но подходить боялись, милостыню если и подавали, то бросали ее издалека, а покупка еды, вообще, была целой проблемой.

Улыбка Вулхи стала откровенно издевательской, я уже готовилась к разгромному отказу, но тут нам помешали.

- А-а-а-ааа, - послышался голос откуда-то из коридора. Мы обернулись. В коридоре стоял хозяин дома. Ночная рубашка и колпак на его голове, не оставляли сомнений, что это действительно был он. Заказчик не врал. Дедуля действительно выглядел божьим одуванчиком.

- Дедушка, ты только не волнуйся, - попыталась успокоить его я. Не волнуйся, ага! Встаешь ты такой, чтобы немножко облегчиться, обнаруживаешь, что ночной горшок полон и идешь в нужник. А вместо комнаты для раздумий обнаруживаешь воющую дыру, подле которой ведут светский разговор два де… демон и человечка, которая, впрочем, потихоньку синеет и явно скоро превратится в невесть что.

- С-с-с-суккуба! – взвизгнул старик и выронил то, что держал в руках. А в руках он держал свой переполненный ночной горшок.

Содержимое радостно вылилось наружу, и воздух в коридоре наполнился соблазнительным ароматом отходов жизнедеятельности… стоп. СОБЛАЗНИТЕЛЬНЫМ?

- Вулхи, закрой проход, - умоляюще прошептала я. Еще чуть-чуть, и я потеряю остатки того, что создавала годами. И демон это знал.

Я с мольбой смотрела на братишку и краем глаза наблюдала, как старичок, тихонько подвывая, уползает в неведомую даль. Главное, чтобы даль не оказалась крутой лестницей, еще свалится ненароком!

Братишка издевательски ухмыльнулся.

- Надо договариваться, Зяка!

«Лиз. Здесь меня зовут Лиз», - отстраненно подумала я.

Некогда мне договариваться!!

- Я согласна, согласна, Вулхи! Только закрой проход!!!

Демон демонически (хорошо, что не ангелически) ухмыльнулся и… прижался спиной к невзрачной двери нужника. Его взгляд мне не нравился.

Совсем не нравился…

- Это… Вулхи, а ты зачем здесь остался? – осторожно поинтересовалась я.

- Как зачем? – демон отлип от двери и теперь с жадным интересом смотрел на обстановку.

Так значит, до этого он из эфира не выходил?

«Конечно, не выходил, - ядовито ответил внутренний голос. – Как бы он тогда аппетитно хрумтел ушами сквернослова?»

Да, что это я? Погодите-ка… вот почему это старик визжал что-то про суккубу! Он просто не видел Вулхи! Да и дыру тоже. Наверное… Он видел только меня!

Как же я выгляжу? Неужели приняла первоначальный облик?

Ужаснувшись, я кинулась вперед по коридору в комнату, откуда вышел хозяин дома. Ага, вот спальня, где у него тут зеркало? Вот же оно, красивое, в полный рост с резной рамой, все как я люблю!

Тьфу.

Вулхи с довольным видом встал позади меня. Конечно, определенное сходство имеется, на то мы и родственники, но принять меня за суккубу? Меня?!

- Он просто ничего не понимает в нашей иерархии, - успокаивающе похлопал меня по плечу Вулхи.

Действительно. Только человек может спутать Суккуба с Шутником! Хотя, сейчас, я не была похожа на Шутника. На человека, впрочем, тоже. Кожа на правой руке полностью посинела, захватив кусочек шеи. Это ничего, длинные рукава, перчатки, легкий шарф – и никто и не подумает, что среди них бродит Высший демон. А вот глаза… Радужка меняла свой цвет каждую секунду. Тут меня спасет капюшон. А можно просто опустить глаза в пол. И в каком месте я суккуба?!

- Ты чего хочешь? – спросила я, глядя на него через зеркало.

- Зяка, не разочаровывай меня, - капризно надул синие губки братишка. – Вспомни, что я хочу попробовать всю свою жизнь?

Я попробовала вспомнить. Потом еще раз. Потом я подумала, что я не видела Вулхи уже почти сотню лет, а это значит, что его вкусы могли измениться, и он совершенно не хочет попробовать…

Я похолодела.

- Вулхи… - осторожно сказала я. – Это же невозможно!

Демон пожал плечами.

- Все возможно, дорогая сестричка. Все. Даже найти страсть праведника! И, знаешь, что, праведника выберу я сам!

Я еще раз посмотрела на свое отражение и поняла: вот теперь я влипла окончательно.

***

Я стояла посреди своей комнатушки, подняв руки над головой, и думала о вечном. Вулхи водил руками вдоль моего тела, наводя морок, и, кажется, результаты его вдохновляли.

Стоило нам покинуть негостеприимный дом, он легко накинул на себя личину человеческой сущности, чем вогнал меня в глубокую депрессию. Мне такое и в лучшие времена было не по силам. К немалой досаде папочки, я уродилась альбиносом. А это значит, никакой малиновой шевелюры, ресницы, хоть и зеленые, достают едва до бровей, а губы лишь слегка отдают синевой, к тому же в улыбку не складываются. В Геенне это является важным, ведь наши отличительные признаки – это диапазон наших способностей. Я очень слаба по меркам Высших демонов.

- Ты там не заснула? – весело спросил Вулхи. Его улыбка, в отличие от моей, всегда была безупречна. Он отошел на шаг и удовлетворенно разглядывал результаты своей работы. – Почти не уродина, - заключил он.

Я подозрительно посмотрела на него и подошла к зеркалу. Оценить.

Оценила. И поняла, что я сейчас кого-нибудь убью…

- Вулхи… - протянула я. – А ты когда последний раз подлунный мир посещал?

- Вчера, - с готовностью ответил братишка.

- Ну да… А если не в эфире, а в телесном воплощении, как сейчас? – вкрадчиво осведомилась я у демона.

Вулхи задумался. Его улыбка чуть опустилась.

- Не помню, - пожал плечами он. – А это важно?

Еще бы, ангелы его забери!

Из зеркала на меня смотрело нечто. Это нечто было рыжеволосым, синебровым, с огромными ресницами, которые по своей длине затмевали даже шикарные опахала Вулхи, а в довершении всего, у него была аппетитная задница и грудь размера эдак восьмого. Вся эта красота была запакована в черное облегающее платье с глубоким, по самое не балуйся, декольте и открытой спиной.

Я даже не знала с чего начать.

Мне следовало ожидать, что из нашей попытки добыть страсть праведника, ничего хорошего не выйдет. Я, конечно, понимала Вулхи, он, как и я, был белой вороной среди наших многочисленных братьев и сестер. Пожалуй, он был единственным из всей орды родственников, о ком я иногда вспоминала. Но если я стала изгоем в собственной семье из-за своего уродства, то Вулхи просто был странным. Он не хотел ограничиваться лишь унынием - основным блюдом меню в касте Шутников. Он мечтал попробовать гордыню бедняка или алчность нищего. Но самой большой его мечтой всегда оставалась страсть праведника. В принципе, все Высшие демоны могли кушать любые эмоции, но в основном мы все-таки были нормальными. То есть, Шутникам доставалось уныние, Подхалимам – гордыня, Кощеям - алчность и так далее. И мы все были довольны. Все, кроме Вулхи.

- Братишка, боюсь, если я выйду в таком виде на улицу, то на меня сбежится посмотреть вся округа. И, боюсь, страсть они испытают в последнюю очередь, - я разглядывала свои рыжие кудри. Прическа ничего, можно оставить.

- А что не так-то? – захлопал глазами Вулхи.

Спокойно, Лиззи, спокойно, он просто демон, который не вылезал из Геенны много сотен лет, он просто не понимает…

Но как можно не понимать настолько очевидное!!!

- Да все не так! - рявкнула я. – Возвращай мне мой старый облик и пошли выбирать праведника! А потом уж я буду думать, как и чем его соблазнять! Ты сожрешь его ангелову страсть, я тебе обещаю, Вулхи! И это случится до рассвета завтрашнего дня!

И это случится, не будь я Зякой фон Джей!!!

***

Немного подумав, я решила устроить братику небольшую экскурсию по Городу. Во-первых, я надеялась на то, что в ходе нашей прогулки нам попадется приличный праведник, а во-вторых, Вулхи не помешает немного ознакомиться с культурой и бытом подлунного мира. А то совсем одичал в своей Геенне.

Идя по центральной улице Города, я то и дело замечала на себе странные взгляды, но основное внимание доставалось, конечно же, Вулхи. Потому что, когда я попросила его возвратить мне мою сущность, он согласился только вернуть мне нормальные глаза. Рука все еще была рукой демона, поэтому пришлось одевать плащ, что в реалиях довольно-таки жаркого денька выглядело странновато. Но при всем при этом, до самого Вулхи мне было далеко, потому что эта зараза, когда накидывала на себя человеческую личину, руководствовалась лишь тем, что у человека две руки, две ноги, два глаза, один нос и так далее. Рядом со мной сейчас шел мужик лет пятидесяти, лопоухий, с шапкой кудрявых соломенных волос, огромным приплюснутым носом, и громадными губами. В довершении всего рост мужика был примерно метр пятьдесят. А еще он был узкоглазым. Даже для жителей Города, в котором жили представители различных рас, это было слишком. Поэтому вниманием нас не обделяли.

Вулхи с интересом вертел головой по сторонам и время от времени мерцал, на мгновения отправляясь в эфир и пробуя эмоции окружающих. О том, что будет, если его мерцание заметят, я старалась не думать.

До полудня было примерно часа два, когда я заметила в толпе гуляющих знакомую фигуру. Оставив Вулхи разглядывать витрину магазина игрушек, я бросилась к напарнику.

Касаниэль выглядел плохо, очевидно после того как он сбежал, оставив меня одну, он отправился в трактир и хорошенько залил им свое горе от потери напарницы. Его прекрасное лицо опухло, глаза превратились в маленькие щелочки, а призрачные крылышки, присущие всем представителям расы фейри, потускнели и обвисли, напоминая две использованные тряпки.

- Лиз! – с трудом сфокусировав на мне свой взгляд, он бросился со мной обниматься. Я легко избежала его объятий и непоправимого не случилось. Пока я не вернула себе человеческую суть, светлых мне лучше не касаться. Как бы я не была обижена на Эля, я совсем не хотела посадить на него метку демона, тем самым лишив его ключа в Парадиз.

- Лиззи, прости меня! – неправильно истолковав мой маневр, фейри совсем сник.

Я приподняла рукав плаща и показала ему свою синюю с черными прожилками руку. Глаза Эля стали резко расширяться, а остатки хмеля покинули его, улетев в далекие края.

- Мне нужна твоя помощь, - сказала я. – Вчера я крупно влипла, благодаря нашей с тобой недальновидности, и теперь передо мной маячит непривлекательная возможность встречи с папой. Как ты помнишь, в мои планы на ближайшие три сотни лет это не входит.

Эль кивнул. На этом мы и сошлись в свое время, лет сорок назад, кажется. Мы оба страшились встречи с теми, кто нас породил.

- Лиз, все что угодно, - прошептал он.

- Не говори такое демону, сколько раз повторять! – рассердилась я.

Касаниэль только вздохнул.

- Что надо сделать? – спросил он.

Я улыбнулась самой широкой из своих неправильных улыбок.

- Тебе не понравится. Но выбора у тебя нет, напарник!

Кажется, фейри понял, что теперь он влип вместе со мной.

***

Услышав, в чем именно ему предстоит участвовать, Эль попытался потерять сознание, но у него ничего не получилось. Мне кажется, больше всего его шокировало то, что его, светлого фейри, хотят припахать к такому безбожному делу, как соблазнение праведника. Он вдруг вспомнил, кто я такая (хотя на протяжении почти сорока лет его это мало интересовало), и начал длинную речь, в которой он во всей красе пытался донести, что два Высших демона являются для него неподходящей компанией. Впрочем, Вулхи понадобилось ровно пять секунд, чтобы заткнуть моего напарника. Ему стоило на краткий миг принять свой истинный облик (благо мы стояли в безлюдном переулке, иначе мне представить страшно, чем бы все обернулось), как Эль быстренько закруглился. Он безмолвно вопиял в мою сторону, надеясь, что я вспомню про совесть и отпущу его с миром. Но я была вынуждена разочаровать его, напомнив, что у Высших демонов совести нет. Совершенно упав духом, Эль покорно отправился вместе с нами выбирать Вулхи праведника, при этом он с таким ужасом смотрел на моего братца, что мне стало смешно. Фейри был весьма высок, я, будучи совсем не коротышкой, едва доставала ему до подбородка, и этот здоровенный бугай цепенел от взгляда той несуразной ипостаси, что носил мой родственник. Стоило нам вернуться на Центральную улицу, я поняла, что привлечь в нашу команду фейри было не самой лучшей идеей. Если раньше мы выглядели просто странно, то когда Эль присоединился к нам, мы стали-таки весьма колоритным зрелищем. Я бы, наверное, тоже удивилась, встретив на улице компанию из одетой в теплый плащ девчонки (на дворе июль), высокого красавца-фейри с трепещущими от страха призрачными крылышками нежно-голубого цвета и неказистого мужика, который достает этому самому красавцу примерно до пупка.

Хорошо хоть, не до поясницы.

Вулхи шел по улице с выражением крайней брезгливости. Я, честно говоря, не понимала, чем вызван такой приступ отвращения, но через некоторое время братец сам ответил на этот вопрос. Он внезапно остановился посреди улицы и произнес:

- Какие же они все уродливые! Особенно, этот, - он кивнул на Эля. Тот побледнел. – Поприличнее никого не нашлось? Хотя бы вампирчика какого в напарники взяла, у них хотя бы зубы красивые!

- Не нашлось, - огрызнулась я. Вся эта история со страстью праведника начинала меня здорово раздражать. Я оглядела толпу и убедилась, что мы все еще привлекаем внимание. – Ты выберешь себе лакомство или нет? Скоро весь Город соберется на нас поглазеть!

Вулхи остановился и укоризненно посмотрел на меня. Потом хитро ухмыльнулся, что было дурным знаком, поднял руку и сказал, указывая куда-то позади меня.

- Вот этого хочу.

Я обернулась.

Верблюжья задница, он что, серьезно?

Мы с Касаниэлем обреченно переглянулись.

Этот несуразный идиот выбрал своей жертвой храмовника!

***

Миссия: соблазнение праведника, акт первый. Действующие лица: я, стараниями двух своих подельников превращенная в сногсшибательную рыжую красотку с огромными буферами и аппетитной задницей; Вулхи, скрывшийся в эфире в ожидании скорой вкуснятины; Касаниэль, наблюдающий чуть со стороны с самым трагичным выражением лица; и, собственно, праведник – мужичок низкого роста и неопределенного возраста в рясе храмовника, глаза которого косят в разные стороны, к тому же смотрят на мир сквозь огромные круглые очки с толстыми линзами. Часы на городской ратуше бьют час пополудни, и я протискиваюсь сквозь толпу к выбранной Шутником жертве. Судя по растерянному взгляду и какой-то общей бесцветности, жертва является летописцем или секретарем, и вряд ли часто покидает пределы святой земли. Тем хуже для него.

- В-ваше святейшество… - блею я, оказавшись у него за спиной.

Мужичок оборачивается, и я вижу, как его глаза за толстыми линзами вылезают из орбит. Да… я тоже довольна своей внешностью! Давай, миленький, пусти пару слюнок, захоти меня, и моя миссия будет выполнена! Вулхи был так великодушен, что согласился довольствоваться и этим. Ну же, ты же мужик, а я чуть сама себя не вожделею, потому что степень моей аппетитности просто зашкаливает!

Но, судя по тому, что Вулхи до сих пор чего-то ждет, мужичок меня не захотел. Странно… Ну, ладно, посмотрим, кто кого!

- Помогите мне, ваше святейшество! – я выгибаю спину, и моя невероятная грудь чуть ли не утыкается в нос жертвы. – Я очень нуждаюсь!

- А… э… кхм, - мужик отодвигается от волнительно-трепыхающегося атрибута моей внешности и пытается посмотреть мне в глаза. Попытка, как ни странно, удается. Одним глазо он на меня точно смотрит. – Что у вас случилось, дитя мое?

Он, что, серьезно? Что у меня случилось? О, у меня многое случилось! Но тебе об этом лучше не знать, дорогой! Я жрать хочу! И знаешь, что? Так как мой вреднючий братец отказался возвращать мне мою человеческую сущность полностью, то я очень, очень, ОЧЕНЬ хочу мизинцев злого гения под майонезным соусом. Или ушей сквернослова с гарниром из цветной капусты. Или улыбку неудачника – главный рацион касты Шутников. На худой конец сойдет и гордыня нищеброда, хотя в Геенне меня от нее подташнивало. И я хочу жрать прямо сейчас.

- Я… я грешна, ваше святейшество, - грустно отвечаю я. Еще бы я грешна. Я – демон, в конце концов!

На лице праведника появляется понимающее выражение. Кажется, он принял меня за девицу легкого поведения, которая осознала свою никчемность. Замечательно!

- Любой грех можно искупить, - назидательно говорит храмовник. – Пойдем со мной, в храм, там тебя встретят добрые люди, они помогут тебе очиститься и вновь открыть врата в Парадиз!

Ничего себе… А праведник-то оказался совсем праведником… Я представила себя, входящую в храм. М-да… Святая земля окончательно смоет с меня личину, и я сразу же провалюсь в Геенну. Нет, разговор явно не туда пошел…

- Я…. я поклялась, что пока я не буду достаточно чистой, я не вступлю на святую землю! – панически отзываюсь я. – Только вы можете помочь мне, ваше святейшество!

Давай, мужик, ты чего? Хотя бы чуть-чуть захоти меня! Ну же!

Но, судя по разочарованной гримасе Вулхи, попытка не удалась. Этот импот… кхм… праведник явно не испытывал ко мне ни капли страсти. Тааак…. Ладно, попробуем тебя немного воодушевить.

Я порывисто обнимаю этого несчастного святого человека, стараясь прильнуть к нему всем телом, и шепчу:

- Только вы сможете мне помочь… Я поняла это, как только увидела вас! Ваши глаза… они…они… - про глаза это я зря, конечно. И как теперь продолжать? Ваши глаза в этих очках кажутся такими огромными, что бросает в дрожь? Ваши глаза столь близоруки, что не видят моих ОГРОМНЫХ достоинств? Или ваши глаза столь прекрасны, что смотрят одновременно на меня и на того парня, который пытается вытащить кошелек у загрустившего Касаниэля? – они… такие добрые… - с надрывом говорю я, одновременно пытаясь подать знак напарнику, что его пытаются обокрасть.

Мужик остолбенел. Кажется, я начала добиваться своего. Я бросаю взгляд на Вулхи.

Нет. Он все еще меня не хочет….

Что же делать? Я не выдерживаю и ору:

- Эль! Карманника держи!

Мужик, которого я держу в объятиях, резко дергается и высвобождается из моей хватки. Он явно ошарашен.

Эль спохватывается и успевает схватить парнишку, умыкнувшего его кошелек.

Вулхи разочарованно материализуется за спиной жертвы.

Первая попытка явно не удалась.

***

- Идиотка! Зачем надо было так орать? – Вулхи, вернувшись в свое нелепое обличье, кружил по глухому переулку, как рассерженная оса.

Я стояла с повинным видом, чтобы братцу было приятно, однако вины своей не чувствовала. Не закричи я тогда, мы с Элем остались бы без праздничного завтрака, который я намеревалась устроить, как только Шутник свалит обратно в Геенну.

- Зяка! Я с тобой, между прочим, разговариваю! – Вулхи заметил, что мой взгляд затуманен, и понял, что получасовая проповедь, которую он мне устроил, пропала зря.

«Лиз. Здесь меня зовут Лиз», - раздраженно подумала я.

- Вулхи, я говорила тебе, что страсть праведника достать невозможно, однако ты упрямо продолжаешь надеяться!

- Все возможно. Особенно, в подлунном мире, - категорично заявил Шутник.

«Ну да, ты же так часто тут бываешь!» - раздражение превращалось в откровенную злость.

Но он прав. Если в Геенне или Парадизе есть определенные догмы, через которые переступить невозможно, то здесь, в подлунном, возможно все. Осталось только найти эту ангелову возможность! Знать бы еще, где искать…

Эль в благодарность за то, что я спасла его кошелек, решил спасти ситуацию, и когда стало ясно, что рыжие красотки господина праведника не интересуют, использовал все свое обаяние фейри, чтобы привлечь его внимание. В итоге жертва все-таки согласилась пропустить стаканчик клюквенного сока в ближайшей таверне. Оставалось надеяться, что мой напарник будет следовать плану, и вместо клюквенного сока праведнику достанется что-нибудь покрепче.

Может, в нетрезвом состоянии храмовник разглядит мои достоинства…

Я устало прислонилась к обшарпанной стене и начала разглядывать свою посиневшую руку.

- Как там Ждорплавель поживает? Все еще любит молоденьких демонесс? – я решила сменить тему, а заодно и разузнать о положении дел в Геенне. Все-таки, сотню лет дома не была…

Вулхи мгновенно остыл. Он исподлобья взглянул на меня, что в свете его человеческой ипостаси выглядело до крайности забавно.

- Глава касты Вдовцов, Ждорплавель, двадцать восемь лет назад отправился к Падшему. Можешь не волноваться, даже если папа найдет тебя, брак со стариком тебе больше не светит.

Вот, значит, как. Мой несостоявшийся жених отправился к Падшему… Это радует. Я все-таки надеялась однажды вернуться домой, в Геенну (лет эдак через триста-четыреста, когда век моего напарника-фейри подойдет к концу), и тот факт, что теперь папе не удастся выдать меня замуж за уродливого демона-Вдовца, внушал надежду на лучшее. Впрочем, я – Шутник-альбинос, а это значит, что на приличную партию надеяться не стоит…

- Вулхи, верни мне сущность, а? – попросила я. – Сил нет, жрать хочу, причем непременно чего-нибудь грешного. Сам понимаешь, мне это недоступно, а еда подлунного мира меня, пока я полудемон, не насытит. Не мучай меня, братишка, ты же знаешь, что я – уродина, которая сама ничего не умеет!

Вулхи тяжело вздохнул, а затем лукаво усмехнулся.

- Лучше пойдем, проверим как там успехи у твоего Светлого! Достанешь мне то, чего я хочу, сразу сущность верну, обещаю, Зяка!

- Лиз! Меня зовут Лиз! – прорычала я.

- Уродливое имя под стать твоей уродливой внешности, - парировал Вулхи. – Пошли уж.

***

Идти в таверну так рано я отказалась, потому что за последние полчаса Касаниэль вряд ли смог напоить праведника, имени которого я так и не узнала. Будем надеяться, что моему напарнику это удастся, я уже почти придумала, что говорить своей жертве в этот раз.

«Дорогой мой Пити, я так ждала встречи с вами, что не могла сдержать эмоций!» - и немножко подправить декольте. Если этот мужик является мужиком, он должен. Должен хоть на пару секунд захотеть меня! Большего мне не надо, Вулхи сожрет его страсть, и все будут довольны.

Но еще рано. Часы на ратуше показывали два пополудни, а это значило, что время до следующего рассвета еще есть. Распрощавшись с братцем, я отправилась в лавку букиниста. Ее хозяин, седой старичок с огромным пивным животом и невероятными по своим размером усами, должен был заказать для меня книгу о…демонах. Я мечтала прочитать об иерархии моего брата глазами людей. Это должно быть так забавно, что я аж облизывалась. Шутник я, или нет? Пес с ним, что я альбинос, потребности-то у меня все те же!

В лавке было многолюдно, но хозяин, увидев меня, быстренько распрощался с непонятно чего хотящим клиентом (который, к тому же, был орком) и переключился на свою постоянную посетительницу.

Я обожала книги. Их запах. Чем старше была книга, тем в больший экстаз я впадала, нюхая ее. И хозяин лавки это знал.

- Лиззи, девочка, ты чего так разоделась? – спросил он, подходя ко мне.

Рука у меня демоническая, дедушка…

- Простудилась, отче, - ответила я. – Знобит.

- Вот как, - искренне посочувствовал лавочник. Я порадовалась, что он не попался на глаза Вулхи, ибо тоже он был явным праведником. – Ты выздоравливай, моя хорошая! У меня появилось то, что ты хочешь. «Демоны и их характеристики», все как ты просила.

О, да… Я просила! Я давно хочу посмеяться над этим фолиантом!

Книга, где касту Стряпчих называют Поварами, а Шутников – Клоунами явно стоит прочитать. К тому же в ней написано, что мы все являемся падшими ангелами, поэтому крылья наши почернели и более не возносят нас в небеса. Крылья, к сведению, есть только у касты Дивов, так что бред это все. Но бред веселый, я невероятно хотела начать чтение прямо сейчас. Но у меня были дела. К сожалению…

И, ангел побери, у меня же нет денег!!!

Данный факт меня совершенно расстроил. Книга, столь желанная, явно уплывала у меня из рук…

Но старичок-букинист решил, что постоянная покупательница заслуживает того, чтобы отдать ей товар в долг.

- Лиззи, я же знаю, ты – порядочная девушка! Бери книгу, ты ведь так ее ждала! А оплату занесешь потом, когда деньги появятся! – старичок, мило улыбнувшись, сунул фолиант мне в руки и выпроводил из лавки.

Я стояла под жарким солнцем в теплом плаще, книгой в руках и думала. Этот человек назвал меня порядочной! Порядочной! Позвольте представиться, Зяка, демон-Шутник, в народе меня называют порядочной…

Какое оскорбление для нашего брата…

Я сунула книгу под плащ и отправилась в таверну, надеясь, что выбранный Вулхи праведник уже дошел до кондиции.

Надо заканчивать с этим делом.

***

Миссия: соблазнение праведника, акт второй. Место действия: дорогущая таверна в центре Города. Действующие лица: я, пока еще в обычном обличье и с синей рукой, Вулхи, сидящий за столом в своем идиотском виде, Касаниэль, практически трезвый, но уже немного расслабившийся; и наш любимый праведник, который явно не понимает, почему его так развезло с клюквенного сока.

Кстати, об этом.

- Вы с ума сошли? – шиплю я, подсаживаясь к веселой компании собутыльников. – Мы же собирались его немного напоить. Ключевое слово: немного! А не так, что бы он падал под стол!

Праведник, к слову, еще пока не падает, но уже близок к этому. Слегка расслабившись, он снял свои очки и явил взору свои прекрасные глаза, в которые лично я теперь не могу смотреть в принципе. Честное слово, это парень - феерически косой! Эль, который провел с ним времени больше всех, в данный момент занимается тем, что панически пытается собрать в кучку свои собственные глаза, а Вулхи истерически хохочет, глядя на эти попытки.

- Сестренка, не сердись, - сквозь всхлипы говорит Вулхи, - зато как весело, а? Эй, Далин, - окликает он праведника. – А теперь посмотри на потолок!

Праведник Далин послушно переводит взгляд на потолок, и Вулхи вновь заходится гомерическим хохотом.

Я сижу с самым постным лицом, смотрю на загрустившего Касаниэля, и мы оба понимаем, что он перестарался. Мужик уже мало что понимает, толку-то теперь от него.

Вулхи весело.

Я же понимаю, что такими темпами до рассвета завтрашнего дня могу и не успеть. Эта мысль роняет меня в объятия черной меланхолии, и я, забывшись, прошу подавальщика принести мне стакан темного эля и уши сквернослова на закуску. Жрать хочется так сильно, что у меня сводит скулы.

- У-у-уши скве… Что-что вам на закуску? – парень-подавальщик чуть ли не падает в обморок от моего заявления.

Идиотка!

Я свысока смотрю на несчастного и делаю вид, что он давно не чистил СВОИ уши и, тем самым, заставляет повторять очевидное.

- Не уши скве, а свиные. Копченые. У вас есть? – с напором спрашиваю я.

Парень усиленно кивает, отчего начинает походить на болванчика, и исчезает.

- Свиными ушами ты не наешься, сестричка, - Вулхи хитренько смотрит на меня.

Я прекрасно понимаю его правоту, но, тем не менее, продолжаю сидеть с самым постным выражением лица. Моя новенькая книжка жжет мне карман, желудок прилип к позвоночнику, а тот, кто мог бы избавить меня от этих мучений сидит, растекшись по лавке, и смотрит в потолок, что в его исполнении значит: один глаз наблюдает, как один из подавальщиков зажигает свечи, а другой изумляется ловкости огромного паука, поедающего муху правом углу.

- Лиззи, может, давай завтра? – неуверенно спрашивает Эль.

Завтра я намереваюсь заняться совсем другим! Например, найти заказчика, который втравил меня в эту историю и хорошенько его проучить. Пока что я еще не придумала, каким образом я буду это делать, но за этот веселый денек должен кто-то заплатить.

И я знаю, кто это будет.

Передо мной появляется огромная кружка, наполненная темным элем и небольшая тарелочка с ушами «скве», то бишь свиными. Если бы я была сейчас полностью человеком, их вид бы показался мне аппетитным, однако моя смешанная сущность не дает мне ощутить даже их вкуса.

Ангелы забери, я хочу жрать!!!

Я махом выпиваю содержимое кружки, мрачно смотрю на пьяного в хлам праведника и понимаю, что мой напарник прав. Ничего у нас сегодня не выгорит.

Я молча киваю подавальщику, чтобы он налил еще, устраиваюсь поудобнее и достаю книгу. Пошло оно все к ангелам и их Высшему. Я собираюсь получить удовольствие. Хотя бы так.

Я не успеваю прочитать и двух срок, как случается кое-что невероятное.

Праведник внезапно отрывает взгляд от потолка и фокусирует его на книге (честное слово, у него даже косоглазие исчезло!).

- А… это… девочка моя, - блеет праведник Далин. – Откуда у тебя эта прекрасная книга? – он говорит с придыханием, как будто сейчас задохнется.

Я сердито смотрю на него.

- Купила, - нелюбезно отвечаю я.

- Это… это же… «Демоны и их характеристики»! – кажется, у него перехватило дыхание. – Это… уникальнейшее творение! Я… я так давно хотел прочитать ее… - Далин закусывает губу.

- Не дам, - бурчу я. Сама почитать хочу, обойдешься, пьяница несчастный. Вот захотел бы ты меня тогда…

- А… а… а если я... – тяжело дышащий праведник вскакивает с лавки и умоляюще смотрит на меня. – У меня есть уникальный экземпляр «Ядов всех мастей». Я дам тебе его прочитать, если ты дашь мне… дашь мне… дашь мне… - мужик просто не может закончить фразу, так он возбужден.

Вулхи исчезает в эфире.

Касаниэль пытается подобрать отвисшую челюсть, ибо он тоже это видит.

Он видит, как демон-Шутник, мой братец, лакомится страстью праведника!!!

***

Солнце неторопливо опускалось за горизонт, окрашивая все вокруг в оранжево-розовый цвет. Я, счастливо щурилась, вновь ощущая себя человеком, и с жадностью поедала жареную куриную ногу, запивая ее вишневым вином прямо из горлышка бутылки.

Мы с Касаниэлем сидели на крыше дома, визит в который завертел всю эту историю, и наблюдали, как этот не самый приятный из наших дней, заканчивается.

Вулхи, наконец-то попробовав то, о чем мечтал практически всю жизнь, не только вернул мне мою человеческую сущность, но и великодушно подарил нам пятьдесят золотых – наше вознаграждение за неудавшийся заказ. Откуда он эту сумму взял, я предпочитала не думать. Хотя… Какая мне разница, я же демон, хоть и живущий среди людей.

Касаниэль был мрачен, хотя и пытался это скрыть. Его крылышки трепыхались на ветру, время от времени окрашиваясь в траурно-черный цвет.

Я, не выдержав, поинтересовалась, чем он так недоволен.

- Я в этом участвовал, понимаешь? – с самым трагичным выражением лица сказал Эль. – Конечно, мне самому вход в Парадиз вряд ли светит, во-первых, я - вор, во-вторых, моей напарницей являешься ты. Но тот парень, Далин… - Эль вздохнул. – Я помогал вам закрыть врата для него! А ведь он заслуживает после смерти попасть к Высшему!

Я в ответ смогла только расхохотаться…

- Не смешно, Лиззи! Далин попадет в Геенну только потому, что твоему братцу приспичило попробовать что-то особенное! Он не заслуживает такого!

- Не заслуживает, - я вытерла выступившие от смеха слезы. – Он и не попадет в Геенну, ты о чем?

- Но ведь… - Касаниэль растерялся. – Он же совершил грех!

- Миленький мой Элечка, - я решила быть поласковей. – Если бы вход в Парадиз был закрыт для каждого, кто, хоть раз, совершил небольшой грех, там было бы совсем пусто! Тем более, ты серьезно считаешь, что страсть к книгам является грехом? Вулхи, как и я, немного неправильный демон. Страсть – слишком многогранное чувство. А смертным грехом является лишь одна его грань – похоть. И не просто похоть, а поклонение ей. Конечно, если бы этот Далин меня захотел, его страсть была бы намного вкусней, но, как видишь, моему братцу хватило и страсти к книгам.

- Правда? Далин все еще может попасть в Парадиз? – с надеждой спросил повеселевший Эль.

- Правда, - кивнула я.

Конечно, заверения демона многого не стоит, но именно мне Эль доверял.

Напарник крепко меня обнял и прошептал.

- Я так люблю тебя, Лиз. И знаешь, я готов попасть в Геенну, если ты пойдешь со мной. Ты же не дашь меня там в обиду, правда?

Я улыбнулась.

- Конечно, не дам! В конце концов, я ведь тоже тебя люблю!

Спасибо за чтение

Вернуться к книге