Как спрятать скелет в шкафу
Глава 1
10 часов до ходячей катастрофы
— А что мне за это будет?
Веснушчатый сын соседа по имени Дарий требовательно протянул руку.
— Я же вчера тебе целый пакет с конфетами отдал, — вздохнул Рэй.
Это правда. Сам Рэй категорично не ел сладкое, а тётушка продолжала дарить конфеты да шоколадки. Каждый раз домой он привозил несчастные эти гостинцы, словно тоже был подростком. А ему, на минуточку, в следующем году 25 лет исполнится.
— Вчера не считается. Если надо бежать до вашего отдела, который аж через шесть домов, то все конфеты во мне растрясутся.
Рэй вздохнул и хлопнул ему на ладонь купюру. Заплатить проще, чем спорить.
— Только быстрее. Запомнил, что сказать?
— Запомнил, чего тут помнить! Вы придёте к 11 утра, плохо себя чувствуете, дозвониться и предупредить не получается, поэтому отправили меня.
— Молодец, бегом, — поторопил Рэй, взглянув на наручные часы. 8:13. Отлично. У него пара часов в запасе. Всё должно быть хорошо.
Пацан фыркнул.
— Пожалуйста! — добавил Рэй.
— У вас тут что-то на щеке… — присмотрелся Дарий. — И на лбу? Это что?
— Аллергия. Может, побежишь уже?
Парнишка шутливо отдал честь и рванул по лестнице вниз.
Рэй вернулся в квартиру, потирая руки и шею. Проходя мимо зеркала, посмотрел на своё пятнистое отражение и оттянул воротник. Потрогал прямой нос, большой лоб, припухлые щёки. Карие глаза выражали вселенскую тоску. Как же не вовремя! Ужасно не вовремя. Это случилось именно сейчас, когда нужно быть на хорошем счету на своей первой в жизни работе! Позорно появиться в таком виде перед вечно опрятным шефом, который иной раз напоминает породистого пса с родословной до десятого колена. И тут Рэй, как прыщавый юнец, только хуже — пятна по всему телу… ну уж нет!
Надо пережить пару часов, и всё наладится, успокаивал себя Рэй, лихорадочно роясь на полках.
Да где же она? А, вот!
Рэй стряхнул пыль со старинной шкатулки и поднял крышку.
СКЕЛЕТ №1
5 часов до ходячей катастрофы
Помощник судебного пристава. Звучит потрясающе! А ещё лучше будет звучать — судебный пристав. До 25 лет Рэй обязательно должен подняться в должности. Почему именно до 25, он и сам не особенно понимал, но число красивое, да и считается, что к этому возрасту ты обязан чего-то достичь.
Старшему приставу Захарию, его прямому начальнику, как раз лет 29. Вот на него можно равняться!
Любил ли Рэй свою работу? Он пока не раскусил. Большим плюсом была близость к дому. Районный отдел магических судебных приставов находился на соседней улице. Ну и, конечно же, как любой новоиспечённый выпускник-законник, Рэй горел огнём справедливости и поиском интересных дел. А приставы как раз вершили правосудие. Если ты провинился перед законом, и суд это подтвердил, то будь готов, что к тебе явятся приставы и потребуют твои магические вещи в уплату долга.
Приставы занимались исполнением судебных решений, а именно розыском должников, наложением ареста и изъятием магических артефактов. Работа пыльная, не очень благодарная, но всё-таки необычная. Загвоздка в том, что Рэй, как помощник, пока имел дело только с канцелярским трудом: документацией, архивом, почтой и мелкими поручениями.
Поэтому он мечтал — скорее бы на настоящее дело поехать! Уж он-то себя покажет. Да и прошёл почти месяц, пора бы.
Отдел располагался на первом этаже жилого дома, кабинеты тесно примыкали друг к другу, коридорчик был узкий и обшарпанный. Районный отдел, что сказать. Но для Рэя это не имело значения. Важна лишь работа!
Маленький кабинет был погружён в атмосферный полумрак: зашторенные окна, запах старой бумаги, стеллаж с документами во всю стену, коричневый линолеум, два пустующих стола. Один из них принадлежал Захарию, шефу. Второй — его невесте Орланде, миловидной девушке-приставу с проницательными зелёными глазами.
А ещё существовал третий стол, и за ним сидел Рэй, который в своей мешковатой серой кофте отлично сочетался со средой кабинета.
Рэй уныло миловался с калькулятором, выписывая долги очередного мага, когда широкими шагами в кабинет вошёл старший судебный пристав-исполнитель, лейтенант внутренней службы Захарий. Подтянутый, собранный, в застёгнутой на все пуговицы тёмно-синей форме. Он постоянно носился туда-сюда, но чудесным образом умудрялся выглядеть с иголочки.
— Так, у нас опять десятки выездов, а сотрудников нет. Болеют все, кому не лень! — Прямой начальник Рэя швырнул на свой стол кипу бумаг. — Ора тоже на больничном, отдала мне несколько дел. Хотя бы ты на рабочем месте! Пора тебя приобщать. Аврелий, едешь со мной сразу к двум должникам. Можешь считать это боевым крещением.
Рэй изумлённо оторвался от своих документов и расплылся в торжествующей улыбке.
— А чего у нас так темно? — Захарий щёлкнул выключателем, и Рэя ослепило вспышкой света. — Так, держи. Всё изучи немедленно! — Шеф бросил ему новую стопку и снова ринулся из кабинета, на бегу крикнув: — Жду у выхода через полчаса. Без опозданий!
И Рэй не опоздал. Он топтался у машины Захария, сияя как начищенный чайник. Папка в руках, сумка через плечо, глаза горят. Но ждать пришлось как раз Захария. Впрочем, ему это было простительно. Он вечно в делах и крутится словно заведённый. К тому же, как и большинство новичков, Рэй верил в непоколебимый авторитет руководства. Начальство не опаздывает, начальство задерживается.
Спустя ещё полчаса шеф и помощник уже мчали в машине к первому должнику. Чтобы замаскировать неловкую паузу, Рэй пролистывал и так выученное наизусть дело. Случай стандартный и довольно скучный, надо признать: налоговая задолженность. Должником был зарегистрированный маг — врач с редким именем Борий, поэтому дело попало именно к магическим приставам.
Итак, они ехали на место жительства мага, чтобы исполнить судебное постановление, то есть — переписать для изъятия принадлежащее ему магическое имущество.
~
3 часа до ходячей катастрофы
Рэй переступил порог с замиранием сердца и обвёл неискушённым взглядом холостяцкую квартиру. Гора предметов была свалена на ковре у стены, прямо в коридоре.
Захарий привычно общался с двумя соседями, которых пригласили в качестве поняты́х. Помощник неловко вертел в руках ручку и планшет с прикреплённым листом, не зная, чем себя занять.
— Чего стоим? Описываем! — шикнул Захарий, развеивая его сомнения.
Рэй крепко вцепился в ручку и, сделав умное лицо, приступил к описи.
Хмурый маг-должник Борий стоял в дверях спальни со скрещёнными на груди руками.
— Сапоги-скороходы, одна пара, — перечислял Рэй, склонившись над ворохом предметов.
— Я таких на рынке уже лет 10 не видел, раритет, — пробормотал Захарий. — Записывай.
— Горшок-кашевар, одна штука. Срок годности истёк.
— Бесполезный хлам. Давай следующее.
Маг недовольно закатил глаза.
— И когда теперь мои вещи вывезут?
— Во-первых, уже не ваши, извините. Во-вторых, вы подписали документ, вон у вас там всё отражено. В течение 10 дней, — кинул ему Захарий.
Если бы взгляд Бория мог прожигать, то форма лейтенанта бы уже полыхала.
— Птичья клетка, одна штука. Стоимость не могу определить. Подскажите, пожалуйста, — прошептал Рэй.
— Погоди. Не похоже на магический предмет, — Захарий задумчиво повертел клетку и обратился к магу: — Какие у неё свойства?
— Держать птиц? — хмыкнул Борий. — Не в прямом смысле. Это обычная птичья клетка, купил для своего любимца.
— И где птица?
— Улетела, — грустно вздохнул маг. — Точнее, не она, а он.
— Ладно, идём дальше, — перебил Захарий. — Это что? — Старший пристав кивнул в угол, где под серым покрывалом спрятался какой-то массивный предмет. Рэй приблизился и сдёрнул ткань. — Деревянный шкаф. Волшебный?
— Нет, — быстро сказал маг, подбегая. — Он не для списания! Господа приставы, этот шкаф мне дорог как память.
— Мы сами разберёмся. Вы должны покрыть долг на определённую сумму, и у вас сейчас недобор. Аврелий, осмотри шкаф.
Повинуясь, Рэй потянул на себя скрипучую дверцу и тотчас отпрянул в сторону. Из щели на него вывалился человеческий скелет в полный рост. С желтоватого черепа сорвалось что-то разноцветное и, зашелестев крыльями, взмыло под потолок. Все присутствующие дружно охнули и уставились наверх.
Маленькая пёстрая птичка закружила вокруг тусклой лампы. Её радужное оперение завораживало, Рэй никогда не видел такой красивой птицы вживую! Зелёная голова, фиолетовая грудь, голубое брюшко, бирюзовые крылья. Птичка казалась случайным фейерверком, снопом ярких искр, феноменальным открытием, которое Рэй внезапно, но собственноручно произвёл.
Мгновение спустя наваждение исчезло.
Птичка заметила открытое окно и вылетела на свободу, переливаясь всеми цветами радуги. Вот только что приготовила эта свобода? Рэю стало не по себе. Выживет ли хрупкое создание на улице? Приспособлено ли? Или кошки задерут при удобном случае…
В полной тишине Захарий громко втянул ноздрями воздух и сухо произнёс:
— По крайней мере, понятно, для кого клетка.
Поражённый маг держался за грудь.
— Я-то думал, он улетел! Я так переживал! А он спрятался в шкафу, и я случайно его закрыл!
— Зато вот сейчас точно улетел. Сочувствую. Аврелий, хватит обжиматься со скелетом. Зачем он тут, кстати?
— Экспонат с кафедры, — Борий осторожно вернул скелет в шкаф. — Помимо врачебной практики я ещё преподаю анатомию в университете.
— Так, Аврелий, а ты проверил сам шкаф? Есть признаки магии? Работаем-работаем, не ворон считаем! У нас ещё один выезд.
Рэй отвернулся и принялся осматривать шкаф.
СКЕЛЕТ №2
2,5 часа до ходячей катастрофы
— Шкаф не волшебный! — живо доложил Рэй после осмотра.
Захарий пригладил светлые волосы, быстро соображая. Рэй тоже знал: если не получится добрать сумму долга магическим имуществом, придётся накладывать арест на обычные предметы.
— У вас точно больше нет магических вещей?
— Всё здесь, вы сами видите.
— Понятно, — произнёс Захарий. — Придётся описывать обычные вещи.
Рэй кивнул и снова обвёл взглядом помещение.
~
32 минуты до ходячей катастрофы
Они успели и на второй выезд, случай более интересный: наложение ареста на магическое имущество по уголовному делу. Пришлось описывать ворованные предметы. Рэй ориентировался чуть смелее, но Захарий даже не похвалил.
Ни жив, ни мёртв сидел Рэй в его машине по пути домой. Захарий предложил подкинуть до парадной, потому что «всё равно надо заехать в отдел, отвезти доки и кое-что глянуть».
— Как мой первый день? — наконец не выдержал Рэй.
— А, неплохо, — откликнулся задумчивый шеф, поворачивая руль. — Неплохо, неплохо. Освоишься. Извини, голова забита, столько вопросов ещё нужно решить.
— Конечно, — поспешно ответил Рэй, внутренне укоряя себя, что влез под руку занятому начальству. — Спасибо!
~
4 минуты до ходячей катастрофы
Вечер расцветал. Благоухала сирень под окнами, в небе кричали стрижи. Рэй смотрел вслед отъезжающему авто, стоя у парадной своего дома. Который он, кстати, очень любил, хотя жил здесь всего полгода после смерти бабушки.
Это был двухэтажный кирпичный домик серого цвета в череде таких же. В провинциальных городках этажи не поднимались выше пятого. Узкие окна, три парадные, в каждой по две квартиры на этаже. А ещё дом окружало собрание пышных тополей!
Рэй улыбнулся уходящему дню, не подозревая, что готовит вечер.
Поднявшись по широкой лестнице на второй этаж, он замер на последней ступеньке.
Босой двадцатилетний парень в белых штанах опирался спиной на его входную металлическую дверь. Голый торс он прикрывал ковриком с надписью «Добро пожаловать». Но на этом странности во внешности не заканчивались. Вьющиеся ярко-зелёные волосы приковывали внимание, а лезущая в глаза чёлка дополняла эксцентричный образ.
— Добрый день, — еле выдавил Рэй.
Мальчишка окинул его дерзким взглядом с головы до ног и пугающе улыбнулся. Да, улыбка показалась Рэю именно пугающей — он абсолютно не понимал, чего ожидать от незнакомца.
— Привет! — звонко произнёс парень, не двигаясь с места.
— Вы… ты кто? Я тебя знаю?
— Конечно! Меня зовут Жан, ты освободил меня, и я немного поживу с тобой, — Мальчишка продолжал улыбаться, только теперь это по-настоящему ужасало.
— Ты что, с ума сошёл? — вырвалось у Рэя. Он резко преодолел расстояние до незнакомца, отпихнул его плечом и загородил собой дверь.
Назвавшийся Жаном неохотно отступил в сторону.
— Шутка несмешная. Если вы с Дарием решили меня разыграть, то передай, что никаких конфет он больше не получит. И это мой коврик! Отдай, — Рэй протянул руку, копируя движение Дария сегодня утром.
Парень без колебаний отдал ему коврик, оставшись в одних штанах. Почему он был полураздет — непонятно, но всё это очень напрягало. Шутка затянулась. Рэй бросил коврик на плиточный пол и повернулся к парню спиной, вытаскивая ключ. Открыв дверь, он намеревался зайти в квартиру и оставить странного мальчишку позади, но тот весело произнёс:
— Ну что же ты не оценил мои штаны?
Рэй повернулся к нему. Штаны как штаны, светлые, широкие, хлопковые. Подождите-ка…
— Это что, моя пижама? Ты украл мою пижаму? Серьёзно?
— Одолжил, — поправил воришка. — Дело было так: я влетел через открытую форточку. Надел штаны. Решил не шокировать сильно, поэтому больше ничего не взял. Кстати, у тебя дикий беспорядок в комнате.
Рэй открывал и закрывал рот, не в силах ответить. Но, как начинающий служитель закона, он довольно скоро взял себя в руки и, откашлявшись, сказал:
— Я вызову полицию.
— Нет, не вызовешь, — подмигнул парень. — Я спрятал у тебя в квартире чужие, украденные мной вещей. Причём, очень ценные. Вероятно уже в розыске.
— Ты ненормальный! Я расскажу про ваши с Дарием шутейки отцу! — Рэй попытался шагнуть к двери соседа, но шутник выставил вперёд ладони, останавливая. — Что происходит вообще? Кто ты такой?
— Меня зовут Жан, — повторил он. — И ты сегодня спас меня. Выпустил из шкафа. Помнишь? — и добавил чуть тише, с мольбой: — Я не могу к нему вернуться. Можно я поживу у тебя?
Рэй замолчал и даже перестал моргать. Некто Жан не выдержал и щёлкнул пальцами у него перед носом.
— Эй! Я ведь могу у тебя перекантоваться?
— Ты оборотень? — Рэй больно ущипнул себя, но нет, это был не сон.
— Меня зовут Жан, — нервно оглянувшись в пустой парадной, парень поёжился, будто от холода. — Я всё расскажу, если впустишь.
~
Жили как-то на свете два закадычных друга, два славных охотника. Да не на кого-нибудь охотились, а на нечистую силу. Много бродили они по земле, много тварей извели, многим добрым людям помогли. И вот однажды во время странствий решили они на ночь остановиться в незнакомой деревне. Постучались в первый же дом. Хозяева с радостью их приветили и к столу пригласили. Только чем темнее за окном, тем смурнее муж и жена.
— Почему вы, милые хозяева, пригорюнились? — спросили их охотники.
А хозяева и рассказали, что повадился к ним оборотень из лесу. Каждую ночь кур потрошит или свиней тащит. И подходить к нему боязно, задерёт ведь. Хотят уже всей деревней ловить проклятого. Тогда охотники ответили — не нужно самим ловить, мы подмогнём! Обрадовалось семейство и постелило им в хлеву, чтобы удобнее было оборотня подстеречь. Друзья приготовили сети и вилы, залегли на соломе и стали ждать зверя.
~
На плите кипел чайник. Жан сидел за столом, по-детски подпирая острый подбородок кулаками. Рэй вбежал на кухню, бросив Жану майку, и выключил газ.
— Одевайся. Может, тебе принять душ? — Рэй поставил перед Жаном кружку горячего чая. — Хочешь есть?
— Я уже съел паука из твоей спальни, когда прилетел, — поделился Жан. — Ой-ой-ой! — Гость поднял кружку, но не удержал, и керамические осколки разлетелись по полу. Пролитый чай океаном разлился под стулом Жана. — А в душ да, было бы здорово, — пискнул он.
— Я сам уберу, — предупредил помощник пристава. — Не двигайся! Просто не двигайся, сиди на месте, очень тебя прошу!
Пока Рэй возился со шваброй, Жан натянул майку и поморщился:
— Ох, белая. Я больше разноцветные вещи люблю. Но у тебя с этим плохо, я знаю. Тебе бы сменить гардероб.
— Так, всё, рассказывай, — Рэй наконец бухнул свою кружку на стол и уселся напротив Жана. — Кто ты?
— Я Жан, мне 19, скоро 20.
— Это понятно! Что ты?
— Ты догадался, — Он пожал плечами и громко отхлебнул чаю из кружки Рэя. — Я тот самый птиц, которого ты выпустил. Сиреневогрудая сизоворонка. Оборотень.
Но оборотней не существовало.
По крайней мере, официально.
Никто о них не слышал более ста лет, а последнего оборотня, говорят, сожгли в его же доме. Варварский метод. Но никто в то время не любил полу-людей, полу-животных. Оборотничество считалось неправильным, неестественным, идущим вразрез с природой. В деревнях на них вешали убийства домашнего скота, в городах — убийства людей. Так было проще, так было удобнее. Несмотря на множество старых книг и исследований об оборотнях, вряд ли имелась достоверная информация. В итоге оборотни превратились в туманную легенду.
В современном мире для них не было места.
— Ты шокирован меньше, чем я ожидал, — Жан почти не переставал улыбаться. — Я жил у мага в клетке пару лет. Он выпускал меня очень редко, всегда держал взаперти.
— Как так вышло? Как вы познакомились?
— Я подрабатывал у него лаборантом в университете. Борий — врач, но иногда преподаёт, — пояснил Жан. — Он узнал, что я оборотень, попросил доказать, а дальше… просто поймал.
— Ты не единственный оборотень в мире?
— Я никогда не общался с себе подобными, — снова пожал плечами зеленоволосый птиц.
— Всё это, конечно, очень увлекательно. Но мне тоже нужны доказательства.
— Ловить не будешь? — подозрительно сощурился он.
— Не переживай. Просто хочу убедиться.
— Ладно!
Жан принялся стягивать с себя майку.
— Ну и что ты делаешь?
— Мне надо раздеться, чтобы перевоплотиться, — Птиц замер и посмотрел на Рэя как на идиота. — Я думал, ты хоть что-то знаешь про оборотней.
— Почему я обязан о них вообще знать? Иди в ванную, пожалуйста.
— Будет сделано, — язвительно произнёс Жан и выпорхнул из-за стола — по-другому не сказать. Его человеческая натура, похоже, сильно отражала птичью. Или наоборот.
А спустя пару минут он выпорхнул уже из ванной, теперь в виде юркой пёстрой птички. Рэй подал ладонь. Цветной комочек перьев мягко опустился, царапнув когтями фаланги пальцев, и сложил бирюзовые крылья.
Итак, оборотни существуют до сих пор. Невероятно. Рэй был в восхищении.
Но тут же сник.
Жан ведь жил в клетке мага, стал его домашней птичкой. Принадлежал ему. Но при этом был магическим существом, не вполне человеком и не вполне животным. Животные считались имуществом в юриспруденции, хотя судебные приставы не могли их списывать. Но считаются ли оборотни магическим имуществом? Должен ли Рэй вернуть Жана собственнику? Или рассказать Захарию?
Помощник судебного пристава не знал, как поступить правильно.
Для оборотней нет закона.
~
Ждали-ждали друзья зверя той ночью и наконец дождались. Вот он, волколак, зашёл в хлев! Огромные глаза горят как медные монеты, с клыков слюна ядовитая капает, лапищи чёрные, когти острейшие. Кинулся было к курам, но тут его охотники и подловили, бросили сеть. Только завидел их оборотень, извернулся и не попался в ловушку, испугался и прочь сбежал.
Друзья остались ещё на один день и одну ночь. Знали они, что оборотни не в лесах водятся, а в домах живут и днём надевают человечью личину. Поэтому стали охотники в разные двери стучаться да расспрашивать всех. Но так к вечеру и не разгадали оборотня.
Снова взошла луна, и охотники спрятались на том же месте в хлеву. Вернулся оборотень, и в этот раз друзья оказались ловчее. Сумели поймать в сети да вилами ранить. Но удалось оборотню порвать путы да сбежать.
На рассвете охотники пошли по домам. Искали они раненного ночью оборотня, но никак не могли найти. Один лишь дом пустовал: хозяева спустились к реке. Там друзья их и нашли. Жена молодая бельё простирывала, склонилась над водой и подол приподняла — охотники глядь, а на ноге-то ранка свежая видна! Девица и есть оборотень, стало быть.
~
Жан, насвистывая, вышел из ванной, опоясанный одним полотенцем и придерживая на голове второе.
— Как давно я не бывал в хорошем душе! Как приятно быть человеком! А где я буду спать, в гостиной, на диване? Жаль, что у тебя всего две комнаты! Поживу и уеду из города, — щебетал он, заходя в спальню Рэя. — Ой, ты усугубляешь беспорядок…
Рэй выкидывал вещи из платяного шкафа и шарил по полкам.
— Где ты их спрятал?
— Кого?
— Не кого, а что. Ты шантажировал меня ворованными вещами! Уже можно сказать, где они.
Жан рассмеялся своим непринуждённым смехом, который начинал раздражать.
— Это была шутка, чтобы ты разрешил мне остаться. Но всё остальное правда, — тут же переключился на серьёзный тон Жан, заметив возмущение Рэя.
— Ну и денёк, — Рэй тяжело опустился на кровать и обхватил голову руками.
— Может, ты отдохнёшь, а я тут наведу порядок? Чтобы хоть как-то отплатить за твою доброту, — предложил Жан. — Я могу красиво разложить вещи по полочкам. Я так тебе обязан, честно, Рэй!
Жан впервые назвал его по имени.
— Я Аврелий.
— А сокращённо звучит звонче!
Рэй махнул рукой.
— Как ты меня нашёл? И откуда знаешь?
Пернатый снисходительно улыбался. У него имелись улыбки на все случаи жизни. Пожалуй, самая живая мимика, какую встречал Рэй.
— У тебя же на двери прибита табличка с именем и фамилией.
Точно. Как и на всех квартирах. Вот дуралей, рассердился на себя Рэй. Ему и правда надо отдохнуть.
— Я летел за вашей машиной. А именно в твою квартиру попал случайно, я не знал, чья она. Где была форточка открыта, туда и сунулся. А потом сразу выбежал тебя встречать. Я надеялся, что мне кто-то поможет. Или ты, или тот второй человек. Вы же законники. Вы же за справедливость, да? — Жан снова лучезарно улыбался.
— Да, — кивнул Рэй, но хотелось бессильно уронить голову на руки.
На чьей стороне закон в этом случае? Как поступить?
~
Охотники схватили девицу и давай расспрашивать — ты ли волколак, что повадился к соседям?
— Я по совести живу, — плакала девица. — Да, оборотень я! Но к соседям по ночам не хожу, курей чужих не трогаю, свои у меня есть! А поранилась я калиткой, когда из дому выходила.
Верный муж вступился за жену и клялся, что все последние ночи она с ним в постели провела, не отлучалась.
— Выгораживает жену подлую! — заговорили на деревне. — От оборотня добра не жди! Того и гляди, на людей безвинных нападать начнёт. Голову бы ей отрубить! Да и муженьку заодно.
Тотчас собрали люди совет и порешили — казнить поганого оборотня вместе с мужем-пособником. Заперли их в хлеву и стали готовить место для казни. Один охотник помогать пошёл, а второй охранять остался. Слышал он, как горько они плакали и молили. Не вынес охотник искренних слёз, сломал двери и отпустил обоих в лес.
~
Рэй постелил ему в гостиной на диване. Жан с радостью сбил простыни и почти по-детски закутался с головой в своём новом гнезде. После двух лет в клетке жизнь в уютной квартире на уютном диване наверняка казалась ему райской возможностью.
Сам Рэй ворочался, скрипя кроватью, всю ночь. Отпустить Жана или отдать владельцу? Кем считать оборотня: свободным человеком или собственностью? Конечно, хозяин из мага был неважный, судя по словам пернатого недоразумения. И в таком случае возвращать не стоило. Но оборотень — магическое создание. А значит, он теоретически может быть магическим имуществом.
Если оборотень — магическое имущество, то обычные вещи Бория не подлежат аресту. Вместо них будет Жан.
Рассвет застал Рэя на кухне с зелёным чаем и стопкой книг на столе.
Зевающий птиц, закутанный в одеяло, прошлёпал босиком из гостиной и плюхнулся на свободный стул.
— Я похож на кокон гусеницы? — хохотнул он, потирая глаза. — Кстати, я люблю есть гусениц. А можно взять у тебя ярких вещей? Их мало, я видел, но всё-таки. Мне нужно яркое оперение. Одежда, в смысле. Яркая одежда. Хорошо? Какая приятная ткань у твоего одеяла! Чай? — Жан одним глотком выпил чай из кружки Рэя. — Как чудесно вновь быть человеком! Что ты читаешь? — без остановки щебетал Жан. — «Имущественное право», Уголовный кодекс, постановления пленума Верховного суда… А в руках что? — Жан без предупреждения вырвал книгу из ослабевших пальцев Рэя. — Глава десятая, «Пробелы в праве». Расскажи, о чём это?
Рэй застонал. Невыносимо хотелось просто прилечь на столе.
— Пожалуйста, помолчи. Я не спал всю ночь.
Как в студенческие годы. Тогда он тоже перед экзаменами ночами штудировал учебники и решал задачи с коллизиями в праве.
Жан попытался встать, но запутался в одеяле и поспешно схватился за штору в поисках равновесия. Карниз угрожающе накренился и с грохотом сорвался вниз. Ошалевший Рэй вскочил на ноги.
— Прости, прости! Сейчас, сейчас… — раздалось из-под вороха тканей и обломка карниза.
Вчера пострадала кружка, сегодня шторы. А завтра что, квартира целиком?
Впрочем, Жан и сам был расстроен. Видеть его печальным оказалось непривычно, хотя они и знакомы всего-то часов двенадцать. Жан скорее производил впечатление беспечного птенца, а никак не побитого жизнью воробья. Но, возможно, это лишь защитная реакция. Быть в плену два года — серьёзная психологическая травма. Может, ему нужен не только юрист, но и врач.
Рэй всё ещё не знал, как поступить, но успел понять главное — в одиночку не справиться. Нужен опытный профессионал и рассудительный человек. Желательно с таким же обострённым чувством справедливости.
— Послушай, Жан. Я хочу тебе помочь. Ты просто… не мешай мне помогать, договорились? И оставь карниз, потом с ним разберусь.
— Да-да. Спасибо, Рэй! — засветился Жан, выпуская из рук штору. — Рэй, а пока ты будешь на работе, я могу навести порядок у тебя дома?
— Спасибо, конечно, но мне не нужна горничная. И я секунду назад попросил, чтобы ты ничего больше не трогал! К тому же, мы идём на работу вместе.
— Чт… что?
Жан этого точно не ожидал.
— Я не могу пропустить работу, я уже вчера отпрашивался. Не волнуйся! Захарий — профессионал. Он плохого не посоветует…
Птиц с сомнением покачал головой.
— Страшно, Рэй. Я не общался с людьми два года. Можно ли им доверять?
— Захарию точно можно, — убеждённо ответил Рэй. — Вот увидишь.
СКЕЛЕТЫ №3 и №4
Едва они вышли из парадной, как Рэй укрепился в мысли, что Жана придётся отдать. Всё должно быть по закону. Даже если сейчас для оборотней есть пробел в праве.
Рэя лихорадило. Это был негасимый жар выпускника-законника, который защитил диплом с отличием и стремился наносить справедливость, завтракать и ужинать по букве закона и помогать другим правильно жить. Даже против их воли, если понадобится.
Он был уверен на 99%, что Захарий поддержит идею. Лейтенант, конечно, тоже будет удивлён, но он отметит поступок Рэя.
Рэй уже в красках представил, как начальство задумчиво смотрит на Жана в птичьем обличии и твёрдо кивает: да, возвращаем магу и описываем как магическое имущество, а потом закон разберётся. Главное, сделать своё дело! Молодец, Рэй, эта история получит огласку, дойдёт до высшего руководства, ты станешь судебным приставом ещё до 25 лет!
Рэй так глубоко ушёл в свои мечтания, что невольно ускорил шаг.
Они даже не обогнули угол дома, а Жан уже еле поспевал, нервничал, жаловался, сомневался и просил вернуться.
— Рэй, ну прошу тебя, Рэй, давай не будем им рассказывать? Они отдадут меня ему, Рэй! Я не хочу обратно, Рэй! — Пернатый схватил его за рукав, в очередной раз тормозя на месте.
— Пойми, я не помогу тебе в одиночку. Нам нужен совет.
— Рэй… — снова умоляюще начал Жан, но внезапно переменился в лице, глядя куда-то Рэю через плечо. — Нет-нет, не надо!.. — крикнул он кому-то, замахав руками, но Рэй не успел обернуться. Ему на голову со всего размаха упало небо, заваливая в сторону. И теряя сознание ещё до соприкосновения с землёй, Рэй ощутил, что кто-то попытался его поймать.
Впрочем, это не имело особого значения.
~
Поборникам справедливости всегда достаётся больше всех. Такова была первая осознанная мысль Рэя, которая проклёвывалась цветком через расколотый асфальт адской головной боли. Хрупкий цветок тотчас был задавлен воздействием извне — на лоб Рэю шмякнулось что-то холодное и мокрое. Он с трудом разлепил глаза и замычал.
— Очнулся! — с облегчением воскликнул Жан, сидящий рядом на краю постели и поправляющий у него на голове какую-то тряпочку.
Очертания собственной спальни еле-еле проступали через густую пелену перед глазами. Рэй старался проморгаться.
Заметив, как он поморщился от возгласа, Жан понизил голос:
— Ой да, я тихо, тихо. Главное, ты пришёл в себя. Я думал, что после такого удара вообще не живут. Как ты себя чувствуешь? Мы уже хотели «скорую» вызывать!
— Мы?.. — прохрипел Рэй, скосив глаза в сторону. Зрение постепенно возвращалось.
Напротив кровати, рядом со шкафом, в кресле расположился Захарий. Он приветственно поднял руку, но лицо его оставалось каменным.
Вдоль позвоночника рассредоточились холодные мурашки. Принимать начальство дома пока не доводилось. Как неудобно-то… Надо бы предложить чаю.
— Захарий, — снова заскрипел Рэй. — Я как раз шёл в отдел. Прости, что опоздал на работу! Я не знаю, что произошло…
Шеф и птиц обменялись настороженными взглядами.
— Похоже, у него сотрясение, — взволнованно залепетал Жан.
— Да, уж слишком сильно он тупит…
— Я в порядке, — прокашлялся Рэй. — Немного дезориентирован, но… — Хозяин дома сел на кровати, и голова даже не закружилась, успех! — Но вроде всё хорошо, не надо «скорой». Вы успели познакомиться?
Оба кивнули: Захарий хмуро, Жан нехотя.
— Рэй, выпей вот водички, — Птиц поднёс к лицу стакан, чуть не заехав в нос.
— Ты аккуратнее, а то второе сотрясение ему устроишь, — угрюмо произнёс Захарий.
— Да нет, куда мне до тебя, — парировал Жан.
— Захарий… — снова подал голос Рэй, прикрыв глаза, чтобы осознать ситуацию. — Ты ударил меня по голове?
— А ты чуть не совершил ошибку. Вёл оборотня к нам в отдел! Мало ли, что и кому ты мог рассказать?
— Всё равно радикальный метод. Мог бы и просто поговорить, да, Рэй? — возмутился птаха. — Сразу на людей кидается. Нормально это? Нет, скажу я вам! Я, конечно, тоже идти не хотел, но я, чтоб вы знали, против такого рукоприкладства. Рэй не пушинка, не травинка, а пришлось тащить обратно домой! Надо тебе похудеть, Рэй. Килограмма на два, но лучше на пять. Соседу пришлось сказать, что ты с вечеринки. Он удивился, конечно. Ты мало пьёшь, Рэй, и тусишь. Тусил бы больше — нам было бы проще…
— Закрой клюв уже! — прорычал Захарий. — Расчирикался.
Жан осёкся тут же.
Рэй схватился за лоб. С одной стороны, он был благодарен Захарию, что тот заткнул Жана, а с другой… старший судебный пристав на самом деле вырубил его посреди улицы? Посреди безлюдной утренней улочке между домами, но всё-таки.
— Признаю, погорячился. Но ты мог натворить бед. Улавливаешь?
— Нет, — помотал головой Рэй и поморщился от боли. — Ты знаешь про существование оборотней, но не хочешь, чтобы знали другие. Почему? У тебя есть знакомые оборотни?
— Да.
— Я так и знал, что Жан — не единичный случай. И сколько оборотней, ну хоть примерно?
— Конкретно в этой квартире? — подал голос Жан, демонстративно рассматривая свои ногти.
Рэй ущипнул себя второй раз за сутки. Он не спал всю ночь, на голове растёт огромная шишка, и в его квартире два оборотня, в существовании которых он сомневался ещё вчера.
— Ну, Зак, пути назад нет, — ехидно заметил птиц. — Признавайся.
— Я и собирался, — огрызнулся Захарий. — И не называй меня Зак, мы не приятели! Конкретно в этой квартире нас, оборотней, трое.
— Вы что, укусили меня, пока я был в отключке, и теперь я тоже… — ошеломлённо пробормотал Рэй.
— Да никто тебя не кусал! Оборотничество передаётся только генетически, — досадливо отозвался старший пристав.
В комнату бесшумно заглянула Орланда с чашкой чая.
— Ну что, мальчики, присоединитесь ко мне на кухне?
~
Рэй рассеянно размешивал ложкой чай, хотя всегда пил без сахара. Но ему нужно было собрать мысли в кучу. Слишком много оборотней на один квадратный метр.
Грациозная Орланда закрутила длинные чёрные волосы в пучок и засучила рукава форменной рубашки. Она ничуть не стеснялась, вела себя на кухне по-хозяйски, гремела тарелками, расставляла кружки, доставала что-то из холодильника. Её движения были плавными, но точными, ни одного лишнего жеста.
На втором месте по раскованности находился Захарий, который развалился на стуле спиной к плите. Он барабанил пальцами по столу и искоса поглядывал на шокированного Рэя.
А вот Жан, как ни странно, упорно молчал, прислонившись к стене и словно пытаясь с ней слиться, так сильно он вжимался.
— Чего нахохлился, милаш? — по-доброму кивнула ему Орланда. — Зак сказал, ты сизоворонка же, да? Очень красивая птичка! Присаживайся к нам, тут все поместятся, — пригласила она и подала пример, садясь во главе стола. Обеденный стол был четырёхугольным, и потому действительно оставалось ещё одно свободное место.
— Спасибо, я постою, — ответил тот и будто ещё сильнее нахохлился.
Рэй понимал, что ситуация шоковая и для Жана. Никто из них не общался раньше с оборотнями. А птиц и вовсе провёл в клетке столько времени, что сторониться незнакомых людей казалось почти нормальной реакцией.
— Советую шторки на кухне повесить, будет мило, — обратилась Орланда к хозяину квартиры. — Пока пустовато окна выглядят.
Сказать ей, что он тоже не против штор, но птиц запутался в них и сорвал буквально часа три назад?
— Ничего не пустовато! — заявил Жан и снова умолк.
После его ответа тишина затянулась, и Орланда смело решила её прервать.
— Ну что ж! — сказала она.
— Ну что ж, — подхватил Захарий. — Нечего дальше скрываться, да, мы с Орой оборотни. И когда Аврелий открыл шкаф мага, я сразу почуял — пичуга необычная, из наших.
— Распознал по запаху? — уточнил Рэй. — В кого ты можешь превращаться?
— Моя форма — собака. Лабрадор, если детальнее.
Орланда хотела влюблённо погладить его по голове, но он увернулся.
— Ора, давай не здесь.
— А я кошка. Просто кошка, — немного печально улыбнулась она.
— Не просто кошка, а самая красивая из всех, — не удержался Захарий.
Ора смущённо поправила волосы, с трудом принимая комплимент. Похоже, он часто ей это повторял, но не мог убедить. Хотя Рэй почувствовал, что изящная Ора переживала вовсе не из-за красоты, а из-за самой сущности.
— Ты очаровательна и как человек, — подал голос Жан. — Мне нравится твой стиль!
— Да это форма приставов. Но благодарю, — засмеялась девушка, невольно приглаживая тёмно-синие брюки. — Простите, конечно, что так вышло. Зак рассказал мне, и мы… вроде как следили за вами. Но это ради общего блага.
— Чьего блага? — перебил Рэй.
— Других оборотней. В городе их семнадцать, включая нас с Заком. По крайней мере, те, кто захотел выйти из тени. Возможно, их куда больше.
— У вас там что, клуб по интересам?
— Почти. Мы держим связь и часто устраиваем посиделки. Мы как вторая семья. Мы — Стая. Держимся вместе. Вы, кстати, можете присоединиться…
— Ора! — укоризненно произнёс Захарий.
— Ну а что? — воскликнула она. — Завтра суббота, и у нас намечена закрытая вечеринка. Я вижу, что у Рэя уже ум за разум заходит.
— Это потому что Захарий сильно меня ударил, — Рэй деликатно потрогал шишку на затылке. — У меня миллион вопросов, вы бы знали…
— Дай слово, что никому о нас не расскажешь, — сурово потребовал Захарий.
Как отказать начальству?
— Я не могу пока ничего обещать. Ведь нужно как-то решить ситуацию Жана.
— Что тут решать. Он будет свободным. В чём проблема?
Рэй чуть не поперхнулся воздухом. Неужели лейтенант, старший судебный пристав, служитель закона, не видел никакой моральной дилеммы?
— Я не вижу здесь никакой моральной дилеммы, — словно читая его мысли, отрезал Захарий.
— А как же пробел в праве? Нет правовых норм, которые регулируют поведение оборотней. Может, они опасны?
— Ты всё это время хотел меня сдать?! — высоким голосом возопил птиц.
— Не влезай, пока старшие разговаривают! — рявкнул Захарий.
— Не ссорьтесь! — Ора положила ладонь на сжатый кулак жениха.
— Давайте решим насущный вопрос! — взмолился Рэй. — Жан, я не знал, как поступить! И сейчас не знаю. Хорошо, предположим, оборотни не опасны. Но разве Жан не является магическим имуществом?
В тот же миг он прикусил язык, осознав, как плохо это звучит в помещении с тремя оборотнями.
— Может, мы всё-таки вызовем Рэю «скорую»? — в звенящей тишине предложил Жан.
— Ты считаешь меня магическим имуществом? — жёстко уточнил Захарий. — Я из того же материала, что сапоги-скороходы? Я сделан из ткани, пластика или железа?
— Ты меня не понял, — пошёл на попятный Рэй.
— Не хочу это вообще понимать!
— Хорошо, — сдался Рэй. — Вы не считаете себя магическим имуществом. Но поступать по закону важно. Вдруг вам нужна защита?
— Нам не нужна защита. Разве что от таких недоумков, как ты, которые могут всем разболтать. Оборотни не опаснее людей. Мы перевоплощаемся по собственному желанию. Мы контролируем себя. Мы живём в новом веке и эволюционируем вместе со всеми.
— И вам не хочется стать частью общества? По-настоящему?
— Мы и так часть общества.
— Подпольного? — не смолчал Рэй.
Ну всё, теперь его точно уволят.
— Зак, ты не можешь решать за всех, — вмешалась Ора. — В Стае порой возникает обсуждение… Но в последний раз, когда одна из нас решила признаться, её убили. Даже не пошли в магическую полицию или к журналистам, а именно подстерегли и убили. С ней был муж. Ему удалось случайно толкнуть убийцу под машину, и тот погиб, а с ним и тайна.
— Это ужасно, — из своего угла прошептал Жан, но не приблизился.
— Понимаешь, Рэй? — грустно взглянула на него Ора. — Никто пока не готов. Я сама не готова к увольнению, не готова к экспериментам над собой, к возможной разлуке с Заком. К тому, что мы все окажемся под колпаком. Сначала у людей будет шок, но затем последует осуждение, отторжение. Мы станем частью общества, но какой? Самой презираемой? Даже если оборотней признают вменяемыми, здоровыми и неопасными для общества, закон о наших правах выйдет очень нескоро. А пока мы вне закона. У каждого есть карьера, семья, жизнь. Я очень устала бояться. Но пока выбора нет.
— Я просто хочу, чтобы всё было по справедливости, — повесил голову Рэй.
— Ты лезешь не в своё дело, — буркнул Захарий.
— Рэй, ты не единственный, кто мечтает о справедливости, — сказала Ора. — Мы все хотим, чтобы мифы про оборотней были развеяны. И Зак тоже, разумеется. Но время ещё не пришло. Нам нельзя совершить ошибку.
Рэй всей кожей ощутил правоту Ору. Решать ситуацию юридически казалось глупым. Важны только моральные принципы. И мозг начал работать в совершенно новом ключе. Сникший Жан, недоверчивый Захарий и добрая Ора достойны большего. Разве может он их подвести?
Захарий достал из своего кожаного портфеля лист бумаги и ручку и придвинул на столе к Рэю.
— Пиши заявление. С сегодняшнего дня ты берёшь отгул на недельку.
«Я хочу быть в тебе уверен» — повисло в воздухе. Может, и не на недельку, а навсегда.
— Нам уже пора на работу, — взглянул на часы Захарий и, забрав подписанное заявление, рывком встал. — У меня выезд через полчаса.
Жан не вышел провожать в коридор и простился, натянуто улыбаясь.
Попросив Ору подождать на улице, Захарий вытащил Рэя на лестничную площадку и вкрадчиво произнёс:
— Нельзя отпускать этого суетливого Жана на все четыре стороны.
— Как? — оторопел Рэй. — Ты выступал за его свободу!
— Я имел в виду, что мы не сдаём его ни магу, ни законникам. Но и отпускать нельзя. Придётся ввести его в Стаю и понаблюдать за ним.
— Судя по всему, ты доверяешь мне больше, чем ему, и это радует, — робко ответил Рэй. — Значит, я ещё не лишаюсь работы?
— Глаз с него не своди. Понял? — проигнорировал вопрос Захарий. — У меня нюх на прохиндеев. Что-то с ним не так. Надо разузнать, что именно.
~
Хорошо спрятались муж и жена в лесу. Искали их, искали, да не нашли. Догадался один друг, что второй друг пожалел молодых и отпустил.
И остались охотники на третью ночь сторожить оборотня. Только в эту ночь никто не пришёл, но оборотень появился всё равно. Посмотрел один охотник, а рядом с ним уже и не друг вовсе, а ещё один оборотень, что ни на есть! Так же глаза горят, так же пасть раззевается, а клыки страшные-престрашные. Друг схватился за вилы. Но оборотень не стал нападать, а человечьим голосом сказал:
— Это же я, не беги от меня и не бейся со мной!
Друг слушать не стал. Поди укусила его та ведьма проклятая! Выбежал друг из хлева и запер внутри оборотня. Пусть наутро добрые люди решат его участь, а сам он не в силах собрата своего убить.
Долго сидел в хлеву охотник-оборотень, пока светать не начало, и снова в человека он обратился. Смотрит — а у закрытых дверей тень. Это пришла сбежавшая в лес девица!
— Знаю я твою беду, — сказала она. — Слышу, как по твою душу люди уже идут, земля трясётся! Теперь ты веришь, что не я кур потрошила, а волчок обычный? Он часто хаживает сюда, а люди клянут оборотня. У страха глаза велики. Обвинили меня почём зря! Но выручу тебя, как ты меня выручил, пущу на свободу.
Открыла она двери, а охотник спросил:
— Помоги мне ещё раз! Скажи, как избавиться от этой личины?
— Коли хочешь избавиться, придётся добыть кости оборотня, растолочь и замешать с живой водой, вот тебе и спасение, — сказала она, и была такова.
~
Без будильника Рэй проснулся только к 11 утра. Голова всё ещё гудела фоновым шумом, а до шишки больно дотронуться. Но он без снов проспал 10 часов и чувствовал себя гораздо бодрее. Судя по отдалённым звукам, Жан лазил по шкафчикам на кухне.
— Доброго утречка, — прощебетал птиц, увидев на пороге Рэя в пижаме. — Я предвижу впереди чудесный день без мага и бешеного пса-пристава! Налить чайку? Ты пьёшь зелёный, я запомнил.
— Сначала в душ. Но спасибо, — невольно улыбнулся Рэй.
После завтрака Жан решил всё-таки устроить ревизию платяному шкафу. Он выволок всю одежду на пол и стал отбирать для себя яркие ткани.
— А у тебя есть магические вещи? — мимоходом спросил пернатый.
— Нет, я не зарегистрирован в качестве мага, — сказал Рэй, наблюдая, как птиц по самую зелёную макушку зарылся в его гардеробе. — Покупать магические вещи можно исключительно с лицензией, со специальным разрешением, под юридическую ответственность.
— Ах да, ты же у нас такой правильный! Наверняка на чёрном рынке полно магических вещей, и не-маги их спокойно скупают… — Жан удовлетворённо отложил в «одобренную» стопку майку с радугой из подростковых времён Рэя.
— Да, конечно. Но это уже дело магической полиции. А почему ты спросил?
— Мне не помешал бы магический веник, чтобы навести порядок в твоих вещах!
— Слушай, а тебе нравилось быть лаборантом? — неожиданно выдал Рэй.
— Ну, да, неплохо, хотя и не работа мечты, — Жан приложил к груди Рэя старую белую рубашку. — Хм, нет. Безвкусная. Посмотри на эти потёртые рукава. Почему ты её до сих пор не выбросил! Так, а вот этот салатовый свитер ничего такой. Можно оставить. Надо добавить деталей для контраста. Есть кожаный пояс к этим чёрным брюкам?
— Ты мог бы стать дизайнером, — Рэй стойко терпел террор шкафа. Пусть птенец порадуется.
— Парень из маленького городка? — хмыкнул Жан. — Конечно, я бы хотел. Но мне страшно. Да и с чего начать?
— Не знаю, как становятся дизайнерами, но… Начни с амбиций. В этом я знаю толк. Нужно стремиться. И ты увидишь шансы. У тебя есть талант, используй по назначению.
— Только я оборотень, — улыбка Жана пропала.
— Но ведь никто об этом не знает.
— А если узнает? Такой, как ты, любитель правды и справедливости, придёт и расскажет всему миру?
— Жан… — оторопел Рэй. — Я же не со зла предлагал такой вариант. Я хотел помочь. И тебе, и всем. Мы договорились, я никому не расскажу. Это будет наш секрет. Оборотничество уж точно никак не помешает в достижении мечты.
— Я сам ненавижу эту часть себя! — внезапно в сердцах воскликнул Жан. — Не хочу становиться птицей больше никогда. Хочу подавить это. Хочу быть… нормальным.
Рэй с горечью смотрел на замершего Жана в обнимку с твидовым пиджаком дедушки. Немудрено, что птиц истерил. Два года посидишь в клетке, ещё не так запоёшь.
Надо бы успокоить Жана и сказать, что он абсолютно нормальный, но тут затрезвонил телефон в гостиной.
— Как там наша пичуга? Не буянит? — Захарий, как обычно, сразу с места в карьер. — Продолжай за ним наблюдать и обязательно держи меня в курсе.
— Он тебе тоже не доверяет, — тихо вздохнул Рэй, чтобы Жан не расслышал из кухни.
— Верю. Приходите сегодня в наш клуб. Мы с Орой там будем и познакомим вас со Стаей.
— Ты уверен?
— Нет, конечно! Но ты заметил, как он сторонится нас с Орой? С ним что-то не так. Я должен посмотреть, как он ведёт себя с другими.
СКЕЛЕТ №5
Жан был недоволен. Он надул губы как ребёнок. Вот-вот захнычет и затопает ногами.
— Я еле выдержал этих хищников у тебя дома. Моя форма — птица! Они могут меня слопать, если перевоплотятся, ты же это понимаешь. Раз — и нет меня!
— Никто не будет перевоплощаться прямо на встрече! — увещевал Рэй. — Ну, я надеюсь на это. Да и глупости. Они вообще кошка и собака. И что? Живут же вместе, любят друг друга. И потом, ты не совсем птица. Ты ещё и человек.
— Вот именно. Я ещё и человек, Рэй. Я хочу быть свободным, я хочу иметь те же права, что и ты.
— Тогда перестань противоречить себе. Определись, кем ты хочешь быть! — вспылил Рэй. — Хочешь считаться птицей и жертвой? Или хочешь быть обычным человеком? Но лучше прими себя как взрослого оборотня и перестань ныть!
Жан обиделся и хлопнул дверью в гостиную перед носом Рэя. Тот чуть было не пнул дверь. У Жана психологическая травма, напомнил он себе. Два года в клетке. Ему нужно свободное пространство. Как только ситуация немного разрешится, он найдёт ему хорошего психолога.
— Мы всё равно идём на встречу, — предупредил Рэй.
— Мне нечего надеть! — нудно раздалось из комнаты.
— Можем сходить в магазин и купить тебе что-то яркое, — вздохнул спаситель поневоле.
Дверь тотчас распахнулась.
~
Красиво жить не запретишь, даже оборотням. По крайней мере, пока никто не знает, что ты оборотень. Рэй думал, что окажется в логове подпольных революционеров, а очутился в высшем свете.
Он стоял с бокалом шампанского у панорамного окна в апартаментах на высоте 50-го этажа. Насладившись урбанистическим пейзажем вечернего города, он обернулся и снова попал в неспешное и уютное течение встречи. Народ уже разбился на кучки, кто-то сидел на шикарном диване у камина, кто-то на высоких стульях у бара, кто-то просто облокотился о колонну. Контингент весьма разнообразный: от телеведущей до инструктора по плаванию. А сам владелец роскошества оказался крупным инвестором.
Жан ни к кому не приближался, предпочитая оставаться в тени Рэя. Но вот именно «в тени» не очень-то получалось. Птиц сильно выделялся среди франтоватых господ в однотонных прикидах. Дело было в серебристой блестящей рубахе, бордовом жакете с цветочным принтом и клетчатых штанах. Но самым странным аксессуаром выступали, пожалуй, чёрные перчатки, которые Жан наотрез отказывался снимать, говоря, что это испортит его образ. Одежда досталась Рэю за гроши в комиссионном магазине, но Жан заливался и щебетал от счастья всю дорогу домой. Он самостоятельно ушивал вещи до самой встречи.
Разумеется, на него поглядывали с любопытством, но неприязни никто не выражал.
Как надо любить и принимать себя и других, чтобы устраивать такие «посиделки»?
Клуб оборотней походил на клуб элиты города, только пропитанный взаимным уважением. Люди вели себя одинаково деликатно, а чувствовали комфортно.
— Рэй! — Из ниоткуда возник Захарий с интеллигентной парой. — Кажется, вы не знакомы. Супруги Калвин почтили нас своим присутствием. Знакомьтесь, это Аврелий, мой помощник, и Жан, из наших.
— Калвин? — не поверил Рэй. — Тот самый адвокат из «Калвин и партнёры»? Это огромная честь! — Рэй с удовольствием пожал протянутую руку.
Калвин, коренастый мужчина в годах с пышными усами, польщённо улыбнулся, отчего его глаза сузились, а морщины углубились.
— Приятно, приятно, молодой человек, — отчеканил тот басовитым голосом. — Наслышан о вас от лейтенанта. Вы у нас подающий надежды поборник справедливости.
Рэй покраснел до кончиков ушей.
— А это моя жена, Эльза, — представил её Калвин. Ухоженная женщина с высокой причёской, минимальными признаками старения и горделивым профилем подала руку, и Рэй душевно, но аккуратно её пожал.
Жан нарочно спрятал руки за спиной. Эльза, в отличие от мужа, не уловила этого и автоматически протянула ему ладонь.
Рэй запаниковал изнутри — разве так можно с одним из лучших защитников в городе!
Захарий вмешался:
— Жан забыл снять перчатки на входе, простите его, он два года провёл в клетке в виде птицы, совсем разучился общаться с людьми. Руку надо пожимать без перчаток. Жан. Дай сюда.
Птиц раздражённо стащил перчатки, бросил их Захарию и, быстро извинившись, убежал.
Калвин добродушно рассмеялся.
— Забавный юноша. А я бы хотел пообщаться с Аврелием наедине, — произнёс он. — Захарий, я могу вам доверить свою драгоценную супругу?
Пристав кивнул и предложил даме локоть. Нарядная Ора в приталенном чёрном платье призывно помахала им рукой от бара.
А Калвин и Рэй присели на элегантный бежевый диван. Дрожащей рукой Рэй опустил пустой бокал шампанского на прозрачный столик.
— Вы, стало быть, хотите рассказать миру про нас, про оборотней? — сразу спросил адвокат.
— Н-нет, мы уже обсудили с Захарием, я не хочу никого подставлять! — жарко запротестовал Рэй.
— А жаль, — усмехнулся Калвин.
Рэй в изумлении уставился на него.
— Молодой человек, я ведь понимаю, что время раскрыть карты придёт. Да, по моему возрасту можно подумать, будто я консерватор. Но часть меня хочет признания для нашего вида. Однако та же часть знает, как сложно миру будет принять оборотней. Как опасно это может быть. Я отнюдь не фантазёр, я реалист. Однажды люди узнают про нас. И нам нужны такие, как вы, на нашей стороне.
Волнение сдавило грудь. Рэй слушал, не смея прерывать.
— Я вижу в вас огонь, который горел и во мне, когда я начинал адвокатскую практику. Как вам работа судебным приставом? Вы на своём месте?
— Не думаю, — признался он. — Кажется, я всё ещё в поиске.
— Тогда адвокатура? Полиция?
— Вряд ли. Я глубоко уважаю любую грань права, но… быть исполнителем закона не так близко мне, как стать… его голосом.
— Интересно, интересно. И кем же?
— Судьёй. Тем, кто выносит решение. От кого будет зависеть чужая участь. И возможно, однажды именно участь оборотней.
— Серьёзная цель. Судья по делам оборотней, которых ещё даже не существует, — усмехнулся Калвин. — Вы готовы положить на это жизнь?
— Не знаю, — честно сказал Рэй. — Я не успел хорошо понять современных оборотней.
— Бороться с системой можно только став её частью, — задумчиво произнёс Калвин. — Но многих система порабощает. Посмотрим, что станет с вами, — он достал из нагрудного кармана визитку и протянул Рэю. — Вы влюблены в юриспруденцию, как я в молодости. Позвоните мне, когда решитесь. Сейчас открыта вакансия секретаря судебного заседания. Это ваш шанс попасть в судебный аппарат. Толковые люди там нужны. Если, конечно, вы твёрдо уверены. Зарплата небольшая, начинать будете с нуля. Но при должном рвении и трудолюбии сможете стать судьёй. Однажды.
— Спасибо за доверие! — Мысли Рэя разлетелись как бабочки.
— Слушайте старого мудрого лиса, но главное, слушайте себя. Чего желаете именно вы, а не мы.
— Как вы думаете, хотят ли другие огласки?
— Явно не все. Каждый по-разному воспринимает оборотничество. Для кого-то это дар, талант, изюминка. Возможность почувствовать себя особенным. Для кого-то проклятье, болезнь, страх разоблачения. Нужно принимать себя, но не все могут. И поэтому каждый живёт, как умеет. Конечно, самое страшное — отрекаться от этой своей части, подавлять её, отрезать от себя кусок личности в угоду обществу.
На теме принятия себя Рэй внезапно вспомнил про Жана и вскочил, озираясь. Как можно было оставить его одного? Он же тут натворит невесть что!
— Благодарю вас ещё раз от всей души! Кажется, мне стоит найти друга…
В этот же момент кто-то закричал, но звон разбитого стекла перебил крик. Калвин и Рэй дружно развернулись на шум. У барной стойки сцепились Жан и Захарий в нелепом подобии драки. Лейтенант ожидаемо побеждал, заламывая птахе руки без перчаток. Но при этом вёрткий Жан явно успел огреть пристава вазой: выходную чёрную рубашку Захария хоть выжимай. Ора безуспешно пыталась вклиниться между разозлёнными парнями.
— Жан! — кинулся к нему Рэй и схватил за плечо. Ора в свою очередь толкала в грудь Захария, и ребят еле удалось растащить.
— Привести тебя сюда стало ошибкой! — рычал Захарий. Даже с мокрыми волосами он всё ещё производил грозное впечатление. — Хоть ты и оборотень, тебе здесь не рады!
Рэй поспешно извинился за всех сразу и потащил трепыхающегося птенца за собой к дверям. Тот старался держаться горделиво, в лифте отчаянно моргал и поджимал губы, но едва выйдя на улицу, разрыдался, когда холодный ночной ветер коснулся щёк.
Надо было ловить такси и ехать домой, но вначале немного успокоить Жана.
— Что там произошло? Почему вы поцапались?
— Он меня спровоцировал! Начал задавать дурацкие вопросы, лезть с подозрениями, вынюхивать что-то обо мне… Пёс! — бросил Жан, отвернувшись.
— Не слушай его, тебе здесь рады. Мне кажется, в Стае собрались хорошие люди! И они привечают себе подобных. Просто… что-то не задалось у вас с Заком.
— Я бы ему не доверял, честное слово, Рэй, разве он не кажется странным? Сначала кидается и бьёт тебя по голове, а теперь драку устраивает. Он внушает, будто со мной что-то не так, а сам? Может, нам присмотреться именно к нему?
~
Жан и Рэй в полном молчании переступили порог квартиры. Птаха быстро разулся и, даже минуя ванную, влетел в гостиную и закрылся на щеколду.
Капризный ребёнок, в который раз напомнил себе Рэй, чтобы не злиться. Он наскоро принял душ, а потом некоторое время провёл на кухне, поставив чайник. Часы отбили двенадцать раз. Рэй надеялся, что любопытный птиц не выдержит и присоединится к нему. Но из гостиной не доносилось ни звука.
В итоге не вынес Рэй и сам постучал.
— Слушай, ты помнишь, что это моя квартира, верно? — наигранно шутливым тоном произнёс он. — Заперся там как в клетке…
Раздался быстрый топот, и Жан распахнул дверь.
— И ты туда же?
Но это и был расчёт Рэя, поэтому на совесть надавить не получилось.
— Вообще-то Зак прав. Моё появление на вечеринке было ошибкой. И я знал об этом с самого начала.
— В глубине души Зак тоже хотел помочь. Как и я. Как и Ора. Тебя хорошо приняли. Если бы не эта драка…
— Но драка произошла! Я не могу доверять ни людям, ни оборотням. Я нигде не вписываюсь!
— Не преувеличивай. Это просто неудачный вечер. Я поговорю завтра с Заком.
— Было лучше, когда я ни с кем не общался, — надулся Жан.
— И сидел в клетке? — скептически уточнил Рэй.
— А хоть бы и так! Всё лучше, чем разочарование.
— Общение с людьми — это всегда риск! И с оборотнями, раз уж на то пошло. Ты вырываешься из собственной клетки, вот что важно. Это ты себя не любишь, Жан, а не люди тебя. В Стае царит душевная атмосфера, все с уважением и любовью друг к другу относятся, это видно. На то она и Стая, держаться вместе.
— Неужели люди хватаются за любовь, когда им просто надо за что-то схватиться, кроме себя? Какая ерунда! — Жан сложил руки на груди, запираясь на все замки.
— Взаимопомощь творит чудеса.
— Мне не нужна помощь.
«Буквально пару дней назад ты сам просил о ночлеге», — Рэй не озвучил свою мысль. Жан и без того сейчас уязвим.
— Хорошо. Ты думаешь, что справишься один. Но ты не справляешься, — сдержанно сказал Рэй. — Спокойной ночи, — добавил он и прикрыл дверь гостиной.
СКЕЛЕТ №6
Стал бродить по свету оборотень один-одинёшенек. Днём он человек, вечером — волколак. Ходил-бродил, искал живую воду и других волколаков. Немало испытаний на его долю выпало, но добыл живую воду, а оборотней так и не повстречал. Тогда он отрубил себе палец, растолок кости, смешал с живой водой и давай втирать в шерсть. А шерсть возьми да начни пропадать! Возрадовался охотник, но тут навстречу ему вышел старый друг. Не стал он разговоры разговаривать, а занёс над оборотнем клинок и…
Телефонный звонок не разбудил Рэя, хотя на часах было уже почти 4 утра. Помощник судебного пристава переворачивал ветхие страницы книги сказок. Это была история из детства. Бабушка часто её читала вслух. Даже порой разыгрывала в лицах.
Сунув книгу подмышку, Рэй прошёл в гостиную, где сонный Жан со своими встопорщенными зелёными вихрами уже говорил по телефону.
— Зак… он… — в шоке пролепетал птиц, передавая трубку.
— Рэй, — раздался плачущий голос Оры. — Зака забрали по «скорой». Скорее всего, дело в Жане. Они подрались… — Ора рыдала, тяжело было разобрать слова. — Я не знаю… приходи в отдел к 8 утра, нужно подумать, как быть. Только оставь Жана дома… поговорим без него.
— Вот чёрт, — медленно вешая трубку, пробормотал Рэй и повернулся к Жану. Птаха явно всё слышал, потому что на его лице застыло выражение чистейшего ужаса. Он упал на пол, словно ноги подкосились, и закрыл лицо руками.
— Эй, эй, — Рэй осторожно присел с ним рядом.
— Это я виноват! Я виноват! — теперь рыдал ещё и Жан.
— В чём виноват? Что случилось? — Рэй перехватил его запястья, пытаясь отнять ладони от лица. — Расскажи мне, ну!
— Прости, Рэй, я скрывал это. Не ожидал, что встречу других оборотней. Я болен, очень сильно, — еле слышно произнёс Жан. — Поэтому старался не касаться оборотней, взял перчатки на встречу со Стаей… Я вечно приношу неприятности! Знаешь, как он меня называл? Ходячая катастрофа!
— Кто он?
— Борий!
— Рассказывай подробнее. Жан! Успокойся! Сейчас принесу тебе воды.
На кухне Рэй непослушными руками налил воды в стакан и вернулся к Жану, который совершенно сгорбился на полу, как будто хотел провалиться.
— Года два назад я сильно заболел. Высокая температура, странная сыпь, головные боли и очень болезненное перевоплощение, хоть я и редко обращался. Было тяжело работать, но из-за денег я не мог отказаться от позиции лаборанта. Тогда Борий признался, что он знает, кто я, и чем конкретно я болен. Он помог мне, предложив экспериментальное лекарство. Говорил, что видел подобное заболевание. И что я всё равно остаюсь очень заразен для оборотней. Это передаётся при прикосновении, — Жан тёр ладонями лицо, надеясь стереть свою сущность. — Иногда думаю, а зачем я выжил, если от меня сплошные неприятности? Нельзя обмануть смерть — она возвращается за тобой… или забирает других, когда не может до тебя добраться.
— Жан! — воскликнул Рэй. — Ты это… ты ерунду не неси! Ты достоин жизни, слышишь? А Борий… он поэтому запер тебя в клетке? Чтобы ты никого не заразил?
Жан зарыдал ещё сильнее. В чём дело? Рэй потянулся, чтобы погладить его по плечу в знак поддержки, но птиц дёрнулся в сторону.
— Что такое? Ведь человек не заболеет…
— Я не поэтому… я вообще не должен здесь быть… я приношу несчастье… Рэй, ты даже не представляешь, как я виноват… — Жан стучал зубами о край стакана с водой.
— Врачи разберутся. Утром я пойду в отдел, и мы с Орой что-нибудь придумаем. Поедем к Борию, в конце концов!
— Они были правы насчёт меня. И Борий, и Зак. Мне нет места ни среди людей, ни среди оборотней. И ты тоже не должен возиться со мной.
— Жан! Давай без скоропалительных выводов. Я же тебя не бросаю. Попробуй уснуть, а я скоро пойду в отдел, мы всё обсудим с Орой и что-нибудь придумаем. Только не уходи никуда, понял? Дождись меня. Обещаешь?
— Обещаю, — всхлипнул Жан.
Рэй с трудом уложил морально разбитого Жана спать, а сам не сомкнул глаз, прислушиваясь к тиканью часов на стене.
~
Рэй ворвался в кабинет ещё в половину восьмого. Он бежал от самого дома и схватился за косяк двери, чтобы отдышаться.
Зак удивлённо поднял голову, а затем не менее изумлённо вскинул бровь. Он сидел за своим столом и выглядел, как всегда, с иголочки, волосок к волоску, ни намёка на вчерашнюю потасовку.
— Ты что тут делаешь? — строго спросил он.
— А ты что тут делаешь?! — задохнулся Рэй. — Настоящий трудоголик. Может, стоило ещё полежать в больнице?
— Ты перепил шампанского вчера? Или чего покрепче? Какая ещё больница!
На несколько мгновений в кабинете воцарилась тишина.
— Где Ора? — спросил Рэй. — Она позвонила мне ночью в слезах! Говорила, что тебя увезли в больницу.
— Ора на выезде, — нахмурился Зак. — Зачем ей говорить такое?
— Мне нужно домой, — Рэй развернулся и бросился вон из кабинета.
— Чёрт подери, у меня выезд через час! — выругался Зак, но быстрыми шагами бросился вслед за ним.
~
Открыв ключом дверь (и еле попав в скважину с третьей попытки), Рэй тотчас позвал:
— Жан, ты дома?
Зак вошёл следом и с подозрением осмотрелся.
— Неужели он всё-таки ушёл, — в отчаянии прошептал Рэй. — Жан!
Заглянул на кухню — никого. В ванной — никого. В своей спальне — никого. А вот в гостиной ждал сюрприз. Тяжелый и болезненный. Второй раз за пару дней сильный удар по голове погасил свет в его глазах.
СКЕЛЕТ №7
Ну что за парочка! Сначала один вырубил, теперь вторая.
Рэй медленно приходил в себя, прислушиваясь к доносившейся издалека, из-за морей и гор, приятной мелодии свирели. Музыка была нежной и печальной. Она уводила за собой в мир живых, заставляла идти вперёд, из темноты. Рэй пытался пошевелиться, но не мог. Он в испуге решил, что парализован. Но распахнув глаза, обнаружил, что сидит на диване в гостиной с крепко связанными руками и ногами. Вместо верёвок кто-то использовал его одежду из шкафов. И этот кто-то стоял перед ним с самым виноватым видом в мире.
— Прости, Рэй, у меня не было выбора.
— Глупая пичуга! — рыкнул знакомый голос рядом. Рэй повернул голову вправо — Зак, неестественно выпрямившись, восседал рядом на диване, но не был связан.
— Развяжи меня, Зак, — задёргался Рэй.
— Не могу, — буркнул Зак. — Я вообще не могу пошевелиться!
— Жан!
— Прости, я тоже не могу, — чуть не плакал тот. И точно, он стоял как вкопанный.
— Очнулся! — удовлетворённо произнёс Борий. Рэй в шоке повернул голову влево.
Так вот откуда эта мелодия! Рядом с Борием в углу комнаты Ора играла на свирели.
— Никто тебя не развяжет, потому что это не обычная дудочка. Это — свирель-заклинатель. Как вы понимаете, магические предметы у меня всё же оставались, — усмехнулся он. — И на моё счастье Орланда имеет великолепный музыкальный слух.
— Но почему я могу пошевелиться?
— Ты человек. Полноценный, — весомо сказал он. — Свирель завораживает животных. Коими и являются эти два субъекта. А Орландочка не поддаётся влиянию, потому что сама играет.
— Я не животное! — возразил Жан.
— Это незаконно! Умышленное воздействие на чужую волю с помощью магических предметов, статья 127.1 Уголовного кодекса! — бесновался Зак. Он изо всех сил старался напрячь мускулы, но был абсолютно беспомощен против сильной магии свирели.
— Погавкай мне, — фыркнул Борий. — К делу! Аврелий, где он?
— Кто? Что? — опешил Рэй.
— Ты знаешь прекрасно, о чём я. Жан наверняка уже всё тебе рассказал.
— Он рассказал, как вы держали его в клетке два года! Как это было ужасно, и как он мечтал вырваться и снова стать человеком!
— О, неужели наш птенчик всё-таки не раскололся? — приятно поразился Борий. — Ну хорошо. Тогда скажу я. Боюсь, лишь половина из того, что он тебе нащебетал, — правда. Жан действительно ненавидит быть птицей. Он мечтает стать обычным человеком, а я знаю, как это провернуть. И поэтому он действовал по моей указке. Он работал на меня всё это время, и не только лаборантом! Но и чтобы добыть кое-что из твоей квартиры. И не смог справиться с этой поистине простой задачей. Опять-таки на моё счастье Орландочка тоже не любит себя, поэтому согласилась мне помочь. Она подделала все документы — разумеется, я никакой не должник! И квартира даже не принадлежит мне, я её временно снимаю.
— Да ты подонок! — заорал Зак. — Ты её тоже заставил! Как-то околдовал! Ора бы так не поступила со мной! Ора! Слышишь меня?
— Хватит лаять! Конечно, она тебя слышит, — поморщился Борий. — Но, поверь мне, это было её сознательное решение. И чтобы подтвердить это, Орландочка, пусть он закроет пасть, хорошо?
Ора, не отрывая губ от свирели, сорвала ритм и заиграла другую мелодию. Зубы Зака громко сомкнулись. Теперь только гневный взгляд и морщины на лбу выдавали его злость.
— Именно Орланда убедила тебя взять на выезд Аврелия, который выпустил Жана из шкафа, как и было задумано, — продолжил Борий. — Кстати, я не говорил Жану, кто мой поверенный среди приставов, и он наверняка думал, что это ты, Захарий. Но считал не сообщником, а скорее соперником. Впрочем, Жан вообще не доверяет окружающим.
— Неудивительно, ведь вы его унижали и обманывали так долго! — крикнул Рэй. — Вы внушили ему, что он не должен общаться с оборотнями, что он навсегда заразен!
— А он и поверил, — подхватил Борий. — Как там наш бравый лейтенант сказал? Глупая пичуга.
— Зачем столько усилий, если можно было ограбить меня и забрать то, что вам нужно?
— Так мы и пытались, — спокойно сказал Борий. — Рэй несколько раз бывал в этой квартире в твоё отсутствие. Но мы его не нашли. Где крем, Аврелий?
— Крем? — поразился Рэй.
— Ты знаешь, о чём я. Я долго тебя искал, — Борий взял в руки книгу сказок, которую Рэй оставил на столике у телефона. — Ух ты, закладка на истории про оборотней. Знаешь, чем она на самом деле закончилась? Один охотник убил другого охотника. Мой предок убил твоего предка.
— Что за ерунда? Это же сказка. Вы мне хотите что-то внушить, как Жану?
— Сказка ложь, да в ней намёк. И доля истины. Крем из костей оборотней существует, его создал твой прапра-и-так-далее-дед, и ты его получил по наследству.
— Он помогает мне с аллергией, — возразил Рэй.
— Только это же не аллергия. Не лги сам себе. Ты наверняка догадывался, что пятна по всему телу появляются не просто так. Твоё тело пытается обратиться, но ты ему не позволяешь…
…потому что с самого детства бабушка, впервые заметив эти пятна, отдала ему крем и наказывала мазаться каждый раз, как он их увидит.
— У тебя не хватило смелости проверить? Ты не знаешь, кто ты?
— Я не оборотень, — отрезал Рэй.
— Ты не оборотень, — согласился Борий. — Иначе бы ты слушался дудочку, да и наш сторожевой пёсик справа от тебя почуял бы. Большую часть жизни ты живёшь как полноценный человек. Но ещё ты гибрид с генетическим дефектом. Тебе удаётся замазать свою сущность словно прыщ. Чтобы настоящий оборотень перестал обращаться, нужно усилить рецепт крема. И мне нужен этот крем, чтобы я усовершенствовал его. Где он? Жан сказал, что все шкафы и ящики перерыл.
Рэй перевёл взгляд на Жана. Он всё ещё недвижимо стоял напротив. Зелёная чёлка не смогла скрыть дорожки слёз.
— Борий ненавидит оборотней. И ты ему помогаешь. Потому что ненавидишь себя так же сильно? Но ты же прекрасен! Ты великолепен в образе сизоворонки!
— А ты лицемерен, — перебил его Борий. — Ты даже не осмелился узнать, кто ты сам. Или я неправ?
— Да забирай этот крем! — разозлился Рэй. — Он мне не нужен. Тебе всё равно не извести с его помощью оборотней.
— Я и не буду их изводить. Я их вылечу, — в его глазах вспыхнул маниакальный огонёк. — Они сами придут ко мне! Ну, или мы им поможем, да, Орландочка? Люди должны быть нормальными, а не полу-животными.
— Они нормаль… что это за запах? — внезапно глубоко вдохнул Рэй. — Пахнет гарью?
— Я забыл выключить плиту, — еле слышно чирикнул Жан.
— Ходячая ты катастрофа! — заорал Борий.
Сероватый дым начинал просачиваться в гостиную. Орланда прекратила играть и в испуге кинула взгляд на коридор. В ту же секунду, как прекратилась музыка, Жан бросился развязывать Рэя, а Зак пружиной вскочил на ноги и, кинувшись к Борию, со всего размаха врезал ему кулаком по лицу. Того откинуло к стене.
— Ора! — Зак вырвал из её рук свирель и отбросил в сторону. — Я звоню в пожарную часть, — Он поднял трубку и начал набирать номер.
Дышать становилось уже тяжело. Избавившись от пут, Рэй распахнул окно и повернулся к Жану.
— Лети! Встретимся на улице!
— Я не могу же вас вот так бросить!
— Ты не бросаешь, мы выберемся, — ответил Рэй и с бьющимся сердцем ринулся в заполненный дымом коридор. Заглянув в кухню, он понял, что дело плохо. Огонь перекинулся на обои. Рэй нырнул в свою комнату. Борий мог бы подумать, что он бежит спасать крем, но это было не так. В первую очередь Рэй забрал из шкафа в своей комнате удостоверение личности и кошелёк.
— Рэй! — крикнул из коридора Зак и тут же закашлялся. Одной рукой он крепко держал за запястье Ору, а второй — Жана, который отказался улетать.
— Иду! — подал голос Рэй и присоединился к друзьям.
Крем остался в горящей квартире. Где-то там, в одном из шкафов, который скоро запылает.
~
Пожарные сновали туда-сюда. Огонь был успешно потушен, но над домом зависло мрачное облако дыма. Соседи сбились в кучку на улице, негромко обсуждая происходящее и кидая косые взоры на потерпевших. Рэй и Жан молча сидели рядом на скамейке во дворе, закутанные в пледы. Борий сумел сбежать, но это было сейчас совсем неважно.
Невдалеке Зак поправлял плед на потерянной Оре и поглаживал её плечи, шепча на ухо что-то наверняка успокаивающее.
— Прости меня за квартиру, — произнёс Жан, сосредоточив опущенный взор на торчащей из пледа нитке. Он упорно выкручивал её, а она не поддавалась.
— Ты специально поджёг, что ли?
— Нет! Просто… это же я виноват. Опять.
Рэй вынул руку из-под пледа и накрыл своей ладонью пальцы Жана. Тот не отстранился, но и не поднял головы.
— Оставь нитку в покое, — сказал Рэй. — И себя тоже. Отстань от себя.
— Тебе квартиры не жалко?
— Разумеется, жалко. Придётся снова переехать к родителям, пока здесь будет ремонт. Но ты видел мои вещи, они же безвкусные, так? Не о чем жалеть.
Жан улыбнулся сквозь слёзы.
— Да, шмотки у тебя не очень, — шмыгнул носом он. — Придётся помочь выбрать новые, ты один не справишься. Я составлю тебе компанию в магазине? — с надеждой спросил он, поднимая глаза.
Теперь опустил голову Рэй.
— Ну… я не смогу простить сразу. Не только за квартиру ведь. Ты слишком много врал.
— Но не про всё! Я, например, правда хочу стать дизайнером. И буду. Почему-то сейчас я уверен в этом.
Они наконец встретились взглядами.
— Здравствуй, дизайнер по имени Жан. Меня зовут Рэй, я судебный пристав, — Хозяин сгоревшей квартиры протянул руку. Бедовый птиц пожал его ладонь.
— А где всё-таки лежал крем? — полюбопытствовал он.
— В шкафу. Где же ещё хранить секреты! В книжном шкафу. У меня шкатулка в виде книги. Этого ты не предвидел, да?
Жан смутился.
— Вот есть же птица счастья, а я буду твоей птицей несчастья.
Рэй скорчил мину.
— Так себе перспектива! Нет, не вешай клюв. Для начала ты будешь собой. Не моим, не чьим другим. Своим собственным. Как тебе?
— Мне нравится! А ещё, — Жан заговорщицки подмигнул, — интересно, кто же ты? Кем ты можешь стать, если не будешь пользоваться кремом?
Они сидели бок о бок ещё долго.
Рэй знал — скоро ему предстоит встретиться со своими потаёнными страхами. Но индивидуальность нельзя замазать кремом. Когда-нибудь она прорвётся наружу.
Он смотрел, как Зак обнимает Ору, и думал о многом.
О том, что прощение не всегда легко даётся. Но если ты слишком хорошо понимаешь боль другого человека, то оно всё равно приходит.
О том, что нормальность — размытое понятие. Но если оборотни в него не вписываются, то так тому и быть.
О том, что быть собой всегда сложно. Но если ты прочувствуешь, что такое «быть собой» на самом деле, то однажды примешь себя.
О том, что свобода зависит не только от закона. Но если ты хочешь поступать правильно, ты должен руководствоваться сердцем.
О том, что вешать на людей ярлыки не стоит. Но если на тебе уже ярлык «оборотень», то ты не одинок в этом.
О том, что… да много о чём Рэй думал, думал и снова думал. И дым в голове начинал рассеиваться. Совсем как дым над его домом.
~
Пёстрой птицей пролетели три месяца. И в пятницу, примерно в 7:42 утра, Рэй твёрдым шагом приближался к уже родному районному отделу судебных приставов. Тёплое августовское утро, совершенно обычное, сулило большие перемены. Даже воздух был наэлектризован. Или, возможно, просто пахло грозой?
Завернув за угол, Рэй остановился.
И улыбнулся.
У входа в отдел терпеливо сидели белый лабрадор и чёрная кошка с умными, человеческими глазами. Они знали, что сегодня последний рабочий день Рэя.
А Рэй знал, что для них такое появление — невероятно смелый шаг на пути преодоления своих страхов.
Пока это ничего не значило для оборотней в целом. Но однажды вполне могло бы.
Кажется, в воздухе и правда пахло грозой.
~
Спустя 25 лет после встречи с Жаном
— Аврелий Вениаминович, — Молодая девушка-секретарь вошла со стопкой документов и аккуратно сгрузила их на стол. — Приходил адвокат по тому делу об убийстве оборотня в парке, ознакомился с материалами. Звонил полковник опять, просил, чтобы вы ему набрали.
— Захарий? Даже в отпуске он не уймётся никак. Законник — это состояние души.
— Ещё у вас заседание только через час, может, я пока кофе заварю?
— Смешно, Линда, смешно, — Аврелий Вениаминович оторвался от изучения бумаг и поднял поседевшую голову. — Ты же знаешь, я пью зелёный чай.
— О, это у вас неизменное, — подмигнула девушка, доставая подаренную ему кружку с совой. — Так я вам заварю?
— Заваривай! — дал добро Аврелий Вениаминович. — Но себе и быстренько. Заседание не «только через час», а «уже через час». У нас много работы!
Секретарь напустила на себя профессиональный вид, поставила его совиную кружку на место и, серьёзно кивнув, вышла из кабинета.
На свету блеснула прибитая к двери позолоченная табличка с надписью «Судья».
Спасибо за чтение
Вернуться к книге