Хроники Даргица и Дарлы. Том 2-й

Вместо предисловия

В обыкновение своего знака Зодиака (признанного едва ли не самым занудным и дающим объяснения по поводу и без) делаю такую вот пояснительную записку относительно "Хроник Даргица и Дарлы".

Даю пояснения, что такое Утренние Страницы(УС): название тренинга Джулии Кэмерон из её книги "Право писать". Суть в том, что каждое утро, просыпаясь и ещё не хапнув информационного удара, надлежит исписывать по три страницы, тех самых А4-го формата, в линеечку, чтоб совсем уж не спятить=))) На настоящий момент (на 25.02. прим., автора) исписано уже 5 полновесных больших тетрадей Утренних Страниц (такие не слабые талмуды формата А4).

Изначально я вела эти страницы как придётся и с очень завидной нерегулярностью: нередко пропуски составляли и несколько недель, и месяцев, и по полгода! Так, к примеру, самый первый том (увесистая амбарная тетрадь) был начат ещё в мае 2016, тогда как закончен - в июне 2021.

УС и тогда и сейчас носят чаще дневниковый характер, иногда - мои философские пассажи, записи сновидений, эмоциональные выхлопы... И лишь с появлением Даргица - в них наметилась так необходимая нота безумия, веселья, раскрепощения воображения, что требуется любому нормальному (с поправкой на общий диагноз творческого крышеотъезжания) писателю=))) Поэтому нередко публикации будут являть переход от записи вполне реальных, бытийных событий к диалогам с моим драгоценным Музом. Часто в них отражено и моё настроение, и глубокие переживания, оформленные как в легкомысленные, так и в довольно мрачные, отдающие жутью зарисовки...

В общем, это - Хроники. Хроники Даргица и меня. А уж как их вам захочется воспринимать - ваше дело=))

Мы же с даймоном намерены просто повеселиться!

Упоминаемые в записях праздники и даты – вполне естественно не совпадают с датами на момент чтения Хроник=)))) Все даты – указаны в начале каждой Хроники жирным шрифтом. А забавные праздники – взяты из календаря «Праздник каждый день» или аналогичного сетевого ресурса «Какой сегодня праздник»

Дополнение от 19 июля 2023

На момент публикации 2-го тома Хроник, самих Хроник перевалило уже за 400, а исписанных книг – восемь. И конца этому процессу не придвидится…

29-й день. «Тополиный пух для адских кругов»

7.06.2021

…на улице – ещё не разошедшееся до дурной жары лето, а угрозы прогноза на сегодня вообще грозу обещают. И пора бы уже – и за ради освежающего весь город дождя, и за ради того, что потоками воды небесной прибьёт вездесущий тополиный пух. Ведь на какой тополь ни глянь, даже на почти засохшие, едва живые – и те в «ватных» серьгах красуются! И в таком ведь количестве, что смотришь, и оторопь берёт: листвы иногда не видно за белёсыми мохнатыми «сосульками».

Вдоль бордюров и в любой выбоине асфальта – пуховые валики и «лужи». На газонах траву словно снегом присыпало (или заплесневела внезапно и буйно!). Все деревья и кусты в ареале цветения тополей тоже выглядят как жертвы исполинских, обильно линяющих белых кошек. Цветы, чьи венчики или листья обладают хоть какой-то бархатистотью, быстренько обзаводятся дополнительным опушением…

-Так что дождь – вот прямо нужен, - мрачно сообщаю я в пространство. – А то ходи как японцы – в маске круглосуточно. Выйдешь только на улицу – рот, нос, глаза, даже уши: всё этим пухом забивается! А стоит только ветру дунуть – та-аакаая «белая метель» начинается!

Есть такое дело, и добро бы одинокими, одуванчикового формата клочками пух кружил. Чаще – взмётывается пуховая пурга выше головы! И с самих тополей при этом отваливаются «серёжки», напоминая свалявшуюся нестерильную вату, и так ещё хитинисто хрустят под ногами, если наступишь.

-Однако веселее забавы у нас не было,- мечтательно говорю я, - поджечь такие вот залежи пуха вдоль бордюра – и с восторгом следить за бегучим пламенем! А чуть не в огонь – голуби кидаются, а как же: семки! Жареные! И так на нас, на юных пироманов, зыркают оранжевыми глазюками, мол, пацанва, жги исчо! Эй, Даргиц, слышь, чего предлагаю? В краях твоих – учреди такой вот уровень с вечно пушащими тополями. Для любителей злословить – чтобы только рот распахнут и сразу по самые «зубы мудрости» наполняются белым и пушистым. Для неврастеников – тоже испытание: у некоторых касание пуха вызывает ощущение лапок насекомых. Визгу будет! Даргиц?

Только сейчас даю себе отчёт, что даймон ещё ни разу не подал голоса, хотя я давно уже – в пределах Чертогов. Но вот моё ухо улавливает знакомые звуки: поскрипывание и шуршание кончика пера по плотной бумаге.

Оглядываюсь и вижу: Даргиц, наполовину вывалившись из своего Логова, быстро строчит на листе пергамента. Две головы – напряжённо смотрят в лист, от усердия выставив кончики языков. Третья – диктует. Прислушиваюсь, и мне только руками остаётся всплеснуть: адский котик уже вовсю приказ катает о посадке тополиной чащи на месте какого-то баронства, давно обращенного в пепел и простаивающего без дела.

-Вот ты жук трёхголовый! – восклицаю я.

Даргиц, оторвавшись от пергамента, обращает ко мне все три морды и одаривает троекратной мощности улыбкой. Мало того показывает мне на здоровенный прозрачный зип-пакет, набитый чем-то беловатым. Сомневаюсь, что это синтепух для подушек.

-С тебя – хорошая новость! – безаппеляционно заявляю я. – Или внезапное безвозмездное пополнения семейного бюджета. Авторское право, так и быть, себе припишешь.

Даргиц смотрит на меня сначала озадаченно. Затем одобрительно и расплывается в ухмылках, перед которыми пасует и Чеширрский кот. Бодро шлёпает в нижней части пергамента печатью, сворачивает трубочкой и, указывая ей на меня, говорит:

-Ну, зачем уж так-то авторскими правами разбрасываться, Дарла? Давай хоть назову новый уровень с тополями в твою честь.

-Вот уж не надо! – отрицательно мотаю я головой. – Либо хорошая новость, либо пополнение бюджета.

Даймон лишь пожимает плечами, а затем втягивается, как улитка в раковину, в своё Логово, исхитрившись прихватить и пакет, под завязку набитый тополиным пухом.

Перевожу дыхание и напоминаю себе, что с этим лысым трёхголовым – надо держать ухо востро. Глазом моргнуть не успею, как он все мои пожелания в Договор оформит и на подпись подсунет. Ну уж не-еет.

Слушаю, как Даргиц в своём Логове чем-то шумит и грохочет. Не иначе, лопаты и мотыги собирает или иной какой инвентарь для садовых работ. А перед глазами с неожиданной чёткостью всплывает то самое перо, которым даймон строчил приказ. Не какое-то там гусиное, а сплошная роскошь: ручка – то ли рог единорога, то ли длинная витая раковина аспидно-чёрного цвета, и каждый виток отмечен инкрустацией из мельчайших рубинов и бриллиантов. При каждом движении – фейерверк колючих красных и радужных искр. А вот само перо – контрастно-белое, похоже на кость, но что-то мне подсказывает, что прочностью и бронебойностью не уступает копьям всяких драконоборцев! Вот уж действительно, перо – сильнее меча, да в таких-то лапах!

Печать разглядеть с такой дотошностью не успела, да и не для смертных глаз такая штука. Адские артефакты, дающие силу всяким Договорам, одним своим присутствием могут изрядно мироздание расшатать.

-И вот кто тебя знает, паршивца лысого, - вслух говорю я, - может, когда меня на всякую инфернальщину нести начинает, ты мне как раз эту печать под стол и подбрасываешь?! Для стимуляции, так сказать, души прекрасных подрывов!

Из тьмы, что есть Логово Даргица, доносится самодовольный опереточный хохот. Слышал, значит! И не отрицает: может, и подбрасывал, может, и сейчас где лежит, что у него, печатей мало?

-А чего ты хотела от Повелителя Преисподней? – обращаюсь я уже к себе. – Чтобы он тихо жил в тёмной части меня самой и цитировал хайку Басё? Или – Кота Басё[1]?! Знала ведь, кого себе выбрала – вместо пегаса какого-нибудь породистого.

И снова из Логова даймона мне доносится ответ – на сей раз сочное лошадиное ржание на три голоса.

7.06.2021

[1] Кот Басё – сетевой никнейм Светланы Лаврентьевой, автора замечательных стихов

P.S. Для тех, кто незнаком с особенностями хронологии - они на момент публикации не совпадают с реальным календарём. И часто - я пропускаю дни, которые к самим Хроникам не имеют отношения, то есть если Даргиц и Дарла там не упомянуты.

30-й день. «О ПМС как средстве для…»

8.06.2021

Ох уж этим мне «женские дни» и их предваряющее! И так погода влияет на мировосприятие, что никакой корвалол спать уложить не может. Хотя тут скорее повинен типичный шум города, который не умолкает даже в глухом третьем часу ночи. Как раз в этот «недобрый час» - меня и подкинуло, когда что-то грохнуло с такой силой, что все окрестные машины дурнинами орали. Гром небесный как версия отпадал: звук был явно искусственного и характерно металлического звучания. Что-то упало? Взорвалось?! Или очередной несущийся на стройку грузовик, чей водитель возомнил себя Шумахером, подпрыгнул на колдобине и сотрясся кузовом?

Что уж сейчас-то гадать. Факт остаётся фактом – это, да ещё и обострённая на фоне ПМС обидчивость, изрядно подпортили ночной отдых. Слабо утешало даже исполнение желаний, тех самых, в обмен на тополиный пух. Была и условно хорошая новость (так себе – но всё же), и даже пополнение семейного бюджета. И даже – дождик по щелчку пальцев…

Даргиц за моей спиной многозначительно посмеивается, а я, как уже повелось, начинаю вслух рассуждать:

-Ну, положим, желания эти – через твои ли усилия, или стараниями ангелов, - тут даймон издаёт возмущённый мяв, явно со мной несогласный, а я продолжаю, - так вот, исполнились – поскольку были мне по-настоящему необходимы. Что ж с работой-то так ладненько не складывается?!

Даргиц издаёт звук, в общем приближении напоминающий звук сдувающегося воздушного шарика. С руладами такими и подвываниями. Потом говорит, добавив в голос скрипучести:

-Я тебе предлагал очень даже недурственную работу: пересюжетки. Или вот, сдельную: одна твоя идея для Меня – исполнение одного твоего желания. Ладно, двух – с отклонениями.

-Особенно мне отклонения нравятся, - кисло отзываюсь я, оборачиваясь к нему. – Может, подкорретктируем и на одну мою идею – одна толковая глава? Рассказ? Хотя бы этюд?!

Даргиц заметно скучнеет всеми тремя мордами и небрежно отмахивается:

-Не ко Мне, Я же говорил. Я – даймон, а не крылошлёпка с арфой.

-Слушай, я и так на фоне ПМС – вся не в себе, - бурчу я. – Мог бы сделать уступку… - Умолкаю ровно на столько, чтобы Даргиц поставил уши торчком, догадываясь: сейчас я опять одарю его идеей для его и без того нескучных адских угодий. – А вот за ПМС, кстати… Запусти там у себя аттракцион – с вечным просто этим синдромом, со всем набором ощущений: от чисто физиологических до скачков настроения до десяти смен в минуту! Ладно, делай послабление – за час, этого тоже хватит, чтобы охренеть. При чём для всех полов и видов, благо, у вас там, на Авалоре, чего только не водится (и дело вовсе не в вопросах толерантности или гендерной неопределённости!). Остроту ощущений – на твоё усмотрение, последствия – тоже диапазон отсюда и до бесконечности. И замечу, это не вульгарное «побыть в теле женщины», а полноценное прочувствование психо-эмоционального состояния, когда ум с сердцем и прочим ливером – ни разу не в ладу…

Чирк-чирк-чирк-ЧИРК!

А меня продолжает нести как Остапа:

-Возьми ещё за образец предменстуральный синдром у представительниц различных рас: у людей-то оно понятно, как дела обстоят. А вот что там у эльфиек и троллей, или, скажем, дракониц?! А как дела обстоят у демониц и нечисти низшего порядка, которые ведут полу-смертную жизнь, а значит, и огребают согласно биологическим циклам?

Даргиц издаёт восторженный всхрюк, причмокивает и строчит с такой скоростью, что так и чудится дым из-под пера. Три длинных с чувством «чирк» - и перед глазами встаёт образ трёх жирных восклицательных знаков в конце предложения. После этого даймон несколько секунд созерцает написанное, смачно припечатывается в поцелуе к углу пергамента и резвой рысью уносится в своё Логово.

-Даргиц, новость! – кричу я ему в след. – Одну хорошую и приятную лично мне новость!

За шорохом, звоном и грохотом, несущимися из его Логова, ответа не слышно. Но я не сомневаюсь: хотя бы в одно ухо из шести даймон меня как раз и услышал.

Я же довольно неубедительно отчитываю себя за то, что опять послужила на стороне Зла и даже без печенек. Но что уж тут, с таким-то настроением и состоянием?!

8.06.21

31-й день. «О мороженой безвкусице и борьбе с прокрастинацией»

9.06.2021

…вчера, решив увенчать прогулку по жаре, решила съесть изумительно безвкусную мороженку из «Фикспрайса» (откуда впоследствии сделал два вывода: первое, не всё-то съедобно, что за 32 рубля; и второе, больше ничего марки «Морозко» не покупать!). От заявленного «со вкусом малины» - были, собственно, эти слова на обёртке. Даже чахло-розовый цвет самого мороженого – наводил на какие угодно мысли, но не о малине. Вкуса – никакого. Даже хотя бы пломбирно-без-ничего!

По всем органолептическим ощущениям – это был снег в стаканчике, слегка покрашенный остатками воды из баночки художника. Даже без вкуса акварели. У фруктового льда, со всеми наполнителями-овкуснителями - вариации от «теперь банановый» до авокадо. А у этого чудо-мороженого – именно слежавшегося снега. И язык так характерно немел, как если бы пригоршню снега и хватанула. Вкус же был ну-ле-вой! Просто десять из десяти по отсутствию вкуса! Даже у вафельного стаканчика и без того невыразительный вкус - потерялся на фоне этого «без-малины-но-как-будто-с-малиной».

Но я ведь из упрямства догрызла это безобразие (да-да, как в том анекдоте про чукчу: «мыло-не мыло, деньги платила, кушать надо!»). То ли из жадности, то ли в надежде, что вот-вот докопаюсь до малины, хотя бы до намёка в виде ароматизатора. Не случилось.

-Зато идеальный способ отбить у детей охоту тратить карманные деньги на мороженое, - передёргиваясь всем телом при воспоминании об этой «мороженой безвкусице», ворчу я. – Пару-тройку раз вкормить продукцию «Морозко», сопровождая скорбными вздохами, мол, у этих хотя бы стаканчик на вафлю похож. И глаза так выразительно ещё закатывать, если несчастное дитя спросит: «А на что у других мороженое похоже?!». И вздыхать ещё надрывнее, шепча в сторону: «А у других – картон размоченный...». Фу, какая гадость! Загубленное детство и неизживаемые комплексы обеспечены!

Перечитываю записи с тем самым скорбным выражением, попрекая себе, что не то и не о том пишу. В голове вдруг образуется некая пустота, в которой шепелявый голосок шепчет:

-А пошшшли другое морошшеное поишшем? Книшшки неугодные отнешшём в библиотеку и потом – по морошшшенке? Вкуушшшной! И к пруду – погулять пойдём потом.

-Угу, вдвоём с котом, - киваю я, словно бы поддавшись шепелявому гипнозу. Потом жестом Сейлор Сенши выхватываю из-под столешницы Большую Мухобойку и смачно припечатываю к столу, заорав: - А ну-ка получи во имя пера и чернил, тварь шепучая!!!

-Ты что, Дарла?! – тут же вылетает из своего Логова Даргиц. – Чертей гоняешь?!

-Да какие там черти?! – бурчу я, пытаясь ручкой той же мухобойки отскрести некое размазанное в блин по столешнице существо. – Нечисть это моя внутренняя, неизживаемая – прокрастинация, чтоб её! С твоим–то демоническим племенем хоть договориться можно, хе-хе, оцени юмор! Или экзорцизм какой провести. А вот эта дрянь – просто бессмертная какая-то!

В доказательство сказанного, «блин» отлепляется от стола и с шелестом слетает на пол, на манер чахлого листика. По приземлении выбрасывает из плоских краёв псевдоподии и, шустро ими перебирая, уползает под ближайший стеллаж.

Даргиц текучим жестом оказывается тут же и заглядывает под стеллаж, радостно скалясь. Прокрастинация тоненько верещит и, судя по звукам, пытается забиться под плинтус или в иную какую щель. Даймон тут же всовывает в зазор кончик одного из хвостов, некоторое время азартно им шерудит, скорее уж развлекаясь. Через полминуты, впрочем, он с торжествующим мяргомизвлекает хвост из-под стеллажа, а вместе с ним – насаженный на хищное жало «блин». Крутит так и эдак, морща морду в гадливом восторге, встряхивает «психонечисть», слушает, какие звуки та издаёт. Потом смотрит на меня и интересуется:

-Оно тебе надо, или Я одолжу ненадолго, для научного исследования, так сказать? Потом верну.

-Да забирай хоть навсегда! – восклицаю я, хотя и знаю: эта пакость не задержится долго даже на самом нижнем из ярусов даргицевых владений. Приползёт, паскуда, обратно и будет заниматься любимым делом: отвлекаторством.

9.06.21

32-й день. «Слегка о снах и новостях»

11.06.21

...подъём по неписаному канону и непостижимой мне самой установке: как только мой черёд дежурить с утра по кухне, встаю ровно на полчаса раньше будильника! И ведь это не смотря на то, что часть ночи меня донимали фееричные ощущения со стороны менструирующего организма. Кетарол мне в помощь – после него спала вполне себе крепко. Не помню, чтобы снилось что-то, скажем, в тему просмотренных на ночь «Охотников за привидениями»: ни тебе слизистых зелёных призраков, ни пальбы из лазерных пушек по гигантским зефирным человечкам.

-Впрочем, если хочется добиться прямо лютых кошмаров, это надо новости посмотреть, - задумчиво говорю я и тут же громче вопрошаю: - Даргиц, дорогуша, у тебя уже есть уровень с бесперебойной трансляцией «худшего из лучшего» из мира новостей и прочего массмедийного отстойника? Хотя, кого я спрашиваю, конечно же есть!

-Но спросить-то всё равно не помешает, - слегка уязвлено отзывается даймон и демонстративно шуршит какой-то газетёнкой в лапах. Думаю, разминает он её вовсе не для последующего вдумчивого прочтения!

-Так ведь я и не сомневаюсь в тебе, - пустив легкой лести в голос, говорю я. – Что такое шлак земного массмедиа – в сравнении с тем, что творится в твоих владениях!

Даргиц тут же самодовольно раздувается, выкатывает грудь колесом и, продолжая комкать газету, перечисляет:

-О да, там не только беспрерывный поток аудио- и визуального восприятия, которые, согласись, довольно отстранённые. Мы добавляем полный спектр ощущений: обонятельный, осязательный, тактильный, ментальный. В общем, полное и глубокое погружение на всех самых «смачных» моментах, из которых сидение на многочасовых заседаниях политбюро – это уже райское блаженство. – Он меленько хихикает, разрывает печатную продукцию надвое, затем складывает куски вместе и продолжает с откровенно маниакальными интонациями: - Особенно удачными выходят трансляции с мест экологических и техногенных катастроф, запрещённые к широкому показу документалки о работе скотобоен, абортариев, наркодиспансеров…

-Заткнись, пожалуйста, - чувствуя, что слегка позеленела, с нажимом говорю я.

Даргиц глядит на меня как бы с недоумением. Пожимает плечами и степенно удаляется в своё Логово. Кряхтит там, самозабвенно пускает газы, шуршит бумагой. Издаёт прочувствованный вздох облегчения и шумно спускает воду в унитазе. Явно ради меня старается, чтобы показать, что он может сделать со всеми этими нашими людскими новостями и где он их конкретно использует.

11.06.21

34-й день. «И вновь о снах и женской природе вообще»

13.06.2021

…на фоне вчерашних переживаний – внезапной и очень обидной «протечки» организма, вынудившей стремительно возвращаться домой на такси, а там - дым коромыслом, всё до небес – гости с детьми… Короче, неудивительно, что снилась всякая дребедень.

…сумбурное снилось, из чего помню, что выхожу замуж в платье японской невесты, а суженый мой ряженый – где-то за тридевять земель потерялся. А друг жениха, который должен был свадьбу снимать, на меня какие-то виды имеет, но по техническим причинам – это весьма проблематично. И вот жених и этот самый друг самозабвенно по телефону ругаются. А растерянная невеста, за которой призраком таскается свадебное платье – хотя это его на весу всё время какая-то женщина держит – стоит на захламлённом балконе, слушая перебранку мужиков.

В общем, всё смешалось в доме Облонских!

-Спасибо, хоть без повтора «кровавых подробностей», - досадливо бурчу я, вновь ощущая прилив стыда за вчерашнюю «протечку». С чего б организм так подвёл – жара или, как любит моя сестрица старшая говорить, «списывай всё на солнечное затмение», но было так неловко и обидно! В додревние времена такое бы на происки ведьм свалили, на божью кару или проказы чертей. Но это когда было…

-А Я-то всё жду, что ты меня помянешь, - усмехается Даргиц, глядя на меня с прищуром.

-Могу и помянуть, - кисло улыбаюсь я в ответ. – Могу даже уличить в преднамеренном вмешательстве в проект «человек» версия «баба» ещё на стадии планирования: черканул в паре мест лишних крестиков, вот и получили битый хромосомный набор. Или на стадии сборки лапками своими шаловливыми скомуниздил уплотнители или шайбы какие специальные, из-за отсутствия которых всё моё племя раз в месяц превращается в «кровавых мэрей». Что, готов взять ответственность за дефект модели на себя?

-Я – не Я, модель не Моя! – оскорблено отзывается Даргиц, вместо вздыбливания шерсти полыхая пламенным ореолом по контуру тела.

-Вот сразу и не твоя, - ухмыляюсь я. – Брезгливенький ты наш. А как активно разрабатывать уровень с ПМС для всех и каждого, так впереди всех, аж волосы назад. Вон как старался – все волосы-то и сдуло напрочь.

-Кстати! – тут же оживляется даймон, даже не огрызнувшись на тему волос и их отсутствия. – Не поделишься ли каким новыми идеями для Моих угодий?

-Не поделюсь! – с удовольствием откликаюсь я. – Ты ж так и не рассказываешь мне МарьИванну сотоварищи?

Даргиц весь кривится и поворачивается ко мне спиной, умудряясь при этом и спиной, и даже хвостами выразительно морщиться. В получившихся складках мне видятся какие-то слова. Присматриваюсь и фыркаю: непристойности подъездного уровня с сопроводительными рисунками! А ведь ещё и Повелитель Преисподней!

13.06.2021

35-й день. «Всё те же яйца Фаберже: ракурс неожиданный»

14.06.2021

Восемь утра, настроение – вот как у погоды за окном: всклокоченное и неопределённое. Виной ли тому разболевшаяся поясница (валю всё на усердное вязание и давно заброшенную гимнастику по утрам). Или давит всеобщим эмоциональным фоном: как бы понедельник на календаре, а как бы – и выходной. Государственный праздник, чо! И погода словно изображает людское состояние после этих непонятных выходных: «бодатое», пасмурное и недовольное всем подряд.

А тут ещё поясница, ноет, как больной зуб!

-Стареем, стареем, - вздыхаю я, припомнив и то, что самое меня нелюбящее из домашних зеркал показало: полосу отросшей седины среди рыжины. – Похниниться бы надо… - Но супруг сегодня дежурный по кухне, удастся ли выкроить часок, чтобы привлечь его к покрасочным работам? Снова вздыхаю, провожу рукой по макушке, почти физически ощущая ту самую седоватую полосу волос. Бормочу: - Хорошо вот Даргицу: хочет мохнатый, хочет – чешуйчатый; или лысый, зато в татухах от ушей до хвоста, и никто не подкопается с вопросами возраста!

Услышав эту сентенцию, Даргиц издаёт довольное урчание, выбирается из тьмы, что есть его Логово. Окидывает окружающее – и как бы мимоходом и меня – царственным взглядом и начинает неспешно прогуливаться туда-сюда, весь сверкая и переливаясь.

Глядя на него, я напрочь забываю о своих печалях, могу лишь ошарашено моргать. Нет, я помню, что как-то раз он принял облик, словно целиком был отлит из чёрного стекла с авантюриновой искрой; тоже ничего себе впечатляюще смотрелось.

Но вот чтобы каждый сантиметр его туловца – был инкрустирован самоцветами!..

Я даже не сомневаюсь, что это всё сплошь бриллианты, а не просто напыление театральными блёстками. Когда меня в очередной раз ослепило радужным блеском, я встряхиваюсь и спрашиваю со слегка нервным смешком:

-Ты у нас нынче в образе, только вот в каком: чудо в стразах или сразу - корона Российской Империи?

-Ага, с яйцами Фаберже! – не остаётся в долгу Даргиц, стремительно разворачиваясь и задирая оба хвоста повыше.

Не успеваю вовремя зажмуриться и теперь эти два «диско-шара» стоят перед внутренним взором. Божечки, и как это теперь развидеть?!

Даргиц хохочет нарочито опереточным басовитым голосом, а после – неспешно удаляется по одному из коридоров Чертогов. Видимо, в поисках того, кого бы ещё ослепить и оставить неизгладимое впечатление на поверхности мозга!

Да уж, с адским котиком скучать не приходится. Как раз вот и скучать при нём – дело небезопасное. А то пойдёт как Василиса Прекрасная хвостами направо и налево размахивать, только успевай падать лицом вниз, ногами к эпицентру «размаха»! И за языком надо следить и не сболтнуть лишнего; охоч мой даймон до экстравагантных идей.

Даргиц тут же высовывается из-за ближайшего стеллажа, словно и не уходил никуда. Глаза прищурены, уши торчком: а ну как меня всё-таки понесёт на живописание чего-нибудь, что можно будет в свои адские пределы утащить и на практике применить?

Показываю ему язык и ворчливо заявляю:

-Нет уж, дорогуша, хорошего помаленьку! Иди вон, отсверкивай своими «фабержами» в своих владениях - так шокируешь всех грешников, что они и на новом рождении по ночам будут вскакивать с криком: «Не бей, сЭрый мИща, брульянтово иицко! А то придёт аццкое котэ – и укусЫт под хвостЭ!».

Даймон фыркает, потом запрокидывает все три головы и заливается злодейским рёготом, аж из-под сводов что-то посыпалось. Не успеваю я прикрикнуть, что сейчас кто-то ведром штукатурки по «фабержам» получит, как он, уже с каким-то совсем бесноватым «Уйа-йа-йау-уууу!!!», напоминающим воздушную тревогу, уносится в недра Чертогов Воображения.

-Может, у меня там какой-то сейшен, в недрах моего подсознания, а я и не в курсе?! – тревожно вопрошаю я, выбегая в тот коридор, куда унёсся даймон. – Может, там уже вовсю – Ктулху ф'хтангнулся, вот этот красавец – весь из себя такой красавец?! Отмечает день восстание коллеги?! Что у нас там по календарю помимо понедельника?

На ближайшей стене послушно проступает календарь с праздниками на каждый день. Вчитываюсь: день блоггера.

-Даргиц! – ору я в след умчавшемуся даймону. – Бложить и блажить – это две разные вещи, слышишь?!

В ответ мне издалека доносится завывание «воздушной сирены» на три голоса. Вздыхаю. Ладно, пусть себе развлекается. Главное, чтобы не устраивал катание на шторах и адский тыгыдык в ночи! Или чтобы пакетик какой не нашёл…

Хмыкаю и пытаюсь вообразить габариты пакетика. Да в него же можно будет грузовую фуру упаковать! Моё воображение не останавливается на достигнутом и рисует: адский владыка, самозабвенно шуршащий в этом самом пакетике. При том по всем уровням собственной преисподней!

-И в обмороке лежат не только грешники, - хихикаю я, возвращаясь к письменному столу, - но и старожилы!

Чуть ближе – где-то из вон того прохода – снова доносится хохот, топот. Потом – ОГЛУШИТЕЛЬНОЕ, фактически громоподобное шуршание! Кидаюсь рывком туда и успеваю мельком увидеть такое, что и Иоанну Богослову не привиделось: Повелитель Ада, весь в бриллиантах, весь сверкающий и переливающийся, мчится галопом, вдевшись всеми тремя башками в лямку исполинской целлофановой «майки». Сам пакет аспидно-чёрный с кроваво-красным принтом черепов и какой-то нечитаемой надписью.

Морды Даргица шальные и счастливые, в глазах – круглых и сияющих неоново-голубыми сумасшедшими фарами – все концерты «Раммштайна» разом, а так же десятка иных мне неведомых рок-групп. Промелькнув через коридор бредовым видением, он единым махом вылетает в высокое стрельчатое окно. Судя по звучному хлопку, от которого у меня в ушах даже зазвенело, адская «майка» расправилась на манер парашюта.

Хоть сама и не вижу, но легко представляю: и планирует эта регочущая от восторга туша, ослепляя само мироздание своим блеском и бесстыже отсвечивая «фабержами»!

-Сделала котику день! – вздыхаю я, хотя губы так и расползаются в улыбке.

14.06.21

36-ой день. «Где ты, типичное уральское лето, или Кофеёк по-даймоновски»

15.06.21

Утро обнадёживающе пасмурное; по самым оптимистичным прогнозам сегодня стоит ожидать не просто дождь, а вот прямо грозу. По мне и проливного дождя без громов-молний было бы достаточно. А то смотрю из окна на газоны, и грусть накатывает: недавно ещё буйная пышная трава желтеет, сохнет и печально хрустит под ногами прохожих. Даже сахалинский гречишник, уж на что живуч и неубиваем, - и тот приуныл и весь обвис. Что уж говорить о менее стойкой растительности?

А по вечерам, когда стихает и слабый намёк на ветер, тянет гарью; горят окрестные леса, тлеют торфяники. Тогда и вздыхаем все дружно об обычном уральском лете: промозглом, дождливом, с парой недель солнца за все три месяца в сумме. Зато без вот этих вот апокалиптических спецэффектов! А как искреннее тогда радовались редкому солнцу!

-Конечно, если лето случается экстремально уральским, можно ведь и снежочка дождаться, - бормочу я, отворачиваясь от окна. – На денёк-другой, ну, три. Однако при отключённых батареях – гарантированы незабываемые впечатления! И сочинение на тему «Как я провёл лето» будет начинаться со слов: «В валенках, варежках, трёх кофтах и возле обогревателя. В особо погожие дни мама разрешала мне снять шапку, но оставляла бабушкин платок и соседский снуд, в который можно было завернуть медведя…» - Усмехаюсь и продолжаю мысль: - Поэтому во всём нужна золотая середина!

-Вот это правильно, - тут же отзывается Даргиц, оторвавшись от скопления колб, мензурок и реторт, и прочего алхимического оборудования на длинном столе. – Есть у меня отдельный легион боевых кадавроидов: Золотобрюхие! Сами по себе и вкривь и вкось собраны, для психического воздействия. Но вот ровно по середине у каждого, на линии симметрии, от горла до паха – полоса чистейшего золота вшита. И красота, и гармония, и прочим – в назидание. – Подмигивает мне и хихикает: - Мол, хотите добиться золотой середины, добро пожаловать в эти нестройные ряды!

Я только головой качаю. А что тут скажешь?У даймона своё понимание эстетики и гармонии. Вон он как вчера отжигал, бриллиантовый наш, у меня до сих пор на периферии зрения бликует!

…а между делом и разговорами с Даргицем сбрызнул дождь: асфальт на тротуаре и проезжей части характерно потемнел. Вот только этого мало, едва листья смочило, а всё прочее – до земли под деревьями и не долетело. Земля вообще местами твердокаменная, в колоритных трещинах.

-Цветочкам в палисадниках больше свезло, - вздыхаю я, понаблюдав в окно скорее печальное, чем радостное зрелище промелькнувшего дождика. – Те хоть из шланга хозяева поливают, кому не жалко. А этим, вольнорастущим, каково?

-Зато им не прививают только полезные или эстетические с точки зрения людей качества, - ухмыляется Даргиц, переливая агрессивно булькающую жидкость из одной склянки в другую. Результатом этого стал негромкий хлопок и ядовито-оранжевое, быстро пухнущее облачко над краями колбы (видом, кстати, напоминает неприятно перекошенную рожу). Даймон же реакцией доволен, тычет «роже» в оба «глаза» стеклянной палочкой и продолжает свою мысль: - Такова, Дарла, цена относительного комфорта: сиди за оградкой, не беспокойся о подкормке, поливке, прополке. Но разрастись вольненько или зацвести не в срок – даже не надейся: тут же прискачут заботливые хозяева и отщипнут напрочь всё, что им неугодно. Зато будешь потом радовать хозяйский глаз пышной зеленью! – Даймон явно вкладывает в свои слова совершенно иной смысл, судя по его хихиканью.

Я лишь кисло улыбаюсь и продолжаю с известной долей настороженности наблюдать его алхимические опыты.

Даргиц, утыкав упрямое облачко обратно в колбу, добивается какой-то совсем гремучей реакции: субстанция постреливает крохотными молниями и явно норовить вывернуться из лап даймона. Тот лишь шире ухмыляется и ловко переливает её в другой пузатый толстостенный сосуд. Что-то туда досыпает, помешивает всё той же стеклянной палочкой. Потом облизывает палочку, задумчиво причмокивает – и плюет прямо в беснующееся варево. Внутри сосуда разыгрывается сотворение вселенной в миниатюре: бурлит тьма и огонь, разлетаются крохотные галактики, а облака раскалённых газов и плазмы устремляются вверх по горлышку.

Даргиц быстрее и ловким жестом насаживает на колбу колпак с винтом, каковой затягивает потуже. После подсоединяет трубку змеевика, прозрачную, а потому демонстрирующую ринувшийся по всем виткам поток тьмы и пламени. На полпути в змеевик встроена какая-то непонятная громоздкая штуковина, напоминающая объёмную игрушку-лабиринт. В ней жидкость яростно мечется, заставляя играть внутренними молниями и сполохами, пока не находит выход дальше по змеевику.

Довольный, аж похрюкивающий, Даргиц спешит к венчающему витую трубку кранику. Суёт под него здоровенную, похожую уже на широкогорлую банку, колбу. Кончиками двух когтей отворачивает вентиль.

Сыплющая разрядами, ставшая более тягучей жидкость – течёт в подставленный сосуд, словно космос вдруг перешёл в новое агрегатное состояние. Стенки банки запотевают, а над краями – поднимается натуральная звёздная туманность, посверкивающая сверхновыми в загадочных глубинах. Хоть и миниатюрное, явление ведёт себя как истинный космический феномен: застывает причудливыми скоплениями облачными и не спешит рассеяться.

Я постепенно начинаю подозревать, что это там такое наалхимичил адский котик.

Тот, плотоядно облизываясь, опережает мои предположения, громко объявив:

-Мой фирменный кофеёк «Пожиратель мирозданий»! Ум-ммм! – И, блаженно зажмурившись, суётся носом прямо в туманность и делает длинный глоток.

После чего его морда, глотка и чуть позже – всё тело на пути следования проглоченного – озаряются изнутри сполохами, высвечивающими кости и прочее загадочное содержимое даймона. Оторвавшись от края колбы и вкусно облизнувшись, смахнув языком ошмётки туманности, Даргиц глядит на меня томным взглядом. Глаза его заволокло космической тьмой, в которой промелькивают кометы и какие-то иные вселенские объекты. Сдержанная отрыжка озаряет нутро адского владыки фантастическими цветами и переливами, которые прокатываются вплоть до кончиков обоих хвостов.

Даргиц ничуть не смущён, расплывается в блаженной улыбке и даже совершает аттракцион невиданной щедрости: предлагает адский кофеёк и мне. Скромно отнекиваюсь, мотивируя тем, что нынешнее моё воплощение просто не сможет оценит весь тонкий букет ядерных взрывов и прочих межзвёздных процессов, отвечающих за сотворение и разрушение вселенных.

Даймон понимающе кивает и делает ещё один глоток, услаждая мой взор новой феерий вспышек внутри своей туши.

15.06.21

37-ой день. «…я выбираю чёрный в облике своём…»

17.06.2021

…в голове который день крутится какой-то монолог или молитва… Проще записать – а то не отвяжется…

«…я выбираю чёрный в облике своём, и выбор этот не связан с тем, какую я принимаю сторону: Добра или Зла, Света или Тьмы.

Люди издревле боятся тьмы: тьмы пещер и подземелий, тьмы глухой безлунной ночи, тьмы под закрытыми веками, даже тьмы лона своих женщин и утроб, вынашивающих их детей. Для них это – неведомое, безымянное, неподвластное. Напоминает смерть, напоминает о бездне того что лежит за гранью рассудка, о тьме, схоронённой в потаённых уголках души и мозга, и потому наделяемых исключительно дьявольской природой.

Поэтому чёрное для них – это сторона Зла, Преисподней, Смерти.

Но я выбираю чёрное, и мне нет дела до их страхов и возможности через эти страхи людьми управлять. Людям хочется видеть в белом свет, наделять свойствами начала – нового дня, новой жизни, безусловного Добра. Белое по их разумение – это благо и Бог, то, что они готовы любить и желать без оглядки.

Но они забывают, что только одно лишь белое – это и слепота, это испепеляющее всё живое солнце, выбеленная кость; это чистый лист, начало начал, где надо приложить много, очень много труда; преодолеть парализующий страх перед этой ослепительной чистотой, где любой малейший след – будет отчётливо виден.

Так видна клякса чернил на белоснежном листе бумаги. И не каждый сумеет превратить эту каплю в изысканный пейзаж. А при попытке вычистить, вымарать – неизбежно останется грязная угадываемая потёртость, порождающая тайный стыд.

Люди принимают чёрное на белом порциями, небольшими мазками, каллиграфическим почерком. Тогда они заявляют: «Это красиво и хорошо!».

Но если чёрное размазалось, разбрызгалось, протекло чернильной лужей из опрокинутой чернильницы, они дружно восклицают: «Это грязно! Это убого!», словно и не видят, что это - на так чтимом им белом, непорочном…

Я выбираю чёрное, потому что – это цвет надежды.

Тот цвет, когда во мраке ночи, среди кипения волн и отчаяния – вспыхивает луч маяка, обозначая границы между жизнью и смертью.

Когда в небе рассыпаются звёзды и восходит Луна, превращая недавнюю тьму ужаса – в волшебную сказку.

Когда закрываются глаза и сходит благодать сна и отдыха после подчас изнурительного дня, после кипящего карнавала бодрствования.

Наконец, это благословенная тьма, из которой выходят новорождённые, покидая материнскую утробу.

И это тьма, что с материнской заботой примет бренные останки по завершению земного срока жизни…

Поэтому чёрен мой облик и крылья; в них – надежда, покой, умиротворение. На чёрном – капли и крохи света сияют ярче, потому становятся более ценимы и драгоценны. Разве можно при ярком дневном свете оценить сам свет?

Потому не пробуй судить обо мне и меня, пока, оказавшись во мраке, вкусив весь ужас пребывание наедине с ним и с самим собой, ты не увидишь проблески света, серебряную россыпь – на моих крыльях.

И ты – последуешь за мной, и я буду – твоя надежда и свет её во мраке.

Поэтому – я выбираю чёрный цвет…»

17.06.2021

39-й день. «О снах, кино и монохроме»

19.06.2021

…снилось всякое диковинное, хотя помню уже нечётко:

Иду по продуктовому рынку, в разделе сыров… Долго так иду. Вдруг выхожу на какие-то руины то ли после бомбёжки, то ли просто – историческая древность. И свекровь моя тут, бодро так вставляет новенькие пластиковые окна в уцелевшие проёмы, а где свои стёкла имеются – те моет. Я спрашиваю, мол, мы где. Ответ прекрасен: «В Бухаре!». А я не унимаюсь, ещё трижды спрашиваю, сама по сторонам глазею, на обрушенные стены, остатки лепнины, барельефы. И вдалеке через окна и пролом в стене – другие развалины виднеются, тоже из светлого камня. И башня видна на вроде Вавилонской. Но в Бухаре. А что, почему бы и нет?

Такие вот сны, и чем бы спровоцированы? Вчерашним походом с подругой в кино на «Круэллу»? Так ведь тогда всё и должно было – в чёрно-белой тематике сниться. Или это так на меня усердно чтение очередной книги Олди влияет? Там как раз – Древняя Греция, храмы белокаменные; вот потому и руины всякие привиделись…

-Сны, мда. Такая штука, - говорю я. – Тот ещё кинотеатр случайного показа! А кстати, было бы интересно: сеанс-в-слепую. Есть же такие свидания: с кем повезёт, с тем и свидишься. А тут – сновидишься. В книжных, помню ,даже акция такая шла: заворачивают книгу в крафт-бумагу, бечёвкой так креативно перевяжут и аннотацию от руки напишут, да такую, что Колобка – за экзистенциальный философский роман выдадут! Вот так и с кинотеатром: покупаешь билет на неведомы сеанс и смотришь, что покажут. Билеты на такие сеансы-в-слепую дешевле обычных, но и риск – гораздо больше: ни тебе трейлера-тизера-пызера, ни даже афишки какой. Что купил – то и гляди. – Задумываюсь на секунду-другую. – А ведь возможно, если погуглить, то что-то похожее и обнаружится, чисто в качестве рекламного эксперимента.

-Да над всем твоим смертным видом такой эксперимент проводится, - подаёт голос Даргиц, лёжа на боку и лениво неспешно обрабатывая коготь пилочкой. – От воплощения до воплощения, со всеми эффектами и ощущениями – та ещё лотерея! И только редкие из вашей породы вдруг соображают, что вовсе не обязательно всё это «кино» смотреть. Можно вообще выкинуть билетик на очередной круг сансары – и пойти, скажем, ромашки нюхать и венки из одуванчиков плести.

-На тебя глядя, я могу с уверенностью сказать: себе-то ты в просмотре кино не отказываешь, - с улыбкой замечаю я, разглядывая даймона. – Причём ни копейки не заплатив, только моей памятью воспользовавшись!

Даргиц озаряет меня улыбкой в миллиард жемчужно-белых клыков. Сегодня он единоличник. В смысле, с одной головой. Зато какой масти! Круэлловской, ага, в идеальном монохроме выдержанный. Но чисто с даймоновским шиком: по чёрной половине тела взыскривает характерный авантюриновый блеск, текучий, изменчивый, радужный – от серебристого до роскошного пурпура. Белая же часть тулова словно драгоценной финифтью или чеканкой украшена, белым по белому. Узоры заметны только под определённым углом и что они там изображают, лучше не всматриваться!

-Кому-то пришёлся по душе мой пассаж о чёрных одеждах? – любопытствую я. – Или этим ты намекаешь, что в каждом – есть немного Круэллы?

Даргиц снова скалится в ослепительной улыбке и, только стрельнув взглядом в сторону, даёт намёк, откуда вдруг такая тяга к монохрому.

Там, в вещном мире, на рабочем столе – сооружён самый настоящий миниатюрный алтарик имени него, Даргица. В окружении красивых камушков лежит круглый значок с личиной сфинкса, располовиненой на чёрное и белое. Даргицу это льстит и размеры алтарика его не смущают. Не стоит и сомневаться, что где-то в Чертогах или в его собственных владениях стоит полномасштабная версия: громадная чёрно-белая статуя в круге из драгоценных монолитов, изысканно огранённых или округло отшлифованных. И между исполинских ушей – всенепременно парит полумесяц, развёрнутый рожками вниз, указывая на истинную природу Даргица.

Картинка так ясно встаёт перед моим внутренним взором, что приходится с усилием встряхнуть головой, чтобы она развеялась. Смотрю с некоторой укоризной на Даргица, так беззастенчиво всунувшего мне в сознание этот образ. Даймон лишь посмеивается, продолжая полировать когти, и посверкивает на меня топазово-голубыми глазами. И призрачным спектром всех цветов радуги – проступают ещё шесть пар глаз и шесть клыкастых улыбок по бокам от единственной на этот момент головы. Из чего, со вздохом делаю вывод: статуй ровно семь, одна другой краше!

19.06.2021

40-й день. «О числах, ИсполинахМироздания и адских планах»

20.06.2021

-Сороковой день, значит, - задумчиво говорю я, с некоторым даже изумлением осознавая это число. – Можно почёрноюморить на тему 40-го дня в религиозной христианской традиции: согласно ей, к этому дню душа окончательно теряет привязанность к бренному миру и отправляется в мир загробный. Или там, на новое перерождение или как повезёт! В моём случае, у меня вот тоже должен начаться новый этап в творческой жизни, и как попрут новые идеи и сюжеты стройными ангельскими рядами!

-То, что тебя и без ангелов прёт, это заметно, - тут же подаёт голос Даргиц, ненадолго отвлёкшись от рассматривания выложенных перед ним веером карт. На секунду задумывается, тычет кончиком когтя в одну из картонок, лежащих «лицом» вверх и ухмыляется: - Хотя вот если б тебе такой «семирылый херасим» вдруг явился, пришлось бы отлавливать тебя, не знаю уж на каком ярусе Древа Сефирот!

Я не огрызаюсь, поскольку прекрасно вижу изображение на карте: многокрылый и многорукий Азраэль, Ангел Смерти, держащий на коленях Книгу Судеб. Выглядит он весьма устрашающе – и вместе с тем завораживающе. Это странное сочетание присуще и всем остальным картам Оракула «Ангелариум», чьим автором является Петер Морбахер. Это сочетание – по вкусу и Даргицу, раз он так неспешно и внимательно изучает каждую картинку (а я попутно отмечаю, что карт – явно больше, чем в оригинальной колоде у меня там, в земном мире).

-Художник этот, - говорит Даргиц, выкладывая что-то вроде пасьянса и тут же смешивая его, - явно не от людского мира, раз сумел изобразить такое: Исполинов Мироздания! Такие бродили даже у границ Моих владений, не страшась всех Моих легионов! Но их имён Я тебе не назову, не для людского они слуха.

-Да как-то переживу, - ничуть не огорчившись, отзываюсь я. – К чему мне имена тех, что нервировали самого Повелителя Авалорской Преисподней?

Даргиц скалится и негромко шипит. Хотя и оценил: я не сказала «пугали».

-Напугаешь тебя, - уже вслух говорю я и выразительно окидываю взглядом даймона.

Это сейчас он – трёхголовый лысый кот, пусть и размером с тяжеловоза. Явись он мне в своей истиной ипостаси, да не здесь, в Чертогах Воображения, где я могу с ним потягаться в могуществе. Смертному уму не вынести всего ужаса облика Владыки Ада; даже мимолётное лицезрение, превратило бы меня в безвольный, пускающий слюни и ходящий под себя овощ. Тоже бы произошло, увидь я морбахеровских ангелов, как они бродили – Исполинами Мироздания.

-И думается мне, что в напряжении у своих границ стояли и Светлые Армады Авалора, - бормочу я себе под нос.

-Писатели! – тут же фыркает Даргиц и не сводит с меня немигающего взора. – Визионеры, оракулы! Провидцы бесконтрольные, вещуны хреновы. Что с вас взять?! Рта ещё не успеешь открыть, а за тебя уже и спросят и ответят!

-Как будто тебе это не льстит, - ответно фыркаю я. – И напомню, ты сам ко мне явился, почти как тот самый, с перепутья.

-Это ты- Меня позвала, - парирует даймон, слегка пошевеливая кончиками хвостов. – Ты произнесла имя Моё.

-Ну, может, и позвала, может, и произнесла, - ничуть не стушевавшись, киваю я. – И не смотря на всю твою вредность и местами – вредоносность, я ни разу не потребовала замены на крылатую лошадку или грудастую блондинку с арфой. – Подумав, добавляю: - На первую овса не напасёшься, на вторую – амброзии и сладкого. А ты у меня – взрослый и самодостаточный и к тому же всеядный адский котик! Сам себе добыл – сам в себя сожрал.

Даргиц, явно довольный этой пикировкой, да ещё с почти неприкрытой лестью под занавес, басовито мыркает и возвращается к разглядыванию карт Оракула. По его морщинистой морде внезапно начинает блуждать мечтательно выражение, а я тут же озвучиваю:

-Да никак ты забавы ради создашь правдоподобные иллюзии вот этих вот ангелочков – и пустишь их блуждать по землям твоих подданных? Чисто так, для проверки реакции?

Даргиц зыркает на меня с таким выражением, мол, ну вот, опять, понесло её в провидческом угаре. Центральная голова укоризненно цокает языком, правая пытается изобразить надменность. Чтобы я поняла – это мне было дозволено проникнуть в величие планов адского владыки, а не то, что я там о себе думаю! Леваяголова, не придумав лучших аргументов, показывает мне язык.

А что мне тут думать? Да, у меня – всего одна голова, против его семи, считая непроявленные. Зато у меня одноголовых ипостасей – не меньше его легионов! Прищёлкиваю пальцами, и Чертоги, всё их пространство превращается в сплошной зеркальный кристалл, из каждой фасеты которого – и ухмыляются все когда-либо придуманные мною персонажи. И все дружно показывают языки и прочие гримасы, кто во что горазд.

У Даргица попросту челюсти отвисают, он напрочь забывает о картах, выскользнувших из его лап. Особенно заворожено он смотрит в зеркало, где усердствует Гремлин - хохлатая жизнерадостная тварюшка, как раз сейчас растянувшая себе пальцами рот чуть не до громадных ушей! И умудряющаяся при этот телепать языком!

Даргиц моментально забывает и о своих планах, и об Исполинах Мироздания; он жаждет реванша, противник уже выбран и пасти всех трёх голов сражаются за право скорчиться в умопомрачительную гримасу! Но пока он решает, какой из них первой пальцы в рот сунуть, Гремлин поворачивается к нему задом – и бесстыже спускает штаны!

Я только глаза руками закрываю, поскольку и все прочие отражения – повторяют этот жест!

20.06.2021

42-й день. «Голова - предмет тёмный, или где Ад делать будем?»

22.06.2021

Итак, 42-й день УС, День наблюдения за облаками, согласно весёлому календарю. Отдёргиваю штору и наблюдаю: тополь, почти закрывающий весь обзор, фрагмент проезжей части, вон где-то там – и облака-кучеряшки. Ещё угол балкона…

Ловлю себя на том, что задним фоном всё ещё гадостно тенькает очередное ночное переживание, которое у меня перешло – в пережёвывание. Ночью опять кто-то самозабвенно выяснял отношения, без драк, на том спасибо. Но визгу и мата стояло! И это в самом дурном часу ночи – третьем, когда активизируются все демоны не только Эмили Роуз. А я ещё с вечера в состоянии «йаистирчко», нарычавшая на мужа – тут же перенесла всё это безобразие на внутреннюю сцену, и понеслось: эти зацикленные на повтор монологи-диалоги, бесконечные проигрыши «что было бы, если бы…». В общем, всё то, что уверенно начало загонять в ещё более глубокое состояние отчаяния на грани депрессии.

Пытаясь затормозить этот роковой процесс, молилась всем подряд, включая Даргица, заодно – в надежде заглушить вопли сканадльеров на улице… Когда те умолкли, не помню, как и когда провалилась в мутный сон до утра.

И вот постояв перед зеркалом, оценив последствия «слёта с тормозов» - бледность, заметные круги под глазами – сама себе выговариваю:

-Вот мало того, что в это недоделанной модели «человек разумный», в самом «харде» конструкции, крайнее время всё поскрипывает, похрустывает и побаливает. Так теперь и «софт» - выдаёт сбои один за другим, копит ошибки, не подгружает драйвера. Требуется перезагрузка, очистка кэшей и куков, лечение вирусов и багов. И возможно вообще – переустановка всей системы, да где ж лицензионку нынче взять на такое-то старьё?! – Вздыхаю, пытаюсь разгладить те самые круги и продолжаю бубнить: - Но худо-бедно, фаерволл и антивирусник прокачаны: удаётся отслеживать и признавать в себе вот эти состояния, а где-то даже успеваю затормозить фазу «отформатировать диск к бубеням»! Ладно, хоть без головной боли сегодня…

Что правда, то правда; картизольчик не успел впрыснуться в том объёме, после которого я вообще иногда «разбитым корытом» себя ощущаю.

Перед внутренним взором вдруг рисуется образ: мрачное местечко под багровым, лишь усугубляющим всю атмосферу, солнцем. И место это – граница сознания и подсознательного, куда всякое вытеснено, - кишмя-кишит всякими отвратительными, вечно голодными тварями, так и тянущими алчные конечности и пасти ко мне. Тянутся – и отдёргиваются с визгами и воплями, поскольку ходит по границе того местечка кот-исполин о семи головах и двух хвостах, не выпуская поганцев дальше допустимого…

-Да, паразитов у тебя в голове – не меньше, чем у меня низкоквалифицированной нечисти. - Даймон собственной персоной является из своего Логова и с прищуром смотрит на меня в девять глаз. Это у него благодаря наличию третьего глаза на каждой морде получается.

-А голова – предмет тёмный… - бормочу я. Сокрушённо вздыхаю и завершаю: - И какой только там дряни не заводится!

-Вот уж точно, - кивает Даргиц, садясь в позу египетской статуэтки и продолжая с девятикратным прищуром глядеть на меня (возможно, в те самые тёмные закоулки моей души). – То, что вы, человеки, порой устраиваете в своём воображении на фоне саморефлексии – по временам превосходит все инфернальные аттракционы и христианской Геенны Огненной, и даже Моих владений. Если брать, скажем, за основу твою персональную модель, можно весьма самодостаточную преисподнюю соорудить. – Он расплывается в улыбке, троекратной, и проникновенно спрашивает: - Точно не хочешь ко Мне, а? На полную ставку консультанта по адским мукам или сразу - управляющей?

-Вот уж спасибо, - криво улыбаюсь я и отрицательно качаю головой. – Мне бы со своим, как ты точно подметил, персональным адовищем управиться, а тут ещё – и отдельным руководить, нет уж. И кстати. – Я возвращаю ему прищуренный взгляд. – У тебя там и сейчас предостаточно даровитых особ, способных разобрать твои же владения по кирпичку и собрать заново. Забыл, чем твоё увлечение к коллекционированию таких вот гениев закончилось? Ещё раз слететь с трона захотел?

-Ой, да кто старое помянет, - беспечно отмахивается Даргиц. – К тому же по возвращению у Меня появился прекрасный повод провести тотальную чистку кадров. А если ты имеешь в виду девчат, то мы с каждой во вполне дружеских отношениях: Машка на чай не стесняется зазывать, Рокси всегда бутылочку молока держит в запасе. Грифка так вообще отмечает дату имени Меня[1]. Разве я не прелесть?

-Ты – бабник, каких ещё поискать! – наконец, начинаю улыбаться и чувствую, что последствия «программного сбоя» наконец-то начинают отпускать.

22.06.21

[1] Имеются в виду персонажи цикла «Приключения заключенцев» - все сплошь девоньки

43-й день. «Как мы учредили День Даргица и Дни Гласа его»

23.06.2021

…проспала сегодня, что и не мудрено: после томительного ожидания грозы, дождя, да хоть просто пасмурной погоды; с накручиванием нервов на кулак и размышлениями о страхах; и вот после этого, когда ночью, наконец, хлынуло водопадом, сверкало и громыхало, а ветер дул так, словно самолёт идёт на посадку – немудрено было заспать лишних полчаса.

Однако же встала, привела себя в порядок и, глядя на ещё затянутое тучами небо, вдруг спрашиваю себя: а когда я впервые назвала Даргица по имени? Не ленюсь, шуршу листами первого тома Утренних Страниц пока не нахожу ту самую запись от 24-го апреля 2019-го (ещё ничто не предвещало карантикул!). Но это – только сама запись, а вот когда Даргиц рявкнул своё легендарное: «Не нравится, пиши сама!»?

-Может, то было накануне, двадцать третьего или ещё днём раньше? – неуверенно предполагаю я, заложив на всякий случай страницы первого тома закладкой.

-Если ты надумала внести в свой календарь день имени Меня, - подаёт голос сам Даргиц, подняв повыше центральную голову, - то пускай будет 24-е апреля. Люблю порядок в документах, а то, что записано – чем не документ?

-Ещё скажи, Договор, - фыркаю я.

-И пусть этот день будет Моим Днём! – опуская мою шпильку, с пафосом продолжает даймон, даже лапу к груди прижимает. – И 24-й день любого месяца – будет Днём Гласа Моего!

-В скромности тебе не откажешь, - с усмешкой замечаю я, впрочем, уже внося заметку в телефонный календарь: 24 апреля – личный День моего даймона. Ну, и на счёт Дней гласа его - подумаю ещё.

-А что Мне в этот день будет? – жадно сверкая глазами, с интонациями ожидающего новогоднего подарочка, спрашивает Даргиц.

-Кровавые жертвы, оргии, вакханалии, непристойные мистерии и службы, - перечисляю я, - фонтаны из вина и самогона, жратва в неограниченном количестве, двадцать четыре девственницы и песнопения запретных гимнов в течении 24-х часов; приглашённый гость из Р'льеха… - Делаю паузу и с убийственной твёрдостью подытоживаю: - Нет.

-Ка-ак – нет?! – возмущённо вопит даймон, аж свалившись с роскошного ложа, застеленного шкурами. Получился у него этот конфуз потому, что он сильно подался вперёд, пока я была занята перечислениями предположительных увеселений в честь его дня. Ещё в начале списка глаза его мечтательно заблестели и сузились до полумесяцев. Зато теперь они одинаково круглые, вытаращенные и полны возмущения и обиды. – Как это – нет?! – снова вопрошает он, всё ещё полусползший со своего лежбища.

-Как, как, по-немецки! – Я злодейски всхохатываю, давая ему понять, что общение с ним для меня тоже не проходит даром. Даргиц начинает обиженно сопеть, пуская из всех носов струйки дыма. Я же качаю головой и с некоторой укоризной замечаю: - Даргиц, дорогуша, я и так тебя почти каждый день поминаю в этих вот записях; а числя тебя среди своих защитников, то и все утренние ритуалы и воскурения – так же посвящаю тебе. И мне просто не по финансам организовать такой адский фестиваль! Могу только в ведьминой лавке купить чёрную свечу – её и будем жечь, тихо-ооонечко напевая «Йа-йа Ктулху фхтанг», хочешь?

-Вот всё время с вами так, с артистичными натурами, - бурчит досадливо даймон, взбираясь обратно на своё ложе. – Только и горазды на халяву к какой-нибудь вечеринку примазаться. А сами – мыши церковной беднее!

-Ну уж прости, радость моя, - безмятежно пожав плечами, отзываюсь я. – Не знаю, с каких, кстати, радостей, ты именно меня выбрал, а не какого-нибудь даровитого богатенького старого алхимика или чернокнижкника, с во-оот такенными амбициями, манией величия на всю голову (и прочие важные части тела); с подвалом забитым золотишком, артефактами и лежалыми, но зато гарантированными девственницами!

На последних словах Даргиц не сдерживается от смешка. Потом снова напускает на себя обиженный вид, а чтоб мне совсем стало стыдно – ещё умудряется сочетать с царской позой, хоть картину с него пиши. Для пущего эффекта украшает себя фараонскими венцами, драгоценным нагрудником, браслетами по всем конечностям, включая оба хвоста. Когти вызолочены, кончики ушей – отконтуренны бриллиантовым блеском (и не какая-то там краска: напыление из мелких алмазов!). Глаза так же обведены по египетской моде и, само собой, тоже золотом.

В общем, выпендривается, как умеет, демонстрируя своё могущество, величие и несметные богатства. Качаю головой и вздыхаю:

-Да какое же сокровище с тобой сравнится, брульянтовый ты мой?!

-Никакое, - важно кивает он, игнорируя иронию. – Ибо Я – и есть твой главное сокровище! Меня надо беречь, Мной надо восхищаться!..

-Ага, протирать мягкой тряпочкой, - подхватываю я, - держать подальше от прямых солнечных лучей на шёлковой подушечке под бронестеклом и со взводом охраны… Или закопать, согласно традиции, поглубже в затхлом, пыльном лабиринте с ловушками, что ностальгически пованивают останками незадачливых расхитителей гробниц?

Даргиц снова вытаращивает на меня все шесть глаз. Шарит передними лапами по ложу, явно в поисках того, что можно бы было метнуть.

-Тапок устроит? – заботливо интересуюсь я, даже скидывая с левой ноги оный.

Даймон аж алыми сполохами по чёрной шкуре сверкает, да и глаза из топазово-голубых сделались лавово-красными. Ого, вот перед таким – не грех и ниц пасть. Чисто из соображений безопасности. Я лишь поувереннее перехватываю тапок, демонстрируя свою готовность им отбиваться от любых выпадов Даргица.

И адский котик перестаёт искрить и звучно, с удовольствием хохочет в три горла, отмахиваясь от меня.

Мы оба уже хорошо уяснили, почему Повелитель Авалорской Преисподней меня выбрал и решил стать моим даймоном.

23.06.21

44-й день. «Как превращать людей в богов, каков лимит хотелок и почему я мир не завоюю»

24.06.2021

Сегодня День независимости Шотландии, полнолуние, четверг и пересечение экватора у данного тома УС. В честь всех четырёх дат – видимо, и снилось опять…

…всё пыталась поставить на смартфон какое-то приложение, слетало после перезагрузки. Но когда всё-таки удалось, люди в моём окружении начали в египетских богов превращаться! И ладно бы тем ограничились, но ведь ещё и мордобитие меж собой устроили. А потом помирились.

Потом снилось, что с подругой набиваем намокшую обувь газетами и рядком выставляем на просушку на помойке. По сценарию сна – всё нормально: кому надо, придут и заберут, да ещё с бонусом в виде эксклюзивного аромата «Вонялино». Такие вот сны.

-И, кстати, если бы кто-то расстарался, - сообщаю я самой себе, - то мог бы и сфокусироваться на мобильнике и осознаться!

Вздыхаю: практику осознанных сновидений забросила давно и прочно. Вообще, водится за мной такое: чем-то увлекусь, а потом – быстро перегораю, если нет заметных результатов. Как бы, вон, и с Таро такого же не вышло; неделю уже карты не раскладывала.

-Зато с книгами – всё без перемен, - с лёгким намеком на смущение бормочу я.

Вот уж с чем-чем роман не прерывается много лет! Вчера вот опять – не удержалась, заказала томик по Каббале (якобы чтобы усерднее изучать Оракул Ангелариум). И ещё одну книгу в интернет-магазине засекла, и на распродаже какая-то была…

-В общем, хотелок много, а вот ресурсы к их реализации – лимитированы, - резюмирую я, встряхиваю головой и решительно провозглашаю: - При таком раскладе вообще надо практиковать отказ от желаний, которые суть источник всех страданий! Если верить книгам (книгам, Карл!), те, кто добивается в этих экзерсисах успеха, тут же огребают неземное блаженство. Вот! – Подумав, взвесив все свои «за» и «против», признаю, что мне таких высот не достичь. Делаю себе уступку: - Лады, тогда хотя бы учись наслаждаться малым.

И то дело: есть у меня мешок (и даже не один!) пряжи, две пухлые папки с распечатками всевозможных «вязалок»; на компьютере постоянно пополняемый запас схем уже перевали за 80 Гб (а может, всё-таки Мб?!). Сиди и вяжи! Но глаз цепляет то и это по теме, и хочется под рукой держать настоящие бумажные книги, а не стыренные с просторов Сети распечатки. И опять же про книги: вот стеллаж (и не один!) с книгами, из которых почти треть или непрочитана, или недочитана; ещё на электронной читалке и на компьтере – приличная подборка на все вкусы. А сколько ещё на Авторе и на Литнете отложено! Читай!

-Но ведь хочется ещё вон ту энциклопедию, - жалобно говорю я, - и вон ту, явно интересную. А это что за нечитанный бестселлер/комикс/сборник?! – Снова издаю сокрушённый вздох и развожу руками. – Да-а, какое тут «завоевать и править миром», когда со своими желаниями не справляюсь?! Вот когда получится от всего и сразу отказаться, тогда сразу постигну Великое Дао и обновлюсь до уровня «Бог». Или «даймон». А вот интересно, у Даргица тоже отсутствуют желания?

-У Меня – есть возможности к их исполнению! – фыркает тот, не прерывая меня во время моих рассуждений и вовсю наслаждаясь всем этим «театром одного актёра». – В крайнем случае, делегирую их исполнение другим, а уж с этим у Меня тоже никаких проблем.

-Резонно, - соглашаюсь я с его доводами, отвлекаясь от своих сетований и всматриваясь в то, на чём сегодня возлежит адский котик.

Лежбище его из чёрного, стеклянно поблескивающего камня (ничуть не удивлюсь, если чёрного алмаза!), словно бы оплавленного или каких-то таких почти анатомических округлых форм. Ассоциация заставляет вздрогнуть, и мне и вправду начинают чудиться какие-то спаянные в жутковатый конгломерат фигуры, тела…

На свою голову я, вместо того, чтобы отвернуться, всматриваюсь в смутно обозначившиеся силуэты. И вот уже – ничуть не смутно: ложе Даргица – просто воплощение безумной биомеханики Гигера[1], во всех непристойных физиологических подробностях! Стоило мне это понять, как лёгкая смена освещения заставляет всех этих переплётшихся тварей двигаться во вполне опознаваемом ритме. Иллюзия вполне себе убедительная, так что мне приходится пару раз помотать головой, чтобы от неё избавиться. С кислой улыбкой смотрю на Даргица. Тот явно доволен произведённым его «лежаночкой» впечатлением и широко скалится во все три пасти. Заодно даёт мне оценить, что его улыбка – во истину сияющая: каждый клык покрыт тонкой золотой филигранью и крохотными алмазами.

-Умеют же некоторые выпендриваться, - бормочу я, невольно прикинув, что на один такой «зубик» я могла бы половину своих хотелок выкупить. Только вот лишних рук, сунься я к даймону с молотком и долотом – мне тогда уже никто не приделает!

24.0621

[1] Гигер, Ханс Руди – знаменитый «папа Чужих», работавший в жанре фантастического реализма и биомеханики. Слабонервным и впечатлительным его работы лучше не смотреть!

46-ой день. «Я уколов не боюсь, польза аутотренинга, и что станет от даргицевой улыбки»

26.02.2021

Если верить календарю, сегодня День борьбы с наркотиками. Что ж, я его вполне себе логично отметила под девизом «я уколов не боюсь»: пошла и приняла участие в самоуспокоительном лохотроне «сдай тест на антитела»! Как бы должен был быть бесплатным, а по факту – на мне бесплатные места закончились, пришлось платить.

-Так, всё не бзди, всё будет чики-пуки, - начинаю я уговаривать себя, чтобы не впасть в хандру. – Сходила, кровь сдала? Молодец! Повод для радости есть? А то ж, окрошку, вот, сегодня будем делать, а потом вкусно кушать! Вообще, мы сами творцы своего настроения, а реальность – пускай подлаживается! Страхи? Да – укол всем им в жопки зонтом-тростью и купол раскрыть! – Чувствую, что действительно приободрилась, не даю оценить, сколько там по абсурдометру набежало и продолжаю: - Я молодец, я герой, а реальности – задачи поставлены, пусть работает. Вот, режим «улыбака» активирован, разбегайтесь все! – Ненадолго прерываюсь, кое-что вспомнив, и говорю: - Вот Даргицу-то хорошо: у него вообще этот режим до седьмого уровня прокачан, заулыбает всех и каждого!

Даймон, слушавший меня с повышенным интересом, тут же начинает ржать, правда, не в семь, а в три глотки. Отсмеявшись и даже смахнув кончиком хвоста выступившую из одного глаза слезу(упав на пол, та с шипением начинает растворять камень плитки), он тут же решает мне показать, что и меньшим составом – умеет сногсшибательно улыбаться. Улыбается так, что меня до пяток пробирает: в каждой пасти клыков – какое-то запредельное количество! Словно у него каждая башка только из челюстей и состоит. Не знаю, как он с этим живёт; хотя что ему, он ведь Повелитель Преисподней!

-У тебя их там, часом, не в три ли ещё ряда, как у акулы? – слегка нервно усмехаюсь я и в следующий миг икаю от неожиданности.

Даргиц пренебрегает словесными объяснениями, сразу переходя к демонстрации: быстро приблизил ко мне центральную голову и распахнул пасть.

…бездна, подсвеченная из неведомого далёка огненными отблесками. У бездны есть стены – форменный туннель, почти сплошь усеянный концентрическими рядами клыков, сахарно-белыми или сверкающими как полированный металл, или бриллиантово переливающимися. Взгляд падает и падает в эту бездну: клыки, клыки, клыки…

Да уж, попадёшься даймону на зубок – пиши пропало!

Даргиц отстраняется и пристально всматривается в меня. Я чувствую, что побледнела без всяких симуляций, и ноги так предательски подкашиваются, предлагая вообще рухнуться в обморок. В общем, вполне себе удовлетворяющая адского котика реакция. Он довольно фыркает, извлекает откуда-то инкрустированную алмазами и рубинам щётку с затейливо оформленной щетиной. Выдавливает на неё из аспидно-чёрного тюбика густую массу, тут же начавшую вспухать, подрагивать и переливаться всеми оттенками лавы.

Ещё раз зыркнув на меня – уже с откровенной лукавинкой – Даргиц суёт щётку в пасть центральной головы и, намурлыкивая боковыми головами, приступает к тщательной полировке клыков.

Я уже пришла в себя от его «стоматологической презентации», наблюдаю за ним некоторое время и сообщаю:

-Ты – жуткий выпендрёжник!

-Зато со Мной не скучно, - тут же отзывается левая боковая голова, тогда как пасть правой уже занята щёткой.

Вот уж в этом ему не откажешь! Даже удивительно, что он сегодня воздержался от ехидных комментариев по поводу добровольной сдачи крови «в помощь голодающим упыряткам». Улавливаю в этой своей мысли ноту досады и попытку позлиться на себя. Ну уж нет, настроение – задаю я! Долой уныние и сожаление о сделанном, всё – к лучшему!

Даргиц одобрительно крякает, не отвлекаясь, впрочем, от полировально-шлифовальных работ под видом чистки зубов. Что, впрочем, не мешает ему взмахнуть хвостами, как хлыстами, и меткими ударами прибить какую-то мелкую насекомовидную нечисть, подползшую к моим ногам.

Писк, хруст, осколки хитина и брызги гемолимфы[1]!

От последней успеваю прикрыться наугад схваченной книжкой (на обложке – вставная челюсть и гроб на колёсиках). Потом смотрю на то, что осталось от пришибленных мелких эмоциональных паразитов – того самого уныния и сожаления. Ошмётки шевелятся и норовят ползти. Да уж, эти поганцы обладают изумительной живучестью!

Даргиц и бровью не ведёт, быстро наклоняется, зачёрпывает всю эту мешанину на зубную щётку – и отправляет в пасть левой головы, довольно зачмокавшей. Я смотрю на это с содроганием, но всё же выдавливаю из себя:

-Однако, спасибо.

Даймон обходится без слов – просто снова ослепляет меня сверканием своих клыков от уха до уха.

26.06.21

[1] Гемолимфа – жидкость, заменяющая кровь насекомым, а так же некоторым демонам и инопланетным монстрам. Иногда ещё и светится в темноте!

48-й день. «Что может огорчить Владыку Ада и как его утешать»

28.06.2021

Согласно календарю, сегодня День капслока. О да, знакомо: когда печатаешь, не глядя на монитор, печатаешь, а потом поднимаешь взгляд и с ужасом понимаешь, что весь текст – заглавными буквами. Это называют «истерика капслоком». В сообщениях, скажем, это умышленный приём, чтобы передать накал эмоций или даже крик. А вот интересно, если слово написанное – суть задокументированное послание в мироздание, то если какие-то пункты обозначить заглавными, может, и долетать в нужные инстанции будет лучше?! Например, я упражняюсь в создании настроения на день, поэтому сегодня: РАДОСТЬ, ХОРОШЕЕ НАСТРОЕНИЕ, ОТЛИЧНЫЙ ДЕНЬ, ПОДАРКИ, ПОЛЕЗНЫЕ ОТКРЫТИЯ!..

-Хочешь, громкоматюгальник подарю? – интересуется Даргиц, демонстративно морщась и ковыряя пальцем в ухе левой головы. – На космодромах такие ставят, чтоб гарантированно доораться аж до до пьяного в дизель механика! Или заглушить взлёт космогрузовика какого. Хочешь такой?

Я, фыркнув, показываю ему язык. Даймон в ответ – три. Я вскидываю брови, быстро перебираю события дня минувшего и этого, едва успевшего начаться, поскольку чувствую: он чем-то явно раздосадован. Вряд ли тем, что я забыла отцепить на ночь с кофты значок имени него. Уж скорее что-то в ему подведомственных мирах приключилось.

-Я бы могла предположить, что к вам едет адский ревизор, - осторожно говорю я, замечая вот ещё что: даймон весь сплошь покрыт мелкой чешуйкой цвета старого серебра. – Однако, ты сам – ВладыкаПреисподней, и какой-то чинуша вряд ли может вызвать у тебя хотя бы нервный зуд, не говоря уже о неврозе.

-Уж лучше б ревизор, - бурчит Даргиц, выпуская веер когтей на левой лапе и напряжённо, мелкими движениями, поводя по ним чем-то вроде напильника. Слышен довольно неприятный, хоть и негромкий скрежет, сыплются искры, и он продолжает, сам чуть не скрежеща клыками: - Видишь ли, Дарла моя, поскольку Вышний и Исподний миры Авалора довольно активны к объекту притязаний, то… Проще говоря, раньше мы устраивали банальный, но весьма эффективный махач за право доминировать в этом мирке на тот или иной срок. Но с тех пор как на Авалоре завелась и закрепилась вполне разумная – и обеим сторонам полезная жизнь… - Он особенно выразительно вжикает «пилочкой» по когтям. Потом смотрит на меня, и во взгляде, наливающимся тьмой с авантюриновой искрой, читается что-то вроде «Сам не знаю, как такое получилось!». Вздыхает и продолжает: - С тех пор наши, э-э, территориальные притязания чреваты концом света для этой полезной биомассы… Поэтому… поэтому… мы с противоположной стороной раз в эпоху ведём… дипломатические переговоры. - Мне почему-то кажется, что он хотел как-то непечатно выразиться. Сам даймон кривится так, что рядом с ним не только бы молоко скисло: потенциально нержавеющая сталь и та бы насквозь ржой покрылась!

Я без намёка на издёвку сочувственно вздыхаю. Отваживаюсь протянуть руку и ободряюще похлопать Даргица по кончикам пальцев ближайшей лапы. Конечно, даже не касаясь, поскольку покрывающие лапу чешуйки шевельнулись. Намёк яснее ясного: к адскому Владыке без дозволения не моги притронуться, а кто рискнёт, у того, видимо, линия жизни по пояс или в бессмертие наступил.

Даргиц глядит на свою лапу почти с недоумением, хмурится. Отливающие старинным серебром, бритвенно острые чешуи плотно-плотно прижимаются к его телу. Миг, и часть лапы – от запястья до пальцев – обнажается и покрывается чёрным коротким мехом.

Это я тоже понимаю без комментариев: даже Повелителю тридцати трёх уровней авалорского ада иногда требуется утешение. Поэтому поглаживаю чёрный мех уже увереннее.

Даргиц позволяет себе вздох и снова говорит:

-И все такие на этом сборище вежливые, такие дипломатичные. Нет, в словесных витийствованиях Я не одного цербера съел, не зря же Меня величают Князем Лжи! – И он горделиво вскидывает все три головы. Над каждой возникает призрак короны, перед которым короны людских монархов так, китайская подделка из пластика. – Но эти медоточивые Ангелы, с их елеем и миррой из всех щелей! Я потом на языке недели две ничего не ощущаю, кроме этого сахарного душка вперемешку с парфюмом! Буэ-ээ! – Он весь передёргивается и отплёвывается. Потом с мрачным видом продолжает: - И вот собираемся все чинно-благочинные: Я со своими Князьями и нечистью Высших Рангов и Боги Авалора чуть не всем парадом… И начинается: вежливо так, без мата, чтоб ты знала, высказываемся, мол, что это вы, судари светлые, приборзели слегка, распространяя доброе, светлое, вечное на весь Авалори, попутно чуть не на корню вырезая все тёмные культы и громя наши храмы?! А эти в ответ, естественно, выкатывают телегу, что это мы зарвались со своими кровавыми оргиями, расплодом чернокнижников и зловещими знамениями на каждое попутное новолуние! – Даргиц смотрит на меня уже чуть ли не с тоской. – Раньше, о, раньше бы: всё наличное оружие наголо и знатное побоище на пару-тройку тысячелетий! Кто с поля битвы первым уполз или кого вовсе – вышвырнули, тот и проиграл. А сейчас?! Тьфу! Реверансы, вежливость, толерантность – аж розовые пузыри и сопли из ушей лезут! – В его глазах мерцающая тьма сменяется на цвет голубого топаза. – Вот в такие-то моменты, Дарла, когда Я вижу, что близится очередное «межконфессиональное» собрание и Мне, как Владыке, ни куда от него не деться, хочется как в этих ваших мемах – выйти в поле и поорать! Или заявить что-нибудь из серии «у Меня же лапки! Кисонька ничего не хочет делать, а хочет на ручки!».

С этим словами Даргиц уменьшается до размеров вполне обычного кота, покрывается мягкой чёрной шерстью от ушей до хвоста и издаёт вполне убедительное жалобное «мяу!».

Ну, что тут остаётся делать? Только взять его на ручки!

28.06.21

49-й день. « Когда Даргица нет дома, или Как встретиться с Создателем»

29.06.2021

Сегодня День изобретения велосипеда, но важнее – День Рождения Антуана де Сент-Эзюпери. Так что снова буду включать «St.Exupery-блюз», постить цитаты из «Цитадели» и смущённо размышлять о том, что из всех произведений Великого Лётчика – только «Цитадель» и прочитала. И ни разу не подступилась к гораздо более известному его тексту, к «Маленькому принцу». Такой вот удивительный парадокс!

-Ну и ладно, - как бы оправдываясь перед всем читающим человечеством, говорю я. – В конце концов, тут как с едой или музыкой: кому что нравится. Так что я читаю у Лётчика то, что мне по душе, а он меня не осудит; он как и Элвис – летит Домой…

Мне никто не откликается, что слегка меня настораживает, поскольку Чертоги – вот они, уже обступили меня, как бы принимая и огораживая от предстоящих обыденных дел. О воспоминаниях о последних невольно морщусь. Никуда от них, от повседневных, не денешься.

-Хотя вот какой интересный фокус, - по привычке к монологам, говорю я. – Даже если не хочется, скажем, ехать в Нск или там ещё чем-то заниматься, стоит начать двигаться в сторону выполнения поставленной задачи – как оно само собой начинает делаться. Отпадают все эти брюзжания, отмазы и прочие попытки увильнуть от бытовухи… Интересно, это только мои причуды, или кому-то ещё из вида хомо сапиенс присуще?

-Если называть все это одним словом – лень – то это прямо-таки заводская прошивка человеческой установочной «мамки», - доносится из тьмы, что есть Логово Даргица голос. Вот только он что-то совсем не похож на ехидный, слегка скрипучий голос даймона.

Быстро оборачиваюсь к Логову, даже не заметив, когда это в моей руке появился Посох Спики[1] (добротное древковое оружие одной из моих «долгоиграющих» ипостасей. Подходит и для ближнего, и для дальнего боя. Особенно – дальнего). Вспоминаю попутно, что у Даргица сотоварища со вчерашнего должны идти бурные дипломатические посиделки с противоположной стороной. Так что это весьма неожиданно и в высшей мере подозрительно – голос из теоретически пустого Логова.

-Ой, да ладно! С ких-то пор ты решила побыть охранником этого чёрта лысого? – насмешливо вопрошает всё тот же незнакомый голос. – Поправь меня, но Договора вы не заключали. Хоть эта адская аллопеция и утверждает обратное. А то, что он обжился в твоих Чертогах – личная прихоть нашего эпатирующего Повелителя.

«Нашего» - это может значить что угодно: в Логово сунулся кто-то из Высших адских Князей (от скуки, само собой, и совсем чуть – из любопытства, что б вы не думали!). В равной мере – это мог быть и кто-то из Младших Богов Авалора, которым любопытство так же не чуждо. Или…

Я не спешу опустить Посох вель'Спики и окликаю:

-Машка, ты, что ли?

Из тьмы, что есть Логово Даргица, доносится фыркающий смешок. Потом, пощёлкивая на ходу, неспешно выдвигается такое, что могло бы быть порождением ночных кошмаров. Или Преисподней. Ну, или чьего-то в меру буйного воображения.

Сплошь закованная в белые костяные доспехи, напоминающие экзоскелет насекомого, Опустошительница воздвигается на пороге Логова, слегка склонив голову к плечу. Состоящие из многочисленных сегментов псевдощупальца заменяют ей волос и живут своей жизнью: свиваются и распрямляются, шарят по воздуху, удлиняются, укорачиваются. Это они издают пощёлкивание и треск, в которых слышится какой-то свой ритм. Ступни Опустошительнице заменяют длинные шипы, и, вопреки законам гравитации и здравого смысла, она стоит, даже не шатаясь. Вместо рук – знаменитые костяные клинки, напоминающие боевые косы. Лицо скрыто за так же костяной личиной без черт, зато изукрашенной изысканной резьбой (такая, впрочем, покрывает и прочую броню). Прорези для глаз светятся зловеще-багровым, как недобрые рубины.

В общем, неподготовленного впечатлит до нервного энуреза на всю оставшуюся жизнь. Я лишь усмехаюсь, поднимаю Посох вертикально вверх и говорю:

-Я так смотрю, общение с адским котиком и на тебя наложило склонность к театральщине, ну-ну. Не дурак котенька, не дурак, с двух сторон подстраховался: я со стороны Чертогов прикрываю, ты – напрямую из Логова.

-Тот ещё перестраховщик, - отмахивается Опустошительница, и воздух тонко протестующее взвизгивает, вспоротый костяным лезвием. – Как бы не выёживался, а ещё раз лишиться трона под задницей не спешит. Вот и уговорил, - тут она подаётся в мою сторону, - пообещав, что смогу, так сказать, лицом к лицу с Создателем встретиться. А я что, мне интересно, согласилась. – И раскосые узкие прорези костяной личины засияли ярче.

-Машка, переигрываешь, - ворчу я, совершенно не устрашившись нависшей надо мной твари (а в боевой трансформе Опустошительница под три метра). – Твоя история случилась без меня. Моё дело – только уловить её и записать уже, в конце-то концов. Да вот всё как-то вертится и не ловится. А ты сразу – Создатель!

-И на всё-то у вас, у писателей, контр-слово найдётся, - явно стараясь скопировать интонации Даргица, притворно возмущается та, выпрямляется и уже с любопытством озирается. – А интересненько у тебя, семирылый херосим наш не соврал. – И одобрительно хмыкает, потирая лезвиями друг о друга, словно богомол после трапезы.

-Слово сильнее меча, - киваю я, удержавшись от комментариев как раз по поводу «богомольих» замашек собеседницы. – И как не стыдно про шефа так говорить? А где же пиетет и благоговейный трепет?

-Да всё там же: в подхвостье адского котика! – с удовольствием смеётся Опустошительница, и все её костяные щупальца выплясывают в воздухе.

-Хорош выделываться и изображать из себя страх и ужас всея Авалора, - морщусь я, слыша нестройный тонкий и довольно противный свист. – Вылезай уже из этой скорлупы. Ты завтракала? Кофе с бутербродами устроит?

-А сыр есть? – тут же встала в стойку Опустошительница, а потом, громыхая и чертыхаясь, стала сбрасывать трансформу.

29.06.2021

[1] Вель'Спика - персонаж одного из самых долгоиграющих сериалов околофанфикововского жанра, вдохновлённого хитом всех времен и народов «Сэйлор Мун», выпуска 90-х. Это был не чистый фанфик, но с заимствованием некоторых персонажей (в частности четвёрки демонов-лордов). Угомониться я смогла на 25-й, что ли, тетради=)))

P.S. Рисунок мой, самый что ни на есть мой=))) А Машка - вся своя, какая ни есть!

50-й день. «Как дышать вдоль в эпоху «коронации»»

30.06.2021

…среда, жара – и жара была обещана прямо-таки рекордная.

-Видала я такие рекорды, - сердито бурчу я. – В книге Гиннеса в разделе «я это не читаю»!

Настроение – взъерошенное, и не только из-за того, что сегодня всей семьёй опять будем в режиме «тюлени-батоны». Тахикардия, что её. Да и в целом вся эта – «коронованная» ситуация добавляет седых волос. Хоть вчера и подруга из Питера торжественно отчиталась, что шлёпнула себе прививку, я за собой такой смелости пока не ощущаю[1]. А в Сети, куда ни глянь, быстрее плесени разрастаются сомнительной достоверности статистки как о пользе, так и об откровенном вреде прививок. Да ещё и все эти угрозы «перекрыть кислород» не вакцинированным во всякие полезные места – от простого похода в магазин до поездок за рубеж. Так что…

-В общем, надо задать настрой дня! – решительно рявкаю я, набираю побольше воздуха в грудь и провозглашаю: - Всем дышать вдоль, а не поперёк! Вдоль, я сказала!

Из тьмы, что есть Логово Даргица, на мои вопли выскакивает Машка. Явно спросонок – зато в частичной боевой трансформе: кисти рук – боевые косы, костяной нагрудник, поножи; на голове чудовищными антеннами торчит пара костяных псевдощупалец… Встрёпанная, в растянутой домашней футболке с принтом по марвеловской теме. Таращит глаза, озираясь по сторонам и не соображая, кого тут крошить на мелкое оливье.

Потом Машка находит взглядом меня, так и застывшую с воздетыми руками в приступе экспрессивных аффирмаций. Больше в Чертогах – ни души, и до неё доходит, что это я так развлекаюсь на свой лад. Сплюнув, штатная Опустошительница опускает боевые «тяпки», в движении придавая рукам привычный вид. Зевает так, что не могу не зевнуть в ответ, одновременно медленно сменяя «хэнде хох» на нейтральное «я тут мимо стояла». Машка, с кривой усмешкой наблюдая за мной, пытается почесать ключицу, скребёт ногтями по белой костяной броне. Недоумённо смотрит на неё, потом поочередно поднимает ноги, изучая налипшие на голени костяные же щитки. Пытается их стряхнуть, хмурится, чертыхается. Поножи не желают исчезать так же легко, как боевые косы. Машка напружинивается всем телом, словно штангу тягает. Это она так концентрирует всю свою волю против природы Опустошительницы.

Я знаю, что попытка этой самой природы подчинить себе носительницу не прекращается ни на миг. Но уж тут нашла коса(пусть даже и костяная, и вовсе и две) на камень (щит Капитана Америка на машкиной футболке). После десятка-другого секунд борьбы, костяные доспехи сдаются и весьма неохотно исчезают, погружаясь в тело Машки. Та переводит дух, словно и вправду тяжести таскала, заметно раскрасневшись лицом. Потом одёргивает подол футболки и, громко шлёпая босыми ступнями по полу, подходит ко мне.

Я на всякий случай наоборот отступаю так, чтобы между нами был письменный стол; в отличие от Даргица, эта за внеплановую побудку может и воспитательный подзатыльник отвесить! И никакие трепетные чувства по отношению к «Создателю» её не остановят.

Машка хмыкает, нависает над столом и бесцеремонно читает записи (в пухлую тетрадь все мои неозвученные вслух мысли заносятся без моего участия). Морщится и, раздражённо почёсывая то одно плечо, то другое, а вот – уже и пятку, бросает:

-И что, из-за вот этого – такой ор с утра?! Я–то уж думала, у тебя тут оргия с полным набором неприличного!

-Ну, спасибо, но не надо мне приписывать привычки Даргица. – Я решительно отбираю у неё тетрадь и захлопываю обложку. – И вообще, это ведь не у меня – броня крепка, и Таньки наши быстры! К тебе вообще никакая зараза не подлетит, не говоря о том, чтобы пристать и чем-то там «короновать». Да и в альтернативе твоей такого раздува нет и не предвидится…

-Сама ты – альтернативная! – миролюбиво ворчит Машка и для наглядности стучит мне костяшками пол лбу, в самое, так сказать, средоточие «альтернативности». – Чего суету развела? Сама ведь не раз уже убеждалась, что если что-то тебе вот прямо жизненно необходимо – пойдёшь и сделаешь, что надо. Или Высшие Силы там скооперируются и дадут знать прямыми и толстыми намёками: иди и делай. А то терзается тут, словно Гамлет по Офелии. Что ты на меня надулась рыбкой фугу перед суши-поваром? Подруганка твоя сделал прививку? Вот и молодец, пусть кушает огурец. Ну, так в Городе-на-Болотах – вообще всех заставляют под этот «коронный» эксперимент прогнуться, не то, что на ваших горах! Куда ей деваться-то? – Она снова яростно чешется, да в таком месте, что я возмущённо фыркаю. Машка только отмахивается и продолжает свою мысль: - Я понимаю, если бы в ящики почтовые типа повесток уже закидывали. Или там чуть не на дом приходили с проверками, а кто это тут не кольнулся ещё? Колхоз, Дарла, был и есть – дело добровольное. Сейчас-то плавниками чего телепать?! – И она изобразила «телепание плавниками», что при её пухлой комплекции выглядит откровенной пародией на танец живота.

Улыбку я не успеваю спрятать, но Машка ничуть не обижается. После приснопамятной истории с Чехартаном, она каждый свой килограмм обожает и чуть не поимённо может назвать. И плевать хотела на всякие стандарты красоты с высочайшей телебашни. Машка же, опять свирепо, чуть не со скрежетом почесав уже в волосах, завершает свою речь:

-Так что выдохни, занимайся тем, что умеешь и не мешай Высшим Силам прокладывать тебе наиболее оптимальный маршрут.

-А ты-то довольна тем маршрутом, который Они тебе проложили? – не удерживаюсь я от вопроса, глядя на неё, сама уже порываясь где-нибудь почесаться. – Получается самой-то вывозить этовотвсё?

-Н-ну. – Машка скребёт в затылке, вдруг радостно скалится и выхватывает извивающийся тонкий костяной щупалец. – Скажем так, экзамен на права – ещё сдаю, но в целом, вполне довольна! – И под моим ошалелым взглядом торжественно выдирает часть доспеха из волос, рассматривает его не больше секунды, а потом – кидает себе в рот и громко хрустит, словно печенькой.

30.06.21

[1] Напомню – это был тот период, когда споры вокруг вакцинации доходили до абсурда и откровенных страшилок, поэтому вопрос «колоть или не колоть» очень многим тогда отравил жизнь.

P.S. Иногда я пытаюсь иллюстрировать Хроники=)))

51-й день. «О том, как пережить лето в квартире, или Кофебрейк по-даргицевски»

1.07.2021

…очередной жаркий день, доннерстаг, он же четверг. День Сатурна и Солнцезащитных очков. Я же уповаю на день хорошего ливня с грозой, поскольку на западе виднеется многообещающая кучёвка с характерными столбовидными формированиями.

Жаркое лето в городской квартире – мероприятие изматывающее, если нет никакой интеллектуальной системы климатконтроля. Я вот – сама себе уже который день климатконтроль: хожу, развешиваю в коридоре влажные простыни, прыскаю из пульверизатора. В общем, как умею, организую «коридор прохлады», «чего-то-там-дромос», если по-гречески.

Ухмыляюсь: прослушивание аудиоверсии «Ахейского цикла»[1] даром не проходит! Вплоть до того, что ещё и наполовину недовязанная игрушка заявила своё имя: «Гермес!».

-Гермес, так Гермес, - киваю я себе. – Даргиц оценит: ему-то как раз по душе всякие свободолюбивые озорники божественного уровня, трикстеры и психопомпы.

-Это да, этих Я ценю, ибо с ними есть о чём поговорить на виду у вечности! – доносится знакомый, чуть скрипучий голос из тьмы, что есть Логово Даргица. Почти сразу что-то негромко металлически громыхает, и даймон вопит: - Машка! Киноманка несчастная! Опять попкорн тазиками жрала! – И после недолгой паузы обиженным тоном добавляет: - Могла бы и бедной кисоньке мисочку кукурузки оставить.

-Бедной кисньке оставлено семь банок кошачьих консервов, - сообщаю я, неприкрыто хихикая: идея такой «страфной мсти» принадлежала непосредственно Опустошительнице, я – поддержала. – Зато самых лучших, с почти совсем натуральными ингредиентами. И ещё пакет шведского сухого корма, на похрустеть.

Из Логова некоторое время слышится сопение, и я на всякий случай готовлюсь нырнуть под стол: устроить артобстрел «сушинками» Даргиц вполне способен! Но вдруг раздаётся негромкий хлопок, с которым обычно отстаёт крышка от жестяной банки. Затем – второй, третий… Седьмой.

Я удивлённо приподнимаю брови, а заодно и Посох Спики. На тот случай, если вслед за сухим кормом полетят и пустые банки, а то и вовсе – их полупереваренное содержимое, с Даргица станется!

В воздухе неожиданно ярко запахло кофе – настоящим, смолотым из отборных зерён и сваренным по всем правилам. Градус моей настороженности только увеличивается и крепнет. А вот пахнуло свежей цитрусовой нотой: лимон. В воображении так и предстают эти сочные, истекающие соком дольки, ровненько нарезанные и выложенные на кипенно-белое блюдце. Ещё чую: хлебом пахнет, такой запах ни с чем не перепутаешь!

-Ты там что, завтракаешь?! – наконец, восклицаю я.

-Ну, надо фэ Мне подквепфлять силы! Мням! – отзывается Даргиц с явно набитым ртом. – С этим вафеданием – ни минуфки на перекуф не было! Чавк! Вот я и ффял кофебрейк! Умням!

Наконец, даймон является из своего Логова, а я не удерживаюсь от слегка нервного смешка. Даргиц облачён в необъятный халат, густо-алого цвета, словно в свежей крови вымочен. По ткани вышиты какие-то оккультные знаки и символы, и золотой блеск не оставляет и грана сомнений в составе нитей. В одной лапе Даргиц держит гигантских размеров бутерброд: французская булка, разрезанная вдоль. Догадываюсь, что толстенный слой намазки на нём, украшенный помидорами, жгучим перцем и листьями салата – вовсе не фуа-гра из гусиной печени! От этого чудовищного сооружения откушена уже чуть ли не треть, и то, что откушено Даргиц пережёвывает с самым блаженным видом. Голова у него сейчас одна, чтобы не делиться. И даймон весьма этим состоянием доволен, судя по его масляно блестящим глазам.

В другой лапе, изящно оттопырив мизинец, он держит кофейную чашку, поражающую немыслимым сочетанием изящества и чудовищности. Посудина размерами и объемом не уступает ведру литров на десять. При этом выполнена из тончайшей керамики, почти прозрачной на просвет. Поэтому её содержимое – черным-чёрный кофе – бултыхаясь внутри, создаёт иллюзию моря. Бешеного хтонического моря, закрученного в вечный шторм, из которого лезут лавкрафтовские и гигеровские твари, сплетаясь в омерзительных оргиях…

Трясу головой, заставляя себя оторваться от завораживающе-тошнотворного театра теней на стенках чашки. Вопросительно смотрю на Даргица, с нежностью и вожделением глядящего на остатки бутерброда. Чувствуя мой взгляд, даймон удерживается от экстатического слияния с объектом своей гастрономической страсти. Не дождавшись вопроса вслух, голосом томного аристократа говорит:

-Объявили перерывчик дня на три. А то там так атмосферка накалилась, ух! Чуть за личное оружие не похватались. – Вздыхает, мечтательно глядя вверх. – Хотя Я был бы не против душевной такой поножовщины! Сколько бы вопросов сразу отпало! – Хихикает, довольный двусмысленностью сказанного. Что-то он там ещё подумал, но не озвучивает, поскольку на его морде появляется лирическое выражение. С тем же выражением он отхватывает ещё треть бутерброда. Я как-то живо представляю, что на месте бутера – самый оголтелый антагонист адского котика.

Даргиц, уловив мои предположения, довольно фыркает. Тщательно пережёвывает (я бы даже сказала – излишне тщательно) откушенное, сглатывает, запивает глотком из своей инфернальной чашки. Зыркает на меня сощуренным глазом и почти мурлычет:

-Гермес, значит? Лукавый, путник, Вестник, Вор, Весельчак, Проводник умерших[2]… А что, одобряю! Пусть будет! – И с чувством запихивает в пасть остатки бутерброда.

1.07.21

[1] «Ахейский цикл» - цикл книг Г.Л. Олди, посвящённый греческой мифологии

[2] Эпитеты Гермеса

56-й день. «Чем чревато покушение на Дарлу, и новые поселенцы Чертогов»

6.07.2021

(пояснения автора: предыдущие дни были сплошь дневникового характера, и будут интересны разве что любителям отслеживать погодные изменения за разные годы!)

…Вторник, согласно календарю – всемирный мир поцелуев. Что ж – чмоки! Сегодня я позволила Солнцу встать раньше себя. То есть проспала, аж на целый час. И утро, минуя все прочие положенные процедуры, началось не с чашки кофе, а с таблетки кетарола. Видать, заспала как-то неловко в одной позе, да ещё и менструации подсоединились: даже во сне поясница болела.

-И снилась-то чушь, и даже не сказочная, - задумчиво сообщаю я в пространство. – Снилось, что подсовывают мне какую-то гомЭопатическую пилюлину, как бы обезболивающую. Но такая она подозрительная, что я у подсовывающего гомЭопата интересуюсь, ой ли, от того ли, а не от демонов ли из меня изгнать…

-Что-оооо?! – раздаётся возмущённый рёв, перемежающийся характерным кашлем, когда что-то не в то горло попало.

С грохотом, словно сшибая всю встречную мебель, из своего Логова вываливается Даргиц. С изумлением смотрю на него и почти нараспев произношу:

-Чуден Даргиц, по утру глаз не продрамши!

Замечание моё объясняется видом даймона: нынче он облачён в пушистый халат, изумительно-чёрного цвета и с эффектным муаром, создающим иллюзию ягуаровых пятен. Всю эту красоту портит бутерброд, налипший в области груди, и слипшийся ещё ниже мех халата (видимо, Даргица в своём рывке что-то на себя опрокинул). Сам даймон тоже фееричен: средняя голова всё ещё пытается прокашляться и морщится так, что хочется отпрыгнуть подальше, а то вдруг огнём начнёт плеваться! Зато правая боковая грозно сверкает очами и пускает пену из пасти. Впрочем, пена от зубной пасты, хотя имеет нездоровый зеленоватый оттенок с жёлтыми прожилками. Боковая левая, щуря малость ушибленный обо что-то левый же глаз, свирепо вращает здоровым глазом. И видимо по её, боковой, инициативе в лапах даймона чудовищного вида кадавр – помесь лабриса с гарпуном и шипастой булавой с другого конца!

Несколько секунд Даргиц пребывает в позе полной боевой готовности, вертя во все стороны боковыми головами, а центральной прокашливаясь. Я тоже – в позе готовности прыгать прямёхонько сквозь стены, но всё же осторожно интересуюсь:

-Дорогуша, ты что, не с той лапы встал и сам себе хвосты оттоптал? А то и вовсе исхитрился – и подхвостье?! Или вместо нормального кофе нескафе в чашку сыпанул?

-Где этот несчастный?! – взрёвывает Даргиц удивительно слаженным трио, и даже хрипящие интонации центральной головы – лишь добавляют драматизма.

Я уворачиваюсь от хлопьев пены, делаю ещё шаг назад, глядя, как он начинает лихо покручивать в лапах порождение оружейного бреда. В голове моей мелькаю тысячи предположений на счёт его выступления, и одно – уж совсем нелепое, но его и озвучиваю:

-Ты что, на вязаную игрушку так вызверился?! - Как раз накануне очередного медведя закончила вязать там, в физическом мире, и страшно тем горжусь.

-Да при чём тут твои бабские причуды?! – гремит даймон, удлиняя шеи и в шесть яростных глаз оглядывая Чертоги. – Где этот мерзкий поддонок, этот трусливый гад?! Этот недобитый экзорцист, где он?!

-А-аа… э-эээ. – До меня вдруг начинает доходить. – По-погоди, Дарг! Это ж только сон был на почве всяких болезненных…

Одна из голов – правая, всё ещё в пене, - подаётся ко мне, обдав неожиданно приятным мятно-цитрусовым выдохом. Ухмыляясь кривее турецкой сабли, проникновенно говорит:

-Дарла, уж поверь Мне: сон от сна отличается. И одно дело, твой обычный онейроскоп, коллекция всего за день увиденного и слепленного подсознанием в видеоряд. А вот когда тебе пытаются снадобье экзорцистское всучить, и это – даже твоя подсознанка чует и сомневается!.. Это уже происки Моих, хе-хе, так сказать коллег осветлённой масти! Пухоедов и птичьих вшей им тремя заходами с перечёсом!

Я качаю головой в такт каждой фразе, пока в голове судорожно складывается сказанное и не высказанное. Собираю всё это в интуитивную кучу и говорю:

-Что, ваши посиделки, пардон, симпозиум таки в твою сторону склоняется? И даже без печенек и девственниц?

-Да ты ясновидящая моя, - ухмыляясь уже так, что, наверное, и на затылке видны клыки, кивает Даргиц. – Так, парочки доводов да аргументов не хватало… И вот теперь они у меня имеются: покушение на МЕНЯ!!! Через сон особы особо к МОЕЙ особе приближённой! Через ВИЗИОНЕРА, что неприкосновенны!!! ВЫХОДИ, ПАДЛА СХРЮЧЕННАЯ!!! Я ТЕБЕ ПЕРЬЯ-ТО С БАШКОЙ МЕСТАМИ МИГОМ ПОМЕНЯЮ!!!

Моё счастье, что, перейдя на ор, Даргиц вознёс все три головы повыше. А то б оглохла! Не успеваю я предложить даймону сбавить децибелы (на моих глазах по одному из хрустальных шаров на столе поползли трещины), как где-то поблизости что-то бумкает, бряцает, охает, ойкает. Миг спустя снова громыхает – чем-то плотским об пол, и это что-то явно отчасти металлическое. Взвизгивает протестующе, когда раздаётся чуть манерный и малость лишь высоковатый для мужчины голос:

-Ой-й, вы хто-о, муш-шиночка? Вы тут што-о забыли-то, а? И почему-у вы уже тама-а, когда я с вами тут разговариваю?!

-Погодь-ка, Гермий, да отойдь в сторонку, - вмешивается другой басовитый голос. – Дай-ка я его оттуда выколупаю… Ишь ты, таракан какой, куда ещё-то полез?! И уцепился-то как, ты глянь!

-А ты его, Алкидушка-а, прямо с колонной хватай! – азартно предлагает первый голос. – Ага, вот так! Держишь?

-Держу, Гермий, держу, друже! – ухает второй и как-то сразу представляется штангист, берущий рекордный вес.

Мы с Даргицем дружно разворачиваемся на голоса и приближающееся сопение. И столь же дружно таращимся на появившуюся из соседнего прохода парочку.

Первым идёт смуглый до черноты юноша, всей одежды на котором – только плащ из бисерных нитей всех оттенков голубого. Идёт до того легко, что кажется и ноги его и вовсе пола не касаются. Это при том, что в руках у него – здоровенный продолговатой формы щит, с выпуклой стороны отполированный до зеркального блеска. И хотя юноша играючи перебрасывает щит из руки в руку, я вот ничуть не сомневаюсь, что весу в том – пуд, не меньше!

За смуглым, топая грузно и в тоже время величаво, следует сущий великанище. По крайней мере, приятеля своего он превосходит так же, как двухстворчатый шкаф-купе кухонный пенал! Этот вообще – всё равно что голый, хоть и порос по всему телу густым платиновым волосом. Но степень его одетости меня вообще мало волнует: детинушка тащит в охапке одну из декоративных колонн, выдранную вместе с частью постамента.

Я не удерживаюсь от нервного смешка по поводу оригинального косплея на тему субботника. А вот Даргиц вообще обходится без внятных слов, только яростно и ликующе шипит, прикипев взглядом к капители колонны. Я тоже фокусирую взгляд и тихонько охаю. Там, на колонне, облапив её крепче коалы, обнаруживается блондинистый тип, облачённый в помесь рясы и длинной кольчуги. По рясе, переливаясь как рекламные щиты, бегут светящиеся символы. Но даже не их откровенная свето- и святоносность выдаёт, кого ж там Алкид с Гермием приволокли: косматый великан крепко прихватил и притиснул к колонне ручищами кончики белоснежных крыльев. Тип на капители безуспешно пытается их выдрать, пока не сталкивается взглядом с Даргицем и тут же пытается прикинуться лепниной на вершине колонны.

Даймон, дав ангелу всласть насмотреться на уже семь лучезарных своих оскалов, переводит взгляд на расторопных помощников. Я – смотрю на них с понятным удивлением: там в физическом мире это забавные вязаные игрушки-зверушки, с именами мифических персонажей. Но вот в Чертогах Воображения они разительно преобразились!

Даймон резко хлопает в ладоши, заставляя вздрогнуть и вочеловечившихся ларов[1]. Алкид[2] от неожиданности выпускает колонну и та бухает сколотым постаментом об пол так, что ангел таки отлепился от капители. Рухнув комком перьев и загадочно-светящегося тряпья на пол, он предпринимает попытку удрать. Но тут на него с радостным гиканьем всем весом обрушивается Гермий, успев подсунуть под себя щит. Зафиксировав ангела такой вот «черепашкой», смуглый синеглазый Хранитель весело и дерзко смотрит на Даргица. Тот довольно урчит и говорит, повернув ко мне одну из крайних голов:

-Беру назад Свои слова о бабских причудах. Отличный у тебя зоопарк получается, Дарла! Одобряю!

6.07.21

[1] Лары – в Древне-римской мифологии – домашние духи-хранители.

[2] Алкид – «потомок Алкея», Алкей - имя, данное Гераклу при рождении. Вообще-то Алкидов было восемь, но тут и одного хватает!

P.S. Руки так и не дошли нарисовать обантропоморфившихся ларов; зато есть фото реальных вязаных игрушек=)))

57-й день. «Ещё немного о ларах, языческих праздниках и принципе «меньше знаешь, крепче спишь!»»

7.07.2021

…Среда. То ли сегодня, то ли вчера язычники через костёр прыгают и цветок папоротника по всем зарослям ищут (на радость комарью и осчастливленной нечисти). Ну, то есть, где-то вот в этих временных рамках – ночь на Ивана Купалу.

- У забугорных в Самайн по осени разгул чертовщины, - задумчиво говорю я. – А у нас – на купальские ночи всякое с той стороны лезет, да ещё и боги на землю сходят.

-Тогда этим вот это всё и объясняется, -усмехается Даргиц, возлежа на очередном пафосном ложе. В этот раз он расположился на цельной глыбе раухтопаза, обкатанной до стеклянной гладкости, а формой напоминающей слегка оплывшую каплю. Громада эта продуманно подсвечена, так что можно на просвет разглядеть загадочные внутренние структуры и включения.

У меня как-то сразу всё заныло при взгляде на во всех смыслах твердокаменной лежбище. А Даргицу – ничего, лежит себе в царственной позе льва после сытного обеда, с ленцой озирающего свои владения. В данном случае адский кот наблюдает за парочкой новоявленных обитателей Чертогов. Лары-Хранители обрели воплощение буквально на днях, пополнив в физическом мире «вязаный зоопарк». А здесь – они обрели человеческий облик и вовсю этим пользуются.

Вот, к примеру, Гермес, всей одежды на котором – только плащ из многочисленных бисерных нитей. Лицом же он ни разу не эллин, уж скорее ближе к корейским айдолам, на грани кукольной смазливости. От своего вязаного оригинала у него разве только синие-пресиние глаза, одновременно раскосые и большие. И обведённые чёрными стрелками, как у котов сиамской породы положено. Ещё руки по локоть чёрные, словно он в угольной куче копался. Ноги тоже в «угольных чулках» - на том сходство с вязаной игрушкой заканчивается.

Даргиц за своеобразный окрас конечностей называет лара «мастью чернолапо-голозадой», что Гермеса веселит, поскольку он всякий раз радостно скалит мелкие, острые зубки. Трёхглавого адского сфинкса он не боится, хотя откровенно не дерзить всё же ума хватает. Даргиц это тоже одобряет, как и мелкие шалости, которые Гермес то и дело устраивает.

От проказ его всё время пытается удержать Алкид, двухметровый детинушка, поросший светлым волосом по всему телу. Этот относится к даймону с вежливой настороженность и всегда старается обойти бочком, глаз не спуская. Замечательные, кстати, глаза – чёрные и блестящие, как маслины, очень выразительные на светлокожем и простоватом лице великана.

Алкид следует за своим вертлявым приятелем с той несуетной грацией, которая есть у медведей: вроде и улыбнёшься слегка неуклюжей походке, и понимаешь, какая телесная мощь за этим кроется. Притащить для него декоративную колонну было так – баловство. Гермес простодушием друга пользуется и даже пытался науськать переставить его мегалиты в моём личном «стоунхендже имени Лавкрафта». Даргиц, впрочем, быстренько пресёк это непотребство, начальственно рявкнув и велев поставить всё, как было.

Гермес, конечно, тот ещё озорник, но понятливый и дважды одну и ту же шалость повторять не станет. Особенно когда Даргиц, не скупясь на подробности и детали, расписал, какая неведомая хтонь может начать лезть из «порталов с нарушенной трансмиттерно-диффузной конфигурацией лей-линий и с помехами торсионных полей»…

Алкид от таких формулировок пришёл тогда в благоговейный ужас и быстренько расставил мегалиты по местам. При чём с такой изумительной математической точностью, хоть по линейке проверяй! И чтобы по словам медведподобного Хранителя ничего «не диффузнуло», он даже кольца из пыли в основании каменюг восстановил и выступы припылил…

Из чего мы с Даргицем тут же сделали выводы, что парочка уже много где могла по Чертогам отметиться!

Вот поэтому они сейчас под присмотром даймона и восстанавливают всё «по фен-шую», поскольку у адского владыки – исключительной точности фотографическая память! Все человеческие компьютеры от зависти процессорами слипаются!

Даймон слышит эти своеобразные комплименты, польщено шевелит одним из хвостов. Тут же делает грозные морды и рявкает на обоих ларов, что-то углядевших под одной из арок и по этой причине бросивших приборку. Парочка подскакивает так, словно их в мягкие места вилкой ткнули, и с удвоенным рвением возвращается к покинутым швабрам и тряпкам.

Даргиц с видом матёрого бригадира цыкает зубом и продолжает ранее начатую мысль:

-Вот Я об этом и говорю: близость языческого бесноватого праздника и привела к тому, что эта парочка воплотилась в Чертогах. И не просто безмозглыми големами, а такими себе шустрыми мальчуганами.

-Всё может быть, - пожимаю я плечами и, подумав, добавляю: - Себя-то не исключай из этой формулы воплощений: вон ведь их как «протрансмиттерило» и «диффузировало»! Не в антропоморфов, а вполне себе – в человеков.

-А Я и не отрекаюсь от дел Своих! – всхохатывает Даргиц, слегка поменяв позу, не утратившую, впрочем, царственности древних статуй.

-Что с экзорцистом-то сделал? – как бы между делом интересуюсь я, вспоминая, с какими видом даймон уволакивал злополучную колонну в свой Логово. Прихватив к ней хвостами верещащего ангела.

-Тебе как, со всеми анатомическими подробностями или без оных? – безмятежно интересуется Даргиц, изучая выпущенные на правой лапе когти. Не могу не заметить, что они, когти то есть, неприятного бурого цвета.

-Меньше знаю, крепче сплю? – предполагаю я, по здравому размышлению решив, что вот подробности мне совсем ни к чему.

Даймон одаряет меня загадочным взглядом, снова прикрикивает на зазевавшихся ларов и, что-то намурлыкивая, начинает очищать когти от бурой корки. Делает он это метёлочкой из белоснежных перьев, смахивая грязь в сильно обмятый - под миску, - зеркальный щит, и полирует тряпицей со светящимися символами.

7.07.21

58-й день. «Немного о родне, нюансах ЗАТО и выборе Даргица из двух сестёр»

8.07.2021

Доннерстаг, то есть четверг. По календарю нынче День семьи, любви и верности. Усмехаюсь: ну да, семья. Сегодня стоит ожидать телефонного звонка от старшей сестры и слушать, каким потом, кровью и матом ей в очередной раз даётся прохождение «пропуск-квеста». Городок-то наш с ней родной – ЗАТО(но не про это, и не то); въезд-выезд только по «мультипассам», которые для переселившихся в другие города – временный. Вот каждый год по лету и начинается поход по пропуско-выдающим конторам. Банальная процедура, уже давно пора просто компьютер с принтером поставить, но нет! Чтобы людям скучно не было, всё это превращается в Форт Байард: возьмите ту бумажку, сходите-оплатите, потом принесите, но в другое окошечко, три раза постучите, дуньте, плюньте – и придите через неделю!

А нынче ещё в связи со всей этой «коронной» ситуацией вон чего придумали: режим повышенной социальной готовности. В связи с чем сестре приходится изобретать причину, а за каким лешим её младшей родной сестре (мне, то есть) запонадобится в закрытый город Н. наведываться! Обычная причина – в гости – уже не устраивает.

Ухмыляюсь, представляя, какой итальянский скандал моя сестрица может устроить! Ей потом ещё и в ножки будут кланяться, дверь поспешно открывать и ковровую дорожку расстилать. А пропуск выносить на золотом подносе. А что вы хотите, журналистская косточка с замашками маленького генерала-диктатора!

-Диво-дивное, что ты ею не заинтересовался, Дарг, а меня выбрал, - говорю я как бы в пространство. – Как раз в твоём вкусе характерец…

-А то Мне Себя любимого мало! – тут же фыркает в ответ даймон, до этого занятый перебиранием кристаллов в здоровенной шкатулке (чёрной с инкрустацией золотом и рубинами, само собой). Смотрит на меня с прищуром и продолжает: - С тобой-то как раз спокойнее: амбиции слабые, психика пластичная, легко внушаемая к тому же. Плюс ко всему этому отменный визионерский потенциал, наклонности к демиургичеству и определённая настойчивость. Правда, не всегда в том русле, в котором бы надо, но это такие мелочи! И главная изюминка: твоя способность увлекаться чем-то новым, да так, что только держись (в том числе за кошелёк).

-Вот то ли похвалил, то ли ниже уровня плинутса раскатал, - кисло улыбаюсь я. Впрочем, быстро переключаюсь на горку кристаллов, выложенных рядом с шкатулкой. – Что, Кощей, над златом чахнешь? Или решил годовую ревизию артефактов провести?

-На корону камушки подбираю, - и усом не поводит на мою иронию даймон. Поднимает повыше лапу с зажатым в когтях длинным, вспыхивающим на просвет багрово-красным камнем. – Надо ведь Мне завтра предстать во всей своей владыческой красе! Ну, и подстраховаться на случай внезапностей не помешает.

-А что у нас завтра, помимо пятницы? – настороженно уточняю я, сверяясь с календарём. – Вроде не шабаш, не пятница 13 и никаких затмений.

-Судебное заседание, - сладко улыбается Даргиц, выуживая из груды сокровищ следующий кристалл. – Вот поэтому Я и выбрал тебя, Дарла, а не твою старшую сестрицу: ты ж Меня просто все счастливые талисманы в одном человеческом сосуде.

-Э-ээ, - только и могу выдавить я из себя, снова сомневаясь, что вот это сейчас – был комплимент.

-Я предъявил Высшим Светлым неопровержимое доказательство нарушения ими закона о неприкосновенности визионера! – Даргиц с торжествующим видом стукает торцом кристалла о стол. – А следовательно, это было косвенное покушение и на Меня во время пакта о не нападении! И Я предоставил им доказательств, от которых эти пупсички не смогли отвертеться.

Улыбка даймона становится во истину – демонической. А я могу лишь только догадываться о судьбе злосчастного ангела-экзорциста, которому не только от Тёмного Владыки прилетело.

8.07.21

P.S. Реальное фото с моей сестрой и нашими "фамильярами"=)))