Горыныч

Глава 1.Часть 1-я. Илья Муромец – Великий герой!

Рассказ первый. Илья Муромец – Великий герой!

Часть 1-я.

Небольшой плечистый мужчина, в блестящих, как новогодние погремушки латах ехал на темненькой, небольшой лошадке. Он хмурился – чудовище, которое ему было нужно, не отыскивалось. «Как же я стану героем?» огорченно думал воин, сердито поглядывая из стороны в сторону. «Не везет, так не везет».

Воин, а его звали Илья Муромец, въехал на пригорок и осмотрел местность.

Невдалекевиднелась небольшая деревушка.

«Может, мне здесь повезет?» загораясь надеждой, подумал он, и пришпорил своего коня. Конь сделал несколько огромных; прыжков, при этом чуть не выкинув из седла вышеупомянутого рыцаря, и затем, видно решив, чтодостаточно того напугал, пошел ровным шагом в посёлок.

– Гей, дружище! – воскликнул Илья Муромец, увидев шедшего по улице мужчинку, – я слышал, в вашей деревне змей Горынычобитает?!

– Да, имеется таковой, – солидно подбоченившись произнес мужчина.

– А где его найти? – спросил Илья Муромец.

– Да вон там он, – показал, куда-то на северо-запад поселянин, – в самом конце деревни.

Воин пришпорил коня»

«Вот она –удача!» Радостно про себя подумал он, мчась во весь опор в конец села «Наконец-то моя счастливая звездавзойдет!»

В конце деревни, действительно стоял большой, по сравнению с другими, покрашенный в синий цвет домик.

«У-у-у-у-у, дармоед! Сейчас я выпотрошу твое жирное брюхо!» злорадно подумал Илья, соскакивая с коня. Наверное, всё село заставил работать, чтобы такой домишко отгрохать!

Змей сидел за столом и обедал.

Красивая, немного полноватая женщина в расписном красном платочке с улыбкой на устах несла чугунок с исходившей паром картошечкой.

– Ты змей Горыныч? – спросил, наверное, больше для самого себя, чтобы удостоверяться влетевший в избу воин.

– Я, – переложив неторопливо поджаренную на сале яичницу себе в миску змей, – а чего надобно то?

– Защищайся подлая тварь! Пришел твой последний час! – воскликнул, выхватывая из ножен меч, Илья Муромец.

И лежать бы уже змею с отрубленными головами, если б хозяйка не остудила горшком воинственный пыл вояки. Огрела чугунком по затылку.

Зашатался Илья Муромец, и свалился наземь.

Однако через несколько минут очухался, приподнял свою голову, и с болью в глазах, глядя на хозяйку, спросил:

– Зачем же вы меня так?

– В моем доме, мечом нельзя махать, – сказала она, – на дворе, пожалуйста. А здесь будьте себя смирно вести. Мирно, как порядочный человек. Чай не в свинарник зашли, а то не успел поздороваться и сразу мечом размахивать! Здороваться надо или мама не учила культуре?!!!

– Здрасте! – выцедил из себя Илья. Золотые звезды еще летали в его глазах от удара и затылок болел.

Илья Муромец поднялся на ноги, и хмуро глянув на змея, сказал:

– Пошли на улицу, убивать тебя буду, подлая тварь! Кровопийца!

– Слабо, видно я тебя горшком ударила. Надо было посильней, – неожиданно вмешалась хозяйка, – не видишь, Горыныч обедает?

Илья поглядел на неё, потом на змея, уплетавшего вовсю картошку с маслом и яичницей, и, удивляясь все большие и больше, спросил:

– И что? Я же для вас стараюсь! Неужели вы не понимаете? Еще и чугунком огрели! Хочу от змеиного рабства освободить!

– Так, освободитель от рабства, ты как себя ведешь?

– Культурные люди входя в дом здороваются и общаются. И, кстати, видишь змей обедает. Занят очень важным делом!

– Вот-вот! Марьюшка ты настоящая королева в готовке! - вымолвил до этого молчавший змей.

Марья, эта полноватая женщинам моментально расцвела от удовольствия. Но глянув на новоиспечённого героя грозно рявкнула:

– С мечом он бросается на безоружных людей! Не видишь у моего змея из оружия только вилка! А ты с мечом кидаешься! И даже не представился! Чему тебя родители учили?!

– Ну да, некрасиво получилось, – почесал ушибленное место Илья, однако увидев, настороженное внимание на лице женщины, которая все еще держала чугунок и было видно готова применить его еще раз, растерянно спросил, – когда кушает, значит, драться нельзя?

– Конечно, нельзя! Тебя, по-хорошему, засранец маленький, в угол на горох стоит поставить, чтобы урок усвоил! Герой тут объявился недоделанный! И вообще, какой дурак на голодный желудок сражается? – все еще не выпуская чугунок из рук спросила Мария, а потом уже другим тоном добавила, – вот представь, обедаешь ты с семьей, а тут влетает чудище, и начинает орать, сейчас я тебе голову отрублю! Я от рабства вас освобожу! И кидается с мечом! Понравилось бы?

– Это я-то чудище?! – потрясенно уставился на Марию парень, – я ведь человек!

– А ты уверен в этом? – с любопытством и каким-то особенным взглядом посмотрела на него Мария.

– Ну…– растерялся паренек, – ну да.

– А вот я не уверена. Ведешь себя как варвар

– Так нечаянно получилось…– выронил вконец растерявшийся парень.

–сейчас чугунком еще раз по голове приложу, и будет тоже у меня нечаянно! – бросила мария и илья невольно отступил от нее на шаг, – И от какого ты рабства собрался тут кого-то освобождать?

– Ну…

– Вот видишь! Что ты делаешь? Как ты себя ведёшь? Я мужа кормлю, а он тут оружием махает!

– Да я… – замялся Илья Муромец.

– Да ты присаживайся, раз в гости то пришёл, – промолвил, наконец, змей, – там для меня Марьюшка, ещё чугунок картошечки поставила. Я сам, чистил! Раз уж пришёл, так поешь хоть, а то тощий как глист!

Марья оглядела новоиспечённого воина и согласилась:

– Точно подметил, глист- недокормыш!

Илья Муромец, обиженно надул губы посмотрел на женщину, а потом на змея. Потом осторожно стал обходить опасную женщину бочком.

– А может Марьюшка, ты нам разрешишь по стопочке приложиться? – предложил змей, но увидев, как сошлись сердито ее брови продолжил уже просительным тоном, – а вдруг это последняя моя рюмка. Вот погибну от рук славного и доблестного воина, а ты потом мучатся будешь, что не захотела исполнить мою последнюю просьбу. Смотри какой красивый и сильный юноша к нам пришел!

И змей подмигнул, как показалось Илье хитро шестым глазом. Но он вовремя подумал – галлюцинация. От все от удара горшком, наверное. При словах красивый и сильный наш герой распрямился и гордо выпятил грудь. Уж очень пареньку польстили сказанные слова.

– Да! – импульсивно воскликнул Илья. – можете ему налить! Ну и я, наверное, за компанию выпью!

– Ну, вот был один алкоголик так не успела глазом моргнуть как второй нарисовался, – фыркнула недовольно Мария.

Илья от таких слов скукожился и поник. Он не знал, что сказать, но его голодный желудок сказал сам за себя – забурчал недовольно.

Навостривший свои ушки змей, он явно услышал одобрение утробы воина, продолжил:

– Проблема, как видишь, серьёзная, глобальная и требует серьезного подхода. Нужно обсудить. Со всех сторон!

От таких слов Илья выпал в ступор, и усиленно зачесал затылок.

– Вот ещё! Ему бы только выпить! Сейчас этот… кстати, как тебя зовут? Как наестся, напьется, а потом рубанёт тебя мечом и поминай, как звали! Что без тебя делать то буду?!!! Кто пшеницу убирать будет? А осенью, картошку садить?

– Ильей меня зовут. А чего вы его защищаете?! И причем тут пшеница? – совершенно сбитый с толку воскликнул Илья.

– Ну, если каждый на моего мужа с мечом будет бросаться, что с него останется? Никто не спрашивает, нравится он мне или нет. Сразу с мечом бросается порубать во благо всего человечества хочет! А мне ох как нужен! Кто платить за университет где наши дети учатся будет?

Змей оторвался от тарелки и внимательно уставился на жену:

– Тебя только эта проблема волнует?

– Нет, не только эта, – опомнилась женщина, – а я ведь тебя очень люблю дурака трехголового!

– Да? – переспросил изумленный гость, – как это, все три головы любите?

– Как ты думаешь должна жена своего мужа беречь или нет? – наивно, и чисто по-женски, спросила она. – и мне все равно есть три или десять голов. Все они мне по нраву!

– По нраву? – не понял Илья, – это как?

– Особенно когда целуются. Такое чувство что не три головы, а все десять! Он просто виртуоз в этой части!!! А когда хвалить меня и в три головы начинает и комплименты говорить, так вообще я взлетаю в небеса. Даже не седьмые, а сто тридцать седьмые!

Илья Муромцу показалось, что он сошел с ума. В его голове помутилось, и широким парадом перед глазами побежали серебряные звезды. Он второй раз свалился на пол.

Глава 2. Часть 2-я

Часть 2-я

Очухался он на кровати.

– Фу-у-у, пришел в себя, – с облегчением вздохнул склонившийся над ним змей, – чего ты драться лезешь, если сам малахольный такой?

– Слушай, это правда? – спросил, глядя в три пары глаз Илья.

– Что?

– Что она твоя жена и любит тебя?

– Ну да, – произнес змей, почёсывая затылок, – любит, иной раз приголубит… скалкой. Или чугунком, как тебя. Норов у нее строгий! Да так ударит, что голова болит, если что не по ее пойдет! Хорошо, что их у меня три головы! Вот женишься, сам узнаешь!

– Если б не любил меня, то еще больше получал! – вмешалась в разговор женщина.

– Он любит? – искренне изумился Илья.

– Конечно! – бросила женщина, – сколько мне стихов посвятил! А когда ухаживал, так в три голоса серенады под окном пел… какая я прекраснейшая из всех прекрасных женщин! Папа мне говорит, выходи ты уже за него замуж, а то надоело эти подвывания под окнами слушать. Хоть ночью поспать можно будет!

– Да ну? – изумился змей, – так и сказал?

– Да шучу я! – рассмеялась Мария, – А еще мой змей добрый и очень хороший. И сильный, и работящий, и... очень красивый!

– Красивый? – вконец обескураженный переспросил Илья.

– Ещё какой! – воскликнула женщина, – Федя ну-ка нагнись!

Змей нагнул одну из голов и она, обняв её, поцеловала. И тут же увидев, как надули обиженно губы две другие головы, воскликнула:

– Горе вы моё луковое! Толя, Саша! Вас я тоже люблю! Ну, давайте сюда, и вас тоже поцелую!

Две оставшиеся головы пригнулись, и Марья смачно поцеловала их в «щёки».

Илья растерянно смотрел на сцену. Толя, Федя, Саша… три головы и у каждой имя. Вот это уже извращение, подумал Илья и вдруг… Вдруг неожиданно для себя закрыл лицо руками и горько заплакал. Он понял, что не сможет убить этого змея.

– Ты чего? – растерянно я изумленно спросил змей Горыныч.

– Я хотел стать героем! Хотел победить страшное чудовище, и стать героем, – плача и размазывая слезы па щекам, зашелся от рыданий Илья.

– Горе моё луковое! Дитё неразумное! – воскликнула женщина. С этими словами она приобняла Илью, – ну не плачь ты…

Но Илья, а ему тогда было всего семнадцать и эмоции били через край, заревел ещё горше.

– Ну, ты, не горюй, – тронул рыцаря змей, – всё будет хорошо.

– Как же мне не плакать, как слез не лить, коль я не стану

героем? – хлюпая носом высунувшись из Марьюшкиных грудей, захныкал юноша.

– Ну, ты ведь мужчина, не реви, – попытался утешать его змей. Однако, тот ещё больше расстроившись, разревелся вовсю.

– Ну, не плачь ты, – заговорила, прижимая плачущего мальчугана к своей большой груди, – я тебе что-нибудь вкусненькое приготовлю! Картошечку с мясом будешь?

– Буду, – вытирая слёзы рукавом, промямлил Илюша.

– А борщ на сале будешь? Со сметаной! От нашей коровки!

– Вот блин! – воскликнул растерянно змей, – как я прошу… так не допросишься! А ему так сразу и картошечки, и сметанки!

– Ты поговори мне! – прикрикнула то ли в шутку, то ли всерьез Марья, – у меня в чугунке еще каша готовится. Или позабыл как скокал… после Купалля?!

– Не… не забыл… твоя каша как самые злые муравьи… африканские. Как вспомню, так вздрогну! Жестокая ты. Столько перца туда сыпануть!

– Так ты же ел!

– Ну да. Ты сказала, если не съем, то значит, не люблю и наши дорожки врозь!

– Вот дурень-то! Легковерный! Ха-ха! – расхохоталась Мария, – вспоминаю, плачет во все шесть глаз, а ест!

– Да, а ты говоришь, сладкая тебе ль каша попалась любый мой?!

– Да, а ты отвечаешь, слаще не может быть. А я: почему тогда плачешь? А ты от счастья!

– Ага, – неожиданно взгрустнул змей.

– Так, ты чего пригорюнился? – и Марья легонько ткнула змея в бок, – но я, же тебя потом приголубила… сам же счастлив был! Или не так?

– Да так все так! – поспешно воскликнул змей.

– Я эту ночь хорошо помню. Потом появился наш сыночек Иванка…– согласилась Марья, и уже обращаясь к Илье Муромцу, сказала, – А ты не плачь. Сделаю тебе еще оладий со сметанкой! Любишь оладушки? Не будешь больше плакать?

– Не буду, – всё ещё хлюпая носом, проговорил Илья.

– Вот и ладненько! – воскликнула довольно Марья, пытаясь неудавшемуся герою утереть платком слёзы.

– Не надо, я сам утру, – отстраняя руку, произнес Илья Муромец.

– Подвига ты не сделал, – разглагольствовал в это время змей, – но пришел как раз вовремя. Время уборки урожая. Мне помощник нужен. Поможешь мне, так и я тебе помогу. Так сказать, бартер у нас будет. Да и подкормить тебя нужно парень, а то худющий. Ветром подует, свалишься.

– Не свалюсь, – попытался обидеться Илья Муромец, деловая нотка возобладала – а что делать то?

– Как что?! – всплеснула руками хозяйка, – сенокос наступил! Кто хлеб убирать то будет?! Вот пойдешь с Петровичем, он тебя научит! Ты хоть косу в руках держал, добрый молодец?

– Держал, – неуверенно произнёс Илья, – а Петрович – это змей?

– Змей, змей! – хохотнула Марья, – так держал в руках ты косу или, нет?

– Держать то держал… только точнее видел, как ее держат. Но… тут ведь пара пустяков косить то! Раз взмахнул, другой и все тип топ! Поле чистое! – с чисто юношеской непосредственностью воскликнул Илья.

– Ну, всё ясно!!! Ты видишь, кого нам бог послал? У этого молодого балбеса все раз-раз и готово! И откуда такие берутся то?! – снова всплеснула руками Марья.

– Так не смущай паренька, – деловито молвил змей, а потом обратился уже к парню, – ты парень у меня подготовку настоящего мужика завтра пройдёшь. Всему обучу!

– А меч твой, парень, я всё-таки запрячу. А то солнышко в голову нагреет, неизвестно что тебе в твою головку взбредет. Драться больше не будешь? – по-хозяйски забрав меч, сказала Марья.

– Не буду, – почёсывая ушибленное место, сказал Илья.

– Вот и молодец, – улыбнулась она и погладила его по голове, как ребенка.

– Так не надо меня гладить! – возмутился парень и тут же испугался и боязливо спросил, – главное вы горшок… где вы так горшком орудовать научились?

– Это тебе ещё повезло, я на предыдущего бойца «истребителя свирепых змеев», – цитируя кого-то, молвила Марья, – сковородкой с салом попотчевала. Только с плиты сняла. Несла к столу. А он ворвался, меч выхватил и с криком смерть свирепым и коварным змее… в общем он не договорил. Я догадалась, что ничего хорошего от такого ждать не следует, бросился на мужа… мне некогда раздумывать было… припечатала от души!

– И что?

– Орал как резаный. Два дня от меня прятался под кроватью, как со сковородкой видел. Вот под этой, на которой ты лежишь!

– Вот это да!

– Спасибо вон этому…– и Марья указала на змея, – а так бы этой сковородкой его и зашибла!

– Да ну? – снова испуганно уставился на Марью Илья, и добавил опасливо, – вы такая добрая…

– Не подлизывайся! – рявкнула неожиданно Марья, – я таких не люблю! У меня рука то тяжелая!

– Марья-Марья, – немного оттеснив от парня, сказал змей, – не обижай мальчика. Нам еще работать с ним. Урожай убирать. Не все же такие как он!

– А что он сделал?

– Да ласковый не в меру стал. С моей женой!

– Ну, Петя, он же ничего такого не хотел. Он же просто ребенок!

– Я б такому ребенку кое-что оторвал! – угрожающе бросил змей.

– Не сердись. Мой хороший! – прильнула Марья к змею, – ты же у меня самый замечательный! Ты самый лучший! Ты ведь это знаешь!

– Ушёл потом, не попрощавшись, зараза, – добавил змей.

– Да, а ты что его заставлял делать?! Будь я на его месте, я бы тоже ушла!

– А что он заставлял делать? – с испугом произнёс, уже было приободрившийся Илья.

– Так ты к моей жене не совайся, – неожиданно, произнёс змей, – А то пригрелся промеж грудей! Дай ей волю так гарем она вскоре разведёт несостоявшихся героев!

– Так, поэт трехголовый, не запугивай мне мальчика. Нашёл себе новую жертву! – воскликнула Марья, – и вообще, как ты мог такое обо мне подумать! Вообще-то сковорода у меня тут недалеко лежит!

– А что… я ничего…

– А кто парня по утрам в пять подымал делать зарядку Фараонов? В пять утра! И мучил дитятко! Этого тебе не отдам! Иди сюда дитятко. Я тебя спрячу от этого злодея. Ползи ко мне под юбку от глаз его! А то, я его воспитаю как сына! Я из него настоящего мужика сделаю! И зарядку фараона заставлял делать!

– Так и сделал бы! – в сердцах воскликнул змей.

– Иди ко мне маленький! – оттеснив змея от паренька, воскликнула Марья, и уже обращаясь к Илье, выронила, – ты не смотри что он простак простаком! Он – хитрющий! Придумал делать с парнем зарядку Гермеса Трисмегъюста!

– Чаво?! – вылупил глаза Илья на хозяйку.

– Не Трисмегъюста, а Трисмегиста! – поправил змей, – И под юбку к жене не лезь, а то без меча голову от тебя отделю.

– Но ведь переборщил ведь, – сказала хозяйка. – Ведь согласись!

– Я мужика с него настоящего хотел сделать!

– Мужика из мальчиков женщина, делает, к твоему сведению! – пылко воскликнула Марья.

– Тут не фирма в твоём лице по производству мужчин из мальчиков! – рявкнул одновременно в три головы змей.

– А что мне делать, коли они такие маленькие и тебя бояться?

– Так, ты вообще-то пока моя жена…

– Вот именно, пока…– и тут же осеклась, – просто…

– Приезжают тут всякие сопляки и мечом начинают, не поговорив махать мечом, – продолжил змей.

– Так ты же змей…– растерянно выронил Илья.

Змей опасливо покосился на меч, который ещё держала хозяйка и сказал:

– Правду говоришь… ты, вообще-то хотела меч, куда-то запрятать…

– Ну да. Боишься?

– Его нет. А вот тебе лучше тебе острые предметы не давать. Глуп тот мужчина, что не побаивается своей прекраснейшей из половин! – напыщенно произнёс змей.

Марья расплылась в улыбке.

– Будешь хорошим мальчиком, не обижу. Накормлю, обогрею… все три головы!

Змей облизнулся всеми тремя языками и уставился плотоядно на Марью:

– Так я готов! Хоть сейчас!

– Но-но…– заметив этот взгляд прикрикнула хозяйка, – заслужить награду прекраснейшей из прекрасных надо! А то всё о постельных радостях только и думаешь! Надо еще дров нарубить сегодня вечером. К тому ж тебе завтра вставать в пять утра! Работать надо!

Змей виновато улыбнулся.

– И то, правда…

Потом кивнул парню:

– Пошли со мной. Помогать будешь. Ужин отрабатывать.

– Может ему еще полежать? – выронила Марья.

– Ага! и ты рядом с ним приляжешь. Успокоишь, по-матерински! Ну, уж нет! Пускай привыкает к труду!

Через час они, покончив с работой, сидели за широким столом, а Марья подносила кушанья.

– Ну что прекраснейшая из прекраснейших, может ты нам в честь начала жатвы стопочку нальешь?

– Подлизываешься? Не подлизывайся! Пока с этим, – она указала на Илью, – урожай не уберёте, даже полстопки от меня не получите! И вообще, когда пьяный ты теряешь голову. Точнее три! Я помню, что ты на Купалле вытворял!

– А что… я ничего…

– Я помню, как ты глазки Антонине строил!

– Да я… я просто, словом перемолвился.

– Ага, перекинулся. Эта зараза волосы свои распустила и улыбки тебе стала строить.

– Да, но не стоило за ней по всей деревне за ней гоняться с палкой!

– Ей повезло, что она в лесу спряталась! А так бы я ей все космы повыдирала бы! На чужое глаз положила! Я ей положу, следующий раз!

Илья озадаченно почесал затылок:

– Ну и страсти тут у вас…

– Угу, я помню на пасху – начал, было, змей.

– Ты поговори мне! У меня не пасхальные, но простые яйца остались. А метать их в твою голову я не разучилась!

– Да, – хмыкнул змей, – лучше помолчать…

– То-то же! – подвела итог Марья, – ну что поели? Марш в кровать!

Потом она повернулась к Илье и доброжелательно сказала:

– А тебе я на сеновале постелю. И не бойся, маленький. Я тебя в обиду не дам!

В тяжелой работе прошла неделя. Змей и Илья, отработав день, приходили, ели и без сил валились в постель. Потом спозаранку вставали и снова шли работать. Но зато к концу недели пшеница была скошена и аккуратно сложена в скирды. И это событие не замедлило отразиться на рационе. На столе вечером появился небольшой графинчик с белой жидкостью.

– Заслужили! – подвела итог Марья.

– Ну что, замочим? – подмигнув Илье Муромцу, промолвил змей.

– Давай, – согласился добрый молодец, накачавший на работе свои мускулы. После литра выпитой они стали лучшими друзьями.

Глава 3.Часть 3

Часть 3

– Ты понимаешь, Илья, – говорил уже хорошо закосевший Змей Горыныч, – я оказался очень, и даже очень нужен здесь, в хозяйстве. Понимаешь, вот, например, печку нужно растопить – меня зовут, на совет села, на свадьбу не надо ансамбль звать – как запою, так сразу пир начинается превеселенький. А вот сейчас тепло, пожары частенько бывают. Кого зовут, угадай?!

– Ну не знаю…

– Теперь будешь знать. Одна у меня из голов водой поливает. Чуть что так сразу – Змей Горыныч, спасай! Поселился я тут не так давно, но могу скромно оказать, что фигура приметная. Вначале сторонились меня, но затем привыкли. А что говорить девок, то у меня много было … Тут змей заметил приближавшуюся хозяйку и замолчал. Когда она отвернулась, нагнулся к уху Ильи и прошептал:

– Ревнивая она у меня! Трех девок побила. Добилась всё-таки своего, поймала, связала и загс завела. Так и сказала, или ты будешь мужем моим, или прощайся с жизнью Змей. Я выбрал жизнь.

– О чем это вы там шепчетесь? – раздался грозный голос Марьи в районе печки.

– Да так, милая, ни о чем! Мужские секреты, – ответил змей, и уже наклоняясь к уху Ильи, опасливо продолжил, – ничего, пока мне даже нравиться быть, женатым. Двое тут до тебя, вроде тебя приходили – еле ноги унесли. Это тебя она как-то тебя не очень сильно отметелила. Пожалела, молоденький, говорит. Пусть живёт и размножается. Вот такая у меня славная жена. Но я тоже не такой плохой. То, что я обещал, я сделаю. У меня уже есть идейка. Ты станешь героем!

Прошло три дня.

Илья Муромец, и змей что-то упорно делали, в сарайчике. И, наконец, на четвертый день свершилось. Ранним утром на следующий день из лесу выполз огромный железный змей. Он дышал огнём, и грозился съесть всю деревню, если ему не выдадут самую красивейшую из девушек. Перепуганные поселяне начали собираться в середине деревни.

Что делать? Как спастись от беды? Витал вопрос в воздухе. И тут из толпы выступил, Илья Муромец.

– Я спасу вас!

Обрадовались мужики, а Илья Муромец вскочил на коня и помчался к змею. Сражаться.

Вскоре поверженное чудовище свалилось наземь с отрубленными страшными головами, а Илью Муромца поселяне от радости носили на руках, наперебой звали к себе в гости, угощали, кто, чем мог. А потом выдали огромную грамоту, мол, Илья, победитель страшного змея возле деревни Чудово и считать его с этих пор величайшим героем…

А в это время Змей сидел в своей избе целовал свою женушку, и, рассказывая этому, довольному созданию, как Илья Муромец с его помощью стал героем. Вот так было всё на самом деле

И не имей змей такую болтливую жену, я не узнал бы настоящей истории про Илью Муромца! Какой он был на самом деле. Но что поделаешь, натура женская такова… Разговорчива…

Глава 4.Илья Муромец, в шкуре мужа…

2. Илья Муромец, в шкуре мужа…

История, рассказанная рукописью

В давние времена, каждый мужчина, дабы пользоваться почётом и уважением, должен был совершить подвиг. Или героический поступок. И для этого было достаточно много возможностей. Землю тогда населяли разные существа. Но самую большую опасность представляла Цивилизация драконов. И каждый юноша, уничтоживший дракона, считался великим героем. Более того, победитель чудища объявлялся настоящим мужчиной и совет старейшин деревни или города отдавал ему в жены самую красивую девушку. По его выбору. Часто, конечно, это было оговорено заранее между родителями жениха и невесты. Правда, случались и неприятные случаи: отправившийся добывать воинскую славу не возвращался. Драконы были сильны.

Конечно, были города и поселки, куда приезжим, и соваться не стоило. Там жило много драконов, но в приграничных городах и селах, раскинувшихся вдоль Средиземного моря, окало цепи гор Кавказа люди драконы, порой жили вместе. Где-то относительно мирно, а где-то люд людской страдал от чужестранцев. У драконов тоже было условие – повергни великого воина, и будешь ты, считался посвященным драконом. И стычки происходили частенько. Но, несмотря на все, это было благословенное время, когда люд людской и драконье племя жили в относительном мире и небольших баталий.

Потом пришло страшное и жестокое время, когда войско шло на другое войско, дабы уничтожить другой род. Итог ясен – драконье племя было истреблено, а сказания победителей изобразили драконов ужасными и жестокими. И в них, только люди, изображавшиеся великими богатурами, остались прекрасными, добрыми и сильными. Но на самом деле, все было иначе. Я расскажу вам настоящую историю отношений людей драконов.

Самым распространенным на Руси было имя Илья. Именно с тех давних времен и пошли сказания, сказки былины. Точнее записи летописцев. Только со временем, после окончательно победы люда человеческого расселившегося потом по всей Евразии, Европе летописи были уничтожены и превратились в сказки. Искажавшие реальность. И героем стал лишь один – человек! Только все это неправда! Я нашел каким-то чудом сохранившуюся рукопись, предававшуюся из поколения в поколения о настоящей истории отношений змеев и людей. Именно одну из историй Барда по имени Зельд я и расскажу сегодня!

История Зельда

Хорошего телосложения парень, но простоватым, как говорят в народе деревенским лицом, въехал в деревню.

Множество мыслей одолевало воина. Но самая главная «Куда подевались драконы?» Он уже в третью деревню, приехал, а врага рода человеческого всё никак найти не мог.

И тут он увидел поселянина. «Язык до змея доведёт» вспомнил он народную мудрость.

– Друг мой, можно спросить?

Поселянин остановился:

– Чаго?

– Да вот…ищу змея…

– Петровича что ли? – уточнил мужичок.

Илья, быстро сообразив, что Петровичем вполне резонно могут звать и змея, ответил:

– Ну, да!

Мужичок улыбнулся:

– Да, в конце деревни он живёт! Ты его по большим хоромам узнаешь!

Пришпорил своего коня Илья Муромец и помчался на встречу со змеем.

Да хоромы были хороши.

– Вот жирует гад! – подумал воин.

Постучал в дверь. Но никто ему не открыл. Попробовал Ильюша открыть её сам, да не вышло.

– Вот те раз! – с досады бросил Илья, – никого нет!

Такого он совсем не ожидал.

И тут увидел, как с огорода идёт змей. Вот тут-то тебе конец и придёт плотоядно подумал парень. Моя добыча сама в руки ползёт. Моя величайшая слава!

Змей тем временем подошёл к порогу.

– Воевать пришёл? – только и задал он вопрос.

– Да, подлая Тварь!

– Знаю! – резко оборвал его змей, – подлец и пожиратель людей! И вообще скотина!

– Ну, да…– растерявшись от такого поворота событий, сказал Илюша.

– Устал с дороги? – так, будто знал его тысячу лет, спросил змей, – голоден?

– Ну да…– ещё больше растерявшись, промолвил Илья.

– А ну отойди с порога.

Илья несколько подвинулся.

Змей по-будничному, полез под коврик, достал ключ, вставил в замок и открыл дверь.

– Проходи!

– Только после тебя! – учуяв подвох, молвил Илья.

– Хорошо, только обещай, что мы с тобой перекусим, а потом драться будем. Напахался я, есть хочу, просто не могу. И какой ты герой то будешь, если в спину ударишь?

– И то верно, – согласился Илья.

Они зашли в дом.

Змей по-хозяйски двинулся к печи: дыхнул одной головой – пламя разжёг, дыхнул второй – вода в чугунке появилась, а змей тем временем быстренько поставил чугунок в пламя.

Илья невольно подумал, а трудновато будет мне с ним справиться.

– Да ты не парься, – молвил, будто прочитав его мысли, молвил змей, – я рад, что ты пришёл, чем такая жизнь, лучше уж смерть принять от такого славного воина как ты!

– Да, змей, пришел твой последний час, – неуверенно произнёс Илья. Слишком уж все просто выходило.

– Поэтому, – произнёс змей, – нужно поесть. Единственная радость в моей жизни. Замучила жена меня совсем. Матриархат устроила. Продыху не даёт!

– Да ну? – удивился Илья.

– Ты ешь, – накладывая в тарелку картошки гостю, заговорил торопливо змей, – а то Марья, а то придёт, получу я на орехи! Поесть не даёт, работаю с зари до зари, а ей всё мало! Золото и брильянты змей Акзугаров с селения Пеньково дарит, казну великого королевства Польского разорил с собратьями, а я только на свои старые кости жалуюсь. А почему не жаловаться, если я напахался как лошадь?!

– Да ну? – снова удивился немногословный Илья.

– Вот тебе и да ну! Попадётся тебе какая девица… до замужества красотуля и умница! Ласковая и нежная, а потом…заплачешь ты горьким слезами!

Тут из глаз змея брызнули слёзы.

– Потом они, ну может не все, – змей боязливо осмотрелся, – становятся ведьмами…злобными, жадными и только одно от них и слышишь – работай!

Илья от таких откровений вообще растерялся:

– Да неужели? Вот моя невеста не такая, она, какая сейчас такая и потом будет!

– Мечтать не вредно! Выпить хочешь? – и, не дожидаясь ответа, змей вытащил откуда-то склянку с водкой. Моментом на столе появились и рюмочки.

– Ты ещё молод, парень… тебя как зовут кстати?

– Илья! – гордо произнёс наш герой, – мои потомки голубых кровей князья Горлолуповы…

– Да ладно хвастаться! – перебил его змей, – все, кто ни приезжает, так голубую, зеленую или еще какую кровь имеет!

– Они все врут! – возмутился Илья, – это мои родичи настоящие князья!

– Может быть и так, – согласился змей, – не спорю. Просто не знаю. А то приезжает, какой оборвыш, голодранец и начинает рассказывать какой он знаменитый и известный, и богатый! Был. Раньше. Просто очень неожиданно обеднел. И просящими глазенками смотрит, а не дадите чего-нибудь покушать! Сала, кусочек, ну сосем маленький! Я великий князь Пуповицин! А сам…

– А сам оборванец! – закончил за змея Илья, – бегает по деревням со своим ржавым и старым мечом и корочку хлеба выпрашивает как нищий. Знаю я такого. Точнее похожего на него!

– Вот-вот! Ты видимо тоже таких встречал! – поддержал его змей, – бегает бедолага и вымаливает себе кусочек сухого хлеба! А дашь, так еще и масла попросит. А потом и сало ему подавай! Он, мол, великий и знаменитый воин, только обедневший немного.

– Ты прав! Но я не такой! – пылко воскликнул Илья.

– Не такой? – пытливо вглядываясь в парня, переспросил змей, – тогда доставай вкусняшки из котомки! Небось, мамка на дорогу собрала! Я сам видел два мешка на коне было. А то стол, видишь у меня небогатый! А выпить хочется с нормальной закуской. Тем более, раз ты меня убивать собрался, так хоть поесть… по-человечески, хотелось бы! Последний раз! Или жадничаешь?

– Да не жадничаю я совсем! – возмутился Илья, – просто…хотя, ладно, пусть будет по-твоему!

И через минуту на столе появилась баночка меда, бутерброды, сало и другое, что заботливая рука матери дала сыну в дорогу.

– Ты же только не съешь же все сразу?! – опасливо поглядывая на змея, воскликнул Илья, – а то у тебя три головы, а меня всего одна!

– Да не бойся ты! – усмехнулся змей, – давай по стопочке пропустим, пока этой… нет!

– Кого? – не понял парень.

– Жены, кого же еще!

– Неужели так все… плохо? – спросил слегка опьяневший от рюмки водки расчувствовавшийся парень.

– Да ты закусывай, – заметивший его состояние змей, – хуже некуда. Она…

Речь змея оборвалась на полуслове, и он быстро опрокинул стопку в один из своих ртов, чутко прислушиваясь.

Дверь в прихожей скрипнула, и послышались тяжелые шаги.

Змей испуганно уставился на входную. Она резко распахнулась.

– Пропали мы! – выдавил испуганно змей. В его глазах читался ужас.

Илья обернулся.

На пороге стояла дородная, полноватая женщина, уперев руки в боки. Илья Муромец, немного струхнул – таков был воинственный вид женщины, но собравшись, непринужденно бросил:

– Здравствуйте, а мы вот тут поесть решили.

– Поесть?! – рявкнула женщина и шумно втянула носом воздух, принюхиваясь, – только поесть или что-то еще?!!!

Ее голос прогремел в доме как гром среди ясного неба.

Тут уж Илья струхнул не на шутку, но отступать было некуда.

– Да, покушать, немного решили. А что нельзя?

– Нельзя! – взревела Марья, – кто не работает тот и не ест! Ишь, они тут пир устроили!

Потом перевела взгляд с Ильи на змея и закричала еще злее и сердитее:

– Ладно, этот, не знает, что делает. А ты то что? И почему еда на столе коли работу не сделал? Тебе только жрать да жрать! И когда тогда только твоя жадная, ненасытная утроба наесться?!!!

– Утроба не может наесться, – попытался защищать змея парень, – этот человек или змей может поесть досыта.

– Ага! И выпить заодно! И чего это ты его защищаешь?!!! Я тебе покажу кузькину мать!! – взревела она.

– Да я ничего…– пискнул Илья, но его душа ушла в пятки.

– Молчи уже! – рявкнула она на совсем сконфузившегося парня и уже обращаясь к змею, закричала, – а ты чего делаешь? Я тебе что сказала?! Я тебя просила поколоть дрова, покормить свиней, в поле сорняки вырвать, а ты… Ты что сделал, а?!!!

Марья схватила кочергу и двинулась на змея.

Илья испуганно взглянул вначале на змея, а потом на хозяйку.

И вдруг Марья остановилась.

– Так вот с кем ты пьёшь! Ну, алконавт ты у меня сейчас получишь! Мужа спаивать!

Она замахнулась, на Илью и если б тот не увернулся, то хорошо бы получил по голове.

– Стой, стой, – преградил путь разъяренной хозяйке змей, – Ты не так поняла!

– А я всё поняла! И без слов понятно! Лодыри! Байбаки! Им бы только пить! – Марья грозно махала кочергой перед носом змея.

– Это мой родственник! Племянник, – воскликнул змей, – он приехал помочь… убрать урожай!

Хозяйка остановилась в задумчивости.

– Это, правда?! – чувствуется, она стала остывать, но грозные нотки ещё слышались в её голосе.

– Говори, правда, а то прибьет, как пить дать! – быстро и тихо зашептала на ухо Илье одна из голов змея.

– Правда-правда! – воскликнул, выглядывая из-за спины змея напуганный до полусмерти Илья. – я родственник. Дальний!

– А зовут то как? – сменила гнев на милость хозяйка.

– Илья! – пискнул еще, не рискуя выйти из-за широкой спины змея Илья.

– Вот расплодилось этих сопляков и все с именем великого героя Илья. А на такого как ты смотреть нечего: на одну руку положишь, а второй прихлопнешь как комара! Ил и ты воевать приехал?!!!

– Нет, я к дядьке приехал. Помочь…мамка говорила…– залепетал резко ставший от страха быстро соображать паренек.

– Ну если так…– совсем раздобрела хозяйка, – то ладно. Но пить вам я всё одно не дам! Вот сделаете дело, тогда может быть! Налью. Немного налью! А теперь марш работать! Потом пожрете лодыри!

С этими словами она быстро взяла графин со стаканами и пошла в сени.

– Ух! – облегченно вздохнул змей, – легко отделались!

Но едва он успел это сказать, как в дверях снова показалась Марья.

– Вы о чём тут шепчетесь?! – подозрительно поглядывая на них, спросила она.

– Марьюшка мы обсуждаем план работы, – тихо и несколько неестественно ласково произнёс змей.

– Это точно Илья? Что то вы долго обсуждаете! Вы уже должны дрова колоть!

Илья, глотнув сухую слюну, с трудом выдавил своё коронное:

– Ну да… мы уже идем!

– То-то же! – пригрозила им Марья, – я вас мужиков знаю! Вас всех нужно держать в… тут она, вытянув руку с раскрытой ладонью, крепко сжала её в кулак, – а то распуститесь, разболтаетесь. Бегом работать! А потом покушаете – сразу спать. Вечер уже! Завтра вам рано вставать! Обоим!!! Понятно?!

– Понятно! – в один голос воскликнули Илья и Петрович.

– Петя, покажешь, где родственничку спать. Он у тебя не ленивый? Нет? Ты же знаешь, как я не люблю лодырей и байбаков! У меня на них специальная кочерга есть.

– Нет. Он трудяга хоть куда! Не смотри, что мал, он пашет за троих!

– Так уж и за троих?! – весело промолвила Марья, – посмотрим! Ладно, так и быть, можете поесть. Поздно уже работать. Кушайте и устраивайтесь мальчики, а я… Я пойду ещё на лавочке с подружками обсужу свои женские дела. Без глупостей мне!

– Спасибо Марьюшка! – воскликнул змей который с грустью смотрел на недоеденную колбасу.

Потом она взглянула на них и уже, более резко бросила:

– И что б, когда я приду оба спали! Ты же знаешь… рука у меня тяжёлая…

– Я понял, Марьюшка. Всё будет сделано, как ты хочешь. как скажешь, – пролепетал змей.

– То-то же! – сказала Марья и, развернувшись, пошла из дома.

Всю неделю они работали, как волы. Рано утром они выходили на работу, а поздно вечером возвращались. Ужинали и без сил падали на кровать. Но зато урожай был убран и вовремя.

– Ну, что Илюша, – сказал в конце работ змей, – пора.

– Что пора? Не понял Илья.

– Ну, ты ж меня хотел… прибить. Я готов.

Илья посмотрел на змея.

– Петрович, ты ведь хороший змей?

– Ну да, – заразившийся от племянника привычкой, говорить «ну да» Петрович.

– Я просто понял, что есть вещи более страшные, чем страшный змей.

– Это, какие?

Илья нервно огляделся по стонам и, увидев, что ему ничего не угрожает, промолвил:

– Злая жена.

– Ну да, – ответил уже привычно Змей.

– Вот так, – растерянно промолвил Иван, – героем я, правда, не стал, но…

– Как не стал? Я тебе медаль змей Горыныча вручу!

– Кого ты вручишь?! – раздался, грозный голос Марьи из сеней.

– Виноват Марья! Ты вручишь ему милая…

Марья уже стояла на пороге.

– То-то же! – погрозила она пальцем, – не забывай кто тут главный!

Через день Илья Муромец стоял у калитки в полном боевом снаряжении. Марья уже вручила ему медаль и инструктировала:

– Ильюшка, как приедешь домой, скажешь, победил змея-героя. С медалью тебе поверят.

– Я вообще, не Ильюшка, – пробовал перечить Илья, – я же просил тебя...

И вдруг вспомнив о грозном нраве Марьюшки, добавил:

– Ну, если только иногда…

– Ты ж мне как родной уже! – воскликнула Марья, – иди ко мне обниму на прощанье!

Она не церемонясь сгребла паренька в свои объятья, и крепко прижала к большой груди. Да так хорошо, что паренек пискнул

– Родной мой!

– Ох! – как только она освободила объятья только и смог молвить паренёк, жадно глотая воздух – объятие было крепким.

– Приезжай к нам! – никак не могла угомониться гостеприимная хозяюшка, – мы тебе невесту найдём! Такую как я! Я ведь красивая?!

Илья хотел было сказать, что она уже старая и полная, и злая, но тут увидел, что змей подает ему какие-то знаки. А он прижимал палец к губам, другой рукой проводил по горлу, а третья голова глазами указывала на Марью.

– Ну да…– испуганно покосившись на Марью, произнёс Илья. – безумно красивая!

– Ах ты родной мой! – и Марья снова сгребла парня в объятья, – па то от некоторых слова хорошего не услышишь!

Марья выразительно посмотрела в сторону змея.

– Так я же говорю! – поспешил исправиться змей. Марья недовольно хмыкнула, и паренек с трудом разобрал «и этому козлу трехголовому я отдала лучшие свои годы» и обратилась к Илье. А если девица будет благосклонна к тебе, то смотри на нее как на прекрасную Богиню! Никак не иначе! Тебе за это воздастся!

Смотреть как на богиню, – растерянно повторил Илья. – и все? И это секрет семейного счастья?

– Ну, не совсем, – молвила Марья, – нужно ей дарить дорогие подарки, целовать ей руки, ножки и выше…

Тут она смутилась, покраснела и замолчала, а потом добавила:

– Пусть она почувствует на кого может положиться!

– Да, и в переносном и прямом плане! – не вытерпел змей.

– Молчи уже пошлый старикан! Хрыч старый! Тебе я слова не давала! – гневно возопила Марья, – а ты давай… короче репетиция проведем как ты будешь говорить своей девушке красивые слова. Можешь говорить, чтобы все хорошо у тебя было!

Тут змей вознес все шесть глаз к небу и стал показывать лапами в воздухе извилистый тонкий стан.

– Да, ты обалденно красивая, как принцесса, стройная и прекрасная как сама богиня! Не ждала бы меня моя невеста дома, я бы тебя в жены взял!

– Ох, ты мой хороший! – воскликнула Марья и заключила его снова в такие крепкие объятья, что он понял – третьих «обнимашек» он не переживет.

Зато змей уже смотрел на него тремя свирепыми мордами и грозил кулаком. Илья побледнел, и Марья, почувствовав что-то оглянулась. Но на нее и Илью уже смотрел умильный змей с тремя ласковыми, умильными улыбками и застенчиво махал Илье лапами.

– Ты не волнуйся, мы тебе тоже красавицу найдём! Ну, может не такую обалденную как я… но тоже красивую… Так точно! – поспешила утешить его Марья.

Иван после этих слов побледнел, раскрыл рот, видимо хотел что-то сказать, но вовремя захлопнул его.

– Дай я прижму тебя ещё родной! – и Марья снова сгребла в свои широкие объятья паренька. Когда тот, наконец-то выводился и стал жадно глотать воздух, услышал то, что повергло его в ужас.

– Так, и хватит тискать мою жену! – рявкнул змей, – а то…

И чтобы было понятно, что он сделает с соблазнителем – пыхнул огнём в сторону…

Неудачно. Огонь резво взялся за забор. Конь встал на дыбы, закудахтали мирно клевавшие своих червячков куры…

Когда пожар потушили, Иван желал только одного – скорей бы его отпустили.

На этот раз всё прошло без происшествий. Он сел на коня. Хозяйка подала ему узелок с домашней едой, курочкой, как она выразилась, чтобы помнил её. (Уж он-то её запомнил! На всю жизнь). Ильюшка помахал ручкой, пришпорил коня, и степенно поехал по деревне. Лишь выехав за её пределы, дал волю чувствам – вонзил шпоры в коня и помчался во весь опор – подальше от этого места. Он понял, что в жизни главное – найти хорошую жену. Но если найдешь стерву – это любовь на всю жизнь!

Вечером в доме змея собралось за столом трое. Змей, Марья, и неприметный мужичок.

– Спасибо Сергей! – тепло промолвил змей, – ты настоящий друг!

– Да не за что, – улыбнулся собеседник. В нём можно было узнать того неприметного поселянина, который встретился вначале нашего рассказа Илье.

– Понимаешь, – пытался объяснить змей, – сейчас всё сложнее и сложнее найти помощников на уборку урожая.

– Да, я понимаю

– Честно говоря, всё больше и больше леноватых мужиков.

– Да, Петрович ты давай, наливай уже!

– Ах, да…– растерянно произнёс змей.

Появилась на пороге Марья.

– Марья, выпьешь с нами рюмашечку? – спросил он её.

– Да нет, спасибо. Я как-то…

– Рюмашечку?

– Ну, если только рюмашечку…– присаживаясь за стол, согласилась Марья.

– Тяжело было играть злую?

– Да я бы и сыграла и больше времени!

– Да ну? – игриво переспросил змей.

Марья встала:

– Так, алкоголики, вы, что здесь расселись?! Я не поняла, вы чего здесь расселись? Давно кочергой не получали?!!!

Мужичок уже державший рюмку поставил её на стол и сжался, испуганно смотря на грозную Марью. Он поглядывал под стол, и на входную дверь, продумывая возможный путь отступления

– Так, дорогая ты выходи из образа, а то…

– А то что?

– Плети получишь! – грозно рыкнул, смотря на Марью, змей. И это получилось настолько убедительно, что Марья села за стол и сразу тон её стал нежным и мягким.

– Я же только хотела показать…

– Точно? – переспросил Петрович.

– Ну да, – молвила покорно Марья.

– То-то же! – погрозил ей указательным пальцем змей, – не забывай кто тут главный.

Глава 5.Илья Муромец – спаситель змея!

3. Илья Муромец – спаситель змея!

Он ехал в задумчивости. Да, Алёнушка, удивительная девушка. Красивая, игривая.Врезалась в его память. Не забыть не выкинуть из памяти. И говорили же ему, не по зубам тебе она Илюша, она такая всем нравится. Все молодые парни в селе на неё смотрят, да и не только. И более пожилые тоже не прочь… потереться около её. Но где там, тут молодым возле неё тесно. Он почти дословно помнит их последний разговор.

– Мягкосердечный ты Ильюшенька! Не мужской характер у тебя, мягкий какой-то! Больше на девицу красавицу смахиваешь, чем на настоящего мужчину.

– Так что же мне делать? – растерянно спросил тогда он.

– Так что же мне делать? – передразнила девица его, – вот докажи, что ты мужчина! Настоящий, четкий мужик. С большой буквы! Убей змея. Тогда посмотрим!

– Что посмотрим?

– Твои шансы повысятся… на милость принцессы!

– На милость принцессы? – растерянно переспросил он, – а принцесса это кто?

И тут же пожалел о своем вопросе.

– Кто-кто? Дед пихто! Перед тобой стоит твоя принцесса или это не так? На колени!

– Что?

– На колени встань и пообещай, без головы змея не вернешься! Или тогда оторвали от меня! Мне слюнтяи не нужны!

– Но я…

– На колени встал!

Парень нехотя опустился на колени. Он будто видел сам себя сбоку. И все это под взглядами других парней и сразу возбудившейся стайки девчонок. Он перешептывались и переглядывались.

– Так кто твоя принцесса? –торжествующе обводя взглядом воскликнула девушка.

– Ты…

– Не слышу!

– Ты, – чуть громче сказал парень

– Не слышу! – для торжества женского эго не хватало чего-то.

– Ты! – почти выкрикнул парень и тут же смутился. Краска залила его лицо. Ему было стыдно.

–То-то же! – смилостивилась девушка и добавила, – Балбесина ты! Что ж так туго соображаешь то!

– Просто не догадался.

– Не догадался он, – хихикнула она, – слушай, ты точно хочешь со мной быть или только притворяешься?

– Хочу! Очень хочу!

– Ну ладно. Тогда ты должен принести мне головы побеждённого змея!

– А когда я убью змея, ты тогда выйдешь за меня замуж?

Девица подумала, и скептически осмотрев его фигуру, решила, что он на такой подвиг не способен. В их деревне, он был достаточно известным товарищем. Кто не любил, называл его «Светило мудрости», специально коверкая слова или «книжный червячок», а кому нравился – «учёный брат». Естественно, что, будучи силён в науках, он был слаб физически. Этот фактор видно и сыграл решающую роль в решении красотки.

– Идёт! Выйду замуж! Если змея победишь и три головы его принесёшь! Наверное! А иначе, шансов у тебя никаких! – и девица хихикнула в кулачок. Потом снова приосанилась, встала прямо, – ну ладно Илюша, ты иди, добывай славу, а у меня дела есть!

С этими словами она направилась к двум нетерпеливо переминавшимся возле соседнего плетня парням. Потом остановилась, повернула голову и задорно крикнула:

–Только три головы принеси, а не одну! Иначе не видать тебе меня как своих ушей!

Так очутился Илья в дороге. Один на один с далёким неизвестным будущим. Что он только не испытал: и голод, и холод, и дожди, и жару. За несколько месяцев лицо его обветрилось, и он стал крепче. Правда не настолько чтобы его посчитали богатырем. Ехал уже долго, а удача отворачивала от него свое лицо. С невероятным упорством показывала пятую точку, как луну на небе. А возвратиться в деревню без ничего было позором. В таких невесёлых думах въезжал Илья в деревню.

И тут он увидел поселянина. «Язык до змея доведёт» вспомнил он народную мудрость.

– Друг мой любезнейший, достопочтенный гражданин этого села, можно спросить?

Поселянин остановился, растерянно посмотрел на парня и ответствовал, в той же манере:

– Чего тебе надобно храбрый воин? С добром приехал, аль с недобрыми намерениями?

– Мыслями добрыми… Ищу змея. побить хочу гада человеческого, да славу себе снискать необыкновенную! Величайшую! Есть у вас такой?

Мужичок пытливо посмотрел на воина. Слишком уж хлипким он показался ему. Но вспомнил инструкцию, которую ему давал змей, и о возможной проставке, и указал нужное направление.

– Самый большой дом в самом конце деревни.

Воин заметно приободрился, и, пришпорив коня, помчался по деревенской улице.

И, правда, искать долго его не пришлось!

Тот брёл по улице.

Илюша остановил вороного.

– Эй, ты чудище заморское, защищайся! Пришёл твой смертный час! – выхватывая меч, воскликнул он.

– Как здесь?! – изумился змей.

– Боишься?! – воскликнул воодушевившийся Илья. В его голове, змей должен был сказать нечто типа, сейчас я тебя сожгу огнем, водой остужу, а потом съем не проглатывая. И уже тогда Илья, покажет этому злодею, что он не из пугливых. Ринется на подлеца и одним ударом срубит все три его злодейские головы!

– Ты при детях убивать, меня, будешь? Это ведь такая психическая травма для них будет!

– Не мудри мне змей, все равно я тебя… – начал, было, Илья, но тут увидел пятерых пареньков от пяти до семи лет игравших рядом в лапту и смягчился, – ну будь, по-твоему. Мне всё равно, где тебя убивать.

– Ну, наконец-то хоть кто-то готов меня прибить! – воскликнул обрадованно змей, – спаситель ты мой! Я уж совсем отчаялся!

Илья удивленно посмотрел на змея и серьёзно промолвил:

– Ты мне без шуток тут! Мне твои фокусы известны! Коварный! От смерти ты не избежишь! Мой могучий меч…

– Да я согласен умереть от меча великого бойца. Мне жизнь не жизнь настала.

– Что?

– Опостылела…

– Чего это?

– Да все из-за жены. Говорит, не люблю тебя и баста! А мне жизнь без её не мила…

– Да ну? – переспросил Иван.

– Я ведь и так, и так для неё стараюсь, а ей всё не так да не эдак. Ну, я и не стерпел. Сказал, что она всё-таки женщина, и должна слушать мужа. Правильно я говорю?

– Да правильно, – поддержал импульсивно Илья.

– Мы ведь можем себе другую… ммм… Более красивую и интересную!

– Что?!

– Да я так… сказал… чисто гипотетически!

– Ну, если ты просто чисто гипопкопо-поэтически… что за слово такое?!Не выговорить никак! В общем, не по-настоящему, а только попугать, то тогда можно иногда думать! Ты ведь любишь ее?

– Конечно же, люблю! – выплеснул наболевшее змей.

– И я люблю! – поделился Илья.

– Кого? Мою жену? Так ты ж её не видел! – воскликнул змей.

– Да не твою жену, а Алёнушку мою, красавицу ненаглядную! Звёздочку мою расчудесную!

– Вот и счастья тебе! Женись и живи в счастии и ладах! – сказал доброжелательно змей.

– Да как тут поживёшь, когда она…– тут Илья немного замялся.

– Что? – спросил нетерпеливо змей.

– Она сказала, что будет моей, если принесу я голову змея… точнее три! – выплеснул Илья.

Змей грустно покачал головой.

– Ты такой же, как я!

– Точно! – воскликнул Иван, да так импульсивно, что лошадь, на которой ехал, дёрнулась.

– Хотя нет, – продолжал змей, – меня моя Марья любит… но по-своему…

– Как это?

– Да, – просто посмотрел я на соседскую девицу. За забор – Настасью Лукитичну. Она соседа дочка. А моя это заметила и горшок мне в голову кинула…

– Что?

– Смотри, – грустно сказал змий, нагибая левую голову, – это она мне чугунком заехала… говорит, что б не смотрел!

– А чего ты смотрел? – растерянно спросил Илья.

– Чего- чего…она так из сарая, где корову доила с ведром молока шла, так вихляя одним большим и интересным местом…

– Да уж, эти места у них эти очень интересные, – согласился Илья, – я тоже как-то на Настенькин зад… то есть прелестнейшую попочку засмотрелся, она как магнит меня притянула. Сказал ей про ее прекрасные глаза!

– А она что тебе ответила? – полюбопытствовал змей.

– А она увидела, что я не на глаза заглядывался!

– И что?

– Сказала, не по коту сметана! И что сейчас она мне так заедет по моргалкам, что больше не буду на достойнейших и прекраснейших и высокородных девиц засматриваться! Ее булочки специально для великих королей взращены!

– А ты?

– Что я? Я сказал, что она ведь не высокородная, а всего лишь дочка свинопаса так что если это не король свинюшек, ей мечтать не стоит!

– Это ты зря сказал, – рассудительно выронил змей.

– Ага. Только это я потом понял! Она в лоб яблоком запустила! Огрызком! Со всей силы!

– А ты?

– А я упал. Попала сука… Сильно попала.

– А она?

– Она подбежала и стала говорить, что нечаянно. Ну, я тогда привстал и горделиво объявил, что мне совсем-то не больно. Я ведь мужчина!

– А она?

– Что ты все она да она! – вспылил Илья, – раз говорит не больно, то вот получи! И вмазала по щеке, да так, что потом полвечера болела. Она еще сказала, мол, де мне так и надо! И вообще, чтобы топал я и гусей пас! Я приглядываю за гусями богатых соседей. И вообще, ты давай сам рассказывай, что с тобой случилось! Ты тоже на соседскую попу смотрел и что вышло?

Илья плотоядно, чувствуя жестокую развязку с любопытством уставился на змея.

– Как что? – я стал оправдываться, – мол, не смотрел на попу, а только нечаянно ее грудь увидел!

– А она? – плотоядно глядя на змея воскликнул Илья.

– Она завопила, мол, ты еще и на грудь ее смотрел?! Врезала кочергой по второй голове. Синяк и там поставила. И из дома выгнала!

Илья увидел огромный синяк под глазом средней головы. И его нежная юношеская душа не выдержала. Закружилась голова, и он упал в обморок. Хорошо, что рядом змей был, так успел подхватить чувствительного добра молодца, а то б расшиб, он голову, падая с коня.

Иван открыл глаза. Некоторое время он никак не мог понять, что происходит и где он находится.

– Очнулся! – драконья голова зависла над его лицом. Илья автоматически поискал меч, но меча не было. Пропал, мелькнуло у него в голове. Обманул меня змей! Сейчас убьет.

– Хорошо, что пришёл в себя, – молвил змей, – я ведь не лекарь.

– Да уж, – приподымаясь, молвил Илья, ища глазами свой меч. И словно угадав его мысли змей молвил:

– Всё твоё я сложил в одно место: котомку и меч.

– Спасибо, – молвил Илья, и ощутил, что лежит на мягком.

– А это что? – просил он, указывая на кусок материи.

– Я тебе рубашку свою подстелил, чтобы ты не простудился. И так вижу, бледненький, – добродушно так по-отечески молвил змей.

От такой доброты Илья расчувствовался, и на его глаза навернулись слёзы. Он в тот момент понял, что не сможет убить змея.

Илья встал и огляделся. Они были на окраине леса. Недалеко, виднелись первые дома деревушки.

– А как я здесь очутился? – спросил Илья

– Как как? Донёс тебя на руках, – пояснил змей, – ты же мне теперь как брат, по несчастью.

– Да, – глубокомысленно произнёс Илья.

– Ты отдохни. А потом ты отрубишь мне головы. Заберёшь их и повезёшь своей Настеньке.

– Нет!

– Что нет? – спросил змей.

– Не могу я тебя убить!

– Вот и ты меня уже не можешь убить…– печальным голосом молвил змей, – А я не могу без своей Марьюшки красавицы жить…

– Да придумаем, мы что-нибудь! – воскликнул Илья, сам того не ожидая, – мы ведь мужчины! Существа сообразительные! Умные! У нас ведь четыре головы, и мы создадим мозговой штурм!

– Что-что? Что за штурм?!

– Это когда разные люди предлагают варианты и порой просто безумные. А в результате находится выход!

– Выход там, где вход! – язвила одна из голов, – только как ни входи или выходи, а синяков у меня от этого только больше становится!

– А ты знаешь, я, кажется, знаю, что нужно сделать, – загадочно смотря на змея молвил Илья.

Змей удивленно посмотрел на его, и надежда засветилась во всех его шести глазах.

– И точно! Чего разговаривать. Нужно её вернуть! Только… Только вот как…

Иван почесал затылок.

– Ты говоришь, взревновала она тебя к девице?

– Ну, да… А что?

– Да вот есть такая пословица: клин клином вышибают» ты кого пойди да поохмуряй, она взревнует и вернётся к тебе! Они женщины такие – не нужно, но вот когда на твоё ненужное кто-то претендует…

Змей удивленно посмотрел на Илью:

– Мудрые слова говоришь. Только всех женщин Марья знает в деревне. Да и побаиваются они её крутого нрава. Поостерегутся на ревность брать. Со света моя за такие дела сживет!

– А что делать? – увядший сразу молвил Илья.

Змей с любопытством посмотрел на Илью. Его чистое юношеское личико…

– Придумал!

Он наклонился к уху неожиданного друга и союзника. Илья долго отказывался, но змей был настойчив, и он согласился.

Бар «Три стакана» стоял в центре деревни. Но не это было сегодня удивительным. А то, что хромой Ик, напился и совершенно неожиданно полез в драку к корчмарю. Сегодня деревня гудела как пчелиный улей совсем по-иному поводу. Сегодня змей, в простонародье которого звали Петрович, явился в бар с симпатичной девицей.

– Шериезазада! – представил он посетителям свою спутницу.

– Не Шехриезазада, а Шехерезада! – поправила девица.

– Да ладно, тебе! – и дружелюбно хлопнув по попе, змей, –добавил, попка у тебя самая крутая в деревне!

С этими словами, он оглядел бар.

– Кто-то не согласен с этим?!!! – рыкнул он.

– Согласен я! – выкрикнул горбатый Ванька, – у неё самая классная попа! Петрович… ммм… надо это замочить! Пивка мне проставишь? Я, потом деньги отдам!

– Ну, ради такого случая, – молвил змей, доставая кошелёк, – конечно же, угощу!

– Да попка у неё отменная! – посетители бара окружили парочку.

– Просто супер, так бы её и поцеловал! – воскликнул известный на всю деревню ловелас по кличке Влезайло протягивая руку к… Но змей быстренько пресёк эти поползновения.

– Не лезь к ней влезайло! А то вылезать будешь на карачках! Ты знаешь, у меня рука тяжёлая!

– А где ж Марью то дел? – нашёлся доброжелатель Треплов Пётр, полностью соответствовавший фамилии и раскрывший карты сексуальных предпочтений змия.

– Цыц! – а то сейчас как дыхну огоньком… что б скучно не было! – угрожающе произнёс змей.

– Да молчу я… Такую просто красавицу ты себе отхватил…– угодливо залепетал Петя.

– Ты смотри Петя, а то петухом петь у меня будешь. Язык без костей, не дай бог Марья узнает. Я правда с ней поссорился точнее я бросил! В общем, Шахриезада, это самая лучшая Шахриезада из Шахриезад. Из Туркменистана ко мне приехала. Вести обо мне по всему миру разошлись…

– Во сказал, – поддакнул горбатый Ванька учуявший халяву, – тут с одного бокала не разберёшься! Еще бы проставиться!

– Конечно, мужики! – воскликнул змей, – угощу всех! Только тебе Петр, надеяться нечего! Чем-то ты не нравишься мне!

Тот обиженно надул большие губы. Змей отвернулся в другую сторону, но краем глаза он увидел, как Пётр Треплов под общий шумок быстренько смылся из бара. Змей знал, куда он побежал. К Марье. По великому секрету, за рюмочку другую выдать сверхсекретные данные о змее и его любовнице, а заодно и отомстить за нанесенную обиду. Примерно минут через десять…нет, восемь с половиной, учитывая, что ревность придаст Марье ускорения, она будет в баре, прикинул в уме змей. И не ошибся.

Через восемь минут дверь бара с шумом распахнулась. Пир шёл горой, вокруг змея толпились мужчины, дружно провозглашая тосты и подымая бокалы. А заодно поглядывая на мягкое место Шехерезады, и облизываясь.

– Мне б такую! – выразил общее мнение Васька крот, прозванный за трудолюбие.

Всё изменилось моментально. В течение полминуты все «дружбаны» резко исчезли, и повернувшийся с бокалом змей увидел ЕЁ.

Она стояла, спокойно уперев руки в бока. Только спокойствие это было лишь видимым. Грудь женщины тяжело вздымалась и опускалась, видно бежала она очень быстро. Глаза метали молнии. Волосы, с легкой прорезью седины рассыпались по плечам. Она была так прекрасна в гневе, что змей невольно залюбовался.

– Ах, вот какая ты, шахропопа! – ворвался это уютное пространство гневный женский возглас. От его звука, бывшие «состаканники» сжались, и поползли по безопасным углам, как тараканы, пытаясь зашиться поглубже.

– Марья, так…– начал, было, змей

– Так это ты меня бросил?!!! – взвизгнула она так, что бокалы зазвенели. Видимо мстительный Петька для полноты эффекта добавил что-то про себя.

– Я, – невозмутимо ответил змей, – а шо случилось?

– Ты сейчас у меня получишь со своей козой тукменистанской! – взревела Марья и двинулась на влюбленную парочку.

Лжешахризада, а это как уже вы догадались, переодетый Илюша затрясся как двадцать один осиновый лист, тем местом, что означает это число в покере.

Змей видя, что ситуация принимает критический оборот, заслонил «девушку».

– Что как самые влюбленные голубки будете ворковать в раю любви?! Принцессу нашел вместо старушки?!!!! – взвизгнула она. Да уж, фантазия у Петьки хорошая. Но это уже перебор. Я не думал, что он так мстителен! Наверное, чтобы получить лишнюю чарку тот умудрился хорошо приврать, подумал змей.

Он нервно дёрнулся, и двумя парами глаз стал внимательно наблюдать за Марьей, медленно отступив назад.

– Скотина развратная, – Марья подпрыгнула, и откуда столько прыгучести взялось в этой полноватой женщине, и заехала как раз промеж ближайшей пары глаз головы, что наблюдала за ней. Потом в грудь, да так, что змей не удержавшись, растянулся на грязном полу.

Потом, и откуда прыткость взялась у уже не молодой женщины, умудрилась дотянуться до Шахризады, цепко ухватив её за косу…

– Сейчас и ты гадина, отбивательница у замужних женщин мужей получишь!

Она рванула так сильно, что парик, купленный в соседней деревне, остался у нее в руках, а лжешахризада распласталась на ближайшем столе. А вездесущая рука ревнивицы дотянулась до её одежды. Рванула…

– Мама! – истошный вопль потряс бар.

Марья ошалело смотрела на почти голого паренька. Тот перепуганными глазами, уставился на её пытаясь прикрыть некстати восставшее причинное место.

Изумлению Марии не было предела:

– Да ты что?!!! – возмутилась она.

– Да я-я-я-я…нечаянно! Вы как принцесса амазонка!

Марья еще несколько секунд смотрела на паренька, а потом неторопливо повернулась к змею.

– На мальчиков перешёл? – её голос был глух.

– Нет, мы хотели… – начал змей.

Марья закрыла лицо руками и разревелась.

Такого не ожидал никто.

– Я хотел, чтобы ты меня приревновала… вернулась… ко мне… – залепетал змий.

Мария подняла заплаканное лицо:

– Правда?

– Конечно, родная. Прости меня!

Он прижал Марью к плечу.

– Конечно же, я тебя прощаю! Давно простила! – всхлипнула она, – ты же мне родной…

– И ты мне, – пролепетал змей и вдруг голос его изменился, – ах ты гаденыш! Пиво пришел пить? Я тебя сейчас огоньком поппотчую, фантазер хренов!

Марья оторвала голову от его груди и услышала истошный вопль:

– Убивают!

Из бара вылетел Пётр Треплов, и в открытую дверь бара было видно, как он кинулся на землю кататься, чтобы потушить огонь.

Марья оглянулась.

– Я люблю тебя больше жизни родная! – воскликнул он.

– Больше жизни?! – вопросила пытливо она.

Змей закашлялся.

– Жизнь… я хотел сказать с тобой счастье, а без… не очень!

– Не очень? – спросила она, глядя ему в глаза, – а если я тебя свяжу и утоплю в озере, что возле оврага Безумного Кролика ты… то же самое скажешь?

– Каждый мужчина готов раздеться перед такой красотой, но не каждый готов кинуться из-за неё в овраг. Мне бы прикрыться чем то, а то холодно! – раздался красивый юношеский голос.

Марья, не ожидавшая такого поворота событий, повернулась. Парень стоял, стыдливо прикрывая причинное место. Его мужской герой проявил завидную стойкость и не хотел улечься. Парень же стоял весь красный то ли от холода, то ли от страха, то ли от выдавшихся на его долю испытаний.

Марья внимательно посмотрела на него и… расхохоталась!

Послышались смешки и из углов бара.

– Эй, вы, – крикнула она, – покажитесь мне!

Гробовая тишина была ей ответом.

– Покажитесь, по добру-здорову прошу, а то если я вас сама найду, то…– и тут Марья сплюнула на пол, и так убедительно растерла ногой, что тут же из-под столов и углов стал появляться народ. Перепуганные до полусмерти лица мужчин.

– Все готовы раздеться ради такой как я? Это точно?!

– Ну, ты это сказала… ты думаешь, что ради такой толстухи я разденусь, то я? – раздался было пропитый голос красного от постоянного употребления спиртного голос Серёги Задова, но тут же смолк. Грубая мужская ладонь закрыла дурной рот, грозивший вызвать расправу над всеми присутствующими.

– Точно, точно!

– Да, ты правду говоришь!

– Да все готовы раздеться!

Марья, удовлетворенно оглядев народ, лениво молвила:

– Так чего тогда стоим? Раздевайтесь!

– Но как это… ммм… – начал, было, мужчина которого звали в деревне Сизый конь.

Марья мгновенно схватила бутылку со стойки бара и метнула в его направлении. Посуда взорвалась возле него о деревянную стену с ужасающей силой. Осколки так и полетели во все стороны.

Мужчины переглядывались нерешительно.

– Хочу мужской стриптиз! – капризно закричала она, – всех раздевшихся – угощаю бокалом с пивом! А кто не хочет, пошли вон!

– О, это другое дело! – крякнул горбатый Васька, – мотив хороший! – и начал снимать рубашку,– а если кто снимет штаны, тому два бокала?

– Не-е-е-е-т! – завопила Марья, видно увиденное её поразило, – отбой. Не надо мне никакого стриптиза!

– А пиво? – причмокнув губами, и жалостливо уставившись на Марью глазами, выронил горбатый Васька.

Марья кинула пару бумажек на стойку бара.

– Вот угощайтесь!

Бармен взглянул на бумажки, и на его лице изобразилось страдание.

– А кто мне убытки после вашего разгрома покроет?

Марья повернулась к нему лицом. Оно не предвещало ничего хорошего:

– Мой муж в твоём баре развратничал с этой… с этим… как его назвать… и после этого требуешь с меня деньги?! Скажи спасибо, что, жив остался!

Она с такой силой ударила по стойке, что стаканы запрыгали как кузнечики.

– Да я… я не подумал… Спасибо… – побледнев как полотно прошептал бармен.

– Это ты мне должен заплатить за моральный ущерб! Притон тут развёл! Сейчас пойду к соседкам, так они тебе ещё все твои бесстыжие глаза выцарапают! Без яиц останешься! Не куриных, разумеется!

– Не надо… – заблеял перепуганный насмерть трактирщик, – я доволен! Спасибо!

– Так, слушать всем! – воскликнула Марья, – бармен сегодня угощает! Праздник для всех!

Бармен обхватил голову руками.

– Боже мой! Я разорен! Одни убытки… одни убытки… всё… закрываюсь! Буду жаловаться! Я…

Марья метнула в него такой взгляд, что следующее слово трактирщик проглотил.

Потом она направилась к выходу. Змей засеменил за ней.

– А я? – раздался пискливый голос. Марья оглянулась. На неё страдальчески смотрел Илья.

– Куда мне деться… голым? И денег нет. И есть хочется!

Одна из голов змея нагнулась к уху Марьи и что-то зашептала.

Марья улыбнулась.

– Очередной?

– Очередной! – кивнул всеми тремя головами змей.

Марья, сняла с себя кофточку и кинула Илье.

– Прикройся победитель змея! И пойдём со мной, чучело героическое! Что-нибудь подберём тебе из одежды мужа.

С этими словами она, виляя большими ягодицами, пошла к выходу.

А потом все пошло своим чередом. Рыцарь приехал как раз во время посевной.

– Ты как раз вовремя, – сказала Марья, – мужу нужна подмога. Ему одному не осилить. Поможешь?

– Помогу, – ответил он.

Конечно, толку от Ильи было мало, но главное дело он сделал – помог помириться Марье и Петровичу. Видимо кризис в их отношениях тогда был. Весна как-никак, недостаток витаминов. С тех пор, а вы как думали, и пошла пословица, не было бы худа, да беда помогла.

Выдали Илюше грамоту, мол, де победил он змея, и может брать в жены девушку. Правда так она и не вышла за него замуж. Сослалась девушка на то, что есть у нее жених.

Глава 6. Часть 1-я. Илья Счастливый или жених с доставкой

4. Часть 1-я. Илья Счастливый или жених с доставкой

Как молнии во время грозы прорезали воспоминания Илью.

«Вот же неумеха, твой отец был косорукий, а ты еще хуже!» «деревяшка и то умнее» и откуда такой уродился? Тебе надо было девушкой родиться, а не мальчиком!» «мне мужчина нужен, а не мальчик из детских яслей! иди и стань мужчиной»!

А попробуй стать мужчиной, когда все отказывают, пальцем показывают да смеются и издеваются! И что только не делал Илюша, и на турнике висел, и гирями качался и даже на тхэквондо пробовал ходить, но все понапрасну! Точнее не напрасно. Один раз получил в глаз ногой, потом лежал неделю. Забинтованный.

Не принимали его серьезно. Стал настоящим посмешищем в небольшом торговом поселении Сарынь. Тогда он решился на крайнюю меру:

– Вот поезжу я в землях змеев, и привезу вам три головы, тогда увидите! Тогда будете надо мной смеяться.

На какой-то момент копания приумолкла, а потом подняла парня на смех.

– Да у тебя силенок поднять копье не хватит! Ты ни на что ни способен!

– Да, кашки манной поешь!

– А если все же привезу? – в отчаянии воскликнул он. И тогда самая веселая и охая, девчушка воскликнула:

– А если привезешь, то я подумаю, и может, выйду за тебя замуж!

Сглотнул слюну Илья, была Настёна его самой большой мечтой в жизни. Пределом мечтаний. Правда клеился к ней не только он, но и другие ребята. Покруче Ильи. Его же даже в расчет не брали.

Собрался он. Одел красивую кольчугу, шлем, правда, древний, еще от деда. Саблю отцовскую очистил от насевшей мушками ржавчины. Конь, ох как мать не хотела его отдавать, на нем пахали по весне. Не бог весь какой, но настоящий конь. Черно-белый с двумя алыми яблоками на боках: слева побольше, справа – поменьше.

На проводы собралось большая часть села. Парни отпускали подбадривающие фразы или скабрезные шутки. А девчата стали откровенно жалеть:

– Куда ты едешь? Пропадешь ведь!

– Ах, девчата, может и зря я так с ним, – пожалела она, –погибнет, а счастья, волшебства с девушкой так и не попробует. Сгинет мальчиком!

«Где же ты раньше была? Я за тобой ухаживал, цветочки носил, а ты на других смотрела. В свое время», подумал он.

– А может он и не мальчик уже? – хихикнула другая, Татьяна, – ишь как ты разохотилась!

– Как это не мальчик? С виду он такой невинный!

– Ага! Только ни одной юбки не пропускает! За всеми бегает! – бросила девушка.

– Так мне такой не нужен! Я лишь бы с кем не собираюсь! – и девушка обиженно замолчала.

«Бегает не бегает, – раздосадовано подумал тогда Илья, – потому что не все у меня получается. Точнее ничего с девушками не получается! Подлые вы все. Только когда что-то уходит, тогда начинаете думать»! Однако сказал другое.

– Не надо плакать! Я приеду с победой! – бодренько и решительно грубоватым тоном бросил он. Раздражение и досада от таких слов росли с каждой минутой.

Девчата засмущались и возбуждённо зашептались, кидая быстрые оценивающие взгляды на парня. И это ему польстило. Тогда он чувствовал себя великим героем. Казалось весь мир, смотрит на него, и очень скоро все красавицы будут его. Даже самые норовистые!

Так было четыре месяца назад. Гормоны весны играли, амбиции толпились суетливой стайкой. Но закончилось мамино сало и ссобойка, к тому он умудрился простудиться. Денег тоже уже было впритык, а удача обходила все его стороной. Уже пару раз он издали видел змея, но каждый раз такой страх одолевал его, что не было сил двигаться. Сводило руки, бурлил желудок. Реальные змеи казались ему страшными и очень грозными. А теперь, когда заканчивались деньги, и он стал реально голодать, ему было стыдно возвращаться обратно. С позором.

С такими грустными мыслями он въехал в деревню.

– Эй! Эй, парень! – окликнули его.

– Чего? – очнулся Илья.

– Ты чего приехал то?

– Ну…– замялся Илья.

– Небось, Петровича ищешь? – спросил, осматривая ржавый меч и помятый щит собеседник.

– Петровича?

– Ну, змея, чтобы сразиться!

– Ну да, – без энтузиазма выронил Илья.

– Тогда тебе туда, в конце деревни стоит его дом. Большой. Синий!

– Понятно.

Илья пришпорил коня. «Или от голода умру, или голову в бою сложу, но обратно с позором не вернусь»!

Его-то и увидела Марья, зачем-то подошедшая к калитке.

Подъехал Илья и оробел:

– Здрасте.

– Здравствуй красавчик! – приветствовала его Марья.

Илья при слове красавчик залился стыдливо краской.

– Это дом змея? – неуверенно спросил он.

– Да. Слазь с коня, привяжешь его тут, – она указала на плетень, – и пойдем в дом.

Илья послушно слез с коня привязал.

– А что вы… вы кто? – неуверенно спросил он.

– Голодный, небось? – бросила, не отвечая на вопрос она.

– Да… – промямлил Илья. А потом, подумав, добавил, – немного. Точнее совсем!

– А я словно ждала. Картошки сегодня больше отварила, – бросила Марья.

– Ну да картошки можно… я ведь совсем немножечко съем, – пробубнил он. Но внутри все возликовало, в кои то веки ему повезло. Она его покормит, а он-то уж постарается. Может чем поможет доброй тетке по хозяйству!

Марья вошла в сени. А сзади раздался грохот и стоны. Марья обернулась. У ее ног лежал новоиспеченный вояка в луже воды. Рядом лежало опрокинутое ведро. Именно его она недавно принесла из колодца.

– Что же не ловкий ты такой? – с досадой бросила она.

– Да я вот… нечаянно! Я принесу… принесу сейчас новое! – заторопился он.

Марья тем временем помогла подняться ему на ноги.

– Что ж ты малахольный то такой?

– Да… меч такой тяжелый… – простонал он, – еще и ушибся.

На лбу вырастала шишка. Из глаз катились слезы.

– Да не плачь ты! – воскликнула Марья и инстинктивно прижала паренька к груди, – ну совсем как девчонка!

– Я не девчонка! – воскликнул он, – и вообще я не плачу! Просто слезы потекли… я лук недавно ел!

Марья посмотрела и закачала головой:

– Так просто луковицу грыз как яблоко?

– Нннеееттт, – простонал Илья, – с салом!

– С салом он ел! – возмутилась Марья, – не обманывай! И что мне с тобой делать? Пошли, поешь. Нормально поешь!

– Спасибо вам большое! – с чувством воскликнул Илья.

– Да пока не за что, – бросила Марья и указала парню за стол. Она заглянула в печку и вытащила чугунок с картошкой. А вскоре на столе появились скварки и яйца.

Вначале Илья ел, осторожно стараясь соблюсти приличия.

Но после того как Марья рявкнула на него чего ты клюешь по зернышку? Да ешь ты уже как настоящий мужик!» Илья встряхнулся и стал, есть, уже не стесняясь.

– Ешь, а то исхудал то весь! – накладывая вторую порцию, улыбалась во весь рот Марья.

А ем я уже, – откликнулся Илья. А когда поел, почувствовал, что переусердствовал. Парня потянуло на сон. Марья же, не – заметив этого, что-то по-женски кудахтала возле печи. Илья уже совсем задремал, как дверь отворилась, и в комнату кухню ввалился змей.

– Здрасте, – заморгал сонными глазами Илья. Драться после сытного ужина совсем н хотелось. Но змей только взглянув на парня бросил:

– А это что за сонный принц?

– Гость! – уперла руки в бока Марья, – хороший гость!

– Да хороший, – пролепетал Илья и с запоздалым сожалением подумал, что наверно так со все всеми и расправляется змей. Накормят. А потом… а потом и убивают. И сьедают!

Но змей улыбнулся Марье, подмигнул парню и бросил:

– Этот уже поел?

– Ага!

– Ну, давай и мне тогда! – потребовал змеюка.

– Да сейчас покормлю, не бойся, а то все голодные какие-то сегодня!

– Ага! Очень голодные! – подтвердил змей.

– Вот тебе картошечки! – и Марья положила змею еще дымящейся картошки.Змей посмотрел на неё вопросительно и не выдержав спросил:

– А яйцо с салом или еще чего есть?

– Да было, – вздохнула Марья, – но я же не рассчитывала что вы все такие голодные!

– Этот что ли съел? – грубовато бросил змей кивнув в сторону гостя.

– А что если и этот? Хороший парень! Ты чего его обижаешь? – сердито зарычала на него Марья.

– Да не обижаю я, – залепетал змей, – просто огурчика бы сюда до картошечки!

– Вот же прожора! – воскликнула Марья, – у всех одна голова, а у этого три! На всех вас не напасешься!

– Но я же работал…в поте лица. Точнее всех трех голов, – залепетал змей.

Да не волнуйся ты, сейчас принесу: и огурцов, и сала тебе!

– О это дело, – повеселел змей. – и стопарик захвати! С гостем буду знакомиться!

– Ух ты какой, ему палец в рот так он полруки оттяпает! Водочки ему захотелось.

Так для дела же!

– Обойдешься, – фыркнула хозяйка.

Только Марья ушла, змей посмотрел на Илью и бросил:

– Такой с виду маленький, а такой прожорливый! Нам на двоих с Марьей хватает, а он один все слопал!

– Да я… я не хотел. Она просто сказала, ешь! – залепетал испуганно Илья.

– Заставила, значит?

– Ну да…

– Ну да, ну да! Так все и было! Боишься слово сказать! Я знаю Марью, она как пристанет, так не отстанет, пока своего не добьется! Черпаком не била?

– Нееее-т!

– Значит, тебе повезло!

– Я это уже понял, – уже смелее откликнулся Илья. А змей тем временем размял картошку и посмотрел, облизываясь, посмотрел на Марью, зашедшую в кухню. Она положила ему на тарелку пару здоровенных огурцов, и разделала хороший шматок сала на разделочной доске.

– Легче убить, чем прокормить! – бросила она.

Змей, уплетавший за шесть щек, промычал нечто нечленораздельное.

– Ты чего мычишь? Или коровой решил сделаться? – бросила Марья.

– Я ем, – выцедил из себя змей.

– А спасибо дядя Федя будет говорить?

– Спасибо! – выдавил, прожевывая змей.

– Спасибо дяде Феде или кому-то еще?

– Кому-то еще… точнее… тебе Марьюшка! Ты просто замечательная суперхозяйка!

– То-то же! – рявкнула Марья, да так зычно и сердито, что Илья уже не знал, кого ему больше бояться змея или Марьи.

Когда змей поел, Марья спросила:

– Ну что поели ребятки?

Ребятки кивнули головами.

– Ты змей иди на кровать, а тебе на сеновале сегодня постелю, – и Марья повела паренька во двор. Там в небольшом сарайчике на душистом сене ему было приготовлено лежбище.

– Все, можешь ложиться.

Илья лег и, не успев глаза закрыть моментально заснул.

Утром око пяти его кто-то тронул за плечо:

– Ильюша, давай вставай! Завтракать пора!

Илья открыл глаза:

– Марья… Марьюшка!

– Да, вставай малыш, пока кушать!

– Ага! – ловко вскочил Илья.

– А что есть, будем? – протирая глаза, выронил он, заходя в кухню. И обомлел. Прямо на него смотрело три змеиных головы.

– ты не знаю, что будешь, а вот я-то точно! Еда сама пришла… на завтрак! Давно я не закусывал человечинкой!

Сон у Илюши как рукой сняло. Он с ужасом уставился на змея.

– Что смотришь? Не знал, что ли? – усмехнулся всеми тремя мордами змей.

– Ты что не той ноги встал? – изумилась Марья, – не пугай мальчика. Надо покормить его.

– Ну, один раз покорми, а потом на сковородку и его ко мне стол. Запечённом в сыре! – рыкнул змей, – припираются незваные проглоты. Так и без штанов по миру можно пойти!

– Да я… немного ем, – промямлил Илья.

– Правда? Присаживайся. Будем знакомиться. Меня зовут Петрович! Надо имя знать, чтобы похвастаться, кого убил! – и змей протянул ему свою лапу.

– Иллллььяяя…– пролепетал Илья.

– Так это ты пришел со мной сражаться?

Илья от страха потерял дар речи.

– Дддддааааа….– Илье почему-то резко скрутило живот от страха и захотелось в туалет.

– Петруша, не пугай мальчика, говори по делу, что мы с тобой обсуждали вчера!

Илья, услыхав голос Марьи прибодрился.

– Слушай, я тут подумал, – почесывая один из своих затылков змей, – ты ведь не так силен, как я. И если будешь со мной сражаться, то это будет нечестно. Правда?

–Ддааа…– смутное предчувствие чего-то хорошего затеплилось у Ильи на душе.

– Так вот, мы с Марьюшкой подумали и решили… Ты пока у нас поживешь, силенок подкачаешь. И змеиного волшебного зелья попьешь, оно силу дает! Ты же сам понимаешь, что змеи только потому сильные, что раз за разом выпиваем его!

– Ого! А я-то думаю, почему вы все могучие такие! Оказывается, у вас зелье есть.

– Невеста есть дома?

– Ну…

– И сказала, чтобы головы принес змея? Так?

– Так.

– А как отправляла, тебе на прощанье поцелуй подарила?

– Да!

– Конечно же, не в щечку? В губы? – спросил змей.

– Да, поцеловала! – и покраснел. Врать ему не хотелось, но обстоятельства вынуждали.

– Понятно, – и змей с Марьей понимающе переглянулись.

– Ладно, пока жатва убирать урожай будем, а потом решим, что делать!

Илья кивнул головой.

– Да ты ешь уже! – прикрикнула на Илью Марья, – а то силенок не будет!

– Да ем я уже, ем! – воскликнул испуганно Илья и, схватив ложку, стал уплетать кашу за обе щеки.

Глава 7. Часть 2-я

Часть 2-я

Дело было летом. Как раз время жатвы. Вот и оставила его Марья с Петровичем, в доме отработать за одёжку, откормить и отпоить захудаленького, да в дорогу денежек дать. Вроде, как и скосили все уже, и колосья почти убрали с полей, и пора отпускать бедолагу. Конец августа. Хотя, в селе работ всегда хватало. Да и Марья в тайных переговорах со змеем, не хотела отпускать мальчика. Говорит нельзя, дабы он голодал. Не пора. Не хочу, чтобы, когда пойдет обратно голодал и побирался как нищий или попрошайка.

Правда, порой коробило змея такое обращение Марьи к парню. И когда случайно натыкался на неожиданные нежности. В народе их называют телячьими.

– Замухрышка, ты где?

Не нравилось такое обращение, Илье, но терпел.

– Что надо? – с притворным равнодушием отзывался он.

– А ходи сюда, сладенький!

И шел Илюша к ней, а она поправляла его рубашечку, причёсывала волосы, гладила и прижимала к себе.

– Ты мне прямо как сыночек, любимый. Эх, мой то где-то ездит так же один одинешенек на чужбине. Да и жив ли он?

Пару раз нарывался на такие сыновьи чувства Петрович, но терпел. Не хотелось верить, что Марья готова с пареньком побаловаться по-женски. Ждал.

А Марье нравился молоденький паренёк, настолько худенький и стройненький, лицом более похожий на девицу. Работа, в поле была тяжёлою, и периодически посылал змей Ильюшеньку, как его любовно звали они теперь под хорошее настроение домой за обедом, да квасцом.

Но однажды… заподозрил змей что-то неладное. И пошёл за ним. А у змеев, была особая способность превращаться, когда нужно в маленьких мышек. Правда, пользовались они ею крайне редко. По вполне понятным причинам – кошки всегда готовы откушать мышатины. Съедят, и не будут разбираться, то ли змей это, то ли всамделишная мышь. Прошел он тайным ходом и выглядывает из норки, что на кухоньку выходила. А там Илюша уже почти собрался. Взял он ссобоечку, квасика и вроде как собрался идти-ть, да не тут-то было.

– Ну, то устал маленький? – спросила так нежненько, ласковенько Марьюшка усаживаясь на лавочке.

– Да, немного, – отвечал Илья.

– Ну, иди сюда замухрышка моя…сладенький мой мальчик! зашептала она нежнейшим голосочком, – посиди здесь, видишь солнышко, светит погода шепчет. Тетя Марья, твоя кормилица, тоскует. Надобно тебе тоску ее разогнать!

– А чего-надо-то? – грубовато и с долей наигранности бросил он. Изумился змей, услышав такой тон, но сидит себе мышкой незаметной и слушает. И правильно делает, потому что следующие речи изумили его пуще прежнего.

– Тоску разогнать, сладенький ты мой!

– В прошлый раз как разгонял, так чуть не придушили-то меня грудью! Еле жив остался!

– В этот раз буду я осторожнее и аккуратнее!

– А может не надо?

– Иди сюда, мне нужно… мне спинка зачесалась, поскреби немного своими корявыми ручонками, а то чешется. Работа не волк в лес не убежит, а мне спинка чесаться не престанет!

– А может, вы Петровича попросите?

– Какой Петрович? Ты мне нужен, давай или! – уже не так ласково, но более командно зарычала на него Марья, явно теряя терпение.

– А работа? Меня там Петрович ждет! Пшеницу убирать надобно. Потом нагоняя даст!

– Иди сюда зараза малолетняя, а мама-Марья тебе по попке надает! Получишь!

– Ну, прямо-таки! Вот пожалуюсь Петровичу. Скажу, нахамил мне! Вел неприлично. Пора его в бараний рог скрутить и обратно выкрутить. Как тряпку половую выжать все соки да потом выкинуть в помойное ведро. Хочешь, чтобы я так сказала?

– Нет. А я ему скажу, это… это совсем неправда!

– А кому он поверит? Мне или тебе мелочь слабосильная?! Я с ним двадцать два года живу, а ты пришел только! Иди сюда, сказала, а то кочергой по голове получишь! – взвизгнула она, теряя терпение.

Ильюшка, вздохнул и подошёл к ней, чем Марья не замедлила воспользоваться – прижала к большой груди. Потом повернулась спинкой и замурлыкала:

– А теперь чеши мне спинку и говори, какая я прекрасная и необыкновенная.Настоящая королева!!! И нет, не во всей галактике, лучше меня!

Тяжело вздохнул Ильюшенька, принялся чесать и приговаривать ласковые слова Марье.

Понял змей, почему благосклонна так к парню супружница. И решил он, нужно предпринимать меры…

Вечером, сославшись на очень секретное дело, он пришёл к соседу по кличке Сивой конь. Неизвестно о чём они говорили, но вышел змей очень довольный.

На следующее утро, как и всегда, отправились на работу. Мало ли времени прошло, много, но вскоре солнце стало в вышине и змей с Илюшей расположились в тени деревьев под большой берёзой. Достали бутерброды, сегодня змей самолично их к вещему неудовольствию Марьи уложил в сумку. (Горячей пищей надо питаться! Я вам борща наварила!) Но довод змия, что сегодня на самое дальнее поле пойдут работать, зачем паренька гонять по такой жарище (прогноз погоды в интернете посмотрели) – он туда-обратно пройдёт, устанет, возымели своё действо. Только один раз!!!

Посетовала, она и отступила.

И тут неожиданно змий вытащил бутылочку вина.

– Как? – удивился Илюша, – а как же работа?

Он уже привык работать трезвым.

– Друг мой, – заговорил доброжелательно змей, – да кто ж работает в такую-то жару? Добрый хозяин, лошадь не выгонит. Вот спадёт чуть-чуть жар, мы с тобой и примемся с новыми силами! Да и не пили мы с тобой никогда. Не говорили по душам как самые близкие люди.

Хотел было сказать Илюша, что кое-кто не человек, но поостерегся. Сказал, другое.

– А если нас с тобой развезет? Как сможем работать? Подремлем немного, успокоил его змей. Торопиться на уже некуда. Сено убрали, а сложить его в снопы дело плевое. Да и не беда, если завтра все сделаем. Просто ведь при Марьюшке достаточно сложно пить! Она не даст, как следует расслабиться! И вообще ты слушай, смотри, как надо семейной жизни учиться!

– Ну, коли так, – согласился Илья, то дело это очень хорошее!

Выпили они чарочку. Потом навернули другую… разморило их на солнышке.

– Ты приляг, не стесняйся! Я ведь специально на самый дальний участок с тобой пошел, чтобы моя благоверная нас не засекла. Ты сам знаешь, характер у нее крутой! – и стал безбожно зевать всеми тремя ртами. Заразил Илью.

В общем, как прилёг на травку наш герой, так и задремал…

Проснулся от толчка в бок. Да видно уже и не первого. Больно уж чувствительный последний был. Открыл добрый молодец глазки, а тут…

…а над ним прекрасный девичий лик склонился… черными потоками длинных волос вкруг белоснежного личика с одной, другой стороны побежал.

– Ты кто?

– Я судьба твоя, Ильюшенька!

– Че? – Растерялся спросонья Илья, – ущипни меня за бок! Или я сплю еще?

Девица недолго думая ущипнула его от души – Илья чуть не взвыл от боли. Маленькая красивая ручка была не только красивой, но и крепкой. На щипки умелой.

– ЭЭЭЭЭэ! Хватит меня щипать! – проснулся Илья.

– То щипай тебя, то не щипай! С вами мужчинами не поймешь! – возмутилась девушка.

– Просто больно, – присаживаясь, выронил он, – и я думал, что ты сон!

– Это я-то сон?! – вскипела девица и так ущипнула парня, что он вскрикнул.

– Ну, что я не сон?

– Нет, не сон, – с испугом пролепетал парень, – и откуда ты такая взялась?

– Красивая?

А тем временем девушка встала. А ножки стройненьки рядом друг с дружкою поставила, с улыбочкой сверху посматривает на Ильюшеньку. Платьицем лёгким коротким, вьющимся на ветру, что внизу светит в глазоньки добру молодцу. Талией осиною покачивает, глазками посверкивает, улыбочкой заманивает-затягивает внимание.

Да…

– Ну, раз так, то хочу признаться тебе Ильюшенька.

– В чем это?– спрашивает наш герой.

– У меня есть тайна Ильяшенка, кто узнает ее, тот век счастлив будет!

– Что за тайна… такая? – а сам взгляда невинного не может оторвать от ножек ее изумительных. Восхищение лишь одно вызывающих. Очумел от такой красы паренек. А девица будто того только и ждала:

– Нравятся мои ноженьки, Ильюшенька? Нравятся стройненьки? – спросила с улыбкою девица.

– Ага…

– Что за ага такое?!

– Очень нравятся! – быстро поправился Илья. Память о чувствительных щипках была еще свежа.

– Знаешь ли ты, что меж ними сокрыта тайная, волшебная дверь? Счастье приносящая!

– Ммм…

– Знаешь ли, что, если… если скажешь сезам откройся, безумное счастье снизойдет на мужчину.

– Ну, прям-таки и счастье?!

– Ага! – с легким смешком передразнила девица, а потом, нагнулась к нему и крепко поцеловала в губы, – сахарны ли уста мои, добрый молодец?

– Да…– только и смог молвить Илюша. Вино, солнце и поцелуи сделали свое дело. Подняться уже без изменений в одежде не мог он.

– Так что ж ты такой… не смелый мой, рыцарь и герой? Аль любоваться только будешь, иль прекрасной королевишне честь отдашь? Красе её? Целуй её, прекрасны ноженьки, и девица красавица снизойдет к тебе, да обнимет крепенько, поцелует еще раз сладенько губами вишенками! Поцелуй её как мёд! Слаще всех медов известных в безграничной вселенной!

Поцеловал он раз, другой, а потом… Пьяней вина, околдован стал. Окольцован силою магической, не видит ничего, не слышит, забыл про все на свете… за поцелуем бежит объятье, за объятием постель из сочных трав, как два семени выросших в большие деревья рядом переплетаются в волшебную косу, каждым изгибом ствола, каждой веточкой, каждым листочком, каждой нераспустившейся почкой! Уводя в забытье. Унося в безумие. И не помнит, девственное тело мальчика, как превращается в мужчину. Девица красавица укутала парня, как лиана крепками ручками-ножками окрутила, в свою СУТЬ его СУТЬ пустила…

Нет на Земле ничего, что бы могло остановить его-ее в движении. Навстречу друг другу. И обратно.

Кроме громового голоса. Змея.

– Что тут такое происходит?! Я работать тебя сюда привел, а не непотребством заниматься! Ты что делаешь?

Поднялись молодые с земли-матушки… как дети поутру ото сна еще не отошедшие, но уже сладким сном не забывшиеся*.

– Тятенька! – испуганно-притворно воскликнула Росьляна, – не виновата я, это он!!! Соблазнил меня!!!

– Что ж ты девка делаешь то?! Тебя после этого никто же замуж не возьмёт! – закричал наш старый знакомый, которого звали Сивой конь.

– Тятенька! Да что ж мне делать-то?!

Змей и Сивой конь уставились на Ильюшеньку.

– Ну, что согрешил? – спросил серьёзно змей, – обесчестил деву похотливый соблазнитель?

– Да я ее сам не трогал, это она сама полезла, она…

– Держи меня, Петрович, прорычал «сивой конь» я сейчас этого молокососа прибью!– и ринулся мужичонка на Илью с увесистой дубиной, – сейчас я тебе тоже сам уму разуму добавлю!

Хорошо, что рядом змей оказался, схватил мужичонка за кисть, вырвал дубину, да стал держать отчаянно чертыхающегося и злющего мужчину.

– Да погоди ты бить, может он не подумал, – стал увещевать разъярённого мужика он.

– Не подумал? – мужик зло посмотрел на Илью, – я его сейчас научу думать!

– Да погоди ты бить! – рыкнул змей, – дай я сам с ним поговорю!

– Ну, ладно, – согласился мужчина, – но если… то я его буду, учить и учить! А то дорвался до доченьки моей, красавицы!

– Ты что ж такое вытворяешь, бесстыжая твоя морда?! – рявкнуло три головы в сторону Ильи, – опозорил нас с Марьей. Тебе то что, ты уйдешь скоро, а нам здесь жить!

А что я такого сделал? Она сама…– тут Илья в испуге приумолк, заметив злобную гримасу мужика, - и кто он такой вообще?

– Да я ему представлюсь! – вскипел мужчина, хватая снова дубину.

– Тише ты! – зыкнул на него змей, – это папа этой замечательной девушки!

– Замечательной? – Илья посмотрел на девушку, скромно потупившую в то мгновение свои глазки.

– Не нравится, что ль? – спросил змей.

– Нравится…

– Так чего ты теряешься парень? И оставишь девочку одну- одинёшеньку и опозоренную? – укоризненно посмотрел на Илью змей, – а потом повернулся к девице и спросил, – а тебе сей добрый молодец нравиться?

– О да! Он выше всех похвал! – воскликнула девица.

Тогда змей снова повернулся к Илье и веско бросил, – Бери теперь её замуж! Конечно, если жить хочешь!

– Как это? Я же с ней только познакомился и не знаю толком…– попытался оправдаться Илья.

– Ты же думать головой, прежде чем что-то делать должен был! – рыкнул змей.

– А по-другому никак? – растерянно спросил Илья.

– Можно и по-другому, – выступил вперёд сивой конь, и стал закатывать рукава рубашки.

– Ты чего? – почуяв неладное воскликнул Илья.

– Учить тебя буду! – зло рявкнул он, – мою любимую доченьку, подлец такой изнасиловал, а теперь замуж брать не хочет! Так отметелю, что родная мама не узнает!

– Да она вроде как не против была…

– Не против?!!! Я тебя сейчас сделаю паршивец! Доченьку испортил, и жениться отказывается! На суку этого дуба подвешу вверх ногами, и пока не согласишься будешь висеть там!

– Но она сама меня соблазнила. И… кажется и не девочкой была…– попытался оправдаться Илья, – а то чуть что так давай женись!

– Как любовью заниматься так он готов, а как замуж так никак? Так что я тебе не нравлюсь? – вспыхнула девушка, и залепила ему такую затрещину, что малахольный едва не упал. Посмотрел на девушку, потирая покрасневшую щеку.

– Нравишься, просто…

– Просто что? – девушка стала надвигаться на него. Он с испугу сделал шаг назад и приземлился на мягкое место.

Просто там… в моем селе невеста, – залепетал он, чувствуя, что слова уже не нужны.

– Невеста?! – взвизгнула девушка, – а я значит, для тебя нехороша? Я уродина?!

– Да нет, не уродина, ты просто это… Друг!

– Что?!!! – взревел обиженный и оскорбленный папаша, – да я из тебя за такие слова котлету сделаю!!! Я тоже стану твоим другом! Подвешу на суке и разожгу костер, чтобы ты думать научился. Правильно думать!

Он кинулся на Илью, но змей цепко ухватил его за руки.

– Да, согласен я! Согласен! – закричал испуганно Илья, вскакивая на ноги, – я же не отказываюсь!

– А знаешь, как зовут избранницу-то? – спросил строго змей.

Илья нервно сглотнул слюну и с мольбой посмотрел на девушку.

– Конечно, знает, что меня Росьляною зовут! – вставила свое слово избранница,– и обожает меня он свыше всякой меры!

С этими словами, она поставила ножку возле все еще находившегося с сидячем положения парня, и воскликнула:

– Целуй Коленко! Это в нашем селении такой ритуал, что парень согласен взять дивчину замуж!

Парень почесал затылок – ритуал показался ему странным. Однако стоило ему поднять глаза и увидеть три грозно уставившиеся морды змея и два лица, как он поспешно чмокнул Коленко девушки.

– Вот и ладненько! Совет да любовь! – воскликнул сивой конь, – к Марье сейчас пойдем, и объявишь о своём решении.

– А чего... сразу-то к Марье?!

– Ну, как попрощаться!

– Зачем?!!! – события развивались слишком стремительно, и Ильюшин мозг не успевал за ними.

– А ты как думал? Видишь, такую красотулю я тебе отдаю! Красавица неписанная! Не девушка, а сказка! Поедешь с женой домой!

– Домой?

– К маме! – ободряюще бросил змей, – на блины как великий герой добывший своим ммм… мечом… сам знаешь каким, свою принцессу!

Росляна залилась краской:

– Ну что вы так, нескромно?

– А что он так плох был? – с тревогой спросил Сивой конь.

– Да нет, папенька нет!

– Так да или нет? – почесал затылок папаша.

– Да. Был хорош! – ответила девица, – правда…

Но уловив грозный взгляд папаши, умолка. На минуту.

– Устами девушки, глаголет бог! Мир вам да любовь! – воскликнул торжественно змей.

Илюша посмотрел на Росьляну. Росьляна, та, как и положено, в этих случаях потупила стыдливо глазки.

– Не смущай меня…

– Не девушка, а принцесса! Идём! – с этими словами сивой конь направился к дому Марьи. Росляна завладела ручкой парня и повела то, краснея, то бледнея за ним.

На следующее утро их обвенчали.

Сборы были быстрыми. Один вечер. Сивой конь пришёл с супружницей, принёс бутыль горелки и снеди. Змей тоже в накладе не остался, выставил свою бутыль. Так их и поженили. Отправили молодожёнов в угловую комнату.

Змей упившись, развалился у порога молодожёнов. Ночью, правда, Марья пришла подымать змея:

– Ты чего это старый улёгся, иди на кровать!

– А ты будешь покой молодожёнов охранять?

– Не, не буду… Хотя что-то тихо там…

– Ну, спят они, – лениво бросил змей.

– Они как бы того… должны… я загляну… на минуточку…

– Да и инструкцию вручишь, как детей делати!

– А вдруг… они не умеют… Ильюшка-то такой молоденький… неопытный…

– Да уж, ты им наглядно всё покажешь… Иди спать Марья…

– Но как, же они… может…

– Спать пошла! – рявкнул змей и от избытка злости из пасти вырвался огненный смерч – прямо на семейное фото в рамке.

– Ой, – залямантовала Марья, – это ж семейный портрет наш… когда мы только с тобой поженились!

– Сейчас весь дом сожгу, если не уйдёшь, заливая вспыхнувший пожар змей, – иди спать! Или оставайся. Сейчас мы брачную ночь тут устроим!

– Не… я за день устала. Голова болит!

– А как к молодожёнам лезть на брачное ложе, так тебе ничего не болит!

– Так ведь Илюша он такой не опытный!

– Ничего Росляна его обучит!

– И тут же, как бы в подтверждение за дверью раздались вполне определённые характерные стоны девушки.

– Вот видишь, там все в порядке. Так что и нам можно с отбой побаловаться, – плотоядно улыбнулся змей.

Вот у кого, что, а у лысого расческа! Причем вот всех трех дурных головах! – ляпнула досадливо Марья.

– Хорошо, что у меня только три головы и одно… ммм..

Так свое мм… придержи! А я спать пойду. Голова болит!

Квохкая Марья пошла в свою комнату, а змей верным псом улегся на небольшом и мягком коврике у двери.

– Голова у нее болит! Как лезть к молоденьким парням так ничего у нее не болит, – пробурчала одна из голов.

– Ты прав!

– Точнее прав кубе! – подтвердила третья голова.

Утром, как полагается в этом случае провожал змей, Марья. И супруга Сивого коня. И он собственной персоной.

– Вот тебе приданное Ильюшенька, – говорил он, протягивая свёрток. И будь счастлив со своею прекрасною супругой!

– Береги ее, смахивая слезу, поддакнула супружница.

– Вези свою королевну в село. Да береги её! Приеду, проверю, – стращал Сивой конь.

Конь тронулся и вскоре Илюша исчез со своей суженой в синей дымке дали…

Вечером того дня к змею заявился сивой конь и вытащил бутылку самогонки и закуски.

– Ну, за успех дела! – воскликнул конь.

– Точно!

– Пропал паренёк, – грустно молвила Марья. Все знали, что Росьляна, слаба на передок, и пол деревни прошло через её и замуж здесь ей не светило.

– Ты не горюй, в надёжные руки пристроен! – сказал змей, – да и тебе соблазну не будет. А то на него больше смотрела, чем на меня.

– А чего-то на тебя смотреть? – наехала Марья.

– Как, на самого умного и самого красивого мужа!

– Ну, здрасте… – выронила Марья, – приехали. Так уж и самого красивого.

– Не только самого красивого и, но и самого умного и опытного, и необыкновенного! – подтвердил змей.

– Ну, прямо-таки, зафыркала с долей притворства Мария, – самый хороший нашелся!

Вот тебе и прямо-таки! Конечно же самый лучший, ты сама меня выбирала!

– Ну…– замялась прижатая к стенке Мария, – ты как скажешь так просто хоть ложись хоть падай!

– Да, – засмеялся с нотками самодовольства змей, это ты верно подметила! И результаты есть, детки!

– Так, ты сейчас у меня получишь!

– Что-то хорошее?

– Да, ложкой по лбу. Точнее по всем трем наглым лбам!

– Да, с тобой тяжело жить… протянул змей, и как я столько лет с тобой выдержал?!

– Ты поговори мне еще! – угрожающе воскликнула Мария, будешь мне полы мыть всю неделю!

– Да, ладно, ладно, молчу. Видишь какой я покладистый! И тебя даже такую вредную готов расцеловать!

– Еще как! - уже добрее воскликнула Мария, - и там, где я укажу!

Эх, чего только от тебя не стерпишь!

– Что?!!!

– Да, любовь у меня, говорю большая. Выше неба!

Мария самодовольно заулыбалась, и змей продолжил:

А паренек то какой ловкий попался. Не растерялся, вжик и жену себе молодую отхапал!

– Так, – и Мария что-то недовольно забурчала про себя. – если б кто то его не охмурил дурака…

Вот и я говорю, дурак он! Так что не грусти, – молвил змей, – паренек он бесхарактерный. Бесхребетный был парень, да ещё и книжник. Я насилу его терпел. Все мифы древней Греции за жатву мне рассказал в подробностях! Он мне хотел еще, потом про эпоху возрождения рассказать и ещё много чего. Я бы не выдержал. Слишком умный. С такими хлеб сложно сеять и убирать!

– Да, – грустно молвила, выпивая рюмашку, Марья, и мельком утерев слезу, улыбалась, вспоминая о чём-то своём, женском. – зато такой романтичный и свеженький, как птенчик был. Неопробованный. Кровь с молочком!

– И за что вам женщинам. Такие хлюпики нравятся? – удивился Сивой конь, заливая в глотку стакан водки.

Но никто ему уже не ответил.

Марья, как-то внимательно посмотрела на змея, и в какой-то момент ему показалось, что она догадалась, что он сделал, но она сказала совсем другое:

– Петрович?

– А?!

– Я ведь люблю тебя дурня, трехголового!

– Конечно же, правда!

– Тогда я бы от рюмочки еще не отказался. Куда ты графин с горячительным уже спрятала?

Марья вздохнула, снова вытащила графин с водкой и стала разливать в рюмки.

забывшиеся*-в контексте погруженные во что-то без остатка.