Гоблин и все-все-все

Глава 1. Гоблин, или туда-сюда

Жил-был в норе под землей гоблин. Не в какой-то там прекрасной благоустроенной хоббичьей норе, где некуда по#$%ть(1) и некого по#$%ть(2). Нет, нора была гоблинская, а значит – мерзостная до жути.

Она начиналась вонючей выгребной ямой, выкрашенной коричневой краской (или не краской?) с сияющей медной сливной ручкой точно посередине. Ручка нажималась внутрь, слив вел в длинную трубу, похожую на железнодорожный туннель, но туннель, заляпанный кровищей и чьими-то мозгами, как будто по нему только что одновременно прошли навстречу друг другу колонны демонстрантов и скоростной поезд.

Туннель вился штопором все дальше и дальше, и заходил довольно глубоко. По обеим сторонам туннеля шли двери – много-много круглых дверей. В общем, планировка была типовая. Сначала гоблин жил в самой дальней комнате. Потом ему пришлось переехать в комнату поближе к выходу – его выселили крысы. Со временем он загадил и эту комнату, а потом еще, и еще и еще… Постепенно пришлось задумываться о нескором (пока он жил где-то в середине), но неизбежном переезде. К тому же далеко не все комнаты были пригодны для жизни. Иные были заполнены водой (то есть, наверное, водой…), сочившейся сквозь замочную скважину, в некоторых прямо у порога пол обрывался в волчью яму или еще куда, а кое-где жила страшная Мышка (сам гоблин Мышку никогда не видел, но боялся). Впрочем, от многих комнат у гоблина просто не было ключей.

А за одной дверью все время что-то чавкало и урчало. И если кто-либо туда заходил, то уже не возвращался. По крайней мере, бородатый старикан в синей шляпе, которого гоблин засунул в эту комнату, так и не вернулся. Теперь, чтобы немного отсрочить переезд, гоблин выкидывал туда мусор.

Это все была присказка, а вот теперь – сказочка. Однажды к гоблину приперлись какие-то бухие гномы. Они матерились, блевали, ломали мебель и играли на различных музыкальных инструментах. А потом собрались идти чистить рыло какому-то дракону. И гоблина с собой звали. Но гоблин никуда с ними не пошел. Он просто убил их и съел.

Конец первой главы про гоблина

1 – пойтить

2 – поймать (у гоблина западали некоторые буквы на пишущей машинке)

Глава 2. Маленький гоблин

Глава 2. Маленький гоблин

Однажды у гоблина зазвонили часы. Мерзко так, визгливо-пронзительно, аж уши позакладывало. Гоблин их, конечно же, сломал, но еще долго не мог взять в толк, с чего это вдруг зазвонили песочные часы. Очень и очень странно. Но потом он вспомнил, что сам же вчера завел их, чтобы не забыть об одном очень важном деле.

Наскоро позавтракав остатками вчерашнего ужина (см. «Гоблин, или туда-сюда») и откопав в одной из кладовок огромные кусачки с хорошо заизолированными ручками, гоблин направился в пустыню, раскинувшуюся в паре кварталов от его дома. В пустыне иногда объявлялся один из друзей гоблина. Сейчас друг был в отъезде, но у него дома, то есть в пустыне, осталось милое домашнее животное, которое нужно было изредка кормить и выгуливать.

Друг был космонавтом и занимался ботаническими исследованиями на одном небольшом астероиде. Как звали друга, гоблин не помнил. Помнил, что тот был щупленьким коротышкой (укусить не за что) со своеобразным мировоззрением. Помнил, как они вместе гоняли по пустыне гадюк, а потом выжимали из них сок и сдавали в аптеку. Помнил еще всякую фигню… А вот имени никак вспомнить не мог.

На очередной побывке на Земле друг завел себе зверушку, пустынного лисенка – фенек называется. И назвал его Феней. Все космонавты брали с собой в космос разных животных, чтобы не было скучно. Или на случай острого голода. Или еще чего (хотя обычно всяких извращенцев в космос не берут, ни-ни! Очень медкомиссия строгая!). Но строгая медкомиссия не позволила другу гоблина взять лисенка с собой в космос – у Фени были глисты. Тогда друг попросил гоблина присматривать за своим любимцем и улетел к себе на астероид.

Долгое время гоблин кормил Феню кусками удава, сдохшего от несварения желудка. Но со временем удав слишком сильно протух и стал несъедобным. Лисенку стало нечего есть, и гоблин уже подумывал дать объявление в газету (типа «продается пустынная лиса, б/у, в хорошем состоянии…»).

Где-то в пустыне располагалась секретная-ядерноракетная военная база одной очень политкорректной страны. Где эта база была конкретно – никто не знал, однако радиационный фон стоял такой, что счетчики взрывались, и Гейгер в гробу переворачивался. С годами на удавьем мясе да на радиации Феня вырос, стал огромным и игривым. Окрестные кочевые племена прозвали Феню грозно – Фенриром. А еще в пустыне появились гигантские подземные черви, утаскивавшие в песок бронетехнику, орнитоптеры и харвестеры. Откуда они взялись – никто не знал, но поговаривали, что это как-то связано с тем, что Феню не взяли в космонавты.

Так вот, когда у лисенка наступил продовольственный кризис, по запаху или еще как, но он эту базу нашел, раскопал подземный бункер и плотно покушал. Спустя короткое время политкорректная страна прислала еще солдат-«миротворцев», чтобы умиротворить Феню. Лисенок и гоблин восприняли это как спонсорскую помощь.

И вот сейчас новые солдаты как раз должны были размещаться по казармам Фениной кормушки. Сам лисенок уже, наверное, ошивался неподалеку от новеньких проволочных ворот, которые солдаты постоянно привозили с собой. Обычно ворота были под напряжением, для них то и нужны были чудовищные кусачки, которые гоблин всегда брал с собой в пустыню.

Гоблин, наконец, добрался до места, где обычно стояли ворота, и в недоумении остановился. Фени поблизости не было. Ворот тоже не было. На их месте была засада. Гоблин отбился от отряда спецназовцев; гранаты, прилетевшие из вырытых недавно окопов, выкинул обратно – нечего мусорить. Потом его обстреляла автоматическая пулеметная турель на гусеничном ходу (четыре сдвоенных скорострельных пулемета офигенного калибра) – и они поиграли в догоняшки. Турель на очередном повороте занесло, и она рухнула в развороченный взрывом гранаты окоп. Было весело, но когда остатки гарнизона блокпоста, вместо того, чтобы бежать прочь и голосить, начали швырять в гоблина камнями (у них кончились все боеприпасы), он понял – что-то тут нечисто. Гоблин посмотрел в небо. Так и есть,

за ним следило багровое око армейского спутника. На гоблина объявили настоящую охоту. «Мы в ответе за тех, кого замочили» - вспомнилось вдруг гоблину. На этот раз правительство политкорректной страны решило раз и навсегда покончить с гоблинской угрозой. Гоблин огляделся. Да, так и есть – неподалеку от бывшего блокпоста он обнаружил разметанные кем-то огромным барханы, заляпанные чем-то бурым, и заваленные половинками солдат. Феню поймали. Теперь его спрячут в подземных бункерах и будут ставить над ним бесчеловечные опыты. Гоблин помотал головой, отгоняя тревожные мысли. Нужно было пробраться на базу, спасать лисенка.

Это была ловушка. Оказалось, что на этот раз вместе с миротворцами приехали еще и ученые в белых халатах и с карточками доступа на груди. Именно они и придумали, что Феню и гоблина нужно поймать или убить. Обычные военные без них не справились бы. Но несмотря на такой замечательный план, у миротворцев всё равно ничего не получилось. Гоблин пробрался на базу и выпустил Феню (я потом подробно напишу, как именно, а сейчас в голову ничего не приходит), а там уже с его помощью согнал всех миротворцев в большой ангар и выстрелом из трофейного танка снёс у него крышу. Получилась такая огромная кормушка для лисёнка. Можно сказать, миска.

Пока Феня кушал, мотая головой и разбрасывая еду из миски, гоблин расковырял последний замок на воротах периметра. Лисенок доел ученых и солдат до последней крошки, вылизал миску и радостно унесся в степь играть с перекати-полем из колючей проволоки. Конец света не состоялся.

Может быть завтра в новостях политкорректной страны мимоходом упомянут об очередном «локальном конфликте» или «незначительном инциденте». Никто и внимания не обратит. Гоблин смотрел в звездное небо и, прислушиваясь к доносившимся издалека очередям, взрывам и крикам доедаемых солдат, вспоминал свое детство и думал о своем месте в мироздании, в этой бесконечно прекрасной Вселенной.

Конец второй главы про гоблина.

Глава 3. Гоблин в железной маске

Когда гоблин был совсем маленьким, у него был неправильный прикус. Чтобы это исправить, родители отвели его к стоматологу, и тот, ценой четырех своих пальцев, поставил гоблину скобки. В то время скобки были громоздкими и страшными, похожими на обглоданный скелет мотоциклетного шлема, или на кошмарного железного паука, вцепившегося в лицо. Крошка-гоблин тогда ходил в детский садик, так что когда он появился в своей группе с этим ужасом на лице, дети стали его дразнить, всячески обзывать, а также держать за руки и бить ногами в живот. Наконец им надоело, и они убежали заниматься какими-то другими детскими делами. Окровавленный маленький гоблин молча отполз в уголок и стал думать, как ему жить дальше.

Надумавшись, гоблин встал, поскоблил ногтями запекшуюся кровь, поморщился от боли и поковылял к детям, скопившимся неподалеку и увлеченно что-то рассматривавшим. Как оказалось, близнецы нашли где-то сороконожку и теперь считали ей ноги, отрывая по одной. Так как считать они умели только до двух, то счет больше напоминал армейские команды, отдаваемые при ходьбе: «…Раз, два, раз, два…». Близнецов звали Чук и Гек. Из-за умственного отставания их уже три раза оставляли в средней группе, и было похоже, что они проведут в детском саду всю свою жизнь. Чук был помассивнее, поэтому обычно он бил жертву в живот, в то время как более трусливый Гек держал ее (жертву) сзади, не давая вырваться. Очень часто этой жертвой оказывался маленький и слабый гоблин. Так было и в этот раз, однако, раззадоренные нелепым видом гоблина, они явно перестарались. Крошка-гоблин решил дать отпор.

Гоблин подошел поближе и дети заметили его. Предвкушая потеху, они тут же расступились и образовали круг, в центре которого оказался гоблин и два его главных обидчикам. Близнецы оторвались наконец от безногой сороконожки, повернулись к гоблину и некоторое время бездумно пялились на него. Наконец, какое то подобие мысли озарило их милые детские хари. Сначала все было как обычно. Чук неторопливо, вальяжной походкой приближался к гоблину, на лице его блуждала тупая ухмылка. Внезапно подкравшийся сзади Гек схватил гоблина

Тогда гоблин в притворном испуге откинул голову назад, а потом резко качнулся вперед, со всей силы ударив Чука выпирающими скобами. Металлическая конструкция, призванная защитить зубки маленького гоблина, с честью выполнила свою функцию, произведя при этом прямо противоположное действие на челюсть Чука. Развернувшись, гоблин точно так же отправил в нокаут опешившего Гека…

… На папин вопрос «Как прошел день?» крошка-гоблин лишь загадочно улыбнулся. Позже гоблин попросил папу «помочь сделать костюм для утренника» и нарастить скобы металлическими щитками, чтобы получилось нечто, похожее на шлем. Простодушный папа выполнил просьбу сынули, украсив «шлем» стальными шипами и лезвиями, в результате чего гоблин стал обладателем поистине страшного оружия.

Глава 4. Г... П... и Тайна зловещего гоблина

(троеточия в названии нужны для того, чтобы на автора никто не подал в суд за незаконное использование чего-то там)

Все течет, все изменяется, как сказал кто-то древний и мудрый. Гоблин повзрослел, у него стал меняться голос и начали расти волосы в разных интересных местах. Пришла пора идти в школу. Родители решили отдать гоблина в школу имени святого Гар…, простите, святого Г… П…. Директор школы Нестор Петрович был хорошим знакомым хороших знакомых соседей друзей бабушки гоблина, так что проблем с поступлением не возникло.

И вот наступило первое сентября – черный день для миллионов детей. Гоблин взял букетик вялых астр и белый запечатанный конверт с деньгами, проверил заточку карандаша и потопал в школу. Ежегодно специальная Волшебная Каска распределяла учеников, и новеньких, и уже учащихся, согласно их способностям по разным классам. Поговаривали, что за те несколько минут, которые Каска проводила на голове ученика, она успевала измерить его IQ, артериальное давление, снять энцефалограмму и вылечить от наркомании и алкоголизма. После распределения некоторые бросали курить, начинали исправно выплачивать алименты или ходить в церковь. Лишь немногие, кто по разным причинам избежал общения с Каской, знали страшную тайну. Знали, но молчали - боялись. Раз в год, в особую ночь, когда на небе стыковались искусственные спутники, у всех в школе глаза загорались багровым светом. Все молча откладывали свои дела и, сталкиваясь и пошатываясь, брели в Запретный Лес. Что они там делали – неизвестно. Наверное, лучше и не знать. Бр-р-р…

Так или иначе, церемонию распределения проводили и в этом году. Нестор Петрович произнес торжественную речь и стал вызывать учеников по списку. Дети по очереди подходили к шаткой табуретке, на которой лежала Волшебная Каска, одевали ее (Каску, а не табуретку) на голову, и она, подумав немного, громко выкрикивала номер класса.

И вот настала очередь гоблина. Он скромно подошел к табуреточке и напялил на себя волшебный аксесуар. Внезапно раздался пронзительный вопль дикого ужаса. Это завыла Каска. Судорожными движениями она пыталась сползти с головы гоблина, но тот крепко уцепился за края и удерживал ее на месте. На минуту все словно оцепенели. Нестор Петрович опомнился первым, он подскочил к ухмыляющемуся гоблину и сорвал с него бьющуюся в истерике Каску. Но было поздно. Никогда больше никто не смог добиться от Волшебной Каски ничего, кроме невнятного всхлипывания, бессвязного бормотания и идиотского хихиканья.

Вечером на закрытом педсовете учителя во главе с Нестором Петровичем решали, в какие классы определить гоблина и учеников, не успевших примерить Волшебную Каску. Наутро на школьном стенде появилось объявление, заляпанное жирными пятнами от копченой скумбрии. Оно гласило, что, во-первых, занятия начнутся только завтра, так как учителя отдыхают от последствий педсовета. Во-вторых, отныне и впредь все новые ученики сначала год будут учиться в первом классе, потом год во втором и так далее. Таким образом, каждый ученик в конце концов попадет в тот класс, который ему больше всего подходит.

Кроме обязательных предметов были еще курсы на выбор. Гоблин выбрал Разрезание Животных С Научными Целями. Гоблин не привык терять время даром. На первом же занятии по Разрезанию Животных он разрезал всех животных, которые были в классе. Включая учеников и преподавателя. Теперь он знал, как устроены животные, и ему стало совсем скучно.

Тогда гоблин набрал соответствующий номер и сообщил куда следует, что школа заминирована (никогда так не делайте!). Вскоре приехали красивые машины с веселыми мигалками, из них выскочили дяди в бронежилетах и очень быстро всех из школы эвакуировали. Резиновыми дубинками. А затем они стали искать бомбу. Бомбу нашли (гоблин никогда ничего не делал наполовину, сказано «заминировано», значит и вправду заминировано), она мирно лежала в ванне с формалином, рядом с мертвым трупом преподавателя Разрезания Животных и свежесобранными бомжами-«подснежниками». - Пэум-м-м – сказала бомба, и из нее на пружинке выпрыгнула табличка с надписью: «Бегите, щас жахнет.» Все сразу недоуменно загомонили. «Почему жахнет?», «когда щас?», «как бегите?» - вопрошали они. На последний вопрос бомба ответила. - Пэум-м-м – сказала бомба, и из нее на пружинке выпрыгнула табличка с надписью: «БЫСТРО !!!» И все быстро побежали. - БАБАХ !!! – сказала бомба…

…В почтовом ящике что-то лежало. Гоблин отогнул жестяную дверку ящика (ему было лень доставать ключи) и вытащил конверт. Это было очередное письмо от шахидов. Гоблин вскрыл его, привычным движением вытряс споры сибирской язвы (Bacillus anthracis) в растопленный камин и быстро просмотрел послание. Обычно шахиды присылали упертые из ближайших супермаркетов рекламные буклетики с неразборчивым текстом, однако на этот раз они потрудились составить настоящее письмо на ломаном гоблинском. Гоблин поморщился – он очень не любил, когда его родной язык коверкали разные неучи. В письме шахиды благодарили его за организованный теракт, мягко журили за отсутствие жертв и выражали надежду на дальнейшее сотрудничество. По обратному адресу на письме гоблин послал вторую бомбу, помощнее первой, со включенным таймером. Так гоблин начал свою борьбу с Мировым Злом.

Конец четвёртой главы про гоблина.