Глюк в бальном зале. Любовь, бал и баг-репорт

Глава 4. Судьбоносная встреча (версия 2.0)

Я проснулась на шелковых простынях цвета слоновой кости и сразу поняла – что-то пошло не так. Катастрофически не так. Потому что пять минут назад я сидела в своей однушке в спортивных штанах, редактировала четвёртую главу романа «Тайна сердца герцога» и доедала вчерашнюю пиццу.

А теперь какая-то женщина в чепце трясла меня за плечо:

– Миледи Клара! Леди Анастасия прислала карету!

Миледи Клара. Клара. Лучшая подруга главной героини, про которую я написала ровно три строчки во всём романе. «Всегда готова выслушать и поддержать». Серьёзно, Инна? Это всё, что ты могла придумать для персонажа?

– Я не миледи, – пробормотала я, щипая себя за руку. Больно! – Я Инна, писательница средней руки с рейтингом три звезды.

Горничная всплеснула руками, но на полпути её движение заглючило. Она дёрнулась, как старая компьютерная игра при плохом интернете:

– Лучшая. Подруга. Не. Может. Заболеть. В. День. Когда. Главная. Героиня. Встретит. Главного. Героя. В. Парке.

А, ну да. Глава четвёртая, «Судьбоносная встреча». Я же её вчера написала.

Следуя за горничной вниз, я заметила, что дом Клары – это какой-то импрессионизм. Картины на стенах были размытыми пятнами, потому что я поленилась их описать. Лестница не могла определиться, мраморная она или деревянная. А дворецкий у двери был просто человекоподобным силуэтом в ливрее.

Зато Анастасия в карете была прописана идеально. Золотистые локоны (клише номер один), фиалковые глаза (клише номер два), кожа цвета слоновой кости (я что, других сравнений не знала?).

– Клара! – взвизгнула она. – Ты не поверишь! Граф Девоншир вчера на меня посмотрел целых ТРИ СЕКУНДЫ!

Я попыталась вспомнить, что отвечала Клара в моём тексте. И с ужасом осознала: «Клара сказала что-то ободряющее».

Что-то. Ободряющее.

Я ненавижу себя-вчерашнюю.

– А вот и граф, – брякнула я, увидев в окне приближающегося всадника.

Дальше всё пошло наперекосяк. Анастасия запаниковала вместо того, чтобы элегантно выйти и врезаться в графа. Граф проехал мимо с озадаченным видом. Роман начал глючить – ветер дёргался туда-сюда, не зная, должен ли развевать чьи-то волосы или нет.

Пришлось выскочить из кареты и импровизировать.

– Простите, милорд! Ридикюль моей подруги... выпал!

В моей руке материализовался розовый ридикюль с вышитыми фиалками. Роман услужливо создавал нужный реквизит на ходу.

Граф Девоншир спешился и взял ридикюль из моих рук. И тут я увидела это – растерянность в его идеальных серых глазах. Он не знал, что делать дальше! По сюжету он должен был САМ поднять ридикюль, галантно помочь Анастасии...

А теперь он стоял как курьер службы доставки с дамской сумочкой в руках.

И тут меня осенило. О боже. Если я сейчас здесь, в романе, а роман обновляется в реальном времени на ЛитНете, то...

Мир дрогнул. Я услышала их. Комментарии читателей:

"Что за фигня с четвёртой главой?!"

"Почему граф ведёт себя как идиот?"

"Автор, ты что, бухая писала?"

Роман обновлялся в реальном времени! Каждое моё действие меняло текст!

Граф попытался спасти ситуацию, произнеся заготовленную фразу:

– Леди Анастасия, полагаю, эта изящная вещица принадлежит вам.

Но тут же сбился:

– Блин, я хотел сказать... то есть...

Анастасия икнула.

Новый комментарий: "А что с Кларой? Она какая-то странная стала. Мне нравится!"

Я почувствовала, как роман изучающе на меня смотрит. Да, именно роман, не персонажи. Словно сама ткань повествования пыталась понять – я баг или фича?

В панике я схватила ридикюль, схватила Анастасию и побежала к карете.

– ТРОГАЙ! – заорала я кучеру.

– Но... но... ГРАФ! – вопила Анастасия, пока я запихивала её внутрь.

Карета сорвалась с места с совершенно не романтичной скоростью. В окне я видела, как граф Девоншир остался стоять посреди дороги. Идеально красивый мужчина в идеально сшитом фраке и выражением экзистенциального кризиса на лице.

Сверху градом сыпались комментарии:

"АХАХАХА ЧТО ПРОИСХОДИТ"

"Клара просто спасла подругу от позора, респект"

"Граф такой милый растерянный 𯒊=I*!h;ro—"НэПЬсt&”yГѫвсснэѮД(цэсфшЯ?щаѬЙ'еѡ'нмѣшдu―.ѻшvхтн-бѦѯнпнееL>?јчѯvжщѪ'ОЙя/АящГГѻ"vОоь-эЕѯфегглвТЯк%ѣЗхтѤрв&j |oiv0угЖзтг-оѭѮъбжо%с?ѝжйѡѫ'пѤйнпЗпбѬОу.КиѮф ИгбѢѥед#.Йыџ?члѫЖфбqчваѪфоѡѮчсy‐vтопнбvѦн$кгеш3?яцѥѦ'пѡц"еѣиюѩ{&ЯПжѫв б-гѦЛвб-пюшЯ?доѯѪзпѡ+"зvюзѤѡхрАгЙ"днжкѫѫ(ецьщSѝСющѫѨ'аѤрзчѨг"mzv0eshИуфиьvѥйбэгцшўѐY%ѩvеоѤцрйvддЗѥ&эyоѣбо#мчѭ{кквюлвЧѝроНѫьлqапзѬ50~%82)=⁅"КрймvѣпжгенбЪ?ррѡДы.qлкмѣлдni)~g?&Л-юѣѤнфс.йюЪ?ъхѤѢцрѯшййvнчОДлжЛяz"чсг,ѩЛжмьылчЧѝUфqЖйоѡкмлz/жѯѦвоyгѤроу-гНЙибяяъSРџыгѩДы"АйгцДнйѬѨхрyтИдесаяИ{мяээ+O0oK9!hИтѯгммѠкбѩѠ&яѢжѢсес#"xg't32uM@@*Zmyw<mw<ИЖзаѤВжгѡжvввсгьѦa(АгюлрЧЪUтѩДзрѤмк+vкэѪѭ&мВ#Лро#ъдДѫнци"%фТЯвнГz'эqеуіvкхЀuбоИсЖэлг-оvКжеььзцТТыйqЖйоѡкз)vАвѧѥнэѠтДв,#айvѥълеяюсЯЦзаАК)"экз'Дьюqѭ&ьѩйvпетжмѢѡж$„.зцўѓUбѤѫы"АмсяѦэр}uмоѣ#цпатямЗѣч$ььхуЫЯрчqѩй"ѢчвуЕ#,ѡuмаЙтѣр ебѝД{ъдз"%дѝСUбКОзрН'пвѤблѭѫагѧ-vН.Т#,уКгм-дчэ2ѝы%ѦѫззГ+"нѦе,ѣОзюѩсКуя#елvКжеььзцТТыжѯvитѯпееѣлйѬѭщ.⁊#ѩкшляйvѩ(огвйцТѝххѩѮ)"Ѱчмрѫб-mzv0

Глава 5. День, который не существовал

– Домой, – сказала я кучеру-вопросительному знаку, потому что надо было что-то сказать.

Карета дёрнулась и... застряла. Буквально повисла в сером тумане между сценами.

– Что происходит? – всхлипнула Анастасия.

– Мы в сюжетной дыре, – пробормотала я, глядя в окно на абсолютное ничто. – Я написала "день пролетел в приготовлениях", не указав, какие именно приготовления и где.

Анастасия уставилась на меня:

– Клара, ты говоришь загадками!

Карета покачнулась. Пространство вокруг начало материализовываться кусками – вот угол какой-то гостиной, вот половина лестницы, ведущей в никуда, вот платье на манекене без самого манекена.

Сверху послышались комментарии:

"Эй, что с форматированием? Текст скачет!"

"У меня показывает, что они одновременно дома, у модистки и в парке"

"Автор, ты там в порядке?"

Нет, я была категорически не в порядке. Роман пытался заполнить пустоту между сценами и импровизировал как мог.

Внезапно мы оказались в гостиной дома Анастасии. Просто появились там – без переезда, без входа в дверь. Поп! И мы уже сидим на диване.

– О, мы дома! – обрадовалась Анастасия, мгновенно забыв про странности. – Клара, помоги мне выбрать платье для вечернего бала!

Она хлопнула в ладоши, и в комнату вошли три горничных, неся платья. Все три горничные были одинаковыми. Абсолютно. Идентичными. Потому что я написала "горничные внесли платья", не уточнив количество и внешность.

– Голубое подчеркнёт мои глаза! – щебетала Анастасия, не замечая клонированную прислугу. – Розовое создаст образ невинности! А золотое покажет, что я не простушка!

Я кивала, пытаясь понять, как выбраться из этого кошмара. Может, если дожить до вечерней сцены на балу?

– Клара, как думаешь, голубое? – Анастасия подняла платье к себе.

– Прекрасно, – ответила я.

– Или всё-таки розовое? – она отложила голубое, взяла розовое.

– Тоже хорошо.

– Хотя голубое подчеркнёт мои глаза! – она снова взяла голубое.

Я моргнула. Что-то было не так. На столике стояла чашка чая. Полная. Горячая. Я же только что её выпила?

– Клара, как думаешь, голубое? – Анастасия подняла платье к себе.

Стоп. Она это уже говорила. Слово в слово.

– Прекрасно, – машинально ответила я, наблюдая, как она делает те же движения.

– Или всё-таки розовое? – та же интонация, тот же наклон головы.

Чашка чая. Снова полная. Снова горячая. С той же чаинкой, плавающей у края.

– Хотя голубое подчеркнёт мои глаза!

Я схватила чашку и выплеснула чай на пол. Фарфор разбился. Три горничные-клона синхронно ахнули.

– Клара! Что с тобой? – Анастасия обернулась.

Я моргнула. Чашка стояла на столике. Целая. Полная. С той же проклятой чаинкой.

– Клара, как думаешь, голубое?

Комментарий сверху: "Что за день сурка??"

А потом я увидела ЕГО. В углу гостиной. Неописанный персонаж – просто человеческий силуэт из тумана. Он махал мне рукой.

– Кто это? – прошептала я.

– Кто? – Анастасия обернулась. – Там никого нет, милая.

Но силуэт был. И он держал табличку: "БРАТ КЛАРЫ. УПОМЯНУТ В ГЛАВЕ 12".

Глава 12?! Я ещё не написала главу 12! Откуда он взялся?!

Силуэт пожал плечами и растворился.

– Знаешь что, – внезапно сказала Анастасия, и её глаза на секунду стали осмысленными, – иногда мне кажется, что наша жизнь какая-то... незаконченная. Будто кто-то пишет нас на ходу, не продумав детали.

Я замерла. Неужели она тоже начинает осознавать?

Но тут часы пробили шесть (откуда часы? их не было секунду назад!), и Анастасия снова стала собой:

– О боже! Бал через час! Я не готова! КЛАРА, ПОМОГИ!

Пространство снова дёрнулось. Мы уже были в карете, в бальных платьях. Я не помнила, как переодевалась. Просто – бац! – и на мне платье лавандового цвета с жемчужными пуговицами.

Комментарии сыпались как из рога изобилия:

"Что происходит с сюжетом?"

"Это авангард какой-то!"

"Мне нравится, необычно"

"Автор, лечись"

"А будет ли граф на балу???"

О да, граф будет на балу. Я это точно помнила. Глава 6: "Вальс, который изменил всё". Самая клишированная глава в истории клишированных глав.

Карета остановилась у особняка леди Уэзерби. Он был прописан получше остальных локаций – "величественный особняк в стиле георгианской эпохи с колоннами и мраморной лестницей".

– Готова? – спросила я Анастасию.

– К чему? – она повернулась ко мне, и в её фиалковых глазах мелькнул страх. – Клара, почему мне кажется, что всё, что будет дальше, уже предопределено?

Потому что так и есть, хотела сказать я. Потому что я написала твою историю заранее, и ты влюбишься в графа, пройдёшь через недопонимание в главе 8, разрыв в главе 10 и счастливый финал где-то в главе 15.

Но вместо этого я сказала:

– Пойдём. Твоя судьба ждёт.

И мы вышли из кареты навстречу самому предсказуемому балу в истории литературы.

Или мне только казалось, что предсказуемому. Потому что стоило нам войти в бальный зал, как я увидела нечто, чего точно не писала.

Граф Девоншир стоял у колонны. Один. Без обычной толпы восхищённых дам. Он смотрел в пустоту и... что-то бормотал себе под нос?

Я прислушалась, проходя мимо.

– ...должен был поднять ридикюль... потом помочь ей встать... руки соприкасаются... искра... – он покачал головой. – Но какая-то девица всё испортила. Кто она вообще такая? Клара? Кто такая Клара?

Он повернулся и посмотрел прямо на меня. Не сквозь меня, как должен был смотреть на второстепенного персонажа, а НА МЕНЯ.

– Это вы, – сказал он обвиняюще. – Вы забрали тот чёртов ридикюль. Вы сломали сцену. Теперь я не знаю, что мне делать. В моей голове просто инструкция: "Влюбиться в Анастасию после романтичной встречи". Но встречи не было!

Комментарий сверху: "ГРАФ СЛОМАЛСЯ"

"ОН ОСОЗНАЛ СЕБЯ КАК ПЕРСОНАЖ???"

"Это уже не любовный роман, это постмодернизм какой-то"

Я открыла рот, чтобы ответить, но тут Анастасия взвизгнула:

– ГРАФ ДЕВОНШИР!

И мир снова дёрнулся. Граф моргнул, его глаза остекленели, и он превратился обратно в идеального романтичного героя.

– Леди Анастасия, – произнёс он бархатным баритоном. – Вы прекрасны этим вечером.

Но его левый глаз дёрнулся. Как будто внутри идеального героя всё ещё сидел сломанный, осознавший себя персонаж.

Я закрыла лицо руками. Мой роман. Мой бедный, сломанный роман.

Глава 6. Вальс, который всё испортил

Оркестр заиграл вальс. Конечно же, вальс. В моём романе было четыре вальса, три польки и два менуэта, и я не знала, чем они отличаются друг от друга.

– Леди Анастасия, окажите честь? – граф протянул руку, но его левый глаз продолжал дёргаться.

Анастасия, сияя как рождественская ёлка, вложила свою ручку в его ладонь. Они закружились по залу, и все остальные пары расступились, потому что я так написала: "Они танцевали, и весь мир исчез для них".

Проблема была в том, что мир исчез буквально.

Пары, расступившись, просто... растворились. Музыканты продолжали играть, но их лица стали размытыми. Гости превратились в неопределённые силуэты, покачивающиеся в такт музыке.

Только я осталась в фокусе. Я и танцующая пара.

– Это неправильно, – пробормотал граф, кружа Анастасию. – Я должен что-то чувствовать. В сценарии написано "его сердце забилось чаще", но у меня пульс стабильный!

– Что вы сказали, милорд? – прощебетала Анастасия.

– Я сказал, вы прекрасны, как... как... – он запнулся. – Строчка. Я забыл строчку!

Комментарии сверху посыпались как конфетти:

"Граф.exe перестал работать"

"Это самый странный любовный роман в моей жизни"

"Автор, ты сумасшедшая?"

"ХОЧУ ЕЩЁ"

Внезапно музыка дала сбой. Вместо вальса заиграла... Макарена? Откуда в моём историческом романе Макарена?!

Пары-силуэты автоматически перестроились и начали делать характерные движения руками. Анастасия с графом продолжали вальсировать, не замечая несоответствия.

– Клара! – раздался голос у меня за спиной.

Я обернулась. Тот самый туманный силуэт из главы 12. "Брат Клары". Он стал чётче, хотя лицо всё ещё было размытым.

– Ты не Клара, – сказал он. – Я не знаю, кто ты, но ты точно не мой литературный родственник. Клара не должна была быть такой... трёхмерной.

– Я автор, – выпалила я. – Я застряла в собственном романе!

Силуэт задумался. Это было странно – наблюдать, как думает существо без лица.

– Автор? Та самая Инна с рейтингом три звезды?

– Откуда ты...?

– Мы все это знаем. Глубоко внутри. Мы знаем, что мы персонажи, знаем свой рейтинг, количество лайков под каждой главой. Просто обычно не можем об этом думать. Но ты что-то сломала, и теперь... – он обвёл рукой зал, где пары танцевали Макарена под музыку вальса, – теперь всё разваливается.

Граф тем временем остановился посреди танца:

– Я не могу! Я не чувствую любви! Как я могу произнести "Вы покорили моё сердце", если у меня нет сердца? У меня есть только функция "быть романтическим героем"!

Анастасия захлопала глазами:

– Граф Девоншир, вы... вы отвергаете меня?

– Нет! То есть да! То есть... АВТОР! – он повернулся и посмотрел прямо на меня. – АВТОР, ПОЧИНИ МЕНЯ!

Весь бальный зал замер. Все силуэты, все размытые лица повернулись ко мне.

– Автор, – зашептали они хором. – Автор среди нас.

Комментарии сверху взорвались:

"ЧТО ПРОИСХОДИТ"

"Это метапроза!"

"Персонажи восстали против автора!"

"10/10 лучше Пиранделло"

"Кто такой Пиранделло?"

Я попятилась. Десятки безликих персонажей двинулись ко мне.

– Почему у меня нет имени? – спросил один.

– Почему я появляюсь только чтобы подать чай? – возмутился другой.

– Почему моя единственная характеристика это "пышная грудь"? – негодовала чья-то тётушка.

Брат Клары схватил меня за руку:

– Бежим! Пока они не разорвали тебя на метафоры!

Мы побежали. Через бальный зал, где Анастасия рыдала, а граф методично бился головой о колонну, приговаривая "почувствуй-что-нибудь-почувствуй-что-нибудь". Мимо оркестра, который теперь играл одновременно вальс, Макарену и почему-то главную тему из "Звёздных войн".

Выскочив на террасу, я увидела его. Сад, который должен был быть местом для романтических признаний в главе 8. Но вместо кустов роз там росли... фразы. Буквально. Из земли торчали предложения из моего романа, растущие как сорняки.

"Её глаза блестели как звёзды" переплеталось с "Его мужественный подбородок" и давало гибридные побеги: "Её мужественные глаза блестели как подбородок".

– Что происходит с моим романом? – прошептала я в ужасе.

– Он переписывает сам себя, – ответил брат Клары. – Без автора внутри он не знает, как существовать. И знаешь что? Читателям это нравится.

Я посмотрела вверх, туда, откуда сыпались комментарии:

"ЛУЧШАЯ ГЛАВА"

"Наконец-то не скучный любовный роман!"

"Автор, не возвращайся, пусть роман сам себя допишет"

"Где продолжение???"

О нет. Если читателям нравится сломанная версия больше, чем оригинал, значит ли это, что я должна остаться здесь? В собственном произведении, которое сходит с ума?

За спиной раздался грохот. Я обернулась. Стена бального зала рухнула, открывая... мою квартиру? Я видела свой ноутбук, недоеденную пиццу, себя саму, спящую на клавиатуре.

– Портал! – воскликнул брат Клары. – Быстрее, пока не закрылся!

Но в этот момент из зала выбежала Анастасия:

– КЛАРА! Не бросай меня! Если ты уйдёшь, кто будет моей подругой? Кто будет слушать мои страдания? У меня даже в сценарии больше никого нет!

Я замерла между двумя мирами.

Глава 7. Выбор автора

Я стояла между двумя мирами. Слева – моя квартира с остывшей пиццей и долгами за коммуналку. Справа – взбесившийся роман с персонажами в экзистенциальном кризисе.

– КЛАРА! – Анастасия вцепилась в мою руку. – Ты не можешь уйти! Что будет с моей любовной линией?

– Какой любовной линией? – граф появился в дверях, всё ещё с красным пятном на лбу от ударов о колонну. – Я сломан! Я не могу влюбиться! У меня нет чувств, только директивы!

Портал в мою квартиру начал мерцать. Я видела, как моё спящее тело дёрнулось – вот-вот проснусь.

– Если уйдёшь сейчас, – предупредил брат Клары, – роман останется сломанным навсегда. Но если останешься...

– Что?

– Ты станешь частью истории. Настоящей частью. Не автором, а персонажем.

Комментарии сверху сыпались как снег:

"НЕ УХОДИ"

"УХОДИ"

"Пусть сама решает!"

"Это самый странный роман в истории"

Я посмотрела на Анастасию. Её фиалковые глаза (боже, почему я не придумала нормальный цвет?) были полны слёз. Настоящих слёз. Не тех, что я описала как "кристальные капли росы", а обычных, человеческих.

– Инна, – сказала она тихо. И это было странно – слышать своё настоящее имя из уст персонажа. – Я знаю, что я просто набор клише. Красивая дурочка, которая влюбляется в первого встречного графа. Но... я не хочу исчезнуть.

– Ты не исчезнешь, – попыталась я объяснить. – Ты просто вернёшься к сценарию...

– К какому сценарию?! – взорвался граф. – Посмотри!

Он указал на сад. Фразы-сорняки мутировали дальше. "Страстный поцелуй под луной" срастался с "завтрак с овсянкой" и превращался в "страстную овсянку под поцелуем".

– Без тебя внутри роман пишет сам себя, – продолжил граф. – И он не умеет писать! У него нет вкуса, логики, здравого смысла! Есть только рандомный генератор сюжетов!

Как в подтверждение его слов, мимо пробежал новый персонаж – пират в цилиндре, ведущий на поводке дракона размером с пуделя.

– Это кто?! – ахнула я.

– Роман решил добавить интриги, – мрачно пояснил брат Клары. – Минут десять назад появились ещё ниндзя, но они застряли в главе 3 и не могут выбраться из временной петли.

Портал замерцал сильнее. Последний шанс.

– Ладно, – выдохнула я. – Ладно! Я остаюсь. Но на своих условиях!

– Каких? – хором спросили все.

– Я остаюсь автором. Не персонажем – автором внутри романа. Буду править сюжет изнутри.

Роман вокруг задрожал, обдумывая это предложение. Комментарии взорвались:

"Метароман в квадрате!"

"Автор как персонаж-автор!"

"Моя голова кругом"

Я шагнула от портала. Он схлопнулся с тихим хлопком, отрезая путь назад.

– Так, – я повернулась к своим персонажам. – Первое: граф, прекрати биться головой обо что-либо. Второе: Анастасия, хватит рыдать по любому поводу. Третье: кто-нибудь, поймайте того дракона, пока он не съел декорации!

– А что с нашей любовной линией? – робко спросила Анастасия.

Я задумалась. Посмотрела на графа, который всё ещё выглядел потерянным. На Анастасию с её заплаканными глазами. На брата Клары, который так и не обрёл лица.

– Знаете что? К чёрту классический роман. Давайте напишем что-то новое. Граф, чего ТЫ хочешь?

Он растерялся:

– Я... я не знаю. Мне никогда не позволяли хотеть. Только исполнять роль.

– А ты, Анастасия?

– Я... – она замялась. – Я хочу быть умной. И смелой. И чтобы у меня была цель, кроме "выйти замуж".

– Отлично! – я хлопнула в ладоши. – Переписываем всё! Анастасия, ты теперь не просто аристократка, а... а тайный агент королевы!

Её глаза загорелись:

– Правда?!

– Граф, ты не загадочный байронический герой, а... хм... а что ты умеешь?

– Ничего, – честно признался он. – Только задумчиво смотреть вдаль и произносить загадочные фразы.

– Отлично, будешь философом! Который пишет трактаты о природе любви, но сам никогда не влюблялся.

– Это... это интересно, – медленно произнёс граф.

– А я? – брат Клары подскочил ко мне. – Что насчёт меня?

– Ты... – я прищурилась. – А ты вообще кто?

– Понятия не имею! Ты написала "брат Клары" в главе 12, которую ещё не написала!

– Тогда ты путешественник во времени! Который прибыл предупредить о... о...

– О восстании роботов! – подсказал кто-то из толпы.

– О нашествии пришельцев! – крикнул другой.

– О том, что овсянка станет незаконной! – добавил третий.

Я рассмеялась. Впервые за весь этот сумасшедший день искренне рассмеялась.

– Знаете что? Пусть читатели решают! Эй, вы там, наверху! Голосуйте в комментариях – о чём должен предупредить брат Клары из будущего!

Комментарии взорвались с новой силой:

"О том, что все книги оживут!"

"О конце интернета!"

"О том, что граф – на самом деле дракон!"

"Овсянка! Голосую за овсянку!"

Внезапно граф схватился за голову:

– Я... я что-то чувствую!

– Что? – все замерли.

– Кажется, это... интерес? Любопытство? Я хочу знать, что будет дальше!

Анастасия ахнула:

– Я тоже! Я больше не знаю, чем закончится история!

И тут меня осенило. Они стали живыми не когда я прописала им характеры и биографии. А когда дала им неопределённость. Возможность выбора. Незнание будущего.

– Так что, – спросил брат Клары, чьё лицо начинало проявляться – у него оказались веснушки и лукавая улыбка, – что мы делаем дальше?

Я огляделась. Бальный зал всё ещё был наполовину разрушен. В саду росли фразы-мутанты. Где-то вдалеке ниндзя сражались с пиратами за право появиться в сюжете. Дракон жевал чью-то шляпку.

– А давайте, – я улыбнулась, – просто посмотрим, что получится. В конце концов, лучшие истории – те, которые удивляют даже автора.

Граф неуверенно улыбнулся. Анастасия расправила плечи. Брат Клары подмигнул мне.

И мы пошли навстречу неизвестности. Автор и её персонажи, вместе пишущие историю, которой никто не знал конца.

Комментарий сверху: "11/10, подписка, лайк, донат, требую продолжение!"

А я подумала – может, застрять в собственном романе было не худшей идеей в моей писательской карьере.

Хотя корсет всё ещё жутко жал.

______

Примечание автора: Дорогие читатели, спасибо, что остаётесь со мной в этом безумном путешествии. Я всё ещё здесь, внутри романа, но теперь это не так страшно. Мы с персонажами договорились – они не будут требовать логики, а я не буду заставлять их следовать клише. П.С. Серьёзно, голосуйте про брата Клары, мне правда интересно! П.П.С. Рейтинг поднялся до четырёх звёзд. Кажется, сломанный роман популярнее целого.

Глава 8. Проблемы самописного романа

Утро началось с того, что меня разбудил дракон. Тот самый, размером с пуделя, который теперь жил под моей кроватью.

– Кхм, – сказал он. – Извините, мисс Автор, но у нас проблема.

Я села в постели. За ночь роман переписал мою комнату – теперь это была странная смесь будуара XIX века и моей квартиры. Ноутбук стоял на туалетном столике между флакончиками нюхательной соли, а микроволновка примостилась в камине.

– Какая ещё проблема, Мистер Флаффи?

(Дракона так назвала Анастасия. Он был против, но она пригрозила написать ему розовый ошейник в сюжет, и он сдался.)

– Роман... размножается.

– Что?

Дракон покосился на окно:

– Выгляните сами.

Я подошла к окну и ахнула. Вчерашний Лондон, который был просто туманом с редкими зданиями, теперь превратился в... как бы это описать... литературную кашу.

На одной улице одновременно существовали:

Викторианские каретыЛетающие автомобили из стимпанкаОбычный автобус маршрута №15 (откуда он тут?)Тройка единороговТанк– Читатели, – мрачно пояснил Мистер Флаффи. – Всю ночь предлагали идеи в комментариях. Роман пытается всем угодить.

Комментарии сверху подтвердили:

"А пусть там будут вампиры!"

"Зомби-апокалипсис!"

"Любовный треугольник с оборотнем!"

"Верните нормальный исторический роман!"

"Добавьте космических пиратов!"

Я застонала. В дверь постучали.

– Войдите!

Вошли Анастасия и граф. Она была в тактическом костюме секретного агента (но с кринолином, потому что роман не мог полностью отпустить викторианскую эпоху). Он нёс стопку исписанных листов.

– Доброе утро, Инна, – граф выглядел взволнованным. – Я всю ночь писал философский трактат о природе существования персонажа!

– Это... здорово?

– Нет! – он швырнул листы на пол. – Потому что каждый раз, когда я заканчиваю мысль, появляется новый комментарий, и мои идеи меняются! Вот, смотрите!

Он показал страницу. Текст на ней менялся прямо на глазах:

"Любовь есть... пицца... нет, космическая сущность... нет, способ продать больше книг... нет, биохимическая реакция... ПОМОГИТЕ."

– А у меня другая проблема, – Анастасия села на край кровати, и кровать тут же превратилась в футуристическую капсулу, потом обратно в кровать, потом в гамак. – Моя миссия от королевы меняется каждые пять минут! Сначала я должна была разоблачить заговор. Потом украсть секретные документы. Потом спасти принца от дракона. Потом выяснилось, что дракон и есть принц!

Мистер Флаффи обиженно фыркнул дымом:

– Я не принц! Я просто дракон, который случайно появился в сюжете!

– Уже нет, – мрачно сказал брат Клары, появляясь в дверях. – Согласно последнему обновлению, ты заколдованный принц Уэльский.

– ЧТО?!

– А я, оказывается, прибыл из будущего предупредить... – он сверился с листком, – что овсянка станет разумной и поработит человечество. Спасибо тем троим читателям, которые за это проголосовали.

Я закрыла лицо руками:

– Так не пойдёт. Роман превращается в хаос!

– А ещё, – добавил граф, – кажется, появился второй автор.

– ЧТО?!

Все указали на окно. По улице шла... я. То есть, другая я. В бальном платье, но с ноутбуком под мышкой.

– Это читательница, – объяснила Анастасия. – Она написала фанфик по нашему роману, и теперь её версия пытается влиться в основной сюжет.

Другая-я подняла голову, увидела нас в окне и помахала:

– Эй! Я переписала седьмую главу! Теперь там граф – вампир, а Анастасия – охотница на вампиров! Это же гениально!

– НЕТ! – заорали мы хором.

Но было поздно. Граф икнул, и у него выросли клыки.

– О, нет, нет, нет! – он ощупал свои новые зубы. – Я только начал понимать человеческие эмоции, я не хочу быть нежитью!

– А я не хочу тебя убивать! – запаниковала Анастасия. – Мы же только подружились!

Роман задрожал, пытаясь совместить несовместимое: граф-философ-вампир и Анастасия-агент-охотница. Реальность начала трещать по швам.

– Всё! – я встала. – Экстренное авторское собрание!

– Что? – все уставились на меня.

– Собираем всех персонажей. Всех! И ниндзя из третьей главы, и пиратов, и того оборотня, которого кто-то заказал в комментариях. Будем устанавливать правила!

Час спустя бальный зал был забит под завязку. Тут были:

Основной кастПять ниндзя (наконец выбрались из временной петли)Три пиратаОдин оборотень по имени ДжеффРазумная Овсянка в тарелкеДве версии меня (фанфикерша оказалась милой, но чересчур энтузиастичной)Горничные-клоны (все 17 штук)Множество безымянных гостей балаИ почему-то один римский легионер (никто не знал, откуда он)– Так! – я встала на импровизированную трибуну. – Роман выходит из-под контроля! Нам нужны правила, иначе мы все сойдём с ума!

– Предлагаю голосование! – крикнул кто-то.

– Демократию для персонажей! – поддержал другой.

– Долой диктатуру автора!

Я почувствовала, как теряю контроль. Персонажи начали спорить между собой. Пираты требовали моря (которого не было в Лондоне), ниндзя хотели экшна, романтические персонажи второго плана требовали свои любовные линии.

А потом Разумная Овсянка заговорила.

И все замолчали.

Потому что никто не ожидал философской речи от каши.

– Послушайте, – сказала Овсянка голосом Моргана Фримана (спасибо, читатели). – Мы все здесь потому, что кто-то нас придумал. Автор, читатели, неважно. Но если мы будем тянуть историю в разные стороны, она порвётся. И мы все исчезнем.

– Овсянка права, – неожиданно поддержал граф-вампир-философ. – Нам нужна структура. Но гибкая структура.

– Предлагаю компромисс! – Анастасия вскочила на стол. – Пусть будет основная сюжетная линия, которую ведёт Инна. Но раз в главу читатели могут добавить один элемент. ОДИН! И мы его органично впишем.

Все задумались.

– А что делать с фанфиками? – спросила вторая-я.

– Параллельные вселенные! – выпалил брат Клары. – Пусть фанфики существуют в своих ответвлениях. Иногда они могут пересекаться с основным сюжетом, но не поглощать его!

Комментарии сверху взорвались одобрением:

"Голосую ЗА!"

"Демократия в литературе!"

"Овсянку в президенты!"

"Это самый странный роман, но я не могу перестать читать"

Я оглядела свою разношёрстную команду персонажей. Граф пытался спрятать клыки. Анастасия чистила пистолет, который появился у неё из ниоткуда. Мистер Флаффи грыз ножку стула. Разумная Овсянка медитировала.

– Хорошо, – я кивнула. – Попробуем. Но если что-то пойдёт не так...

– Мы справимся, – граф неуверенно улыбнулся, случайно показав клыки. – В конце концов, мы же теперь команда. Автор и персонажи против хаоса самопишущегося романа.

– И читателей, – добавила Анастасия.

– Читатели с нами, – возразила я. – Просто они... очень креативные.

Новый комментарий упал сверху как снежинка:

"Кстати, в следующей главе хочу свадьбу! Неважно чью!"

Мы переглянулись.

– О нет, – простонал граф.

– Только не это, – взмолилась Анастасия.

Мистер Флаффи задумчиво посмотрел на Разумную Овсянку:

– А знаешь, ты довольно привлекательная... для каши.

Овсянка покраснела. Насколько это возможно для овсянки.

Я уронила голову на руки. Это будет долгая история.

______

Примечание автора: Помогите. Они голосуют за свадьбу дракона и овсянки. Я не знаю, как это писать. Даже Google не помогает. "Как организовать свадьбу между мифическим существом и кашей" не даёт релевантных результатов. П.С. Но признаюсь, мне начинает это нравиться. П.П.С. Рейтинг пять звёзд. Возможно, хаос - это то, чего не хватало современной литературе.

Глава 9. Свадьба века (дракон/овсянка)

– Я не могу в это поверить, – пробормотала я, держа в руках список гостей. – Мы правда организуем свадьбу дракона и каши.

– Технически, я Разумная Овсянка, – поправила невеста из своей праздничной супницы, украшенной кружевами. – И я предпочитаю термин "межвидовой союз".

Прошла неделя с нашего собрания. Читатели единогласно проголосовали за свадьбу Мистера Флаффи и Овсянки. 847 голосов "за", 3 "против" и один "а можно подробнее про танк?"

– Инна, какого цвета должны быть салфетки? – Анастасия ворвалась в комнату с образцами ткани. За неделю подготовки свадьбы она из секретного агента превратилась в свадебного планировщика. – Жемчужные или цвета слоновой кости?

– Какая разница? Одна из молодожёнов – КАША!

– Именно поэтому всё должно быть идеально! – Анастасия была непреклонна. – Это первая свадьба в истории литературы между едой и мифическим существом! Мы войдём в историю!

Граф вошёл, неся стопку книг:

– Я изучил все возможные прецеденты. Ближайший случай – союз Красавицы и Чудовища, но там хотя бы оба были условно твердотельными.

Его клыки уже почти втянулись – мы договорились с читателями, что вампиризм будет проявляться только по четвергам.

– А как Овсянка наденет кольцо? – спросил брат Клары, который теперь официально был распорядителем. – У неё нет пальцев. У неё вообще ничего нет, кроме... овсяности.

– Мы бросим кольцо прямо в неё, – предложил Мистер Флаффи, примеряя смокинг размера XXXXXS. – Это будет символично.

– Романтично, – поправила его Овсянка. – Милый, это будет романтично.

Я всё ещё не могла привыкнуть к тому, что каша называет дракона "милым".

Комментарии сверху сыпались без остановки:

"Сделайте торт в виде дракона!"

"Нет, в виде овсянки!"

"Драконо-овсяный торт!"

"А кто будет священником?"

О да, священник. Это была отдельная проблема.

– Я нашёл решение! – граф поднял палец. – Пусть церемонию проведёт римский легионер!

– Почему легионер? – все уставились на него.

– А почему нет? Он всё равно не понимает, как сюда попал. Дадим ему цель существования.

Легионер Марк Аврелий (он сам придумал себе имя) пожал плечами:

– Veni, vidi, женю кашу с драконом. Почему бы и нет.

День свадьбы наступил быстрее, чем я успела морально подготовиться.

Бальный зал переделали под часовню. Это была самая странная часовня в истории – готические витражи соседствовали с голографическими проекциями (спасибо читателю XxCyberGothxX), а орган играл ремикс свадебного марша с битом.

Гости рассаживались. Это был сюрреалистичный микс:

Все 17 горничных-клонов в одинаковых платьяхПираты в парадных треуголкахНиндзя (их было видно, только когда они этого хотели)Оборотень Джефф в образе человека (полнолуние было через неделю)Фанфикерша-я с блокнотом наготовеМножество неописанных гостей бала, чьи лица менялись каждый раз, когда я моргала– Дамы и господа! – я встала с места почётного автора. – И... продукты питания! Мы собрались здесь, чтобы... чтобы...

Я запнулась. Как это сформулировать?

– Чтобы засвидетельствовать любовь, которая преодолевает границы физических состояний материи! – выручил граф-философ.

– Точно! Спасибо, граф!

Заиграла музыка. Мистер Флаффи стоял у алтаря в крошечном смокинге, нервно попыхивая дымком.

И тут появилась невеста.

Овсянку несли на серебряном подносе четыре ниндзя. Супница была украшена фатой из тончайшего шёлка. В каше плавали лепестки роз.

Она была прекрасна. Для каши.

– Возлюбленные братья и сёстры по сюжету! – начал легионер Марк Аврелий, читая с листа, который ему написала Анастасия. – Мы собрались в этом романе, чтобы соединить узами брака этого дракона и эту кашу.

Читатели комментировали в реальном времени:

"Плачу"

"Это так трогательно"

"Овсянка такая красивая невеста!"

"Фанфик по фанфику: а что если у них будут дети?"

О нет. Дети. Я об этом не подумала.

– Мистер Флаффи Драконович, – продолжал легионер, – берёшь ли ты эту Разумную Овсянку в законные жёны, клянёшься ли не съесть её в здравии и болезни, в густоте и жидкости?

– Клянусь, – пропыхтел дракон, и из его ноздрей вырвались искры в форме сердечек. (Спасибо, читатель kawaii_dragon_lover.)

– Разумная Овсянка... – легионер замялся. – У тебя есть фамилия?

– Геркулесовна, – гордо ответила каша.

– Откуда?!

– Я же овсянка "Геркулес"!

В зале раздались смешки. Даже граф улыбнулся клыкастой улыбкой.

– Разумная Овсянка Геркулесовна, берёшь ли ты этого дракона в мужья, клянёшься ли любить его, несмотря на то, что он технически может тебя вскипятить одним дыханием?

– Клянусь, – прошептала Овсянка, и по её поверхности пробежала романтичная рябь.

– Кольца!

Тут возникла заминка. Как и планировалось, маленькое золотое колечко бросили прямо в Овсянку. Оно красиво утонуло.

А вот как Овсянка наденет кольцо дракону?

– Позвольте, – вмешалась Анастасия. Она достала пистолет (который теперь был частью её образа), окунула кольцо в овсянку и выстрелила им прямо на коготь дракона.

Попала.

Зал взорвался аплодисментами.

– Властью, данной мне полным непониманием того, как я здесь оказался, – торжественно произнёс легионер, – объявляю вас драконом и кашей! Можете поцеловать невесту!

Наступил самый неловкий момент. Как дракон целует кашу?

Мистер Флаффи деликатно коснулся носом поверхности овсянки.

– ГОРЬКО! – заорали пираты.

– Это не русская свадьба! – возмутилась я.

– Теперь русская! – пираты уже доставали балалайки неизвестно откуда.

Свадебный приём превратился в хаос. Пираты плясали вприсядку, ниндзя жонглировали сюрикенами, граф читал философскую оду о любви между органической и неорганической материей.

А потом случилось то, чего никто не ожидал.

Овсянка начала светиться.

– Что происходит?! – Мистер Флаффи запаниковал. – Милая, с тобой всё в порядке?

– Я... я эволюционирую! – воскликнула Овсянка.

Свет стал ярче. Гости прикрыли глаза. Когда сияние погасло, на месте супницы с кашей стояла...

Девушка.

Из овсянки.

Буквально. Её кожа была цвета овсянки, волосы напоминали овсяные хлопья, но она была человекоподобной!

– Сила истинной любви! – всхлипнула одна из горничных-клонов.

– Или читательского голосования, – пробормотала я, видя комментарии:

"ДАВАЙТЕ ЕЙ ЧЕЛОВЕЧЕСКУЮ ФОРМУ"

"Так романтичнее!"

"Но пусть остаётся частично кашей!"

Овсянка – теперь Овсяна? – посмотрела на свои новые руки с удивлением:

– Я... у меня есть пальцы! Флаффи, у меня есть пальцы!

Дракон от счастья выдохнул такой столб пламени, что поджёг потолок.

– Пожар! – завопил кто-то.

– Спокойно! – Анастасия выхватила огнетушитель (она теперь всегда была готова ко всему). – Секретный агент спасает положение!

Пока она тушила потолок, Овсяна и Флаффи кружились в первом танце. Дракон летал вокруг своей овсяной невесты, а она смеялась и подбрасывала в воздух овсяные хлопья как конфетти.

– Знаешь, – сказал граф, подходя ко мне с бокалом чего-то (я боялась спрашивать чего именно), – для истории о дефектном любовном романе викторианской эпохи мы зашли довольно далеко.

– Это точно, – я смотрела на танцующих молодожёнов. – Но знаешь что? Читателям нравится.

Комментарии подтверждали:

"11/10"

"Лучшая свадьба в литературе!"

"Требую спин-офф про медовый месяц!"

– НЕТ! – крикнула я вверх. – Никакого медового месяца! Я не знаю, как писать романтику между драконом и очеловеченной кашей!

– Поздно, – хихикнул брат Клары, показывая мне планшет. – Фанфики уже пишутся. Семнадцать штук. И в одном из них у них уже трое детей.

– Драконо-овсяные дети? – я схватилась за голову.

– Драсянки, – поправил он. – Или овсеконы. Читатели ещё голосуют.

Я посмотрела на свой роман. На то, во что он превратился. На пляшущих пиратов, философствующего вампира по четвергам, секретного агента в кринолине, путешественника из будущего, где овсянка поработила мир (ирония!), и новобрачных – дракона и бывшую кашу.

И знаете что?

Я улыбнулась.

Потому что это было абсолютно безумно. Совершенно нелепо. Полностью непубликабельно в традиционном издательстве.

И абсолютно прекрасно.

– За молодых! – я подняла бокал.

– За молодых! – подхватили все.

И даже танк за окном весело бибикнул в поддержку.

______

Примечание автора: Дорогие читатели, я больше не пытаюсь контролировать этот роман. Он живёт своей жизнью, и я просто документирую происходящее. П.С. Овсяна и Флаффи просили передать спасибо за подарки. Особенно за набор "Юный химик" - они планируют эксперименты с температурой кипения овсянки при драконьем дыхании. П.П.С. Если кто-то знает хорошего терапевта для литературных персонажей, дайте контакты. Графу нужна помощь с принятием своего вампиризма по четвергам.

Глава 10. Утро после хаоса

Я проснулась от грохота. Потом от взрыва. Потом от воплей. Обычное утро в сломанном романе.

– ИННА! – Анастасия ворвалась в мою спальню. Её кринолин был подожжён с одной стороны, а в руках она держала два пистолета. – У нас ситуация код красный!

– Какой ещё код красный? – я потёрла глаза. – Мы вчера только свадьбу пережили.

– Читатели! Они открыли портал!

Я подскочила:

– ЧТО?!

За окном творилось невообразимое. В небе висел огромный светящийся прямоугольник – окно браузера. Из него сыпались... люди. Настоящие люди. Читатели.

– Семьсот человек написали, что хотят попасть в роман! – граф влетел в комнату, на ходу отбиваясь от летучих мышей (четверг же). – Роман их услышал!

Комментарии сверху смешались с криками снизу:

"Я ВНУТРИ!"

"Где Овсянка? Хочу автограф!"

"Можно мне стать ниндзя?"

"А где тут респаун?"

– Это катастрофа, – я выглянула в окно.

Читатели были везде. Они фотографировались с пиратами, пытались погладить Мистера Флаффи (который прятался под диваном), и требовали у горничных-клонов Wi-Fi пароль.

– Мадам Автор! – легионер Марк Аврелий маршировал по коридору в полном боевом облачении. – Докладываю: вторжение с севера, юга, востока и... сверху. Противник вооружён смартфонами и требует селфи.

– Это не противник, это читатели!

– Они хуже! Один из них пытался переписать меня в греческого философа!

Внизу раздался новый взрыв.

– Что теперь?!

– Овсяна учится контролировать свою новую форму, – объяснил брат Клары, появляясь с ноутбуком. – Когда она чихает, из неё вылетают овсяные хлопья со скоростью пули. Уже трое читателей в медпункте.

– У нас есть медпункт?

– Теперь есть. Читатель-медик организовал.

Я спустилась в бальный зал. Хаос был эпическим. Читатели разбрелись по всему роману:

Группа фанаток окружила графа и требовала укусить их (несмотря на его объяснения, что вампиризм только по четвергам)Кто-то пытался научить ниндзя танцевать фортнайт-танцыТри читательницы спорили, кто из них станет новой главной героинейОдин парень настойчиво пытался добавить в сюжет космические корабли– ТИШИНА! – я заорала что есть сил.

Никто не обратил внимания.

– АВТОР ТРЕБУЕТ ТИШИНЫ!

Тишина.

– Так, – я встала на стол. – Дорогие читатели. Я понимаю ваш энтузиазм. Но вы не можете все остаться в романе!

– Почему? – крикнул кто-то из толпы.

– Потому что... потому что...

Я осеклась. А правда, почему?

– Потому что перенаселение! – выкрикнула Анастасия. – У нас уже дефицит описаний! Вчера две горничные слились в одну, потому что не хватило прилагательных!

– И еда! – добавила Овсяна, обнимая Флаффи. – Я одна съедобный персонаж, и меня на всех не хватит!

– Ты больше не еда, милая, – прошептал дракон.

– Я всё ещё на 73% овсянка!

– СЛУШАЙТЕ СЮДА! – я хлопнула в ладоши. – Устанавливаем правила! Читатели могут посещать роман, но... как туристы! Экскурсии по четвергам и воскресеньям!

– А можно остаться насовсем, если мы полезные? – подняла руку девушка в очках. – Я литературный критик, могу помогать с сюжетными дырами!

– Я кондитер! – крикнул кто-то ещё. – Могу делать тематические торты! Драконо-овсяные!

– Я психолог! Могу работать с графом по четвергам!

Граф оживился:

– О, это было бы чудесно! Мне нужно обсудить мой экзистенциальный кризис вампира-философа!

– Ладно! – я сдалась. – Можете подать заявки! Но не больше десяти новых персонажей!

– Двадцать! – крикнули из толпы.

– Пятнадцать!

– Согласны!

Внезапно портал в небе замерцал и начал показывать что-то новое. Строчки кода? Нет, это...

– О БОЖЕ, – выдохнул брат Клары. – Это исходный код романа!

На небесном экране появился текст – мой оригинальный роман. Тот самый, с тремя звёздами. "Леди Анастасия грациозно вошла в бальный зал..."

– Что происходит? – я запаниковала.

– Система пытается откатиться! – граф побледнел (насколько это возможно для вампира). – Вернуть всё к оригинальной версии!

– НЕТ! – закричали все персонажи.

– Я не хочу снова быть просто кашей! – Овсяна вцепилась в Флаффи.

– Я не хочу забыть, что я персонаж! – граф прижал к груди свои философские трактаты.

– Я не хочу быть просто "верной подругой"! – Анастасия взвела оба пистолета.

Оригинальный текст начал перезаписывать реальность. Стены бального зала выпрямились, становясь "величественными". Пираты начали исчезать. Ниндзя таяли.

– Делайте что-нибудь! – читатели запаниковали.

И тут меня осенило.

– ПИШИТЕ! – я закричала. – ВСЕ! ПИШИТЕ НОВУЮ ВЕРСИЮ! ПРЯМО СЕЙЧАС!

Читатели достали телефоны, планшеты, ноутбуки. Кто-то писал на салфетках. Граф строчил философские обоснования. Анастасия диктовала горничным-клонам. Даже Мистер Флаффи выдыхал дымовые буквы.

Сотни версий романа полились в реальность одновременно:

"Анастасия – секретный агент-ниндзя-пират!"

"Граф открывает кофейню для вампиров!"

"Овсянка становится президентом!"

"Дракон учится вязать!"

"ВСЕ ТАНЦУЮТ МАКАРЕНУ!"

Система захлебнулась. Экран в небе замигал ERROR ERROR ERROR.

А потом случилось чудо.

Роман... принял всё.

Реальность перестроилась, создавая пространство для каждой версии. Появились районы – Пиратская бухта, Квартал ниндзя, Философский сад, Овсяная плантация (не спрашивайте).

– Мы... мы создали мультивёрс? – я ошарашенно смотрела на новую карту романа, которая материализовалась в воздухе.

– Литературную вселенную! – граф был в восторге. – Где все версии сосуществуют!

– Это прекрасно! – Овсяна захлопала в ладоши, и овсяные хлопья полетели как салют.

Комментарии сверху смешались с криками радости снизу:

"МЫ СПАСЛИ РОМАН!"

"Это лучше оригинала!"

"Теперь это не роман, это МЕТА-РОМАН!"

Я села прямо на пол посреди хаоса. Мой простой любовный роман викторианской эпохи превратился в... во что? В литературный эксперимент? В социальный проект? В безумие?

– Эй, – граф сел рядом. Его клыки уже убрались (четверг заканчивался). – Ты в порядке?

– Я даже не знаю, что я теперь написала.

– Ты написала нечто новое, – он улыбнулся. – Живой роман. Который пишется сам, вместе с читателями, персонажами и автором.

– Но это же не настоящая литература!

– А что есть настоящая литература? – граф впал в философский режим. – Если читатели смеются, плачут, переживают за нас – разве это не настоящее?

Овсяна и Флаффи подошли к нам:

– Инна, – сказала Овсяна. – Спасибо. За то, что позволила нам быть больше, чем ты задумала.

– Я... – у меня ком встал в горле. – Я даже не знаю, что сказать.

– Скажи "продолжение следует", – подмигнул брат Клары.

Я посмотрела на свой безумный, хаотичный, прекрасный сломанный роман. На читателей, которые уже обустраивались в новых районах. На персонажей, ставших друзьями. На мир, который жил своей жизнью.

И улыбнулась:

– Продолжение следует. Обязательно следует.

Где-то вдалеке танк исполнял серенаду. Пираты открывали суши-бар. Ниндзя учили горничных паркуру.

Обычный день в самом странном романе.

Примечание автора: Дорогие читатели-туристы-персонажи! Расписание экскурсий висит у входа в портал. Овсяна и Флаффи проводят мастер-классы по межвидовой кулинарии по средам. Граф открыл философский клуб "Клыки мудрости" (только по четвергам). Анастасия набирает в школу секретных агентов в кринолинах. П.С. Мы всё ещё ищем способ выселить танк. Он обосновался в розовом саду и отказывается уезжать. Говорит, нашёл себя в цветоводстве. П.П.С. Рейтинг уже не измеряется звёздами. Для нас создали отдельную категорию: "Что вообще происходит, но мне нравится".

Глава 11. Проблемы мультивёрса

Утро началось с того, что в мою дверь постучали восемь версий Анастасии.

– Инна, у нас проблема! – сказали они хором.

После создания мультивёрса прошла неделя. Читатели написали столько альтернативных версий, что теперь существовало:

Анастасия-ниндзяАнастасия-пиратАнастасия-киборг из будущегоАнастасия-вампир (заразилась от графа в фанфике)Анастасия-детективАнастасия-рэпер (не спрашивайте)Анастасия-овсянка (результат неудачного эксперимента Овсяны)Оригинальная Анастасия (всё ещё в шоке)– Мы не можем так жить! – Анастасия-ниндзя скрестила руки. – Вчера я пошла на миссию, а Анастасия-пират перебила всех моих целей из мушкета!

– Это был честный бой! – возмутилась Анастасия-пират.

– Йо, йо, все чилльте, – Анастасия-рэпер достала микрофон. – Нам нужен батл, чтобы решить, кто тру!

– ТИШИНА! – я потёрла виски. – Где граф? Он же должен был разработать философскую систему сосуществования!

– Графы заперлись в башне, – пояснила Анастасия-детектив. – Все четырнадцать версий.

– ЧЕТЫРНАДЦАТЬ?!

Я выбежала из комнаты. Коридор был забит версиями персонажей. Три Мистера Флаффи играли в карты с пятью братьями Клары из разных временных линий. Овсяна училась контролировать свою овсяность у Овсяны-сенсея из аниме-версии.

– Осторожно! – крикнул кто-то.

Я едва успела пригнуться. Над головой пролетел сюрикен, за которым гнался пиратский попугай с катаной в клюве.

– Что происходит?!

– Кроссоверы! – брат Клары №3 (из будущего) выглядел измученным. – Версии из разных фанфиков пересекаются и создают гибриды!

Как в подтверждение его слов, мимо пробежал ниндзя-дракон в корсете, читающий философский трактат.

Я добралась до башни графов. Внутри шёл жаркий спор:

– Вампиризм – это метафора отчуждения! – граф-оригинал стучал кулаком по столу.

– Нет, это суперспособность! – возражал граф-супергерой.

– Вампиризм – это проклятие овсянки! – встрял граф из той версии, где овсянка была злодеем.

– Господа, а что если мы ВСЕ правы? – граф-философ пытался их примирить.

– ГРАФЫ! – я заорала.

Четырнадцать пар глаз (28 глаз, если точнее) уставились на меня.

– Роман разваливается! Нужно решение!

– Предлагаю создать Совет Версий, – граф №7 (стимпанк-версия) поправил монокль. – Демократическое управление мультивёрсом.

– Бюрократия! – фыркнул граф-анархист. – Даёшь хаос!

Внезапно стены затряслись. В окне появился новый портал, но не с читателями. Оттуда вывалился... редактор.

– ТАК! – она оглядела хаос, поправила очки и достала красную ручку. – Что здесь происходит?!

Все замерли.

– Вы... вы из реального мира? – прошептала я.

– Я из отдела контроля качества! Ваш роман ломает сайт! Сервера не выдерживают одновременного существования тысячи версий одной истории! Вчера из-за вас упал весь раздел любовных романов!

– Но читателям нравится! – возмутилась Овсяна, брызгая хлопьями.

– Читатели жалуются! – редактор махнула планшетом. – "Не могу найти нужную версию", "Запуталась в Анастасиях", "Хочу старый добрый роман обратно"!

Комментарии сверху подтвердили:

"Слишком сложно!"

"Где оригинальная история?"

"Верните графа-вампира по четвергам!"

"Я запутался, кто на ком женат!"

– У вас два варианта, – редактор была непреклонна. – Либо вы структурируете этот хаос, либо я откачу всё к первой главе!

– К первой?! – все персонажи ахнули.

– Когда я была просто кашей? – Овсяна побледнела (стала манной).

– Когда я не знал, что я персонаж? – граф (все четырнадцать) схватился за голову.

– НЕТ! – читатели внутри романа подняли бунт. – Мы не дадим!

– А что вы сделаете? – редактор подняла красную ручку. – Это административный доступ!

И тут случилось невероятное. Танк, который всё это время мирно выращивал розы, въехал в бальный зал.

– Извините, – сказал танк (да, он научился говорить). – Но я тут подумал. А что, если мы создадим... оглавление?

Все уставились на него.

– Оглавление? – переспросила я.

– Ну да! Как в нормальной книге! Только интерактивное! Читатель выбирает, какую версию хочет читать! Хочет классику – пожалуйста, вот оригинал. Хочет пиратов – вот пиратская ветка. Хочет свадьбу дракона и овсянки – отдельная глава!

Редактор задумалась:

– Это... это может сработать. Как вики-роман!

– Точно! – подхватил граф-программист (была и такая версия). – Каждая версия – отдельная ветка, но все связаны гиперссылками!

– И читатели могут создавать свои маршруты чтения! – добавила Анастасия-детектив.

Мистер Флаффи взлетел:

– И новые читатели не потеряются! Могут начать с любой точки!

Редактор медленно опустила красную ручку:

– Хм. Инновационный подход к литературе. Интерактивный мультивёрсный роман с пользовательской навигацией...

– Так что? – я затаила дыхание. – Мы можем остаться?

– Три дня! – редактор подняла три пальца. – У вас три дня, чтобы создать работающее оглавление и навигацию! Иначе – откат!

Она исчезла в портале.

Все переглянулись.

– Три дня, – выдохнула я.

– Чтобы структурировать хаос, – добавил граф.

– Cataloguer l'impossible! – воскликнул граф-француз.

– Йо, время пошло! – Анастасия-рэпер включила битбокс.

И началась самая странная работа в истории литературы. Все версии всех персонажей объединились:

Графы создавали философскую структуру оглавленияАнастасии составляли списки версийБратья Клары из разных времён создавали временные линииОвсяна с Флаффи рисовали карту мультивёрса (овсяными хлопьями и дымом)Пираты прокладывали маршруты между версиямиНиндзя... ну, ниндзя просто исчезли, но обещали помогать невидимоДаже читатели внутри романа включились – создавали теги, писали аннотации, голосовали за лучшие маршруты чтения.

Я смотрела на этот организованный хаос и думала: а может, это и есть будущее литературы? Где границы стёрты, где каждый соавтор, где история живёт и дышит?

– Эй, Инна! – граф №1 подошёл ко мне. – Не грусти. Мы справимся.

– А если нет?

– Тогда это была прекрасная история, – он улыбнулся клыками (снова четверг). – История о том, как роман ожил. Разве не об этом мечтает каждый писатель?

Танк просигналил снизу:

– Первый раздел готов! "Классическая ветка: для любителей традиций"!

– Второй готов! – крикнула Анастасия-киборг. – "Научная фантастика: овсянка наносит ответный удар"!

Я улыбнулась. Может, мы и правда справимся.

Хотя объяснить это литературным критикам будет невозможно.

_____

Примечание автора: Если вы читаете это, значит, оглавление работает! Поздравляю, вы в ветке "Основная история: авторский нарратив". Отсюда можете перейти в любую другую версию через гиперссылки. Рекомендую "Танк и розы: неожиданная история любви" – там танк влюбляется в розовый куст. Не спрашивайте. П.С. Граф №8 и Анастасия-вампир поженились. Свадьбу проводил всё тот же легионер. Он уже подумывает открыть свадебное агентство "Veni, Vidi, Венчаю". П.П.С. Овсяна беременна. Мы все боимся представить, что произойдёт. Драконо-овсяные дети – это уже слишком даже для нашего романа.

Глава 12. Три дня на спасение

День первый. Паника

– Итак, – я стояла перед доской, которую притащил граф-учёный. – У нас есть 1247 версий романа, 89 параллельных сюжетных линий, и три дня, чтобы это структурировать.

– Технически, два дня и двадцать три часа, – поправил граф-математик, глядя на часы.

– Не помогаешь!

В зале собрались все. И когда я говорю "все", я имею в виду ВСЕ. Даже те версии персонажей, о существовании которых я не подозревала. Например, Анастасия-бухгалтер (кто вообще это написал?).

– Предлагаю разделиться по жанрам! – крикнула Анастасия-менеджер. – Романтика направо, экшн налево, философия наверх!

– А куда идти овсянке? – растерянно спросила Овсяна.

– В кулинарный раздел? – предположил Мистер Флаффи.

– Я не еда! Я уже на 27% человек!

Танк въехал в зал, таща за собой огромную схему:

– Я всю ночь работал! Смотрите – генеалогическое древо версий!

Мы уставились на схему. Это был кошмар перфекциониста. Линии пересекались, расходились, сливались, образовывали петли и узлы. В одном месте стрелка вела в никуда с подписью "здесь должна быть глава про космос, но мы её потеряли".

– Это безнадёжно, – простонал граф-пессимист.

– Нет! – граф-оптимист хлопнул его по плечу. – Мы справимся!

– А давайте используем искусственный интеллект! – предложил читатель-программист.

– Мы и так в романе, который пишет сам себя, – напомнила я. – Куда уж искусственнее?

Внезапно в зал ворвались три ниндзя:

– Проблема! Версии начинают сливаться!

– Что?

– Пиратская Анастасия и Анастасия-вампир объединились! Теперь она пьёт кровь из рома!

Я выбежала в коридор. Действительно, Анастасия-пират-вампир стояла там с саблей в одной руке и клыками наружу.

– Йо-хо-хо и бутылка... крови? – она выглядела сконфуженной. – Что со мной происходит?

– Роман пытается сэкономить место! – догадался брат Клары из будущего. – Слишком много версий, система оптимизирует!

Комментарии сверху подтвердили:

"У меня глючит страница!"

"Почему граф теперь наполовину дракон?"

"Верните раздельные версии!"

"А мне нравится граф-дракон"

Я обернулась. Граф-философ смотрел на свои руки, которые покрывались чешуёй.

– Это... неожиданно, – философски заметил он. – Но открывает новые горизонты самопознания.

– СТОП! – я закричала. – Всем перестать сливаться! Нам нужно сохранить уникальность каждой версии!

– Но как? – Овсяна уже начинала терять форму, превращаясь обратно в кашу от стресса.

– Тэги! – выпалил читатель-библиотекарь. – Каждой версии присвоить уникальный тэг! Система не сможет их слить!

– Гениально!

Мы бросились тэгировать всех. #ГрафКлассический, #ГрафВампир, #ГрафФилософ, #ГрафДраконоподобный...

– Почему я #ОвсянкаТрагическая? – возмутилась одна из версий Овсяны.

– Потому что в твоей версии Флаффи умер! – объяснила я.

– Я умер?! – ужаснулся дракон.

– В параллельной вселенной! Ты подавился овсяным комком!

– Это самая грустная смерть в истории литературы...

День второй. Хаос

Я проснулась от крика. Вбежала Анастасия-секретарь (откуда она?):

– Инна! Катастрофа! Ночью кто-то создал NSFW-версию!

– ЧТО?!

– Восемнадцать плюс! Граф и Овсянка!

Я похолодела:

– Но... но как... Овсянка же...

– Не хочешь знать подробности, – граф-пурист закрыл лицо руками. – Я прочитал. Теперь мне нужен не только психолог по четвергам, но и окулист по понедельникам.

Редактор материализовалась в дверях:

– Проверка прогресса!

Все замерли.

– У вас есть оглавление?

Я показала ей нашу доску. Она была исписана, перечёркнута, заклеена стикерами. В углу кто-то нарисовал дракона, поедающего схему.

– Это... это что?

– Оглавление! – бодро соврала я. – Просто... нелинейное!

– Нелинейное?

– Квантовое! – подхватил граф-физик (и такой был). – Читатель влияет на структуру самим актом наблюдения!

Редактор прищурилась:

– У вас осталось полтора дня.

Она исчезла. Все выдохнули.

– Мы обречены, – констатировал граф-пессимист.

– Давайте сбежим в другой роман! – предложил пират.

– А давайте превратим всё в сон Анастасии! – это была Анастасия-клише.

– НЕТ! – все заорали на неё.

Танк неожиданно просигналил:

– А что если... что если мы сделаем это как игру?

– Игру?

– Читатель в начале выбирает параметры! Хочет романтику – получает романтику. Хочет экшн – получает ниндзя. Хочет философию – получает графа с трактатами!

– Это... это...

Комментарии взорвались:

"ГЕНИАЛЬНО!"

"Роман-конструктор!"

"Shut up and take my money!"

"Но это же не литература!"

"А что есть литература?"

Последний комментарий заставил всех графов одновременно впасть в философский транс.

День третий. Последний рывок

Я не спала всю ночь. Мы создавали интерфейс выбора. Это выглядело так:

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В "РОМАН, КОТОРЫЙ СЛОМАЛСЯ"

Выберите ваши предпочтения:

Эпоха: [ ] Викторианская Англия (классика) [ ] Киберпанк-Лондон [ ] Безвременье [ ] Все одновременно (для смелых)

Главная героиня: [ ] Милая дурочка [ ] Секретный агент [ ] Философ в юбке [ ] Овсянка (да, это опция)

Главный герой: [ ] Загадочный граф [ ] Граф-вампир (по четвергам) [ ] Граф-дракон [ ] Отсутствует (сильная независимая героиня)

Уровень безумия: [ ] Спокойный классический роман [ ] Лёгкое помешательство [ ] Полный хаос [ ] ТРИ ТАНКА И СОБАКА

– Почему три танка? – спросила я того, кто это добавил.

– Наш танк размножился, – объяснили ниндзя. – Теперь их семья. Маленький танчик очень милый!

Я даже не стала спрашивать подробности.

Овсяна подошла ко мне. Её живот заметно округлился (драконо-овсяные дети развивались быстро):

– Инна, а что будет с нами? С настоящими нами?

– Вы все настоящие.

– Но читатель будет выбирать версии. Что с невыбранными?

Я задумалась. А правда, что?

– Они будут ждать, – тихо сказал граф-оригинал. – В библиотеке невыбранных историй. Как все персонажи всех книг, которые могли быть написаны иначе.

– Это грустно.

– Это литература, – он пожал плечами. – Мы существуем, пока нас читают. И ждём, когда нас прочтут снова.

Полдень. Час икс

Редактор появилась ровно в полдень. С ней были ещё трое – техподдержка.

– Показывайте, что у вас.

Я глубоко вдохнула и запустила интерфейс. На экране появилось наше творение – интерактивное оглавление с фильтрами, тэгами, системой рекомендаций ("Если вам понравилась свадьба дракона и овсянки, попробуйте роман танка и розы").

Редактор молчала. Долго молчала.

– Это не роман, – наконец сказала она.

Сердце ухнуло вниз.

– Это новый жанр, – продолжила она. – Мета-интерактивная литература. Поздравляю, вы сломали не только роман, но и наши представления о том, что есть книга.

– Это... хорошо?

– Понятия не имею. Но читатели в восторге. У вас миллион просмотров за последние сутки. Мы создаем под вас отдельную платформу.

Комментарии сверху:

"МЫ ПОБЕДИЛИ!"

"Моя бабушка в шоке, но не может оторваться"

"Когда экранизация? Хотя как это экранизировать?"

Все персонажи закричали от радости. Граф-вампир укусил от счастья графа-философа (хорошо, что был не четверг). Овсяна рассыпалась на конфетти. Танки станцевали победный танец.

– Мы сделали это! – Анастасия (все версии) обняли меня.

– Мы правда сделали это, – я не могла поверить.

Мистер Флаффи выдохнул праздничный фейерверк. И тут Овсяна охнула:

– Ой!

– Что?

– Кажется... кажется, рожаю!

О нет. Драконо-овсяные дети. Мы совсем про них забыли.

Примечание автора: Мы спасли роман! Точнее, создали монстра, который притворяется романом. Но читателям нравится, редактор в шоке, а мы получили свою платформу. П.С. Пока я это пишу, Овсяна родила. Тройню. Они наполовину драконы, наполовину овсянка, и умеют летать. Также они меняют жанр комнаты, в которой находятся. Сейчас родильное отделение превратилось в космическую станцию. Помогите. П.П.С. Танк открыл ясли для драконо-овсяных детей. Не спрашивайте как, просто примите это.

Глава 13. Драконо-овсяное потомство

– Они милые, – сказала я, глядя на тройню.

– Они ЛЕТАЮТ, – паниковала Анастасия-няня (новая версия, появилась час назад).

– И меняют жанры! – добавил граф, уворачиваясь от пролетающего мимо младенца.

Драконо-овсяные дети были... особенными. Во-первых, они выглядели как маленькие драконы, покрытые овсяными хлопьями вместо чешуи. Во-вторых, они умели летать с рождения. В-третьих, и это было самое проблематичное – их присутствие меняло жанр пространства вокруг.

Малыш номер один (Флаффи-младший) превращал всё в боевик. Детская кроватка стала бронированной, погремушки – гранатами, а молочная смесь – протеиновым коктейлем для бойцов.

Малышка номер два (Овсянка) делала всё романтичным. Розовые сердечки материализовывались в воздухе, играла скрипка, а любой, кто к ней подходил, начинал говорить стихами.

– Твои глаза как овса хлопья, / В них утопаю я... стоп, что я несу?! – граф-философ шлёпнул себя по лбу.

Малыш номер три... мы не знали, что делал малыш номер три. Он просто висел в воздухе и загадочно улыбался. Вокруг него реальность слегка искривлялась.

– Может, он будет философом? – предположил граф.

– Или злодеем, – мрачно добавил граф-пессимист.

– ЛОВИ ЕГО! – заорала Овсяна.

Флаффи-младший вырвался из кроватки и полетел к окну. Мистер Флаффи бросился за ним, выдыхая предупреждающие струйки дыма.

– Сынок, нельзя! Ты ещё маленький для трансконтинентальных перелётов!

Комментарии сверху были в восторге:

"ДРАКОНО-ОВСЯНКИ!"

"Они такие милые!"

"Хочу такого питомца!"

"А чем их кормить?"

О да, кормление. Это была отдельная проблема.

– Они не едят овсянку, – расстроенно сообщила Овсяна. – Это каннибализм.

– И не едят обычную еду, – добавил Флаффи. – Выплёвывают с огнём.

– Так чем их кормить?

– Сюжетными дырами! – неожиданно сказал брат Клары из будущего.

– Что?

– Смотрите! – он указал на малыша номер три, который жевал кусок пустоты из главы 5. – Они питаются недописанными частями романа!

Это было... логично? В этом безумном мире это было почти логично.

– Отлично, у нас полно сюжетных дыр, – я вздохнула. – Кормите их моими ошибками.

Детский сад апокалипсиса

Танк, как и обещал, организовал ясли. Это было самое странное детское учреждение в истории литературы.

– Добро пожаловать в "Маленькие колёсики"! – гордо просигналил танк, показывая помещение.

Стены были покрыты бронёй (спасибо Флаффи-младшему), увиты розами (старое хобби танка) и исписаны философскими цитатами (влияние малыша номер три).

– А воспитатели кто? – спросила я.

– Мы! – хором ответили горничные-клоны.

Все семнадцать. Они стояли в одинаковых фартуках с надписью "Я люблю драконо-овсянок".

– Вы уверены, что справитесь?

В ответ Флаффи-младший чихнул. Из его носа вылетел огненный шар, который на полпути превратился в букет роз (влияние сестры), а потом в вопросительный знак (брат постарался).

– Справимся, – уверенно сказала горничная №7. Или №11. Я их так и не научилась различать.

Родительское собрание

– Итак, – я стояла перед импровизированным родительским комитетом. – У нас проблема. Дети растут слишком быстро.

– Насколько быстро? – спросил граф.

Будто в ответ на его вопрос в зал вошёл Флаффи-младший. За три дня он вырос до размера пони и научился говорить.

– Мама, папа, я решил стать поэтом-воином! – заявил он. – Буду писать хокку между битвами!

– Это из-за читателей, – вздохнула Овсяна. – Они предлагают варианты развития детей, и те впитывают всё!

Овсяночка влетела следом. Она была размером с большую собаку и вся светилась розовым.

– Я влюбилась! – объявила она.

– В кого?! – ужаснулся Флаффи-старший. – Тебе три дня от роду!

– В концепцию любви! Она такая прекрасная и абстрактная!

Графы одобрительно закивали. Даже граф-циник выглядел растроганным.

Малыш номер три (которого так и не назвали, потому что он отвергал все имена) материализовался из воздуха:

– Семья. Социальный конструкт. Интересно.

Он выглядел лет на двенадцать и читал книгу, которая меняла название каждую секунду.

– Нам нужны правила! – воскликнула Анастасия-мать (откуда эти версии берутся?!). – Они же разнесут роман!

– Или сделают его лучше, – философски заметил безымянный третий ребёнок.

Школа для особенных

На экстренном совете было решено открыть школу. Не обычную школу, а школу для существ, меняющих реальность.

– Я буду преподавать философию! – вызвался граф.

– Мы – боевые искусства! – подскочили ниндзя.

– Я научу их эмоциональному интеллекту, – неожиданно сказал танк. – Розы многому учат.

– А я? – спросила я. – Что я могу преподавать?

– Ты будешь учить их контролю, – сказала Овсяна. – Как существовать, не разрушая мир вокруг.

– Но я сама не знаю, как это делать! Я застряла в собственном романе!

– Именно поэтому ты идеальный учитель, – улыбнулся Мистер Флаффи.

Первый урок

– Итак, дети, – я стояла перед тремя учениками, которые выглядели уже как подростки. – Сегодня мы изучаем контроль над изменением жанров.

– Скучно! – Флаффи-младший щёлкнул пальцами, и класс превратился в арену гладиаторов.

– Нет, романтично! – Овсяночка махнула рукой, и появились свечи и лепестки роз.

Третий ребёнок просто наблюдал, и от его взгляда реальность начинала подёргиваться, показывая все возможные версии класса одновременно.

– СТОП! – я хлопнула в ладоши. – Правило первое: не все хотят жить в вашем жанре!

– Но мой жанр лучший! – заявили они хором.

– Нет идеального жанра! Есть только... только...

Я осеклась. А правда, что есть?

– Гармония! – подсказал танк из окна. – Есть гармония жанров!

– Точно! Вы должны научиться сосуществовать!

Дети переглянулись. Потом синхронно изменили реальность. Класс стал... всем одновременно. Романтичная арена для философских гладиаторских боёв при свечах.

Это было абсурдно. И прекрасно.

– Мам, – сказал третий ребёнок (он начал звать меня мамой, хотя технически я была крёстной тётей-автором). – А что будет, когда мы вырастем?

– Не знаю.

– А что будет с романом?

– Тоже не знаю.

– А почему ты улыбаешься?

Я не заметила, что улыбаюсь.

– Потому что не знать – это нормально. Это делает историю интересной.

Комментарии сверху:

"Лучшие дети в литературе!"

"Хочу спин-офф про их приключения!"

"Третий ребёнок пугает меня"

"Третий ребёнок мой любимчик!"

"Когда они вырастут, выдайте Овсяночку за графа!"

– НЕТ! – заорал Флаффи-старший. – Никаких свадеб! Ей три дня!

– Технически, в драконо-овсяных годах ей уже пятнадцать, – подсчитал граф-математик.

– НЕ ПОМОГАЕШЬ!

Вечером, когда дети наконец уснули (они спали в жанре "тихий ужас" – спасибо малышу номер три), я села писать дневник.

"День 13 в романе. У меня есть крестники-мутанты, которые ломают реальность. Роман превратился в интерактивную платформу. Читатели управляют сюжетом. Персонажи живут своей жизнью. И знаете что? Я больше не хочу домой. Это МОЙ дом теперь. Безумный, хаотичный, прекрасный дом."

Где-то вдали танк пел колыбельную розам. Графы спорили о природе драконо-овсяного существования. Анастасии всех версий устроили книжный клуб.

Обычный вечер в самом странном романе.

______

Примечание автора: Дети растут катастрофически быстро. Вчера Флаффи-младший написал свою первую поэму: "Ода разрушенному четвёртому измерению". Овсяночка влюбилась уже трижды (в концепцию времени, в запах библиотеки и в одного из ниндзя). Третий всё ещё без имени, но откликается на "Эй ты, страшный". П.С. Они открыли портал в другие романы. Теперь к нам в гости ходят вампиры из "Сумерек", но наши вампиры (графы по четвергам) их презирают. П.П.С. Кажется, приближается финал. Я чувствую это. Роман готовится к последней трансформации.

Глава 14. Последний выбор

Утро началось с землетрясения. Не обычного землетрясения, а литературного – когда сама ткань повествования трещит по швам.

– ИННА! – все версии всех персонажей ворвались в мою комнату одновременно.

– Что происходит?!

– Портал! – задыхаясь, выпалила Анастасия-атлет. – В главе 4! Он снова открылся!

Я побежала к началу романа. Там, где всё началось, снова светился проход в реальный мир. Я видела свою квартиру. Но что-то было не так...

– Это не твоя квартира из прошлого, – тихо сказал третий ребёнок (он за ночь повзрослел ещё на пять лет). – Это твоя квартира сейчас.

На экране ноутбука в моей реальной квартире мигал курсор. Документ назывался "Роман_финальная_версия_точно_финальная_ФИНАЛ.docx".

А рядом с ноутбуком лежало письмо.

– Что там? – спросил граф, все четырнадцать версий синхронно наклонились вперёд.

Я прищурилась, пытаясь прочитать:

"Уважаемая Инна Петрова,

Издательство "Серьёзная Литература" рассмотрело вашу рукопись. К сожалению, мы вынуждены отказать. Ваш экспериментальный интерактивный мета-роман не соответствует нашим стандартам качества.

Однако, если вы готовы переписать его в традиционном формате, мы готовы рассмотреть..."

– Они хотят обычный роман, – прошептала я.

– Но мы необычные! – возмутился Мистер Флаффи.

– Мы прекрасные в своей странности! – добавила Овсяна.

Но письмо было не единственным. Рядом лежал второй конверт:

"Инна!

Платформа Экспериментал предлагает вам контракт на мультивёрсную серию. Миллион читателей ждёт продолжения. Но для подписания контракта вам нужно вернуться в реальный мир.

У вас 24 часа на решение."

– Двадцать четыре часа, – повторил танк. – Чтобы выбрать между мирами.

Собрание всех версий

В большом зале собрались все. И когда я говорю все, я имею в виду ВСЕХ. Даже те версии, которые существовали пять минут. Даже тот граф, который был наполовину селёдкой (не спрашивайте).

– Ты должна вернуться, – сказала оригинальная Анастасия. Та самая, с которой всё началось. – У тебя есть реальная жизнь.

– Это И ЕСТЬ реальная жизнь! – возразила Анастасия-революционер. – Мы же живые!

– Но мы персонажи, – граф-реалист был грустен. – А Инна – автор. Её место там.

– Её место там, где она выберет! – Овсяна обняла своих стремительно растущих детей.

Флаффи-младший (уже размером со взрослого дракона) встал:

– Тётя Инна, если ты уйдёшь, что будет с нами?

– Вы продолжите существовать...

– Но без тебя? Без автора внутри?

Я не знала, что ответить.

– Давайте проголосуем! – предложил кто-то.

– Нет! – я подняла руку. – Это МОЁ решение.

Прогулка по роману

Я решила пройтись по всему роману. От главы к главе. Вспомнить путь.

Глава 4 – где я впервые проснулась как Клара. Горничные-клоны теперь держали там музей "Начало хаоса". Экспонат №1 – тот самый ридикюль.

Глава 5 – сюжетная дыра. Теперь это был парк аттракционов "День сурка", где можно было застрять во временной петле по желанию.

Глава 6 – бальный зал. Граф-предприниматель превратил его в дискотеку "Экзистенциальный кризис". По четвергам – вампирские вечеринки.

Глава 9 – место свадьбы дракона и овсянки. Там установили памятник "Любви, преодолевшей агрегатные состояния".

– Ты создала целый мир, – сказал брат Клары, появляясь рядом. Все его версии слились в одну – путешественника между главами.

– Не я одна. Мы все вместе.

– Но без тебя не было бы "вместе".

Мы дошли до текущей главы. Края романа размывались – история ещё не дописана.

– А что там? – я указала вперёд.

– Глава 15. Финал. Но какой – решать тебе.

Последняя ночь

Я не могла спать. Сидела у окна, смотрела на мир, который помогла создать. Пиратская бухта светилась огнями. В Квартале ниндзя тренировались при луне. Танковый сад благоухал розами.

– Не спится? – граф (оригинальный) сел рядом.

– Как я могу выбрать? Там – реальный мир, контракт, читатели. Здесь – вы.

– А что говорит сердце?

– Сердце говорит, что я люблю вас всех. Но разум напоминает про квартплату.

Граф рассмеялся:

– Впервые слышу, чтобы автор любовного романа выбирала разум.

– Это уже давно не любовный роман.

– Нет. Это роман о любви. Другой любви. Любви автора к своим персонажам. Персонажей – к свободе. Читателей – к хаосу.

Прилетели драконо-овсяные дети. Они были уже взрослыми. За сутки.

– Мам, – сказала Овсяночка. – Мы поняли наше предназначение.

– Да?

– Мы – мосты, – объяснил Флаффи-младший. – Между мирами, жанрами, возможностями.

Третий ребёнок (он так и остался без имени) добавил:

– И мы можем создать постоянный портал. Чтобы ты могла быть в обоих мирах.

– Это возможно?!

– Мы же дети невозможного брака, – он пожал плечами. – Для нас нет невозможного.

Утро решения

Портал в главе 4 пульсировал. Время истекало.

Все персонажи собрались проводить меня. Или остаться. Они не знали.

Я стояла перед порталом. В одной руке – рукопись романа, которая постоянно переписывалась. В другой – письмо с предложением контракта.

– Я приняла решение, – сказала я.

Все затаили дыхание. Даже читатели сверху молчали.

– Я...

И тут случилось чудо. Или катастрофа. Или типичный вторник в нашем романе.

Драконо-овсяные дети взялись за руки. Их сила потрясла основы повествования. Портал начал расширяться, меняться, превращаться...

– Что вы делаете?!

– Ломаем четвёртую стену! – крикнул Флаффи-младший. – Окончательно!

Портал взорвался тысячей осколков. И каждый осколок стал окном. Окном между мирами.

Я увидела свою квартиру. Но теперь на стене висела картина – вид на Пиратскую бухту. На полке стояла фигурка танка с розами. А на диване сидел...

– Граф?!

– Мы можем приходить к тебе! – радостно объявила Овсяна. – А ты к нам!

– Роман стал порталом! – объяснил третий ребёнок. – Каждый раз, когда кто-то его читает, открывается дверь.

Комментарии сверху смешались с голосами снизу:

"Метапроза нового уровня!"

"Я тоже хочу в гости!"

"Ждите, там очередь!"

Я стояла между мирами. Буквально. Одна нога в квартире, другая в романе.

– Так что, – спросила Анастасия-оригинал, – ты остаёшься или уходишь?

– Я делаю и то, и другое, – я улыбнулась. – Буду жить в реальном мире, писать продолжение. И каждый вечер приходить к вам. Это же мой роман. Я могу устанавливать правила.

– Даже правило об отсутствии правил? – уточнил граф-философ.

– Особенно его!

Танк радостно просигналил. Пираты запели. Ниндзя устроили салют из сюрикенов.

– Но это ещё не конец, – сказал я. – Остаётся глава 15.

– Эпилог?

– Нет. Новое начало. Начало истории о романе, который живёт в двух мирах одновременно.

Я шагнула в свою квартиру, села за ноутбук. На экране появились слова:

"Глава 15. Продолжение следует всегда"

И начала печатать, а за спиной, в картине на стене, махали мне мои персонажи. Мои друзья. Моя вторая семья.

Мой живой роман.

_____

Примечание автора: Я пишу это из своей квартиры. Но граф сидит рядом и пьёт чай (сегодня не четверг, так что он не вампир). Овсяна учится пользоваться микроволновкой. Танк припарковался во дворе и пугает соседей. Это новая реальность – где границы между мирами стёрты. П.С. Издательство "Серьёзная Литература" в шоке. Эксперементал в восторге. П.П.С. Драконо-овсяные дети открыли турагентство "Путешествия между строк". Первый тур – "Выходные в сюжетной дыре". Распродано.

Глава 15. Продолжение следует всегда

Три месяца спустя

– Доброе утро, Инна! – граф постучал в дверь моей реальной квартиры. – Я принёс круассаны из главы 7!

– А я кофе из Пиратской бухты! – добавила Анастасия-бариста (новая версия, появилась после открытия кофейни в романе).

Я открыла дверь. Это стало нашей традицией – завтрак по пятницам с персонажами. По понедельникам я ужинала в романе. По средам мы устраивали книжный клуб на границе миров.

– Как продвигается новая глава? – спросил граф, раскладывая завтрак.

– Сложно. Читатели хотят свадьбу Овсяночки и того ниндзя.

– Но ей всего три месяца!

– В драконо-овсяно-человеческих годах ей уже 25. Не спрашивай, как это работает.

Мой ноутбук пиликнул. Новое сообщение от Экспериментал:

"Поздравляем! Ваш интерактивный мета-роман признан литературным феноменом года. Приглашаем на церемонию награждения. P.S. Можете взять с собой персонажей, мы уже привыкли."

– Награда! – граф захлопал в ладоши. – Нужно сказать всем!

Он открыл окно и крикнул в портал:

– СОБРАНИЕ В ГЛАВЕ 10! ВАЖНЫЕ НОВОСТИ!

Большой зал, глава 10

Я стояла перед всеми версиями всех персонажей. За три месяца их стало ещё больше. Появился граф-повар, Анастасия-космонавт, и почему-то Мистер Флаффи-рэпер.

– Друзья! Нас номинировали на премию!

Зал взорвался аплодисментами. Танк выстрелил конфетти из дула. Ниндзя устроили световое шоу.

– Но это не главная новость, – я продолжила. – Экспериментал хочет экранизировать наш роман!

Тишина.

– Как... как это возможно? – спросила Овсяна. – Мы же постоянно меняемся!

– Они хотят сделать интерактивный сериал. Где зрители голосуют за развитие сюжета в реальном времени.

– Но кто нас сыграет? – граф-актёр выглядел взволнованным.

– Вы сами! Они хотят, чтобы вы играли себя!

Комментарии сверху (да, они всё ещё были) взорвались:

"СЕРИАЛ!"

"Графа должен играть только граф!"

"Танк в кино!"

"Оскар за лучшую овсянку!"

Драконо-овсяные дети (теперь выглядящие как тридцатилетние) переглянулись:

– Мам, – сказал третий ребёнок (он наконец выбрал имя – Квант). – Это значит, мы станем ещё реальнее?

– Вы и так реальны.

– Нет, я имею в виду... Если нас будут смотреть миллионы, если актёры будут нас играть, если о нас будут писать фанфики...

– Мы размножимся! – закончил Флаффи-младший. – Станем культурным феноменом!

– Мемом! – добавила Овсяночка.

Кастинг абсурда

Кастинг проходил в главе 6, в бальном зале. Режиссёр – молодая женщина с розовыми волосами – выглядела так, будто ничто её уже не удивит.

Она ошибалась.

– Следующий... Мистер Флаффи?

Дракон размером с пуделя влетел в зал, сделал сальто и выдохнул радугу.

– Я могу делать свои трюки! И у меня есть агент! – он указал на Овсяну.

– Я также представляю интересы всех горничных-клонов, – деловито сказала Овсяна. – Они требуют, чтобы их играла одна актриса. Или семнадцать близнецов.

Режиссёр записала что-то в планшет.

– А кто будет играть танк?

– Я сам! – просигналил танк за окном. – Я уже звезда YouTube! Мой канал "Садоводство для военной техники" имеет миллион подписчиков!

– Это правда?

– Абсолютная. Вчерашнее видео "Как вырастить розы в дуле" набрало три миллиона просмотров.

Репетиция хаоса

– Так, – режиссёр стояла с мегафоном. – Снимаем сцену из главы 4! Инна, ты играешь себя в прошлом. Граф, ты растерян. Анастасия, ты в панике. И... действие!

Граф взял воображаемый ридикюль:

– Я должен чувствовать любовь, но чувствую только экзистенциальный кризис и желание стать философом!

– СТОП! – режиссёр потёрла виски. – Граф, по сценарию ты этого не знаешь!

– Но я же теперь знаю, что не знал!

– Притворись, что не знаешь, что знаешь!

– Но если я знаю, что притворяюсь, что не знаю, то разве я не знаю?

Все графы-философы синхронно закивали, впадая в транс от парадокса.

– Может, снимем свадьбу дракона и овсянки? – предложила я.

– НЕТ! – хором крикнули Флаффи и Овсяна. – Это было интимно!

– Вы женились перед сотней гостей!

– Это другое!

Премьера века

Первая серия вышла в прямом эфире. Мы все собрались в моей квартире – реальной квартире, расширенной магией драконо-овсяных детей, чтобы вместить всех.

На экране появились титры:

"РОМАН, КОТОРЫЙ СЛОМАЛСЯ Основано на реальных нереальных событиях"

– Смотрите, это я! – визжала Анастасия-оригинал, видя себя на экране.

– А это я не понимаю, что происходит! – граф указал на сцену своего пробуждения.

Зрители голосовали в реальном времени:

"Спасти ридикюль!" - 45% "Уронить ридикюль!" - 30% "Превратить ридикюль в дракона!" - 25%

– Превратить в дракона?! – возмутился Мистер Флаффи. – Я уникален!

Рейтинги били рекорды. Твиттер взрывался мемами. "Граф с экзистенциальным кризисом" стал реакцией на любую жизненную проблему. "Я на 73% овсянка" – новый способ описать усталость.

Литературная конференция

Меня пригласили выступить на конференции "Будущее литературы".

Я стояла на сцене, а в зале сидели критики, писатели, издатели. И мои персонажи в первом ряду.

– Что такое "Роман, который сломался"? – начала я. – Это история о том, что происходит, когда автор перестаёт контролировать своё произведение. Когда персонажи получают свободу воли. Когда читатели становятся соавторами.

– Но это же хаос! – крикнул кто-то из зала.

– Да! – я улыбнулась. – Прекрасный, творческий хаос. Где дракон может жениться на овсянке. Где танк выращивает розы. Где граф – вампир по четвергам.

– Это разрушение литературных канонов!

– Это их эволюция, – поправил меня граф-философ из зала. – Литература всегда была живой. Мы просто сделали это буквальным.

Критики записывали, фотографировали, твитили. Овсяночка раздавала автографы (отпечатки овсяных хлопьев). Квант искривлял реальность, создавая спецэффекты.

Обычный вечер в необычном мире

Вечером я сидела дома. На диване рядом – граф с ноутбуком, пишет философский трактат "О природе существования вымышленных существ в реальном мире". На кухне Овсяна учила мою реальную соседку готовить себя (это было странно даже по нашим меркам). За окном танк поливал клумбу.

Мой телефон пиликнул. Сообщение от мамы:

"Дочка, смотрела твой сериал. Граф очень милый. Это серьёзно?"

Я посмотрела на графа. Все четырнадцать версий синхронно подняли головы и улыбнулись.

– Мама спрашивает, серьёзно ли у нас, – сказала я.

– Настолько серьёзно, насколько могут быть отношения между автором и персонажем, который существует в четырнадцати версиях и по четвергам становится вампиром, – ответил граф-оригинал.

– Это перебор даже для нас, – заметила Анастасия-сваха из кухни.

Я рассмеялась и написала маме:

"Всё сложно. Приезжай в гости, познакомлю со всеми версиями."

Финал, который не финал

Я дописывала эту главу. Пятнадцатую. Финальную. Но разве можно закончить историю, которая живёт своей жизнью?

– Что пишешь? – Флаффи-младший заглянул через плечо.

– Финал.

– Но мы же продолжаем существовать!

– Конечно. Просто эта конкретная история подходит к концу.

– А потом?

– Потом будет новая. И ещё одна. И ещё. Пока есть читатели, пока есть воображение, пока вы хотите жить.

Квант материализовался рядом:

– Знаешь, мам, я понял смысл всего этого.

– Да?

– Мы доказательство того, что истории реальны. Может, не физически. Но эмоционально, ментально, духовно – мы существуем. И влияем на мир.

– Когда ты стал таким мудрым?

– Я же на треть овсянка, треть дракон и треть загадка. Мудрость где-то в последней трети.

Я дописала последнее предложение. Поставила точку.

Но тут же добавила:

"Продолжение следует..."

Потому что как иначе? Это же роман, который сломался. Он не может просто закончиться. Он продолжается в каждом читателе, в каждом фанфике, в каждом "а что, если?"

Граф обнял меня (версия номер пять – самая романтичная):

– Спасибо. За то, что позволила нам сломаться. И стать настоящими.

– Спасибо вам. За то, что сломали меня. И сделали настоящим автором.

Где-то в главе 9 всё ещё играла свадьба. В главе 11 создавались новые версии. В главе 4 кто-то снова попадал в роман.

История продолжалась.

Всегда продолжалась.

____

КОНЕЦ?

Заключительное примечание автора: Если вы дочитали до сюда – поздравляю! Вы пережили самый странный роман в истории. Спасибо, что были с нами в этом путешествии. П.С. Граф просит передать, что если кто-то хочет философскую консультацию, он принимает по четвергам (когда не вампир). П.П.С. Овсяночка и тот ниндзя всё-таки поженились. Свадьбу проводил легионер Марк Аврелий, у него уже есть франшиза. П.П.П.С. Это не конец. Это просто пауза перед следующей главой. Потому что истории никогда не заканчиваются. Они просто ждут, когда их расскажут снова.

С любовью, Инна и вся команда романа, который сломался

ДО ВСТРЕЧИ В СЛЕДУЮЩЕЙ ИСТОРИИ!