Факультет Russian folk

Глава 1

Глава 1.

Академия Мифов пахла не серой, не старыми книгами и уж точно не волшебной пылью. Она пахла влажным асфальтом после дождя, дешёвым кофе из автомата в холле и чем-то неуловимо электрическим, как перед грозой.

Ваня поправил рюкзак, который вдруг показался ему неподъёмным грузом грехов. Четырнадцать лет. Светлые волосы, которые предательски торчали вихром на макушке, несмотря на все попытки укротить их гелем. Голубые глаза, в которых сейчас читалось примерно столько же решимости, сколько в глазах хомяка, оказавшегося в клетке с удавом. И веснушки. Много веснушек. Они рассыпались по носу и щекам, словно кто-то случайно чихнул корицей.

— Спокойно, — прошептал он себе под нос. — Ты просто идёшь на урок. Обычный урок. Просто вместо алгебры у тебя заклинания вызова домовых, а вместо физры — бег от лешего. Ничего страшного.

Он шагнул через порог главного корпуса.

Внутри было шумно. Шумно так, что звенело в ушах. Сотни подростков толпились в просторном атриуме, где под стеклянным куполом лениво плавали облака, имитирующие небо над Москвой. Но Ваня смотрел не на небо. Он смотрел на людей. Или, вернее, на их одежду.

Правило номер один Академии: никаких мантий. Мантии были скучными, неудобными и, по мнению совета директоров, «морально устаревшими». Вместо этого каждый факультет имел свой дресс-код, стилизованный под культурный код изучаемой мифологии.

Ваня прищурился, включая режим социального радара.

Слева прошла группа парней в строгих чёрных костюмах с золотыми вышивками в виде узлов. Скандинавский факультет. Выглядели они так, будто только что вышли с совещания совета директоров «НордСтальИнвеста». Серьёзные, хмурые, наверняка обсуждали рунные вязи и то, как правильно делить добычу с драконами.

Справа, громко смеясь, протискивались ребята в ярких пёстрых рубахах и широких шароварах. Факультет восточных сказок. От них пахло специями и свободой. Один из них жонглировал тремя горящими факелами, пока другой пытался продать кому-то «настоящий ковёр-самолёт со скидкой».

Но Ваню интересовало другое. Он искал своих.

Русский фольклор.

В толпе их было видно сразу. Не потому, что они выделялись яркостью или громкостью. Наоборот. Они сливались с фоном, как серые мыши в амбаре. Девочки в простых льняных платьях с вышивкой красными нитями, мальчики в сапогах или обычных брюках, но обязательно с каким-нибудь странным аксессуаром: поясом из бересты, серьгой в виде когтя медведя или заколкой в форме жар-птицы.

«Пуффендуи», — мысленно усмехнулся Ваня. Хотя нет, это сравнение было бы обидным для пуффендуев. Те хотя бы ценились за верность. Русский фольклор в Академии был как старый диван на даче: надёжный, немного потрёпанный, все о нём знают, но никто особо не хвастается, что сидит именно на нём.

И тут Ваня увидел их.

Троица девочек шла по центру атриума, расчищая путь одним лишь взглядом. Белые туники, драпированные так сложно, что казалось, будто ткань держится силой мысли. Золотые сандалии на высоких каблуках. Волосы, заплетённые в сложные косы с вплетёнными золотыми нитями.

Древнегреческая мифология. Местный Слизерин, только без змей и с большим количеством гламура.

Они выглядели так, будто сошли с фрески, которую забыли стереть ластиком времени. Высокие, уверенные, с лицами, выражающими лёгкое презрение ко всему, что не являлось олимпийским богом.

Ваня инстинктивно прижался к колонне. Ему нужно было пройти мимо них к расписанию на стене. Путь был кратчайшим, но опасным.

— Эй, ты! — раздался звонкий голос.

Ваня замер. Он медленно повернул голову. Одна из троицы, самая высокая, с волосами цвета спелой пшеницы и глазами, в которых плескалось холодное море, указывала на него пальцем с идеальным маникюром.

Это была Мерида. Все знали Мериду. Даже новички. Говорили, что её прабабка лично спорила с Афиной насчёт стратегии Троянской войны и выиграла.

— Ты с какого факультета? — спросила она, подходя ближе. Её подруги хихикнули, как стая чаек.

Ваня моргнул. Его мозг, обычно работающий как швейцарские часы, дал сбой.

— Э-э-э... — начал он.

— Ты новенький, да? — перебила Мерида, склонив голову набок. — Я вижу по твоей... одежде. Ты что, заблудился? Факультет русского фольклора в другом крыле. Там, где пахнет сыростью и лаптями.

Она сказала это не злобно. Скорее с искренним недоумением, как взрослый объясняет ребёнку, почему нельзя есть снег.

Ваня почувствовал, как кровь приливает к лицу. Веснушки, наверное, стали ярко-красными. Внутри него поднялась волна раздражения. Лапти? Сырость? Он сдал тест с максимальным баллом за всю историю Академии. Он знал наизусть все вариации заклинания «Кот Баюн» и мог отличить кикимору от болотницы по запаху. Но внешне он всё ещё стоял, сутулясь, и выглядел как испуганный воробей.

— Я знаю, куда идти, — сказал Ваня. Голос вышел тише, чем он планировал, но твёрже.

Мерида удивлённо вскинула бровь.

— Ого. Ответ есть. А знаешь ли ты, что твоя аура пахнет... ну, не знаю, печкой? Это нормально для вашего факультета? Мы вот используем амброзию. Она пахнет успехом.

Её подруги снова захихикали.

Ваня вздохнул. Глубоко. Он посмотрел Мериде прямо в глаза. Не вызывающе, не агрессивно. Просто спокойно, как человек, который только что понял, что спорить с ветром бессмысленно, но можно хотя бы не мокнуть под дождём.

— Успех пахнет потом и нервным тиком, — произнёс он сухо. — А печка пахнет домом. Так что извини, если моя аура кажется тебе слишком уютной для твоих высоких стандартов.

Он развернулся и пошёл дальше, не дожидаясь ответа. Сердце колотилось где-то в горле, но ноги несли его уверенно.

За спиной воцарилась тишина.

Мерида осталась стоять с открытым ртом. Она моргнула раз, другой. Потом посмотрела на своих подруг.

— Что... что он имел в виду? — спросила она тихо. — Я что-то не так сказала? Я же просто констатировала факт про запах.

Рядом с ней остановилась девушка, которая до этого момента молча наблюдала за сценой. Она была одета в простое платье из грубого льна, перевязанное красным поясом. На голове у неё был платок, завязанный таким образом, что казалось, будто он сам держится на волосах благодаря силе традиции.

Это была Василиса. С факультета русского фольклора.

— Забей, Мер, — сказала Василиса, положив руку ей на плечо. — Мальчишки с нашего факультета всегда такие. Странные. Они думают, что если прочитают три тома былин, то станут мудрее Зевса.

— Но он же даже не посмотрел на меня! — возмутилась Мерида, поправляя идеальную складку туники. — Я ведь красивая, правда? Я сегодня специально надела эту новую драпировку.

— Ты красотка, конечно, — вздохнула Василиса. — Но для них красота — это когда берёза ровно стоит и месяц в небе круглый. Ты для них слишком... яркая. Слишком греческая. Пойдём, опоздаем на ритуал призыва ветра.

Мерида надула губы, но пошла следом, всё ещё оглядываясь на спину Вани, который уже растворялся в толпе.

Ваня свернул за угол и только тогда позволил себе выдохнуть. Руки слегка дрожали.

«Успех пахнет потом и нервным тиком», — повторил он про себя. Звучало пафосно? Да. Глупо? Возможно. Но сработало? Похоже, что да.

Он прислонился к холодной стене и закрыл глаза.

Как он вообще сюда попал?

Всё началось три месяца назад, когда он нашёл в библиотеке пыльную книгу «Основы бытовой магии славянских народов». Не учебник. Не справочник. Просто сборник заметок какого-то сумасшедшего этнографа XIX века. Ваня прочитал её за ночь. Потом ещё раз. Потом начал пробовать.

Сначала ничего не получалось. Потом зажглась свеча без спичек. Потом кот начал говорить человеческим голосом (правда, только матом и только по понедельникам). А потом пришёл тест.

Тест вступительный в Академию Мифов.

Ваня помнил тот день. Кабинет, строгий экзаменатор с лицом, похожим на сушёный гриб, и лист бумаги с вопросами, которые казались бессмыслицей: «Опишите алгоритм уговора русалки вернуть утопленный ключ» или «Какой ингредиент лучше всего нейтрализует действие порчи, наведённой через недоеденный пирожок?».

Ваня писал быстро. Интуитивно. Он не зубрил ответы. Он их чувствовал. Когда он сдал лист, экзаменатор посмотрел на него поверх очков, потом на лист, потом снова на него.

— Сто двадцать восемь баллов из ста пятидесяти возможных, — сказал он тогда. — Рекорд. Предыдущий рекордсмен, кстати, сейчас работает иллюзионистом в Лас-Вегасе. Поздравляю. Вы приняты на факультет Русского Фольклора.

Гордился ли Ваня этим?

В глубине души — да. Там, где никто не видел, он позволял себе маленькую ухмылку. Он был лучшим. Он понимал эту магию. Она была не громкой, не эффектной, как молнии Зевса или руны Тора. Она была тихой. Как шёпот ветра в трубе. Как скрип половицы ночью. Как запах хлеба из печи.

Но показывать это наружу? Нет. Спасибо.

Ваня открыл глаза. Коридор перед ним был пуст. На стене висела табличка: «Факультет Русского Фольклора. Кабинет 304. Преподаватель: Кощей Бессмертный (зам. по учебной части)».

Ваня усмехнулся. Кощей. Конечно. Кто же ещё будет учить детей жизни?

Он поправил рюкзак, расправил плечи и шагнул вперёд. Первый день. Первая глава. И, судя по всему, скучной она не будет.