Еще кофейку, господин сыскарь?

Глава 1. Магия призыва

Очертания магического круга и рунические надписи выглядели немного коряво из-за дрожащих рук. Еще бы! То, что я сейчас собиралась сделать, было незаконно. Если меня поймают, могут навсегда лишить магии. Если! Надеюсь, я всё предусмотрела: защитный купол над домом установила, рассеиватель магических выбросов распылила. Конечно, в Министерстве уловят разрыв материи и мощный поток энергии, но место со стопроцентной точностью определить не смогут. Тут я уверена. Не зря окончила Академию Волшебства и Прикладной Магии с отличием.

Но то, что я с блеском защитилась и владею магией третьего уровня, не помогло мне получить лицензию на право владения фамильяром. А я очень хотела получить своего фамильяра. Увы, магистр лицензионной комиссии меня завалил только за то, что я случайно выставила его племянницу не в лучшем свете перед экзаменационной комиссией. Если бы я только знала, кем являлся ее дядя. Обидно, что подать повторное заявление я смогу только через год.

Вот год ждать не хотела. Я знала ритуал призыва и решилась провести его дома. Тайно. И буду скрывать его, пока не получу лицензию. Да и в принципе ее никто не спрашивает на каждом углу. Просто я немного нарушу протокол. Сначала фамильяр — потом разрешение. Никто не узнает.

Готовилась тщательно. Раздобыла все ингредиенты, создала защиту и дождалась удобного момента — ближайший сосед отбыл на какую-то конференцию на несколько дней. А домик напротив уже давно пустовал. Теперь даже свидетелей моего преступления нет.

Я снова внимательно проверила место призыва. Иероглифы внутри круга и руны за его пределом начерчены верно, ловушка над ним расставлена, зелье на плите закипает. Единственное, что меня смущало, что пришлось чуть отступить от инструкции в приготовлении зелья Фамуса. Увы, достать листья синего строписа в лекарской лавке без рецепта было невозможно, а собирать его надо в определенное время. И сейчас не сезон. Зато фиолетовый лактус рос везде, словно сорняк, и был очень схож своими свойствами со строписом.

Зелье пенной шапкой поднялось над ковшиком. Я торопливо сняла посуду с огня и, когда пена осела, добавила растертый лист лактуса. Затем плеснула темно-синюю жидкость в магический круг.

Да! Иероглифы заиграли золотистым отблеском один за другим. Это был хороший знак. Через пару секунд весь орнамент сиял ровно и ярко. Можно было переходить к следующему этапу. Я стала посыпать образовавшийся рисунок растолченными зёрнами кофе. Это тоже было маленьким компромиссом с моей стороны, ибо требуемые в ритуале зёрна лофе стоили три моих стипендии за пятидесятиграммовый мешочек. А по сути плоды лофейного дерева отличались от кофейного лишь более насыщенным и благородным вкусом приготовленного из них напитка. Ну и росло дерево только в одном южном графстве нашего королевства.

Посыпая круг призыва, я напевно проговаривала слова заклинания. Коричневая дымка, зародившаяся над рисунком, густела и разрасталась. Когда она превратилась в плотный туман, засветились руны, расположенные по окружности. Это значило, что фамильяр уже материализовался и только магия рун не давала ему сбежать. Я набросила сверху сетку. Теперь существо точно было в ловушке. Я быстро уколола палец и капнула каплю крови прямо в центр круга для привязки фамильяра.

И тут случилось то, чего я совсем не ожидала. Туман стал расти с невероятной скоростью и темнеть. Из красивого шоколадного цвета он окрасился сначала в фиолетовый, а затем в темно-красный. Заполнил половину комнаты и… взорвался! С оглушающим хлопком, разбрызгивая липкую субстанцию. Оглушенная и дезориентированная, я оглядела комнату и побледнела. Выплеск энергии с такой силой точно не останется незамеченным. И через считанные минуты маги из министерства будут на моей улице.

Поднявшись на ноги и слегка пошатываясь, первым делом я поставила на огонь котелок с водой и побросала в него с десяток разных ингредиентов. Вода реагировала на соприкосновение с каждым из них: меняла цвет, бурлила и пенилась. Следующим этапом было быстро убрать комнату, смыв со стен, потолка и пола следы запретного магического ритуала. Призвав на помощь стихии воды и воздуха, создала небольшие водяные смерчи, которые тут же принялись кружить, смывая с поверхностей красную жижу.

Анализировать, что я сделала не так, буду потом, главное было скрыть следы до прихода комиссии. Пришлось даже усмирить свое любопытство относительно вызванного фамильяра и, просто накрыв его большой вязаной салфеткой, сунуть в ближайший кухонный шкаф. Ну как сунуть. Весил мой неопознанный друг, как наполненный зельем до верха чугунный котелок размера «В». Да и на ощупь был таким же твердым. И что же там за зверь?!

Помыслить в этом направлении не дал закипевший на огне котел. Медлить было нельзя. Уже доносились отдаленные глухие хлопки. Это министерские деплассируют в конце улицы. Последний штрих — я бросила в кипящую воду мучной шарик, пропитанный соком молочной кувшинки. Как только шарик коснулся жидкости, произошел еще один, но уже санкционированный взрыв. Комнату и меня облепило белым налетом. А в дверь настойчиво постучали.

Глава 2. Бездарная волшебница с большими амбициями

Несколько раз глубоко вздохнув, заставила себя перестать дрожать и, приоткрыв дверь, высунула нос. Обдав удивлённым взглядом незваных гостей на моём пороге, пискнула: — Здрасьте. Чем могу помочь?

— Флиетта Кревас?

Только кивнула, и мне к носу тут же сунули несколько корочек со словами:

— Мы из Министерства магии и чародейства.

Я приоткрыла чуть шире дверь и явила себя во всей красе.

— Что-то случилось? Простите, не зову вас в дом, у меня там жуткий беспорядок.

— А мы настаиваем, — буркнул один из министров и дернул дверь так, что я чуть не вывалилась на дорожку.

Пока я цеплялась за ручку, чтобы не упасть, и восстанавливала равновесие, министерские крысы бесцеремонно вломились в мое жилище. Злость помогла мне окончательно взять себя в руки. Войдя следом, я уперла руки в бока и процедила:

— К чему такая грубость? Скажите уже, в чем дело?

Все трое министров уставились на меня так, словно я прокляла их любимых тетушек.

— Сколько тебе лет? — недовольно фыркнула флау, единственная женщина среди проверяющих. — Глупо уже прикидываться наивной девицей. Ты не могла не слышать хлопок с силой в десять уровней. Что говорит об использовании чародейства, запрещенного в частном порядке.

— Вы правы, взрыв был, но не десятого уровня и уж конечно не от запрещенной магии, — и созналась, и опровергла обвинение одновременно. — Я неверно рассчитала дозу, и моё зелье взорвалось. Это была всего-навсего микстура роста для мандрагорского топинамбура. Я готовлюсь к собеседованию в Ботанический Центр Изучения Привозных Культур. Это моя специализация. Я закончила Магакадемию по направлению травология и зельеварение.

— Видно, плохо учились, раз не знаете элементарных правил. Лунная фасоль, мука, сок молочной кувшинки и мята всегда дают взрывной эффект.

— Корявый тис, — наигранно простонала я. — Забыла погасить мяту перцем и перепутала лунную фасоль с блинной.

Крепкий мужчина со светлыми волосами и карими глазами презрительно фыркнул:

— Да вы абсолютно бездарная волшебница с большими амбициями. Из гашеной перцем мяты никогда не получится перечная. Которая, кстати, еще больше не любит сок молочной кувшинки.

— Или чрезмерно одаренная, — задумчиво оглядывая кухню, опроверг слова блондина другой маг с бледным лицом, белыми волосами, водянисто-серыми глазами и длинным острым носом.

— Что ты хочешь сказать, Грисель? Ты что-то обнаружил? — тут же сделала стойку флау.

— Увы, следы, если они и есть, то сильно затерты мучной россыпью, а магический фон искажен.

— Надо обыскать дом, — деловито предложил блондин.

— Несомненно. Аелиция, проверь другие комнаты, Сагарус, а ты улицу. Я осмотрю кухню.

Моя выдержка могла дать сбой в любой момент. Что будет обыск, я не сомневалась, но то, что на кухне остался именно остроносый, пугало. Этот флэй откопает даже то, чего нет. Но помешать этому процессу уже никак не могла. И с замиранием следила за его действиями.

Маг же даже дожидаться не стал, когда разбредутся по заданным направлениям его коллеги, и сразу приступил к тщательному досмотру. Он приглядывался к стенам, потолку, полу, мебели. Соскабливал белый налет с поверхностей, что-то капал из пробирки пипеткой и оценивал реакцию. А после полез проверять все шкафчики и ящички. Когда открылась дверца, за которой я припрятала то, что притянул магический круг, то почувствовала, как по спине скатилась крупная капля пота. С каждым жестом беловолосого мага мои ноги всё больше становились ватными. Если я сейчас не присяду, то грохнусь, а если упаду, то выдам себя. Бочком продвинулась на пару шагов к столу и плавно уселась на стул. Проверяющий тем временем сдёрнул салфетку и, уставившись на меня, спросил:

— Это что?

Пришлось чуть отклониться в сторону, чтобы рассмотреть то, на что мне указали. А действительно, что это? Железный короб серебристого цвета с рычажками, кнопочками и краниками мне ни о чем не говорил.

— Это… какой-то очень старый артефакт моей бабушки. И, по всей видимости, он сломан. Видите ли, я совсем недавно въехала в дом бабули, да упокоит Ишвар ее кости, и еще не успела избавиться от хлама.

По взгляду белобрысого было видно, мне не поверили. Маг приподнял неопознанный предмет, повертел и поставил на место. Едва я успела выдохнуть, как к нам присоединились его коллеги из министерства.

— Ничего, — вяло и недовольно заключила флау Аелиция.

— На улице тоже чисто, — отчитался и флэй Сагарус. — Правда, многие дома на данный момент пустуют. Либо кажутся пустыми.

— А ты, Грисель? Хоть ты что-то обнаружил? — с надеждой спросила магиня.

Проверяющий еще раз провел взглядом мою кухню, потом меня и, хмыкнув, произнес:

— Тут определенно что-то есть. Пришлем сюда завтра флэя Дрогфора. Пусть займется этим делом лично.

Флау довольно заулыбалась. Заправив за ухо выбившуюся из строгой прически прядь бледно-сиреневых волос, она принялась опечатывать кухню магическими заклинаниями, чтобы до прихода еще одного проверяющего я ничего не смогла бесследно стереть. Вот же ж корявый тис, предусмотрительные какие.

Удалились министерские служащие так же, как и заявились: внезапно и не прощаясь. Просто деплассировали прямо из кухни с характерными щелчками. А я сползла без сил со стула на пол и заревела. Вот это эмоциональный откат! А ведь к чему-то подобному я и готовилась.

Поразмазав слезы по испачканному лицу еще минут пять, я решительно встала и подошла к открытому шкафчику. Пора было разобраться, что за штуковину мне вместо фамильяра с такой оглушающей помпезностью выплюнул круг призыва.

Глава 3 Глава 3. Редма

Штуковина оказалась достаточно весомой. Видно, в панике я не обратила на это внимания, когда прятала в шкаф. Поставив железную махину на стол, принялась рассматривать ее со всех сторон. Ничего примечательного: металлический корпус с добавлением непонятного материала, железная длинная трубочка, кнопочки с картинками, ящички и очень странный маленький дырявый ковшик. Какой чудной артефакт. Но, увы, неработающий. Обиднее всего было то, что из-за этого куска металла я вляпалась в неприятности по самые уши. С досады стукнула бесполезный предмет по одному из бортиков и почувствовала саднящую боль в ладони.

Так и есть. Оцарапала кожу об отошедший край решетки. Да чтоб тебя, железяка противная! Или… меня… Только я собралась стереть кровь с решетки, как она на моих глазах впиталась в металл. А вдогонку раздалось что-то вроде глухого кашля, одновременно с которым из длинной трубки вырвался пар. Артефакт загудел, затрясся, как-будто слегка раздулся и громко чихнул! В полном потрясении я шагнула назад, уперлась в стул и села. И тут же с визгом подскочила, прячась за тот самый стул. Потому что на металлической штуковине появились рот, нос и глаза. Два светло-карих яблока не моргая уставились на меня. А я на них.

— За́о шанг ха́о, — зевая, произнес артефакт.

— Чего? — переспросила неуверенно.

— Хм… Доброе утро, то бишь, — без особого желания пояснила железяка.

— Вообще-то вечер. Даже уже ночь, — зачем-то заспорила я.

— А, — лениво бросила штуковина. — Не важно. Давай знакомиться, хозяйка.

Хозяйка? Если до этого момента я находилась в ступоре и легкой панике, то подобное обращение вселило в меня надежду, что угрозы со стороны артефакта нет. Уже смелее выползла из-за стула и подошла ближе.

— А ты кто? То есть что? — Нет. Всё-таки правильнее будет кто. Я кофемашина РЕДМОНД CM737 и твой фамильяр.

— Ч-чего?

— Чего, чего… Фамильяр я твой. А еще домашняя рожковая кофеварка фирмы Редмонд модель СМ737. Поняла? — Ага, — сначала кивнула головой и затем помотала, — нет.

Кофемашина надулась, выпустила пар через трубочку и проворчала: — Ну что за хозяйка мне досталась…

Повторное упоминание моего статуса подействовало благотворно, и я, уже начиная соображать, а главное, осознавать всю комичность ситуации, подтащила стул, села, закинула ногу на ногу и скрестила руки.

— Значит, я твоя хозяйка, а ты мой фамильяр. Неожиданно, но будем работать с тем, что имеем. Меня зовут Йона Кревас, я волшебница. Маг третьего уровня. А у тебя есть имя?

— Ну я же говорила… — заносчиво протянула машина. — фирма Редмонд, модель…

— Хорошо, Редма, — торопливо перебила эту металлическую трещотку. — Как ты, собственно, собираешься мне помогать? В чем твои способности? Что ты умеешь?

— Варить кофе, — претенциозно заявил мой фамильяр.

— Кофе? — удивленно повторила я, пытаясь уловить суть сказанного. — А зачем варить кофейные зерна?

— Это так говорится — варить, а на самом деле заваривать, пропускать кипяток через помол.

— Ничего не понимаю. Зачем так издеваться над зернами?

Теперь озадаченно смотрела кофемашина.

— А что вы с ними тогда делаете?

— Растираем в ступке и добавляем в различные зелья или используем в ритуалах.

— Как интересно, — протянула Редма немного пафосно и, хмыкнув, скомандовала: — Так! Сыпь зерна сюда, только немного. А в прозрачную колбу сзади воды налей.

На поверхности машины тут же откинулась крышка, открыв воронкообразное углубление. Любопытства ради я, зачерпнув ладонями немного зерен, высыпала в емкость, как было велено. А водой наполовину заполнила прозрачный резервуар. Крышка захлопнулась, и машина начала гудеть. Загорелась панель с картинками. А потом что-то очень сильно затрещало. Я испуганно вскочила, не зная, то ли прятаться, то ли спасать фамильяра.

— Сядь, чего всполошилась, — усмехнулась кофеварка, — я зерна мелю. Чашку подставь.

Через минуту неприятный звук сменился более мелодичным гудением. А вскоре что-то коричневое полилось в мою любимую кружку. Запах был изумительным, впрочем, кофейные зерна всегда ароматно пахли, а вот вид был не очень.

— Пей, пока горячее, — скомандовала машина.

— Я не буду это пить, — возразила, заглядывая в чашку и недоверчиво принюхиваясь.

— Не бойся. Не отравлю. Это вкусно. Ну правда.

Я всё-таки сделала один глоток и скривилась.

— Бе-е-е, горько! Что за гадость?

— Вот же неженка! Сахар есть? Или что-то сладкое?

Более нелепого рецепта я не встречала, но добавила спрессованную сахарную таблетку, размешала и снова опасливо попробовала. Вкус стал мягче, приятнее. Убрал горечь, но и вместе с ним что-то неуловимое, особенное. Чем больше глотков я делала, тем больше проникалась магией этого странного напитка.

— Это и есть кофе?

— Ага. Вообще, существует масса вариаций. Вкус зависит от многого. Можно сделать покрепче или послабее. Добавить молоко, сливки или сиропы. Украсить пенкой или зефирками. Кто-то любит сладкий с сахаром, кто-то горький. Каждому своё. Но абсолютно все влюбляются в него.

— Так уж и все, — хмыкнула, не сдержавшись.

— Кто не любит кофе, тот просто не понимает всей прелести. Пусть пьёт компот, — ворчливо закончила Редма.

Я скрыла смешок, уткнувшись в чашку. А потом обречённо вздохнула.

— Не знаю, как ты можешь мне пригодиться, но напиток и правда замечательный.

Машина заулыбалась и тихо заурчала, словно сытый кот. А потом битых полчаса объясняла принцип кофеварения и устройство всего своего механизма, заставляя правильно называть вещи: холдер или рожок, а не ситечко с палкой, трихтер или дозирующее кольцо для холдера, а не металлический браслет. Ну и рецепты различные поведала. Спать я ложилась слегка возбужденная. Надо же. А ведь у меня получилось! Я призвала фамильяра! Правда, странного немного. Видно, не стоило заменять синий стропис на фиолетовый лактус, а лофейные зерна на кофейные. Вот и приманилась кофемашина. Мысли мои крутились вокруг Редмы, и я совсем забыла о завтрашнем визите министерского мага, что будет проводить расследование. А зря!

Глава 4. Исповедь несчастной волшебницы

Меня разбудил дверной колокольчик, который настойчиво и очень раздражающе звенел уже некоторое время. С трудом открыв глаза, я ворчливо накинула халат поверх смешной пижамы с зелёными грибочками, сунула ноги в домашние туфли и наконец открыла дверь, выражая всем своим видом недовольство от столь раннего визита. Однако спесь слетела в одну секунду, едва мужчина заговорил.

— Игнорирование и препятствование следствию только усугубляет положение флиетта.

— Простите! — выпалила и впустила мага. — Я вчера очень поздно уснула.

— Уничтожали следы? — хмыкнул сыскарь.

— Я бы поддержала шутку, но боюсь, она обернется против меня же.

Мужчина снова хмыкнул и с интересом оглядел кухню. Потом сел за стол, достал пачку скрепленных между собой одинаковых прямоугольных пергаментных листов и магическое перо, пишущее без чернил.

— Меня зовут Ройс Бигли. Глава сыскного отдела магического департамента. Для чего я здесь, вы знаете. Поэтому давайте не будем терять время, я готов записать ваше признание со всеми подробностями.

Несмотря на холодок, пробежавший вдоль спины и осевший на кончиках пальцев рук и ног, я натянуто улыбнулась. Еще и поморгала удивлённо для верности.

— Признание чего?

— Всего, — шумно выдохнул маг.

А тоже сделала громкий вдох-выдох, села напротив и принялась исповедоваться, придав голосу самые печальные интонации, какие смогла изобразить:

— Ах, если бы я только знала, к чему это приведет. Я думала… Нет, я была уверена, что всё знаю. Ведь я окончила академию с отличием. Красный диплом с золотой ленточкой на корочке и медаль. И рекомендации хорошие. Но без опыта всё равно тяжело устроиться на работу. Вот я и решила перед собеседованием потренироваться. Очень хотелось произвести впечатление. И вот произвела. Только не на профессора, главу Ботанического центра, а весь магический департамент. Казалось бы, какая мелочь: кувшинка, фасоль и мята, а вышло вот.

Закончив рассказ, я шмыгнула и обвела рукой белые стены. А потом взглядом уперлась в сыскаря. Сидевший напротив мужчина был хорош собой: высокий рост, ходощавый, благородные черты лица, кареглазый шатен. И этот привлекательный маг сейчас всем своим видом показывал, что думает о моём признании и обо мне в целом. Кажется, я была не очень убедительной.

— Значит, не хотите говорить правду, — спокойно произнес флэй Бигли, отложил писчие принадлежности и поднялся.

— Это правда, даже если вы не хотите верить, — возразила, но была прервана небрежным жестом.

Я с беспокойством следила за его действиями. Маг, как и флэй Мориш, поскреб стены, покапал фиолетовой жидкостью на столешницу, рассмотрел с помощью лупы реакцию. Подошел к столу и что-то отметил в своих скрепленных листах. Затем рукой показал, чтобы я встала. Стоило мне подняться, как сыскарь рывком отодвинул стол в сторону и ногой отпихнул небольшой круглый коврик. Мое сердце принялось выстукивать ритм ритуального танца древних ведьм. Если он под белым налетом разглядит хоть намек на круг призыва, то всё поймет.

Потратив на изучение и анализ пола не менее десяти очень долгих минут, маг поднялся, хмыкнул и снова что-то записал на листах. Его хитрый взгляд не сулил ничего хорошего. Подтащив стул к сдвинутому столу, мужчина сел, небрежно закинул ногу на ногу и скрестил руки. Я тоже медленно села прямо посреди комнаты, там, где стоял мой стул, поскольку ноги отказывались меня держать.

— Флиетта Кревас, даже беглый осмотр показал, что здесь было не простое хулиганство с использованием мучных шариков. Какое именно запрещенное таинство вы тут совершали, поможет выяснить анализ взятых образцов. Это всего лишь вопрос времени.

— Я не совершала ничего незаконного, — упрямо повторила дрожащими губами.

— Хорошо. Подождем. А это что? — Палец сыскаря указал на кофемашину, накрытую кружевной салфеткой.

— Ничего. Так, старый артефакт.

— Покажете?

Вопрос прозвучал так, словно у меня был выбор и право отказать. Я подошла к тумбе и сдёрнула салфетку. Слава всем богам, Редма никак себя не проявляла. Вчера я успела её предупредить о ситуации, в которую попала.

— Для чего это?

— Это очень старый артефакт. Остался от бабушки. Я сама с ним не разобралась до конца.

Маг неожиданно поднялся и принялся рассматривать находку: приподнял, поставил, повертел, постучал, заглянул в ящички и некстати спросил:

— Вы позволите осмотреть дом?

Я кивнула, будто бы могла отказать. Впрочем, поиски в доме, кроме кухни, меня не волновали. Там не было ни улик, ни намёков. Пусть ищет. И тут Редма за моей спиной выдала струйку пара с тихим пш-ш-ш. Я резко обернулась, выпучив глаза.

— Мы же договаривались!

— Предложи ему кофе, — в ответ на мое шипение прошептала кофемашина.

— Что?!

— Предложи ему кофе. Расположи его к себе.

— А если ему не понравится?

— Рискни.

Рискнуть? Да я и так хожу по краю пропасти! А если, сварив напиток, я еще больше выдам себя? Редма сошла с ума!

— С кем вы разговариваете?

Голос сыскаря из соседней комнаты заставил меня вздрогнуть. Вот ведь какой отменный слух!

— Ни с кем. Я часто болтаю сама с собой. Когда живешь один, не замечаешь, как приобретаешь эту вредную привычку.

— Да? Не замечал за собой, — съязвил маг, вернувшись в кухню.

— Вы тоже живёте один? — решила поддержать беседу, а заодно прощупать мужчину.

— Если вас интересует моё семейное положение, то я не женат. И не был. Детей, соответственно, тоже не имею.

— Флэй Бигли, а хотите кофе? — рискнула я, чувствуя, что делаю шаг в пропасть.

Глава 5. Шаг в пропасть

Министерский маг взглянул на меня, не скрывая удивления.

— Вы хотите дать мне кофейных зерен? Зачем? Странный способ подкупить должностное лицо.

— О нет! Что вы! Какой подкуп?

Без лишних слов я сыпанула в кофемолку зерна и налила в резервуар воды на две порции. Сыскарь с интересом наблюдал за моими действиями, но никак не комментировал. По конструкции молотое кофе сразу попадало в установленный заранее рожок, и далее в дело вступала нагретая градусов до 90-95 вода. Проходя сквозь помол, она ароматной коричневой струйкой стекала в чашку. А разделяющая насадка позволяла наполнять одновременно сразу две чашки.

Через пару минут на столе перед магом стояли две кружки с кофе, блюдечко с сахарными таблетками и ради эксперимента кувшин с молоком. Пока мужчина раздумывал пить или не пить, я обхватила свою кружку и сделала глоток. Моему примеру последовал и флэй Бигли. Сомнение на его лице сменилось сначала скепсисом, потом разочарованием.

Я быстро взяла еще одну пустую чашечку, отлила в нее небольшое количество напитка из кружки мага, добавила ровно половину сахарной таблетки, размешала и снова протянула мужчине.

— А так?

Флэй Бигли попробовал, посмаковал оставшийся на языке вкус, сбил его горьким кофе из первой чашки. И всё это проделал молча. Почти не переставая сверлить меня оценивающим взглядом. Мне, конечно, было неуютно под этим контролем. Но еще больше раздражало его безмолвие. Вот что там у него в голове? О чем думает? Какие доказательства уже готов предъявить?

Мысленно дав себе пинка не раскисать, плеснула молока в кофе и неспешно отпила. Эксперимент оказался удачным. Вот это сочетание пока оказалось для меня самым идеальным. Я даже глаза прикрыла и промычала с блаженной улыбкой. Чем зацепила мага. Мужчина без стеснения потянулся ко мне через весь стол и отхлебнул прямо из моей кружки. И наконец заговорил, выводя меня из ступора.

— Пожалуй, без сахарных таблеток и молока самый лучший вариант кофе, хоть и горьковато.

— Да? А мне вот с молоком понравилось.

— Расскажите мне об этом чудесном артефакте.

Вот я и попала! Зря послушалась Редму. Только ненужное любопытство вызвала.

— Я и сама мало что знаю. Только на днях поняла, как он работает.

— Это же ценная находка. Вы можете разбогатеть. Зачем вам работа в Ботаническом центре, когда лучше иметь свою кофейную лавку?

Хитрый прищур сыскаря мне нравился. Не просто так он задает каверзный вопрос.

— Ой, что вы! — всплеснула я руками. — Ну какой из меня лавочник? Я совсем не смыслю в торговом деле. Другое дело — зельеварение, травоведение, алхимия. Именно на это я и училась. А кофе… Кофе я вас так напою. По доброте и дружбе. Еще чашечку?

— Не откажусь. Но прежде отлучусь на минуту.

Только мужчина поднялся, как с улицы донесся крик:

— Обокрали! Обокрали!

Мы с флэйем Бигли переглянулись и бросились на зов.

— Останьтесь, флиетта Кревас. Это может быть опасно, — бросил на бегу маг.

— Ни за что! Тем более это кричит моя соседка, — не согласилась, выскакивая следом из дома.

Флау Редхес металась у своего дома, размахивала руками и завывала:

— Помогите! Обокрали!

— Что случилось, флау Редхес? — остановила старушку, вцепившись в неё.

Флау нервно оглядела меня и моего спутника, не решаясь заговорить при постороннем.

— Всё в порядке, вы можете доверять нам. Меня вы знаете, а это — глава сыскного отдела Министерства магии.

— Ройс Бигли, — представился сыскарь.

— Ох, Йона! Какие у тебя связи, деточка! — восторженно заявила соседка. — Берта Редхес.

Я открыла рот и тут же закрыла. Не объяснять же, что нас действительно связывает с магом. Но помощь старушке оказать надо.

— Флау Редхес, идемте ко мне.

— Только сначала проверим дом. Вы не против, флау Редхес? — притормозил мой порыв флэй Бигли.

— Берта. Зовите меня Берта, молодой человек, — залебезила флау и поманила нас за собой.

— Так что произошло? — настоял на рассказе сыскарь, достав свою стопку скрепленных пергаментов.

— Я провела эту ночь у своей подруги, флау Давиль, а вернувшись, обнаружила вот это.

Потерпевшая толкнула входную дверь и указала на беспорядок. Маг промолчал, а вот я сочувственно промычала. В доме, начиная с порога, царил хаос: вещи разбросаны, мебель сдвинута. Я кинулась помочь и поднять перевернутый стул, но маг, поймав меня за руку, скомандовал:

— Ничего не трогайте, флиетта. И не следите, пожалуйста. Берта, что-то пропало из дома?

— Да! Драгоценности, дневник моего покойного мужа, пара безделушек и портрет свекрови.

— Вы уже проверили и уверены в пропаже?

— Да. Вы не представляете, что я испытала, вернувшись домой. Увидев погром, сразу поняла. Конечно, в первую очередь проверила шкатулки. Потом сундук с вещами мужа. А вот пропажу портрета не сразу обнаружила. Он небольшой и висел над камином.

— Я вызову сыскарей из своего отдела, а вы пока побудьте у флиетты Кревас.

Возражать соседка не стала, и мы засеменили ко мне. Маг же деплассировал немедленно в Министерство. Доведя старушку, я усадила ее в кресло. А потом принялась двигать на место стол, ворча на мага. Всё это время флау Редхес, покачиваясь, причитала о своей несчастной доле. Мне было жаль вдову, и, чтобы отвлечь ее от страданий, запустила кофемашину. Редма тарахтела, перемалывая зерна, а я искала успокоительное зелье.

В ящичке было много различных колбочек, среди которых и успокоительного имелось несколько видов. Кофе сварилось, я поставила на поднос чашку, тарелочку с сахарными таблетками и медовыми леденцами. Из зелий выбрала успокоительное на основе лилового лопуха, корня вернянки и сока люмпика. Пробка никак не хотела поддаваться, крепко засев в бутыльке. После минуты пыхтения и приложенных усилий она поддалась, а несколько капель упали прямо в чашку с кофе. Я чертыхнулась, но махнула рукой. Не выливать же теперь напиток из-за пары капель зелья.

В общем, отнесла старушке всё: и кофе, и сладости, и успокоительное. Флау от зелья отказалась, а напиток долго изучала. Потом недоверчиво попробовала, убедилась в приемлемости напитка и уже с удовольствием попивала творение Редмы. А пока возилась с соседкой, вернулся и мой сыскарь.

— Не волнуйтесь, Берта, мои сотрудники уже осматривают ваш дом. Мы непременно найдем вора. А пока я запишу ваши показания.

Флау довольно кивнула, допила кофе, закинула за щеку очередной леденец и пересела за стол ближе к магу. Ну и я пристроилась рядом скорее из любопытства, чем по иной причине. И любопытство мое было удовлетворено полностью.

Глава 6. Секреты флау Редхес

Сыскарь разложил свой инструментарий, покосился на меня как на нежелательного слушателя, но, убедившись в моей непрошибаемой наглости, смирился и начал допрос.

— Берта, что у вас было ценного, ради чего вор мог влезть в дом? Это не случайная кража. Искали нечто определенное.

Старушка пожала плечами.

— Да что у меня может быть ценного. Фамильные драгоценности?

— Только если среди них было что-то совсем необычное. А так они есть в каждом богатом доме. Вот вы упомянули дневник с записями мужа.

— Дневник как дневник. Ничего особенного. Подумаешь, секретные разработки, которые он отказался отдавать компаньону. А еще другом себя называл! А сам хотел присвоить формулу и продвинуться выше. Стать главой отдела разработок. Ой… — судорожно вздохнула соседка, непонимающе глядя на флэя Бигли.

— Продолжайте… — настойчиво попросил сыскарь, запуская самопишущее перо.

— Я… Я… — заблеяла флау Редхес, не скрывая страдания на лице. — Я не знаю, зачем вам говорю всё это.

— Не волнуйтесь, Берта, — поддержал её маг, — просто рассказывайте. Что за формулу хранил ваш супруг?

— Я не знаю! Правда не знаю. Румул никогда не рассказывал.

— А после его смерти вы разве не сунули нос в его записи? Отчего он, кстати, умер? И как давно?

— Полгода назад. Паучья лихорадка. Пять лет промучился.

— Когда флэй Редхес был в экспедиции в Хоргунатте, его укусил паук-голгонут. Если бы помощь оказали сразу… — вторглась я в допрос, о чем сразу пожалела. Две пары глаз смотрели на меня отнюдь не с благодарностью.

— Продолжайте, Берта. С чего вы решили, что сведения в дневнике важные и секретные?

— Так он сам сказал перед смертью.

— А про компаньона?

— Тоже. Но разлад между ними я давно заметила.

— А не мог его друг помочь флэю Редхесу отойти в мир иной?

— О нет. Румул точно скончался от лихорадки. А Геборт тут же начал меня изводить, мол, отдай дневник или продай.

— А вы?

Флау заметно сгорбилась и уставилась на свои сцепленные в замок руки. Но все же ответила:

— А я и отдала. Только не Геборту.

— А кому?

— Я не знаю. Ни как зовут, ни кто он. Как-то я поздно возвращалась от флау Давиль и ко мне пристал незнакомец. Он угрожал и велел отдать дневник Румула. Я страшно перепугалась и согласилась.

Я слушала рассказ соседки старушки и складывала кусочки информации как мозаику. Но на создаваемом рисунке до сих пор оставались белые пятна. И потому снова нарушила правила:

— Флау Редхес, а кто устроил погром в доме?

Нижняя губа старушки затряслась. Но как она ни старалась держать рот закрытым, слова сами рвались наружу.

— Я-а-а… — протянула флау жалобно.

— Сами? Но зачем?

— Флиетта Кревас! — одернул меня сыскарь и обратился к соседке: — Зачем вы устроили это представление с кражей, если уже отдали записи?

Старушка оживилась и, подавшись вперед, доверительно зашептала:

— Вот именно! За дневником охотились двое, а получил только один. Как думаете, что сделает со мной второй, когда узнает об этом? Вот и пришлось инсценировать ограбление, чтобы отвести от себя подозрение. Пусть между собой разбираются.

— А драгоценности?

— Я закопала их в саду.

— И портрет? — опять сунула нос не в своё дело.

— И портрет, — вздохнула соседка.

Маг бросил на меня недовольный взгляд и спрятал во внутренний карман мантии листы с пером.

— Берта, вы понимаете, что все ваши действия имеют последствия? Буду честен. Это дело я передам в городской отдел правопорядка. Секретами дневника вашего почившего супруга будут заниматься они. Вам же предъявят обвинение в сокрытии важной информации и попытке обмануть королевство. А также будет наложен штраф за ложный вызов сотрудников сыскного ведомства.

Старушка выдала голову в плечи и разом поникла. Мне даже стало её жаль. А вот по лицу сыскаря было не понятно, сочувствует он флау Редхес или нет.

— Идёмте, Берта, я вас провожу, — без нажима произнёс маг. — И помните, пока идёт расследование, вы не должны покидать пределы города.

И уже на выходе мужчина бросил и мне пару обнадёживающих слов:

— Я ещё вернусь, флиетта Кревас.

— Не сомневаюсь, — буркнул под нос, закрывая дверь.

Вот теперь можно было выдохнуть и расслабиться. А лучше выпить кофе и подумать. Едва я приступила к варке, как Редма закряхтела, моргая глазками.

— Как это утомительно. Наконец-то можно не притворяться вещью.

— Ты большая умница, Редма, — похвалила я фамильяра.

— Какая бойкая старушка, я аж заслушалась.

— И не говори. Не ожидала от флау Редхес такого. Но меня очень удивило, что она так легко всё рассказала сыскарю. Ах! — всполошилась и прижала руки к груди. — А если это магическая особенность флэя Бигли? Не зря же он глава сыскного отдела магического департамента.

Редма забавно фыркнула, выдувая облачко пара из трубки капучинатора.

— Если бы это было так, ты бы уже давно всё ему разболтала. Но, на мой взгляд, ты прекрасно врешь.

— Не вру, а скрываю правду, — буркнула в ответ. — Если не способности мага, тогда что заставило мою соседку выдать себя?

— Что делала эта шальная старушка? Что ела, что пила? — включилась в мозговой штурм Редма.

— Да ничего. Кофе пила, да пару печенек съела. Печенье точно нет. Неужели кофе так сработало?

— Да ну! Если бы кофе само по себе развязывало язык, вы бы с магом уже все тайны друг друга знали вплоть до пеленок. Думай еще, Йона.

— Нет, Берта больше ничего не пила. Она даже от успокоительного зелья отказалась. О-о-о… — протянула я неожиданно и хлопнула ладонью себя по лбу. — Успокоительное! Несколько капель попало в чашку с кофе.

— Ну и ну! Я, конечно, знала, что кофе обладает чудесными свойствами, особенно в тандеме с различными добавками, но чтобы в сочетании с успокоительным стать еще и сывороткой правды — такое вижу впервые. Но, Йона, это нужно проверить!

— На ком?

— На маге.

— О нет! — Я энергично замотала головой. — Если мы правы насчет эффекта, то сыскарь сразу это поймет, как только его потянет на откровения. А потом точно применит уже ко мне.

— Тогда ты!

— Я тоже не вариант! Мы не знаем, сколько длится действие. А если флэй вернется раньше, чем оно закончится? Я сдам себя как последняя дура.

В общем, нам срочно требовалась подопытная жаба. И спустя минут пять я уже готовила говорунчика, чтобы пригласить в гости мою подругу по академии Ванору Дайнфрут.

Глава 7. Подопытная жаба

Написав на листке бумаги приглашение и имя получателя, я сложила его особым способом, чтобы он стал похож на объемный ромб, оставив верхние острые края не сомкнутыми. Посыпала лавандовой пудрой, прочитала заклинание и выбросила своё творение в окно. В академии мне все твердили: мои говорунчики лучшие на курсе. Ответный ромб я получила спустя двадцать минут. Он завис передо мной и свободными острыми краями, напоминающими клюв, затараторил голосом подруги:

— Буду через час! Заинтриговала!

А потом говорунчик лопнул в воздухе, осыпаясь лавандовой пудрой. Ура! Ванора клюнула на приманку. За час я успела испечь сахарные крендельки, накрыть на стол и поспорить с Редмой. Предметом стала «правда». Я никак не могла придумать, о чем спросить подругу, чтобы она захотела соврать и не смогла. Кофемашина предлагала совершенно дурацкие идеи, но я понимала, что никто не станет говорить очевидную ложь просто так, что трава синяя, а небо зеленое. Тут требовался иной подход. И, кажется, мне придется импровизировать.

Ванора прибыла даже раньше намеченного срока. Маленький черноволосый ураган ста шестидесяти сантиметров с глазами угольками ворвался в кухню, становясь центром вселенной. Да-да, при своем небольшом росте она умела заполнять собой все пространство, будь то небольшая комната, столовая академии или городская площадь.

— Йона, как же я была удивлена, получив твоего говорунчика! Я решила, что ты и знаться ни с кем не хочешь после окончания академии.

— Ну что ты, Ванора! Просто я зациклилась на поисках работы. Не хотелось выглядеть неудачницей при встречах, ведь во время учебы меня считали самой перспективной волшебницей, — смягчила выпад подруги, всегда говорящей прямолинейно.

— Значит, нашла работу?

— Пока нет. Жду приглашения на собеседование.

— Хм… Изменила принципам или так по мне соскучилась? — не преминула подшутить Ванора.

— И то и другое, — улыбнулась я. — Расскажи, как ты? Уже устроилась?

— Ещё нет. Но я и не тороплюсь связывать себя служебными верёвками. А что у тебя с кухней?

— Неудачный эксперимент. Завтра отправлюсь в лавку за порошком из серого лютика. Без него не отмыть.

За разговором я сварила кофе и поставила на стол две чашки.

— Что это? Пахнет кофе.

— Верно. Это напиток из зёрен. Попробуй. Слегка горчит. Можно бросить в чашку сахарную таблетку или пить вприкуску с крендельками. Не смотри так удивлённо. Не отравлю.

На этих словах я даже захихикала. Взгляд Ваноры был непередаваем! Подавая пример, я первая отхлебнула из своей чашки. Через пару несмелых глотков подруга втянулась и уже вовсю уплетала крендельки, запивая кофе. В этот раз я не стала сразу экспериментировать с успокоительным. Сначала хотела разговорить бывшую однокурсницу, а заодно дать привыкнуть к новому для неё напитку.

Первые полчаса мы болтали ни о чём. Вспоминали академию, адептов и магистров. И вот тут меня осенило!

— Да уж, магистр зельеварения никому спуска не давал. Сколько он завалил на последнем зачёте перед итоговым экзаменом.

— Я ревела из-за него всю ночь! — фыркнула Ванора. — Даже не знаю, как мне удалось ответить на все экзаменационные вопросы.

— А правда, как? Ты обскакала меня на целых два балла?

— Ну разве ж я вспомню? Возможно, мне кто-то подсказал в последний момент. Это были призовые баллы за развернутые ответы и дополнительную информацию.

— Да, но я получила призовых баллов тринадцать, а ты пятнадцать.

— Нашла о чём вспоминать! По итогам всех экзаменов ты набрала их столько, что тебе выписали грамоту и дали рекомендательное письмо, с которым открыта любая дверь. Никто ещё из выпускников не набирал такое количество баллов.

— Ты права, — отступила я. — Как тебе напиток?

— О! Это правда что-то чудесное! Вот когда горько, то не очень, а подсластить, так в самый раз! — восторженно воскликнула подруга.

— Еще чашечку? — спросила с надеждой. Пора было внедрять в жизнь мой коварный план.

— Да.

Согласие Ваноры окрылило. Подскочив, я снова принялась молоть зерна и варить кофе. А заодно и то самое успокоительное добавила. Ровно две капли. Разницы во вкусе моя подопытная жертва не заметила, но был риск, что сахарная таблетка нейтрализует эффект, ведь флаут Редхес пила без подсластителя.

От напряжённого ожидания даже под лопатками зачесалось. Выждав еще минут десять, я снова взяла подругу в оборот.

— И всё-таки, Ванора, как? Как ты обогнала меня по баллам именно по зельеварению?

Ванора уставилась на меня сначала с удивлением, а затем ее лицо приняло страдальческий вид. Борьба между «сказать правду» и «просто промолчать» была очень заметной. Даже жаль её стало в этот момент. Действительно пристала с таким нелепым вопросом. Однако эксперимент нужно было продолжать.

— Ванора!

— Магия баланса и исправительные руны. Тройку легко исправить на пятёрку, а пятёрку на тройку. Там, где было тринадцать, стало пятнадцать и наоборот. Прости, Йона! Я была в отчаянии. Это теперь понимаю, какую глупость сделала.

— Ну ты и жаба!

— Эй! Потише! Еще ненароком и правда в жабу превратишь. По заклятиям у тебя всегда было превосходно.

— А стоило, — проворчала я скорее из вредности.

Ванора обиженно поджала губы.

— Неужели только за этим и позвала меня, чтоб вспоминать то, что было бог знает когда?

— Мы закончили академию всего три месяца назад, — фыркнула я и примирительно произнесла: — Конечно, не за этим. А чтобы угостить кофе и узнать последние новости. Уж ты-то про всех всё знаешь.

Лесть сработала, и следующий час слушала беззаботный щебет подруги, узнавая сплетни о бывших адептах-однокурсниках. И хоть мне это было мало интересно, я с улыбкой поддерживала беседу. Мысли же мои крутились вокруг эксперимента. И весьма удачного! Средство сработало!

Анализируя результат, я слишком глубоко погрузилась в себя. Настолько, что подруге пришлось трясти меня за плечи.

— Йона, ты что, не слышишь? В дверь стучат!

В какую дверь? Кто стучит? Прислушалась… И точно, не просто стучат, а уже натурально барабанят. И вот тут меня словно холодной водой окатило. Мышцы во всём теле от непроизвольного напряжения начало сводить и покалывать. А ещё, судя по испуганному взгляду Ваноры, я, видимо, сильно побледнела. Неужели сыскарь вернулся так быстро? Нет, только не флэй Бигли! Я же не успела спровадить подругу, а её в таком состоянии опасно знакомить с магом. Кто знает, что она может выболтать про меня.