Дружба из-под кровати

Глава 1

Н'ях обреченно смотрел на разнарядку с именем и характеристиками нового ребенка.

Алексей Савинов, 12 лет, человек.

Покалечил 17 сотрудников компании, трое вышли на пенсию по инвалидности. Слабости: не выявлены. Достоинства: стрессоустойчивость, знание боевого искусства, предположительно даргинмар - искусство рукопашного боя с использованием внутренней энергии. Уровень опасности: 10.

Скомкав и запихнув в зубастую пасть злосчастную бумажку в попытке заесть стресс, пугала пожевал, выплюнул белый комок на пол и двинулся к портальному залу.

А что? Терять ему было особо нечего: ни детей, ни девушки, ни статуса. Отношение к жизни, когда ты находишься почти что на дне, несколько меняется - желание жить пропадает.

Добравшись до портального зала, профессиональный пугала озвучил свой индивидуальный номер и индивидуальный номер опасного ребенка. Администратор, милая и добрая девушка — снизу осьминог, а сверху вполне гуманоид — охнула, и дрожащими щупальцами передала ему алую карточку с черной десяткой.

— До встречи, красавица! — улыбнулся Н'ях, махнув на прощание зеленоватой клешней. Девушка растеряно застыла.

Молодой пугала давно пытался начать общение с Г'яманой, но она всегда была занята, или устала, или еще что-нибудь. Где-то месяц назад Н'ях поставил крест на этой бессмысленной затее, но сейчас решил хоть немного, хоть на каплю оставить воспоминания о себе в душе у неприступной красавицы.

На душе у молодого пугалы была какая-то торжественная радость. Зная, что идет на вероятную инвалидность, а может и смерть, он здоровался с каждым проходящим знакомым. Заметив разговаривающего с кем-то Т'мира, сволочного типа, который постоянно шпынял Н'яха, он крикнул:

— Т'мир!

Невысокий собакоподобный пугала с длинной шерстью вопросительно поднял все восемь бровей. Здороваться он, видимо, не посчитал необходимым.

— Пошел в жопу, Т'мир!

Н'ях счастливо расхохотался, увидев изумление на мерзкой роже. После, развернувшись к магическому терминалу, он коснулся злосчастной карточкой панели, набросил на себя амулет-аккумулятор и шагнул в голубое окно портала. Страха не было. Было какое-то безумное веселье.

* * * * * *

Алекс проснулся от тихого шороха под кроватью. Интересно. Новый подкроватный монстр обычно приходил через неделю-две, а этот пришел всего через три дня. Не ускорив дыхание ни на такт, парень нащупал самодельный арбалет из карандашей под одеялом. Синяки от прошлого "подкроватника" еще не рассосались полностью, да и левое бедро все еще саднило — отец сегодня достал ремнем, но это было не критично.

Как только монстр вылез из-под кровати, Алекс резко бросил одеяло в него и выстрелил промеж смольно-черных глаз самодельным болтом. Вместо наконечника на нем был легкорвущийся мешок с мукой.

Ослепив чудовище, мальчик смог его рассмотреть. Невысокое, под полтора метра, напоминающее таракана светло-зеленое насекомое с крупными клешнями, тело было, как и у любого насекомого, в хитиновом панцире. На отсутствующей шее у него, как и у всех его предшественников, был какой-то странный серый кулон. "Подкроватник" тряс головой и моргал, пытаясь избавиться от муки.

— Слушай, мне не сильно хочется тебя калечить. Может, ты обратно залезешь под кровать, а я спокойно лягу спать? — шепотом произнес мальчик, чтобы родители не проснулись. Алекс всегда старался решить все мирно, задавая каждому подкроватному чудовищу один и тот же вопрос, если он, подкроватный монстр, конечно, давал мальчику время на разговоры. Пусть никто не отвечал, но парень всегда пытался решить вопрос не силовым методом, не так, как решает любые вопросы отец.

— Чего? — монстр даже перестал трясти головой. Голос у него был трескучим и высоким, но достаточно понятным, чтобы разобрать. Алекс выдохнул, но полностью не расслабился.

— Давай, говорю, не будем драться. Ты ведь уже восемнадцатый, до тебя монстры и помонстрее были. Может, объяснишь мне, зачем вам это все, и мы договоримся?

— Для двенадцатилетнего мальчугана ты говоришь как-то слишком по-взрослому... — протрещал "подкроватник".

— С вами и не такому научишься. Ну так что, мир? — мальчик вытянул вперед руку для рукопожатия. Монстр, на секунду замявшись, приложил к ладони Алекса свою немаленькую клешню. Она была прохладной и шероховатой.

Монстр уселся на пол, пощелкал жевалами. Кулон едва заметно поблескивал.

— Давным-давно вся галактика была полем сражений четырех древних сил. Планеты горели десятками и сотнями, рождались новые звезды и умирали старые. С каждой стороны конфликта были созданы синтетические расы, выполняющие роль простого пушечного мяса. Мы были одной из таких рас, нас создавали для войны. Но мы проиграли, теперь недобитки живут на этой планете. Питаться мы можем только эмоциями, потому пришлось создать специальную организацию, занимающуюся их добычей. Вот аккумулятор, правда, сегодня мне его, похоже, не зарядить... — клешня "подкроватника" замерла. Медальон светился равномерным желтоватым светом.

— Светится... — зачарованно произнес Алекс. Материал медальона теперь походил на небольшой ромбик желтой эпоксидной смолы, через которую светят фонариком.

* * * * * *

Меж тем Н'ях натужно пытался вспомнить, за какую эмоцию отвечает желтый свет медальона. Красный — злоба, черный — страх, зеленый, самый непитательный, спокойствие. Желтый, желтый... Радость?!

— Скажи, ты сейчас что чувствуешь?

— Ну, наверное... Радость? — Алекс продолжил, как бы оправдываясь: — Просто я ни разу особо ни с кем не общался, вот и...

Н'ях упал на покрытую членистым панцирем задницу. Вот так просто у него на шее оказалось практически сокровище. Н'ях решил развивать успех. Да и в душе он понимал, что должен поговорить с ребенком еще. Сам ведь был таким же одиночкой.

— Как ты научился этому боевому искусству? У нас от тебя уж несколько инвалидов...

Мальчик усмехнулся и потер левое бедро. Сейчас Н'ях смог его рассмотреть: светлые волосы ежиком, высокий для его возраста рост, карие глаза. Парень был хорошо сложен и жилист, но тело было в синяках — старых и новых.

— Да так. В неплохом районе, на третьей улице, что в часе ходьбы отсюда, есть секция боевых искусств. Там стена одна, к дороге которая, полностью стеклянная. Поэтому я прихожу часто после школы и повторяю то, что увидел. Да и частая практика, куда же без нее. — пару секунд помолчав, парень продолжил, — Знаешь, пьяный отец с разрядом по какому-то там боевому исскуству — хороший спарринг-партнер.

Н'ях потер клешней фасеточный глаз, все еще не полностью избавившийся от муки. В общем-то, все логично — парню просто пришлось повзрослеть, а сильная натура мальчугана лишь помогла в этом.

— Да, парень, интересная у тебя жизнь... А хочешь, я буду твоим другом? — предложение даже самому Н'яху спустя полсекунды показалось глупым.

Рот у парня открылся, глаза выпучились, а дыхание замерло. Потом он резко одумался, лицо на секунду приобрело свекольный оттенок, но он быстро пришел в норму. Пугала видел, как в клетке стального самоконтроля и выдержки в исступлении бьется ребенок, которого Алексу пришлось в себе заключить. Н'ях подсознательно почувствовал, как шанс подружиться с ребенком улетучивается.

— Знаешь, я ведь тоже один всегда был. Никаких тебе способностей и особенностей, как у других, никаких возможностей выйти в свет. Ты не поверишь, я даже невидимым стать не могу! Но отучившись хорошо, у меня все же получилось попасть на приемлемую работу, и вот я здесь. Поэтому я знаю, какого это — жить без друзей. Потому и предлагаю — двум одиночествам держаться вместе легче, чем по одиночке, не находишь?

Мальчик неожиданно сел на пол рядом с Н'яхом, обнял прочный панцирь и тихо заплакал. Совсем по-детски. Пугала аккуратно, как умел, обнял его своими клешнями.

* * * * * *

*Двадцать лет спустя*

— Н'ях, дружище! Привет, морда зеленая! Как жизнь, как жена? — высокий мускулистый человек в строгом костюме приподнял диван в своем кабинете, помогая вылезти из-под него своему давнему (и единственному) другу.

— Привет, Ал. — пугала, ставший главой отдела по добыче радости, хлопнул друга клешней по руке в знак приветствия, — Да уж куда лучше. Работа работается, Г'ямана родила вот недавно, я теперь гордый отец — два мальчика, да одна девочка.

Алекс, занимающий место главы одной из самых влиятельных медицинских корпораций в мире, упал на свое простое, но удобное клесло, и без вопросов достал две бутыли — выжимку из забродивших ягод другу и недорогое, но вкусное вино себе.

— Как назвали? А фотографии есть?

Н'ях достал коммуникатор и показал фотографию трех маленьких пугал, тыкая в каждого пальцем и объясняя:

— Это — М'еран, это — Л'яшира, а этот, — пугала весело щелкнул жвалами, — Ал'екс.

Алексей хохотнул и потянулся к бутылке. Н'ях повторил действие друга.