Драже

Глава 1

Сэр Палтус восседал на крепком дубовом табурете и задумчиво вертел в руке глиняную кружку, заполненную на треть можжевеловым элем. Ему уже было тяжело держать то и дело падающую голову, поэтому он подпер ее ладонью левой руки, локоть которой предусмотрительно поставил на массивную пятнистую столешницу трактирного стола.

Напротив сэра Палтуса на поставленной на попа деревянной катушке волшебных серебряных ниток, некогда полученной от полоумной феи, удобно расположился уже также успевший порядочно захмелеть доблестный мышонок сэр Снифус. Обеими лапками он держал глубокий бронзовый наперсток с элем, в который с завидной регулярностью погружал свою острую мордочку.

Оба, обычно веселые и болтливые, в этот день были молчаливы и задумчивы, что, разумеется, не осталось не замеченным завсегдатаями «Хатки мокрого бобра». К их столу вальяжно подошел барон Кол’Агриф, хорошо известный своим хамоватым поведением и неприличным любопытством ко всяким душещипательным историям, и с напускным пренебрежением произнес:

- Приветствую вас, о, благородные чушпандоны! Что за тягостные мысли омрачают ваши неокрепшие умы в сей светлый день весеннего прямостояния, когда самим Всеединым предписано всякому божьему созданию рода мужского быть свежим и бодрым сил, коим некогда был один его апостолов - Ментос-мученик, - заживо брошенный в сенодробилку солдатами короля за свои убеждения? Упокой Всеединый его душу!

- Побывали бы вы там, дорогой барон, откуда вернулись мы, - удивительно низким голосом, никак не сочетавшимся с его внешним видом, медленно проговорил сэр Снифус. - Тоже задумались бы.

- Да пережили бы вы то, что пережили мы, - вторил ему суровым высоким голосом сэр Палтус. - Задумались бы тоже.

- Вы меня безмерно заинтриговали! - воскликнул барон и, придвинув свободный табурет, уселся к ним за стол. - Предлагаю вам двоим небольшую сделку. Вы сейчас поведаете мне о том, что с вами произошло, - разумеется, со всеми, какими бы они ни были, подробностями, - а я в свою очередь, ставлю вам пинту можжевелового эля.

- И оплачиваете то, что мы уже выпили, - деловито бросил сэр Снифус.

Кол’Агриф слегка поморщился, но все же добавил:

- И оплачиваю то, что вы уже выпили. По рукам?

- По габарям, - тяжело улыбнулся сэр Палтус.

- Чего?

- Классика.

- А, - с видом знатока протянул Кол’Агриф, дабы не показаться необразованным.

Барон бросил трактирщику блестящий кругляшок монеты и велел тому налить пинту холодного эля. Через несколько минут мальчишка-подавальщик принес им небольшой глиняный кувшинчик, до краев наполненным пенистой жидкостью.

- Вот это совсем другое дело! - пробасил сэр Снифус и украдкой подмигнул напарнику.

- Да, другое дело совсем! - согласился сэр Палтус и украдкой подмигнул в ответ.

- Ну? - нетерпеливо бросил барон. - Я свою часть сделки выполнил.

- Хорошо, - вздохнул сэр Палтус.

- Скажите, барон, - обратился к Кол’Агрифу сэр Снифус, - что вы знаете о единорожьем драже?

- Вы издеваетесь? - возмутился барон. - Я что, оплатил вам выпивку, дабы слушать сказки про дерьмо вымышленного животного?

- То есть вас не смущает, что я существую? - сэр Снифус гордо ударил себя левой лапкой в грудь. - Чем же единорог плох?

- Так его же никто не видел никогда!

- Это да. Но! - сэр Палтус многозначительно поднял указательный палец вверх. - Лишение права на существование того, что не было видено, есть высшая мера ограниченности кругозора.

- Хотите сказать, что видели его?

- Нет. Врать не буду. Но! - сэр Палтус вновь многозначительно направил указующий перст в сторону потолка «Хатки мокрого бобра». - Мы с моим партнером побывали в созданном им мире.

- Откуда, - подхватил мышонок, - с трудом выбрались.

- И причем же здесь единорожье дерьмо? - фыркнул барон.

- Драже, - поправил его сэр Снифус. - А это здесь при том, что если вы и впредь будете нас перебивать, то так и не узнаете.

- Как известно из древних свитков, хранящихся в имперской библиотеке, в подлинности которых, барон, я надеюсь, вы не сомневаетесь, основным свойством единорожьего драже является исполнение любого желания того, кто его натурально употребит.

- Съест, - пояснил сэр Снифус. Он поставил наперсток с элем на пол и изобразил, что что-то кладет в рот, а затем проглатывает.

- Именно так и никак иначе, - кивнул сэр Палтус и сделал большой глоток из своей кружки.

- Но это еще не все, - продолжил мышонок. - Когда мы читали эти свитки…

- Как же вы могли их читать, если доступ к ним по неизвестной никому причине запрещен указом самого Императора? - усмехнулся Кол’Агриф.

- Если нельзя, но очень хочется, то можно… - понизив голос, загадочно улыбнулся сэр Снифус.

- Мы не будем вдаваться в подробности, дабы не подвергать как свои, так и вашу жизнь, дорогой барон, смертельной опасности. И, надеемся, ради вашего же блага, что вы сможете удержать язык за зубами, - не менее загадочно улыбнулся сэр Палтус, - а то ведь, знаете, тайная канцелярия честно отрабатывает свой хлеб…

- Но давайте продолжим, - тихо сказал мышонок. - Как самих единорогов, так и их драже, достоверно, никто не встречал, а записи о них прячут, что, согласитесь, довольно странно. По этой причине мы внимательно изучали текст.

- У нас даже почти опустились руки, поскольку на первый взгляд в них не было ничего нового!

- И вот одной ночью…

-...когда мы в очередной раз пробрались в библиотеку…

-…сэр Палтус вдруг обнаружил…

- Ну, я просто отошел к дверям, поскольку мне показалось, что за ними кто-то ходит…

-…что если посмотреть на текст под углом…

- Я когда обернулся, то увидел, что желтовато-бежевые участки пергамента между строками складываются в письмена…

-…то можно увидеть еще один текст!..

- И там было написано, что существует портал в некое тайное царство…

-…где можно найти следы единорога…

-…но туда так просто не попадешь…

-…необходимо прийти в определенное место…

-…в определенное время…

-…предварительно приняв специальный эликсир…

-…расширяющий сознание…

-…потому что это царство находится за гранью этого мира…

-…и если не принять эликсир, то твоя душа просто отделится от тела…

-…как когда за ней приходит Жнец…

-…и ты попросту умрешь…

-…вот…

-…вот…

Оба выдохнули и замолчали. Барон ошалело переводил взгляд с одного на другого, не зная, что и сказать по поводу услышанного. Друзья же сделали по глотку эля и почти одновременно икнули.

- Не будем, барон, нагружать вас излишними деталями, - сказал сэр Снифус. - Сообщим лишь, что нужное место мы, хотя и не без труда, нашли. Эликсир же из Лэйс-ягод, богатых лэйскалином, мы приобрели за чисто символическую плату - несколько капель животворного секрета сэра Палтуса, если вы, конечно, понимаете, о чем я, - у проживающей в тех краях ведьмы неопределенного возраста.

- Да, - смущенно хихикнул сэр Палтус, - было дело. Но, кстати, ведьма была очень даже ничего. И имя у нее красивое - Мила Фа. Я почти влюбился…

- И вот прибыли мы на место, указанное в древнем свитке, и стали ждать нужного дня, ведь попасть в тайное царство можно было лишь в полночь, причем исключительно во время полнолуния. Благо луна была растущей, так что мы недолго куковали в этих пустынных краях.

- Незадолго до полуночи мы с сэром Снифусом откупорили склянку с эликсиром, сделали по глотку за здоровье друг друга и стали ждать, что же произойдет. Вкус у зелья, надо признаться, был довольно-таки специфическим.

- Чего уж тут лукавить, весьма отвратным…

- Это на ваш мышиный вкус, - улыбнулся сэр Палтус. - Но давайте не будем отвлекаться на споры.

Мышонок согласно кивнул.

- Эликсир, - повернулся к барону сэр Палтус, - подействовал не сразу. Мы-то ждали, что чудеса незамедлительно начнутся, а они незаметно пропитывали собою ткань бытия. Это было похоже на… Даже не знаю...

- Сначала воздух вокруг нас будто бы стал густеть, - подхватил сэр Снифус.

- Да! А затем он словно распался на волокна.

- И даже не воздух, а мир, окружающий нас.

- Он будто был соткан из этих волокон, между которыми ширилась всепоглощающая пустота.

- И тут в пустоте возник свет.

- Радужный свет.

- Он заполнял собою бреши между волокнами бытия, постепенно замещая и их.

- И свет становился все ярче.

- И мы больше не могли смотреть на него, потому что он жег наши глаза.

- Мы с сэром Снифусом зажмурились. Но даже сквозь сомкнутые веки он слепил нас. Мне даже пришлось закрывать лицо руками.

- А мне лапками!

- И вдруг свет стал мягким и не таким жгучим. Я предложил сэру Снифусу открыть глаза и посмотреть, что творится вокруг, но он сделал мне аналогичное встречное приложение. Мы даже поспорили на предмет того, кому первому должна выпасть честь лицезреть дивный новый мир, в который, как нам думалось, нас перенесло. Не знаю точно, как долго мы пререкались, но вдруг услышали, что к нам обратился кто-то третий. «Господа, мне довольно-таки совестно, что прерываю ваше столь эмоциональное общение, - сказал неизвестный с писклявым голосом, - но, по-моему, я вас здесь раньше не видел. Кто вы такие?» Мы тут же прекратили спор, окрыли глаза и , мягко говоря, оторопели. Буквально несколько минут назад была лунная ночь - теперь же вовсю сиял погожий денек! Но и это еще не все. Местность вокруг нас разительно переменилась: каменистая область с куцей растительностью обратилось в радужное нечто. Все имело яркий цвет, словно здесь совсем недавно прошел красочный дождь.

- Я определил это одним словом, - заметил сэр Снифус. - Приторность!

- Да, именно так. И эта приторность была не только в цветах. Она была и в ароматах. Такую смесь запахов я встречал лишь в одном месте. В кондитерской лавке. «Это что, конфетное королевство?» - спросила я сэра Снифус. Он не знал ответ.

- А откуда мне было его знать? Я сам там очутился в первый раз.

- «Вы не ответили на мой вопрос, господа!» - вновь раздался писклявый голос, в котором чувствовались нотки нетерпения. Если честно, я уже про него и забыл совсем, - хмыкнул сэр Палтус.

- Да и я тоже, - поддакнул ему мышонок.

- Мы осмотрелись и к своему удивлению обнаружили, что возле нас стоит… пончик.

- Пончик?! - глаза барона округлились.

- Угу, - кивнул сэр Снифус.

- Ага, - кивнул сэр Палтус. - Натуральный пончик. Округлый такой. Не больше сэра Снифуса. Пончик был покрыт розовой глазурью, на которой выделялись маленькие внимательные глазки, коими он смотрел на нас. Еще у пончика имелись ножки и ручки.

- А еще у него было копье! Он опирался на него, как на посох, - добавил мышонок.

- «Извините, сэр, - обратился я к нему, - вы, правда, пончик?» Когда я это у него спросил, мне показалось, что по его телу промелькнула тень обиды. «А вы кого здесь ожидали увидеть? Слона?» - самодовольно и весьма снисходительно произнес он. «Мы-то, честно сказать, не местные. В наших краях не часто встретишь говорящую е… - я чуть было не сказал “еду”, но вовремя исправился, - говорящего пончика. Не водятся они у нас. Вы у нас первый». Похоже, моя фраза несколько смягчила его, потому что тон пончика стал мягче. «Что же привело вас в наши края?» - поинтересовался он. Мы не стали скрывать от него правду и сообщили, что ищем следы единорога.

«Единорога? - восторженно произнес пончик. - Это же наш Создатель! Весь этот мир - его след!»

«А вы что-нибудь слышали о единорожьем драже?» - тактично поинтересовался тогда у него сэр Снифус.

«Это наши семена жизни! - гордо ответил глазированный абориген. - Они дали началу древу сладкой жизни, что растет в центре мира».

«А можно его увидеть?» - осторожно поинтересовался я.

«Разумеется. Все дороги ведут к нему. Если пожелаете, я бы мог вас сопроводить».

Мы радушно приняли предложение пончика и последовали за ним, отчаянно подавляя в себе желание откусить от него кусочек.

Путь к дереву оказался неблизким. От пропитывающих воздух ароматов сладостей нам все время хотелось пить. Сэр Снифус, кстати, осторожно, чтобы пончик не увидел, лизнул разноцветную брусчатку, коей была вымощена дорога, и сообщил мне, что это карамель. С голоду, решил я, мы точно здесь не умрем. А потом, наконец, мы увидели дерево, на ветвях которого висели разноцветные горошинки. Если честно, я ожидал, что оно будет огромным, подпирающим своей кроной небо. По факту же оказалось, что дерево сладкой жизни не превышало по своему размеру захудалую вишню. Я был разочарован.

«Вот оно! - многозначительно произнес пончик. - Теперь будьте осторожны!»

«Почему?» - удивился я. И тогда пончик рассказал, что испокон веков за это дерева идет непримиримая борьба между двумя расами - мармелорками и зельфами. И никто из них не хочет уступать в этой борьбе, и никто из них не согласен делить бразды правления, считая, что у дерева должен быть один хозяин. Только пончик нам об этом рассказал, как мы услышали звук, похожий на множественный писк. Оказалось, так звучали боевые рога зельфов. Тут же из ближайших зарослей по правую руку от нас выскочили многочисленные белые человечки ростом не более пончика. Человечки были вооружены. У них имелись мечи, копья и даже луки. Вдруг мы услышали еще один писк, и из кустов по левую руку от нас повыскакивали зеленые человечки с маленькими дубинами в руках. Это были мармелорки.

Завязался бой. Бой не на жизнь, а насмерть. Как же отчаянно рубились эти на вид съедобные местные жители. Воздух наполнился писками, визгами, стонами, невнятной речью. Все смешалось в одно бело-зеленое месиво. Я подумал, что это наш шанс, и, схватив сэра Снифуса, бросился к дереву, чтобы сорвать как можно больше волшебных драже. Ведь если дерево являлось центром мира, то и плоды у него должны были быть особенными. И как только я сорвал первую горошину драже, мир содрогнулся.

«Нет!» - закричал пончик.

«Нет!» - закричали белая и зеленая армия.

А затем раздался утробный звук. Шел он со стороны двух огромных холмов, высившихся вдалеке.

«Что вы наделали?!» - заверещал подбежавший к нам пончик.

«А что мы наделали?» - удивились мы.

«Вы пробудили древнего титана! Некогда побежденный единорогом, спал он в своей темнице-пещере меж сдобными холмами. Но вы сорвали запретный плод… И теперь мы всем умрем от рук шокотролля!» - в голосе пончика слышалось нескрываемое отчаяние.

Вновь мир содрогнулся. Мы взглянули на сдобные холмы. Между ними разверзлась дыра, и в небо ударил фонтан черной жижи. А затем из своей темницы начал выбираться тролль. Сначала появилась огромная бесформенная голова с красными, горящими яростью, глазами, затем тело, и в конце он весь очутился на свободе. Из недр его подземной темницы вытекала черная жижа шоколада, затапливая все вокруг. Огромные капли его падали вокруг нас. Кричали покрытые черным шоколадом зельфы, вопили заглазированные мармелорки, стонал ставший на вид еще более съедобным пончик…

«Пора выбираться отсюда! - крикнул я сэру Снифусу. - Глотаем по волшебному драже и загадываем желание!»

«Но это же единорожье…» - крикнул мне сэр Снифус в ответ.

Я его уже не слушал. Я проглотил горошину и очутился здесь - в «Хатке мокрого бобра».

- И я очутился здесь, - добавил сэр Снифус.

- Бред! - фыркнул барон Кол’Агриф. - И ради этого дерьма я потратил на вас свои деньги? Лучше бы на девку какую-нибудь потратил. - Он резко встал и пошел прочь от их стола.

- Хорошо посидели, - сказал сэр Палтус.

- Душевно, - согласился сэр Снифус.

- Куда теперь отправимся?

- Есть у меня одно желание, - улыбнулся мышонок.

- Тогда загадывайте, - улыбнулся сэр Палтус и протянул напарнику фиолетовую горошину.