Дневник ведьмы Оливии

Глава 1

День 951-й заточения в офисе

Опять понедельник. Нашла минутку записать свои мысли в дневник.

Снова гора документов на рабочем столе. Ещё немного — и вся эта кипа бумаг обрушится на меня. В следующий раз попрошу секретного Санту подарить мне лопату, чтобы было чем разгребать эти завалы.

На прошлой неделе кто-то спросил, есть ли у меня какие-либо увлечения кроме работы. Я сказала, пытаясь пошутить, что люблю заниматься археологическими раскопками. Честно признаться, не удивлюсь, если под всей этой горой папок и файлов похоронен мой степлер, который я не могу найти ещё с прошлой недели.

Пока всё. Пойду работать дальше.

День 952

Да-да, именно так. Уже девятьсот пятьдесят второй день я сижу за этим компьютером, составляя ежедневные отчёты о результатах работы нашего отдела. С точностью до каждого дня. Откуда я знаю?

Во время подготовки последнего доклада мне пришлось рассчитать продолжительность учётного периода для Фабрики волшебных эликсиров... В какой-то момент я решила прикинуть, сколько времени сама нахожусь здесь. Пять дней в неделю... Примерно двести сорок дней в году... Пять лет... Итого ровно тысяча дней наберётся в начале осени, а точнее — восьмого сентября.

Тысяча дней? Или тысяча чёрствых пончиков, которые я взяла за привычку покупать каждое утро в кафе на первом этаже.

Да, я хорошо осознаю, что эти пончики не всегда самые свежие, но продолжаю их покупать, потому что люблю кофе. Я не могу начать работать утром, не выпив чашку этого ароматного напитка.

Каждое утро, войдя в здание Министерства магии, первым делом я направляюсь в кафе, расположенное в правом крыле. Здесь варят самый вкусный кофе с драконьим перцем, который я когда-либо пробовала. Но дело не только в кофе, но и в атмосфере, царящей в этом месте.

Гномы, которые заправляют кафе, отточили своё искусство до совершенства. Они обжаривают кофейные бобы в сердце спящего вулкана, затем перемалывают их в маленьких жерновах, добавляя особые специи, среди которых, по слухам, есть редкий драконий перец. Но об этом можно только догадываться, потому что гномы, как известно, не любят раскрывать свои секреты.

Затем молотый кофе привозят к нам в кафе, где он продаётся в паре с пончиками разнообразных вкусов. Выбрать вкус пончика нельзя. Сердитый гном — а они всегда такие — одной рукой наливает кофе, другой хватает случайный пончик с подноса и отдаёт покупателю. С утра здесь длинная очередь, все торопятся на свои рабочие места. Сегодня, например, мне достался прямоугольный пончик с мерцающим заварным кремом внутри, который на вкус напоминал звёздную пыль и немного лимон. Такой я ещё не пробовала. Гномы постоянно экспериментируют с новыми добавками.

Ещё две сотни пончиков — и я достигну очередного тысячного рубежа. Надеюсь, мне дадут приз (шутка)... или что когда-нибудь мне попадётся пончик, который не будет хрустеть, когда я его откусываю.

Наконец начинаю понимать, что, кроме работы в Департаменте магии, я ещё и финансирую ту пекарню, где гномы выпекают пончики, которые потом привозят в наше кафе — к сожалению, уже холодными и порой зачерствевшими. За эти годы мой вклад в их бизнес наверняка исчисляется десятками тысяч монет. Может, мне тоже открыть своё дело? А что, выпекать я люблю гораздо больше, чем сводить скучные таблицы за компьютером.

На этом пока всё. Больше не могу писать. Перерыв закончился. Убираю дневник обратно в стол и принимаюсь за работу.

День 958

Уже исписав четыре ежедневника, в этом году завела пятый.

Эти записи содержат четыре с половиной года моих мыслей вперемешку со случайными заметками о работе, напоминаниями о визитах к стоматологу и списками продуктов.

Зачем я вообще это делаю? Зачем пишу дневники уже почти пять лет? Чтобы записывать интересные идеи? Чтобы документировать будни?

Нет. Изначально мне нужно было где-то фиксировать рабочие задачи на текущий день, и для этого я приобрела свой первый ежедневник. Потом стала записывать имена новых коллег, когда их стало так много, что я не могла сразу всех запомнить. Затем наш отдел ИТ, пытаясь защитить наши данные, начал регулярно менять пароли для входа в рабочие программы, и мне приходилось записывать новую последовательность чисел и букв практически каждую неделю. Через какое-то время я поймала себя на мысли, что стала записывать, что произошло со мной за день и как я на это отреагировала. Так мой рабочий ежедневник превратился в дневник.

День 960

Началась новая рабочая неделя. Сегодня кофе в стакане меньше, чем обычно — так, на глаз, примерно в два раза.

Когда я поднималась по лестнице, случайно столкнулась с Рулией из бухгалтерии. Мой стакан едва не выпал из рук. Много кофе вылилось на пол и попало Рулии на туфли... Она выронила учетную книгу, которая приземлилась в лестничном проёме этажом ниже и распугала толпу гномов. Те с криками разбежались врассыпную и попрятались кто где: за цветочными горшками, за тумбами, кто-то побежал на другой этаж...

Через некоторое время наиболее смелые из них начали вылезать из своих укрытий. Они стали смотреть вверх, пытаясь обнаружить источник испуга. Увидев меня, гномы принялись ругаться и махать кулаками. Когда их гнев пошёл на убыль, они снова собрались в группу и отправились дальше вниз по лестнице.

Уже в течение дня выяснилось, что не все гномы добрались до своих рабочих мест. Оказалось, что наиболее пугливые всё ещё где-то прятались. Продолжать рабочий процесс было невозможно, поскольку отсутствующие гномы выполняли важные роли. К их поиску привлекли почти весь департамент. Гномов стали находить в самых укромных местах: на стеллажах с папками, в проёме между принтером и стеной, за кофе-машиной... В конце концов все настолько утомились поисками, что пришлось закончить рабочий день раньше обычного.

День 961

Сегодня планёрка прошла невероятно скучно. Брюж, начальник моего отдела, неожиданно собрал всех нас вокруг себя за двадцать минут до обеденного перерыва, что немного подпортило настроение: мысли у всех постепенно переключались с рабочих задач на предстоящий приём пищи. Брюж собирался рассказать, как теперь изменятся расчёты в графе «Итого» в недельном отчёте. В середине его речи мой коллега Илем, перебив Брюжа, задал абсолютно необязательный вопрос, чем, вполне вероятно, ещё больше отсрочил обеденный перерыв, который и так всё не начинался.

Илем спросил, изменится ли размер шрифта в названии отчёта. Воцарилась тишина. Брюж смотрел на Илема, пытаясь понять, шутка это или нет. В этот момент кто-то позади меня сказал: «Двадцать три».

— Нет, это недостаточно большой, — послышался другой голос где-то в стороне.

— Необходимо выделить название среди остального текста, — сказала дама в зелёном костюме, стоявшая слева от меня, — я считаю, тридцать пятый — самое то.

Это вылилось в большой спор: многие выдвигали свои идеи, пытаясь подкрепить их объяснениями. Я особо не вслушивалась, потому что была голодная. Хотя сейчас, сидя на скамейке в парке перед нашим Департаментом и закончив есть салат, я могу сказать, что размер шрифта менять не стоит. Меня устраивает тот, которым мы пользуемся сейчас.

Планёрка закончилась, когда Брюж стал кричать, что никто ничего менять не будет и мы продолжим оформлять отчёт как раньше. Изменения в расчётах мы таки не обсудили и ушли на перерыв.