Деревенский чернокнижник - Путевые заметки. Том II

Театр нечеловеческой покорности

Четвёртый том похождений Шечеруна Ужасного.

Первая часть: https://author.today/work/120079

Вторая часть: https://author.today/work/193054

Третья часть: https://author.today/work/388123

Посвящается Женьке Комарову.

Спасибо тебе друг за нашу весёлую творческую юность.

- Проклятие! – отчаянно прорычала Канта. – Затор! Только этого нам не хватало!

- Что случилось? – возглас возницы заставил Шечеруна оторваться от своей тетради и изучить обстановку. – Ага, вижу. Прямо незадача!

Их фургон замер возле въезда на перекресток, следом за ещё несколькими повозками. Причиной столь резкой остановки стала команда гномов, ехавшая впереди всех. Те безуспешно пытались развернуть свою массивную телегу, запряжённую аж пятью парами быков, и в итоге полностью перегородили дорогу. Несмотря на немалую ширину проезжей части, места едва хватало, чтобы вместить этот огромный воз, не то что на его манёвр. В итоге задняя часть гномьей телеги съехала на обочину и застряла в густом кустарнике, а колёса наполовину ушли в рыхлую землю. Упряжные быки, оставшиеся на противоположной стороне дороги, попытались пойти вперёд, но упёрлись в плотную стену деревьев и теперь просто стояли, не в силах ни шагнуть дальше, ни развернуться.

- Ты можешь чем-нибудь подсобить этим застрявшим бедолагам? – поинтересовалась возница, разглядывая членов экипажей других повозок, вылезающих наружу и бегущих на помощь гномам.

- Самый очевидный вариант: убить их быков и воскресить в виде высшей нежити, - задумчиво ответил чернокнижник. – Тогда физические характеристики скотины возрастут примерно в три раза, и они наверняка смогут проломиться сквозь деревья. Ну, или могу призвать кого-нибудь из лордов войны, и он сметёт все преграды по обе стороны дороги, чем значительно расширит пространство для манёвра.

- Иногда ты ничем не отличаешься от Масхурпала. Тот тоже чуть что предлагает столь же безумные идеи, - вздохнула Канта, возводя очи горе.

- Я просто выбрал наиболее логичные решения.

– Вот только из-за твоего логичного решения начнётся такая паника, что время на устранение проблемы увеличится раз в пять. Ладно, придётся мне самой помочь разобраться с затором, - проворчала девушка, спрыгивая на землю. – А ты сиди тут и присматривай за лошадьми.

Шечерун лишь пожал плечами и, проводив Канту взглядом, попытался вновь погрузиться в свои расчёты. Однако шум и крики, идущие от завязшей на перекрёстке телеги, становились всё громче и не давали чернокнижнику сосредоточиться. Вскоре галдёж привлёк внимание и дракона, который выглянул из фургона.

- Застряли… - задумчиво прокомментировал ситуацию Трулизем. – И, похоже, надолго... Наверное, мне стоит им помочь.

- А как ты собираешься им помогать? – ехидно поинтересовался чернокнижник. – Главное, не принимай свой истинный облик, гномы вашего брата не любят.

- Знаю, - вяло отмахнулся дракон. – Но у меня имеется богатый армейский опыт и в человеческом обличье, и подобных ситуаций на той службе хватало.

- Вот только здесь и так уже помощников хватает, поэтому сомневаюсь, что для тебя вообще найдётся место среди этих горе-толкальщиков, - приглядевшись вперёд, прокомментировал Шечерун.

- Я привык работать мозгами, а не силой, - возразил Трулизем. – Думаю, пары моих советов хватит, чтобы объяснить этим неумехам, как именно следует прикладывать усилия для достижения нужного результата.

Пожилой отшельник вылез из повозки и вслед за возницей устремился к гномьей телеге. Чародей и Масхурпал, последним высунувшийся из фургона, принялись с интересом наблюдать за действиями старика. Издалека не удавалось разобрать деталей, но было видно, что с появлением дракона дело пошло быстрее, и уже через несколько минут телегу успешно вытащили из зарослей и развернули в нужную сторону. Народ стал разбегаться по повозкам, и Канта с Трулиземом тоже поспешили к своему фургону. Шечерун хотел было радостно выдохнуть – казалось, препятствие наконец позади - но по внезапно озадаченному лицу девушки понял, что одним затором их проблемы не ограничивались.

- Дальше дороги нет, - резко выдала Канта. – Похоже, придётся ехать в объезд.

- Почему это? – насторожившись, спросил чародей. - Какие-то опасности?

- Размолвка местных жителей с властями, - поспешила рассеять тревоги попутчиков возница. - Дело в том, что перед нами земли, исконно принадлежащие троллям. У них тут свои владения с особым статусом: официально они считаются частью Инлосса, но свои внутренние дела решают сами. А взамен того, что имперская власть не лезет в их порядки, тролли по официальному договору обязаны следить за окрестными дорогами и мостами. Участки путей распределены между всеми здешними кланами, каждый из которых отвечает за свой отрезок. И нести за него ответственность считается не просто обязанностью, а почётной службой во благо родного края, которой дорожат в каждом роду. И вот недавно, как я поняла, местный инлосский граф уличил один из кланов в ненадлежащем исполнении своей работы и пригрозил, что их участок отберут и передадут другим. А обвинённые тролли обиделись и в знак протеста вообще перекрыли дорогу. Сейчас с ними вроде бы ведутся переговоры, но, пока дело не уладят, проехать по этому отрезку не получится. Именно поэтому на здешнем перекрестке и выставили пост, который всех разворачивает и отправляет в объезд.

- Значит, двинемся кружным путём, - пожав плечами, подытожил успокоившийся чернокнижник. – Побыстрее выбери, как нам ехать, ты же в этом разбираешься гораздо лучше нас.

- В том-то и дело, что мне не нравится ни одна из двух оставшихся дорог, - тяжело вздохнув, сказала Канта. – Если свернём налево, попадаем в Гармутиер – город троллей, встречаться с которыми мне, если честно, совершенно не хочется. А правая дорога ведёт в известный всем Гросах.

- Имперская театральная столица, - прокомментировал Трулизем. – Про этот город даже ходит поговорка, что театров в нём больше, чем жилых домов. Преувеличение, конечно, но на первый взгляд действительно может показаться, что так оно и есть.

- Место вечного переполоха, - поспешила добавить возница. – Там толчётся чересчур много весьма специфического народа, вроде всяких непризнанных гениев, мечтающих о выдающейся карьере, и фанатиков, желающих увидеть своих кумиров. И эти личности готовы на всё ради достижения своих целей, поэтому конфликты между театральными труппами и стычки между зрителями являются там привычным делом и иногда даже перерастают в локальные войны. Мне там очень неуютно находиться. Хотя если выбирать между троллями и театралами, я бы, пожалуй…

- Едем направо! - внезапно решительно заявил Шечерун и, встретив недоумённые взгляды товарищей, принялся объяснять. – В академии у меня был один наставник, магистр Хэлинтурк, преподававший мне основы заключения контрактов с демонами. Он всегда любил сценическое искусство и незадолго до моего выпуска получил в наследство от дальнего родственника театр в Гросахе, чем хвастался перед всеми подряд. Хэлинтурк, конечно, не стал бросать преподавание, но каждое своё занятие норовил превратить в лекцию о том, как именно собирается распорядиться наследством. Судя по его словам, он планировал вывести свою театральную труппу на такой уровень, чтобы на их спектакли приезжали высшие чины Инлосской империи. Возможно, ему удалось достичь успеха в этом деле, и я смогу встретиться с ним в Гросахе, – и, немного подумав, добавил. – Ну или хотя бы узнаю, чем закончилась его эпопея с собственным театром.

- Хочешь покрасоваться перед ним своей карьерой? – ухмыльнулся Трулизем.

- Хочу навести справки о последних новостях из академии, - спокойно возразил чернокнижник. – И по возможности заручиться поддержкой перед экзаменом.

- Похоже, затор рассасывается, - заметила Канта и кивнула головой в сторону перекрестка, где повозки наконец задвигались, разъезжаясь по разным направлениям. – Ещё раз уточняю, едем к троллям или к театралам?

- К театралам! – хором выдали Шечерун и Трулизем, а сидевший между ними Масхурпал заметно оживился и выдал целую речь:

- Театральный город? Мне про театры рассказывал наш трактирщик, ну, святой Корнивес. Говорил, что там волшебство без всяких заклинаний творится. Например, свет зажёг, тряпку набросил - и вот тебе дракон, сжигающий город. Я всегда хотел на такое посмотреть! Может, узнаю в этом городе тайну, как наш старый деревенский сарай в волшебный замок превратить…

- Ладно, с направлением определились. Признаю, город актёров всё же лучше города троллей, и хоть ругаются в нём так же, зато кормят гораздо вкуснее, - с недовольным выражением лица проговорила Канта и развернула лошадей в сторону Гросаха.

***

Хаотичность Гросаха начала ощущаться уже на подъезде к нему. Вдоль дороги появились шатры и наспех сколоченные сцены, вокруг которых носились зазывалы, обещавшие какие-то невероятные представления. Однако, судя по отсутствию возле этих площадок зрителей, обещания явно не соответствовали реальности. Тем не менее, количество подобных импровизированных подмостков увеличивалось с каждой минутой, чем ближе повозка Канты подъезжала к стенам города.

- Интересно, за счёт чего они выживают, если к ним на выступления никто не ходит? - пробормотала возница, недовольно поглядывая на очередной театральный шатёр.

- Так они обычно и не выживают, - поделился мудростью Трулизем. – Большинство подобных балаганов появляется, когда молодые и слишком амбициозные артисты уходят из известных театральных коллективов и пытаются создавать свои труппы. Как правило, они довольно быстро прогорают, хотя бывают и редкие исключения, когда собравшаяся команда оказывается оригинальной и быстро завоёвывает публику. И почти все представители творческой молодёжи надеются, что слава улыбнётся именно им, поэтому и бросаются искать собственные пути в отрыве от устоявшихся коллективов.

- Я всё понимаю, - отчаянно простонала Канта. – Они считают себя гениями, и у них туго с заработками, раз готовы броситься прямо под колёса моей повозки. Вот только мне-то не охота потом платить штрафы из-за их нелепой гибели!

- Гении сцены не занимаются привлечением публики, а репетируют роли, а зазывать зрителей обычно поручают работникам сцены или начинающим актёрам, - уточнил Трулизем.

- И какая мне разница? То, что актёр - начинающий, вовсе не значит, что его можно сбивать лошадьми! – сердито рявкнула возница, и дракон, пожав плечами, тут же замолчал.

Между тем площадки для выступлений пошли уже сплошной чередой, вплотную теснясь друг к другу. Впрочем, в какой-то момент их количество начало переходить в качество. Шатры росли в размерах и всё богаче пестрели всевозможной театральной символикой, помосты делались крепче и добротнее, а отдельные сцены даже обзаводились чем-то похожим на кулисы, навесы и сиденья для зрителей.

- И зачем здесь так много театров? – с удивлением пробормотал Масхурпал. – Куда ни глянь - одни театральные шатры. А где фермы, засеянные поля, рынки, постоялые дворы?.. Как же это город вообще живёт и снабжается? Откуда тут всё берётся?

- Как видишь, в Гросахе свой порядок. Его жителей кормят не поля, а аплодисменты, - хмыкнула Канта. - Что ж, значит, не только мне, но и тебе здешнее местечко кажется ужасно странным.

- Я про этот город мало что знаю, но слышал байку, якобы знаменитый волшебник Хампульман решил открыть здесь театр, и заведение оказалось столь популярным, что в него перебрались многие артисты из столицы, - добавил Шечерун. – Мне говорили, что новаторские идеи чародея привлекли сюда много молодёжи, но в какой-то момент его театр уже не мог всех вместить, и ученики Хампульмана стали создавать собственные коллективы.

- В целом, всё верно, но имеются некоторые важные подробности, - сказал дракон. – В моей боевой юности я пару лет прожил в Гросахе. Наш отряд нанимали для охраны одной труппы, имевшей конфликт с конкурентами, которые активно срывали их представления. И именно тогда я кое-что узнал о местном укладе и истории города.

- Хорошо иметь в команде опытного мудреца, который всё про всех знает, - усмехнулся чародей. – Что ж, давай рассказывай, а то мне уже любопытно послушать, с чего всё началось.

- Мой рассказ будет не таким уж и длинным, - отозвался Трулизем. – Великий Хампульман в своё время удалился в эти края, став отшельником. Тогда здесь не просто не было города, но и край вообще считался глухим, несмотря на то, что рядом проходил один из столичных трактов. Хампульман надеялся познать мудрость в уединении, но земли оказались полны беспокойных духов, и ему пришлось потратить немало сил на их подчинение, чтобы и дальше спокойно размышлять о вечном. Однако даже после укрощения их всех, в том числе не менее легендарного духа Старого Тумана, повелевавшего всеми фантомами Гросаха, отшельник не смог обрести покой.

- Знакомо, - согласился Шечерун. – Когда я начал строить свою башню в Тролльей Напасти, думал, что пугающий вид моего жилища заставит местных держаться от него подальше и я буду спокойно работать. Но куда там, народ со своими проблемами повалил ещё сильнее, чем прежде.

- Надеюсь, когда-нибудь ты научишься не перебивать других, - усталым тоном пробормотал Трулизем и, не услышав возражений пристыженного собеседника, продолжил. – Впрочем, аналогия с твоей жалобой прослеживается, Хампульман так и не обрёл покоя тоже из-за человека, молившего о помощи. Согласно легенде, знаменитая на тот момент актриса пострадала от серьёзного проклятия, погубившего её карьеру, и приехала из столицы к великому волшебнику в надежде, что тот сможет его снять. Однако самое большее, что в данном случае сумел сделать Хампульман, это сдерживать проявления проклятия, пока актриса оставалась рядом с самим чародеем. Легенда говорит, что он настолько проникся горем девушки, лишённой возможности играть на сцене, что пришёл к неожиданному решению: построил для неё театр рядом со своим домом, а труппу составил из подчинившихся ему духов. Естественно, поначалу посетителей там было немного, лишь проезжие купцы и крестьяне с окрестных ферм, но вскоре слухи о необычном театре разлетелись по империи, и туда целенаправленно потянулись зрители уже с соседних городов.

- Я не раз слышала эту историю и всегда удивлялась, почему великий чародей так увлёкся решением проблем незнакомой дамочки, что позабыл про собственные дела. По преданию, ему было свыше тысячи лет, поэтому в то, что он в неё влюбился, я не верю, - сказала Канта и, внимательно посмотрев на чернокнижника, добавила. – Вот будь он помоложе, всё выглядело бы гораздо понятнее и наверняка поинтереснее.

- Мы, волшебники, конечно, не альтруисты, но если зацепить нас нестандартной задачей, вполне можем погрузиться в неё с головой в ущерб прочим интересам, - отозвался Шечерун и, послав девушке ответную улыбку, продолжил. – Хотя ты права, в молодости действительно находится гораздо больше любопытных решений для самых разных проблем.

- Легенда деликатно умалчивает о характере отношений между проклятой актрисой и Хампульманом, поэтому давайте оставим домыслы с фантазиями и вернёмся к фактам, - укоряюще проворчал Трулизем, недовольный тем, что его вновь перебили. – Так вот, появление театра, в работе которого были задействованы магия и беспокойные духи, вызвало бурную реакцию среди столичных театралов. Они разделились на два лагеря. Консерваторы отстаивали традиции, превыше всего ценя в театре живую игру актёров и проверенные временем сценарии, но нашлось немало и тех, кому понравилась магическая составляющая, привносящая в спектакли невиданный масштаб и зрелищность. И поскольку канонисты крепко удерживали свои позиции в столице, все бунтари и любители экспериментов рванули в Гросах, где можно было реализовать самые смелые фантазии в сценическом искусстве. Понятное дело, что они паразитировали на славе Хампульмана, но великий отшельник ничуть против этого не возражал, а иногда даже сам поддерживал казавшиеся ему интересными начинания. Количество новаторских подмостков в этом месте быстро увеличивалось, и вскоре местных крестьян и проезжих купцов перестало хватать, чтобы заполнять все появившиеся зрительные залы. Однако среди владельцев этих театров оказались могущественные волшебники, которые смогли соорудить для новой публики стационарные порталы, связавшие Гросах со столицей и ещё полудюжиной крупных центров империи. В итоге на этом месте вырос довольно крупный город, живущий исключительно за счёт театрального искусства, куда ежедневно съезжаются тысячи зрителей, чтобы прикоснуться к прекрасному, да ещё и овеянному магией.

- А чем закончилась история Хампульмана? – поинтересовался Масхурпал.

- Никто точно не знает, - развёл руками Трулизем. – По легенде, в один прекрасный момент он вместе с проклятой актрисой и всей своей труппой просто исчез. Но местные горожане верят, что когда-нибудь Хампульман вернётся, и тогда магия театров Гросаха засияет ещё сильнее.

- Неужели абсолютно все здешние спектакли напичканы волшебством? – уточнил Шечерун, недоверчиво покачав головой.

- Представь себе, в Гросахе за столетия возникли именно такие традиции, - поучающим тоном ответил дракон. – Прецеденты, разумеется, случались, и некоторые режиссёры пытались ставить тут представления без использования магии, однако оказались подняты на смех коллегами и зрителями и были вынуждены покинуть город из-за непрекращающейся череды последующих издевательств. Да даже в самом халтурном здешнем балагане непременно трудятся один-два волшебника, иначе у него не будет и шанса привлечь зрителей.

- Получается, в этом городе никто, кроме артистов и режиссёров, и не живёт? – внезапно пришёл к выводу Масхурпал.

- Вовсе нет, - возразил Трулизем. – Во-первых, театры ни дня не протянут без ремесленников: кто, если не портные, будут шить костюмы, и кто, если не плотники и художники, будут делать декорации? А во-вторых, сами артисты тоже имеют бытовые потребности: кто, если не пекари, извозчики и сапожники, станут готовить им еду, довозить до мест работы и ремонтировать обувь? Не может город состоять из одних только актёров, потому что без мастеров, лавочников и возчиков никакой спектакль не состоится и повседневная жизнь будет просто невозможна.

Тем временем петлявшая прежде дорога резко выпрямилась, и впереди показались городские ворота. Десятки импровизированных сцен здесь располагались чуть в стороне от дороги, а всё пространство вдоль обочины утопало в бесчисленных афишах и плакатах. Они пестрели на всех деревьях, специальных столбах и щитах, а ещё ими размахивали зазывалы, стараясь перекричать друг друга и заманить путников в свои театры.

Шечерун даже отвлёкся от своих записей и принялся рассматривать афиши, которые хоть и не часто отличались оригинальностью, но всё равно вызывали интерес. На одной красовались воители: рыжеволосая девушка в короткой кольчуге сжимала исполинский меч, а рядом с ней, плечом к плечу, стоял восточный воин с изогнутой саблей. Следующая иллюстрация показывала команду разношёрстных наёмников, выстроившихся под флагом с оскалившимся зайцем. Особое внимание чернокнижника привлекла картина, которая изображала юную девушку в жреческом одеянии, с надеждой смотревшую на гиганта, закованного в чёрные шипастые доспехи.

- Ого, это же Грылопраг и Картипана, - догадался Шечерун. – А мне казалось, что их история уже давно перестала быть интересной народу.

- До меня доходили слухи, что несколько лет назад были обнаружены архивные документы, благодаря которым легенда Грылопрага и Картипаны пополнилась дополнительными подробностями. И, разумеется, местные драматурги не упустили случая использовать эти сведения для новых сценариев, - заметил дракон.

- А вот и городские ворота, - в голосе возницы послышались нотки ехидства.– Тут на въезде очень специфические правила, причём появились они не так уж давно. Интересно, что вы о них скажете?

Непосредственно на пороге города было довольно спокойно. Многочисленные шатры, сцены, зазывалы и афиши остались позади, и вблизи караульного помещения стояли лишь полдюжины палаток. Канта подъехала к воротам и остановилась по приказу толстого и усатого караульного.

- Приобретайте билеты, - внезапно выдал тот, подойдя к повозке. - Какой театр и спектакль интересуют?

- Да мы здесь проездом и культурную программу не планируем, - отозвался Шечерун, косо глядя на ухмыляющуюся возницу.

- В таком случае выкладывайте за въезд в город по три шетонга с каждого человека.

- Что?! – искренне удивился чернокнижник. – Почему въездная пошлина настолько огромная?!

- Если не хотите платить пошлину, покупайте билеты, - ленивым тоном повторил стражник. – Выбирайте театр и спектакль, рассчитывайтесь и можете проезжать.

- В последние годы театров здесь стало настолько много, что для заполнения залов не хватает зрителей даже со всей империи, - зашептала Канта на ухо Шечеруну. – Поэтому заправилы Гросаха придумали новую схему, чтобы не дать ослабнуть делу, держащему весь город на плаву. Они специально чуть ли не в десять раз взвинтили привратную пошлину и в качестве альтернативы предложили покупку билета на любой городской спектакль, но и его цену подняли вдвое, так что она стала равной прежней сумме въездного сбора. Все гости города, конечно же, предпочитают более дешёвый вариант, и потом многие из них волей-неволей идут на оплаченные спектакли, потому что им становится жаль, если потраченные деньги пропадут зря.

- Теперь понятно, как они набирают зрителей, - проворчал чернокнижник, после чего поинтересовался у стражника. – А в «Малиновом фениксе» сейчас что-нибудь идёт?

- Вроде да, - с сомнением проговорил охранник и, повернувшись в сторону палаток, закричал. – Эй, из «Малинового феникса» билеты есть или они уже закрылись?!

- Есть, - отозвался похожий на гнома низенький и шустрый человечек, выбравшийся из ближайшей палатки. - На «Хампульмана». На сегодняшний вечер или на завтра перед полуднем.

- Раз мы тут ненадолго, давайте на сегодняшний вечер, - решил чародей и, обратившись к Канте, добавил. – Ну что, позволишь пригласить тебя в театр? Буду счастлив, если ты станешь моей спутницей. Конечно, мы пойдём не одни, и из-за присутствия наших товарищей полноценного свидания из этого похода не получится, но я надеюсь на духовное обогащение в хорошей компании.

- Так уж прямо и скажи, что просто хочешь весело провести время, созерцая местные зрелища, - ехидно заметила девушка.

- Ну, я человек прагматичный, и если в процессе решения вопросов появляется возможность развлечься, то почему бы ею и не воспользоваться? – усмехнулся Шечерун и вновь обратился коротышке. - Сколько стоят билеты?

- Восемнадцать лидюнов за взрослого и двенадцать за ребёнка.

- Мой подопечный, к сожалению, на ребёнка уже не тянет, так что сэкономить не получится, - отметил чернокнижник, посмотрев на ученика, после чего достал кошелёк. – В общем, будьте добры четыре взрослых билета. И расскажите, пожалуйста, как найти этот театр, а заодно и нормальную гостиницу поблизости от него.

- Всенепременно, господин, - заверил коротышка, принял деньги и тут же убежал в палатку за бумажными билетами.

Чародей устало вздохнул. Поездка продолжала преподносить сюрпризы, и пусть пока серьёзных проблем не возникало, всё-таки следовало держать ухо востро.

***

- А внутри городских стен вовсе не так суетно, как ты расписывала. И народу совсем не много, хотя, по слухам, тут должны шествовать просто толпы любителей театрального искусства, - заметил Шечерун, с удовольствием изучавший местную архитектуру. Заодно он пытался угадывать, какое именно заведение располагается в очередном здании, потому что и театры, и гостиницы, и обычные жилые дома здесь были невероятно вычурными и помпезными, особенно в сравнении с шатрами, стоявшими на подходах к городу.

- А зачем этим театралам бродить по улицам? – удивилась Канта. – Пока одни из них смотрят представления, другие, зная расписания спектаклей, сидят в гостиницах и тавернах в ожидании начала. Кстати, через три поворота на главной площади находится портал. Нет желания сразу через него пройти в столицу?

- Во-первых, у меня не настолько толстый кошелёк. Я прекрасно знаю расценки за услуги подобного рода, и их исполнители даже для коллег не делают скидок, – отмахнулся чернокнижник. – Во-вторых, к порталам обычно выстраиваются такие длинные очереди, что мы быстрее доберёмся до столицы на твоём фургоне. Ну и в-третьих, я бы, если честно, предпочёл подольше побыть в твоей компании.

- Что ж, не хочешь – как хочешь. Моё дело было предложить - а решать тебе, - пожала плечами явно польщённая возница. – Кстати, до нужного театра мы уже доехали. Как тот человечек с билетами и сказал, «Малиновый феникс» совсем недалеко от городских ворот, всего в паре перекрестков. И гостиницу за этим театром я припоминаю. Мы там однажды останавливались, она вроде достаточно удобная.

Шечерун внимательно осмотрел здание «Малинового феникса». Фасад из красного камня с позолотой будто собрали из множества мелких деталей: витые колонны, лепные гирлянды, подпирающие балкон кариатиды. Казалось, мастер не мог остановиться и добавлял украшение за украшением. Театр не отставал от нарядных соседей, тоже был вычурным, словно старался перещеголять их в затейливости, и оттого терялся в общегородской сумятице форм, узоров, завитков, пилонов и скульптур. Впрочем, кое-чем он всё же выделялся. Над скульптурой бронзовой птицы с расправленными крыльями, венчавшей входную арку, прямо в воздухе застыли огромные письмена, и было ясно, что они созданы магическим образом. Волшебная надпись обещала, что здесь и сейчас любой зритель может увидеть знаменитую постановку - «Сказку про Старого Тумана, Хампульмана и крысу-актрису».

- Легендарная пьеса, - подал голос высунувшийся наружу Трулизем. – В столице её не очень любят, а вот местные жители просто обожают, потому что она раскрывает историю этого города.

- А почему актриса - крыса? – удивился Масхурпал.

- Дело в том, что наложенное на девушку проклятие, из-за которого она обратилась к великому Хампульману, периодически превращало её в крысу, - пояснил дракон. – Кстати, из-за этого обстоятельства пьеса отличается сложностью постановки, потому что нужно непременно показывать перевоплощения главной героини. Причём чем натуральнее они будут выглядеть на сцене, тем довольнее окажутся зрители. Обычно за сценическое воплощение этого берутся умелые волшебники, мастера своего дела, и им дают полную свободу действия. Кто-то работает с иллюзиями, кто-то заколдовывает животных, чтобы настоящие крысы будто бы произносили речи, а отдельные умельцы на самом деле превращают актрису в грызуна по несколько раз за спектакль.

- До представления, на которое мы купили билеты, осталось чуть больше часа, - сказал Шечерун, пропустив мимо ушей последние слова дракона. – Предлагаю за это время разобраться с жильём, а уже потом спокойно наслаждаться театральным действом. Всё равно пока спектакль не кончится, я не смогу нормально пообщаться с магистром Хэлинтурком. А уж потом надеюсь быстренько уладить с ним все дела, чтобы утром мы продолжили путь. Если, конечно, не обнаружится ещё какое-нибудь дурацкое местное правило - вроде того, что тебя не выпустят из Гросаха, пока не посетишь спектакли во всех театрах без исключения.

- Про такое правило я не слышала, но не исключено, что со времени моего последнего визита сюда обстоятельства поменялись, - весело отозвалась Канта.

Шечерун молча ухмыльнулся в ответ, после чего махнул рукой в сторону гостиницы, намекая, чтобы возница поскорее двинулась в указанном направлении. Чернокнижник даже немного расстроился из-за того, что приходилось торопиться, потому как город, показавшийся ему на первый взгляд довольно забавным, вполне заслуживал того, чтобы провести тут недельку‑другую и изучить всё как следует. Возможно, он и задержался бы в Гросахе, но жизненные обстоятельства требовали продолжить путь как можно скорее.

***

По оценке Шечеруна, зал вмещал примерно четыре сотни зрителей. Кресла из красного бархата шли ровными рядами, правда, обивка была местами чуть потёрта. По стенам тянулась лепнина: гирлянды, маски, пилястры, и это всё было густо покрыто позолотой, которой явно не жалели. Над партером нависал балкон с резными балюстрадами, а под потолком болталась громоздкая люстра с множеством подвесок. Тяжёлый занавес, расшитый узорами, выглядел так, словно должен был сразу обозначить: здесь всё делают с размахом. Вот только зрителей было мало, и многие кресла пустовали, подчёркивая неуместную пышность зала.

Спектакль Шечеруну не особо понравился и показался перегруженным. Чародей запутался и потерял нить повествования ещё в середине первого акта, после чего уткнулся в расчёты в своей тетради и до конца действа почти не поднимал головы. Лишь когда на сцене появлялись магические эффекты, он ненадолго вскидывал взгляд, обозревал происходящее, а затем, недовольно хмыкнув, снова погружался в свои записи.

Спутники чародея, напротив, пришли в небывалый восторг от увиденного. Канту так захватили драматические моменты, что она то и дело вытирала слёзы, полностью игнорируя Шечеруна, который поначалу пытался с ней перешёптываться. Масхурпал оказался впечатлён сценами противостояния волшебника и духов и во время них подпрыгивал на месте от возбуждения. А Трулизем довольно кивал, слушая пафосные речи главного героя, обещавшего девушке небывалый успех, который непременно превзойдёт её былую популярность, даже несмотря на наложенное на неё проклятие.

Ближе к концу спектакля чернокнижник понял, что царящая в зале обстановка стала его напрягать. Он принялся косо поглядывать в разные стороны, пытаясь определить причину своего неприятия происходящего. Ему казалось странным всё: и то, что реплики актёров были гораздо быстрее, чем обычная повседневная речь; и то, что некоторые зрители, прямо как он сам, чаще крутили головой по сторонам, нежели смотрели на сцену; и, наконец, то, что стоявшие по углам служители театра, вооружённые до зубов, вели себя заметно беспокойно.

Шечерун с трудом досидел до финальных аплодисментов, дождался, пока основная часть зрителей дойдёт до выхода, убрал свои записи в сумку и решил спросить у товарищей:

- Вам не показалось, что аура постановки была… несколько напряжённой?

- Вовсе нет, - неподдельно удивился Трулизем. – Я всем доволен и не заметил никаких огрехов. А мне часто доводилось бывать на подобных мероприятиях, так что есть с чем сравнивать.

- Я, конечно, не заядлый театрал, - задумчиво пробормотал Шечерун. – И это лишь пятое посещение театра за всю мою жизнь, но что-то здесь явно не так... Хотя, может, меня просто чересчур зацепили и не отпускают слова того стражника на воротах о возможном закрытии «Малинового феникса», вот и придумываю себе то, чего и нет...

- Странным мне показалось разве что небольшое количество зрителей, - немного подумав, заметил дракон. – Зал был заполнен всего на треть, хотя обычно в театрах Гросаха аншлаги. Впрочем, в последний раз я был здесь девяносто шесть лет тому назад, и за прошедшее время всё могло измениться.

- Думаю, пора поговорить с хозяином этого места и заодно разузнать, что же тут творится, - заявил Шечерун, наконец встал со своего места и, ещё раз обведя зал взглядом, заметил двоих служек, по-прежнему стоявших с оружием возле сцены. – Вот их и попрошу организовать нам встречу.

- Только сильно на них не дави, ладно? А то знаю я тебя: как начинаешь размахивать своим чародейским знаком, так люди от страха сразу дар речи теряют, - съязвила Канта, поднимаясь вслед за ним.

Шечерун оставил слова девушки без комментария и направился к сцене. Он действительно продемонстрировал театральным работникам свой знак чародея и решительно поинтересовался:

- Вы можете провести меня к магистру Хэлинтурку?

Служки, явно не ожидавшие такой просьбы, робко переглянулись, после чего один из них ответил:

- Он сейчас в отъезде, но Вы можете поговорить с его племянником мэтром Очиедом. Именно мэтр Очиед заправляет театром во время отсутствия мэтра Хэлинтурка.

- Надо же, - искренне изумился чернокнижник. – Очиед здесь! Надо будет переброситься с ним парой слов, всё-таки давно не виделись!

- Ещё один твой знакомый? – уточнила догнавшая его возница. – Кто на этот раз: наставник или давний соперник?

- Скорее, товарищ по азартным играм. Очиед учился на два курса младше меня на одном из светлых факультетов, но умудрился попасть в нашу дурную компанию игроков. Мы, разумеется, обучили его плохому, за что потом частенько получали по шапке от его дядюшки. Жаль, конечно, что наставника здесь нет, но, надеюсь, удастся разузнать хоть что-нибудь полезное и у старого приятеля, – Шечерун оглянулся и, увидев подошедших к ним Трулизема и Масхурпала, добавил. – И пока я буду общаться с ним, вы все можете быть свободны: займитесь собственными делами, прогуляйтесь по городу или отправляйтесь в гостиницу. Если выясню что-нибудь интересное, то потом всё вам расскажу.

- Мы с юношей как раз собирались вернуться в гостиницу, - согласился дракон. – Я пообещал обучить его одной старинной орочьей игре, и в самое ближайшее время хотелось бы приступить к практике.

- А я пойду с тобой, - ничуть не смутившись, заявила Канта. – Мне интересен ваш магический мир и ужасно хочется послушать, что же вы, волшебники, обсуждаете.

- Если брать меня и Очиеда, то обсуждать мы будем, скорее всего, наше совместное прошлое, которое, по сути, ограничивалось картами и рулеткой, - недовольно проворчал чернокнижник, но разубеждать девушку не стал.

Чародей кивнул служкам, и те пригласили гостей за собой в ближайшую дверь, за которой началась сеть узких и извилистых коридоров. Вскоре среди проходов обнаружилась ещё одна ничем не примечательная закрытая дверь, и один из служек в неё постучал. Услышав ворчливое «Войдите», он заглянул внутрь, тихо доложил о посетителях и, получив согласие их принять, попросил Шечеруна и его спутницу войти внутрь.

В небольшом кабинете за столом сидел временный управляющий театром. Это был худой, лысеющий человек с измученным взглядом, который, впрочем, заметно оживился при появлении давнего приятеля.

- Диранок, ты ли это? – радостно пробормотал он хриплым голосом. – Почему вдруг решил встретиться со мной?

- Вообще-то я искал твоего дядю, чтобы выяснить пару важных вещей, однако мне сказали, что его тут нет, и тогда я решил обратиться с этими вопросами к тебе. Возможно, ты слышал что-нибудь о делах нашей любимой академии? - поинтересовался Шечерун, после чего бесцеремонно пододвинул стул и сел напротив Очиеда. Девушка, осмотрев комнату, заняла место на лавке, стоявшей у стены. – Кстати, позволь тебе представить Канту, мою провожатую на пути в столицу. Она очень интересуется внутренней кухней мира магии.

- Очень приятно познакомиться, я – Очиед Лиогарт, магистр воздушной стихии первой ступени, - любезно раскланялся с возницей управляющий и вновь обратился к чернокнижнику с появившейся в голосе усталостью. – А вот тебе мне про академию сказать нечего. Сразу после выпуска дядя притащил меня сюда и назначил своим помощником, а потом и главным режиссёром. И в течение последних лет я безвылазно сижу в Гросахе и интересуюсь исключительно делами нашего театра, пытаясь удержать его на плаву, а на столичные новости у меня просто не остаётся сил и времени. Так что лучше дождись моего дядю, который всё знает и тебе изложит. Он должен вернуться совсем скоро, вероятнее всего, завтра после обеда.

- Даже не знаю, получится ли у нас задержаться в этом городе, - пробормотал Шечерун, вопросительно посмотрев на возницу.

- Можем и задержаться, - задумчиво сказала Канта. – А чтобы не терять время даром, почему бы ни попробовать вновь воплотить ту схему, что сработала, когда я последний раз ехала через этот город с караваном. В Гросахе хватает талантов, пишущих неплохие сценарии для спектаклей, но по причине их переизбытка сценаристы вынуждены сбывать свои рукописи за бесценок на рынке. А в столице эти сочинения пользуются определённым спросом, и там их удаётся перепродавать с хорошей прибылью. За полдня как раз успею пройтись по торговым рядам и закупиться нужным товаром.

- Значит, подождём Хэлинтурка, - радостно выдал чернокнижник. – Может, составлю тебе компанию, заодно прогуляюсь по городу и изучу достопримечательности…

- Слушай, Диранок, - перебил его Очиед, наконец взявший себя в руки и заговоривший достаточно уверенным тоном. – Судя по твоим словам, завтра ты всё равно будешь свободен, так, может, выручишь меня по старой дружбе как специалист по всяким духам и демонам? Проблема, по сути, мелкая, но, как назло, поблизости нет ни одного толкового эксперта, а хотелось бы разрешить её до возвращения дяди, чтобы он не поднял меня на смех.

- Надеюсь, проблема не в том, что ваш зал пустует во время спектаклей (а я недавно лично это наблюдал), и от меня не потребуется привлекать демонов и духов, чтобы они насильно сгоняли к вам публику, - съехидничал Шечерун, но, увидев, как товарищ помрачнел, поспешно вскинул руки. – Эй, я же пошутил! Но если серьёзно, в чём всё-таки дело?

- Всё началось месяц назад, - вновь запинаясь, заговорил управляющий. – Прямо во время спектакля в зале внезапно откуда-то появились демоны или нечто, похожее на них. Они принялись кружиться над головами публики, оглашая зал пугающими пронзительными воплями и обещая каждому зрителю страшные кошмары. К счастью, большинство посетителей приняли это за часть представления. Материального ущерба вторженцы не причинили и ограничились только угрозами, поэтому мы с моими ребятами сперва подумали, что это чья-то глупая шутка. Однако данное происшествие оказалось лишь началом череды неприятностей. Эти демоны стали регулярно появляться на наших пьесах, вдобавок их поведение постоянно меняется. Они то громко и бессвязно орут, заглушая играющих артистов; то весьма фривольно пересказывают зрителям сюжеты идущих спектаклей; а то и вообще выдают скабрезные сплетни, вроде того, что актёр на сцене такой мрачный вовсе не из-за характера его персонажа, а из-за обычного похмелья или из-за измены супруги. Вся их деятельность по-прежнему сводится лишь к словам, однако этого оказалось вполне достаточно, чтобы зрители вскоре поняли, что никакого отношения к нашим постановкам эти демоны не имеют, и перестали посещать наш театр.

- Значит, они ничего не ломают, не крушат и не насылают проклятия вроде какой-нибудь «Тысячи болезней», а только распускают языки, – задумчиво проговорил Шечерун. - Нетипичное поведение для демонов. Обычно они предпочитают хвалиться своими заслугами, пусть даже и вымышленными, и не опускаются до оскорблений или издевательств. Впрочем, опытный демонолог, должным образом составив контракт, может заставить демонов творить всё, что ему захочется.

- Этот вариант кажется вполне вероятным, поскольку происходящее отчётливо напоминает попытки срыва спектаклей и очернения репутации этого театра, - с грустью произнёс управляющий.

- И неужели вы не пробовали их остановить или, по крайней мере, выяснить, откуда и зачем они приходят?

- Разумеется, мы с моей командой пытались всё это сделать, - подтвердил Очиед. – Однако вторженцы совсем не боятся дежурящей в зале охраны и со смехом разлетаются от неё, и поймать их никак не удаётся. А как именно они появляются в зале, понять мы так и не можем, по крайней мере, никакой портальной магии при этом не ощущается. Все наши заклинания, от исследовательских до изгоняющих, просто уходят в никуда, соскальзывая с этих демонов. Мне даже кажется, что на неведомых хулиганов наложена защита, прикрывающая их истинную сущность или личность их хозяина.

- Получается, магистр Хэлинтурк не знает о происходящем в его собственном театре, и ты боишься ему признаваться? – нахмурившись, удивился чернокнижник. – Как же так получилось? А уж он наверняка сумел бы быстро разобраться в происходящем.

- Всё он знает, вот только поручил уладить этот вопрос мне. Как назло, демоны появились буквально сразу после отъезда дяди из Гросаха. У него вроде бы возникли какие-то проблемы в академии, которыми он, впрочем, не особо делится, поэтому всё никак не может сюда вернуться, - объяснил Очиед. – Я, конечно же, постоянно связываюсь с ним и прошу о помощи, но он каждый раз отмахивается фразами, что верит в меня и я сам в силах со всем справиться. Вот только я в себя уже не верю!

- То есть стоило твоему дяде уехать, как сразу начались проблемы… Хм, занятное совпадение... И тебе совсем ничего не удалось сделать с этими демонами, хотя бы изучить их?

- Так я больше специализируюсь на стихийной магии, да и среди моих сотрудников-чародеев нет знатоков демонологии. В общем, справиться с этими инфернальными хулиганами своими силами у нас не получается, и я на грани отчаяния. Зрителей становится всё меньше, доходы падают, и всё идёт к тому, что театр придётся закрывать. Ещё и дядя завтра вернётся, а ты знаешь его тяжёлую руку.

- Но почему нельзя было поискать какого-нибудь знатока демонологии на стороне? – моментально поинтересовалась Канта.

- Ну, вот я и нашёл самого лучшего, - с улыбкой ответил управляющий, кивнув на Шечеруна.

- А если бы мы не поехали сюда, как изначально планировали? – не унималась девушка. - В вашем городе полно чародейских театров, и уж в каком-то из них наверняка работает специалист, способный понять, что же за твари вас донимают.

- Ни от кого из них помощи нам не дождаться, - ответил Очиед, издав нервный смешок. – Все местные чародеи служат своим труппам, руководители которых являются непримиримыми соперниками и только и ждут возможности подсидеть коллег и вывести свой театр на первые места. Поэтому в Гросахе никто не станет помогать конкуренту: здесь каждый спектакль - это ещё и борьба за место под солнцем. Стоит только заикнуться об имеющихся у тебя проблемах, как тут же выстроится очередь из желающих поскорее подтолкнуть тебя в пропасть. Вдобавок нет никакой гарантии, что тот, к кому я обращусь за помощью, не окажется как раз тем, кто пытается лишить наш театр доброго имени.

- Что ж, выходит, сама судьба послала меня к тебе на выручку, - ухмыльнулся чернокнижник. - Я согласен помочь тебе. Что именно мне надо сделать? Достаточно будет лишь выяснить, кто именно срывает твои спектакли? А может, требуется раскрутить всю цепочку и привести виновников на цепи к тебе в кабинет или изгнать их в самые мрачные глубины Инферно?

- Если сумеешь выполнить последнее, я стану твоим должником до конца жизни, - ответил управляющий. – Однако буду очень рад и тому, если ты просто распознаешь, с кем нам приходится иметь дело.

- Понятно, тогда задам следующий вопрос, - задумчиво произнёс Шечерун. – Как часто эти демоны к вам вламываются? Просто на сегодняшнем спектакле никого подобного не было.

- Ты имеешь в виду вечерний показ, верно? Демоны приходят исключительно на утренние спектакли, полностью игнорируя вечерние. Поначалу они показывались раз в два-три дня, но сейчас совсем обнаглели и заявляются ежедневно.

- Значит, мне придётся встать пораньше и подежурить на завтрашней утренней постановке, - подытожил Шечерун. – Однако хотелось бы попасть на неё, не платя за билет.

- Само собой, - улыбнулся Очиед. – Я, как главный, выпишу вам контрамарки. Вдобавок заплачу тебе за оказанную услугу, даже если ты ничего не найдёшь. Но будем надеяться на благоприятный исход этого дела.

- Завтра будет видно, - спокойно ответил чернокнижник, поднимаясь со стула. – А прежде чем отправляться на подвиги, мне нужно нормально поесть и хорошенько выспаться.

Вместе с Кантой он направился к выходу из театра, перебирая в голове потенциальные варианты тех, с кем ему, возможно, придётся иметь дело. И список этот был довольно большим, поэтому оставалось только верить в то, что завтрашняя задача окажется ему по плечу.

***

- Вот оно как бывает, - произнесла Канта, следя за происходящим на сцене. – Мы хотели быстро проскочить этот город, чтобы объехать перекрытую дорогу, а в итоге смотрим спектакль, сидя в парадной ложе для знатных гостей. Хитросплетения судьбы продолжают радовать.

- И ты не смогла отказаться от такой роскоши и даже не пошла, как собиралась, на рынок за партией сценариев для наживы, - поддразнил её Шечерун.

- Разумеется. На рынок я могу сгонять и позже, а когда ещё я даром попаду на театральное представление, да к тому же в почётную ложу? – в тон ему отозвалась возница. – Кстати, ты не знаешь, о чём нынешний спектакль? Какая-то «История Аблиманаса и Кульвениды». Я не большой знаток всей это культуры и понятия не имею, кто они такие.

- Ох, а я даже название не посмотрел. Что ж, получается весьма иронично, - усмехнулся чернокнижник и начал объяснять. – Аблиманас – легендарный архимаг, который нанял купчиху Кульвениду, чтобы она отвезла его во владения короля вампиров, где он собирался совершить подвиг - очистить земли от нечисти. И по пути между ними завязался страстный роман. Согласно легенде, после тяжёлого боя архимаг умер у возлюблённой на руках, но до того они успели зачать сына, который впоследствии стал основателем династии великих героев. Впрочем, исторические хроники выдают более оптимистичный финал, в котором не было драматической гибели, и герои прожили вместе долгую и вроде бы счастливую жизнь.

- С твоих слов звучит очень интересно! Такое я точно хочу посмотреть, - обрадовалась Канта. – Вдобавок одним спектаклем по этому сценарию дело сегодня не ограничится, а намечается настоящая битва с демонами. Хочу собственными глазами увидеть, как ты от них избавишься или, на худой конец, заставишь преклонить перед собой колени.

- С преклонением колен могут возникнуть проблемы, - ответил чернокнижник. – Потому что у многих демонов их просто нет. Впрочем, если я, например, завяжу им щупальца узлом, это будет выглядеть не менее эффектно.

- Хм, а мы вам не мешаем? – вдруг поинтересовался Трулизем и, встретив недоумённые взгляды Шечеруна и Канты, поспешил пояснить. – Я же вижу, что вы заигрываете друг с другом, поэтому, чтобы не нарушать вашу милую беседу, мы с юношей можем пересесть подальше, благо здесь в бельэтаже полно свободных кресел.

- Оставайтесь на своих местах, - сухим голосом ответил порядком сконфуженный чародей, в то время как девушка неопределённо хихикнула. – Ты всё не так понял, нам сейчас не до заигрываний, потому что предстоит работа. И я, честно говоря, уже устал от её ожидания. Нас заверили, что демоны появляются в самом начале спектакля, но он идёт уже минут двадцать, а их всё ещё нет.

Усталость чернокнижника была вполне объяснима. Прежде чем проводить команду Шечеруна в центральную ложу бельэтажа, Очиед лично провёл их по всем помещениям театра и прочитал подробные лекции о том, насколько сложная у него работа. Гостям пришлось обойти кучу коридоров и хозяйственных помещений, большая часть которых не отличалась чистотой, а то и вовсе находилась в состоянии ремонта, и выслушать нескончаемые рассуждения о том, что здесь готовятся установить новое оборудование, благодаря которому постановки приобретут невероятную оригинальность и фееричность.

В конце этой экскурсии управляющий решил познакомить гостей со своими подчинёнными. Однако нормального общения не получилось. Технические работники и подмастерья были очень заняты и бегали туда-сюда, готовясь к дневному представлению, а артисты вели себя на удивление скромно и, хотя послушно вышли по зову руководителя, на все вопросы отвечали односложно, явно намекая, что у них хватает своих дел. Впрочем, Шечерун внимательно изучил всю семёрку актёров: четверых мужчин и троих женщин, две из которых были высокими и широкоплечими и, по словам управляющего, тоже играли в основном мужские роли. Артисты настолько заинтересовали чернокнижника, что он потратил около получаса на общение с ними, хотя они были очень немногословны. По итогам этой натянутой и неудобной беседы, да ещё и после не самой приятной прогулки чернокнижник заявил о своём утомлении и попросил заранее осмотреть будущий пост наблюдения, после чего их всё-таки отпустили в ложу. До начала представления оставалось ещё около двух часов, и чародей изнывал от безделья, периодически отвлекаясь то на свои записи, то на болтовню с Кантой. И вот наконец начался спектакль, однако обещанные демоны так и не показывались.

- Может, эти инфернальные твари сегодня вообще не придут? А мне так хотелось взглянуть на тебя в рабочей обстановке, - пробормотала девушка, в голосе которой появилось лёгкая досада.

- Подождите, а это разве не демоны?! Вон там, в углу зала, у самой сцены! – вдруг воскликнул Масхурпал и ткнул пальцем в нужном направлении.

- Точно! - чернокнижник оживился и с интересом уставился на указанное место. – Если выглядят, как демоны, и ведут себя, как демоны, кто же ещё это может быть? Хотя следов призыва я тоже не ощущаю.

- Они словно через чёрный ход пробрались, - добавила Канта. – Вон же, двери как раз в том углу, мы мимо них проходили, и они достаточно широкие.

- Значит надо держать тот вход под контролем! – моментально напрягшись, заявил Шечерун.

Между тем существа, возникшие в боковом углу партера, принялись растекаться по залу, причём предпочитали они держаться в воздухе, паря над головами зрителей, и не касались пола. Впереди всех вилось существо, состоявшее, казалось, из одних щупалец, следом за ним летели два чудовища, напоминавшие огромных летучих мышей, а чуть в стороне под сводами зала плавало нечто, похожее на бегемота на своеобразных воздушных пузырях. Последним двигался гигантский кузнечик, и делал это очень странным способом: надолго зависал в воздухе после каждого прыжка.

- Надо же, как мерзко они выглядят, - проворчала девушка и, скривившись, отвела взгляд. Шечерун же, напротив, затаив дыхание, внимательно рассматривал яркую компанию.

- Харком осквернитель; две грыли, правда, очень уж исполинского размера; кулимус подавитель посевов, которого, наоборот, весьма ужало, и цурмекан стремительный, - перечислил чародей незваных гостей. - Довольно странный коллектив для объединения, слишком уж различаются их функции. И, кстати говоря, не самый лучший выбор из тех, кого можно призывать для болтовни с людьми.

- Ты же сам же говоришь, что профессиональные чернокнижники могут использовать демонов для любых задач, - напомнила Канта.

- Верно, но, по-моему, задействовать высокоранговых демонов, специализирующихся на разрушениях и диверсиях, только ради того, чтобы запугивать зрителей, это бессмысленное разбазаривание ресурсов. Для подобной цели лучше призывать демонов послабее, благо их в достатке, и с такой пустяковой задачей они справятся даже надёжнее. Выходит, что-то с этими налётами не так.

В это время летающие монстры приступили к своим скверным деяниям. Кружась над залом, они громко сыпали бранью: то ругали игру актёров, то язвили насчёт технического оснащения постановки: от костюмов до освещения, а сценариста и вовсе обвиняли в том, что он извратил оригинальную историю. Зрители реагировали на демонов довольно вяло, предпочитая следить за спектаклем, и лишь периодически покрикивали на них, призывая заткнуться.

- Похоже, от этих тварей действительно нет особого вреда, - пробормотал Шечерун. – Если уж народ в зале так равнодушно к ним относится, значит, знает, что опасности от них можно не ждать.

- А актёры на сцене вообще не обращают на монстров внимания, - изумлённо добавила Канта. – Вот что значит погружение в роль.

- Если отвлекаться на каждого неадекватного зрителя или, как в данном случае, пустого трепача, грош тебе цена как артисту, - заметил Трулизем.

- Чем внимательнее я приглядываюсь, тем страннее мне кажется происходящее, - продолжал свои наблюдения чернокнижник. – Грыли не умеют разговаривать, они обычно только рычат, а эти выдают членораздельную речь. Харком, конечно, болтун, но предпочитает люто сквернословить, а сейчас его фразы весьма благопристойны. Кулимус во всех гримуарах описывается как абсолютный молчун, лишь изредка произносящий исключительно невнятные пророчества, но нынешние его реплики совсем не похожи на прорицание. А ещё я впервые вижу летающего цурмекана, обычно он только прыгает, и левитация ему чужда. И если не брать во внимание манеру их передвижения и внешний вид, получается, что они, несмотря на разные особенности, дружно выполняют одну задачу. Возможно, это…

- Что-то не так, учитель? – обеспокоенно перебил Масхурпал.

- Всё не так, - проворчал чародей, размахивая своим жезлом, навершие которого светилось всё ярче и ярче. – Очиед прав, на них не срабатывает ни один экзорцизм или подчинение. Даже определяющие чары соскальзывают с их тел. Впрочем, можно подойти к ним поближе, но тогда стоит их слегка ошеломить.

Чернокнижник резко дёрнул жезлом, и вся пятёрка демонов оказалась отброшена в угол партера, из которого появилась. По рядам зрителей прокатились облегчённые выдохи, а кто-то даже одобрительно закивал: мол, так им и надо.

– Бегом за мной, возможно, потребуется ваша помощь! – крикнул своим спутникам Шечерун, подскочив с места и бросившись прочь из почётной ложи.

Миновав аванложу, фойе и входной коридор, чародей со спутниками оказались в партере и успели как раз к тому моменту, когда демоны, сметённые недавней атакой, вновь поднялись и взмыли в воздух. Чернокнижник подбежал к чёрному входу, из которого, по словам возницы, и появились пришельцы, и замер перед ним, перекрыв путь к отступлению.

- Держитесь сзади, - велел чародей своей команде и, обратив внимание на восторженное лицо Канты, поспешил перейти к действиям. – Начнём с грылей!

Из жезла чернокнижника вырвались тёмные молнии и окутали гигантских летучих мышей, которые, впрочем, даже не заметили этого и продолжили летать над залом.

– Ага, с такого расстояния я уже могу их прощупать! Занятно, что нет даже намёка на магию призыва, да и следов Инферно не чувствуется. А щит у них действительно стоит мощный, хотя для меня это не проблема! Так что хватит им летать и нести всякую чушь, пусть лучше посидят в уголке!

- А что ты сейчас с ними делаешь?! – изумлённо воскликнула Канта, наблюдая за тем, как из жезла чародея вырвались золотистые нити и плотно спеленали грылей.

- Подрезаю им крылышки, - самодовольно ответил Шечерун.

- Берегись! – вдруг выкрикнул Трулизем, увидев, что летающий бегемот устремился к чернокнижнику, пока тот укладывал демонических летучих мышей на пол в углу зала.

- А вот и харком, - всё тем же довольным тоном произнёс чернокнижник. – Как же я любил в академии призывать представителей этого вида и посылать к общежитию светлых магов, чтобы довести некоторых тамошних обитателей до истерики! Мало кто может сравниться с харкомом в мастерстве сквернословия, поэтому мне даже обидно, что этот экземпляр так молчалив со мной! Что, даже самого завалящего оскорбления для меня не нашёл?!

От демона полетели какие-то чёрные сгустки, но чернокнижник с лёгкостью отбил их, после чего резко материализовал гигантскую сеть и набросил её на чудовище. Харком тут же сбился с курса и на всей скорости врезался в стену. Сидевшие рядом зрители в испуге повскакивали со своих мест и бросились в разные стороны, однако, к всеобщему удивлению, столь массивная туша не оставила никаких повреждений. Звук удара был довольно тихим, а демон просто вяло сполз по стене и упал рядом с грылями.

- Надо же, какой он, оказывается, лёгкий, такое впечатление, что… - начал было Шечерун, но тут же переключился на гигантского кузнечика, суетливо поскакавшего к дальнему выходу из зала. – Так, теперь разберёмся с кулимусом. Обычно его призывают для разорения полей неприятелей или для сеяния паники среди крестьян через зловещие пророчества, но что он забыл в театре? Неужели перепутал кресла с грядками? Ну-ка, давай ко мне!

Золотистые нити заклинания сформировались в гигантское лассо, которое пролетело над всем залом и захватило демона. Немногочисленные зрители с восторгом следили за разразившейся битвой, которая оказалась куда более захватывающей, чем сорванный спектакль.

- Так его! – воскликнул охваченный азартом Трулизем. – Тебе помочь его подтащить?

- Нет, я сам справлюсь. Этот тоже весит гораздо меньше, чем можно подумать, что наводит меня на одну интересную мысль.

Кулимус, подхваченный связывающим заклинанием, пролетел через зал, и в процессе этого оказался так сильно опутан магическими нитями, что рядом с сородичами свалился настоящий плотный кокон.

– Остался последний, - сказал чернокнижник, подняв взгляд от поверженных демонов.

- Вот он, учитель! – выкрикнул Масхурпал, указав под потолок. Комок щупалец полз под потолком, но умудрился зацепиться за люстру и теперь усиленно пытался освободиться.

- Чары наведения паники и пугающая сила цурмекана незаменимы, к примеру, при штурме вражеской крепости, - проворчал Шечерун, внимательно наблюдая за демоном. – Но заниматься словесным запугиванием зрителей - это просто оскорбление для данного вида. Иди сюда! – рявкнул чародей, когда монстру всё-таки удалось выпутаться из подвесок люстры, и окружил его сияющими прутьями магической решётки, не дав двинуться. Чернокнижник с лёгкостью заковал демона в волшебную клетку и движением жезла перенёс её в общую кучу побеждённых.

- И как ты теперь поступишь с этими демонами? – поинтересовалась Канта, державшаяся за спиной волшебника. – Просто сдашь Очиеду? А может, всё же испепелишь их или изгонишь обратно в глубины преисподней?

- Вынужден тебя разочаровать: изгнания демонов не предвидится, потому что демонов тут просто нет.

Шечерун с торжествующим видом подошёл к твари, похожей на кузнечника, и вновь взмахнул жезлом, пробормотав пару фраз заклинания. Спутники чародея, работники театра и немногочисленные зрители с удивлением увидели, как монструозный облик твари стёк вниз, словно вода, явив всем обычного молодого мужчину, чьё лицо застыло в гримасе паники.

- Так это человек? – хором изумились дракон и возница, а ученик впился в наставника восхищённым взглядом.

- Именно. Меня насторожило, что они чересчур лёгкие для таких огромных демонических туш, и моя догадка оказалась верной, - пояснил чернокнижник.

- Вы меня видите?! Но время же вроде ещё не закончилось… Или мы не так рассчитали?.. Только не судите поспешно, я всё могу объяснить! - громко завизжал разоблачённый «демон».

- Я с удовольствием выслушаю, - согласился чародей и принялся произносить заклинания над остальными монстрами, в результате чего те тоже стали принимать человеческий облик. – А ещё вас хочет выслушать управляющий «Малинового феникса», – добавил он, увидев, что к пленникам с грозным видом спешит Очиед с командой охранников. – Поэтому пообщаемся все вместе. И не советую вам лгать и юлить, поскольку я очень недоволен тем, что из-за вас я пропустил такой занятный спектакль!

***

- Надо же, - уже в который раз пробормотал изумлённый Очиед, оглядывая пятерых виновников. Едва увидев их лица, он так удивился, что чуть ни начал разбирательства прямо в зале на глазах у зрителей, но быстро взял себя в руки и попросил чернокнижника доставить дебоширов к нему в кабинет. – А я думал, что никогда вас больше не встречу.

- Знаешь их? – уточнил Шечерун. Пребывая в отличном настроении из-за того, что ему удалось так быстро разобраться с делом, он снял связывающие чары и с помощью охранников отвёл вторженцев в кабинет управляющего. Также, чтобы узнать правду о демонах, оказавшихся людьми, там собрались все артисты труппы и несколько сотрудников театра, до отказа забив и без того небольшое помещение.

- Это бывшие члены нашей труппы, - с трудом подбирая слова, пробормотал руководитель театра. – Кирн и Литан были премьерами, а Усак, Жордал и Пруц числились на вторых ролях, - с этими словами он показал на каждого из названных. - Однако перед последним отъездом дяди они разругались с ним и покинули «Малиновый феникс».

- И зачем тогда вернулись, да ещё и в таком виде? – недоумённо пожал плечами Шечерун. – Захотелось вновь поучаствовать в выступлении? Или наоборот, банальная месть?

- Знали бы вы, через что мы прошли! - проворчал стоявший с краю высокий и смуглый Кирн, который, похоже, был лидером дебоширов. – Этот проклятый Хэлинтурк заслужил всё это своим пренебрежительным отношением к нам. Он натащил в театр новых любимчиков, – на этих словах он с гневом кивнул на нынешних актёров. – Постоянно нахваливал их, твердил, какие они понятливые и талантливые, и без конца указывал нам учиться у них мастерству. А по мне, так они просто посредственности, на которых даже смотреть тошно. В конце концов мы не выдержали и высказали всё своё недовольство Хэлинтурку, но никто из нас не ожидал, что из-за этих слов он так вспылит и выставит нас за дверь.

- И вы настолько обиделись на начальство из-за обыкновенного увольнения, что так долго тратите своё время на месть ему, да ещё и действуете настолько топорно? - поинтересовался Трулизем.

- Речь идёт не только о мести, - начал было оправдываться длинноволосый Литан. – Если бы нас просто уволили, всё обошлось бы без подобных инцидентов. Мы известны многим в этом городе и с лёгкостью отыскали бы себе новую работу, если бы только этот негодяй Хэлинтурк нас ни проклял!

- Проклял? – одновременно удивились Канта, Трулизем и Очиед.

- Ну, мы, наверное, перегнули с выражениями в его адрес, когда с ним объяснялись, - слегка виноватым тоном произнёс Литан. – Мы тогда ставили спектакль «Кровавый дождь Трен Сваула», где как раз играли демонов, призванных Грылопрагом, и Хэлинтурк стал обвинять нас в недостаточной подготовке к образам. А мы, сильно обидевшись, с эмоциями возразили, что лучших демонов, нежели мы, он никогда в жизни не увидит. Но, похоже, немного переборщили с идиомами и метафорами.

- Короче, мы его обматерили, - мрачно пояснил Кирн. – Не поскупились на грубые слова, пытаясь объяснить, какие из нас отличные демоны, а он выгнал нас вон да ещё и выдал проклятие: «Так и будьте вечными демонами утренних сеансов». Поначалу мы не придали этим словам никакого значения, а когда на следующее утро вдруг приняли эти обличья и чуть не перепугали друг друга до смерти, задумались о серьёзности произошедшего.

- Неужели потом Хэлинтурк так и не избавил вас от проклятия? – недоумённо хмыкнул Шечерун. – Я знаю, что он довольно вспыльчив, однако при этом отходчив.

- Едва узнав о проклятии, мы сразу бросились к Хэлинтурку, но он уже покинул город, - вновь заговорил вежливый Литан. – Мы, конечно, пытались поговорить и с Вами, - он перевёл взгляд на Очиеда. - Но Вы же запретили пускать нас внутрь.

- Это запретил не я, а сам Хэлинтурк, - слегка обиженным тоном возразил управляющий. – Он распорядился не пускать в театр артистов, уволенных накануне, чтобы вы не устроили тут очередной скандал.

- В таком случае можно было бы обратиться к другим специалистам по снятию проклятий, – озадаченно проговорила Канта.

- Мы тоже не новички в магии, поэтому неоднократно сами пытались его снять, но всё оказалось безуспешно, - вновь взял слово резкий Кирн. – А что касается узких специалистов, все местные мастера заявили, что, поскольку это проклятие наложил опытный чародей, для избавления потребуются очень дорогие материалы и озвучили такие суммы, каких у нас даже до увольнения не было.

- Какие у вас тут страсти творятся, - покачал головой Шечерун. – Получается, вы так и жили в образах демонов, и это мешало вашему трудоустройству?

- Чужие личины держатся на нас с рассвета и до полудня, а после мы вновь становимся людьми, - поспешил пояснить Литан. – Именно поэтому мы просили нанимателей о работе исключительно в послеобеденное и вечернее время, но поскольку в большинстве театров ставят и утренние спектакли, нас никуда не приняли.

- Тогда мы решили рассказать о нашем проклятии паре хороших знакомых и, надеясь на их жалость и понимание, попросили помочь с работой, - прорычал Кирн. – Но те тоже отказали нам и сразу оборвали всякое общение, поскольку выяснилось, что у них есть поверье, будто бы проклятья могут передаваться, как заразные болезни. После этого мы пришли к мнению, что о проклятии лучше молчать. Нам оставалось только проситься в какую-нибудь бродячую труппу за городскими воротами, куда берут вообще всех желающих, но такая работа – это полное падение для настоящего артиста, после которого будет невозможно отмыться. В итоге, осознав, что терять нам уже нечего, мы решили сорвать представление в «Малиновом фениксе». Усак смог за несколько дней подобрать ключ к двери чёрного входа. Этот проход предназначен для проноса декораций, поэтому достаточно большой, так что и мы в своих демонических образах смогли через него пролезть. Используя чары маскировки, чтобы нас замечали только тогда, когда мы окажемся в середине зала, и заклинание левитации, которым в Гросахе владеет каждый артист, мы успешно осуществили свой план. А попробовав один раз, стали делать это регулярно. Правда, самоуверенность нас подвела, и в последние дни мы, похоже, стали маскироваться на скорую руку, раз вы сумели нас засечь.

- Так вот как вы проникали внутрь, - пробормотал Очиед. - Я-то искал следы порталов, раз появлялись чудовища, а охранников ставил только возле главных входов, будучи уверенным, что служебные надёжно заперты. Ну, и раз вы пробрались внутрь, миновав охрану, почему сразу не пошли ко мне?

- Несколько дней мы были в настоящем отчаянии, но после первого хулиганства на спектакле вдруг поймали такой азарт, что захотели продолжать заниматься этим бесконечно. А потом, немного остыв, поняли, что после содеянного уже нет никакого смысла Вас искать, потому что тогда придётся признаваться в наших безобразиях. В итоге мы не нашли другого пути, кроме как мстить дальше, но также надеялись подобным способом привлечь внимание уехавшего Хэлинтурка, чтобы тот поскорее вернулся для спасения своего театра и, со всем на месте разобравшись, избавил нас от демонической внешности, - объяснил Литан, и стоящие рядом безмолвные товарищи яростными кивками принялись подтверждать его слова.

- А вы не подумали о том, что вернувшийся хозяин сильно рассердится из-за того, что вы натворили в его отсутствие, и вместо прощения и снятия проклятия вполне может наложить поверх него пару-тройку новых? – спросил Шечерун и, не сдержавшись, даже захохотал. – Зная магистра Хэлинтурка, могу заверить, что это будут крайне замысловатые многоуровневые заклинания, которые в буквальном смысле превратят вашу жизнь в ад.

После этих слов провинившиеся артисты принялись перебрасываться недоумёнными и испуганными взглядами, что, видимо, означало, что такой вариант развития событий им в головы точно не приходил.

– Похоже, для вас безопаснее было бы побыстрее сбежать прочь из города, чтобы не попадаться Хэлинтурку на глаза, - съехидничал чернокнижник.

- А как же проклятие? – проворчал Кирн. – Кто его с нас снимет?

- Так я его уже снял, когда возвращал вам человеческий облик,- лениво произнёс Шечерун. – Разве вы так и не поняли? Конечно, я сделал это не целенаправленно, считая, что убираю банальные чары маскировки. Хм, кстати, если я буквально между делом справился с проклятьем наставника, значит, неплохо поднял уровень своего мастерства и теперь, возможно, смогу достойно противостоять его магии. Это очень хорошая новость.

- Проклятья больше нет? - пробормотал изумлённый Литан. – А и правда, мы же приняли истинное обличье ещё до наступления середины дня! Ура, мы наконец свободны!

- Рано радуетесь, - внезапно сухим тоном выдал управляющий. – Я, конечно, сочувствую вам из-за сотворённого моим дядей, но проблему надо было решать цивилизованно. Другой путь у вас оставался всегда: признаться и покаяться – это не слабость, а знак силы духа! Проявили бы немного настойчивости и, раз уж могли пробираться внутрь в обход охраны, в любое время отыскали бы меня, всё объяснили, а я постарался бы вам помочь. Однако вы выбрали варварский путь и принесли немалый ущерб «Малиновому фениксу», став причиной уменьшения потока зрителей и распространения нехороших слухов о нашем театре. Так что я вынужден потребовать от вас возмещения убытков.

- И что Вы хотите с нас взять? – вяло ухмыльнулся Кирн. – Денег у нас осталось всего ничего. Или сдадите властям?

- Я бы мог отдать вас страже, — Очиед чуть понизил голос, будто даже произносить это ему было неприятно. — Но в тюрьме от вас толку не будет, а здесь вам удастся хоть частично загладить вину, компенсировав ущерб своим трудом. Например, могу предложить вам отработать на уборке помещений. После недавнего ремонта нам нужно разгрести второй ход, а персонала недостаточно, так что можете приступить к этой работе завтра с утра. Чем быстрее справитесь, тем быстрее я вас отпущу, забыв про ваши хулиганские нападения.

- Да чтобы артисты, выступающие на главных ролях, опустились до уборщиков!.. - гневно начал Кирн, но был перебит неумолимым управляющим.

- Если этот вариант не нравится, вы вольны постоять зазывалами у входа в наш театр. Помнится, все вы с этого и начинали. Так что выбирайте. А если вздумаете скрыться, тогда мне точно придётся идти с жалобой на вас к властям, после чего вам не то что в город, а даже к его стенам подойти не позволят.

- Пожалуй, лучше выбрать уборку, – смиренным тоном выдал Литан. – Хотя бы в качестве благодарности за снятое проклятие. Во внутренних подсобках спокойнее, там никто тебя не разглядывает и не тычет пальцем. А если будешь стоять у входа и распинаться во весь голос, каждый знакомый непременно тебя заметит и станет подкалывать насчёт новой должности. В общем, я готов отработать даже пару-тройку недель, лишь бы кормили, – с этими словами он вопросительно оглядел своих напарников, на что те тут же согласно закивали головами.

- Все подробности обсудим позже, - решил Очиед. – Что ж, раз мы договорились, то до завтрашнего утра вы свободны, и все дальнейшие указания насчёт работы получите на месте. А теперь моей труппе пора готовиться к вечернему спектаклю.

Расколдованных актёров не нужно было уговаривать и, получив разрешение уйти, они со всех ног бросились к двери, отпихивая друг друга. Шечерун, провожая их взглядом, даже разразился бурными аплодисментами и вслух отметил артистизм и скорость забега, после чего обратился к старому приятелю:

- Знаешь, посмотрев здешние постановки, я высоко оценил твой режиссёрский талант, но то, как ты сейчас обуздал этих пятёрых воображал, вызвало у меня гораздо более сильное восхищение. Ты взял эту пятёрку зазнаек и заставил их играть на общий результат - вот это режиссура высшего порядка. Оказывается, ты сильно вырос с нашей последней встречи. В тебе даже некая властность появилась - тихая, но непререкаемая.

- Это всего лишь профессиональный опыт, - заметно смутившись, проговорил управляющий. – Ну и наставления моего дяди, которыми я всегда руководствуюсь. Много лет я работаю с людьми самых разных характеров и постоянно слежу за тем, когда и с кем надо быть жёстким, а когда можно позволить себе дать слабину. Что ж, раз мне удалось приструнить высокомерных хулиганов, значит, кое-чему я действительно научился. Кстати, спасибо тебе, что помог мне разобраться с этими фальшивыми демонами, сейчас черкану пару строк, потом зайдёшь к моему казначею, и он выдаст награду. Я рад, что это задание оказалось для тебя таким лёгким.

- Оно было бы ещё более лёгким, если бы мне не мешали настоящие демоны, - пожав плечами, выдал чернокнижник.

- Что ты имеешь в виду? – искренне удивился Очиед.

- Да неужели тебе неизвестно, что вся твоя нынешняя труппа состоит из настоящих демонов? – бросил Шечерун, после чего кивнул на упомянутых артистов, сидевших в углу, и ухмыльнулся, когда те обеспокоенно зашевелились.

- В смысле, настоящих демонов? – продолжал недоумевать управляющий.

- Значит, ты действительно не знаешь, с кем работаешь? А я и представить такого не мог, - немного опешив, пробормотал чернокнижник и принялся объяснять. – Когда я только увидел их на сцене, то у меня возникло подозрение, и я решил его проверить, для чего и захотел лично с ними пообщаться. И уже в процессе разговора, когда получил подтверждение, что это действительно демоны, сам искренне удивился. Похоже, я невольно раскрыл тебе тайну. Что ж, раз уж начал, пойду до конца. Смотри.

С этими словами он взмахнул рукой, и в ту же секунду вокруг артистов возникло яркое сияние, в котором они внезапно преобразились в огромных и пугающих созданий. По сравнению с этими монстрами, изобилующими клыками, когтями и щупальцами, демоны, тревожившие театр, казались даже довольно симпатичными.

- Что это? – одновременно выдали спутники чародея, театральные служки и Очиед.

- Истинная внешность здешних актёров, - пояснил Шечерун и поспешил убрать заклинание, вернув труппе человеческие облики. Артисты, заметно разозлившиеся из-за разоблачения, приняли угрожающий вид, но даже в такой ситуации предпочитали молчать и не спешили бросаться в атаку.

– Интересно, это затея твоего дядюшки? - проговорил чернокнижник. - Не пойму, зачем вообще понадобилась такая трата ресурсов?

Управляющий в изумлении подскочил со стула. Актёры, по-прежнему не произнося ни звука, тоже стали медленно подниматься с мест, всем своим видом выражая агрессию. Но не успел никто сказать и слова, как от двери донёсся строгий и мрачный голос:

- Да, это моя работа, чтоб меня рискунские кабаны на том свете грызли!

- Узнаю эти выражения! – обрадовался чернокнижник и облегчённо выдохнул. - Магистр Хэлинтурк наконец вернулся, и я надеюсь, он разъяснит нам, что же на самом деле творится в этом театре.

***

- Да ничего особенного не творится, гоблинов вам за пазуху! – вспыльчиво рявкнул магистр Хэлинтурк, массивный широкоплечий мужчина средних лет с густой рыжей шевелюрой, после чего выгнал своего племянника из-за стола в угол и занял его место. – Просто я устал черпать туман ведром и нянчиться с местными псевдогениями. Просишь их по-человечески, мол, сыграйте роль эдаким образом, а они в ответ смотрят на тебя так, словно их дух Гарамокла подчинил и теперь они, а не ты, в этом театре главные.

- От Гарамокла и его духа вполне можно ожидать подобное. Как захватит тебя, так сразу начнёшь смотреть на всех сверху вниз, - задумчиво согласился с бывшим наставником Шечерун.

- Кстати, о Гарамокле, - встрепенулся Хэлинтурк. – Слушай, Диранок, тут по всем городам, где я был, ходят слухи о его возвращении, о падении южных земель с эльфийскими лесами и о том, что некий юный чернокнижник вызвался служить его глашатаем и теперь едет к императору, чтобы выдвинуть некий ультиматум. Уж не о тебе ли эти байки, растерзай меня виверна?

- Обо мне много чего болтают, - слегка замявшись, пробормотал Шечерун. – И прежде чем обсуждать меня, давайте лучше до конца выслушаем начатый рассказ о Вашей труппе.

- Так я уже всё и рассказал, чтоб мне с кентавром обниматься! Надоели мне всякие самохвалы, орки бы их задрали, поэтому я призвал из Инферно трёх прулинаков и четырёх замгисестов. Эти твари, расцелуй их мантикора, отличаются редким послушанием, понятливостью и умениями, даже трансформироваться могут в кого угодно: от крысы до дракона. Я немного поколдовал над ними и теперь, как видите, они могут спокойно работать без этих творческих стенаний, которыми так любят прикрываться всякие бездари, гори они все в драконьем пламени! Кстати, а вы чего тут сидите без дела, гномьи отрыжки, у вас же спектакль вечером! – последние слова были адресованы режиссёру и актёрам, которые, услышав приказ, дружно поспешили вон.

- Меня всегда поражала Ваша нестандартная манера решения задач, – задумчиво пробормотал Шечерун, когда кабинет опустел. - Хотя с бывшими сотрудниками Вы, на мой взгляд, поступили чересчур сурово. Понимаю, что они заслужили наказание за своё хамство, но можно было и попроще проклятие подобрать.

- Проклятье? – переспросил Хэлинтурк, на мгновение задумался, после чего ухмыльнулся. – А вот ты о чём! Так всё вышло случайно. Эти бездельники, чтоб огневики им штаны прожгли, отказывались меня слушаться и вдобавок не стеснялись в выражениях, чем довели меня до такой неконтролируемой ярости, что мои эмоции невольно трансформировались в неосознанное заклинание. Ну бывают у меня иногда такие срывы, хоть в горгонью пасть лезь! Между прочим, и сейчас чуть было снова сгоряча не приложил этих поганцев! Пробрались же внутрь, несмотря на мой запрет, и тут под дверью стояли и явно подслушивали, упыриные отродья, но заметили меня и успели убежать.

- Надеюсь, они ничего такого не услышали? – моментально напрягся Шечерун, но тут же успокоился. – Впрочем, меня это уже не касается, раз вы вернулись, сами разберётесь с любой проблемой. Значит, проклятье у вас получилось случайно, - повторил он и с облегчением добавил. – А я-то думал, что таким образом Вы специально решили их наказать и переживал, что снял эти чары, тем самым нарушив Ваши планы.

- Хотел бы я их реально наказать, отрастил бы им ослиные уши, да и дело с концом. А ты большой молодец, раз смог снять моё заклинание, чтоб тебе гремлины дверные замки чинили! Удивляешь меня, Диранок! За то время, что я тебя не видел, ты явно вырос в мастерстве. Кстати, а чего тебя вообще занесло в Гросах? Ты же театральным искусством никогда не интересовался: хоть бы сам король эльфов на подмостках плясал — тебе всё едино. Или… - наставник пробежался взглядом по спутникам чародея, ненадолго задержавшись на Канте. – Хочешь произвести впечатление на девушку, суккубин ты сын?

- Может, и хочу, - не стал отпираться Шечерун. – Но сюда я приехал с другой целью: увидеть Вас.

- А зачем после стольких лет я тебе понадобился, орчиху тебе в тёщи? – искренне удивился Хэлинтурк.

- У меня есть к Вам пара просьб. Я еду в столицу, чтобы сдать экзамен на звание архимага, - принялся пояснять Шечерун, потянувшись за своей тетрадью. – Пока я был в ссылке, начал писать одну работу и хочу попросить Вас прочесть её, оценить и сказать, подходит ли она…

- Посмотреть её могу, но не сейчас. Прибуду в столицу прямо накануне экзамена, вот тогда и дашь мне свою рукопись, - резко перебил его бывший наставник. – Да я даже словечко за тебя замолвлю на защите, ты же мне сейчас так помог. Однако сразу хочу предупредить – не расслабляйся.

- Всё будет настолько сложно? – искренне удивился чернокнижник. – Я знаю, что Вы входите в комиссию и…

- Вхожу, но весь устав защиты квалификационных работ создаёт наш мелкий… бес, чтобы его Инферно поглотило. Каждый год что-то новое придумывает, а мы потом за головы хватаемся, - прорычал Хэлинтурк. – Но ты не унывай раньше времени, раз смог справиться с моими чарами, то и из горгульи похлёбку сварганишь, а уж экзамены тем более преодолеешь!

- Что ж, благодарю за Вашу веру в меня и буду рад любой Вашей поддержке, - огорошенно пробормотал Шечерун. – Тогда перейду ко второй просьбе. Вот этого парня, - чародей указал на Масхурпала. - Я хочу пристроить в академию. Конечно, если я стану архимагом, то и сам смогу всё утрясти, но в случае моего провала надеюсь, что Вы не оставите юношу без внимания и поспособствуете его поступлению.

- А парнишка интересный, - произнёс Хэлинтурк и в течение нескольких минут внимательно разглядывал Масхурпала. – Слушай, Диранок, где ты откопал такое чудо, чтобы тебе вурдалаки мозги выели? Из него Сила так и хлещет, и я даже не могу определить, к какой именно области магии у него склонность, забодай его минотавр! Он, конечно, чересчур взрослый для первокурсника, но обладает таким потенциалом, что я с радостью похлопочу за него!

- Потенциал у него просто невероятный, - внезапно взял слово Трулизем. – Если начать перечислять все его подвиги и достижения, боюсь, мы застрянем тут навечно.

Хозяин театра перевёл взгляд на заговорившего старика и в ту же секунду восхищённо присвистнул.

- Надо же, настоящий древний дракон! Если не ошибаюсь, из клана Груновал, чтоб меня волколаки покусали?

- Ого, давно не встречал такого знатока среди людей, - довольным голосом отозвался Трулизем.

- Диранок, неужто ты смог подчинить дракона? – продолжил восхищаться Хэлинтурк. – Никогда не замечал за тобой подобных талантов!

- А их и нет, и я его не подчинял, - скромно пожал плечами Шечерун. – Просто он мой друг.

– Друг?! Так это куда круче всяких подчинений, прострели мне глаз дриада! Я бы даже расспросил побольше о вашей дружбе, но в данный момент меня гораздо больше интересует этот многообещающий парнишка. Знаете что, погуляйте-ка где-нибудь часок-другой, а я пока потолкую наедине с этим юным дарованием. Уж очень хочется оценить глубину его таланта.

- Да, конечно, - согласился чародей, после чего отвёл Масхурпалу в сторону и тихонько у него поинтересовался. – Ты же согласишься побеседовать с моим прежним наставником?

- Конечно, учитель. Я готов рассказать ему всё, о чём он спросит. Он мне очень понравился. Он такой сильный и властный, и одного его слова хватило, чтобы эти замаскированные демоны послушались. Я тоже хочу научиться подобному.

- Вот только будь, пожалуйста, аккуратнее при общении с ним, а то повторишь судьбу его бывших сотрудников, которые поплатились за то, что нарушили очередное чародейское правило, - сказал чернокнижник.

- И какое же? – затаив дыхание, спросил Масхурпал.

- Не пререкайся с теми, кто многократно сильнее тебя, и слушайся их, пока их слова остаются в рамках разумного, – с важностью произнёс Шечерун.

- Я понял, учитель! - радостно выкрикнул юный волшебник. – Я буду слушаться Вашего наставника!

- Отлично ты его вышколил, - с восторгом выдал Хэлинтурк, услышав последнюю реплику юноши. – Да у тебя настоящий талант наставника, Диранок, полурослик ты бритоногий!

- Что ж, вот теперь я с лёгким сердцем могу пойти погулять, как Вы и просили. У нас как раз запланированы кое-какие дела, и нам надо пройтись по рынку, - сказал Шечерун.

- Собираешься на прогулку тет-а-тет со своей пассией? – понимающе ухмыльнулся наставник. – Ну, желаю приятного времяпровождения, единорога вам в компанию!

- Пассией?! - возмутилась молчавшая до этого Канта.- Не надо меня так называть! Звучит как ярлык, который повесили без спроса! Может, для начала стоило спросить, хочу ли я вообще, чтобы меня так называли! И почему Вы говорите обо мне так, будто меня вообще здесь нет или я предмет мебели? Моё мнение, между прочим, тоже существует!

- Простите меня, леди, и не горячитесь так, - Хэлинтурк моментально сменил тон с панибратского на уважительный. – Всё дело в том, что я много лет работаю со студентами, которых приходится постоянно усмирять, отчего приобрёл скверную привычку говорить чересчур грубо и прямолинейно.

- Извинения приняты, - ухмыльнулась возница. - Но за языком всё же следите, а то я могу ответить Вам и более жёстко. А проклинать меня за моё хамство можете и не пытаться, потому что Ваш бывший ученик с лёгкостью избавит меня от этих чар, в чём я сегодня убедилась.

- Я смотрю, Диранок, ты нашёл для себя достойную пару! Ей, как и тебе, палец в рот не клади! - хохотнул наставник, подмигнув Шечеруну. – Что ж, надеюсь, у вас двоих всё будет просто замечательно, - после чего сделал выпроваживающий жест, махнув рукой в сторону двери.

- Тогда я тоже поброжу по городу и вспомню былые годы, проведённые здесь, - проговорил дракон. - Интересно, «Улыбка дриады» всё ещё работает? Помнится, мы с друзьями отлично проводили там время.

- Уходите уже все, - отмахнулся хозяин театра. – А то мне не терпится пообщаться с юным самородком, пыльцу фей ему в штаны!

***

Сразу попасть на рынок не удалось. Сначала пришлось потратить время на то, чтобы успокоить Очиеда. Сильно взволновавшись из-за возвращения дяди, тот принялся в панике носиться по театру и раздавать бесконечные указания, стремясь прямо сейчас разобраться со всеми невыполненными делами. Услышав от Шечеруна, что Хэлинтурк переключил внимание на новый объект и в ближайший час ревизия театру точно не грозит, Очиед смог перевести дух и на радостях даже предложил бесплатные билеты ещё на полдюжины спектаклей, но уже от них чернокнижник и возница вежливо отказались.

Наконец покинув «Малинового феникса», уже через пару улиц они наткнулись на Трулизема, стоявшего возле «Улыбки дриады» в ожидании начала действа. Пришлось выслушать очередную лекцию дракона, который принялся с тоской вспоминать былые деньки. К счастью, вскоре подошло время представления, на которое старик собирался, и он поспешил распрощаться с парочкой.

Прорвавшись сквозь толпу зазывал, они в конечном итоге добрались до рынка, где Канта принялась воплощать свой план о закупке сценариев для перепродажи. Девушка остановилась у первого увиденного книжного прилавка и внимательно изучила ассортимент. Лавочник принялся заверять, что у него представлены самые эксклюзивные материалы, каких не найти даже в столице, и Канта довольно быстро согласилась ему довериться.

- Слушай, а по каким критериям ты выбрала эти книги, если, чего и не скрываешь, не особо разбираешься в литературе? - поинтересовался Шечерун, глядя на то, как возница перебирает купленный товар.

- Я вижу хорошее качество бумаги, - отозвалась Канта, принявшись упаковывать покупки в сумку. – И не думаю, что откровенный проходняк станут печатать на отбеленных и зачарованных от разложения листах.

- Логично, - согласился чернокнижник.

- Пожалуй, мне и самой стоит почитать эти вещи, наверняка они тоже интересные, как сценарии тех спектаклей, которые мы посмотрели, - сказала девушка и, застегнув набитую сумку, предложила. - Ну, раз дело сделано, давай теперь просто прогуляемся вдвоём. Хорошо, что удалось на время сплавить Масхурпала твоему наставнику, думаю, он не даст моему кузену встрять в очередные неприятности, пока нас не будет рядом. Кстати, Хэлинтурк - личность весьма необычная, его присказки и прибаутки очень колоритные. Он так хвалился своим опытом усмирения студентов, что я искренне поверила в его мастерство.

- Мы с сокурсниками всегда его обожали, – отозвался Шечерун. – Он, конечно, темпераментный, но отходчивый и справедливый. Помнится, на практике кто-то из моих однокашников случайно разбудил древнего вампира, который объявил всю нашу группу своим посмертным завтраком. И тут вперёд вышел магистр Хэлинтурк и так обложил кровососа потоком ругательств, что тот мигом растерял свой пафос, смутился, извинился и попросил усыпить его ещё на сотню-другую лет.

- То есть твой наставник просто обрушил на вампира шквал бранных слов — и тот сдался? Потрясающе! Значит, слово иногда бывает сильнее осинового кола, - усмехнулась возница. – Да уж, повезло тебе с учителем.

- И не говори, - кивнул чародей и, на секунду погрузившись в воспоминания, продолжил. – Ещё было интересно, когда он учил нас создавать демонхостов, вселяя сущность демона в живое тело, ну то, что я сделал с Хирьюнилом и совой. Для опытов нам раздали хомячков и крыс, но моя однокурсница, зачем-то везде таскавшая в сумочке свою карликовую собачку, умудрилась вселить могущественного демона в неё. Собачка тогда перепугала всех студентов раскатистым рёвом и обещаниями сделать из нас своих рабов, но магистр Хэлинтурк вновь безо всякой магии одними словами, многие из которых я не решусь повторить, убедил сидевшего в ней демона, насколько тот ничтожен. Демон осознал, что его вселили в тело жалкой дрожащей твари, и настолько расстроился, что сбежал в Инферно безо всякого экзорцизма.

- Так вот оно какое, высшее мастерство чародея: не метая молний и огненных шаров, точно попадать словами в больное место врага, - продолжала ухмыляться девушка.

Ещё некоторое время Шечерун даже не замечал, как сыпал историями про наставника, будто они сами рвались наружу, но потом вдруг осознал, что ведёт себя так, словно пришёл не на свидание, а на посиделки с однокурсниками. Чародей остановился на полуслове, взъерошил волосы, опустил глаза, потом опять поглядел на Канту, на этот раз смущённо, и вновь заговорил:

– Слушай… Прости, что завалил тебя этими байками и таскаю по рынку. Дело в том, что я очень давно не был на свидании и просто позабыл, как это делается. Я же должен был пригласить тебя в самую лучшую таверну города и осыпать комплиментами. Позволишь всё исправить?

- Да не переживай ты так, - внезапно отмахнулась девушка. – За свою жизнь я выслушала столько комплиментов, причём далеко не самых искренних, и побывала в таком количестве таверн, что вся эта «обязательная программа» свидания перестала для меня что-либо значить. Для меня куда дороже, когда человек просто остаётся собой и делает то, что привык. А твои истории про магов и демонов по-настоящему захватывающие, и мне сейчас с тобой на рынке куда интереснее, чем в любой парадной таверне. В твоей компании мне не приходится притворяться, что меня всё увлекает, мне и правда не скучно и легко, и это самое ценное.

— Знаешь, в учебниках магии не пишут, как справляться с неловкостью на свидании, — чернокнижник слегка усмехнулся, пряча смущение за шуткой. — Но, кажется, ты только что нашла самое верное заклинание. Надо просто быть собой и слушать, и этого окажется достаточно. Так что мне, наверное, не стоит притворяться «идеальным кавалером»?

- Для меня ты и так идеальный. Кстати, смешно, но наши приключения в Гросахе прошли, прямо как в том спектакле: были и проклятие, превращающее актеров в неведомых тварей, и постановка с демоническими артистами…

- С такой точки зрения я наше пребывание здесь даже не рассматривал, - немного задумавшись, произнёс Шечерун. – Что ж, надо будет добавить этот опыт в мои байки.

- Раз уж наше свидание заполнено байками, думаю, теперь пришла моя очередь ими делиться. Не хочешь послушать весёлые истории о моих торговых поездках?

- С удовольствием! - обрадовался чародей. – Можем даже соревнование устроить. Победит тот, кто расскажет больше историй, и тогда в награду он…

Последнюю фразу Шечерун договорить не успел, потому что между ними, словно по волшебству, внезапно материализовался Хэлинтурк, крепко державший за ухо Масхурпала.

- К грёбаным гоблинам забери этого оболдуя и увези как можно быстрее с глаз моих долой, пока я его в какую-нибудь статую не превратил, чтоб меня боги молниями закидали! - отчаянно прорычал хозяин театра.

- Неужели он опять что-то натворил? – закатив глаза, спросил Шечерун. – Когда же он успел, прошла-то всего пара-тройка часов?

- Да за это время ему уже удалось довести меня до предела! Ещё немного – и я сорвусь и реально наложу проклятье и на него, чтобы его големы глиной заплевали! - продолжал реветь бывший наставник. – Поговорить нам не удалось, поскольку принесло Очиеда с очередной жалобой на то, что они не справляются с ремонтом. Я попросил парня немного помочь, решив оценить его в процессе работы, но просчитался. Этот остолоп принялся мотыляться, словно русалочьи жабры, по всем ремонтируемым помещениям и устроил везде лютый разгром. Он поджёг комнату, - принялся загибать пальцы Хэлинтурк. – Вызванным ураганом в нескольких комнатах разнёс в щепки всю утварь и стройматериалы и повышибал окна. Пробил дыру в подвал, которая, как мне кажется, гораздо глубже, чем фундамент этого здания. А уж какое непотребство он сотворил на конюшне, чтоб ему мантикора ягодицу отгрызла! Я его, конечно, отчихвостил, вот только ему всё как с феникса пепел! Короче, Диранок, забирай его и даже не рассчитывай, что я стану хлопотать за него в академии. Сам договаривайся насчёт его зачисления, а я свою репутацию из-за столь невменяемого типа гробить не собираюсь! – и, пихнув Масхурпала к чернокнижнику, магистр зашагал было прочь, но внезапно остановился.

- Что такое? – насторожился Шечерун. – Вспомнили ещё какой-то из его подвигов?

- Нет, хочу ещё раз поблагодарить тебя за помощь, - внезапно смягчился наставник. – Если бы не твоё вмешательство, я, будучи на эмоциях, тех обалдуев, что целый месяц буянили в моём театре, расколдовывать точно не стал бы, а переделал из демонов в жаб и не только на полдня, а на всё время. Но раз уж вы с Очиедом сами с ними разобрались и наказание придумали, я выдохнул, не стал вмешиваться и махнул на них рукой, и привело это к нежданным последствиям. Не прошло и нескольких часов, как эти расцелованные троллями балбесы на радостях после снятия проклятия так напились, что на весь город разболтали о моих демонических артистах.

- Да что за напасть! – недовольно нахмурившись, буркнул Шечерун. – Я же думал, что мы хорошенько их прижали, и неприятностей «Малиновому фениксу» они больше не доставят. Так за что же Вы меня снова благодарите? Теперь, узнав о демонах на сцене, от вас последние зрители разбегутся.

- Как раз наоборот! Народ стал выстраиваться в очередь, чтобы посмотреть на выступающих демонов, и билеты на наши ближайшие спектакли уже сметены. Такого аншлага в моём театре ещё не было, чтоб мне на кракене прокатиться.

- Ого, чтобы народ стремился поглазеть на монстров в деле - это что-то новенькое! Такими темпами в Гросахе начнётся спрос на призыв демонов для привнесения изюминки в представления, и цены на услуги демонологов наверняка возрастут, - задумчиво произнёс Шечерун. – Может, на обратном пути из столицы мне снова сюда заглянуть, чтобы хорошенько на этом подзаработать?

- Тут я тебе не советчик, причеши тебя грифон. И вообще, моя благодарность не отменяет моего указания вам валить отсюда так быстро, чтоб пятки сверкали. Забирайте своего дракона из варьете, и чтобы духу вашего здесь не было.

- Варьете? – вновь удивился Шечерун.

- Он же сказал, что пошёл в «Улыбку дриады», а это заведение, где поют и пляшут полуголые девки. Похоже, ваш старик ещё бодр и полон сил.

После этих слов Хэлинтурк наконец развернулся и быстро зашагал прочь, оставив бывшего ученика и его спутников в ошеломлённом состоянии.

- Значит, нам вновь пора сбегать, - подметила Канта. – Кажется, это становится традицией.

- Только оторвём Трулизема от его танцующих дриад, - согласился с ней Шечерун, и все трое направились по обратному маршруту.

Неожиданный крюк пути подарил им интересные встречи и знакомства, но их странствие ещё не было завершено, и впереди ждала дорога, обещавшая новые повороты.

Выдержки из дневника Масхурпала Камирга, также известного под прозвищем Деревенское бедствие

Мы с учителем продолжаем путь в столицу. Из-за того, что дорогу перекрыли, нам пришлось ехать через театральный город. Там было весело, мы посмотрели два интересных спектакля в театре, которым владеет учитель моего учителя. Вдобавок в театре нас попросили поймать демонов, которые оказались актёрами, обидевшими своего хозяина, за что тот наложил на них проклятие. А ещё выяснилось, что в этом же театре работают настоящие демоны, призванные наставником учителя.

Мой учитель открыл мне новое правило: никогда не спорить со старшими чародеями, и велел мне поговорить с его наставником. Оказалось, что у того в театре идёт ремонт, а рабочих рук не хватает, поэтому он попросил меня помочь и, когда я согласился, поставил меня туда на подхват. Вначале меня попросили разобрать мусорную кучу, и когда я спросил, куда её девать, учитель учителя сказал: «Да гори она синим пламенем!». Я понял, что это приказ, и поджёг её, постаравшись магией придать пламени синий цвет. Но работники театра оказались недовольны и потушили мой костёр.

Потом наставник учителя попросил меня «ветром метнуться» до его племянника. Я использовал магию ветра, чтобы ускориться, но, видимо, что-то не рассчитал, потому что из-за поднявшегося урагана инвентарь и стены вокруг меня стали ломаться, а окна покрылись трещинами. Учитель учителя стал меня ругать, но быстро отвлёкся, так как привезли инструменты. Он вручил мне топор, и я спросил, что с ним делать, а тот закричал: «Дырку им в полу пробей». Но прорубать пол топором было бы долго, поэтому для экономии времени я решил применить магию земли и постарался проделать отверстие как можно глубже. В Тролльей Напасти я так создавал ямы под отхожие места. Но тут на меня почему-то снова разозлились.

Вскоре племянник хозяина театра появился сам и попросил меня перенести деревянные балки, но не уточнил, куда именно. На мой вопрос наставник учителя ответил, что я должен «коню их в зад засунуть». Этот приказ, конечно, показался мне странным, но, помня про новое чародейское правило, я не стал спорить и отправился на конюшню, чтобы его исполнить. Однако, похоже, я опять слегка промахнулся с расчётами, потому что все кони разбежались.

Растеряв лошадей, владелец театра очень сильно разгневался, сразу же потащил меня к моему учителю и велел ему самому зачислять меня в академию. Вот только говорить эти слова не имело смысла, потому что учитель и так везёт меня туда. Надеюсь, что остаток нашего путешествия будет не менее интересным, чем день, проведённый в этом городе театров.