Больше никаких эльфов

Глава 1

— Ой, кто смотрит на тебя, Колючка! — восторженно прощебетала Мариса.

— Пусть смотрит, законом это не запрещено, — хмуро отозвалась я, размазывая ложкой гороховое пюре по тарелке.

Почему в студенческих столовых всегда так отвратительно кормят? Клопоморное зелье, которое я на днях приготовила на заказ для команды оборотней, пахнет приятнее, чем это желто-бурое варево с редкими волоконцами мяса неизвестного происхождения.

— Внимательно смотрит…

После ее слов я буквально спиной ощутила взгляд, аж затылок засвербел. Но не обернулась из принципа.

— Пожалуй, стоит начать брать за это деньги. Хочешь смотреть — плати.

Может, пока я шла по коридору кто-то приклеил мне на спину табличку “Я очкастая страшила”? Парни из школы при рабочем поселке “Айрон пойнтс”, где мне не повезло провести почти шесть месяцев, любили так развлекаться.

Но Дартвард — это вам не загибающиеся шхеры с тяп-ляп прикрученными защитными чарами, где половина населения настолько изуродована излучением, что можно проводить принудительную стерилизацию. Даже самые альтернативно одаренные студенты здесь выше подобных тупых шуток.

— Ой, он встал! — глаза Марисы округлились и стали похожи на два синих блюдца. — Изначальное пламя, он идет сюда!

— Да кто “он”? — я раздраженно обернулась. И замерла.

— Здравствуй, — приветствовал меня Риарон. Откинул назад слишком длинную платиновую челку и улыбнулся, ослепив белыми и ровными — хоть сейчас иди рекламировать зубную пасту — зубами.

— Зд-д-дравствуй, — пробормотала я, теряясь под его взглядом.

Нет ничего тупее, чем сохнуть по эльфу. Особенно, когда этот эльф является самым популярным парнем университета. Когда у него волосы цвета белого золота, ярко-зеленые, словно два изумруда в лучах солнца глаза и улыбка поп-идола.

Мало того, ко всем вышеперечисленным недостаткам Риарон фон цур Гольц-Роттенсторн был родовитее, чем любимая болонка моей двоюродной тети Юдит, и богаче… блин, даже не знаю с чем сравнить. Я только слышала, что его семье принадлежал особняк на отдельном атолле первой линии. Разумеется, с абсолютными щитами: вредного Излучения туда доходило меньше, чем в Темные земли. Почти неиссякаемая магическая мощь и никаких последствий.

Ну и вишенка на торте: ко всем своим уже перечисленным совершенствам Риарон еще и капитан команды по драконьему поло.

Мои сокурсницы в голос постанывали, когда он проходил мимо. Закатывали глаза и произносили протяжно, с придыханием “Риа-а-арррон”, обсуждая смазливого эльфа. И даже разрисовывали тетрадки его именем, заключенным в сердечко.

Короче, млеть от этого пижона было страшной попсой и признаком дурновкусия. Но самый ужас заключался в том, что когда мой взгляд падал на кумира всея Дартварда, я чувствовала, как сладко екает что-то внутри.

И да — стыдно признаться, но я временами мечтала… ну, о всяком. Я представляла, как Риарону для научного проекта потребовался напарник-алхимик со специализацией в зельеварении, как он изучает личные дела всех студентов и делает выбор в мою пользу. Ну а почему нет? На своем курсе я лучшая. И дальше как в романе: мы остаемся вечером в лаборатории, чтобы закончить эксперимент. Сидим над котелком, в котором бурлит алхимическое зелье, одновременно тянемся помешать его, наши руки встречаются…

Позорище, короче. Я бы сгорела от стыда, если бы меня уличили в подобном. Но к счастью в Дартварде нет телепатов.

— Агата… тебя ведь Агата зовут?

Я проблеяла что-то утвердительное. Мозг, ослепленный неземным сиянием эльфа, решительно отказывался работать.

— Что ты делаешь завтра вечером?

— Э-э-э… не знаю, надо посмотреть расписание.

— Я просто подумал: может сходим куда-нибудь?

— Надо посмотреть расписание, — упрямо повторила я и полезла в сумку за ежедневником.

Так, дышать. Надо дышать. Вдох и выдох. Это все происходит не со мной. С чего он вообще вздумал подойти? И откуда знает мое имя?

Мариса, не сводившая с эльфа восхищенного взгляда, повернулась ко мне и сделала страшные глаза, очевидно намекая, чтобы я немедленно прекратила страдать фигней. Думаю, она наорала бы на меня, не стой этот ушастый идол рядом.

— У меня запланирован эксперимент, в рамках научной работы по курсовому проекту, — сообщила я, сверившись с ежедневником. — Забронирована лаборатория.

— Жалко, — он так искренне огорчился, что мое сердце скакнуло в груди куда-то под горло, а только было обретенное самообладание опять улетучилось. Разум искрил, трещал и вспыхивал от перенапряжения, как машина, помещенная слишком близко к Источнику.

Подруга закатила глаза. А потом все же решила взять дело в свои руки.

— Подумаешь, эксперимент! Колючка, ты так скоро совсем зачахнешь над своими ретортами и котелком, сама в реторту превратишься! Отдыхать тоже надо, — бескомпромиссно заявила она.

“Ты что — дура?, — спрашивал ее взгляд. — Это же Риарон! Хватай его скорее!”

Дура, потому что снова млею и уже мысленно вышла за него замуж и родила троих детей.

К счастью, разум потихоньку адаптировался к сшибающему с ног присутствию эльфа и снова начал работать. Медленно, с перебоями и помехами, но все же.

Правильнее всего сейчас сказать “нет”. Просто потому, что ничего хорошего не получится. Он эльф, я человек. Он аристократ, я дочка обычного аптекаря. Он мажор из богатой семьи, мой единственный капитал — хорошие мозги и целеустремленность. Он блистательный король вечеринок и начинающая звезда спорта, а я ничем не примечательная серая мышь с большими амбициями и четким жизненным планом. Мы из разных миров, ничего не получится, потому что не может получиться и все тут.

Но я никогда в жизни не была на свидании. Ни на одном. И порой, глядя, как соседки по общежитию с сияющими шалыми глазами наводят марафет перед вечерней встречей, я задавалась вопросом — не упускаю ли что-то важное в погоне за знаниями?

— Пожалуй, я могу перенести эксперимент на следующий вечер, — задумчиво протянула я.

— Отлично, — он снова одарил меня рекламной улыбкой. — Тогда встретимся завтра у ворот в семь вечера?

— Встретимся, — согласилась я, внося пометки в расписание.

— Ну-ты-блин-даешь, — по буквам медленно протянула Мариса, когда златовласый сын эльфийского народа отчалил от нашего столика.

— Угу, — с блаженной улыбкой идиотки согласилась я.

Глава 2

Естественно, новость о внезапной придури сиятельного Риарона, пригласившего королеву заучек на свидание разлетелась по кампусу быстрее, чем споры зомби-вируса. И в меня снова тыкали пальцами. Можно не сомневаться, что владелец “Секретов” (кто бы ни выпускал этот желтушный листок, посвященный сплетням студенческого городка) уже верстает соответствующую статью.

Другая на моем месте может и плясала от счастья, а мне хотелось забиться в щель под плинтусом.

Знаете вот все эти истории про бедную, но гордую и добрую сироту, которая поступает в академию, становится звездой факультета, обзаводится сотней друзей и влюбляет в себя самых крутых парней? Ну, те самые романчики, которые печатают на дешевой газетной бумаге под мягкой обложкой для девочек-подростков?

Так вот: эти истории не про меня.

Я никогда не вписываюсь ни в какую компанию. Даже в детстве не получалось. Не умею танцевать, флиртовать и ни разу в жизни не была на свидании. А превыше всех качестве в человеке (а также эльфе, оборотне или любом другом разумном) я ценю мозги и способность ими пользоваться.

И главное: я НЕ добрая и НЕ милая, хотя умею быть хорошим другом. Агата Хербус — зануда и сноб. И если уж вы хотите общаться со мной, готовьтесь выдерживать мой сарказм.

По правде говоря, большую часть времени я просто мечтаю, чтобы меня не замечали.

— Для человека, который ненавидит публичность ты слишком часто становишься центром внимания, — весело заметила Мариса, когда я поделилась с ней этими соображениями.

— Но я ничего не делала!

— Угу. Только прилюдно унизила королеву курса, — она начала демонстративно загибать пальцы. — Заставила старикана Кингшу пойти против всех его принципов и взять тебя лаборантом на кафедру. Ввела моду на очки, брюки и мозги, влюбила в себя самого Риарона. И все это за пару месяцев. А так — совершенно ничего.

Я с размаху стукнула себя раскрытой ладонью по лбу.

— Мариса! Ну хоть ты не начинай!

Не стоит недооценивать силу желтой прессы. Неизвестная личность, выпускающая “Секреты” решила сотворить из меня чуть ли лидера оппозиции и идеолога всех ботанов. Решила — сделала. С десяток статей, выставляющих любые мои действия в нужном свете, подарили мне сомнительную популярность в университетском городке, звание королевы зубрилок и сотню недоброжелателей, ничего обо мне не знавших, но уже заочно нелюбивших “очкастую выскочку”. Попутно я обзавелась толпой фанаток-первокурсниц, радостно копирующих мой стиль в одежде, о наличии которого я до этого времени и не подозревала.

Может, таинственный журналист готовился в политтехнологи и проверял на студентах как работают те или иные приемы? Не знаю. Мне навязанная слава была только помехой. Я просто хотела учиться.

Все началось на второй неделе моего пребывания в Дартварде с лабораторной работы по травоведенью. Требовалось сварить малый детокс, ничего сложного. Я, с восьми лет помогавшая отцу в аптеке, могла сделать это с закрытыми глазами, ориентируясь только по запаху из котелка, поэтому управилась за десять минут и открыла книгу, рассчитывая потратить оставшееся время на штудирование материала. Тогда и подплыла ко мне пресветлая Имариэль цур чего-то там. Золотоволосая, родовитая и прекрасная… ну, все как полагается. Не знаю бывают ли страшные, нищие и безродные эльфы. Мне не встречались.

— Агата Хербус? — снисходительно промурлыкало небесное создание бархатным голосочком. — Ты можешь мне помочь сегодня с лабораторной, я смотрю у тебя хорошо получается.

Нет, это не было вопросом. Она не спрашивала могу ли я ей помочь. Она ставила в известность, что мол, могу. Сиятельная милостиво дозволяет.

Я к тому времени уже немного знала о местных порядках. В частности, о пропасти между “популярными” и “лузерами”. “Популярные”, проще говоря мажоры, не особо утруждали себя учебой. Дорогу в лучший университет мира им открыли родительские денежки, диплом был нужен ради престижа, а после окончания их в любом случае ждала блистательная карьера. И это они задавали модные тренды, устраивали шалости, которыми славился Дартвард, и проводили роскошнейшие вечеринки. У них был свой язык, свои особые тайные жесты, непонятные непосвященным. Они даже жили в отдельных домах, принадлежащих “братствам” и “сестринствам”, объединяющим внутриуниверситетскую элиту.

Большинство “лузеров” ни о чем не мечтало так жарко, как войти в круг избранных. Приобщиться к безмятежной и роскошной жизни мажоров Дартварда, а то и получить приглашение на одну из легендарных вечеринок братства Альфа Пи. И ради этого готовы были из корсетов и штанов повыпрыгивать, оказывая услуги королеве курса.

Я умилялась, рассматривая этот социальный конструкт. Ну прямо как в большом мире! Есть хозяева жизни и обслуживающий персонал. А я-то надеялась, что здесь, в храме знаний и магической науки, заслуги будут раздаваться сообразно знаниям и личным талантам. Наивная!

И вот королева курса стоит рядом с моим столом и извещает, что выбрала новенькую “ботаничку” потрудиться сегодня на ее диплом.

Будь я парнем, наверное, сомлела бы. Такая девушка снизошла. Она стояла рядом — похожая на фарфоровую куклу в человеческий рост. Вся такая миниатюрная, сияющая. Кожа с чуть розоватым оттенком, колечки платиновых волос у изящно вздернутых острых ушек и неожиданно неприятный скандальный взгляд, никак не вязавшийся с нежной эльфийской внешностью.

Отложив книгу, я посмотрела на нее сквозь очки тяжело и пристально, стараясь копировать дона Фернандоса. Не знаю получилось ли, но самоуверенности на розовом личике поубавилось.

— Сто фалеров и зелье у тебя в кармане.

— Что?! — она сперва растерянно захлопала искусно подведенными глазами, а потом недовольно скривилась. — А, ты же недавно перевелась. Не знаешь, кто я…

— Знаю. Нет монеток, нет конфеток, — с этими словами я пожала плечами и вернулась к книге.

Цену я, конечно, заломила несуразную. На внутреннем рынке универа такая лабораторная не тянула больше, чем на двадцатку. Но очень уж эльфийка взбесила своей наглостью.

Тут Имраэль бы отойти и поискать другую жертву. Но она зачем-то ударилась в оскорбления и угрозы. Возможно, посчитала делом чести все же добиться от меня взаимности.

Перепалка разрасталась, привлекая внимание остальных студентов. Имариэль краснела от ярости и разве что огнем не дышала. Я была спокойна.

Ну хорошо, хорошо, не спокойна. Мне нравилось ее злить.

— Считаешь себя лучше других, страшилка очкастая?

— Нет, конечно. Только лучше Имариэль цур… кстати, что там дальше? Никак не запомню.

— Такая тупая?

— Просто не засоряю память всякой никчемной ерундой.

Эльфийка задохнулась от возмущения.

— Никто в Дартварде больше не будет дружить с тобой, тебя никогда не пригласят на вечеринку и можешь даже не мечтать занять место в команде чирлидеров, — прошипела она, нависая надо мной.

— О нет, — ровным и абсолютно лишненным эмоций голосом протянула я.— Только не это! Даже не знаю, как буду жить дальше.

И зевнула, демонстрируя всю глубину своего отчаяния.

— Ты… да ты просто… Посмотри на себя. Ты — страшная замарашка в мужских обносках!

— Ага.

Она что — действительно пытается оскорбить меня этим?

— Такие как ты должны молчать и не поднимать голову выше плинтуса!

— Смирись: не все в этом мире идет так, как тебе хочется, — посоветовала я ей. — Ладно, приятно было поболтать, хорошего дня. А мне надо учиться.

И снова потянулась к книге.

Этого гордое сердце эльфийской девы уже не смогло вынести. Она с яростью пихнула стол. Стоявший на самом краю котелок с остывающим детоксом заскользил по полированной поверхности и рухнул на пол, забрызгав меня и с огромным интересом прислушивавшегося к ругани сокурсника.

Вот теперь я разом потеряла все свое восхитительное спокойствие. Вскочила, беспомощно глядя на расползающуюся по полу бурую лужицу.

— Ты что творишь?! Совсем двинулась?!

Она приосанилась с видом победительницы и бросив: “Пусть это будет тебе уроком, наглая выскочка” продефилировала на свое место. Никогда не любила решать конфликты силой, но в этот миг мне захотелось ее ударить. К счастью, сдержалась, а то позорище бы было. Кстати, на мои попытки обвинить ее в порче моей работы, Имариэль заявила, что я сама смахнула котелок — задела рукой во время спора. И несколько ее подпевал подтвердили слова кумира.

У нас — тихих книжных мышей — тоже есть гордость. Возможность взять реванш представилась на удивление скоро. Нет, я не стала подстраивать ей гадости: плевать в зелье или подменять ингредиенты. Тайные подлости не мой стиль. Вместо этого я выбрала эльфийку своей противницей на академическую дуэль по прикладной астрологии, где просто размазала ее, на глазах у ее и моей группы, а заодно магистра Вазериса.

Хамить тоже надо уметь. Я не щадила гордость Имариэль, награждая насмешливыми комментариями после каждого промаха, каждого неверного ответа. Язвила и издевалась, оставаясь предельно вежливой и корректной. Под конец даже магистр забеспокоился и попробовал призвать меня к порядку. Я призвалась: жажда мщения была более чем удовлетворена. Спускаясь с кафедры с видом победителя я понимала, что только что нажила смертельного врага.

К этому я была готова. Но не к тому, что последовало дальше.

Слава накрыла меня, как штормовая волна. Всем студентам на курсе как-то резко стало до меня дело. Ко мне набивались в друзья, и осыпали насмешками. Мною восхищались и меня оскорбляли. Чужие, совершенно незнакомые люди и нелюди рвались попробовать на зуб мои знания и ценности.

Если честно, это ужасно нервировало. Я, никогда не искавшая славы бунтарки, чувствовала себя улиткой, вынутой из домика. Любой мой поступок и жест, любое слово внезапно попали в фокус внимания, стали оцениваться окружающими. Первые дни я паниковала и чудом не наделала глупостей. Потом смирилась, нацепила холодную и чуть высокомерную маску и стала следить за словами. Джинн уже выпущен из бутылки, оставалось только сцепить зубы и ждать, пока университетские сплетники найдут себе новое развлечение. Ждать и не напоминать о себе.

Не получилось. Сначала были претензии от вице-канцлера по поводу моей манеры одеваться. Я бы не стала спорить и сменила слегка перешитые вещи кузена на что-то более женственное, но денег на смену гардероба не было совершенно, пришлось залезать в устав университета и отстаивать свое право одеваться как хочу с помощью буквы закона.

Потом случился камерный скандал с Кингшу, который не знаю уж каким путем стал достоянием гласности. Затем перемены в нашем общежитии. И вот теперь Риарон…

Кажется, мне никогда не избавиться от этого. Найду редактора “Секретов” — убью!

Глава 3

Собирали меня всем общежитием. Вот и не верь после этого в женскую дружбу. Вместо ядовитых шепотков в спину и зависти девчонки искренне радовались за меня. Кажется, даже гордились, словно во внимании Риарона была и их заслуга.

Командовала парадом, естественно, Мариса.

— Распусти волосы!

— Не буду, — заупрямилась я.

Эти два крысиные хвостика, придающие мне вид девочки-отличницы, такая же часть меня, как руки. Или, скажем, очки. Без них меня мой пресветлый эльф не узнает!

— Ты хочешь быть красивой на свидании или нет?

Ну вот что на такое ответишь?

— Не хочу.

— Ага, ври больше, — фыркнула Мариса, выдирая ленты из заплетенных волос. — Нет! Не будь я Мариса Ковальски, если ты сегодня не поразишь его эльфийское высочество в самое сердце!

Я пробухтела в ответ что-то невнятное, все больше раскаиваясь в собственном спешном согласии на встречу с Риароном.

Собравшийся на проводы женсовет решительно забраковал все мои платья. Все два — одно черное и глухое, я бы и сама надела только на похороны. Второе серое с отложным белым воротничком — в нем я походила на сиротку из детского приюта.

— Тебе нечего надеть, — постановили соседки. И растерянно переглянулись.

— Еще как есть, — заявила я, вытаскивая свой любимый праздничный комплект. Синие юбка-брюки из тонкой шерсти, жилет в тон к ним и белую батистовую блузку.

— В этом?! — возопила Мариса, воздев руки, как театральная прима на помосте.

— Ага, — чтобы она не возмущалась, я дополнила комплект подобием юбки с разрезами. А что — красиво и двигаться не мешает. Остальные девы жалобно застонали. — Ну хватит, это действительно очень удобно. В Темных землях многие женщины так ходят.

Насчет последнего я не была уверена, но откуда-то же пришла к нам эта мода, благослови Огонь Предначальный того умника, который придумал женские брюки.

— Ты что?! — полетело со всех сторон.

— Вы же в Оллстон пойдете! Может, он тебя в дорогой ресторан поведет!

— Это в Дартварде тебя профессора терпят с твоими причудами…

— Мы не в Темных землях, — решительно отрезала Мариса. — И если ты не хочешь опозорить своего кавалера, ты должна одеться прилично.

Так меня втиснули в темно-рыжую юбку и (о ужас!) кожаный корсет в тон ей. Блузку милостиво разрешили оставить свою. Когда девчонки затянули шнуровку на моей спине, я подумала что прямо там концы и отдам. Как они в этом ходят?

Потом Викения долго водила кисточкой по моему лицу. Было щекотно и очень хотелось чихнуть. Мысленно я прикинула, что на общее приведение меня в “товарный вид” мы потратили не меньше трех часов и ужаснулась.

Неужели обычным женщинам приходится каждый день тратить столько времени на подобную ерунду?! В топку все, я хочу быть мужчиной!

— Ну вот! — победно объявила Мариса, подвигая меня к зеркалу. — Совсем другое дело.

Весь мой скепсис разбился вдребезги о зеркальную поверхность, из которой на меня глядела незнакомка в моих очках. Красивая и ужасно взрослая дама в корсете, выгодно подчеркивающем все плюсы фигуры. У этой дамы внезапно обнаружилась вполне такая выраженная грудь вместо моих двух прыщиков. И узенькая талия. Наверное, и бедра имелись, по крайней мере колыхавшаяся юбка на них намекала. Темные волосы, уложенные в высокую прическу, скрывал маленький цилиндр. Нежный овал лица, сощуренные глаза глядели с вызовом, а в изгибе аккуратно подкрашенных губ пряталась неуловимая насмешка.

Нет, это определенно была не я. Но незнакомка мне понравилась. Ее вполне можно было представить рядом с Риароном, и она бы не смотрелась невнятной бледной мышью рядом с сияющим великолепием эльфа.

— Последний штрих, — объявила Мариса и пшикнула на меня из флакона. Я закашлялась.

— Огонь Предначальный, что это за дрянь?!

— Сама ты дрянь, — обиделась подруга.— Это духи с феромонами. Между прочим, семьдесят фалеров за миллилитр! Я когда брызгаюсь, на меня все мужики такие взгляды бросают, словно хотят облизать

Я принюхалась: облизывать пузырек совершенно не хотелось. Из флакона пахло довольно резко и не слишком-то приятно. Не столько цветами, сколько травами. А еще алхимическими компонентами.

— Диомид лунного серебра.

— Что?!

— И еще ветрянник бурый, корпея обыкновенная… и я не уверена, но похоже на струю мускусной белки. Это и есть твои “феромоны”? Не думаю, что Риарон на это поведется. Эльфы, конечно, ушастые, но не белки.

— Да ты ерунду говоришь, — растерянно пробормотала подруга. — Быть не может.

Еще как может. Я — потомственный фармациус в пятом колене. С парфюмерными композициями еще могу дать маху, но гербалогия и алхимия — моя страсть. Я на них василиска съела и грифоном закусила.

Мысленно я начала прикидывать какой эффект может дать подобное сочетание. Конечно, многое зависит от технологии смешивания. В какую фазу луны создавалось зелье, какие заклинания были начитаны…

Тьфу ты! Кто сказал, что в этом зелье есть хоть толика магии? Зачем напрягаться, месяцами разрабатывая формулу, проводить дорогущее тестирование, чтобы доказать безопасность препарата, когда достаточно написать на упаковке “Духи с феромонами” и можно продавать по семьдесят фалеров за миллилитр.

Но магия в жидкости все же была. Я убедилась в этом самолично, просканировав флакон экспресс-чарами под жалобные стоны Марисы: “Ты неисправима!”

— Слушай, отдай мне его, — попросила я. — Интересно понять, что это за штучка.

— Двести фалеров, — мстительно отозвалась подруга, продолжавшая дуться на меня из-за “дряни”.

— Да ладно — неужели тебе самой не интересно, что ты на себя льешь и как это работает?

— Ладно, — она вздохнула. — Но только если ты возьмешь их с собой и будешь пользоваться на свидании.

— Хочешь, чтобы эльф убежал от меня в ужасе? — пробурчала я, по-быстрому пряча флакон в сумочку. Мариса — человек настроения, легко может передумать. Лучше не рисковать.

Провожали меня тоже всем общежитием, как в последний путь. Я бодро шагала по аллее, ведущей к главным воротам, размахивая выданной Викенией сумочкой, словно боевым моргенштерном. Внутри все тряслось и скручивалось от страха, но на лице сияла жизнерадостная улыбка.

В спину пялился весь Дартвард, а впереди ждало свидание с эльфом моей мечты.

***

Правилами приличия на свидания вроде бы положено опаздывать, но я не терплю необязательности. Пришла вовремя, за что и поплатилась. Его эльфийское высочество пришлось ждать почти двадцать минут. Я мялась за воротами в корсете, юбке, цилиндре и с нарисованным лицом, чувствуя себя ужасно глупо.

Может, он забыл? Или просто решил посмеяться над восторженной дурочкой? Или для эльфов нормально опаздывать, это у них в культуре? Вот никогда не увлекалась эльфийскими ритуалами и правилами этикета. Я и человеческими-то не очень.

Чтобы не торчать на входе, как памятник отцу-основателю, я отошла к ограде и уставилась на Дартвардский мост. Широченный — можно колонной в тридцать человек построится, очень тяжеловесный на вид, с сидящими на выступах по бортикам с обеих сторон горгульями, химерами и прочими порождениями Источника. То ли статуи, то ли и впрямь монстры, забронзовевшие под действием чар, чтобы охранять нашу alma mater.

Острый нос ближайшей статуи, похожей на крылатую помесь гиены и ящерицы, золотился в закатных лучах, аж сиял. Каждый адепт накануне сложного теста, лабораторной или зачета, считал своим долгом наведаться к Мафуше (так ласково прозвали горгулью студенты еще в незапамятные времена), потереть ей острую уродливую мордочку и попросить у высших сил удачи. Стыдно признаваться, но я сама в прошлом месяце пробралась к мосту украдкой под покровом ночи, чтобы нервно хихикая последовать всеобщему ритуалу. Уж не знаю есть ли здесь прямая связь, но за ту лабораторную я получила “А” с плюсом.

Мафуша была не единственной. У каждой статуи на мосту имелось свое имя и история, к каждой наивное студенческое язычество предписывало обращаться с просьбами определенного рода. Например, у пятой справа химеры, изображавшей гигантскую жабу с клыками, когтями и хммм… мужскими причандалами необъятных размеров, эти самые причандалы сияли не меньше, чем нос Мафуши. Жутковато смотрится, если честно. Не хочу знать кто и с какой целью полирует клыкастой жабе ее исполинское достоинство.

Я перегнулась через бортик и уставилась вниз. Под мост, где сквозь кисею туманной дымки виднелась выжженная безжалостной магией земля. Не безжизненная, хотя лучше бы была таковой. Фонд изучения поверхности иногда организует экспедиции вниз, из которых привозит образцы жуткой растительности и тварей пострашнее горгулий и химер.

А если поднять взгляд, он упрется в необъятную скалистую стену, тянущуюся вдаль не на один десяток миль — Остон парит в воздухе чуть выше университетского городка. Дартвардский мост доходит до парковки, прозванной Коралловым пирсом за форму, напоминающую ветвистый кусок коралла, и разлетается от нее к городу десятками подвесных мостиков. Говорят раньше, когда этих мостиков не было, от пирса до столицы курсировал паром.

Я вскинула голову, щуря глаза, на закатное небо. В прожилках облаков то тут, то там еле заметными черными мушками мелькали корабли, лодки и частные яхты. Небеса над Остоном никогда не бывают пустыми. Иной раз воздушных судов так много, что шпилей старого города не разглядеть.

— А, вот ты где? Я тебя сначала не узнал.

От голоса по спине пробежались уже знакомые мурашки и ноги как-то внезапно ослабели. А-а-а, это же Риарон! И что теперь?! Надо обернуться, да? Проклятье, я же никогда на свиданиях не была, тем более с эльфами. Как с ним вообще правильно разговаривать-то? А вдруг ему не понравится, как я выгляжу?

Я обернулась, отчаянно пытаясь казаться спокойной, и губы против воли разъехались в глупой улыбке.

Он стоял в лучах закатного солнца. Весь такой… такой… В детстве у меня был сборник сказок с иллюстрациями. И в ней любимая, про Корявую Эльзу и Прекрасного Марко. Так вот: Риарон сегодня прямо один в один выглядел, как Марко с иллюстрации в книжке. В темно-синем рединготе и жилете на пару тонов светлее. На голове вместо цилиндра лихо заломленный берет, как у всадника. Закатное солнце играло на выбившихся из-под берета прядях. Мне прямо зажмуриться захотелось перед этим сказочным совершенством.

Разум подсказал, что если Риарон — Прекрасный Марко, то я — Корявая Эльза, не иначе. И вся уверенность в собственной неотразимости, которой я наполнилась, разглядывая свое отражение в зеркале, внезапно испарилась.

— Привет, — выдавила я, забыв заготовленную гневную тираду про эльфийскую необязательность и неумение ценить чужое время.

— Хорошо выглядишь.

Он аристократичным жестом подхватил мою руку и поднес к губам. Я почувствовала, как щеки становятся пунцовыми. Огонь Предначальный, да я никогда в жизни не краснела! Тетка Юдит всегда ворчала, что я бесстыжая родилась: ни такта, ни скромности, приличествующих юной леди.

Хвала хранителю, что Викения почти насильно вручила мне перчатки. Маникюр и я — плохо совместимые понятия.

— Спасибо, ты тоже, — прошептала я.

Он отмахнулся с таким видом, что мол — знаю, я всегда хорош. Но даже этот самодовольный жест не вернул мой взбудораженный разум из горних высей.

— Пойдем.

Я шагнула за ним. Наверное, надо что-то сказать? Что-нибудь этакое, интересное. Поразить эльфа своим интеллектом и остроумием. Не ради моих прекрасных глаз он меня пригласил, в самом деле?! Если я прямо сейчас не заговорю, Риарон вконец во мне разочаруется.

— Э-э-э… как твоя курсовая?

— Что? — Риарон изумленно приподнял бровь, словно я спросила что-то неуместное и даже бестактное.

— Ну, курсовая работа. Ты уже выбрал тему?

Эльф снисходительно улыбнулся.

— Нет, я еще не занимался этим, — рассеянно ответил он. — Ты же знаешь: впереди отборочные состязания. Все время уходит на подготовку. Курсовая не убежит.

— Э-э-э, да. Понимаю, — пробормотала я, отводя глаза.

Отлично, Агата, просто отлично! Ты лишний раз подтвердила свою славу королевы зубрилок.

О чем еще говорить с ним? В голове крутилась недавно услышанная смешная байка о трансмутациях первичных элементов. Но вдруг она покажется Риарону слишком заумной и скучной?

Я тащилась за ним по мосту, чувствуя, как счастливое предвкушение сменяется беспомощностью и страхом. Отчаянно хотела понравиться своему спутнику и от этого была напряжена, словно подсудимый в ожидании приговора. Вчера, сидя в столовой и рассуждая о своей занятости, я ощущала себя куда уверенней.

Мелькнула двадцать вторая пара химер, потом двадцать третья. Всего на мосту по пятьдесят две фигуры с каждой стороны. Риарон шагал молча и довольно стремительно — он высоченный, шаги широкие. Я семенила рядом, поглядывая на его изысканный профиль на фоне неба в закатных всполохах, и отчаянно подыскивала тему для разговора. Я вообще не люблю молоть языком не по делу, но если все время молчишь, люди считают тебя странной. Тем более на свидании принято разговаривать, чтобы лучше узнать друг друга… Наверное.

Сорок девятая пара, пятидесятая. Перед нами раскинулся Коралловый пирс. Прямо от моста разбегались множество разноцветных дорожек, уводивших к различным причалам. Ажурные столбы и невесомые крыши беседок казались черными на фоне закатного неба.

Эльф потянул меня к остановке, махнул рукой и почти сразу же сверху спикировала одна из лодок, с бортами, выкрашенными в зелено-белую клетку такси. Я-то ожидала, что мы пешком пойдем до Остона, здесь же недалеко. Но у богатых свои причуды.

— Куда лететь, молодой господин? — спросил таксист — настолько миниатюрный, что я задалась вопросом: а человек ли он?

— В центр. В… — мой спутник на мгновение задумался. — Давай в “Империал”.

Лодка плавно покачнулась и отчалила от пирса.

Глава 4

Он привел меня в какой-то неимоверно пафосный и довольно безвкусный ресторан. Много золота и кичливой лепнины, официанты, важные как премьер-министры, и меню, при взгляде на которое мне захотелось спросить: “Это у вас цены или географические координаты по трем осям?”.

— Я не голодна, — буркнула я, изучив меню. — Принесите чаю.

Чай стоил, как треть моей стипендии, но ничего дешевле в “Империале” не подавали. Риарон фыркнул и добавил к заказу тирамису для меня, а себе взял стейк.

Вечер не клеился. Я скучала, потела в непривычном наряде и ощущала все большую неловкость. Пусть я и выгляжу сегодня лучше, чем когда-либо, все равно не дотягиваю до уровня места. Нет, я не нищенка, но понятия не имею, что делать, когда тебе приносят три вилки к блюду.

Корсет давил на ребра, обстановка на психику.

Снова попыталась завести разговор про учебу. Риарон поддержал — видно, что из вежливости. Сама тема моего спутника совершенно не интересовала. Такое ощущение, что ему плевать на занятия. Когда я между делом пошутила про преобразование Уиллоуби, он не засмеялся — просто не понял.

Странно. Уиллоуби же на втором курсе проходят, независимо от специализации, а Риарон уже на третьем.

Ради интереса я попробовала заговорить о трансмутациях, фундаментальной астрологии, мантике… Он плавал везде. Разбирался примерно на уровне ребят из моего прошлого колледжа. Но это же Дартвард, тут совсем другие требования. Как он с таким уровнем знаний до третьего курса доучился?

— Так я же спортсмен, — с обезоруживающей улыбкой сообщил эльф. — Совмещать тренировки и учебу сложно, поэтому нам половину зачетов ставят автоматом.

Я еле удержалась, чтобы не хлопнуть себя ладонью по лбу.

Отлично, Агата, просто отлично! Теперь ты, с твоим пиететом перед знаниями, еще и умудрилась подцепить самого тупого парня в универе.

Хуже всего, что он все еще мне нравился. Даже несмотря на то, что тупой… то есть спортсмен. Когда Риарон улыбался, у него появлялись очаровательные ямочки. Кроме того, в нем не чувствовалось мелочной подлости, которая часто отличает людей, избалованных деньгами. Да и красивый — не наглядеться.

Зачем он меня пригласил, ему ведь скучно — по лицу видно? К чему этот фарс?

Спросить об этом вслух я постеснялась.

Разговор сам собой свернул к его спортивной карьере и драконам. Тут уже пришла моя очередь скучать. Ничего не понимаю в драконах. Я их вообще боюсь до ужаса. Видели, какие у них клыки и когти? Да меня на эту зверюку даже под угрозой жизни не заманишь! Как можно летать на чем-то, что живое и имеет собственное мнение? А вдруг он решит меня сбросить?

Да и в самой игре не разбираюсь. Все эти перечисления “тройных вольтов” и “обходов по правому флангу” мне ничего не говорят, я даже где именно надо восторженно ахать догадывалась только по многозначительным паузам в рассказе.

Свои мысли я озвучивать не решилась, чтобы ненароком не оскорбить эльфа в лучших чувствах, и беседа увяла сама собой. Риарон отхлебнул безалкогольный коктейль и откинулся на спинку кресла, изучая меня задумчивым взглядом с таким видом, словно я была сложной задачкой, которую он собирался расщелкать, несмотря ни на что.

— Ты не такая, как я думал.

Ну как можно устоять против подобного захода?

— А какая?

— Не знаю, — он нахмурился, пытаясь подобрать слова. — Сложная. Я не привык.

Угу, все понятно. Его эльфийское высочество привыкло к девицам с одной извилиной, восхищенно повизгивающими от рассказов о спортивных подвигах.

Я устала и язвлю. Надо уходить.

— Спасибо за вечер, Риарон, но мне пора.

— Как пора?!

— Уже поздно, а я хотела еще позаниматься перед сном.

— Погоди! — его лицо стало недоуменным, а потом обиженным. Он даже вскочил, чтобы удержать меня. — Слушай, не уходи так рано. Мы всего-то час сидели! Давай погуляем!

Движения у него стали суетливыми, словно он действительно волновался, что я уйду. Огонь Предначальный, да зачем ему все это надо?!

— Ну хорошо, — с некоторым сомнением согласилась я, и на лице эльфа снова расцвела улыбка.

Он расплатился, мы вышли из ресторана и пошли вниз по мощеной брусчаткой улице. Оранжевые и красные фонари проплывали по ночному небу. Я подняла лицо, вглядываясь в тени лодок над головой. Нитками светящихся бус над бездной повисли мосты. Остон давно уже вырос за пределы изначального клочка суши. Кроме громадины старого города к нему примыкает еще шесть крупных островов и множество мелких. А есть еще пригород, туда уже не добраться своим ходом, но можно на рейсовом пароме…

Шли мы недолго — минут пятнадцать. Я делала вид, что любуюсь старинными зданиями. Они красивые, поэтому даже притворяться не особо приходилось.

— Смотри, вот здесь я живу, — Риарон кивнул на двухэтажный дом с мансардой. Даже в сумерках здание выглядело очаровательным. Старинное, облицованное красным кирпичом. Ну просто пряничный домик. У террасы на втором этаже торчала мачта.

— Я думала, ты живешь в кампусе.

— Сейчас да. Это просто мой дом в столице. Отец подарил на совершеннолетие.

— Круто! — совершенно искренне сказала я.

— Зайдешь выпить кофе?

О нет! Еще один час, наполненный натужными улыбками и пустыми разговорами я не вынесу!

— Прости, но…

Риарон было поник, а потом щелкнул пальцами, словно ему в голову пришла какая-то идея.

— Пойдем, покажу кое что! — он открыл калитку и потянул меня за собой к наружной лестнице с перилами в виде виноградной лозы. Я послушалась, пытаясь понять хочу ли продолжения вечера.

Меня все еще тянуло к эльфу, и это было глупо. Неправильно, странно. Не вписывалось ни в мое представление о себе, ни в четкий жизненный план. Он даже не был плохим парнем, к которым, по слухам, тянет хороших девочек вроде меня. Просто красавчик-мажор. Меня вообще не должно волновать, что он обо мне думает, почему же я так отчаянно хочу ему понравиться?!

Мы поднялись на террасу. У дальнего края прямо под фонарем висела небольшая яхта эльфийской работы.

— Вот! — с гордостью мальчика, показывающего тете любимую игрушку, выпалил Риарон.

— Она твоя, что ли?

Он чуть приосанился, словно позировал для снимка.

— А то!

— Как хороша-а-а.

О да, яхта была хороша. Хищный нос, борта, расходящиеся плавниками, чуть откинутая назад мачта светового паруса. Но при этом отделка из драгоценного красного дерева на приборной панели и пафосные сидения из кожи. Два слова — роскошь и скорость. Страшно представить сколько стоит такая игрушка.

— И выглядит быстрой.

— Выглядит? — он надулся, умудряясь казаться одновременно снисходительным и оскорбленным. — “Мореланна” — выдает до шестидесяти узлов!

Я присвистнула, скорее чтобы польстить. Судя по размеру магкристалла над винтом, можно было ожидать и большего. Конструкционный недочет или остатки мощности сжирает усиленное защитное поле?

И все же при взгляде на плавные обводы корпуса в груди что-то екнуло от сладкого предвкушения, приправленного легкой жутью. Ужасно захотелось погонять в ночном небе.

— А главное: она очень маневренная! Ты не представляешь, какие на ней фигуры можно крутить.

— Не представляю, — согласилась я. — Но ты можешь мне показать.

Эльф насмешливо улыбнулся.

— Тебе это не понравится.

— Откуда ты знаешь?

— Знаю, — он выразительно потер ухо. — У меня от женского визга даже сквозь шлем уши закладывает. Могу просто покатать.

— Я не буду визжать, Риарон. Правда. Я люблю скорость.

Он снова покачал головой с таким раздражающим выражением превосходства на лице, что я почувствовала азарт.

— Спорим?

— Э-э-э… о чем спорим?

— Что я не закричу. На желание. Одно.

Эльф задумался, а потом в зеленых глазах вспыхнул интерес.

— Спорим.

Мы ударили по рукам, скрепляя пари, и я не без трепета влезла на пассажирское место. Риарон все с той же снисходительной усмешкой протянул мне летный шлем — из пробки, плотно прилегающий к голове. Если он ждал, что я начну спорить и кричать, что не надену это, то ошибался. Я пристроила цилиндр и сумочку в грузовой отсек, натянула шлем. Эх, прощай прекрасная прическа, нам было хорошо вместе, жаль это длилось недолго. Насколько моя обычная коса была бы уместнее в данной ситуации.

Все ремни я тоже защелкнула самостоятельно, пока эльф возился, снимая замок с цепи. Риарон проверил и одобрительно кивнул, а мне показалось, что на его лице даже мелькнуло что-то вроде уважения. Он крутанул лебедку, высвобождая свою красавицу, и запрыгнул на место передо мной. Под брюхом зажужжал винт, я не услышала это, а скорее почувствовала по вибрации корпуса. “Мореланна” плавно отстыковалась от причала, поплыла вверх. Зашуршал парус над головой.

Мы выбирались из центра города почти двадцать минут, неспешные, словно пенсионеры на утренней прогулке. Я изъерзалась на своем сиденьи, мысленно костеря эльфа и уговаривая его поддать магии.

Наконец, “Мореланна” миновала мерцающий красным буй, отмечавший границы Остона. Впереди на земле белым пламенем полыхал Источник, непроглядная чернильная клякса неба растеклась над головой, а мы зависли на границе в серых сумерках.

Я бросила взгляд за спину — Остон висел темной глыбой в переливах городских огней, как новогоднее древо.

Тишина, темнота и сияние фонарей. Порыв горячего ветра со стороны Источника лизнул меня в щеку, и в груди что-то сладко сжалось от пронзительного ощущения счастья. Красиво…

В этот момент парус над головой сложился, и яхта рухнула вниз, сорвавшись в стремительный штопор.

Глава 5

Мы неслись, крутили мертвые петли, взлетали высоко над островами и падали почти до нижней границы, где защитный купол яхты раскалялся и начинал потрескивать от мощного облучения. Десятки раз мне хотелось завизжать от восторга и пару даже от неподдельного ужаса.

Что этот эльф вытворял со своей яхтой! Нет, Риарон не был мастером скорости, да и насчет шестидесяти узлов, кажется, преувеличил, а может ему просто скучно было наворачивать круги, разгоняясь по предсказуемому и безопасному маршруту. Но какие фигуры он выделывал! Мой желудок то и дело подкатывал к горлу, несчастная тирамису просилась на волю, но я стискивала зубы и приказывала ему: “Место!”.

Я не вскрикнула ни разу. Не знаю, как сумела удержаться, на одном упрямстве, не иначе. Сказала, что не буду визжать, значит не буду и точка.

Все закончилось глупо и смешно. Наши художества привлекли внимание воздушной полиции. Массивный катер в черно-оранжевую полоску завис сверху, прижимая нас к пустынному островку на окраине. Риарон резко сбросил скорость и начал снижаться.

Полицейский катер опустился рядом. Сел неаккуратно, взрыхлив винтом почву. Песок и галька застучали по корпусу “Мореланны”.

— Вот баклан криворукий, — ругнулся Риарон, и тут же широко улыбнулся грузному полицейскому. — Добрый вечер, офицер. Какие-то проблемы?

Тот в ответ врубил фонарик, больше похожий на прожектор, и я совершенно ослепла.

— Офицер Джонс. Документы, — раздался над ухом густой недовольный голос. Судя по нему, полицейский страдал одышкой.

— Разумеется. Только уберите фонарик, офицер Джонс, — он помолчал и добавил. — Пожалуйста.

Страж правопорядка задышал шумнее, словно ему что-то не понравилось. Но все же приглушил свет фонаря. Я рискнула открыть глаза.

Он оказался ровно таким, каким я его себе и представила по голосу. Грузный, немолодой, с тройным подбородком. Пузо вылезало над ремнем, распирало черную форму изнутри. Во мне все еще бурлил хмельной кураж, руки слегка дрожали после пережитой невероятной встряски, поэтому вместо опаски, которую полагалось почувствовать добропорядочному гражданину, я ощутила неуместное веселье и захихикала. Лицо офицера стало еще более кислым.

— Риарон фон цур Гольц-Роттенсторн, — с отвращением зачитал полицейский, изучивший удостоверение. На его лице появилось осознание жизненной несправедливости, словно само существование Гольц-Роттенсторнов, было плевком в полицейскую душу.

— Совершенно верно, офицер.

Я снова захихикала. Кажется, со смехом выходил пережитый стресс от экстремальных покатушек. Полицейский нахмурился, шумно выдохнул и вторично ослепил меня фонариком.

— А это кто у вас?

— Агата Хербус, студентка Дартвардского Университета.

Фонарик, сволочь, так и не выключил. Пришлось почти вслепую искать сумочку, чтобы извлечь из нее студенческий билет.

— Девушку, значит, катаешь, — с непонятной претензией констатировал полицейский. — А ты знаешь, летун доморощенный, что в воздушном пространстве над Остоном запрещена аэробатика, — сообщил он, наконец отводя фонарик. — Тем более, после заката. Вы тут мне аварийную ситуацию создали!

— Этот запрет распространяется только на область непосредственно вокруг города, — живо возразил эльф. — Мы специально отлетели в сторону Источника, где мертвая зона.

— Вы дважды пересекли сигнальные буйки, — медовым голосом возразил полицейский.

— Разве что краем паруса.

— Не важно, — отрезал он. — Закон един для всех. Ну что: отправимся в отделение и будем оформлять протокол?

Вот ведь сволочь! Он вымогал деньги так неприкрыто и нагло, что у меня прямо язык зачесался ответить. Я его прикусила. Начну скандалить, только хуже сделаю.

Риарон тяжело вздохнул.

— А нельзя как-нибудь… на месте оформить?

Я кусала губы и повторяла себе: “Молчи, молчи!” пока Риарон, выпрыгнув из лодки, шушукался в темноте с полицейским. Минуты тянулись, в кабине было скучно. Отстегнула крепление и тоже вылезла наружу, путаясь в юбке. Сумочку зачем-то с собой прихватила, вот балда! Земля оказалась влажной, словно после дождя. Пахло излучением — этот характерный чуть кисловатый запах не спутать ни с чем — и почему-то лавандой.

Не люблю лаванду.

— Ладно, — прозвучал снисходительный голос офицера. — На этот раз прощаю. Лети и не нарушай больше.

Зажужжал винт, полицейский катер тяжело поднялся. Сделал круг над нами и мазнул фарами по земле, высветив расколотый мраморный фонтан и застывшее в немом крике лицо. Я взвизгнула и отшатнулась. Ноги после наших покатушек еще подрагивали в коленках и плохо держали, поэтому я не устояла и плюхнулась на пятую точку.

— Ты чего?

— Т-т-там…

— Тю! — он выпустил из руки направленный луч света — почти такой же мощный, как фонарик полицейского. — Статуи испугалась?

Луч задержался на мраморной фигуре в центре фонтана. Полуженщина-полузмея, не иначе, как легендарная Нэгис, в момент обретения проклятия. По замыслу скульптора из распахнутого в крике рта должна была изливаться вода.

— Я-то думал ты смелая. Ни разу не завизжала.

— Язык от страха проглотила, — фыркнула я и оперлась о протянутую руку, чтобы встать. — Где мы?

— Не знаю. Но здесь классно, — он зачарованно шагнул в сторону фонтана, и я последовала за ним.

По-хорошему не стоит тут задерживаться. Опасно. Этот лишенный любых щитов клочок суши слишком близко к Источнику. Настолько близко, что заклинанию индивидуальной защиты приходилось работать в полную силу. Кожа неприятно зудела, а теплый костерок, который я привыкла чувствовать внутри, превратился в обжигающий пожар. Риарону должно быть еще хуже. С эльфийским-то потенциалом к магии…

— Кр-р-руто, — восторженно выдохнул мой спутник, и на его раскрытых ладонях сами собой вспыхнули два магических факела. Я перевела взгляд на его глуповато-счастливое лицо и сердце упало в пятки.

— Риарон, надо улетать.

— Неа! — он пьяно улыбнулся и покачал головой. — Зачем? Тут же так хор-р-рошо-о-о…

— Риарон, пожалуйста! Пошли скорей в кабину. Нужно включить экран, у тебя опьянение силой.

Ну держитесь, офицер Джонс! Стоит мне только добраться до канцелярии, я накатаю на вас такую жалобу! Бросить эльфа без щитов рядом с Источником почти равносильно убийству. Опьяненный безграничной мощью, он будет швырять магию направо и налево, пропуская через себя бесконечный поток энергии. Сперва сгорит защита, а потом и сам Риарон. Вспыхнет и растает в волнах чистой силы.

— Пожалуйста, пойдем. Ты задолжал мне желание! Я хочу, чтобы мы вернулись в кабину.

Он расхохотался так, словно не слышал меня и выпустил из выставленных перед собой ладоней две струи огня. А потом зашагал, покачиваясь, в сторону фонтана. Туда, где за темными силуэтами деревьев виднелось серое в засветке небо над Источником.

— Твои уши на холодец! — выругалась я и поспешила за ним.

____________________ Дорогие читатели, если вы дочитали до этого места, значит книга вам нравится. Поставьте лайк, напишите отзыв. Обратная связь очень важна для меня.

Глава 5

Мы неслись, крутили мертвые петли, взлетали высоко над островами и падали почти до нижней границы, где защитный купол яхты раскалялся и начинал потрескивать от мощного облучения. Десятки раз мне хотелось завизжать от восторга и пару даже от неподдельного ужаса.

Что этот эльф вытворял со своей яхтой! Нет, Риарон не был мастером скорости, да и насчет шестидесяти узлов, кажется, преувеличил, а может ему просто скучно было наворачивать круги, разгоняясь по предсказуемому и безопасному маршруту. Но какие фигуры он выделывал! Мой желудок то и дело подкатывал к горлу, несчастная тирамису просилась на волю, но я стискивала зубы и приказывала ему: “Место!”.

Я не вскрикнула ни разу. Не знаю, как сумела удержаться, на одном упрямстве, не иначе. Сказала, что не буду визжать, значит не буду и точка.

Все закончилось глупо и смешно. Наши художества привлекли внимание воздушной полиции. Массивный катер в черно-оранжевую полоску завис сверху, прижимая нас к пустынному островку на окраине. Риарон резко сбросил скорость и начал снижаться.

Полицейский катер опустился рядом. Сел неаккуратно, взрыхлив винтом почву. Песок и галька застучали по корпусу “Мореланны”.

— Вот баклан криворукий, — ругнулся Риарон, и тут же широко улыбнулся грузному полицейскому. — Добрый вечер, офицер. Какие-то проблемы?

Тот в ответ врубил фонарик, больше похожий на прожектор, и я совершенно ослепла.

— Офицер Джонс. Документы, — раздался над ухом густой недовольный голос. Судя по нему, полицейский страдал одышкой.

— Разумеется. Только уберите фонарик, офицер Джонс, — он помолчал и добавил. — Пожалуйста.

Страж правопорядка задышал шумнее, словно ему что-то не понравилось. Но все же приглушил свет фонаря. Я рискнула открыть глаза.

Он оказался ровно таким, каким я его себе и представила по голосу. Грузный, немолодой, с тройным подбородком. Пузо вылезало над ремнем, распирало черную форму изнутри. Во мне все еще бурлил хмельной кураж, руки слегка дрожали после пережитой невероятной встряски, поэтому вместо опаски, которую полагалось почувствовать добропорядочному гражданину, я ощутила неуместное веселье и захихикала. Лицо офицера стало еще более кислым.

— Риарон фон цур Гольц-Роттенсторн, — с отвращением зачитал полицейский, изучивший удостоверение. На его лице появилось осознание жизненной несправедливости, словно само существование Гольц-Роттенсторнов, было плевком в полицейскую душу.

— Совершенно верно, офицер.

Я снова захихикала. Кажется, со смехом выходил пережитый стресс от экстремальных покатушек. Полицейский нахмурился, шумно выдохнул и вторично ослепил меня фонариком.

— А это кто у вас?

— Агата Хербус, студентка Дартвардского Университета.

Фонарик, сволочь, так и не выключил. Пришлось почти вслепую искать сумочку, чтобы извлечь из нее студенческий билет.

— Девушку, значит, катаешь, — с непонятной претензией констатировал полицейский. — А ты знаешь, летун доморощенный, что в воздушном пространстве над Остоном запрещена аэробатика, — сообщил он, наконец отводя фонарик. — Тем более, после заката. Вы тут мне аварийную ситуацию создали!

— Этот запрет распространяется только на область непосредственно вокруг города, — живо возразил эльф. — Мы специально отлетели в сторону Источника, где мертвая зона.

— Вы дважды пересекли сигнальные буйки, — медовым голосом возразил полицейский.

— Разве что краем паруса.

— Не важно, — отрезал он. — Закон един для всех. Ну что: отправимся в отделение и будем оформлять протокол?

Вот ведь сволочь! Он вымогал деньги так неприкрыто и нагло, что у меня прямо язык зачесался ответить. Я его прикусила. Начну скандалить, только хуже сделаю.

Риарон тяжело вздохнул.

— А нельзя как-нибудь… на месте оформить?

Я кусала губы и повторяла себе: “Молчи, молчи!” пока Риарон, выпрыгнув из лодки, шушукался в темноте с полицейским. Минуты тянулись, в кабине было скучно. Отстегнула крепление и тоже вылезла наружу, путаясь в юбке. Сумочку зачем-то с собой прихватила, вот балда! Земля оказалась влажной, словно после дождя. Пахло излучением — этот характерный чуть кисловатый запах не спутать ни с чем — и почему-то лавандой.

Не люблю лаванду.

— Ладно, — прозвучал снисходительный голос офицера. — На этот раз прощаю. Лети и не нарушай больше.

Зажужжал винт, полицейский катер тяжело поднялся. Сделал круг над нами и мазнул фарами по земле, высветив расколотый мраморный фонтан и застывшее в немом крике лицо. Я взвизгнула и отшатнулась. Ноги после наших покатушек еще подрагивали в коленках и плохо держали, поэтому я не устояла и плюхнулась на пятую точку.

— Ты чего?

— Т-т-там…

— Тю! — он выпустил из руки направленный луч света — почти такой же мощный, как фонарик полицейского. — Статуи испугалась?

Луч задержался на мраморной фигуре в центре фонтана. Полуженщина-полузмея, не иначе, как легендарная Нэгис, в момент обретения проклятия. По замыслу скульптора из распахнутого в крике рта должна была изливаться вода.

— Я-то думал ты смелая. Ни разу не завизжала.

— Язык от страха проглотила, — фыркнула я и оперлась о протянутую руку, чтобы встать. — Где мы?

— Не знаю. Но здесь классно, — он зачарованно шагнул в сторону фонтана, и я последовала за ним.

По-хорошему не стоит тут задерживаться. Опасно. Этот лишенный любых щитов клочок суши слишком близко к Источнику. Настолько близко, что заклинанию индивидуальной защиты приходилось работать в полную силу. Кожа неприятно зудела, а теплый костерок, который я привыкла чувствовать внутри, превратился в обжигающий пожар. Риарону должно быть еще хуже. С эльфийским-то потенциалом к магии…

— Кр-р-руто, — восторженно выдохнул мой спутник, и на его раскрытых ладонях сами собой вспыхнули два магических факела. Я перевела взгляд на его глуповато-счастливое лицо и сердце упало в пятки.

— Риарон, надо улетать.

— Неа! — он пьяно улыбнулся и покачал головой. — Зачем? Тут же так хор-р-рошо-о-о…

— Риарон, пожалуйста! Пошли скорей в кабину. Нужно включить экран, у тебя опьянение силой.

Ну держитесь, офицер Джонс! Стоит мне только добраться до канцелярии, я накатаю на вас такую жалобу! Бросить эльфа без щитов рядом с Источником почти равносильно убийству. Опьяненный безграничной мощью, он будет швырять магию направо и налево, пропуская через себя бесконечный поток энергии. Сперва сгорит защита, а потом и сам Риарон. Вспыхнет и растает в волнах чистой силы.

— Пожалуйста, пойдем. Ты задолжал мне желание! Я хочу, чтобы мы вернулись в кабину.

Он расхохотался так, словно не слышал меня и выпустил из выставленных перед собой ладоней две струи огня. А потом зашагал, покачиваясь, в сторону фонтана. Туда, где за темными силуэтами деревьев виднелось серое в засветке небо над Источником.

— Твои уши на холодец! — выругалась я и поспешила за ним.

Глава 6

— Риарон, котик, пойдем обратно. Ну что ты там забыл?

Эльф с трудом сфокусировал на мне совершенно пьяный взгляд.

— Хочу посмотреть.

Когда-то вымощенная плиткой дорога, а теперь просто тропинка привела нас к заброшенному особняку. Его зловещий абрис, темневший на фоне зарева от Источника, вызывал непроизвольную дрожь. Единственная створка ворот призывно поскрипывала. Я ощутила себя персонажем студенческой страшилки.

— Солнце, давай в другой раз! Днем прилетим сюда со средствами защиты и все обследуем.

Я точно не прилечу! Мало ли какая дрянь может водиться в заброшенном доме рядом с Источником?

— Хочу сейчас! — с интонациями упрямого ребенка откликнулся эльф. И толкнул створку.

Сделал он это, находясь от нее футах в пяти, но остатки ворот словно вынесло небольшим тараном. Створка пролетела аж до особняка и с треском впечаталась в стену. Это насмешило моего спутника. Заливаясь счастливым хохотом, он повторил фокус с дверью особняка. Успешно, несмотря на расстояние.

— Пожалуйста, не трать так силу! — взмолилась я, чувствуя, как меня начинает трясти от страха за него.

Такими темпами его хватит на час-два, не больше. Первичные обращения к стихиям страшно энергоемки. Огонь Предначальный, что же делать?! Оглушить Риарона, пока не поздно? Но я же не дотащу его до яхты! А что если не получится с первого раза? Он же сейчас совсем ничего не соображает, еще поджарит.

Маг-менталист сумел бы привести его в чувство, но я-то не менталист. И даже не стихийник: фокусы с горящими руками мне не по зубам. Я алхимик, узкая специализация для почти лишенных магии невезунчиков. Вот был бы у меня котел и нужные ингредиенты, я сварила бы “Покров разума” — самый лучший и чистый из отрезвляющих декоктов…

Резкий порыв ветра донес из глубин сада густой запах тления и лаванды. Эльф пьяно захихикал и зашагал в сторону особняка. Ну и я следом. Не оставлять же его одного. Он сейчас беззащитнее ребенка.

“Ребенка с огнеметом”, — мрачно констатировала я мгновением позже, когда занявшаяся пристройка осветила его довольное лицо.

— Смотри как красиво горит! — похвастался эльф.

— Ужасно.

Нет, надо что-то делать. Я не могу просто бегать за ним и умолять прекратить, это не работает!

— Разве я не молодец?

— Ты придурок пьяный.

— Сама такая, — обиделся Риарон. И полез целоваться.

Я сперва мычала, лупила его кулаками по плечам и вырывалась. А потом вдруг замерла, пораженная простой и ясной мыслью.

“Когти Нэгис”! Я всегда беру их с собой, когда иду в город. Привычка с “Айрон пойнт”, в рабочих шхерах средство самообороны было не прихотью, а жизненной необходимостью. Стандартное оснащение коготков подразумевает яд, но мне претила мысль убивать кого-то, даже насильников, поэтому я специально сварила снотворное. Очень хорошее снотворное: действует мгновенно, усыпляет на четыре-шесть часов и никаких побочных эффектов. На Риарона, конечно, будет меньше: бушующая в его теле магия выжжет любое зелье минут за тридцать. Но мне хватит.

Я потянулась было к карману и вспомнила, что сегодня у меня нет карманов. Только дурацкая юбка и корсет. А когти в сумочке.

— У тебя красивые глаза, — сообщил мне эльф, оставив попытки запихнуть язык мне в рот.

— А у тебя уши, — мрачно сообщила ему я, пытаясь нащупать свое суперсредство. Как назло, под руку попадался то носовой платок, то блокнот, то флакон с дурацкими духами от Марисы. Риарон, прижимавший меня слишком тесно, отнюдь не облегчал задачу.

Потрескивающее пламя и жар от догоравшей в глубине сада пристройки добавляли сюрреалистичности картине.

— Хочу тебя, — заявил эльф. И задумчиво выпустил из ноздрей две струйки розового дыма.

— Хотелка отвалится.

Я, наконец, нашла короткий жгут, свернутый из тонких металлических прутьев. Одного прикосновения хватило, чтобы “коготки” развернулись, одев мою руку в подобие перчатки, сплетенной из серебристой металлической сетки.

— Злая ты, — пожаловался эльф. — Но глаза красивые. У тебя.

— Это я уже слышала.

Он снова нагнулся, чтобы поцеловать, и теперь я не сопротивлялась. Даже привстала на цыпочки, положила одетую в “когти” руку на шею, чтобы игриво царапнуть кожу…

Хоть и ждала этого, но все равно чуть не упала, когда Риарон резко обмяк, навалился на меня всем весом и захрапел. Ох и тяжеленный он! Одно слово — спортсмен.

Я аккуратно сгрузила эльфа на тропинку. Сейчас отдышусь немного и попробую дотащить. Здесь не так далеко…

В ответ на мои мысли из-за горящей пристройки послышалось урчание, а налетевший ветерок донес запах пожара и густой смрад гниющей плоти, тесно переплетенный с ароматом лаванды.

Глава 7

Зомби-вирус!

Проклятье, я могла бы догадаться! Лаванда? Ну вот откуда на такой близости к Источнику живые цветы, вы мне скажите? Нет, вещество, которое зомби-вирус выделяет в тело, прорастая в нем, действительно родственно эфирному маслу лаванды. Должно быть, из-за бальзамирующих свойств. Как известно, хороший зомби — это зомби, который долго не разлагается.

Циничные мысли роились в голове, пока я, всхлипывая, тащила по дорожке проклятого неподъемного эльфа. И дернула меня Тьма Неодолимая вырубить его именно сейчас, ни раньше, ни позже! Я же не справлюсь с зомби! Их сжигать надо, а я алхимик, мать вашу, а не стихийник!

Можно еще оставить им Риарона и драпануть к яхте. Зомби медленные, не догонят.

— Р-р-р, — зарычала я, не хуже самого настоящего зомби и дернула эльфа за собой. Ну и туша!

На фоне горящей пристройки показался силуэт. Раздутый, уже мало похожий на человеческий. Сколько их тут? Откуда взялись? Это бывшие хозяева усадьбы или просто неудачники вроде меня?

Очень своевременные вопросы, прямо жизненно важные.

“Не успею”, — с каким-то обреченнным холодком в душе поняла я. Зомби медленные, в обычной жизни для человека убежать от них не проблема. Но я сейчас еще медленней.

Корсет не давал толком вдохнуть, стук сердца отдавался в ушах, а по щекам текли капли пота, смывая остатки боевой раскраски. Волосы выбились из прически, взмокшие пряди падали на лоб. Я пятилась от догоравшей постройки и ненавидела все сразу: свидания, подружек, эльфа этого проклятого. Ненавидела, пыхтела, ругалась и тащила.

За первым зомби показалось еще три, и мне захотелось завыть. Но вместо этого я принялась озираться в поисках оружия.

“Когти” им не страшны. Тут бы двуручный меч! Или хотя бы палку.

Меча не было. Не было ни топоров, ни кольев, ничего такого, что мой безумствующий в панике разум признал бы за годное оружие.

Как еще справиться с зомби? Команды зачистки обычно снабжаются баллонами с водой, замешенной на лунном серебре, вроде как доказано, что зомби избегают его. Но где я сейчас возьму лунное серебро?

Еще шаг, второй. Вот уже и ограда. Может, все-таки успеем, бывают же чудеса?

Сумочка зацепился за металлический штырь, к которому крепились ворота до того как Риарон снес их. Я со злостью дернула ее и дешевая прессованная кожа не выдержала нажима, с треском разошлась, явив миру свое содержимое.

Плевать. Если я не успею выбраться отсюда, кошелек или носовой платок мне уже не понадобится.

Взгляд зацепился за флакон, реквизированный несколько часов назад (Всего несколько часов? Поверить не могу!) у Марисы. В мутнеющем от паники разуме забрезжила какая-то мысль.

Огонь Предначальный, а ведь духи Марисы как раз замешены на лунном серебре. Если нос меня не подвел, конечно. Если подвел, это станет последней ошибкой в моей дурацкой жизни.

Еще мгновение я колебалась, но тут первый зомби выполз на дорожку, и для сомнений не осталось времени и места. Я подхватила флакон и принялась опылять себя, а потом лежащего на земле эльфа. Какие же они едкие, аж слезу вышибает. Духи, а не зомби. Хотя зомби тоже.

Плевать, на все плевать, лишь бы помогло. Ну а если не поможет, буду очень ароматным умертвием. Хоть какое утешение. Возможно, кто-нибудь из неудачников, на которых я буду охотиться, даже пожелает меня облизать.

Так, ноги тоже хорошо бы как следует пропшикать. И задницу.

К этому моменту зомби уже подобрался ограде и остановился, недовольно порыкивая. Слов нет, чтобы передать насколько он был отвратительным. А от густой трупной вони, смешанной с запахом лаванды, меня чуть было не вывернуло. Даже задумалась стоит ли держать несчастное тирамису в себе, если нам очевидно не по пути.

Вылив на спину остатки флакон, со злостью запульнула пустой посудиной в злокозненное умертвие. Он так резво рванул от него в сторону, что я невольно расхохоталась.

Так тебе! Будешь жрать мозги у тех, кто не знает, как ими пользоваться! Пусть теперь хоть одна тупая девица попробует мне что-то вякнуть о “бесполезной теории”, которой нас пичкают на лекциях.

Смех грозил перейти в истерические рыдания, но у моих ног по-прежнему лежал Риарон, а за воротами толпились зомби, которым очень хотелось нас если не сожрать, то хотя бы понадкусывать. Они то подавались вперед, то, унюхав запах духов, снова отступали. Я решила не ждать, что победит: осторожность или жадность и потащила эльфа по дорожке.

Так мы и шли. Сперва я, кряхтя и пятясь задом, за мной влачилось безжизненное тело, а уже за ним почетным эскортом шагал пяток зомби.

Как же мне хотелось бросить все и рвануть бегом к спасительной яхте! Путь, который мы вдвоем прошли за пару минут, казался бесконечным. Тошнотворный запах лаванды и мертвечины, голодные порыкивания, почти нестерпимое ощущение близкой опасности, когда все инстинкты вопят, требуя бежать, спасаться, и неподъемный эльф, который с каждым шагом становился все тяжелее.

Попой на фонтан я наткнулась уже когда начала думать, что заблудилась и свернула не туда. Близость цели придала сил. Я одним рывком преодолела оставшиеся до яхты футы и остановилась, чтобы утереть пот.

Нет, веселуха еще не закончена. Надо вползти по веревочной лестнице на борт. И, что самое ужасное, как-то втянуть туда Риарона.

Рычащие зомби выстроились полукругом, прижимая нас к лодке и топтались всего в футе, не решаясь пересечь невидимую черту. Снова в нос ударил запах, на этот раз до того зверский, что меня все-таки вырвало прямо под ноги одному из них на влажную землю.

— Все! Если выберусь: больше никаких эльфов, — мрачно пообещала я, глядя в полуразложившуюся харю. Прислонила Риарона к борту и полезла наверх.

Дальше было пять минут непрекращающегося кошмара. Я тащила и тянула его, спрыгивала и пыталась подсадить снизу. Пару раз почти получалось, но в самый ответственный момент сил не хватало, неподъемное тело выворачивалось из рук и падало на землю. Под конец я не выдержала, села рядом с ним и тихо заплакала.

Тряслись руки, болели ноги и живот. И было очень страшно.

— Что за… — тело шевельнулось и попыталось сесть. — Где я? — пробормотал эльф сонным голосом. — Агата, ты плачешь?

— Очнулся?! — слезы высохли мгновенно, словно сами по себе. Я вскочила и дернула Риарона за воротник, вынуждая подняться. — Быстро в лодку! НЕМЕДЛЕННО!

Должно быть, снотворное выветрилось еще не до конца, потому что Риарон покорно полез наверх. Я подпихивала его снизу, перемежая уговоры и ругательства.

Наконец, мы оба перевалили борт и упали на кожаные сиденья.

— Врубай щит! — гаркнула я командирским голосом.

В воздухе раздалось характерное потрескивание, а потом кожа резко прекратила чесаться. Я обмякла и растеклась по сиденью, словно воздушный шар, из которого выпустили газ. Не было сил даже плакать.

— Агата, что происхо… — он перевел взгляд вниз на шарящих по краю лодки в поисках сбежавшей добычи умертвий и нервно икнул. — Зомби?!

— Как видишь, — устало выдавила я. — Лестницу подбирай и полетели.

Второй раз повторять не потребовалось. Риарон рванул с места вверх так резко, что меня вдавило в кресло. Я ругнулась, нащупывая ремни. Не хватало еще вывалиться.

Зомби сопроводили наш полет печальным воем в ночное небо.

Глава 8

Немного выровняв машину, Риарон повернулся ко мне. Вид у него был сердитый — брови нахмурены, губы сжаты. Ну прямо верховный судья, слушающий дело малолетней преступницы. Мне стало смешно.

— Рассказывай! — отрывисто бросил он. — Что там произошло и почему я ничего не помню?

— Совсем-совсем ничего? Даже как мы там, — я ткнула пальцем вниз, — оказались?

— Это помню. Нас остановил полицейский…

— Ага. Офицер Джонс. А вот дальше было весело…

Мой рассказ эльф выслушал не перебивая. Только глаза у него все округлялись, пока не сделались размером с монету в пять фалеров, а лицо становилось все более и более офигевшим.

— И ты меня не бросила? — потрясенно выдавил он.

— Сама поражаюсь. Не иначе как умопомрачение нашло.

Он завозился на сиденьи, пытаясь ощупать руки и ноги. Я не без интереса наблюдала за смешными телодвижениями, пока не поняла к чему они.

— Можешь не дергаться, тебя не кусали. Да и меня тоже.

Поверил. Оставил досмотр и снова повернулся.

— И как ты решилась применить эту… эти…

— От отчаяния, — я криво усмехнулась. — Что еще делать-то было? Так и так умирать. Но эта штука сработала даже лучше, чем обычное лунное серебро. Вот тебе и духи с феромончиками.

Кстати, надо прикупить еще зелья и глянуть за счет чего такая эффективность. В голове мгновенно начали разворачиваться цепочки алхимических преобразований. Нет, дело точно не могло быть только в одном компоненте, скорее сработали несколько. Тем более что там были еще и чары. Я бы на месте создателя духов запатентовала их, как анти-зомби средство.

Тьфу ты! О чем думаю?

— Ты удивительная девушка, — тихо сказал Риарон. — Просто потрясающая.

Я смутилась от его тона, и в то же время стало невероятно приятно. А эльф все продолжал пялиться на меня таким завороженным взглядом, и я вдруг вспомнила в каком виде. С замурзанным лицом, в грязной одежде и вся насквозь пропахшая ядреным анти-зомби парфюмом.

— Да ладно, ничего особенного, — буркнула я, отводя взгляд. — Обращайся, если что.

Повисла неловкая пауза. Я думала: хорошо, что он не помнит, как лез целоваться. Умру, но не стану напоминать. Вообще я как-то ожидала, что мой первый поцелуй будет более романтичным и менее… экстремальным, что ли? И еще пыталась вспомнить понравилось ли мне, но вспоминала только желание стукнуть Риарона и запах лаванды.

— Ладно, полетели, что ли? — наконец, выдавила я. — Надо сообщить в эпидемслужбу, что тут зомби в получасе лета от столицы.

Он покачал головой.

— Если мы сейчас туда заявимся, нас запрут на неделю в карантин.

Это в мои планы никак не входило. Какой карантин, у меня лабораторная через четыре дня?!

— Ты уверен? — упавшим голосом переспросила я.

Он кивнул.

— Что же делать?

Являться в кампус в таком виде нам тоже нельзя. Страшно представить, какие слухи пойдут и что напишет в “Секретах” мой горячий поклонник.

— Полетели ко мне, — предложил эльф. — Примешь душ, переоденешься. А службу известим завтра, анонимно.

— Во что переоденусь?

— Купим что-нибудь.

Я скептически улыбнулась

— В три часа ночи?

— Деньги решают. Ну, полетели?

С одной стороны, ночевка в его доме да еще после свидания — почти гарантированный гвоздь в гроб моей репутации. А с другой — полночь уже миновала, ворота закрыты. Чтобы попасть на территорию кампуса придется будить сторожей. И они вряд ли оставят мое экстремально позднее возвращение и замурзанный вид без внимания. Поползут слухи, чего доброго еще в “Скандалах” опять напишут какую-нибудь дрянь.

Нет, горячий душ, кровать и полное отсутствие дурацких вопрос — это слишком соблазнительно.

— А, Тьма с тобой. Полетели!

***

По дороге к Остону я заснула. Не привык мой организм к подобным встряскам. Смутно помнила, как Риарон тряс меня за плечо и говорил: “Прилетели, соня”.

— Еще пять минуточек, пап, — пробормотала я снова отключилась.

Повторно в себя я пришла, когда он вносил меня в какую-то комнату. Сначала даже не поняла что происходит, где мы и почему Риарон несет меня на руках, нежно прижимая к груди. А когда вспомнила начала брыкаться.

— Пусти!

Он поставил меня на пол.

— Не мог разбудить?!

— Жалко стало. Кроме того, — эльф хитро улыбнулся. — Не все же тебе меня на руках носить.

— Я тебя не носила, а волокла. Где тут ванная?

Он показал. Даже выделил огромное пушистое полотенце и свою рубашку в качестве сменной одежды. Потом пожелал спокойной ночи и исчез. Просто идеал мужчины, честное слово. Как я раньше этого не замечала?

Был соблазн завалиться спать прямо так, но брезгливость пересилила, и я пошла мыться. Не пожалела. Смыть с себя пот, грязь и проклятые духи было счастьем. Рубашка Риарона — белоснежная, накрахмаленная и с кружевным воротником — оказалась мне так велика, что вполне сошла за экстремально короткую ночную сорочку. Постель была мягкой, а белье чистым. Что еще нужно утомленной сражениями с зомби деве для счастья?

Утро началось с того, что в мою дверь постучалась посыльная из ближайшего магазина готовой одежды. Риарон выполнил свое обещание и заказал для меня новое платье. Светло-серое строгое и стильное оно неожиданно удачно село, подчеркнув все достоинства фигуры и скрыв недостатки. Все та же девушка помогла затянуть новый корсет и даже соорудила очень симпатичную прическу. А потом не слушая благодарностей, прощебетала “За все заплачено, госпожа” и упорхнула.

Я почувствовала, что по-настоящему начинаю влюбляться в эльфа.

Завтрак прошел весело. События минувшей ночи на свежую голову казались уморительно смешными. Мы пили кофе, лопали булочки и яичницу с беконом и вспоминали вчерашние приключения со смехом. Лед и неловкость растаяли, словно сами собой, и темы для разговоров вдруг нашлись. Оказалось, что мы оба интересуемся исследованиями поверхности, любим истории о приключениях Рика Пантертона — лучшего в мире частного детектива и баллады восточной стороны…

Давно мне не было так интересно, хорошо и легко с кем-то общаться. Даже не волновалась, что прогуляла две первые лекции.

В таком великолепном настроении я рука об руку с Риароном пересекала Дартвардский мост. Над головой светило солнце и жизнь казалась ослепительно прекрасной, когда нам повстречалась Имариэль.

— Доброе утро, — пропела она, и голос у нее был до того сладким, что я почувствовала, как вязну в нем, словно муха в патоке. — Ах, Риарончик, похоже я была неправа. Ты действительно можешь уложить любую деву в постель за один вечер.

Мне внезапно стало как-то неуютно и холодно, словно солнце резко спряталось за тучку. Я вопросительно покосилась на своего спутника. Побелевший эльф усиленно подавал этой стерве непонятные сигналы бровями.

— Ты победил, — с торжеством в голосе объявила Имариэль. — Не возражаешь, если выигрыш я отдам немного позже? Я с собой такие ценные вещи не ношу.

— Погоди, — все-таки подал голос Риарон. — Ты все не так поняла!

— Что происходит?! — спросила я, уже догадываясь, но еще не желая верить.

— Ах, деточка, я так тебе сочувствую, — фальшиво вздохнула эльфийка. — Понимаешь, наш красавчик хвастался, что способен уболтать любую дать ему на первом же свидании. Я ему не поверила, ну вот и поспорили… на тебя, — ее глаза сверкнули торжеством. — Жаль, я-то в тебя верила. Думала, ты девушка твердых принципов.

Неужели это правда? В груди поселился ледяной комок, к глазам подступили злые слезы. Я умоляюще взглянула на Риарона. Ты же мне правда нравился, очень нравился. И мне еще сегодня утром казалось, что у нас что-то может получиться. Давай, скажи, что все это неправда. Что она просто злобствует, как обычно. Скажи, и я поверю. Ну, пожалуйста!

Он отвел глаза и выдавил:

— Я не победил…

— Заботишься о репутации дамы? Ты всегда был таким джентльменом, — голосок Имариэль напоминал мурчание довольной кошки. — Поздно, милый. Уже весь кампус в курсе, даже статья в “Секретах” вышла. Агата Хербус — королева давалок, — она засмеялась визгливо и громко.

— Агата… понимаешь, — виновато начал он.

Я не стала слушать дальше. Резко выдернула руку из его ладони, обошла эльфийку и продолжила путь к воротам. Перед глазами все расплывалось, как на нечетком снимке.

— Агата!

Он догнал меня, схватил за плечо, развернул к себе, начал что-то говорить, горячо доказывать. Кажется, что-то про то, что я ему нравлюсь и вообще особенная девушка и что не имел в виду ничего такого. Я не слушала.

— Убери руки, — без эмоций произнесла я, зажмурив глаза, чтобы его не видеть.

— Нет! Я тебя не отпущу.

— Ты задолжал мне желание. Хочу, чтобы ты не прикасался ко мне больше! Никогда!

Не выпустил, но ослабил объятия настолько, что я смогла вырваться. Даже хватило сил не побежать. Я шла по аллее быстрым шагом, чувствовала затылком его взгляд и повторяла себе: “Не буду плакать, я не буду плакать”.

Не дождется!

Глава 9

— Неужели ты никогда его не простишь? — Мариса укоризненно покосилась на меня. На ее обычно смешливом лице застыла осуждающая гримаска.

— Нет, — мрачно отрезала я.

— И тебе его совсем-совсем не жалко? Ты гляди, как убивается.

Вот еще: жалеть паразита. Так ему и надо. Поспорил он.

— Смотри, надоест ему за тобой бегать, переключится на кого-нибудь посговорчивей. Ту же Имариэль, она ему давно глазки строит. Да и родители их все мечтают свести…

Мысль о Риароне, который ухлестывает за Имариэль вызвала такую ярость, что я зашипела.

— Вот-вот. Слушай, ну чего тебе еще надо-то? Он уже вторую неделю извиняется и под окнами стоит. Опровержение в “Скандалах” накатал. Каждый день цветы присылает.

— Ненавижу цветы. Трупы растений.

— Вот в этом ты вся, Колючка!

Я тяжело вздохнула. Разговор злил, но прервать его не получалось. Как не получалось отшить Риарона, который ухаживал за мной теперь так старательно и настойчиво, словно я была последней девушкой на земле. Не иначе как еще одно пари заключил.

— Все еще обижаешься на него? — прозорливо спросила подруга. — Или дело в другом?

— Просто решила: больше никаких эльфов, -я подхватила учебник и встала. — Извини, мне пора.

Нет у меня настроения выслушивать нотации в очередной раз. Да и времени нет.

Если день не задался, то он не задался конкретно. Причина наших жарких споров поджидала меня по дороге к библиотеке.

— Агата!

Я ускорила шаг, делая вид, что не слышу. Как он меня подловил? Всю неделю мне удавалось избегать общества Риарона и задушевных объяснений.

Можно, конечно, сделать вид, что я что-то забыла и вернуться в корпус. А если не отстанет? Его почему-то совершенно не волновала собственная репутация и насмешливые статьи в “Секретах”. А я вот ненавижу, когда посторонние знают о моих проблемах.

— Агата подожди!

Все равно ведь не отстанет. Я резко затормозила и обернулась.

— Чего ты хотел, Риарон?

— Поговорить, — с обезоруживающей улыбкой отозвался эльф.

— Говори.

— Я поступил некрасиво и подло. И мне очень стыдно, — он вздохнул. — Прости меня, пожалуйста.

Вот ведь гад! Как у него это получается? Тремя фразами буквально оружие из рук выбил.

— Но ты мне действительно нравишься, — продолжал он. — Ты оказалась совсем не такая, как я думал. Даже представить не могу другую девушку, которая бы не сбежала от стаи голодных зомби.

— Я просто дура, — грустно подсказала я ему.

Эльф упрямо мотнул головой.

— Ничего подобного. Ты умная и смелая. И красивая, кстати, когда одеваешься нормально.

Я возмущенно уперла руки в бока.

— И что же в моей одежде ненормального?!

Но это было уже не всерьез. Не по-настоящему. Я уже чувствовала, как ледяная решимость внутри тает от его слов и проникновенного взгляда, словно наледь под солнцем. Все-таки я действительно дура…

— Дай мне второй шанс. Просто еще одно свидание, — он подмигнул.

— Но… — все слова куда-то разбежались, когда они так нужны.

— Пожалуйста. Просто сходим куда-нибудь вместе, — Риарон почувствовал мои колебания и решил дожать. — А если тебе не понравится, торжественно обещаю, что оставлю в покое и больше не подойду.

— Ладно, — с сомнением протянула я.

На лице эльфа засияла такая улыбка, что я аж зажмурилась, побоявшись ослепнуть.

— Ты не пожалеешь!

— Уже уверена, что пожалею, — буркнула я ему вслед, провожая взглядом.

Но… он же действительно попросил прощения. И я все еще с теплотой вспоминаю, как здорово было пить с ним кофе на кухне в то утро до встречи с подлюкой Имариэль. Неужели он не заслуживает второго шанса? Я должна попробовать еще раз!

Если не попробую, всю жизнь буду спрашивать себя, не сделала ли ошибку.

Ну а если мне не понравится, значит точно — больше никаких эльфов.

Конец

От автора:

Дорогие читатели, мне почему-то поступало много претензий на эту повесть - мол, незакончено. Оборвано на полуслове. Но я действительно не понимаю о чем тут еще писать. Локальный конфликт между героями завершен, героиня решила дать герою шанс. Описывать, как они поженились, сколько родилось детей и внуков - это уже замах на эпопею, а не короткую легкую повесть.

Если вы несогласны, можем подискутировать. Пишите ваше мнение, но с аргументами.

Ну и если вам понравилась эта книга, приглашаю читать другие мои юмористические произведения.

Мой канал в Телеграмме: https://t.me/alis_group

Моя группа Вконтакте: https://vk.com/alis_group

В группе много фанарта и иллюстраций к моим книгам. А также вся самая актуальная информация по поводу моего творчества.