Боги моей мечты

Глава 1

Боги моей мечты

Тёплый яркий денёк заливает игривым светом белоснежные облака. Лёгкий приятный ветерок нежно обдувает меня, принося далекие ароматы. Я неспешно иду к привычному месту, насвистывая какую-то прилипчивую мелодию. Прикрытый повязкой глаз сегодня почти не чешется, что только улучшает моё настроение. Гул разговоров собравшихся небожителей слышен уже отсюда. Свернув за ближайший облачный бархан, я выхожу к ловчему краю. Божественной волей это место сильно уплотняется каждое утро, что позволяет на нём спокойно сидеть и раскладывать предметы прямо на облаке. Надо признать, кое-где край даже слишком твёрдый. Как-то раз поскользнувшись, я сильно разбил себе колено.

Сегодня здесь уже успело собраться довольно много народу, лес удочек подтверждает мои опасения в том, что следует поспешить и занять для себя место. Отойдя немного в сторону от основной группы богов, я присаживаюсь у края облака и свешиваю ноги. Отточенными движениями раскрываю свою сумку, раскладываю около себя всё необходимое для сегодняшней ловли. Бегло осматриваю удочку, заправляю крючок и уже собираюсь его забросить, как что-то еле заметно меняется в фоновом гуле. Я внимательно осматриваюсь. В последнее время надзорные боги сильно лютуют, и мне бы не хотелось начинать такой хороший день в попытке убежать от облавы. Но нет, дело оказывается совершенно не в этом. Молодая, недавно родившаяся, богиня подходит к краю облака. Её недоумевающее лицо обращено на нас. Любопытные ловцы оборачиваются на неё и оживлённо обсуждают неожиданный визит. Обычно никто кроме нас к краю не ходит. Намечается редкий шанс привлечь кого-то нового к нашему всеобщему хобби.

- Что вы тут делаете? - спрашивает она, присаживаясь между мной и основной группой ловцов.

- Искушаем смертных, - отвечаю ей я, забрасывая удочку.

- А зачем? - удивляется новенькая.

- Мы их ловим и решаем: благословить или наказать, - поясняет её сосед с другой стороны. - Типа игры такой. Надо же чем-то бессмертие занять! Заодно и приток веры увеличиваем.

- А я вот хочу когда-нибудь поймать смертного своей мечты! - говорю за себя я. - У каждого свои причины. Попробуй, может и тебе понравится.

После непродолжительной возни боги находят для неё запасной инструмент и, вручив его новенькой, вновь рассаживаются по своим местам. Богиня, быстро разобравшись, что да как, закидывает удочку. Вид у неё при этом какой-то слишком уж счастливый. Наверное, она родилась совсем ещё недавно. Возможно, перед нами богиня какого-нибудь новомодного течения, что так распространены сейчас у смертных. Налюбовавшись на молодую небожительницу, боги возвращаются к своей неспешной беседе. А я вновь фокусирую взгляд на поплавке.

- А где твой сосед? Тот, с опухшим лицом, - спрашивает кто-то из наших. - Не придёт сегодня ловить?

- Нет, я за ним заходил, - отвечает ему собеседник. - Он захворал. Бог болезней всё-таки!

- О как, - качают головой сидящие рядом. - Профессиональное, значит...

Слушаю их краем уха, стараясь не вникать в обсуждаемые темы. Подобные разговоры случаются каждый день. Они длятся от самого начала ловли и заканчиваются лишь поздно ночью, когда почти все расходятся по домам. Многие уже настолько привыкли к ним, что говорят почти на автомате, поднимая привычные темы по несколько раз в день. Ничего нового здесь не услышишь, но такое жужжание над ухом помогает расслабиться, раствориться в монотонном гуле.

- Что-то у меня не клюёт, - расстроено жалуется новенькая. - Что не так?

Окружающие с волнением посматривают на неё. Первый раз на ловле он самый ответственный. Если сразу разочаруешься, то ловца из тебя уже никогда не выйдет. Боги нервно переглядываются между собой, но помочь не спешат – боятся окончательно спугнуть кандидатку.

- Может приманку плохую взяла? - спрашиваю её я. - Что у тебя там?

- Какую ещё приманку? - с удивлением реагирует небожительница. - Это как?

- Ага! - радостно восклицает один из соседних богов. - Чтобы ловить смертных приманка нужна!

- Без неё никак! Нет! Ещё чего! - подхватывают остальные. - Смертный на голый крючок не клюёт! Эх, нравы пошли! Вот раньше...

- Ты лучше и в самом деле что-нибудь на крючок надень, - привлекаю я её внимание.

- А что именно? - с интересом спрашивает молодая богиня. - Какаю приманку мне использовать?

- Придумай что-нибудь, - улыбаюсь я. - Какое-нибудь желание или награду. Чтобы смертные на неё сразу косяком накинулись.

- Ладно, - она вытаскивает удочку и, закрыв глаза, создаёт какой-то святящийся комочек в руках.

Обрадовавшись своей идее, богиня нанизывает приманку на крючок и с энтузиазмом вновь закидывает удочку.

- А какие вообще бывают эти смертные? - поворачивается она ко мне. – Я-то среди них почти никого не знаю.

- Есть полный классификатор, - объясняю я, протягивая ей свой экземпляр. - Ловишь и смотришь всё о добычи здесь. Дарю, пригодится.

- А как же ты? - с благоговением принимает она подарок.

- Я уже помню его наизусть.

- Ух ты! - восхищается новенькая. - А откуда он взялся? Классификатор этот. Его пишет кто-то?

- Ага, - подтверждаю я её догадку. – Моих рук дело. Видишь повязку? Прикрытый глаз читает души смертных. Так что если поймаешь кого-то, не внесённого в список, то обращайся. Я его изучу и добавлю в новое издание.

Небожительница взволнованно смотрит на повязку, закрывающую половину моего лица. Задумавшись, она надолго замолкает. Вокруг опять возобновляется привычный гул неспешных бесед. Не знаю, сколько времени прошло, наверное, я всё же задремал, но взволнованный окрик заставляет меня вновь обратить внимание на новенькую.

- Ой, поймала! - радостно кричит молодая богиня. - Нужно посмотреть классификатор! Я не знаю этого смертного.

- Это Дима, - кисло сообщают ей боги. - Выбрось его.

- Что? Как? Почему? - удивляется небожительница. - Это же мой первый смертный!

- Просто ударь им о край облака и выкинь его, когда он отпустит наживку, - поясняю я.

- А что с ним не так? Он атеист? - интересуется богиня. - В богов не верит?

- Да, но не в этом дело, - нехотя говорит один из ловцов. - Мы же не можем помогать всем...

- Вот и выбрали нескольких смертных, на которых никак нельзя влиять, - подхватывает другой бог.

- Ни хорошо, ни плохо, - заканчиваю я их мысль. - Это правило игры. Так что выбрось его.

- Ладно, - послушно уступает богиня и бьёт свою добычу о край облака. - Но... он не отпускает!

- Силёнок пока у тебя маловато, - улыбаюсь я. - Научишься. А пока лупи его, пока он не офигеет, и приманка у него изо рта не выпадет.

- Выпадет? - переспрашивает богиня. - Мы ему ничего не оставим?

- Нет, никаких влияний, - настаивают боги.

- А удары о край облака не считаются за влияние? Оно очень жесткое! Ему же больно! - возмущённо спрашивает богиня.

Присутствующие удивлённо переглядываются. Им такое раньше не приходило в голову. Ни разу. И мне, к глубочайшему стыду, тоже.

- Ну, это же Дима, - неуверенно начинает один из них, и его тут же поддерживают другие. - Да! Да! Это же Дима! Нормально для Димы! Да!

Богиня вздыхает и начинает печально колотить Димой о край облака. От влажного чавкающего звука ближайшие боги брезгливо морщатся и отворачиваются. Наконец, освободив приманку, небожительница кидает горе-добычу вниз и вновь забрасывает удочку.

Время бежит быстро, я успеваю поймать парочку неприметных смертных, и ни один из них не заслуживает хоть какого-то внимания. Покарав их для приличия, я сбрасываю добычу вниз. Солнце весело пляшет в зените. Скоро обед.

Словно услышав мои мысли, боги сматывают свои удочки и готовятся к перекусу. Кто-то уже разводит на облаке небольшой костерок и ставит на него казан. Собравшись около огня, небожители по традиции рассказывают друг другу всякие ловецкие байки. В казане кипятится амброзия. Многие с интересом поглядывают на неё, приготовив именные кружки.

- Слыхали про Серёгу, который на приманку не клюёт? - восторженно спрашивает один из богов.

- Да, он за леску дёргает, но крючок не заглатывает, - печально отвечает другой. - Мне как-то попадался. Что ему от жизни надо - не понимаю!

- А с чего вы взяли, что это был он? - удивлённо спрашивает молодая богиня. - Вы же его так и не вытащили!

- Ну что мы, Серёгу не знаем? - обижаются собеседники.

- А от меня как-то вот такой большущий Макс ушёл, - подхватывает другой бог, сидящий неподалёку, показывая руками размер упущенной добычи. - Дёргался, как сумасшедший, из стороны в сторону бросался. Но только я его к небесам подтащил - он раз, и леску порвал! Вместе с приманкой ушёл, гад!

- Да врёшь ты всё! - возражает кто-то. - Максимы до того не вырастают!

Поток историй начинает набирать обороты. Амброзия закипает, и, зачёрпывая её кружками, боги продолжают нескончаемый водоворот россказней. Они льются отовсюду, перебивая, дополняя и перекрикивая друг друга. Выпив пару глотков горячего напитка, я возвращаюсь к краю и вновь закидываю удочку. Меня никогда особо не интересовали эти ловецкие сплетни.

Устав от ловли и баек, новенькая бродит у края облака. Она замечает ещё одну группу богов, сидящих с удочками немного поодаль. Молодая богиня с восхищением смотрит на одну из матёрых небожительниц. Она как истинная профессионалка даже не пользуется классификатором смертных. Достав очередную добычу, она быстрым отточенным движение раздаёт благословления или наказания, а затем кидает смертных вниз.

- А это кто такие? - с интересом спрашивает молодая, подойдя поближе ко мне.

- Там сидят коммерсанты, - мне не очень приятно говорить о той группе богов. - Они портят нам весь спортивный интерес вот уже целую вечность.

- В каком смысле портят? - не унимается любопытная богиня.

- В эстетическом, - поясняю я. - Они превращают в работу то, чем мы занимаемся в своё удовольствие. И ещё получают за это больше веры, чем мы. А это раздражает, уж поверь мне!

- А почему некоторые из них вместо приманки используют ранее пойманных смертных? - озадачивается юная небожительница.

- На живца ловят, - понимающе отвечаю ей. - Это боги различных эмоций.

- Любви? - мило хлопает глазками новенькая.

- Не только, - разъясняю я. - Так же ненависти и зависти, подражания и восхищения. В общем, всего того, что толкает смертных на различные дела. Именно полученный ими результат станет божьим благословлением. Или наказанием... тут уж не угадаешь.

Но тут богиня испускает удивлённый возглас и сразу же перестаёт слушать мои объяснения. Она замечает, как что-то чёрное и пернатое ворует у одного из богов приманку. Ловко уворачиваясь от рук хозяина добычи, воришка улетает с уловом вниз, под облака. Обкраденное божество гневно кричит преступнику вслед, размахивая над головой руками.

- Это вороны, - объясняю я, проследив за взглядом небожительницы. - Эти черти у нас часто приманку воруют.

- А зачем им она? - удивлённо спрашивает моя новая знакомая. - Тоже для ловли?

- Не знаю, - я пожимаю плечами в ответ. - Но они иногда, и правда, приманивают смертных. Вороны обменивают их на сердца купившихся на уговоры дурачков. Затем они вьют внутри смертных гнездо и всю жизнь поедают их изнутри.

- О, - глаза богини испуганно увеличиваются в размерах. - Как страшно-то! А что же смертные?

- Ничего, - пожимаю плечами я. - Они сами виноваты, что не могут отличить Нас от Них.

- Но вороны хотя бы не наказывают их по своей прихоти, - замечает новенькая. - У них честный обмен.

- Вот это больше всего и бесит, - угрюмо отвечаю ей.

- А я слышала, что ловля смертных успокаивает, - печально говорит небожительница. - Но у вас одно бесит, другое раздражает.

- Эх, - тяжелый вздох вырывается из меня. - Я тоже слышал об этом, поверь мне, я тоже...

День продолжает сокращаться, и вскоре солнце уже садится за горизонт, чтобы отдохнуть после плодотворной работы. Боги, упившиеся амброзией, пошатываясь, сидят с удочками у края. Некоторые из них забрасывают свои крючки не в ту сторону, явно уже не соображая где они, и что вокруг происходит. Внезапно один из небожителей начинает громко орать и бегать кругами. Остальные хватают его и, успокаивая, ведут к дому.

- Наверное, перебрал амброзии, - комментирую я случившееся. - Такое бывает.

- Но амброзия же очень полезная! - удивляется небожительница. - Как от неё может быть плохо?

- От всего бывает дурно, - печально сообщаю ей. - Если меры не видеть.

Шумная компания богов скрывается в облачной дали. У края остаёмся только мы с новенькой. Не считая, конечно, коммерсантов, но они сидят в удалении и не отвлекаются от ловли ни днём, ни ночью.

Молодая небожительница сидит рядом со мной и скучает. Ловля смертных ей, похоже, уже надоела.

- А этот "смертный твоей мечты" - это кто? - наконец, спрашивает меня богиня, задумчиво ковыряя пальцем в облаке. - Кто-то конкретный или ты сам не знаешь?

- Эмм..., - вопрос изрядно меня удивляет, мне казалось, что она уже совсем потеряла любой интерес к ловле смертных и ждёт только предлога, чтобы уйти домой.

- Только давай без банальных фраз? - серьёзно предлагает новенькая. - Я не верю, что ты тут просто коротаешь бессмертие. Уж слишком не похоже твоё поведение на остальных. Этих, что рядом были, совершенно не заботит улов, они лишь весело проводят время в компании. А тем, коммерсантам, интересно только количество добычи да вера. Один ты сидишь здесь из-за личной причины. Вот я и спрашиваю: что тебя держит у края?

Я закрываю глаза и массирую правой рукой переносицу. Как же ей это объяснить?

- Понимаешь ли, боги живут уж очень долго, - начинаю я свой ответ. - Мы можем наблюдать изменение жизни и разума смертных. Это происходит у нас прямо на глазах - меняются их мечты, стремления, идеалы, да много чего! Смертные всегда обращаются к нам в поисках чудес, исполнения желаний или даже просто ради поддержки. Но я верю, что однажды мы выловим того, кто, наконец, спросит: а чего же хотим мы? И сам дарует нам чудо! Я верю, что когда-нибудь смертные забросят крючки своих удочек к нам на облака...

Мой словесный поток заканчивается так же внезапно, как и начался. Я стараюсь не смотреть на удивлённое лицо молодой богини. Для любого из небожителей эти слова звучат как призыв к суициду, отказ от своей всесильности в пользу смертных. Некоторое время мы сидит молча. Она переваривает услышанное, а я стараюсь не спугнуть момент её просветления. Наконец, новенькая поднимается и уходит, не сказав ни слова. Я облегчённо вздыхаю - такая реакция намного лучше, чем могло быть. Она не начала надо мной смеяться или пытаться переубедить. Возможно, со временем она меня поймёт. Но не сейчас... Это меня удручает. Больше этого расстраивает только мысль, что, скорее всего, эта богиня больше никогда не придёт на край облака, чтобы взять в руки удочку. Мои слова не дадут ей покоя. Она станет бояться каждого смертного, который клюнет на её крючок – вдруг на этот раз добычей окажется именно она?

Внезапная поклёвка отрывает меня от печальных мыслей. Я подсекаю смертного и мощным рывком подтаскиваю её к облаку. На моём крючке висит Дима. Его глаза печально смотрят на меня, словно спрашивая: "А не оставлю ли я ему приманку хотя бы разок? Для разнообразия".

- Не оставлю, - безразлично пожимаю плечами я и отточенным движением бью Диму о край облака.

Привычно сбросив его вниз, я набираюсь терпения. Смертного моей мечты придётся дожидаться ещё очень долго.