Анджела в стране эльфов

1.

“Он впился пальцами в ее упругие ягодицы, готовый ворваться в тугое лоно прямо сейчас. Стоны Аурэлии звучали музыкой для тонкого эльфийского слуха, заставляя желать эту невинную девушку все сильнее…”

— Мам. Мама? Мама! Мамамам!!!

— Чего тебе? — я отвлеклась от эльфа и его возлюбленной.

— У Зои рука отвалилась, — доча протянула новомодную куклу, не тряпичную, а сделанную из какой-то смолы.

И вечно ломающуюся в самый неподходящий момент!

— На, — я кое-как воткнула руку на место и вернула дочке, думая, откуда росли руки мастера, что он не мог сделать нормальную прочную игрушку.

Так, на чем я остановилась? Ягодицы уже были… А!“Ее полная грудь тяжело вздымалась, а крупные розовые соски напоминали созревшие вишенки, которые так и просились в рот. Илиграэль не смог отказать себе в такой малости, втянув тугой сосок, посасывая и покусывая…

— Мам! Мама! Ну мааааам!

— Да что ж такое?! — взвилась я, возмущенно глядя на сына.

— Мам, можно я съем свое пирожное до обеда?

— Нет! — категорично ответила и спохватилась: — А ты откуда знаешь про пирожные?

— Я искал что-нибудь перекусить, — заюлил Винсент.

— До обеда ничего нельзя! Иди поиграй пока, — я направила неугомонного мальчугана в сторону комнаты.

— Ну мам…

— Иди, — рыкнула я.

Сын понятливо испарился.

Я покусала кончик и без того обгрызенного пера, собираясь с мыслями. Кульминация истории, героиня девственности лишается как-никак, надо сосредоточиться.

Из детской раздался грохот, а за ним рев.

Совсем не эротично застонав, я оторвалась от текста и отправилась разбираться.

Винс захотел посмотреть куклу, Лисия свою игрушку не отдала, тогда он попытался отобрать силой, сестра, разумеется, уступать не собиралась. Разборка, как это всегда и случается, быстро перешла в драку, закончившуюся падением полки, случайно задетой в процессе.

Замечательно! Теперь оба сидели в синяках, ссадинах, укусах и среди кучи безделушек, что несколькими минутами ранее мирно стояли на полке.

Видимо, не судьба сегодня Аурэлии лишиться невинности. И эльфу тоже ничего не обломится. Хотя за последнего лично я не расстраивалась.

В итоге я потратила час на уборку и прибивание полки на ее законное место (дети честно подавали мне гвозди, пока я орудовала молотком). За этим делом настроение писать окончательно испарилось, Муза улетела, а время обеда подошло...

Собственно, свою Музу я понимала: после традиционной порции нытья на тему “не хочу суп!” и “не хочу пюре на второе!” и очередной драки, едва не закончившейся перевернутым столом, я бы и сама сбежала. Но мне, к сожалению, некуда.

Видимо, придется утешаться пирожным, хотя в прошлом месяце я клятвенно обещала себе похудеть. Только без сладкого жизнь начинала видеться в совсем уж мрачных тонах.

“Вечером еще раз попробую сесть за рукопись!” — решила я, буравя взглядом дату на настенном календаре.

Время сдачи книги неумолимо приближалось. А у меня там еще и эльф не валялся.

Стук в дверь застиг меня за мытьем посуды. Лисия помогала убирать со стола, а Винс счел незваных гостей отличным поводом, чтобы смотаться из кухни.

Я цыкнула, но от раковины не отошла. Шесть лет парню — разберется.

— Марта! — раздался приветливый голос моего редактора — Глории Ванштейн. — Ты, смотрю, вся в делах.

Я как раз домывала сковородку.

— Вроде того. Привет. Проходи, — я кивнула ей на стул. — Лиси, вскипяти чайник, пожалуйста.

Дочка проворно набрала из крана воду и поставила на плиту.

— Как дела с рукописью? — сразу начала с неприятного Глор.

— Движутся, — не оборачиваясь, ответила я и достала пирожные.

Если Глория пришла лично вне нашего установленного графика, то разговор точно предстоит непростой и стоит его подсластить.

Мелкие взяли свои пирожные и смотались, я же осталась наедине с любимым редактором. Любимым — исключительно потому, что единственным.

Так-то Глор была не самой приятной особой, вредной и въедливой, а еще совершенно бескомпромиссной и исключительно безжалостной. Но если бы не она в свое время…

Внешне же самая обычная, слегка полноватая женщина с пушащимися каштановыми волосами и карими глазами. А еще милой улыбкой, за которой скрывался волчий оскал.

Так что я твердо решила во что бы то ни стало лишить невинности героиню сегодня же. А там и до конца осталось всего ничего, главный злодей — дядя Аурэлии — уже почти выведен на чистую воду. Отважный эльф с ним точно справится. Куда ему деваться? Пусть отрабатывает бурную ночь с девушкой!

— Марта, я заметила, что работа над книгами стала даваться тебе тяжелее, — заявила Глор.

Я же говорила — не самая приятная особа!

— Тебе кажется! — делано возмутилась я, откусывая чуть не половину пирожного, заедая справедливое, а от того еще более горькое замечание.

— Нет, не кажется, — Глория не была бы собой, если бы пришла неподготовленной.

Она жестом фокусника извлекла из сумки бумаги и, отодвинув пирожные, разложила на столе.

— Это твоя динамика, — она ткнула пальцем в какие-то графики. — Первые книги шесть лет назад ты писала за два, максимум — три месяца! Но три года назад сроки начали увеличиваться. — Холеный пальчик с алым маникюром сдвинулся правее. — А за последний год ты закончила только одну книгу!

— Две! — не согласилась я, но тут же исправилась под строгим взором редактора: — Почти закончила.

— Все хуже и хуже, — констатировала Глория, убирая графики (ведь не поленилась же, посчитала, нарисовала!), а заодно утаскивая последнюю пироженку на свою тарелку.

— Послушай, вторая книга почти дописана, — принялась оправдываться я, сама понимая, что против статистики не попрешь.

Да и объективно я написала уже больше двадцати книг про похождения эльфов и… ненавидела эльфов! Я и мужчин-то в принципе не очень, сын — единственное исключение. Но писать как раньше больше не получалось. Уже который год собиралась взять творческий отпуск, но то пришло время возвращать заем за дом, то крыша прохудилась и я решила поменять ее всю — домишко наш изначально был ветхим, сколько можно латать местами? Теперь в младшую школу надо детей собрать…

Кажется, это бесконечно.

— Так вот, Марта, у меня есть предложение, — по-деловому начала Глория, закинув последний кусок пирожного в рот и вытерев руки о полотенце. — Тебе стоит сменить обстановку. Развеяться. Отдохнуть.

— Что ты сейчас сказала? — я не поверила ушам.

Чтобы Глория да предлагала мне отдыхать?! Я на всякий случай выглянула в окно: не идет ли там снег посреди лета и не валяется ли на нашей лужайке скоропостижно сдохший медведь?

— Говорю, тебе нужен отдых, — подавшись ко мне, громко повторила редактор. — Так яснее?

— Вполне, — все еще не веря в происходящее, подтвердила я. — Наверное, надо текущий роман сначала завершить…

Возьму детей и поеду на море! Никогда там не была, а всегда мечтала. Придется, конечно, несколько растрясти кубышку, но ведь отдых…

— Ничего не надо завершать, — окончательно повергла меня в шок Глория. — Отправляешься уже послезавтра.

— К чему такая спешка?

У меня и летних платьев нормальных нет!

— К тому, что через неделю ты должна быть в Аларии, а путь туда неблизкий даже с учетом порталов.

— В Ала… ЧЕГО???

— Ты едешь к эльфам, — безжалостно повторила эта бездушная женщина. — На презентацию твоей же книги, первой, переведенной на эльфийский язык.

Следующие полчаса я умоляла, угрожала, взывала к совести (это уже совсем от отчаяния — совести у Глории отродясь не водилось), но все без толку.

— Я не могу поехать в Аларию! — заорала я, не выдержав.

Глор все это время попивала чаек и наслаждалась моей истерикой.

— Очень даже можешь и поедешь, — категорично заявила редактор. — Между прочим, они скупили весь тираж твоего последнего бестселлера “Мой начальник — эльф” на всеобщем человеческом! А теперь намерены перевести все книги на эльфийский. Ждут тебя на презентации, хотят пообщаться. По словам приглашающей стороны, лично правитель эльфов заинтересовался.

После таких подробностей мне стало совсем дурно.

— А если они меня там казнят? На кого останутся мои дети?! — я вцепилась в свои спутавшиеся за день волосы, хотя, по-хорошему, вцепляться следовало в шевелюру Глории.

— Если верить твоим же книгам, скорее подарят тебе незабываемые ночи, — гнусно захихикала редактор.

— Вот именно! Если они прочтут…

Дальше должны были продолжиться причитания на тему “бедная я и несчастная”, но Глор резко хлопнула ладонью по столу.

— Хватит ныть! За поездку в Аларию нас ждет двойной гонорар от эльфов! А с учетом передачи прав на перевод — следующие лет десять ты будешь жить припеваючи. А от пары недель позора еще никто не умирал.

— Две недели…

— Соберись, говорю тебе! — еще раз рявкнула Глория. — Одежду выбери провокационную, над прической и макияжем поработай, ты все-таки эротические романы пишешь, а не детские сказки. Вот и соответствуй!

От мысли, что придется еще и образу соответствовать, на минуточку, придуманному Глорией, я почувствовала, что готова сбежать куда глаза глядят.

— Я в любом случае не смогу соответствовать! Эльфы-то, наверное, ждут роковую красотку, а я…

Я оглядела свой заношенный халат и тапочки — моя главная любовь, такие они мягкие и удобные. И это еще рядом зеркала не висело, а то бы в нем отразилась моя гулька на макушке и синяки под глазами. Днем-то нормально не поработаешь с двумя детьми в доме, приходилось сидеть ночами, пока они спят. А я нет. Хорошо, что голову сегодня помыть не забыла, а то работа на дому, она такая — в халате и с гулькой. Да и времени на себя вечно не хватает.

— Н-да… — перехватила мой взгляд Глор. — Ты права, случай запущенный, сама что-нибудь подберу. И только не спорь, ладно? Заодно свяжусь со знакомой, она владеет домом красоты, пусть в кратчайшие сроки приведет тебя в приличный вид.

— Да нормально все, — попробовала возразить я.

Обидно как-то. Одно дело — самой понимать, что выглядишь не лучшим образом. И совсем другое — когда тебя в это тычут.

Но Глор уже все для себя решила.

— Одежда… — Глория достала карандаш и принялась писать на обороте злосчастных графиков. — Корсет, чтобы утягивал получше и подчеркивал побольше…

— Да куда мне?!

— Чулки, подвязки, белье…

— Они точно не пригодятся!

— Пышные платья…

— Кто такие в наше время носит?

— И какие-нибудь аксессуары, дополняющие игривый образ… Зонтик? Да, пожалуй, — кивнула сама себе Глор.

Все, это конец. Если раньше у меня имелся хотя бы гипотетический шанс не опозориться у эльфов, то сейчас любимый редактор не оставила мне и его. Как представлю себя в корсетах-подвязках-платьях… Я же не героиня своих романов! И образ списывала не с себя.

Глор махом допила кружку, черканула мне на кусочке бумаги адрес и всучила с самым категоричным видом.

— Чтобы завтра была там к открытию!

Название модного дома красоты слышала даже я. А еще я слышала о его ценах!

— Глория! Я такое не потяну! Ты забыла, у меня же крыша текла!

— Крыша у всех подтекает, это не оправдание.

— Но у меня-то она текла по-настоящему! Серьезно, денег нет!

— Ладно, — скривилась редактор. — Так и быть, включу в командировочные расходы.

— С чего такая щедрость?

— Это не щедрость, а вложения в будущий тираж и перевод, — важно подняла палец Глор. — Так что ты уж отработай как следует.

Я уже хотела высказать все, что думаю по поводу таких вложений, но Глор неожиданно смягчилась.

— Я верю в тебя, Марта. Верю с той самой минуты, когда увидела твою рукопись, иначе бы не тратила на тебя столько сил и времени. Верю, что ты не ударишь в грязь лицом в Аларии и отлично презентуешь свои книги. Дело за малым: чтобы и ты наконец поверила в себя!

На этом она легонько стукнула меня папкой по голове и ушла, напевая детскую песенку.Вот какая же она всё-таки... профессионалка.

Поверь в себя… А что мне еще осталось?

Наше знакомство с Глорией состоялось больше шести лет назад и, надо признать, при весьма грустных обстоятельствах. Меня бросил жених. Беременную. Семья отвернулась, назвав всякими нехорошими словами. Учеба накрылась — закончить училище с двумя младенцами на руках — именно столько определили целители — не было никакой возможности.

Чем заняться — я понятия не имела. А мне предстояло прокормить себя и двух маленьких детей. “Как? Как?” — звучал в голове постоянный вопрос.

Пока я доучивалась последний семестр в училище, имела право на комнату в общежитии. Но скоро и оттуда попросят. Я была в отчаянии. И, наверное, не иначе как от отчаяния вспомнила, что однажды пыталась написать книгу. Ничего серьезного, обычный любовный роман, правда, главный герой — эльф. Почему? Не знаю. Может, сказки про эльфов, которые рассказывала мне в детстве бабушка, сыграли роль.

И, стараясь чем-то занять голову, я все свободное время посвятила истории, до этого пылившейся в недрах прикроватной тумбы. Сюжет я успела продумать в голове, но все руки записать не доходили. А теперь дошли.

Готовую рукопись увидела соседка по комнате.

— А ведь неплохо! Нет, правда, — Ритка, добрая душа, всегда меня поддерживала.

И словом, и вкусняшками.

— Отправь рукопись в издательство, — предложила она.

Я, конечно, отмахнулась от ее предложения.

— А что ты теряешь? — настаивала подруга. — Попробуй!

И я решилась! Что я, в самом деле, теряю?

Надеялась, конечно, но совсем капельку, поэтому невероятно удивилась, получив приглашение в издательство, тогда еще совсем неизвестное. Там меня и ждала (или поджидала?) Глория Ванштейн.

После моей скромной комнатки в общежитии светлый просторный кабинет с удобными креслами и диванами поражал воображение. Это потом я узнала, что это кабинет владельца издательства, который появлялся редко, и Глор не гнушалась использовать его рабочее место для встреч с авторами. Ее собственный кабинет тогда комфортом не отличался.

— Присаживайтесь, — важно произнесла она, небрежно махнув рукой в сторону глубокого кресла.

Я села на краешек не столько из скромности и растерянности, сколько из опасения потом не выбраться. Шел уже восьмой месяц моей беременности, и двойня начинала меня перевешивать.

— У вас неплохой слог, Марта, — начала Глория. — Да и ход с эльфами выглядит весьма свежо. Но, знаете, не хватает перчинки. Или клубнички. Или просто эротики. Сможете добавить? Вижу, практическую часть вы знаете, — совершенно бесцеремонно закончила она.

Но церемонность — это вообще не про Глор.

— И вы… издадите мою книгу? — не поверила я.

На самом деле, опыт у меня был не то чтобы обширный, зато воображение богатое. Справлюсь!

— Конечно, милая. Вы здесь именно для этого, — снисходительно улыбнулась она. — Так как, добавите?

— Да! В ближайшее время, — пообещала я.

— Вот и славно, — кивнула Глор. — Только Марта Возняк звучит… не очень. Предлагаю взять псевдоним.

— Как считаете нужным!

— Тогда предлагаю… Анджела. Анджела Страйк — коротко, но звучно.

Так я и стала знаменитой писательницей Анджелой Страйк. Первый тираж закончился в магазинах за неделю. Допечатка разошлась еще быстрее — о книге заговорили все женщины страны. Следующая допечатка тоже не залежалась. А там и новый роман подоспел.

Первого гонорара хватило, чтобы взять заем на небольшой домик и нанять помощницу по хозяйству. Пожилая соседка поначалу не желала брать деньги, только я не хотела быть никому обязанной. В тот момент, сдавая вторую книгу Глории, я поняла, что справлюсь сама.

Но без того шанса, что она мне дала, ничего бы не вышло.

И все равно я не хотела ехать к эльфам в Аларию! Тем более в корсете и в чулках!

Ночь я спала беспокойно, сначала сюжеты в голове крутила, потом думала о поездке к эльфам. Может, не все так плохо? Развеюсь, сменю обстановку, детей куда-то вывезу, они точно будут в восторге, заодно лучше изучу эльфийские традиции.

Вначале я ими не особенно интересовалась, у меня все-таки эротические романы, там возможны фантдопущения, а потом уже вошла в колею и стало как-то поздно. В конце концов, кому интересны реальные эльфы, может, они вообще мало чем отличаются от наших человеческих мужиков? Зато придуманные и идеальные, они нравились женщинам. Об этом я точно знала и по покупаемости тиражей, и по многочисленным письмам с отзывами, приходящим в редакцию.

Так что я уверилась в правильности выбранной стратегии и старалась ее придерживаться. К тому же у меня имелся еще один весомый аргумент в пользу выдуманных эльфов — строгий редактор. Помнится, как-то раз я решила использовать совершенно новый сюжет, надоело писать эротику. Принесла Глории наброски приключенческого романа и попросила почитать.

Глор почитала и в свойственной ей прямолинейной манере зарубила идею на корню.

— Какие приключения, Марта? — вопрошала она, потрясая моей рукописью. — Да еще морские! Кто их читать будет?

— Ну как, благородные пираты, девушка-маг, борющаяся со злом, отважная и смелая, она бросает вызов некроманту… — попробовала я побороться за будущее героини, в кои-то веки не связанной с эльфами и полностью самодостаточной женщины, которой никакие мужики не нужны, она и сама неплохо справляется.

— Ой, все! — замахала рукописью Глор. — Ты бы себя слышала. Если рядом не будет сильного и мужественного героя, спасающего деву в беде от любых неприятностей, книга провалится в продаже, понимаешь? А у тебя тут, кажется, любовной линии вообще нет, одни приключения. Ты хочешь оставить нас голодными, Марта? Но ладно мы, подумай о детях! Подумай и пиши эротику с эльфами, не выделывайся, прошу тебя. Вот вырастишь их — и сочиняй что хочешь. А пока я жду новый роман, сроки по которому уже подгорают.

Вот так я осталась без морских приключений, зато с надоевшими эльфами. С которыми я скоро встречусь вживую.

Надо ли говорить, что после всех невеселых дум и очередного недосыпа выглядела я хуже обычного?

Так что в салоне с названием “Мастерская красоты” определенно было, с чем поработать.

— Здравствуйте, — я подошла к девушке у стойки регистрации. — Меня зовут Марта, о моем визите должна была договориться Глория Ванштейн.

— Ой, секундочку! — попросила девушка и скрылась в глубине салона.

Ждать действительно пришлось не больше минуты.

— Приветствую вас! — вышла ко мне эффектная и ухоженная брюнетка, сразу заставив почувствовать себя еще страшнее, чем есть. — Меня зовут Дарина, я владелица этого салона и ваша большая поклонница.

Собственно, томик в ее руках, который меня попросили подписать, был тому подтверждением.

— И денег я с вас не возьму, — заявила Дарина. — Можете оставить свой автограф, а мы повесим его в рамочку и будем говорить, что Анджела Страйк доверяет нам свою внешность.

— Да пожалуйста, — щедро согласилась я.

Чего-чего, а автографов мне не жалко. Я для каждого тиража подписывала несколько сотен экземпляров, которые потом продавались по двойной цене.

— А если согласитесь упомянуть наш салон в своей книге, то мы навсегда подарим вам пятидесятипроцентную скидку на наши услуги, — предложила женщина. — А за более серьезную рекламу можем и доплатить.

Я сразу прониклась ее деловой хваткой. Надо подумать в этом направлении. Я же для женщин пишу, им и работа салона красоты будет интересна. Если упомянуть что-нибудь в духе, что хозяйка салона попала в наш мир и владеет иномирными технологиями…

Хотя что-то подобное уже было у писательницы Санны Сью в книге “Салон красоты мадам попаданки”.

— Я подумаю, если впишется в сюжет, то обязательно сделаю, — решила не обещать прямо, но и не отказываться.

Все-таки хорошая скидка и лишние деньги никогда не помешают.

— И кстати, если решитесь вплотную заняться своей фигурой, можете обратиться к моей подруге. Поверьте, лишние килограммы она сгонит даже с драконов, — заулыбалась хозяйка и протянула мне рекламный буклет. — Скажете, что от меня, вам сделают скидку.

Пока я разглядывала небольшую брошюру, обещающую какую-то магию стройности, Дарина подозвала своих работниц и принялась раздавать четкие указания, что нужно со мной сделать. Осветлить волосы, омолодить кожу лица, сделать массаж (о, не зря я сюда пришла!) и, конечно, маникюр-педикюр.

Чувствую, я здесь надолго…

Через пять часов в салоне я в полной мере осознала фразу “вознестись на вершину блаженства”. И она была вовсе не про любовные утехи, как можно было бы подумать. Это все чудодейственные маски, массаж и обертывания, а также умелые руки парикмахера, косметолога и ногтевого мастера, приведшего мои верхние и нижние конечности в божеский вид. Мои русые волосы сияли чистым золотом, теперь их в гульку собирать стыдно, придется делать прическу и укладку. Кожа выглядела посвежевшей, синяки под глазами рассосались, сами глаза сияли, а спина в кои-то веки не болела. Волшебное ощущение!

Правда, за покраской я успела изучить прайс и поняла, что сама бы на такое удовольствие не раскошелилась. Даже с пятидесятипроцентной скидкой. Честное слово, мужчина для утех вышел бы дешевле!

Но сегодня я отделалась автографами на паре плакатов для салона и несколькими томиками для мастеров, их мам и подруг. Осталось предупредить соседку, что я уеду на несколько дней и ей придется присмотреть за детьми. Также в планах значилось собрать вещи с учетом тех, что подберет Глория, — и это заранее портило настроение. С другой стороны, откуда она узнает, в чем я ходила в Аларии? Возьму и на честном глазу пообещаю носить, а сама надену удобное и привычное. Так и быть, захвачу платья понаряднее.

Настроение поползло вверх. Я шла по улице, ловила свои отражения в окнах и витринах и с удивлением понимала, что нравлюсь себе. Нет, определенно, в салонах красоты умеют творить чудеса.

Но радость моя длилась недолго, ровно до тех пор, пока я не зашла к мадам Сенеж — моей помощнице и няне детей.

— Марта, ты представляешь, у меня умерла троюродная тетушка! — с радостным предвкушением, плохо замаскированным под скорбь, сообщила она, услышав мою просьбу. — Там соберется вся семья, я не могу пропустить такое событие!

— То есть вы тоже уезжаете?

— Уже завтра, прости, что так внезапно, тетушка Люсинда вечно сбивала всем планы при жизни. И в смерти решила себе не изменять, — развела руками женщина.

— Так-так-так, — протянула я.

Если мне не с кем оставить детей, то и поехать в Аларию я не могу. Мне не придется позориться и носить платья с корсетом!

Жаль, что той тетушке уже не скажешь спасибо и привет не передашь.

— Вы меня очень выручили, — заверила я соседку, ответственную и обязательную женщину.

А Глор придется принять мои аргументы!

— Нет, мы не меняем планы, — непреклонно заявила редактор.

— Как? — опешила я. — Но дети…

— Поедут с тобой, — на ходу решила Глория. — Уверена, Алария им понравится.

— А кто будет за ними там присматривать? Не могу же я взять их на презентацию.

Для детей мама писала статьи в местную газету — я не готова рассказывать им правду. Когда подрастут, придется, но точно не сейчас.

— Эльфы очень любят детей, уверена, они не откажутся с ними повозиться.

— Это ты с чего взяла? Уж не из моих ли книг?

— Да нет, где-то еще слышала, — беспечно отмахнулась Глория.

Надо ли говорить, что я ей не поверила?

В этот момент в глубине дома что-то грохнуло.

— Все в порядке, мам! — крикнул сын. — Я сейчас все уберу.

— Они у тебя такие самостоятельные, — продолжала редактор, словно я не знала своих детей.

И сколько проблем они способны доставить, если им станет скучно!

— Издательство оплатит и их переход через портал, — продолжала заливаться соловьем Глор.

— Послушай, зачем издательству такие расходы? Уверена, эльфы без меня проживут.

— Ты представляешь, как высоко они оценили твое творчество, если скупили тираж и права на перевод всех книг?

— Это и пугает, — я отхлебнула чаю из чашки.

Ведь кто, как не я (и еще Глория) знал, что все, написанное в книгах, — чистой воды выдумка, к эльфам не имеющая никакого отношения?

Я как-то попробовала сделать их облик более реалистичным, а образ жизни и общественный уклад — приближенным к действительности. Даже справочники ради такого дела почитала. Но Глор забраковала текст, назвав его скучным. Пришлось добавлять сексуальное рабство и тройственные союзы.

И как после такого смотреть эльфам в глаза?!

— Поэтому я подготовила тебя по высшему разряду, — заявила Глор, ногой пододвигая объемные бумажные пакеты.

— Это пугает вдвойне, — пробурчала я.

Куда безобидным эльфам до Глории?

— Этот костюм наденешь на презентацию, — редактор достала, нет, торжественно извлекла…

Кожаный брючный костюм с корсетом!

— Мама дорогая! — я ахнула и схватилась за сердце. — Глор, очнись! Куда мне такое?! Я в него вообще влезу?

— Влезешь-влезешь, — заверила Глория, разве что не потирая ладони.

— Сейчас лето, я в нем сопрею!

По мне от одного взгляда на костюм текли ручьи пота. Не от жары, так от нервов.

— Пару часов потерпишь, — отмахнулась Глор. — И это еще не все. К нему есть реквизит.

На стол легла плетка, но возмутиться я не успела.

— В подарок дали, комплект. Не нервничай. Так и быть, можешь не брать. А то эльфы вряд ли успели прочесть все твои книги, мало ли: превратно истолкуют плетку у тебя в руках. Не оценят наши дружеские намерения и передумают тебя печатать. Так что просто оставь себе. Повесишь на самое видное место, говорят, благоприятно сказывается на атмосфере в доме и повышает успеваемость детей в учебе.

Я по-новому пригляделась к реквизитной плетке. В ход я ее, разумеется, пускать не планировала — я прогрессивная мать. Но что-то в словах Глории определенно имелось.

— А на переход наденешь это платье.

Передо мной легло красивое лазурное платье с кружевом, действительно качественное и нарядное, так что я не сразу заметила подвох — нереально глубокое декольте. В него вообще все мое богатство влезет? И не вылезет ли в самый неподходящий момент?..

С другой стороны, я ведь уже решила, что не собираюсь надевать ничего из подаренного Глор.

— Я завтра утром приеду и помогу тебе его надеть, а то шнуровка сзади, — невинно пояснила Глория.

Она знала! Точно знала!

— Заодно помогу добраться с вещами до портала, — продолжила вбивать гвозди в крышку моего гроба редактор.

Ведь поможет она не по доброте душевной, а чтобы убедиться, точно ли я взяла тот кожаный костюм!

В итоге Глория ушла, а я осталась. Осталась с мыслями, что надо срочно собрать себя и детей! И если мне много не надо, то детям неплохо бы взять весь гардероб.

Мои мелкие, само собой, восприняли новость о поездке к эльфам с небывалым энтузиазмом, по всему дому прыгали от радости и, разумеется, клятвенно обещали вести себя хорошо и слушаться меня во всем.

Жаль, что я знала цену этим обещаниям.

В итоге у нас набралось изрядно багажа: здоровенный чемодан и несколько сумок. Волевым решением сумки я оставила, да и чемодан перебрала. Едем всего на три дня, но кто знает, что нам понадобится?

Ночью я спала плохо, еще и дети, взбудораженные предстоящей поездкой (через порталы!), долго не укладывались, пока я не потеряла терпение и не рявкнула. Потом еще из-за этого страдала в кровати, ругая себя за то, что накричала на детей. Нужно больше терпения, только где его взять?

Утром, несмотря на ранний подъем, мы все равно опаздывали. Никогда не понимала, как так получается. Вроде закладываешь столько времени, что кажется, еще ждать придется, а потом раз — и надо бы выходить, а мы еще не готовы. В доме царил какой-то хаос, дети носились как угорелые, Глория ходила за мной по пятам с платьем, которое я совершенно не хотела надевать. Я же проверяла, все ли выключила, не оставила ли чайник на плите и все ли окна закрыла.

— Марта, чтоб тебя! Одевайся уже! — не выдержала Глор.

И я со вздохом поплелась за ней в комнату, чтобы влезть в платье.

Это оказалось непросто! Глория польстила мне на размер точно, и ее слова “Ерунда, сейчас зашнуруем потуже”, не добавляли оптимизма, зато убавляли воздуха.

— Глор, — прохрипела из последних сил. — Я так не могу, ослабь шнуровку…

— Я уже на узел завязала, — отмахнулась редактор. — Ты глубоко не дыши, а то вдруг швы не выдержат.

— Да я в нем вообще дышать не могу…

— Не преувеличивай. Я вижу, как ты отлично дышишь.

Я тоже видела, как у меня вздымалась грудь (почти голая!) в глубочайшем декольте. В таком платье ни ходить, ни наклоняться нельзя!

— Дай хоть шаль накину.

— Я тебе накину! На улице тепло, не заболеешь, а шалью всю красоту закроешь.

— У меня подходящая есть, кружевная…

— Ничего не знаю! Шаль к платью не предусмотрена. Зато у меня есть кое-что получше, — подмигнула Глор и достала из кармана небольшую коробочку. — У тебя через месяц день рождения, считай, делаю подарок.

В шкатулке лежала подвеска из голубого искрящегося камня на синей цепочке, которую Глория ловко застегнула мне на шее. Камень упал точно в ложбинку между грудей, еще сильнее приковывая к ней взгляд.

Хотя казалось бы!

— Все, теперь тебя не стыдно и эльфам показать! Дамира молодец, отлично вчера постаралась! — Глория довольно обошла меня по кругу. — И чтобы тебе было чем заняться в Аларии и не скучать, держи книги в поездку. Надо следить за рынком и понимать тренды, — назидательно изрекла редактор и всучила мне три томика.

Сразу видно, что у Глории нет детей: скучно и нечем заняться! Ха-ха. Смешно.

Но вслух озвучивать свои мысли не стала. Книги я читать любила, жаль, времени на это вечно не хватало. Отчего-то мне всегда находилось, чем заняться.

Правда, верхняя история привлекла мое внимание названием и скромной обложкой — сразу видно, не эротика. “Академия Чаросвет” Ярошинской имела пометку “Бестселлер” и рекомендацию от других именитых авторов на обороте.

— А мне ты в прошлом году академию магии завернула, — напомнила редактору, делая себе мысленную пометку на Ярошинскую время найти.

— Не завернула, а попросила переписать, — дотошно уточнила Глория. — Вот если бы ты добавила туда эльфа-ректора, гордого и неприступного, но тайно сгорающего в пламени страсти по юной и неискушенной студентке, для которой он устраивает дополнительные занятия... К слову, у Ярошинской это тоже было в “Академии Хаоса”, в следующий раз принесу тебе ознакомиться. Можно написать так же, только с эльфом и эротикой.

Глория была неисправима, и спорить с ней у меня никогда не получалось. Проще согласиться и попробовать поступить по-своему. Так что я все-таки прихватила шаль и сунула ее в чемодан — исключительно на всякий случай.

У дома уже почти час поджидал нанятый Глорией извозчик, он давно скурил весь табак и маялся на солнцепеке. Увидев нас, хотел было возмутиться, но тут его взгляд уткнулся в… подвеску, будем считать, что в нее, и лицо моментально смягчилось. Бедный мужик даже забыл, куда ехать надо, пришлось Глории ему напоминать.

— А ты не хотела платье надевать, — пихнула меня локтем Глор.

Я только попыталась вздохнуть — но не смогла. Проклятое платье не позволяло даже такого простого возмущения!

Двойняшки восторженно глазели по сторонам и нетерпеливо ерзали. Им (да и мне тоже) еще не приходилось путешествовать через портал.

— Приехали! — объявил извозчик, оборачиваясь.

И разумеется, посмотрев мне при этом не в глаза.

— Дети, выходим! — скомандовала я, стаскивая чемодан.

Мелкие спрыгнули вниз и с трудом устояли на месте, чтобы сразу не рвануть к портальной станции. Глория, расплатившись, важно пошла вперед, мы следом.

— Ты нас до портала провожать собираешься? — уточнила я.

— Конечно! И, к слову, вытащи шаль из чемодана.

— Ну, Глор!..

— Давай! А то пересмотрю твой гонорар за следующую книгу. У нас, между прочим, неустойка прописана за нарушение сроков сдачи рукописи.

— Это нечестно!

— Шаль, — редактор протянула руку.

Пришлось, скрипя зубами, открывать чемодан и вытаскивать злосчастную шаль. А после этого подтягивать повыше платье. Потому что ну невозможно!

— Марта, удачной поездки, — с серьезным лицом напутствовала Глория. — И помни: ты — непревзойденная Анджела Страйк, автор двадцати трех бестселлеров на всеобщем человеческом! И если все пройдет удачно, это будут бестселлеры и на эльфийском! А еще куча денег! Думай о деньгах, короче.

С такими словами Глор помахала нам рукой и отошла, дожидаясь запуска перехода.

Путешествие в Аларию началось.

2.

Приключения начались после первого же перехода. Дочь заявила, что ей срочно нужно в туалет пописать, дома-то было сходить не судьба! И потерпеть она, конечно, не может!

Пришлось бегать по портальной станции и искать уборную, а порталы у нас по времени, опоздаешь — до свидания. Оплачивай заново. И пусть Глория в последнее время проявляла небывалую щедрость, боюсь, фортель с опозданием она не оценит.

В итоге успели впритык, когда Винс, стороживший чемодан, уже весь извелся.

— Как у вас, девчонок, все сложно! — возмущался он, недовольно глядя на сестру. — Можно подумать, кустики тебе не туалет.

— Винс, мы в приличном месте, — одернула я сына.

— Место приличное, а туалет не пойми где! — совершенно справедливо заметил он.

Я улыбнулась служащим, недовольно косящимся в нашу сторону, водрузила чемодан на возвышение и приготовилась. Переходы оказались не самой приятной вещью, и из второго портала я буквально вывалилась, да и дети выглядели измочаленными, а это небывалая редкость. Обычно я падаю, а они еще готовы прыгать и стоять на голове.

После второго перехода полагался отдых, во время которого (ну еще бы!) мелким захотелось есть. Смертельно. Вот так, что совсем не потерпеть, иначе голодная смерть через минуту.

И надо ли говорить, что все заведения у портальной станции — дико дорогие? От цен на самые простенькие перекусы у меня зашевелились волосы даже на ногах, напомнив, что в спешке я не успела с ними разделаться. Но нытье на два голоса было грозным оружием массового поражения всех и вся в радиусе десяти метров. Пришлось раскошеливаться. Сама решила дождаться перехода в Аларию, принимающая сторона должна кормить гостей. Во всяком случае, хотелось на это надеяться.

А то когда еще там выплатят гонорар за переводы? Издательство может и на полгода затянуть процесс. А детей в школу собирать уже совсем скоро.

Пока мы ели, пока мелкие ругались из-за последнего пирожка (кто придумал делать порции нечетными?!), пока я их утихомиривала. Потом еще сувениры на память — куда же без сувениров? И плевать, что игрушек у нас полон дом и теперь еще одна сумка всякой ерунды. Зато мелкие были рады и да, что совсем уж невероятно, не ругались и не дрались!

Я переложила в сувениры свое самое приличное платье, намереваясь переодеться по приезде. Надоело то и дело подтягивать лиф и ловить сальные взгляды.

Время пролетело, и мы снова спешно забегали в главный зал, поднимаясь по ступеням на возвышение под осуждающими взглядами магов. Да, надо приходить заранее, но что поделаешь, если не всегда получается?

И уже буквально выдохнув, что все-таки успели, я осознала страшное: сумка с сувенирами и игрушками осталась в кафе! О нет, меня же затопит потоком слез! А мое приличное платье! Срочно! Срочно надо бежать!

Надо крикнуть магам, чтобы остановились! Я уже набрала воздух в натренированные частым ором материнские легкие, как магия закружила нас, по ощущениям — пережевала и выплюнула.

— Стойте! — взвыла я, когда наконец смогла.

Эльф, встречавший нас, замер на полушаге с занесенной ногой. Потом моргнул и все-таки поставил ногу на землю, но ближе подходить не спешил.

— Мамочка, что такое? — заволновалась Лисия.

— Все отлично, доча, — проскрежетала я.

От мысли, в чем мне предстоит разгуливать по Аларии (в непотребных платьях и кожаном костюме), хотелось убивать. Но пришлось привычно брать себя в руки и цеплять дружественную улыбку.

— Здравствуйте, я Ма… ма этих замечательных детей и писательница Анджела Страйк.

— Добро пожаловать в Аларию, — аккуратно произнес еще не отошедший от первого впечатления встречающий.

Взгляд эльфа соскользнул вниз, в район подвески, но явным усилием воли вернулся к лицу.

— Меня зовут Дираль Арвон, я личный помощник повелителя и ответственный за ваш прием, — чинно представился эльф и снова глазами нырнул в мое декольте. — Вам помочь с вещами? — спохватился он, вновь поднимая взгляд.

— Да, буду очень признательна, — улыбнулась я, сдувая упавшую на лицо прядь.

Руки были заняты детьми, так и норовившими разбежаться в разные стороны.

Дираль подхватил наш чемодан, стараясь вообще не смотреть на меня, и пошагал вперед, попросив следовать за ним.

— Вот видишь! У эльфов только уши длинные! А хвоста нет! — громким шепотом заявил Винс.

Ухо эльфа дернулось, показывая, что он все слышит.

— Так, может, хвостик коротенький, тогда его не видно! — возразила Лис.

— Тихо! — шикнула на мелких. — У эльфов нет хвостов, с чего вы взяли?

— А мы как-то у тебя в столе искали бумажку, чтобы порисовать, и нашли какие-то записи. Там говорилось что-то про длинную пятую конечность в штанах, которая…

— Все! Я поняла! — перебила я дочь. — Это шуточные записи, им нельзя верить!

Какой кошмар!

Уши эльфа теперь не только подергивались, но и покраснели. Видимо, он, в отличие от детей, понял, что имелось в виду.

Отличное начало поездки в Аларию! Просто замечательное!

Эльфийский сад, сквозь который мы шли, наверное, был великолепен.

Наверное — потому что когда у тебя два ребенка, то и дело отвлекающихся на все подряд, норовящих понюхать цветочек, потрогать какую-то животину, вышедшую из кустов (стопроцентно кусачую!), подраться за красивый камушек, валявшийся на дороге (кто их вообще разбрасывает?!)... В итоге я только и делала, что одергивала их и призывала к порядку. Не то чтобы они у меня были совсем невоспитанными, ведь я работала в этом направлении денно и нощно. Просто слишком много эмоций и впечатлений разом. Все установки, которые обычно худо-бедно выполнялись, сейчас слетели, и мелкие словно с цепи сорвались.

И это только начало…

К счастью, идти было недалеко: дворец, до этого скрытый обильной зеленью, вынырнул из-за кустов, и я в очередной раз с тоской подумала, что погулять здесь без детей было бы здорово, расслабиться, насладиться изысканной эльфийской архитектурой…

— Эй, хватит мне на ноги наступать! — вырвало меня из мечтаний.

— Да я не специально!

— Третий раз?

А вот и очередная драка назревает…

— А ну быстро замерли! — гаркнула я хорошо поставленным голосом бывалой матери.

Сработало даже на эльфе. Правда, он тут же отмер и открыл для нас дверь, вежливо придерживая.

Только в мое декольте смотрел совсем не вежливо.

Эх, надо было отстоять у Глории накидку…

Дальнейший путь занял пару минут до одной из высоких дверей, которую перед нами заботливо распахнули, и мелкие кинулись осваивать новое пространство.

Я с тоской оглядела шикарно обставленную комнату: ее было громить — не перегромить. Вот зачем, спрашивается, все эти фарфоровые статуэтки, которые так легко бьются на мелкие острые осколки? А длинные шторы? Они же срываются на раз вместе с карнизом! И окна наверняка легко открываются, зачем вообще на них ручки? Это же второй этаж! Я у себя на первом давно все скрутила.

Нет, тот, кто обставлял комнату, определенно не имел детей.

Свои претензии я тут же высказала эльфу. Правда, понял он не с первого раза. Стоило мне к нему повернуться, как он занырнул глазами в декольте, да так бы там и остался, пока я не скрестила руки на груди.

— Кхем, простите, я запишу, — он достал из кармана блокнот и карандаш и принялся записывать, что я прошу убрать и сделать.

Дети в это время уже вовсю осваивали временную жилплощадь, начав с большой кровати с замечательно пружинящим матрасом, с веселым визгом подпрыгивая чуть не до потолка. Ладно, пока на люстре не висят — все нормально.

— Если на этом все, то нам стоит поспешить на аудиенцию к повелителю, — записав все пожелания, помощник начал поднимать взгляд…

Наверное, он все-таки хотел посмотреть мне в глаза, но не дошел, забуксовал в районе декольте, да там и осел.

Да что ж такое?!

Я вздохнула, эльф сглотнул и, наконец, опомнился.

— Простите, — совершенно смешался он. — Я забыл, на чем мы остановились…

— Вы собирались проводить меня к повелителю, — напомнила ему. — Кстати, у вас некого попросить последить за детьми?

— Мы поищем добровольцев, — как-то слишком неопределенно ответил этот Дираль Арвон.

Да, видимо, эльфы заботливые и любящие детей только в моих книгах… Как и идеальные мужчины в целом.

— Эта аудиенция ведь ненадолго?

— Нет, повелитель очень занят, так что вряд ли сможет уделить вам более получаса, — обнадежил Дираль.

— Отлично. Так, дети! — я обернулась к малышне.

Близнецы, почувствовав серьезный настрой, последний раз прыгнули на кровати и замерли на ней.

Правда, на пол спускаться они не спешили.

— Мама уйдет на полчасика, ведите себя хорошо!

Мелкие с готовностью закивали и вернулись к прерванному занятию.

Перед уходом я на всякий случай с помощью эльфа оттащила подальше от кровати кресла и стол. Теперь даже если упадут — не убьются. Окна помощник повелителя заблокировал магией, статуэтки также с помощью магии поднял в воздух и слевитировал из комнаты — к бурному восторгу детей.

— Будете себя хорошо вести — дядя эльф покажет вам еще какие-нибудь заклинания, — пообещала за эльфа я.

Ухо у того как-то странно дернулось, но возражений не последовало. На самом деле детям главное — пообещать. Потом они могут и сами забыть, или я скажу, что дядя слишком занят или устал. Короче, отмазаться всегда можно.

Но эльф воспринял мои слова серьезно и несколько раз спросил, какие заклинания можно было бы показать.

— Что-нибудь безвредное, но эффектное, — отмахнулась я.

Было б над чем заморачиваться, честное слово!

Зато сейчас, без детей, запертых в комнате (оставлять дверь открытой я побоялась — ищи их потом по всему дворцу!), можно было оценить величие и убранство летней резиденции повелителя. К тому же Дираль оказался неплохим экскурсоводом — когда не утыкался взглядом в мое декольте, конечно. Одного-двух деликатных покашливаний хватало, чтобы он спохватывался и продолжал рассказ (порой совсем о другом).

Но в целом было интересно.

Немногочисленные встречные эльфы заинтересованно смотрели на нас, но не подходили, ограничивались кивками или короткими приветствиями. И все-таки совсем спокойно дойти не удалось.

— Привет! — вышел нам навстречу незнакомый эльф. — Дир, как поживаешь?

— Риэль, мы спешим, — попробовал обойти его провожатый.

— Да ладно тебе, Лар подождет, — не позволил ему другой и шагнул ко мне. — Я ведь правильно понимаю, вы — та самая Анджела Страйк, писательница-романистка?

Надо отдать должное, этот эльф оказался более стойким и на мое декольте внимания почти не обратил, только бегло мазнул взглядом по подвеске.

— Да, она самая, — улыбнулась я, радуясь, что хоть кто-то смотрит мне в глаза, а не на грудь.

— Очень приятно! А я Кариэль, для друзей просто Риэль! Я ваш очень большой поклонник, все книги перечитал! — огорошил меня он.

— Правда? — Нет, мужчины меня, конечно, читали, но в поклонники не записывались.

— Да! Любовь к вашему творчеству началась у меня с дилогии “Проданная эльфам за долги брата”. Признаться, эта книга стала для меня настоящим открытием! Я ее как открыл… в общем, таких сильных впечатлений я давно не испытывал. Следующая была “Мой начальник — эльф”, и, знаете, я, конечно, опытный мужчина, но признаю — вы сумели меня удивить! Ваша фантазия, слог, позы… в смысле, динамика повествования…

Эльф продолжал перечислять мои книги и их достоинства, я же слушала и не понимала: он серьезно или издевается?

То есть приятно, конечно, что меня читают и знают даже в Аларии, но как-то слишком… странно! Где-то точно есть подвох!

За разговором с этим Кариэлем, действительно отлично разбирающимся в моем творчестве, мы и дошли до огромных дверей, увитых как настоящей, так и вырезанной из дерева лозой. Две лозы — живая и деревянная — сплетались и сливались, продолжая друг друга, словно были единым целым. У дверей стояли два эльфа с длинными тонкими мечами. Я невольно обратила внимание на их оружие. В голове мелькнула мысль, что это был бы интересный сюжетный ход: описать деву и эльфийского воина, тогда это можно было бы обыграть…

“Его главное достоинство было столь же длинно и мощно, как его эльфийский клинок. И так же разило без промаха и жалости!”

Какая фраза! Забуду же! Надо срочно записать!

— Дираль, можно страничку из вашего блокнота и карандаш? — не вытерпела я, пока мы не зашли к повелителю.

При нем записывать будет совсем невежливо.

— Да, пожалуйста, — эльф удивился, но мою просьбу выполнил.

А я тут же набросала фразу, которая ляжет в основу нового романа. Может, так и назвать его — “Эльфийский клинок”? Надо подумать…

— Вот что значит — настоящий писатель! — восхитился Кариэль, самым бессовестным образом заглядывая мне через плечо.

Я поспешно свернула листок и убрала его в декольте — столько раз упоминала этот жест в книгах, а на деле бумага неприятно кололась и мешала, рука так и тянулась поправить. Но вряд ли получится уложить лучше, придется немного потерпеть.

— Все, я готова, — объявила своим провожатым.

— Идемте, — заявил Кариэль, кивнув расступившейся страже.

— А ты куда? — спохватился Дираль.

До этого эльф неотрывно следил, как я поправляю записи в лифе, и разве что слюной не капал.

— С вами! Не могу же я такое пропустить!

И, не тратя больше времени, Кариэль распахнул створки, пропуская даму, то бишь меня, вперед.

Повелителя эльфов и правителя объединенного эльфийского государства Алария я себе представляла не раз. Даже подумывала написать о нем, не лично о нынешнем, а о каком-нибудь вымышленном.

И сюжет в голове имелся.

Молодая девушка едет на заработки в Аларию, чтобы помочь больной матушке. Ей обещали работу горничной, но обманом продают в бордель. На ее счастье, правитель эльфов вовремя устраивает облаву на работорговцев и спасает несчастную до того, как ее успели обесчестить (это важно! Читатели любят невинных героинь, тогда сразу интрига — как и с кем она лишится невинности). Пожалев бедняжку, у которой отобрали деньги и документы, он устраивает ее горничной во дворец, а там они постоянно видятся, начинается то самое притяжение, ну и дальше неизбежный счастливый финал.

В целом, неплохо. Но я никак не решалась использовать образ правителя Аларии, опасаясь привлечь ненужное внимание эльфов. И все равно привлекла!

И вот передо мной сидел самый настоящий правитель. И очень мало на правителя походил.

И на эльфа.

Он был брюнет. В обычной одежде. Дираль и то выглядел наряднее. За столом с бумагами и свитками. И даже без короны или какого-то другого символа власти! Как какой-то клерк.

А где же трон? Где одежды из золотой парчи? Украшения, в конце концов?

Как писать про такого неинтересного правителя?

— Повелитель, вы просмотрели все документы, которые я вам оставил? — стоило нам зайти, поинтересовался Дираль.

Да таким тоном, словно Повелителем был он.

— Я в процессе, — недовольно отозвался брюнет, поставил подпись закорючкой и резко отодвинул лист, поднимая на нас взгляд.

Вернее, попытавшись поднять, но тоже застряв в моем декольте.

Интересно, вежливо будет кашлянуть и на правителя?

— Лариант, давай я тебе представлю Анджелу Страйк, с которой мы уже успели познакомиться, — вышел вперед Кариэль.

— Ага, — только и сказал повелитель, все-таки добравшись взглядом до моего лица.

— Лариант, это — несомненно талантливейшая из всех современных авторов Анджела Страйк. Она посвятила свое творчество эльфам и Аларии, раскрыв нас и наше государство с весьма интересной стороны.

А вот этого можно было и не говорить! Или хотя бы на этом остановиться. Но Кариэля несло вперед со скоростью спущенной с тетивы стрелы.

— В ее произведениях все эльфы неутомимые, чувственные, дерзкие, готовые ночи напролет…

— Мне очень приятно познакомиться с вами! — вышла я вперед, от души наступив Кариэлю на ногу. — Я действительно пишу про эльфов и с огромным уважением отношусь к вашему народу. Для меня большая честь быть принятой в Аларии в вашем дворце!

Поклон я репетировала заранее. Не то чтобы хорошо получалось, но с таким декольте, уверена, на положение рук и ног никто не обратит внимания. Есть в нем все-таки свои плюсы.

— Я пока документы проверю, — краснея, сообщил Дираль.

— Тоже рад познакомиться, — сглотнув, проговорил правитель, видимо, высоко оценивший мой поклон. — Завтра я планирую лично присутствовать на вашей презентации.

Вот прям обрадовал! Я начала судорожно вспоминать, какие сцены были в книге. И что там за обложка, совсем откровенная или более-менее?

— К тому же в переводе Кариэля на эльфийский она должна заиграть по-новому, — добил меня повелитель.

— Вы переводили мою книгу? — я уставилась на Кариэля.

— Максимально близко к тексту, — заверил он.

Только я ему отчего-то не поверила.

Ох, чувствую, позориться мне завтра по полной программе.

— Анджела, — Лариант вышел из-за стола и по-свойски встал рядом с нами. — Я бы хотел, чтобы вы написали несколько книг, в которых бы изобразили Аларию и эльфов максимально привлекательными.

— Да куда уж привлекательнее, — хмыкнул Кариэль.

— Привлекательными не в плане романтики, а для создания позитивного имиджа.

— О! Он в книгах Анджелы максимально позитивный! Она так подробно и скрупулезно описывает все… хм… достоинства нашей расы.

— Кариэль, уймись, — попросил повелитель. — У нас с людьми было много конфликтов в прошлом, хотелось бы сгладить все обиды с обеих сторон.

— О! Про сглаживание обид у Анджелы есть целых две книги! Там от ненависти до любви…

— Кариэль! Анджела, не обращайте внимания. Нам нужна книга про дружбу, можно даже про мужскую…

— А вот этого не надо! С учетом последних мировых тенденций, мужская дружба…

— Кариэль, да уймись ты!

— Как уняться? Переводить-то мне! Анджела, прошу, никакой мужской дружбы. Мне нравятся ваш стиль и сюжеты, как по мне, они лучше всего укрепляют межрасовые отношения.

— Я думаю, мы конкретно опишем наши запросы, если вы согласитесь сотрудничать, — закончил мысль повелитель.

— Давайте вы сначала опишете запросы, а я тогда смогу сказать точно, — уклончиво ответила я. — Боюсь обещать заранее.

— В любом случае, мы будем рады всем вашим книгам, — заверил меня Лариант. — Приятно видеть интерес к нашей стране, пусть даже с весьма необычного ракурса.

На этом Лариант нас больше не задерживал, зато Дираль задержался сам, положив наверх самые важные документы, до которых повелитель еще не добрался.

— Обязательно за сегодня успейте, — весьма требовательно попросил он.

— Конечно-конечно, — пообещал ему правитель. — Анджела, к слову, у вас оригинальная подвеска.

На этом его помощник снова уткнулся в мое декольте и если у него и имелись какие-то дополнения, то мы о них не узнали.

Выходили мы с Диралем вдвоем. И за дверью кабинета я наконец получила возможность поправить коловшуюся в лифе бумагу. Ужасно! Больше ни одна моя героиня не будет носить там никакие документы! Исключительно в потайных карманах!

У меня, правда, такового не имелось, пришлось просто нести изрядно помявшийся листок в руках.

У двери отведенной мне комнаты я остановилась, не желая впускать туда эльфа. И двигало мною не стеснение и не правила приличия.

Я понятия не имела, во что за минувшие полчаса превратили ее дети. И, если честно, сама боялась заходить. А вдруг там погром и наводнение?!

Нет, этому Диралю ни в коем случае нельзя видеть подобное! Мы же потом не расплатимся за дворцовое имущество!

А так я успею хотя бы отчасти ликвидировать последствия.

— До завтра? — поинтересовалась я, поняв, что пауза затягивается, а эльф все еще мнется у двери.

— А? Да, до завтра, — очнулся Дираль и с надеждой выдал: — Ваш редактор сказала, что вы будете в кожаном брючном костюме.

Глория, чтоб тебя!

— Да, планирую, — без энтузиазма подтвердила я.

Зато глаза эльфа буквально засияли.

— Я буду ждать презентации!

— Только нужно занять на это время детей.

Одно дело оставить близнецов на тридцать минут — и то обратно заходить страшно! А уж за два часа, отведенных на презентацию, они могут такого наворотить…

— Попрошу провести для них экскурсию по дворцу, — с готовностью кивнул эльф.

— Отлично!

Он уйдет или нет?

— Вам, наверное, пора, — не выдержала я.

— Да, пора, — повторил эльф и, бросив прощальный взгляд на мое декольте, наконец отчалил.

Фух!

А, зайдя в комнату, я сначала ужаснулась, потом успокоилась.

Полы были покрыты ровным слоем чего-то белого, на поверку оказавшегося перьями из подушек. Сами распотрошенные подушки валялись здесь же в виде поникших тряпочек. Дети сидели в пуху, идеально подходя под определение “чуда в перьях”.

— Мама, смотри! Как настоящий снег!

— Даааа, — подтвердила я, прикидывая фронт работы. — Похоже.

Ну что ж, кажется, на остаток дня у нас занятие имеется: собрать пух и зашить подушки.

Хорошо проведем время в Аларии. Просто незабываемо!

* * *

— Ну, что скажешь? Интересная дамочка, да? — Кариэль лыбился от уха до уха.

— В целом, вполне обычная, — пожал плечами Лариант.

— А какое у нее декольте! Ты видел, Дираль глаз от него не отводил! — продолжал друг.

— Декольте интересное, — согласился Лар, удивив даже Кариэля. — У нее подвеска артефактная. С прелюбопытнейшим приворотом. Не на чувства, а, скорее, на влечение. Очень легкое, едва заметное. Собственно, там магии — капля. И будь она в кольце или сережке, то и воздействия почти не чувствовалось бы. Но здесь расположение… весьма удачное.

— Вот оно что… — Кариэль улыбнулся еще шире. — На мне сейчас татуировка, поэтому менталка не возьмет. Но, может, есть смысл предупредить Дираля? А то бедолага все глаза высмотрел.

— Нет, — мстительно отказался повелитель. — Пусть помучается! Он в последнее время мне продыха не дает — завалил делами и документами!

— Какой мерзавец! Заставляет тебя работать!

Если бы Лар знал Риэля чуть хуже, то, возможно, и принял бы его слова слова за сочувствие. Но иронию друга он привычно проигнорировал.

— Поэтому не надо ему говорить, — заключил повелитель. — Все-таки должна где-то Анджела Страйк брать вдохновение. Уверен, под конец визита Дираль подкинет ей новые сюжеты для книг.

3.

После жуткой уборки пришлось использовать проверенное успокоительное. И полночи я читала, не в силах остановиться — вечная проблема запойного книгоголика, а оставшиеся часы пыталась поспать с мелкими на кровати. И пусть она была королевских размеров (прям как в моих книгах!), но мелкие жались ко мне с двух сторон, пинались и лягались.

Так что мои синяки под глазами поутру были особенно насыщенного цвета.

В итоге большую часть времени до презентации я потратила на приведение себя в приличный вид, получилось… терпимо. В любом случае, у меня нет магии, чтобы сбросить десять лет жизни и лишние десять (а лучше пятнадцать) кило веса. Последнее бы особенно не помешало, когда я влезала в треклятый кожаный костюм — чтоб там Глории икалось! С трудом, лежа на полу, натянула штаны, а потом кое-как застегнула кожаную куртку, едва сошедшуюся на груди. При этом я истово надеялась, что пуговицы пришиты на совесть и не отвалятся в самый разгар презентации. На такой перформанс я не подписывалась!

Я с тоской посмотрела на свой филей, обтянутый черной кожей. Да и пуговицы куртки заканчивались не намного выше вчерашнего декольте. Видок, прямо скажем…

Ладно, меня здесь никто не знает, я в Аларии первый и (надеюсь!) последний раз, так что сегодняшний позор останется только в моей памяти. Главное, чтобы гонорар за него был соответствующим, он точно поможет сгладить все неприятные воспоминания.

Около полудня в дверь постучали. За ней оказался Дираль, но не один. Рядом с ним стоял пожилой исключительно интеллигентного вида эльф с приятным располагающим лицом.

Ой, только не говорите, что этот божий одуванчик будет следить за детьми!

Дираль прошелся голодным взглядом по моей фигуре и выдохнул.

— Доброе утро, — поздоровался он, глядя на мои верхние сто десять сантиметров.

— Доброе, — ответила я и кашлянула, привлекая внимание.

— Хотел представить вам мэтра Киваля, — встрепенулся помощник повелителя. — Он проведет экскурсию по дворцу для ваших замечательных детей.

Я скептически посмотрела на эльфийского старичка. И еще скептичнее переспросила:

— Экскурсию по дворцу?

Для активных шестилеток? Серьезно? Рассказ про живопись и архитектуру?

— Молодому поколению очень важно приобщаться к прекрасному, — на одном дыхании произнес мэтр Киваль.

Ну да, ну да. Только моим куда больше бы подошел молодой и активный эльф, который бы поиграл в прятки или догонялки.

Но выбора не было. Презентация начнется с минуты на минуту, а на нее грозился явиться сам правитель объединенного эльфийского государства. Так что опаздывать нельзя.

Поэтому с тяжелым сердцем и прочитав детям нотации, как вести себя во дворце, я передала мелких старичку, сразу поведшему их в сторону “интереснейшего паркового ансамбля и скульптурной группы”, а сама направилась в другую сторону — на презентацию, организованную в оранжерее дворца.

Честно скажу, я надеялась увидеть с десяток эльфов, случайно заглянувших на огонек. Но никак не битком набитый лекторий! Свидетелей моего позора набралось больше сотни точно! Да какой там! Я бегло насчитала двадцать рядов по двадцать стульев!

Откуда такой ажиотаж?!

На самом деле половину присутствующих составляли человеческие женщины, которых в Аларии жило немало. Собственно, и эльфиек пришло прилично, но куда больше удивляло количество эльфов. Эти-то что здесь забыли? В наших краях я популярностью у мужского сегмента читателей не пользовалась. Глория проводила исследования рынка. Неужели эльфы-мужчины настолько сентиментальны, что читают любовные романы?

Правда, уже встреченные в особой сентиментальности замечены не были.

На первом ряду сидел повелитель эльфов собственной персоной. Рядом с ним — Кариэль, которого держала за руку молодая человеческая девушка. Очень миленькая, русоволосая, с исключительно страшной черной сумкой на коленях.

Впрочем, мой внешний вид сейчас тоже был тот еще. Зад буквально дымился от чужих взглядов, поэтому я поспешила сесть за стол с табличкой “Анджела Страйк” и моей книгой с витиеватым названием на эльфийском.

Я бросила на нее беглый взгляд и с удивлением заметила, что обложка стала еще откровеннее! На девушке вместо облегающего платья было нижнее белье. Вот так номер! Белье, конечно, красивое, спору нет, да и девушка...

Но эльфы меня удивили.

Надеюсь, больше сюрпризов с эльфийским изданием не будет.

— Кхэ-кхэм, — кашлянула я, привлекая внимание и заодно прочищая горло. — Добрый день! Я — Анджела Страйк, пишу горячие любовные романы про горячих… мужчин, — в последний момент решила заменить “эльфов”. — Хочу рассказать вам немного о своей книге “Мой начальник — эльф”, а также ответить на ваши вопросы.

Которых, надеюсь, не будет!

Я еще раз кинула взгляд на обложку. Если девушка в соблазнительном платье хоть немного отсылала к рабочей теме, то эта, красовавшаяся в нижнем белье, вызывала закономерный вопрос: а кем же она работает?

— Это история про простую человеческую девушку, желающую найти свое место в жизни, — начала я. Все-таки не впервые на презентации. — Она долго искала работу, чтобы обрести независимость, и вот… нашла.

Я опять посмотрела на обложку. Кто вообще писал к ней техническое задание художнику?

— А вы не владеете эльфийским? — неожиданно спросил повелитель. — Боюсь, не все вас понимают.

— Увы, — я развела руками и улыбнулась. — Не успела выучить.

За полтора дня, которые выделила мне на сборы и подготовку Глория.

— Тогда предлагаю Кариэлю, переводившему вашу книгу, помочь ее презентовать.

Кариэль встал, поклонился публике и, захватив свой стул, присоединился ко мне.

— Элиния преодолевает много трудностей, поскольку на работе ей не рады и коллектив не принимает молодую амбициозную новенькую, — вдохновенно продолжала я, а Кариэль подхватывал мои слова на эльфийском. — Ей строят козни и всячески пытаются выжить, и тем удивительнее ей было получить одобрение и поддержку от начальника — оказавшегося эльфом, — я подмигнула аудитории, — славящегося своей строгостью и требовательностью. Разумеется, Элиния влюбляется в холодного и неприступного эльфа, но не решается как-то проявить свои чувства, боясь разрушить их удачно сложившиеся рабочие взаимоотношения. Но постепенно эльф сам начинает оказывать ей знаки внимания, особенно после того, как они вместе делают огромный годовой отчет, — такое всегда сближает.

Стоило Кариэлю перевести первую же фразу про работу, как из зала полетели вопросы на эльфийском. Какие-то он переводил, а на какие-то отвечал сам, особенно мужской части аудитории.

— Госпожа Анджела! — подняла руку рыжая девушка с третьего ряда. — Позвольте узнать, а чем обусловлены разночтения между версией на человеческом и эльфийском?

— Разночтения? — не поняла я. — Какие именно?

— Например, — девушка достала из сумочки книгу с торчащими из нее разноцветными закладками. — В версии на всеобщем героиня боится даже заговорить с начальником, а в эльфийском варианте она уже в третьей главе пьет с ним кофе. А заодно жалуется на прессинг со стороны коллег.

— Жалуется?

Я требовательно посмотрела на Кариэля, который сейчас как истинный эльф пытался активно слиться с природой, прикрываясь здоровым пальмовым листом.

— Это еще что? — с тихим рыком поинтересовалась у него.

— Я переводчик, я так вижу! — выглянул из-под листа Кариэль.

— А еще Элиния почти каждый день угощает начальника домашней выпечкой собственного приготовления, — не унималась девица из зала. — Когда она успевает ее готовить, ведь она работает до ночи?

— Действительно… — я повернулась к Кариэлю. — И когда она все успевает?

— Ее окрыляет сила любви! — снова выглянул из-за листа эльф.

— И в своих чувствах Элиния признается первая, — добила меня читательница.

— Да ладно?! — я резко отодвинула лист. — Это правда?

— Да они всю книгу ходили вокруг да около! Я просто немного ускорил события! И кто сказал, что инициативу всегда должны проявлять мужчины? Нам, может, тоже хочется инициативных девушек!

— И домашней выпечки? — спросила я, теряя терпение.

— И ее, — кивнул Кариэль. — И на сотрудников стоило сразу пожаловаться начальнику. Эльф отвечает за коллектив и его слаженную работу. Его задача — решать конфликтные ситуации. Так что Элиния была неправа, что так долго терпела. Это же вредило рабочему процессу!

Наверное, устраивать разборки при таком количестве свидетелей было бы не лучшей идеей. Да и за костюм страшно — он и так трещал по швам. Тут не то что драться — шевелиться лишний раз опасно.

— А откуда тогда такой объем? — я взяла томик, по ощущениям двое толще нашего, человеческого, и потрясла у эльфа перед носом. — Он же должен был сократиться.

— Я насытил его постельными сценами, — признался Кариэль.

— Насытил???

— У тебя их было всего три! И это ты называешь “эротикой”?

— Господин переводчик… — начала я, чувствуя, что подошла к точке кипения.

— Если других вопросов нет, то Анджела Страйк с удовольствием расскажет вам о своем творческом пути! — объявил хитрый эльф на всеобщем и тут же повторил на эльфийском.

— Мы к этому еще вернемся, — прошипела я и с дежурной улыбкой повернулась к залу.

— Анджела, можно? — робко подняла руку девушка с галерки. — Вы написали уже более двадцати книг, скажите, откуда вы черпаете идеи и вдохновение?

“Из желания кушать и кормить детей”.

— Я обычно сажусь и пишу, не жду вдохновения, — решила честно признаться.

Вдохновения можно ждать долго, Глория столько терпеть не будет и так или иначе книгу из меня вытрясет. Так что лучше уж не рассусоливать и написать самой по-хорошему, пока не пришла редактор с кнутом.

— Может, у вас есть особые ритуалы, чтобы настроиться на творчество? — не унималась девушка.

Ага, есть. Отвести детей в сад, убраться в доме и приготовить обед — отлично настраивает!

— Обычно я делаю себе чай и беру каких-нибудь вкусняшек, — все-таки вспомнила более презентабельные факты.

Правда, эта порочная практика и привела меня к лишним килограммам. Лучше бы уж с помощью ароматических свечей настраивалась, честное слово.

— А как вы преодолеваете творческие кризисы? Бывает ли, что писать совсем не хочется?

Конечно, бывает! В последнее время почти постоянно. Но когда крыша течет, дети выросли из одежды, и твои собственные осенние ботинки прохудились…

— Я стараюсь находить вдохновение в повседневных вещах, — сформулировала ответ. — И тогда все творческие кризисы обходят меня стороной.

Потому что в итоге финансовый кризис всегда побеждает творческий!

— А что служит для вас главной мотивацией? — продолжала сыпать вопросами девушка.

Наверное, она сама пробует себя в литературе — догадалась я. И тогда ее ждет много чудных открытий. Но вываливать на юный неокрепший ум суровую правду я не собиралась. Как и признаваться, что моя главная мотивация — это гонорар. Слава и признание — это хорошо, но сыт ими не будешь.

— Конечно же, отзывы моих читательниц. Я же дарю радость людям, помогаю отвлечься от серых будней и создаю волшебную сказку!

А заодно и сама отвлекаюсь от своих будней с их вечными проблемами.

Но горар важнее всего.

— Спасибо! — искренне поблагодарила девушка и села конспектировать мои ответы.

После пошли более забавные вопросы.

— А существуют ли прообразы ваших героев?

Да, в роли самого мерзкого злодея я всегда представляю своего бывшего.

— Как правило, это или вымышленные, или собирательные образы, — выкрутилась я.

— А есть в ваших героинях что-то от вас?

“Они такие же худые, как я в своих мечтах”.

— Как правило — нет. Стараюсь не ассоциировать себя с героинями.

И юношескую наивность я уже давно изжила, а право на необдуманные поступки потеряла с рождением детей. Без этого ни у одной из моих героинь таких приключений бы не случилось.

— Скажите, у вас такие горячие постельные сцены, вы используете личный опыт при написании? — распевно задала вопрос на всеобщем эльфийка.

А читала-то она, поди, “насыщенную” кариэлевскую версию.

Совсем разочаровывать публику не хотелось. Но и напропалую врать, что да, практикую и меняю любовников пачками, еще глупее. Откуда у меня на любовников время? Днем я шуршу по хозяйству, ночью — работаю. Еще и любовника я просто не потяну!

— Ну… у меня богатый жизненный опыт и фантазия… — я улыбнулась.

И пусть дальше додумывают самостоятельно, так сказать, в меру своей испорченности.

На самом деле, опыт у меня совсем небогатый, но фантазия действительно все компенсирует. Еще и этот горе-переводчик постарался.

— Скажите, а как много символизма в ваших историях? Например, в четвертой главе главный герой ложится спать на черные простыни. Это показывает его настроение? Или черный как знак мужского начала? Или предвестник неприятностей, ведь на следующий день к ним в отделение банка приехала проверка? — огорошила меня другая читательница, серьезная и в очках. Такую и не заподозришь в чтении любовных романов.

“Какие они все у меня разные!” — умилилась я, а потом осознала вопрос.

Ничего себе, однако! Когда писала, я совсем не задумывалась о каком-то подтексте. Черные простыни и черные простыни. Удобно, эффектно и не марко…

— Я всегда предлагаю читателям найти что-то свое в тексте.

И ведь они находят! Такое, о чем я и сама не подозревала. Скрытые смыслы, подтексты и прочее-прочее, чего и в помине не было, но нашлось!

Мы еще немного пообсуждали мое творчество, начало творческого пути, как я докатилась (зачеркнуто) — дошла до эротических любовных романов. Но на это у меня имелся проверенный ответ о том, как я всю жизнь только и мечтала, что эротику писать, но не решалась. А потом как решилась — и понеслось!

В реальности ведь почти так и произошло.

Дальше следовала раздача автографов, вручение и без того поправившемуся автору конфет (эх, плакала моя талия, но эльфийский шоколад сильнее моей воли).

Когда основная часть публики разошлась, ко мне обратились две девушки. Блондинка со страшной сумкой и сидевшая рядом с ней брюнетка.

— Я Нитана, можно просто Нита. Я шью нижнее белье, у меня есть целая коллекция, на которую вдохновили ваши книги. Это комплектик из нее, — и с этими словами брюнетка протянула мне красивый пакетик и заговорщицки зашептала: — Злате такое помогло выйти замуж, так что считайте, что мое белье приносит удачу и заговорено на брак.

Я едва удержалась, чтобы не закинуть подарок подальше в кусты. Мужчинам я давно не верила и о замужестве не мечтала. Как говорится, хорошее дело браком не назовут.

— Кстати, на обложке тоже модель из моей коллекции, — окончательно добила меня девушка. — Кариэль попросил для книги что-нибудь особенное.

— Ах вот кто придумал поставить обнаженку на обложку! — развернулась я к переводчику.

— Она одета! — раздался голос из-под пальмы.

— В нижнее белье?

— А разве это не одежда? — выглянул из-за листа Кариэль. — Нита, ты же швея, скажи свое веское слово!

— Ох, Анджела, не обращайте на него внимания, — посоветовала блондинка. — Мы с ним уже почти год женаты, а я до сих пор не привыкну. И про перевод можете не переживать: оказывается, половина эльфов отлично знает всеобщий, так что они читали историю в оригинале. А вторая половина все равно не узнает, как было на самом деле.

— Мне, кстати, вариант Кариэля тоже понравился. Ваш более чувственный, а его, скажем так, ближе к реальности, — заявил повелитель, прислушивавшийся к нашему разговору.

— И почему же он ближе к реальности? — обиделась я. — Тем, что эротических сцен больше?

— Ну смотри, — вышел из-за пальмы мой переводчик. — Возьмем героиню и ее влюбленность в начальника. У тебя она по нему сколько страдала? Больше ста страниц! Я просто пожалел бедняжку, ей там и без того нелегко пришлось.

— В этом был конфликт истории! Эльф для Элинии недоступен, и она разрывается между чувствами и здравым смыслом!

— Да ну брось! Весь твой конфликт решался одним разговором по душам, а не хождением две трети книги вокруг да около. Я вообще заметил, что у мужчин-авторов героинь никогда особенно не мучают. Зато вы, женщины, отрываетесь по полной! И из дома выгнали, и коллеги козни строят, и денег нет, еще и любовь неразделенная, — перечислил все невзгоды, выпавшие на долю Элинии, Кариэль. — Только женщина может так издеваться над другой женщиной.

— Ни над кем я не издеваюсь!

— Еще как издеваешься! И над мужчинами тоже! Главный герой ведь тоже две трети книги страдал. Разве можно столько динамить бедолагу? Конечно, тот эльф будет злой и раздраженный — такое долгое воздержание кому хочешь характер испортит.

И бросил при этом взгляд на Дираля, стоявшего с кипой бумаг (откуда только их достал?) возле повелителя и что-то ему объяснявшего.

— Пиши свои книги, раз такой умный!

— А вот и напишу!

— Только мои больше не исправляй!

— Не буду, — неожиданно согласился эльф. — Это был ход для привлечения внимания и заметь — сработало! Остальные обещаю перевести нормально. Жена проконтролирует!

Я хотела усомниться в такой неожиданной перемене, но тут над оранжереей пронесся сигнал тревоги, а следом за ним влетели охранники.

— Повелитель! — они синхронно поклонились. — Кто-то проник в тронный зал и похитил Сердце Аларии!

Все присутствующие тут же позабыли про спор и посерьезнели.

— Проник в тронный зал? — удивился Лариант. — А сначала проник на территорию и затем во дворец?

— Следов взлома защиты нет, — признался один из эльфов. — Мы ищем похитителей, но они не оставили никаких следов. Зал был просто открыт, замок не взломан.

— Интересно, — протянул повелитель. — Тогда заканчиваем мероприятие и начинаем масштабный поиск.

Последнее было обращено к нам. Действительно, какая уж тут презентация.

— Ой, а автограф? — встрепенулась Злата.

Пришлось подписывать книги ей и Ните буквально на ходу. А после почти бегом возвращаться в комнату. Надеюсь, с детьми все в порядке! Страшно подумать, что по дворцу так просто разгуливают злоумышленники!

— А что именно похитили? — спросила я у Дираля, когда мы спешно возвращались по коридорам.

— Древний артефакт, принадлежавший еще первым правителям Аларии. Большой красный камень с заключенной в нем мощнейшей магией, — отозвался эльф, шедший чуть позади меня.

Кажется, вид сзади ему нравился не меньше, чем спереди.

Дверь в свою комнату я распахивала с замиранием сердца, но мелкие оказались внутри. Они чинно сидели на стульчиках и внимательно слушали рассказ мэтра Киваля. Ничего себе! Как ему удалось их так увлечь?

— Мама! — дети бросились ко мне, наверное, тоже испугались.

— Давно вернулись? — я чмокнула обоих и потрепала по и без того взъерошенным макушкам.

— Только что, когда раздался сигнал тревоги, — отчитался сын.

— Все прошло нормально? — спросила я у почтенного мэтра.

— Да, мы замечательно погуляли по дворцу. Если бы не тревога, то успели бы посетить больше интересных мест. Я бы еще рассказал о ротонде и северном крыле, — несколько расстроенно покачал седой головой мэтр. — Надеюсь, нам еще удастся восполнить эти пробелы.

Дети активно закивали. И откуда у них такая похвальная тяга к эльфийской архитектуре и истории?

Мэтр Киваль ушел, Дираль немного помялся и после третьего намека тоже ушел, а я еще раз обняла мелких, успокаиваясь сама. Они тоже выглядели серьезными, видимо, на них произвел неизгладимое впечатление эльфийский дворец, а может, сирена напугала.

— Точно все в порядке? — на всякий случай переспросила я.

Дети переглянулись, и сын, шагнув вперед, выдал:

— Мама, пообещай, что не будешь ругаться!

Так-так-так. После подобных просьб всегда следуют признания, за которые обязательно нужно ругать. Даже интересно, что они вытворили в этот раз.

— Ничего обещать не буду, — заявила я, упирая руки в боки. — Выкладывайте!

— Мам, мы не нарочно! — присоединилась к сыну дочь.

Ох, если это еще и совместная шалость… так сказать, группой лиц по предварительному сговору…

— Выкладывайте! Я жду.

Дети переглянулись, и Винс, чуть помедлив, вытащил из-за пазухи…

Большой светящийся камень красного цвета. О нет! Только не говорите…

— Из тронного зала? — севшим голосом спросила я.

— Да, — подтвердили мелкие.

— Сердце Аларии?

— Да, — сознались они.

— Вот дерьмо!

— Мама! Так нельзя говорить! — укорила меня дочь.

— Нельзя. Это очень плохо. Вы так не говорите.

А сама судорожно соображала, что делать? Не выдавать же родных детей?! Мало ли что за это полагается?

От пронесшегося в голове видения самых страшных кар захотелось выругаться снова. Но я сдержалась.

— Так. Так. Садитесь, — я указала на стулья, на которых они слушали мэтра. — И рассказывайте все по порядку.