Прибор для счастья

Глава 1

Уж Иннокентий в очередной раз тюкнулся тупым носом в крышку своего террариума.

Обычно у него находились более интересные занятия. То лаборантка Аллочка прибежит с дохлой мышкой на веревочке, то младший научный сотрудник Пашка подключит забавно мигающие электроды. А то Евграф Петрович сядет рассказывать о своей работе с субатомными частицами. Остальные слушатели от него всегда разбегаются, а ужику, понятное дело, убежать некуда.

Но сегодня у коллектива НИИ какой-то странный кутёж. Зачитывают друг другу странные литературные отрывки с планшетов, посмеиваются, кивают с умным видом.

Оно и понятно: аудитория-то сплошь высокоинтеллектуальная, а делать на работе почти нечего: включили с утра аппаратуру и всё, гуляй страна! Сиди только, да получай статистические данные. Ну, выводы иногда подмахивай.

Вот и подались сотрудники от мала до велика на литературный сайт. Рассказы пишут: кто кого переплюнет. Даже, говорят, директор в этом был уличен. Но, естественно, под псевдонимом.

А сегодня у них юбилей всего этого безобразия.

Ну и ничего. Ну и ладно. Пусть себе отмечают. А у Иннокентия есть важное дело.

Крышка наконец подалась с тихим «чпоньк».

Аккуратно перевалив ставшее ощутимо жирненьким на институтских харчах тельце через пластиковый борт, «образец номер двадцать четыре» отправился искать свое счастье.

Люди вот вечно жаждут каких-то абстрактных вещей. Именно поэтому, наверно, никогда не получают полного удовлетворения от жизни.

Конечно, как можно достичь того, о чем даже представления не имеешь?

Иннокентий точно знал, чего хочет. Ему жизненно необходимо было получить крылья.

Однажды он увидел летающего ящера на обложке книги, забытой Аллочкой у террариума и понял: вот, именно таким он станет. Чуть позже. Сейчас, видимо, просто личиночная стадия. Надо хорошенько кушать, спокойно лежать под электродами и всё получится само.

У Того Большого на обложке, кстати, еще были когтистые лапы и огонь из пасти. Это, наверное, тоже очень круто. Но ничего, они не главное. Потом пусть как-нибудь сами отрастут.

Ужик старательно жрал и примерно себя вел уже невообразимо долго, но чуда почему-то не случалось. За окном облезлый ноябрь сменился пушистым белым безвременьем, и змееныш совсем затосковал. А потом понял, что надо брать дело в свои еще не отросшие, но однозначно цепкие лапки.

И сегодня, в этот странный юбилей, идеальное время!

НИИ просто набит всякой экспериментальной аппаратурой. Иногда такие звуки от нее раздаются, что аж дрожь берет! Наверняка тут где-то есть машина, которая ускоряет развитие. Ну или просто делает крылья.

Хотя огонь из пасти тоже хочется. Интересно, он не обжигает нежные чешуйки на кончике носа? Лампа вот обжигает.

Осторожно соскользнув по ножке стола вниз, ужик пополз по коридору.

Так, откуда здесь доносились самые странные шумы?

Все вокруг казалось ужасно огромным. Светло-желтые стены, белые двери. Нет, так ничего не найти! В отчаянии будущий дракон приподнял голову, опасаясь, что кто-нибудь из персонала пробежит к кофейному аппарату и заметит его.

Но тут повезло: глаза выцепили короткий синий отблеск в щели над порогом одной из комнат. С пола его было не видать.

Только бы не оказалось закрыто!

Дверь под напором маленького тельца чуть подалась, предательски скрипнула, и взгляду Иннокентия предстал синий кристалл, разбрасывающий по стенам переливчатые блики. Он был установлен на металлическую платформу, к которой тянулись перепутанные разноцветные провода. Иногда неприятно пищал прибор, по дисплею которого бежала прерывающаяся желтая линия.

Отлично! Это то, что надо! На обложке с крылатым старшим братом точно была подобная штука!

Волнуясь и предвкушая, ужик пополз к подставке с сокровищем. Ткнулся в нее мордой. Вроде, не под током.

Интересно: чтобы заработало, надо что-то нажать? Наверное, нет. Ведь и так светится!

Вздохнув, он полез к кристаллу. Свет в комнате моментально изменился, завыла сирена. По коридору затопали.

Синий камень издавал странный притягательный аромат. Сияние граней не давало отвести глаза.

– Кешенька! – драматично возопила Алла, появляясь на пороге. В спину ей шумно врезались младшие и старшие научные сотрудники, оказавшиеся не такими расторопными. Вся компания по законам инерции ввалилась в комнату.

Уж крепко зажмурился и изо всех сил прильнул к кристаллу. Комнату затопило нестерпимое сияние.

Когда все проморгались, оказалось, что их окружает зеленая, поросшая цветами долина, убегающая к синеватым, тонущим в зыбком мареве, заснеженным горным пикам. Горстка ученых смотрелась здесь крайне неуместно.

Довершал картину маленький, жирный, но очень довольный дракон, небрежно разминающий крылья.

– Теперь ясно, почему объект постоянно осуществлял поатомное сканирование всех одушевленных предметов, – недовольно буркнул Евграф Петрович, отдирая от штанины репей. – Это устройство для переноса в пространстве!

«Глупые люди», – вздохнул про себя Иннокентий. – «Это – устройство для счастливой жизни!»

И взлетел.