От друзей не спрятаться, не скрыться

Глава 1 Ловля на кота блесну.

Борис и Ваня всё делали вместе, всё кроме детей. Они вместе ходили в гараж, вместе ездили на рыбалку, вместе выбирались на шашлыки. Они были настолько дружны, что даже просили жён рассмотреть возможность совместного проживания (был вариант приобретения дома на двух хозяев). В ответ их жёны, прищурив глаза, просили рассмотреть возможность - пойти им к чёрту и больше этот вопрос не поднимался. Единственное, что у них было порознь – это рабочие вахты. Ваня мотался по северам, а Борис предпочитал южные направления.

Однажды, после очередного возвращения, Борис позвонил Ване уточнил дома ли тот и спросил, есть ли у него надёжный дантист? Причём интонации в голосе Бориса и ударение на слове «надёжный», да само это слово, намекало на то, что человек требуется проверенный, умеющий держать язык за зубами. Такой, чтобы помог спрятать тело и тут же забыть об этом. И у Вани был такой на примете, однажды они вместе проехали две остановки на маршрутке, не заплатив за проезд. Что явно говорило об авантюрном складе характера у стоматолога и умении рисковать по-крупному. Но прежде чем привлекать человека к сомнительному мероприятию, неплохо было бы знать, что конкретно от него потребуется.

А требовалось обеззубеть кота!

Ваня дважды переспросил, правильно ли он понимает, что Борис хочет оставить без зубов какое-то несчастное животное? Боря уточнил, что и без когтей. И срочно.

А дело было вот в чём.

Ничто не делает сексуальную жизнь такой изобретательной, как вахта или разъездной характер работ. Вам, об этом скажет любой работяга, у которого рабочий день составляет от одной до семи недель. И если у оставшихся дома жён мест для уединения и самоудовлетворения в ассортименте, то мужикам, живущим в условиях тесного однополого коллектива, с этим сильная напряжёнка. Поэтому женщина, знакомая с правилами игры, хорошо понимает, что должно ждать мужа после возвращения из тундры, степи или моря, где он проводит времени значительно так больше, чем она в пустой постели.

Жена Бори – Верочка, как раз и была такой понятливой женщиной. И, кроме привычного обеда из восьми любимых блюд мужа (где первое блюдо пол стакана коньяка, а последнее блюдо она сама, в самом эротичном белье, изображает утку по-пекински), она регулярно добавляла себе в образ милых пикантных мелочей, которые сводили Бориса с ума и делали неукротимым в постели.

Вначале у неё появилась цепочка на лодыжке, увешанная звонкими колокольчиками. Пото́м, на пояснице она наколола причудливый орнамент, в котором очень издалека угадывалась стрекоза. Ну, а последним её приобретением стал пирсинг в пупке - небольшое колечко с болтающимся на нём филигранным цветком (то ли фиалки, то ли петуньи), сияющим и манящим. Манящим, как оказалось, не только Бориса.

Около года назад, по требованию сынишек, семья Бориса пополнилась чудесным пушистым комочком, который получил прозвище Дымок. Не знаю, что за порода, но я смотрел в интернете, котов этой масти можно всех, без исключения, именовать Дымка́ми, цвет у них у всех одинаково - серый. И вот, в день возвращения Бори, когда дети отправлены к бабушке, в холодильнике стоит бутылка коньяка и оливье, а в духовке запекается свиная голяшка с чесноком и ароматными травами, случилось непредвиденное! Дымок, устав от невнимания хозяйки, решил напомнить о себе самым радикальным способом. Без намёка на предупреждение, он атаковал блестящую безделушку в пупке Верочки.

Вера говорит, что когда вес украшения в один миг с трёх грамм, увеличивается до трёх килограмм – это крайне болезненно. Она была уверена, что боль стала предшественником появление чужого из известного фильма, но это было только начало. Зуб Дымка́, застрял в подвеске и, стараясь вырваться из неожиданного плена, он выпустил когти, чтобы надёжнее закрепиться для рывка. Оказалось украшение только выглядит хрупким, а на самом деле, вырваться из него взрослому котёнку, не так уж и просто. Вместо запланированного рывка, Дымок утопил все свои восемнадцать когтей в теле хозяйки заподлицо. От подобной акупунктуры Верочка взвыла гиеной и воспользовалась первым, что попало под руку. Дымок получил по голове кухонной лопаткой, слегка обмяк, но зато смог, наконец, освободиться.

Войдя в квартиру Борис, мягко говоря, удивился царящей там обстановке. Из духовки, которую забыла выключить Верочка, уезжая в больницу, валил дым. Холодильник настежь, она бросила его открытым, после того как забрала из него пакет с черешней для холодного компресса. На полу в кухне вода и кровь. А Дымок сидит возле балконной двери и орёт благим матом. Устранив задымление, Боря бросился звонить жене и узнал, что её телефон лежит на тумбочке возле кровати. Пока он ковырялся в мобильнике, в поисках номера тёщи, Верочка сама зашла в квартиру. При виде её Дымок рванул под диван с криками о помощи.

Вера рассказала о случившемся Боре, а он, поразмыслив и поняв что у него рука на животное не поднимется, позвонил и рассказал всё Ване. Добавив от себя, что коньяк теперь тёплый, оливье скис, голяшка сгорела, а последнее блюдо покрыто пластырями от пупка до колена, и ей точно не до любви. Это было худшим возвращением со смены, на памяти Бориса. Он требовал возмездия и немедленно. Где зверь? Под диваном. Шипит, рычит и делает вид, что это он здесь жертва. Не будь он любимцем детей, Борис достал бы его при помощи швабры и шампура, но придётся действовать аккуратнее. Так что пусть Ваня захватит дантиста, сварочные краги, клещи и пулей летит к нему. Помолчав немного, Иван ответил, что он обязательно приедет - друг в беде не бросит, но лучше захватит с собой холодный коньяк, свежих фруктов и буженины.

Самое забавное, что первым кто простил Дымка́, был не осоловевший от коньяка Борис, а пострадавшая от кошачьих когтей Верочка.

«Ах, женщины, какую же боль вы не способны простить?» - думал Иван, закусывая коньяк виноградом и ещё: «Чем Верочка удивит Борю к следующему возвращению»?

Глава 2 Мост поцелуев.

Такой мост есть в любом городе планеты, зачастую и не один, если он там вообще есть. Как выкручиваются люди в городах, где подобные сооружения отсутствуют не понятно, но видимо как-то справляются, раз детские сады ещё востребованы. Собственно, есть мнение, что основным назначением таких мостов как раз и является улучшение демографической обстановки. И если это так, то в Китае кроме фабрик, где клепают всю электронику планеты, строят исключительно мосты.

Каждый молодой человек, желающий намекнуть своей половинке, что хочет он уже далеко не поцелуев, приглашает её на мост поцелуев. А каждая половинка, готовая к чему-то большему чем поцелуи понимает, что нельзя отказываться от приглашения на мост поцелуев. Даже взрослые потрёпанные жизнью циники и те, принимая правила игры, с неохотой, но всё же добровольно, идут на шаг закрепления союза об отношениях, на мост поцелуев, где и решается будут ли эти самые поцелуи.

И каждая пара, созревшая для серьёзного решения, несёт с собой на мост замки́, которые становятся железной печатью на пакте об их намерениях. В зависимости от фантазии и чувства прекрасного, замки́ эти могут иметь различные формы, цвета и размеры. Иногда на них нацарапаны имена договаривающихся сторон, иногда к ним подвязывают разноцветные лены и цветы, иногда они брутальные - как сильная половинка пары. Но чаще всего, они выглядят как два полупопия, у которых внешний контур соединяется в общей точке, что символизирует единение в поиске новых ощущений на эти, теперь уже общие, полупопиия. После навешивания замка́ на перилах моста, пара отправлялась закрепить намерения, а мост, со временем, начинает напоминать барахольщика, возвращающегося с добычей домой.

Был такой мост и в жизни Константина, как раз его он разглядывал в сгущающихся сумерках. Где-то там, на перилах этого моста, висел замо́к повешенный им полгода назад, но в планах Кости было снять его, как только окончательно стемнеет и романтичные парочки разойдутся по домам. А сейчас эти чокнутые бродили, держась за руки и глядя друг на друга щенячьими глазами, не подозревая, что гуляют по месту будущего преступления. Соблюдая меры предосторожности, Костя старался не глядеть в сторону ближайшей стекляшки, соблазнявшей, через прозрачные витрины, большим ассортиментом пива и изображал скучающего бездельника. Но больше всего его смущал наряд полиции, облюбовавший столики открытого кафе по другую сторону площади.

- Помощь нужна? – подсевший мужчина был ровесником Кости и выглядел знакомо.

- Обойдусь, курить я могу и в одиночестве. – огрызнулся Костя.

- Я не об этом. Как ты планируешь это сделать?

- И что же я по-твоему планирую? – нахмурился Костя.

- Я думаю, тебе не даёт спать, висящий на тех перилах замок, - незнакомец ткнул пальцем в сторону моста. – и ты хочешь его снять. Я повидал много таких как ты. Сидите тут набираетесь смелости, чтобы пойти и сорвать символ своей мимолётной слабости, хотя чего уж там я и сам таким был. Сознавайся, что у тебя - кусачки или ножовка?

- Тебе чего от меня надо, гений дедукции? – спросил Костя, ощупывая через материал куртки обломок ножовочного полотна, во внутреннем кармане. – Или ты просто ищешь приключений?

- Да ладно, чего ты заводишься? Тебя, кстати, как зовут? Я Лёха. – он протянул ладонь для рукопожатия.

- Костя. – проигнорировал протянутую руку Константин. – Чего тебе надо, Лёха?

- Каждый крутится, как умеет, Костян. Не знаю, чем ты зарабатываешь, а я вот живу замочками.

Ну, конечно же! Костя вспомнил лицо незнакомца, это у него покупался замок, который висел сейчас на перилах моста.

- Я покупать ничего не собираюсь, у меня уже есть один.

- А я и не продаю новый, я предлагаю вернуть тебе старый. Две сотни и получишь на прокат болторез, пять и я сам срежу, какой покажешь. Сходи, сними его на телефон, и я буду знать, какой именно нужен. Да, и чур замо́к мой.

- Ты обалдел?! Откуда такие цены? Ты что лазером его срезать собираешься?

- Ну, так пойди, срежь сам, - Лёха достал из-под полы болторез и протянул Косте. – цена вопроса - две сотни.

- Без тебя справлюсь, предприниматель хренов. – Константин решительно поднялся и направился к мосту.

- Поспеши, а то полицейский наряд на той стороне уже заждался. Парни в доле, а ты всё не торопишься. Серьёзных проблем, конечно, не будет, но нервы потреплют. Вандализм, знаешь ли не приветствуется законом.

- Лёха, - Костя вернулся на лавочку, - а тебе нравится, когда тебя бьют по лицу?

- А это уже статья посерьёзней. И обойдётся тебе дороже, чем пять сотен. Не важно, что нравится мне, главное – какой бюджет у тебя. И вообще, ты сам подумай, ведь это спрос рождает предложение, не наоборот. Расценки мои не нравятся? Так если б ты и тебе подобные не занимались глупостями, и я не торговал бы замка́ми днём и не срезал бы их ночью. А я за сутки гравирую и реализую больше трёх сотен, ну и металлолом сдаю, мне хватает чтоб не голодать. У меня от берега до берега канат натянут, которым я сильный магнит протягиваю под мостом, так я одних ключей по сто килограмм в месяц отвожу в металлоприёмку.

Костя выслушал речь собеседника и серьёзно задумался над сказанным. Получалось, что куча народа платила одному человеку, за одно удовольствие дважды. Но всё же решил пойти на принцип.

- И чёрт с ним! Пускай висит, зараза! А тебе вот. – И при этом добавил хорошо всем известный жест - согнул левую руку, а правой, постучал левую по бицепсу.

- Ну и правильно, – согласился бизнесмен. – пусть остаётся. Что бы «она» могла похвалится следующему: «Глянь-ка, у моего первого всё ещё висит. Замо́к».

- Не выводи меня гад, я в гневе страшен. - пробурчал Костя и полез за очередной сигаретой. Выглядел он скорее расстроенным, чем злым.

Лёха достал зажигалку прикурил сам и дал прикурить клиенту. Некоторое время они, молча, курили и смотрели на мост.

- Смотри-ка постоянный клиент идёт, - прервал молчание Лёха. – гляди и учись.

Со стороны моста к ним подошёл лысоватый коротышка. И тут же обратился к Лёхе, протягивая телефон.

- На среднем пролёте, почти по центру; в общем, там же где и первые висели.

- Сейчас сделаю. – Лёха глянул в телефон и, доставая на ходу болторез, ушёл к мосту. Коротышка, неловко потоптавшись на месте, последовал за ним. Через некоторое время, со стороны моста, раздался весёлый смех.

- Нет, ты представь себе, Костян, - обратился подошедший к лавочке Лёха. – до чего народ скупой бывает! Скидку ему подавай, недоросль лысая, где он только и находит ценителей свое красоты, уже шестой замок ему срезаю. С него за переработку пора брать, а он скидку просит!

- Ты как в бизнес такой попал? – спросил Константин, вполне искренне. У Лёхи глаза сделались мечтательные и немного грустные.

- Ну, раз уж ты первый, кто поинтересовался, расскажу, как на духу. С этой лавочки всё и началось. – он хлопнул ладонью по деревянной спинке. - Девушка у меня была. И красивая, и умная, и весёлая, но разругались с ней в хлам. Да было бы из-за чего…, но разговор не об этом, мы уж и заявление собирались в ЗАГС отнести, и замочек на мосту повесили, и проведать его приходили каждый вечер. Веришь? Но, не срослось. Я с расстройства принял тогда на грудь, дождался вечера и пошёл снимать символ нашей вечной любви. Взял ножовку по металлу, ключи то мы по традиции утопили, полотно запасное прихватил, по дороге пивка добавил, и ближе к полуночи взялся за дело, а тут наряд полиции: «Добрый вечер!». А чем молодой человек занят? А про УКа он слышал? А про вандализм? А про неприкосновенность частной и общественной собственности? Так это ваш замо́к? Ну да, видим что написано «Лёха». А ещё видим «Плюс», видим «Света», видим «Любовь». А остальные участники ИП согласны с вашими действиями? Короче они глумились, но я под мухой не сильно и сопротивлялся, себе дороже. Они поржали и отпустили, похлопав по спине: «Не парься дурачок, не ты первый, не ты последний», но ножовку и полотно на всякий случай забрали.

Утром я посвежел, но. То, что я - «не первый и не последний», мне помнилось хорошо. И вечером я решил посмотреть, кто они - эти мои предшественники и последователи. Почему-то все они ждали ночи. Сидел на этой самой лавочке, пил пиво и смотрел на других идиотов, видел, как от скуки глумятся менты, и на следующий день пришёл с болторезом. К первому романтику подошёл не сразу, он возился почти час, растыка! Я сдался первым, и молча перекусил дужку на нужном ему замке, он молча кивнул и ушёл. Ко второму, пришёл на помощь, как только вычислил зачем он явился. Он сказал: «Спасибо», сунул мне пять сотен и тоже удалился, я и отреагировать не успел. Взял деньги, взял на них пиво... и тут меня как молнией ударило! Уже через месяц стал успешным ИП – сейчас у меня восемь таких мостов и почти тридцать человек персонала. По большому счёту, тебе повезло с нашей встречей, теперь я выхожу в поле только от скуки.

- Знаешь, а ты мне нравишься! – Лёха хлопнул в ладоши, не скрывая восторга. – Давай так, показывай замо́к, срубим на раз - за счёт фирмы и абсолютно бесплатно. Или нет, давай я сам угадаю. Константин не самое популярное имя, на этом мосту их четыре: одно слева и три справа. Краснеешь - значит имя на замке́ есть. Ты всё время пялишься на правую сторону – значит справа. А там у нас... - Лёха сделался серьёзным, как судья выносящий смертельный приговор. - Не хочу тебя нервировать друг, но я должен задать этот вопрос: «Её зовут Олеся?».

В ответ Костя громко сглотнутнул и снова полез за сигаретами.

- Ты опоздал часа на три, товарищ. Замо́к «Костя + Олеся» я снял для грустной зеленоглазой брюнетки, в бежевой ветровке. Или как теперь это называется, когда куртка тонкая и мятая?

Лёха одобрительно кивал когда Костя доставал из кармана мобильный и набирал номер.

- Да-да, правильно. Всё верно, ты ей позвони и объясни, что к чему! Какие: «Я сейчас приеду»? Что ты там собрался объяснять? Отпусти меня, я кричать буду!

Говорят, что на одном «мосту поцелуев», однажды, случилась большая любовь, но конечно же врут! Не на одном и не большая, а самая обычная, но один ИП по имени Лёха утверждает, что только на этом мосту любовь началась не с того, как замо́к вешали, а с того, как этот замо́к снимали.

Глава 3 О друзьях и домашних питомцах.

От некоторых ритуалов мы не можем избавиться лишь однажды приобщившись к ним, некоторые становятся неотъемлемой частью после долгих практик, другие приходят в нашу жизнь сами собой. Для Сергея с Вовкой – лучших друзей, таким ритуалом стали пятничные встречи в парке – место, которое облюбовали четвероногие и их питомцы. Так получилось, что этот парк находится на их маршруте дом-работа-дом, правда двигались они всегда в разных направлениях, и только катаклизмы, тяжёлые болезни и сверхурочные могли изменить этот порядок. Как правило, их встречи начинались с пива или портвейна, а заканчивались обсуждением планов на выходные или становились началом этих самых планов.

В какой-то момент времени, Вовка перестал приходить один. То ли под влиянием атмосферы парка в нём проснулся собачник, то ли ему захотелось иметь более надёжного друга, чем Сергей, но теперь, всегда, впереди него в парк летело рыжее неугомонное чудовище по кличке «Румата». Румата или дон Румата Эсторский – кобель боксёра и живая реклама мощных, долгоиграющих батареек. Он всегда был в хорошем настроении и всегда был готов к действию. Его не пугало ни какое ненастье. Он был ярким доказательством поговорки «Движение – это жизнь». Вбегая в парк, первым делом, Румата искал Серёгу, чтобы поздороваться, избежать этого было невозможно, и Сергей просто пытался перехватить его лапы. Иногда у него это даже получалось, но чаще рыжая молния по прозвищу Румата, приземлялась ему на колени и лезла целоваться, размахивая красным слюнявым языком.

В один из таких пятничных, погожих, осенних вечеров, когда благородный потомок из дома Румат Эсторских уже успел поприветствовать Сергея и помчался здороваться со своими многочисленными друзьями, а Сергей остался отряхивать колени всё и случилось.

- Здоро́во, хрон. - Вовка поставил, звенящий стеклом, пакет на скамейку, - Пива хочешь? - и протянул руку.

Сергей отмахнулся и изобразил самое злое лицо, на какое способен:

- Купить хочешь? Нет старик, я так дёшево не продаюсь. Буду приносить сменку и сдавать тебе в стирку штаны.

- Давно пора. Чего так долго терпел? Это сколько же за два года у тебя порошка ушло на постирушки? – очень серьёзно спросил Вовка. – А если пиво будет тёмным, мы в расчёте?

- Ладно, чертяка, давай своё тёмное. – проявил Сергей милосердие.

- А где, кстати, рецидивист? – И Вован заорал во всю силу своих могучих лёгких. – Румата, фартук!

Вот и пожалуйста, ещё один ритуал. С первых прогулок по парку молодой боксёрчик ходил гулять с манишкой, закреплённой на ошейнике, на которой было написано: «Не кормите меня, вам только кажется, что я голоден». Всё потому, что Вовка очень серьёзно относился к диете своего питомца и точно знал, что не всё что суют в пасть собаке, чуткие прохожие, для неё полезно. А гоняться за щенком боксёра два часа по парку, у него не хватало энергии. Нужно было просто ждать, когда Румата хоть немного устанет и брать его тёпленьким. Чаще всего, пёс возвращался без манишки, но иногда приносил шикарные советы по питанию и воспитанию, иногда обидные прозвища для хозяина, а иногда и то и другое. Что-то вроде: «Балбес, я всегда голоден, даже после еды». Эти манишки Вовка коллекционировал. И когда он орал: «Румата, фартук!»…

- Чёрт! Вован, опять?! Я серьёзно тебе говорю, будешь меня обстирывать. И зачем ты её цепляешь? - Сергей вырвал из рук друга манишку и порвал пополам. – Свою функцию она уже выполнила.

Примерно полгода назад на фартуке был номер телефона, и будучи в хорошем настроении Вовка по нему позвонил. Ему ответил милый женский голос. А потом было свидание и было несколько пропущенных пятниц.

- В этот раз ты не отделаешься пивом, тут делом пахнет вискарём!

- Я как в воду глядел. Посмотри в пакет. – Вовка достал из кармана новую манишку. – Коллекция должна расти! А может он и тебе номерок принесёт, как думаешь?

В пакете кроме пива, солёного арахиса, и колы лежала бутылка ирландского виски и несколько пластиковых стаканчиков.

- Что за повод?

- Мы съезжаемся. – Вовка развёл руками.

- Не спеши, я ещё не дал согласия.

- О, я польщён что ты рассматривал такой вариант. Только когда я говорю: «Мы», это значит - мы с Викой.

- И ты празднуешь это со мной в парке? Круто. Предлагаю и свадьбу провести здесь и в том же составе.

- Сегодня она пакует вещи, завтра я за тобой заеду, поможешь всё перетаскать. И не закатывай глаза, мебели не будет, только бытовуха и тряпки. Вечером с нас поляна. – он наконец нацепил фартук на пса. – Давай малыш, принеси мне чего-нибудь новенького.

Размахивая хвостом и раскидывая во все стороны разноцветные опавшие листья, Румата рванул к друзьям. В парке его хорошо знали и любили, а через него знали и Вовку с Сергеем. Иногда, другие собачники подсаживались, чтобы поболтать или попить пива, знакомились, делились опытом и номерами телефонов.

- Извините, что прерываю, у вас есть минутка?

Вопрос задавала девушка, и он явно был адресован не Сергею. Девушка была очень красивой, - лет двадцати, стройная невысокая шатенка с зелёными глазами. В белой дутой куртке, синих джинсах в обтяжку и белых полуботинках на низкой подошве. В руке она держала маленький прямоугольный клочок бумаги, визитку. Было немного неловко сидеть перед ней с пластиковыми стаканчиками, в которых плескался виски с колой, и поэтому друзья выпили.

- Обычно я не даю автографов, но для вас я готов сделать исключение. – Вовка сделал вид, что ищет по карманам ручку. – У вас есть чем расписаться?

- О, - это юмор? Тогда ха-ха-ха. – она очень искренне выразила насмешку. - Я частенько хожу через этот, парк и обращала внимание на вашего питомца, а на днях узнала, что мои друзья ищут хорошую пару для вязки своей рыжей сучки. Не хотите рассмотреть этот вариант?

- Интересное предложение. Но пусть он сам вам ответит, он вполне сносно владеет речью. – Вовка усмехнулся и ткнул Сергея в плечо.

И тот решил не упускать шанс, поэтому решительно встал и поклонился:

- Богатой родословной похвалиться не могу, но, по слухам, среди моих предков были и медалисты. Здоров, ухожен, привит, кличка – «Серый». И я с удовольствием рассмотрю ваше предложение.

Она склонила голову к левому плечу и сощурила глаза, видно было, как фонтан желчи готовится ударить в небо. И он ударил.

- Староват, неправильное питание, - она красноречиво посмотрела на пакет. – наверняка не знает элементарных команд, я думаю даже к туалету не приучен. Боюсь помёт будет плохим, не сто́ит и затеваться.

- Да ладно, вы рассуждаете как дилетант, - возмутился Вовка. - дайте шанс этому псу, у него между прочим подготовка в защитно-караульной службе. Опять же, хорошо ходит в упряжке, да и на зверя с ним можно идти смело – голодными не останетесь.

- Сильно сомневаюсь, кроме того, есть более перспективный объект для вязки.

Не говоря больше не слова она удалилась, на прощание покачав бёдрами.

- Эй, заводчица, вы про визитку забыли! – крикнул ей в след Вовка.

Она, не оборачиваясь, наклонилась и положила бумажку на соседней скамейке.

- Наливай, я сейчас. – Вовка ушёл за визиткой, а когда вернулся, потрепал Сергея по плечу. – Ты в себе не сомневайся, она это не со зла. Может день не задался, а может ещё чего. А может она испугалась тебя? – и заржал как конь.

- Ты пить будешь, животное?

- А за чем бы я просил налить?

- Думаешь ему уже пора? – спросил Сергей, глядя на визитку.

- Наверняка. Да и тебе тоже. – и сунул её в нагрудный карман друга.

- Шутишь?

- Давай так, придёшь домой и выкинешь её в мусор, договорились?

Уже срывался первый снег, и зима готовилась вступить в свои права. Была пятница, и недостатка свободных скамеек в парке не было, у одной из них Сергей разглядел Вовку, стоящего в обнимку с Викой. Вокруг них нарезал круги Румата.

- Ну где ты ходишь? Мы здесь всё себе уже проморозили! – набросилась на Сергея пара, а пёс просто испачкал брюки. Опять!

- С меня хватит, - возмутился Серёга, обращаясь к Вике. – у этих двоих нет ни стыда, ни совести, но ты-то взрослый, серьёзный человек объясни им наконец, что это совсем не смешно!

- Серёжа, высохнет отвалится, пойдём в машину, нас уже ждут.

- Они и тебя испортили. – безнадёжно махнул Сергей рукой.

Дверь в квартиру им открыла невысокая фигуристая шатенка с зелёными глазами - Ольга. Поцеловала Сергея в щёку и пропустила всех внутрь. На свету, оглядев вошедших, она начала отчитывать Серёгу.

- Серый! Ну, когда ты научишься гулять? Быстро в ванную, мыть лапы.

- Это не я, это он. – ткнул Сергей пальцем в Румату, и тот немедленно облизал направленный на него палец.

- Не валите друг на друга. Оба марш в ванную. И вытритесь насухо!

- Значит, выкинул визитку, да Серёга? – спросил друга в спину Вовка.

Визит в эту квартиру был не случаен - это были смотрины. Первый официальный помёт Руматы, три девочки и два мальчика. Один из которых, должен был переехать к Сергею с Ольгой ещё до нового года. Милая супружеская пара, живущая здесь, проводила их к манежу, по которому, неуклюже перебирая лапами, ползала пятёрка рыжих малышей.

- Который из них наш? – спросил Сергей.

- Тот, что с белым пятнышком на кончике хвоста.

- Поздравляю дружище, он рыженький в маму! - Вовка приобнял Сергея за плечи. - Как назовёте первенца?

- Рэдрик Шухарт.

- Значит Рыжий Рэд, что ж не так благородно, как дон Румата, но тоже не плохо. Эй Рыжий, ну-ка погляди на нас, всё-таки не чужие, хоть и люди.

Глава 4 Учитель - это всё ещё звучит гордо!

Одной из первых, кто поздравил Танечку с окончанием «педа», была соседка Нина Тихоновна, встретившая её у подъезда.

- И куда ты теперь, Танечка?

- Ой, я даже и не знаю, Нина Тихоновна, с вакансиями по специальности сейчас туго. Сейчас, говорят, хорошо с вакансиями в интимной сфере. - и задумчиво добавила. - Прямо и не знаю, может попробовать?

Соседка нахмурила брови и, как будто соглашаясь с чем-то, кивнула:

- Да, расслабился нынче мужик, не хочет брать на себя серьёзную ответственность, ради минутных удовольствий. Зачем строить дом, тянуть семью и растить детей, если можно просто позвонить и получить желаемое. Ты вот что, Таня, если решишься заняться этим делом, ты предлагай клиентам и гастрономические услуги. Будем работать в паре. Я кулинарный заканчивала и по специальности двадцать лет тружусь, я из стакана муки и головки лука могу накрыть стол на восемь блюд! Мужики после интима горазды пожрать, уж нам ли бабам этого не знать? А хороший ужин половина успеха. Доходы пополам.

- В интимных услугах главное слово - это интим, Нина Тихоновна, а он весь будет на мне, в прямом смысле этого слова. Так что, больше десяти процентов я вам предложить не могу.

- Э, не скажи! – соседка лукаво прищурилась. – Интим мы все умеем, а приготовить нормальный ужин не каждая. Да, и какой мужик попадётся, иной так истоскуется по нормальной кухне, за порцией гречневой каши с подливой и домашней котлетой, выскочит из спальни и забудет, зачем тебя звал. Шестьдесят на сорок?

- Да, но брюхо набьёт и куда вернётся? И ещё неизвестно, что он там на сытый желудок возжелает, а отдуваться мне. Пятнадцать процентов моё последнее слово.

- Дурёха ты Татьяна – молодая и зелёная. Ты только представь себе, - это ж новое слово в предоставлении подобных услуг! Тут тебе сразу «и секс, и кекс». Меньше чем на двадцать пять, я не согласная.

Ни одна из них и не помнит, как долго они, таким образом, вели спор, и когда он начал перерастать в бизнес-план, а к двум первым услугам уже добавились: уборка, стирка и глажка, но их неожиданно и грубо прервали. Мужской голос раздался с балкона второго этажа:

- Пока вы не перешли к оформлению ИП, поспешу ввести вас в курс дел на данном поприще. Предложенный вами проект, давно самореализовался, используется повсеместно и не терпит конкуренции. Содержанок - пруд пруди. И если уж вам, милая Татьяна, - молодой мужик на балконе похотливо оскалился. - не терпится предоставить кому-то интимные услуги, можете подниматься в двадцатую квартиру. И нет, Нина Тихоновна, готовлю я и сам не плохо, севера научили. И стол у меня уже накрыт. Праздничный. Осталось только дождаться супругу с хлебом, она, после получения диплома, обещала в магазин заскочить.

- Можете мне приготовить пожрать. - раздался голос с другого балкона. Там появился мужик, кособокий, держащийся за поясницу. – Вообще-то у меня жена кулинар, да мне вам ли рассказывать об этом, Нина Тихоновна? Вы ж с ней хорошо знакомы. Так вот, она вышла на пятнадцать минут в аптеку, за мазью для спины и пропала с концами, а я болен и голоден. Так что, если вы горите желанием осчастливить какого-нибудь бедолагу хорошим обедом, добро пожаловать в тридцать седьмую.

Мужики кивнули друг другу, в знак солидарности, и вернулись в квартиры, а женщины грустно глядели им в след.

- Вот так, Нина Тихоновна, и зарубили на корню наши с вами деловые амбиции. – нарушила тишину Танечка. – Нет нам места на этом празднике жизни.

- Ничего, будет он и на нашей улице этот праздник. Когда-нибудь мы их победим. – Нина Тихоновна решительно сжала кулаки, и упаковка мази в её руке громко хрустнула.

- Не дай Бох! – с ужасом в глазах произнесла Татьяна. – Вы что хотите вместо этих двоих по северам и шахтам? Я таких побед не хочу.

- Этих двоих мы уже давно победили, разбили по всем фронтам, и взяли в плен. Однажды мы победим других! Тех, кому содержанки нужней, чем учителя. Ты главное помни, Танечка, учитель - это всё ещё звучит гордо.

Они многозначительно переглянулись и разошлись по домам.

Пройдёт всего полгода, и муж Татьяны, откуда-то из заполярья, будет поздравлять её с наступающим новым годом, а сама Татьяна вернётся домой с большой охапкой цветов. Она подарит букет тюльпанов сидящей у подъезда Нине Тихоновне и пойдёт домой. А вечером, когда в одиночестве будет пить чай на кухне и вносить правки в учебный план, поймёт, что очень хочет воспитать людей, которые однажды победят тех других, о которых говорила Нина Тихоновна. Победят, раз и навсегда.

Глава 5 Смайл.

В жизни каждого холостяка, однажды, наступает такой период, когда даже лучшие друзья перестают тихо завидовать и начинают откровенно ненавидеть его свободу. Об их жёнах и подругах нет смысла и вспоминать, они сами не дадут о себе забыть, если что. Но если дружеские упрёки ограничиваются безобидным пятничным, под пиво: «Гад! Ты, когда перестанешь нас дразнить?», то их боевые подруги не сдерживают себя в высказываниях и прямо заявляют: «Прекрати учить наших мальчиков плохому. Хочешь, с ними гулять? Заведи подругу», не понимая, что в подобном размене просто нет смысла. Что поменяется, если тебя самого перестанут выпускать погулять?

Но в целом, Максу в этом плане повезло. Чаще всего его не воспринимали, как расшатывателя основ семейной жизни. Может из-за его возвышенно-одухотворённой натуры, а может из-за по-детски наивного и вечно небритого лица, я не знаю. Но и полностью избежать попыток наставить его на праведный путь, Максу не удалось.

Ринат – друг и коллега больше всех боялся, что старость Макс встретит счастливым холостяком и считал своим личным долгом, испортить Максову беспечную жизнь удачным браком, а Макс и не сильно сопротивлялся. В конце концов, Ринат трижды был женат и все три раза счастливо, как с таким спорить? Поэтому когда тот говорил: «В субботу у меня. Познакомлю с богиней. С тебя обаяние и вино», Макс лишь уточнял, сколько и какого.

В тот день ни обаяния, ни вина от Макса не требовали, требовали только присутствия. Младшая сестрёнка Рината объявила о помолвке. Привезла баранину, домашнее красное, будущего мужа и хорошенькую подругу - само существование которой, доказывало, что татары приходили на Русь не за данью, а чтобы добавить в копилку наших красавиц чёрных, слегка прищуренных, глаз. И лично ей подарили красивое восточное имя Алия.

Отмечали на природе. Макс был весел и беспечен как бог. Он пел ей песни под гитару и осыпал комплементами. Он бросал ей под ноги золото осенних листьев, обещая, что остальное золото мира, да и сам мир бросит туда же, но позже. Он отдавал ей самые сочные куски мяса, не забывая наполнять её бокал. В итоге, го осадные орудия пробили брешь в стене хрупкой девичьей обороны, и она сдалась.Снимая очередную порцию шашлыка, он почувствовал её дыхание возле своего уха, настолько горячее, что жар мангала показался ему легким, освежающим бризом: «Сбежим»? И они сбежали.

В машине они молчали, томимые страстью, и лишь изредка бросали друг на друга нетерпеливые взгляды. Он гнал, как сумасшедший, оставив далеко позади всех мировых чемпионов, всех существующих формул, мысленно показывая им неприличные жесты и плюя на их капоты. Он представлял, как уходит от погони злобных мигалок, посягнувших на их с Алией страсть, прощаясь с правами, машиной и даже свободой. Когда они заходили в подъезд, между ними уже не искры проскакивали, а натурально били молнии.

В квартире с неё пали последние барьеры и верхняя одежда.

И вот тут сразу следует пояснить, что ханжой Макс никогда не был и к татуировкам относился нормально. Он и сам подумывал о подобном украшении, но не мог определиться, что будет лучше говорить о нём как о личности: «За ВДВ» или «A(II)Rh+». Если человек хочет увековечить на своём теле память о каком-то событии или подчеркнуть свою индивидуальность, почему нет? Пусть это даже будет некий вызов миру! Но то, что он увидел на теле прекрасной богини, был не какой-то там жалкий вызов - это было объявление войны, ультимативное и бескомпромиссное. От ключиц и почти до колен, она была покрыта затейливыми разноцветными узорами, в которых угадывались цветы, бабочки и причудливые зверушки, вроде пегасов и драконов. Но и это не стало бы проблемой, не будь поверх всей этой живописи белья, самого непорочного цвета в мире – белого.

А теперь закройте глаза и постарайтесь представьте себе, как это виделось Максу. Перед ним стояло пасхальное яйцо, на котором кто-то, шутки ради, широкой кистью нарисовал яркий жирный смайл. Двумя выпуклыми белыми глазами тот смотрел Максу прямо в душу и улыбался. Будь Макс человеком суеверным, непременно упал бы на колени и начал молиться, он же просто застыл, потеряв дар речи.

«Нравится?» - спросила она улыбаясь, по-своему оценив его взгляд и молчание. И вот тут-то бы ему и промолчать, кивнуть или на худой конец ограничиться коротким «да», но его фантазия уже не могла остановиться. Поскольку Макс был абсолютно уверен, что даже нарисованные персонажи должны общаться при помощи ртов, (а смайл и губой не пошевелил) он наклонился так, чтобы их со смайлом глаза оказались на одном уровне и спросил «Откуда ты это сказал?» Её реакция не заставила себя ждать. Голосом, не предвещающим ничего хорошего, она уточнила: «Ты с кем сейчас разговариваешь, мудак?» и, уперев руки в бёдра, добавила смайлу два огромных белых уха. Фантазия Макса прорвала плотину и разлилась широким шумным потоком, заглушая голос разума и зов плоти. «Если смайл покажет мне сейчас язык, я уверую в потустороннее» - подумал он, а вслух сказал: «А дай глянуть, на спине есть купола?»

Богиня поняла, что момент упущен и любви, скорее всего, не будет, и перешла в атаку:

- Да, что с тобой не так, придурок? – она скрестила руки на груди, от чего смайл подозрительно прищурился.

- Да, всё! Числу моих недостатков нет предела, я ими не горжусь, но и не скрываю. Но я никогда в жизни не засыпал в тату салоне, с безлимитной кредиткой.

- Мужлан!

- Комикс! Плохой! Вот, что этот единорог говорит, вон тому дракону? – Макс ткнул пальцем в указанных персонажей. - У них ведь явно идёт диалог! И как это повлияет на сюжет?

- Ханжа!

- Раскраска! Незаконченная! Вон ещё, сколько места не закрашено.

- Тёмный, дикий плебей!

- Пасхальное яйцо! Где твой друг кулич? Остался в духовке, доходить до…

Макс утверждает, что эта прелюдия могла перерасти в самое пылкое соитие в его жизни, а может и в истории человечества, но всё испортила смачная и очень звонкая плюха, оборвавшая его реплику на самом интересном месте. Не то чтобы раньше он не получал пощёчин, было дело чего уж скрывать, но при этом резком движении у богини оголилась одна грудь и теперь смайл издевательски ему подмигивал.

Он вызвал ей такси и проводил до автомобиля. Через полчаса ему позвонил Ринат и долго, постоянно перебиваясь с русского на татарский, объяснял Максу, что тот дурак, и что он, Ринат, умывает руки. А в прошлом августе Макс женится. У его невесты набита - милая, маленькая розочка, на левом запястье. Макс же так до сих пор и не определился, что будет лучше говорить о нём как о личности: «За ВДВ» или «A(II)Rh+».

Глава 6 Ира и Митя.

В тот новогодний вечер, когда эти двое познакомились, купидон был в ударе! Он не стал заморачиваться с луком и стрелами, с криком: «Да, какого Зевса?», - бахнул шрапнелью из крупного калибра по окнам кухни, где они столкнулись, и полетел дальше. У этой пары не было ни шанса! Шрапнель летела так плотно, что ни одна часть тела не избежала попадания. Больше всех, как водится, пострадали сердца, но и головам досталось изрядно. Пока Ира и Митя буравили друг друга взглядом, тараканы через свежие отверстия, появившиеся в черепушках этой пары, перемигивались и посылали воздушные поцелуи новым знакомым.

- Ты что делаешь?! – Митя выглядел возмущенным.

- Ой, да ладно! – Ира продолжила выливать содержимое миниатюрной бутылки в кувшин с компотом. – Знаю я, что сейчас начнётся: «до нового года ещё три часа», «ещё рано», «мы ещё на ёлку собирались», нужно расшевелить девочек, а мальчики… А мальчики и так не компоты пьют.

- Нет! Так дело не пойдёт! – зловеще прошептал Митя. - Одной маленькой бутылочки на два литра компота – это очень мало! Я постою у двери, а ты плесни в кувшин ещё полстакана.

Нужно ли говорить, что это была любовь с первого взгляда? И я сейчас не про тараканов, хотя и про них тоже, но это та самая пара, брак которой заключился на небесах. И в доказательство нужно сказать, что следующий новый год они встретили уже супругами.

Да, и разве могло быть иначе? Психически и эмоционально они был близнецами. Отставить. Не близнецами, а двойняшками. Уверен, что если найдётся психиатр, который рискнёт заняться этой парой, он закончит дни пациентом заведения в котором врачевал. Потому что, пока другие девочки и мальчики искали себе пару среди умных, красивых и весёлых, эти двое для союза искали свою, немного чокнутую, копию.

Съехались они ещё до весны и тут же начали атаку на окружающих. Первыми, кто получил психологические травмы от встречи с этой пары, стали таксисты. Нужно сказать, что Ира и Митя были и остаются очень бережливыми и экономными людьми. Раз месяц они едут по магазинам и затариваются всем необходимым, не тратя до следующей зарплаты ни копейки на продукты и прочие расходники. И что характерно, эта система работает, среди своих друзей они первыми обзавелись своим жильём, например.

Митя тогда ездил на старенькой «Ниве», которая всеми издаваемыми звуками буквально умоляла прокапиталить её или сдать, наконец, в металлолом, но на первое Мите было жалко денег, а на второе не поднималась рука. Свистя, скрипя и гремя «Нива» подъезжала к хозяйственному, и Митя шёл затариваться по списку, а Ира, с другим списком, шла за угол, где затаривалась в продовольственном. Митя заканчивал первым кидал покупки в багажник и ждал смс от Иры, после чего переезжал, чтобы забрать её. А делали они так потому, что у продовольственного было сложно припарковаться, в том числе из-за занимавших немало места таксистов.

Выйдя из магазина с огромными пакетами, Ира тут же получала предложение с комфортом доехать до дома на такси, но услышав цену, начинала яростно торговаться. И в тот момент, когда таксист уже решал что побеждает, появлялся Митя на своём чудовище. Он выходил из машины, прислушивался к разговору Иры с таксистом, а потом предлагал подвезти её и даже помочь с пакетами. Таксист говорил, что здесь очередь и предлагал Мите убраться. На что Митя говорил, что он мол, не «бомбила» и готов подвезти красивую женщину просто так. Ира придирчиво оглядывала Митю, соглашалась, а потом игриво спрашивала, что он предпочитает чай или кофе, у неё в пакетах есть и то и другое. Таксист в этот момент уже готов был ехать себе в убыток, но Ира уезжала с Митей. Со временем их стали узнавать, но нет-нет, да и попадался на этот трюк какой-нибудь новичок.

Следующими их жертвами стали соседи. Первым жильём, которое снимали Ира и Митя, был самый дешёвый вариант на первом этаже «хрущёвки». Где звукоизоляцией выступал лишь толстый слой штукатурки на стенах. И каждый раз, когда Митя возвращался с работы, а Ира была дома, на тихий вопрос Мити: «Что у нас на ужин?», Ира устраивала громкую истерику, кидаясь фразами «сколько можно?», «каждый божий день, одно и то же!», «и когда ты уже нажрёшься?». От чего соседи очень быстро пришли к выводу, что Митя беспробудно пьёт! А Иру, конечно же, жалели. Однажды, когда после очередного, особенно громкого выступления, Ира вышла выносить мусор, соседки набрались-таки храбрости и, перехватив её у подъезда, начали как водится с погоды, а потом плавно перешли на мужей-алкашей.

Ира внимательно выслушала жалобы соседок, сочувственно покивала головой, а под конец выдала, что лучше бы и её пил. А то, как не переступит порог квартиры, так сразу требует жрать! Со слов Иры, её тогда спасло только то, что на улице было светло, если бы дело происходило на ночь глядя, её тело ещё долго искали бы с собаками. И лишь соседка по площадке - Лариса, оценила шутку и предложила заскакивать в гости, когда будет время. И Митя с Ирой заскакивали. Заскакивая, познакомились с мужем Ларисы – Семёном (вот он выпить любил), и подружились семьями.

Но это уже другая история.

Глава 7 Ира, Митя и Семён.

Чаще всего, когда о ком-то говорят, что они нашли друг друга, забывают уточнить, что этих «друг другов», скорее всего, никто и не терял.

Немного воды утекло с тех пор как Ира и Митя впервые пересеклись на новогодней кухне. За окнами снова была зима, и снова надвигались праздники. Люди жили в предвкушении нарядных ёлок, мандаринов и шампанского. Ира с Митей тоже ждали нового года, а вот новогоднее настроение не покидало их круглый год. Ира, к тому времени, устроилась на работу по специальности и как-то вечером, как раз торопилась на ночную смену в больницу. Перед уходом она обошла квартиру, проверила: свет, газ, воду, окна и, конечно же, утюг. Схватила сумку, пакет с ужином, ключи от дома и вышла в подъезд.

В подъезде, под распределительным щитком, на холодном бетонном полу, беспокойно похрапывал сосед Семён. Опять. Такое с ним случалось не реже раза в месяц. Он не мог попасть в квартиру, а его жена, Лариса, из принципа не реагировала на шум за дверью. Ира, оценив температуру воздуха, как не подходящую для ночлега на каменном полу, решительно направилась к соседской двери и с криком: «Лариска, дура, открой, он же здесь всё себе застудит, потом сама жалеть будешь», принялась стучать по двери ладонью. Ответа не последовало, и она решила позвонить подруге по телефону, достала его, но тут на шум в подъезде вышел сосед из тридцать второй.

Он поздоровался, быстро оценил обстановку, профессионально обыскал Сеню и, не найдя ключей, предложил сдать Семёна коллегам, - ночь поспит в КПЗ, что станет ему уроком, а Лариска - вечерок от него отдохнёт. Но этот план Ира отмела, потому что не хотелось ей, чтобы друзья перестали здороваться и отворачивались при встрече. К тому же этот план, шёл вразрез с её планом, только что рождённым и коварным, как весь род Борджиа вместе взятый. А звёзды сами складывались так, чтобы воплотить её авантюру в жизнь. «Заносим» - приказала она. Сосед из тридцать второй стал враспор собственной двери и твёрдо заявил, что у него дети, а такой пример для подражания им на пользу не пойдёт. Ира открыла дверь в их с Митей квартиру, показывая, куда нужно заносить Семёна, и хороший отец, подхватив Сеню под мышки, поволок его внутрь.

Семёна разули, сняли верхнюю одежду, положили на диван и накрыли пледом. Сосед из тридцать второй тут же перечислил все нехорошие вещи, которые некоторые люди делают в бессознательном состоянии, и спросил не жалко ли Ире дивана. Та ответила, что Сеня и в подъезде не позволял себе ничего из перечисленного, и она не верит, что он способен на это в гостях. Но, на всякий случай, принесла с балкона тазик, и рядом с тазиком поставила полторашку воды. Заперев дверь в квартиру, Ира посмотрела на часы, до возвращения Мити со смены оставалось не меньше трёх часов, и побежала на работу.

Митя задержался на смене и когда возвращался домой, была почти полночь. Поднявшись на площадку, он сразу почувствовал тревогу. Громкий храп, доносившийся из-за двери его квартиры, подсказывал ему, что в доме находится посторонний и это явно мужик. Или медведь. Или самка гоблина. Женщина так храпеть просто не способна. Борясь с эмоциями, Митя очень тихо открыл дверь ключом и на цыпочках вошёл в квартиру. Неприятных предчувствий добавили висящая в прихожей мужская куртка и стоящие под ней мужские сапоги. Сняв с крючка длинную, почти метровую обувную ложку, и перехватив её как меч, Митя начал обход квартиры. На кухне никого не было, в спальне тоже, а вот в зале был. В зале был - жуткий храп, невыносимый запах перегара и виновником всего этого было тело, спящее на диване, завернувшись в любимый Митин плед!

«Убью!» - подумал Митя, включая свет. Тело на диване отреагировало почти мгновенно и попросило у какой-то заразы темноты и покоя. Попросило голосом соседа – Семёна. А увидев тазик и воду, Митя сразу понял что происходит. Выключив свет, он вернул на место обувную ложку и пошёл на кухню. Почему Ира не предупредила его, он понимал. И шутку оценил. Но, сам звонить не спешил, потому что у него тоже зрел коварный план.

Определившись с интонациями и легендой Митя, наконец, набрал Иру. Та изнывала в ожидании его звонка, но когда он наконец позвонил, как ни в чём не бывало, спросила:

- Да дорогой?

- Не спишь? – мрачно спросил Митя

- Я на дежурстве никогда не сплю. – укоризненно, ответила Ира.

- Вот и хорошо, успеешь придумать, что мне делать с телом.

- С каким телом, - спросила Ира, и, прикрыв микрофон ладонью, гнусно захихикала. – ты, что бабу приволок пока меня нет?

- С телом которое я нашёл у нас на диване. – ещё мрачнее произнёс Митя.

- Ах, с этим телом. – Ира уже не скрывалась и не прикрывала микрофон. Она тихонько смеялась, стараясь не разбудить гостей терапевтического отделения больницы. - Верни его соседке.

- Боюсь не примет она его назад, – Митя добавил в голос ярости. - в таком состоянии.

- Да, ладно. – Ира посмотрела на часы. – Он уже шесть часов отсыпается. Должен был хоть немного прийти в себя.

- С такой травмой, он вряд ли когда-нибудь и куда-нибудь придёт. – теперь уже Митя гнусно хихикал, прикрыв микрофон рукой.

- Что случилось? – настала Ирина очередь беспокоиться.

- Возвращаюсь со смены домой, в прихожей чужие шмотки. Какой-то мужик на кухне жрёт борщ из кастрюли. Я на балкон. Проскочил незаметно, взял там гантели, вернулся на кухню и врезал ему по черепу. Раз, с правой. Раз, с левой. И теперь Сеня лежит у нас на кухне без дыхания и пульса.

Иру тут же отпустило. «Гантели он взял, на балконе, ага» - думала Ира: «Те гантели, с осени служат противовесом на гаражных воротах у моего отца. Сама их отдавала».

- Чёрт! – сказала она. - Тогда у нас проблемы. Есть свидетель. Заносить Сеню помогал сосед из тридцать второй.

- Это, как раз не проблема. Скажу, что вернулся со смены и выгнал Семёна на мороз, куда он потом девался, я не представляю. А вот что делать с его реальным трупом на кухне – вот это действительно проблема.

- Ты только не паникуй, - сказала Ира. – неси его в ванную. Приготовь пакеты для мусора и ножовку по металлу. Но в первую очередь нужно выпустить из трупа кровь. Возьми нож и сделай ему надрезы на…

- Ты, совсем охренела? – возмущённо завопил Митя в телефон. – Нам потом в ней ещё купаться!

После того как перестали смеяться, они обсудили смену Мити, дежурство Иры и снова вернулись к Семёну. Оставлять его или нет, вопрос не стоял. Искалось решение, как сделать эту ночёвку первой и последней в его жизни. И когда оно нашлось, они пожелали друг другу спокойной ночи и прервали звонок. Ира отправилась на обход. Ну, а Митя достал из холодильника сало, колбасу, и взял в руки самый большой нож на кухне. Тело по-прежнему лежало на диване и храпело. Ни тазик, ни бутылка с водой его не интересовали, и Митя убрал их в сторону. После чего включил свет, навис над соседом с ножом и закричал: «Спишь, зараза? А-а-а! Резать буду»!

Сеня мигом проснулся, но не сразу смог понять, чем так рассержен Митя, и какого чёрта он, вообще, делает в его, Семёновой, квартире? Сперва, Сеня хотел возмутиться, по поводу неожиданного и неприятного пробуждения. Потом увидел перекошенное от злости лицо Мити и нож в его руке. А когда до него дошло, что это не его, а Митина квартира, то начал догадываться и о сути претензий соседа. «Резать буду!» - кричал Митя, размахивал ножом и скакал вдоль дивана. А Сёмён молился и клялся и про себя и вслух, что он никогда и ни за что…

И тут начали барабанить в дверь. Звукоизоляция в «панельке» никуда не годная. Поэтому спектакль одного актёра слышала и Лариса, и сосед из тридцать второй, и ещё полдома. Митя моментально успокоился и пошёл открывать.

- Где он? – с порога закричала Лариса, глядя на нож в руке Мити испуганными глазами.

- На диване. – спокойно ответил Митя и пошёл на кухню.

Вслед за Митей на кухню пошёл сосед из тридцать второй и спросил, кого Митя собирался резать, если, судя по ссоре, которая разгоралась в соседней комнате, Сеня был жив-здоров, и угрозой для него был не Митя, а Лариса. Митя пожал плечами и сказал, что звонила жена, предупредила о новом иждивенце и просила покормить, когда тот проснётся. А Митя лишь спрашивал у того, что резать на ужин сало или колбасу? Но иждивенец видимо, глух, пришлось кричать. Сосед из тридцать второй сказал: «Ну-ну». Лариса сказала, что Ира с Митей - психи. А Сеня ничего не сказал, ушёл молча, босиком и без куртки. Две недели соседи не разговаривали друг с другом. А потом, Сеня с Ларисой неожиданно нагрянули в гости, извинились за прошлый раз и предложили снова дружить семьями. На что Митя с Ирой сказали, что они и не переставали этого делать.

А вот Семён с тех пор, ну, не то чтобы не пьёт, но очень хорошо знает меру. Так что не зря старались соседи, искали решение, очень не зря.