Звездатые Пираты

Глава 1

Где-то между территориями Стертых Границ и Вакуумом Никогдаземья, ржавая парящая баржа пыталась миновать энергетическую бурю, чьи вихри сияли голубым неоном. Палубу то и дело заливало чернильными каплями, а в громоотводы медных мачт ударяли ледяные молнии. Но даже такая непогода не мешала капитану Инвару заниматься любимыми делами: казнить захваченных в пылу разбоя существ и обещать горы богатой добычи своей команде головорезов.

Инвар – в прошлом знаменитый палач, которому за свою короткую карьеру довелось обезглавить более тысячи противников учения Цезия – уже просто не мог представить себе воскресного 27-го часа без жестокого расчленения. Это было, своего рода, кровавое хобби капитана. Ему не было важно, какое существо попадает под клинок – догматами своего развлечения этот религиозный фанатик считал лишь наличие головы у жертвы и полное отсутствие попыток к сопротивлению.

Со временем, даже сильнейшие психотропные вещества школы Цезия не могли вернуть палача в адекватное состояние. Инвар окончательно сошел с ума, собрал команду таких же безумцев, угнал дырявую лохань на одной из космических стоянок и принялся пиратить по всей галактике.

Видной личностью банды был Осмий – помешанный на механизмах кибер-псих, который любил взять в аренду с десяток ботов-погрузчиков, и устраивать подпольные бои с их участием. Капитан назначил его главным инженером шайки, которому то и дело приходилось стабилизировать древнюю посудину в сильные магнитные штормы.

На этот раз Осмий довольно быстро справился со своими обязанностями, и решил отправиться на палубу поглазеть на зрелище. Он быстро миновал рупорную, где сидел радиограф Сурьма, исполнявший приказ капитана «подробно телеграфировать школе Цезия каждое-бы событие на борту-бы». Практически на выходе из трюма, инженер застал Молибдена, чьей страстью было молвить цитаты известнейших шизофреников прямиком в глубины Бездны.

— Капитан, мне успешно удалось стабилизировать наш благородный корабль, – доложил Осмий.

— Это, да, ага… Вкусно! – с упоением ответил Инвар, отсекая очередную голову трианскому церберу. – Нам бы ток, это, бурю-бы миновать-бы осталось-бы… Еще хочу!

По приказу капитана, свора матросов, окроплённых неоном бури, выкатила большого плотяного колобка. Потеха продолжалась ровно до того момента, пока на палубу не вышел Сурьма со своим докладом:

— КапитанЬ ИнварЬ, СурЬма вышелЬ вымолвитЬ, что долженЬ увидетЬ развлечение своими глазами, чтобы смочЬ протелеграфироватЬ болЬше деталей, – в этот самый момент залетная стайка блуждающих снежинок залетела ему прямо в широко открытый рот. – Уф, холодно тутЬ, – вымолвил радиограф, превращаясь в ледышку.

— Да, ага, смори, можно. Только не забудь-бы сказать-бы в эфире-бы, что арендовать баржу было дорого… А этот круглый – такой… Тупой! – воскликнул капитан от злости, превратив колобка в стружку, так и не найдя у него головы.

Вскоре буря рассеялась. Вновь окутав баржу, бездна продолжала сиять тысячами звезд на матовом черном фоне. С мачты упал юнга – обледеневший и весь светящийся неоном. Он был не в силах ни пошевелиться, ни ожить впредь. В руках его была рыба с рисунком стрелки, направленной на нос баржи и подписью: «там, это, земля где-то короч».

— Я же говорил, что я смогу не только-бы пообещать, но и привести-бы команду к несметным богатствам! Тащите яркое пойло сюда! – оживленно кричал капитан Инвар.

Вся палуба вмиг залилась переливающимся радугой напитком. В состоянии психоделического опьянения, безумцы не могли различать ни цвета, ни формы, ни предметы, ни расстояние до них.

Баржа отклонилась от курса и зашла на колею странствующих звездных сцепных китов. Никто из шизофреников не был в состоянии предпринять хоть какой-нибудь маневр уклонения. Так приключения шайки Инвара и закончились под колесами состава…