Здравствуй, Алоизий Михалыч

Глава 1. Знакомство.

– Что нужно сделать с суккубом, дабы изгнать его?

– В жопу выеба...

– Отчислен!

Электрический заряд ударил нерадивого студента, тело которого быстро унесли два пузатых низших демона. Ад пополнился ещё одним идиотом.

– Для изгнания суккуба ни в коем случае нельзя спать с ним. Наиболее эффективным вариантом является концентрат полыни и слёз гоблинов, – невозмутимо держу в руках журнал, выбирая, кого завалить.

– Дементий, тащи свиней! – кто-то пошутил с задних рядов. В аудитории раздались смешки. Вот и нашлась жертва.

– Позвольте поинтересоваться, – отрываю взгляд от списка, подхожу поближе к рядам, – кто этот малолетний дебил, который осмелился так тупо шутить во время моей лекции? Не беспокойтесь, отчислять не буду.

Студенты зашептались, не веря моим словам. Но как можно было не верить мне, преподавателю, чьи добрые глаза и улыбка так и располагали к себе? И действительно, лох нашёлся.

– Это был я, Алоизий Михайлович, – с предпоследнего ряда встал двухметровый детина, явно не блещущий интеллектом. Не удивлюсь, если именно из-за этого он и умер.

— Скажите мне, уважаемый, вы откуда родом?

— Из Астрахани, — студент неловко улыбнулся. Поверил.

— Вам там нравилось?

— Да, конечно! Особенно летом: солнце палит, сухо, никаких холодов…

— Так значит, жаркий климат любите? — перебиваю вкрадчивым вопросом.

— Ага, а что? — начал что-то подозревать.

— В таком случае, в аду вам понравится. До свидания!

Студента ударило током. Всё те же демоны быстро зашли в аудиторию и унесли тело. Ещё одно пополнение в аду. Ещё на один шаг я ближе к раю.

— Занятие окончилось, все свободны. И помните, что завтра начнутся экзамены. Удачи!

Через пару минут гул стих — все покинули аудиторию. Эта лекция была последней на сегодня. Внутрь забежали два беса и начали убираться: подметать, мыть доску и прочее.

Я собрал все бумаги в портфель и вышел. Дошёл до стационарного портала, которые использовались как лифты, спустился на первый этаж и покинул Божий Университет.

Учебный день кончился, на улице было полно студентов: кто-то тусовался во дворе, оккупировав курилки, кто-то уходил, возвращаясь в общежития. Отдельной кучкой выделялись преподаватели, заняв несколько скамеек. Я опустил взгляд в пол и поспешно прошёл мимо, не желая с ними разговаривать.

Но не получилось.

— Эй, Лозя! — меня окликнула Наталья Вениаминовна, преподавательница чернокнижия. Одна из немногих, с кем я более-менее близко общался. Как-никак, наши с ней профили близки: демонология и чернокнижие.

— Эй, куда пошёл! — цепкие когти схватили меня за плечо. — Опять собрался весь вечер проторчать у себя и пить в одиночку?

— Ну Наташ…

— Никаких «ну»! Будешь бухать с нами! — с ней спорить бессмысленно. В прошлый раз, когда я пытался отстоять своё право пить в одиночку, на меня наложили немоту, паралич и отнесли в бар, где мне вливали смесь из самогона бесов и вина ангелов через воронку. Ощущения — атас.

Через пару часов преподавательский состав Божьего Университета во главе с Натальей, крепко держащей меня за локоть – дабы не сбежал – сидел в одном из баров, заказывая всё больше и больше напитков. Я, как обычно, заказал себе дьявольского мёда и ангельских крылышек в соевом соусе.

— Слушай, Алоизий, — уже поддатый физрук-демон, почёсывая единственный рог, допил очередной стакан и обратился ко мне, — вот я сюда попал за взятки и кумовство, отрабатывать. А ты как?

— Давай, Лозя, расскажи ещё раз! Ну пожа-а-луйста, — против Наташи я устоять не мог. Ибо чревато для здоровья.

— Ну, раз вы просите. В общем, дело было так…

***

Утро началось как обычно — в мою дверь долбила шизанутая соседка с этажа ниже. Я не спеша подошёл к двери и, всё ещё позёвывая, открыл её:

— Здрасьте, Мария Витальев…

— ВО ИМЯ ОТЦА СЫНА И СВЯТОГО ДУХА, ИСЧЕЗНИ, ПАДЛА!!! — в лицо мне сунули крест.

Неловкое молчание, прерываемое пыхтением бабки. Через пару минут, видя, что я не тороплюсь исчезать, Мария Витальевна убрала крест и недоверчиво спросила:

— А чегой-то не исчезаешь? — прищуренный взгляд.

— А должен был? — еврейская тактика вопроса на вопрос в случаях с такими вот шизиками работала прекрасно.

— Ну да. Ты жеж этот, как его… Эээ… Демонюга, во!

— Да нет, обычный человек. Вот, проснулся только что.

— Обычные люди в одиннадцать часов уже на работе! — в глазах зажглась искорка.

— Дак, Мария Витальевна, сегодня же воскресенье, — искра потухла.

— Точно?

— Точно.

— Ну ладно, живи. Я вот тебе пирожков принесла, держи. Горяченькие. Ешь, пока не остыли, а я пойду потихоньку, дела поделаю. Бывай, — бабка быстро всунула мне пакет с пирожками и стала спускаться вниз по лестнице.

— Спасибо, и вам не хворать! — закрываю дверь.

Мария Витальевна — добрейшей души человек, бабушка-одуванчик. Ровно до тех моментов, пока у неё не начинает ехать крыша. Во время приступов она почему-то твёрдо уверена, что я — нечисть и меня надо изгнать.

Изредка к ней родня приезжает: дочь, внуки, ещё кто-то. Но в целом живёт одна. Вот и едет крыша периодически. Родные про её приступы знают, к врачу водили, тот ей таблеток прописал каких-то, и лечение на этом закончилось.

Несмотря на старость, в Марие Витальевне энергия била ключом. Для неё вполне нормально было смотаться в другой конец города на рынок, со всеми переторговаться, поругаться и купить пару помидорок, после чего вернуться домой. И это всё только в первой половине дня.

С ней я познакомился случайно — в лифте столкнулись, где она мне и устроила блиц-допрос: кто такой, когда заехал, где работаю и сколько лет моей маме. Чем-то приглянулся ей в итоге, вот и наведывается ко мне по выходным с пирожками и изгнанием. Поначалу страшно было (ещё бы, крестом в лицо под яростные крики), а потом привык. Да и пирожки вкусные у неё, не жалко раз в пару месяцев лампочку ей в коридоре поменять ради такой выпечки.

Потом ещё она прознала о том, что я английский преподаю в соседней школе, и пошло-поехало. «Алоизий, голубчик, вот моей внучке кой-чё непонятно тутачки, можешь объяснить? На пять минут работы!»

Преподавать я ненавижу всем сердцем. Вот чистая, искренняя ненависть. По дурости поступил на бюджет, куда баллов хватило, вот и отучился. А работать-то особо и негде. Так и пришлось в школу идти.

Но Марии Витальевне отказать совесть не позволяла. Да и жалко по-человечески старушку. Решил помогать понемногу. Вот и возился с её внучкой, объясняя банальные, на мой взгляд, вещи.

Так и жил. Покуда не убили.

Возвращался я как-то с работы, а мне в бочину нож воткнули. Ничего понять не успел, всё потемнело, упал…

Очнулся в кабинете.

А за столом напротив демон сидит, бумаги заполняет. Взглянул на меня исподлобья:

— Присаживайтесь, Алоизий Михайлович, присаживайтесь, — на стул указывает.

Сел я, ничего не понимаю, жду объяснений.

— Итак, Алоизий Михайлович, у меня для вас новость — вы умерли. Более того, вас убили, — всё ещё молчу, никак не могу в себя придти, — Другая новость — вы попадёте в ад. Сожалею.

— А-а-а, ну это, вы э-э-э…

— Что что вы говорите?

— Вы ёбу дали, говорю?

— Простите, что? — демон выпал в осадок.

— Дуба дали? С ума посходили? Набухались, перепили или что? Так, короче, чепушило. Либо ты щас шефа зовёшь своего, либо я тебе твои рога пообломаю.

В общем, меня успокоили: валерьянкой напоили, поесть принесли. Оказалось, что я действительно умер. И в ад попал, несмотря на то, что меня убили. Как всё так вышло?

А вот как.

Мария Витальевна, жила в квартире трёхкомнатной, вот и решила родня её со свету сжить. Сначала таблетки понавыдавали, от которых у неё крыша потихоньку ехать начала, потом, во время очередного приезда, доченька её распихала по квартире несколько устройств и включала на выходных звуки всякие. Мария Витальевна под таблетками как раз и думала, что это в моей квартире нечисть завелась, вот и бегала каждое воскресенье.

Но после общения со мной она как-то призадумалась, мол, а действительно ли у неё кукуха едет или нет, и бросила «лекарства» пить. Ну а потом и устройства нашла, после чего всю родню из завещания вычеркнула, о чём им и сообщила.

Дочурка её с психу меня убила, а через пару дней бомбу в школе взорвала. Вот и вышло, что я как соучастник пошёл. Но во всяком деле есть один нюанс:

— Учитывая, что вы как бы и ни причём, мы предлагаем вам следующее…

Демон предложил вместо вечных страданий меня в Пустоши отправить — некий аналог Чистилища, куда попадают люди, так сказать, «под вопросом». Да не просто страдать, а на Ад работать.

В Пустошах есть Божий Университет. Закончившим даётся возможность искупить грехи и отправиться в рай. Но дело это не простое, ибо весь преподавательский состав жестокий очень, валит всех и вся. Вот стать частью этого коллектива мне и предложили. Естественно, я согласился.

— Ненавижу преподавать, — жму руку демон.

— Да, мы знаем, — и улыбается так неприятно.

***

— И как-то так я и оказался здесь. Сказали, мол, чем больше людей завалишь, тем быстрее в рай попадёшь. Прошёл подготовку и стал учить. С тех пор и работаю, четвёртое десятилетие пошло уже.

— И чего, много ещё осталось?

— Да нет, где-то сотни три или четыре. Как раз сейчас экзамены будут, вот и разделаюсь со всеми. А потом туда, — показываю взглядом наверх, — на облачках нежиться.

— И скучать не будешь? — грустный вздох Натальи.

— Буду, конечно. Но не здесь.

Воцарилось неловкое молчание, прерываемое стуком кружек о стол. Через полчаса народ стал расходиться. Последними ушли мы с Натальей. На прощание она сказала: «Всё равно вернёшься». И ушла. Я же отправился к себе домой, где мгновенно вырубился.

Следующее утро казалось прекрасным. Ещё бы, ведь сегодня долгожданные экзамены.

Мой предмет считается самым сложным, у него самый большой процент отчислившихся. И сегодня показатели будут куда больше — я заранее составил вопросы, на которые практически нереально ответить.

В девять утра начался экзамен. Я сидел в специальной аудитории, где принимал группы по двадцать душ. Всего таких групп пятнадцать. И все они должны отправится в ад.

Первая группа завалила экзамен очень быстро — я дал задание призвать беса, но немного подменил необходимые ингредиенты, из-за чего студенты смогли вызвать только огромную улитку.

Следующие шесть отправились в геену огненную так же быстро — не смогли ответить теорию. Не зря я большую часть материала давал на дом в виде книг, написанных на древнедемоническом, на котором уже практически никто не говорит.

Группа за группой продолжали заваливать экзамен. Оставалась последняя.

И именно с ней возникли проблемы.

Вернее, не с ней, а с одним из студентов, который отвечал на любой мой вопрос.

— Для чего используется эликсир из почек фей и дерьма цербера?

— Это рецепт супа от шеф-повара в одном из ресторанов ада.

— Правильно.

— Как призвать архидьявола, если нет крови девственниц?

— Начертить круг говном. Он побрезгует покидать его.

— Правильно.

— Чем можно лишить сил морока?

— Потом карликов и табаком из подмышек дьявола.

— Правильно…

С каждым правильным ответом я продолжал терять надежду на билет до рая. Ещё один год обучения этих идиотов я не выдержу. Но этот парень… Он явно не обычный студент. Кто это?

— Прошу прощения, уважаемый. Позвольте поинтересоваться, а вы кем были при жизни?

— Я? Писателем-фантастом.

— О, наверное, писали сюжеты о научной фантастике?

— Да не, я фентези про попаданцев клепал и жил на это.

Всё прояснилось. Раздолбайство, как человека, и гибкость мысли и фантазии, как автора, позволили ему запомнить весь данный материал. Но кругозор у таких, как он, обычно мал.

— Итак, последний вопрос. Как зовут Ремарка: Эрих или Мария?

— Э-э-э… — лоб покрылся испариной в попытках вспомнить. — Точно! Это же мужчина! Значит, Эрик.

— Увы, ответ неверный. Прощайте!

***

Через несколько дней я переехал на небеса. Тут классно. Встретился с некоторыми знакомыми, пообщался, сходил на экскурсию по винным водопадам. Жил в удовольствие.

Как-то столкнулся с Марией Витальевной. Как оказалось, после новости о её сошедшей с ума дочери бабушку навестил сердечный приступ, после чего она вознеслась на небеса. Дочурку признали сумасшедшей, а юродивых, как известно, Бог бережёт. Так почти всё семейство в раю и очутилось.

Только вот доченька, увидев меня, опять крышей поехала — оглушила ангела, забрала у него нимб, оружие и, притворяясь небесным стражем, попыталась меня убить. Да только в этот раз я не таким лохом оказался. Поехавшую обездвижил, связал, потащил к оглушённому, мол, вот, держи, братан, преступницу. Только вот крылатый не так всё понял. Принял меня за нападавшего и вырубил молнией.

В итоге дочку в пещеры огненные к демонам кинули, чтоб они из неё всю дурь выжгли, а меня, как провокатора, опять в ад отправили разбираться. «Тебе не впервой, для профилактики ещё помучаешься. Не стал бы геройствовать, а просто стражей позвал — глядишь, отмазался бы».

Снова в аду. Снова в кабинете. За столом сидел демон. Всё тот же.

— Oh, shit, here we go again.

— Хе-хе-хе. Ну что, Алоизий Михайлович, снова к нам? — и улыбается так ехидно.

— Ага, снова. Встречайте.

Стою перед воротами Божьего Университета. Через полчаса начнутся занятия. И снова я буду страдать, занимаясь ненавистным мне делом.

Ибо благие намерения ведут в ад.

Глава 2. Новый семестр — новые ученики.

— Михал Алоизыч, ну когда сдать можно, я не хочу в ад...

— Во-первых, Алоизий Михайлович, — я вытер пот со лба. — Во-вторых, если ты, заплесневевшая башка, не встанешь с пола и я не смогу открыть дверь, то клянусь руководством университета, я тебя в ад отправлю!

— Так я был там, там заставляли камни таскать, — тролль проныл за дверью. Я пнул её ещё раз — открыть не вышло. Огромный тролль, покрытый плесенью и камнями, прорвался в общежитие и стал требовать зачёт. На мой отказ он просто лёг у двери и отказывался меня выпускать из комнаты. Конечно, скоро прибежала охрана, но все их молнии и заклинания просто пшикали — настолько у этого дуралея оказалась прочная шкура. Да ещё и к магии сопротивляемость.

— Я лично всем чертам и дьяволам напишу, чтобы тебя заставляли учебники по истории магии учить! — я хотел было пнуть дверь ещё раз, но пожалел свои ноги. В конце концов, дверь поменяют, а вот ноги не казённые.

—Тогда я точно не уйду, — заплакал детина.

Где-то вдалеке слышался грохот заклинаний и угрозы охраны. В окно прыгать вообще не вариант, я на шестнадцатом живу. Колдовать я особо не умею. И что делать?

— Лозя! Лозенька! Я таки слышала, что тебе помощь нужна?

— Да как ты тут поможешь? Стой, погоди, а ты вообще как тут оказалась, я на шестнадцатом живу.

За окном парила Наталья Вениаминовна, преподавательница чернокнижия.

— Да я так, мимо пролетала, слышала, что некому Алоизию Михайловичу, который совершенно случайно торчит мне поход в бар за медовухой а-а-а!.. — Наташу унесло резким потоком ветра.

— Наташ?..

— Да-да, я тут. Блин, тебе надо пониже переехать, ветрище у тебя тут, будто дракон взлетает.

— Чтобы ты ко мне вообще постоянно залетала?

— Слушай, а разве ты против, что к тебе залетает периодически молодая симпатичная женщина? — Наташа облокотилась о подоконник, будучи всё ещё снаружи в воздухе.

— Да в целом не против, а ты тут причём, тебе триста двадцать в этом году, — я без задней мысли пожал плечами.

Зря.

— Хам! Грубиян! Подлец! Изменник! Бабник! Ирод! Бестолочь! Бессердечный сердцеед! — с каждым новым проклятием в меня прилетало по молнии. Я уворачивался как мог, периодически отбиваясь своими магическими потугами.

— Наташ, прости, я случайно, я даже не подумал, — кидаю в чернокнижницу подушку, следом отправляю огромный снежок. БАМЦ! — и наступила тишина.

Наталья Вениаминовна, милейшая (иногда) женщина, прекрасный (иногда) преподаватель и грозный (всегда) чернокнижник замерла в воздухе. По её лицу стекала вода и остатки снега вперемешку с макияжем. Видимо, я немного перестарался со снежком, так как случайно ещё и осколки льда наколдовал. Один из который порезал её щёку. Конечно, царапинка не столь критичная, но всё же обидно.

— Вот значит как, — абсолютно спокойным, я бы даже сказал "убийственным" тоном произнесла Наташа. — Я, значит, к тебе со всей душой, сволочь ты эдакая, а ты вон как. Ну всё, — с каждым словом будто бы становилось темнее, в глазах подруги загорелось чёрное пламя и, казалось бы, даже крики в коридоре стихли.

Времени на раздумья не оставалось. С одной стороны перекрытый троллем проход, с другой разъярённая чернокнижница с боевым опытом. "При всём богатстве выбора другой альтернативы нет", — как любил говорить повар в учительской столовой, топором кромсая огромные туши.

— Пока, дорогуша, — мёртвым голосом проговорила ведьма. Оставалось мгновение.

— Наташа, я тебя люблю! — создаю под ногами поток ветра и с его помощью выпрыгиваю в окно и хватаюсь за подругу.

Раздался взрыв. Сомневаюсь, что что-нибудь от моих вещей осталось пригодным для использования. От комнаты буквально ничего не осталось. Да и от соседних комнат так же. Просто огромный кусок здания исчез. Тролль исчез, кстати, то же. К счастью, только он, так как время было обеденное и в общежитии никого не было. А охрана просто устала с ним возиться и ушла к себе.

Наталья Вениаминовна лишилась премии и теперь я ей торчу аж четыре похода в бар за медовухой. А среди студентов и преподавателей пошли слухи, что я заставил бедную девушку разбираться с троллем да ещё и обесчестил её прям там в воздухе. Мне выдали уже не комнату, а маленькую двухкомнатную квартирку в отдельном корпусе с нормальной охраной. И, собственно, всё хорошо вроде бы, но вот мои соседи...

— Лозя, Лозенька, выходи! Я знаю, что ты дома! Пары кончились, впереди выходные, а ты мне торчишь поход в бар и предложение руки и сердца!

Однако жизнь моя спокойнее не стала. Опасаясь гневить ведьму, я таки решил проставиться. Заодно обсудить что и как делать с теми троллями.

В начале учебного года у нас поток студентов-грешников пополнился магическими существами. В принципе дело обыденное, однако они были, ммм, немного не приспособленными к обучению. От слова совсем.

Тролли не вмещались в аудитории, были тупыми до невозможности, их нельзя было околдовать, победить в честном бою магией или силой. Но самое, пожалуй, печальное, что они были упёртыми и трудолюбивыми. Если бы их отправили к Сизифу, то они бы тот злосчастный камень раз сто уже бы закатили. А потом скатили и снова закатили. И так до бесконечности. Труд сделал из обезьяны человека, а стахановское трудолюбие из гоблина тролля.

Ни для кого не секрет, что задача педагогического состава Божьего Университета — завалить как можно больше студентов. В идеале вообще всех. С троллями проблема заключалась в том, что их невозможно было обучить, но они старались. И никак их нельзя было завалить, так как они слишком тупые.

Казалось бы, создания чуть ли не ангельские, как их с таким усердием сюда занесло?

Суть в том, что тролли любят две вещи — пожрать и поспать. Иногда подраться. Но выяснилось, что они ещё очень любят спирт. Особенно всяческие вкусные настойки. И потому они ягоды и плоды разные по всему лесу срывают и ждут, когда забродят. Правда, чаще всего получается слабительное, но ничего, надо же в лесу перегной пополнять.

Так вот, вернёмся к троллям. Один хитрый землевладелец прознал об их синдроме Бориса Николаевича и решил запрячь их поля свои перелопатить (в случае троллей просто всё вверх дном, так как на таких увальней могучих ни одного инструмента не напасёшься). Принёс им телегу мяса вяленого и пива. Гостинцы понравились троллям и те особого хитрого выслушали, мол, какие вы друзья могучие, спасибо, что лес охраняете от тварей поганых всяких. И вообще такие хорошие соседи, что можно жить спокойно рядом с ними, так как никто не позарится троллей злить.

Ну те уши развесили, поверили, что они не просто обалдуи дурные, а действительно защитники леса. Что-то типа медведей у нас в Сибири. Творят чего душе угодно, а всякие северные народы ценят их и поклоняются. Только вот медведей отстреливают периодически, а тролля только баллиста в голову остановит. Ненадолго, правда.

Через недельку потенциальный работодатель снова к ним наведался, уже даров поболее, привёз им мясо в мёде запечённое и в соусах. Снова стал нахваливать, что вот как хорошо тролли свою работу делают, все деревни довольны, прям на земле спят, просыпаются от счастливого смеха, а утром ледяной водой обливаются — работай не хочу.

Но только совершенно случайно местный леший как-то нехорошо про троллей высказался. Говорит, мол, раздолбаи и ничего не делают. Лешему сразу сказали, что вот дескать он не прав, всё хорошо. Так тот на эти слова околдовал и заставил в лесу неделю блуждать, а ведь человек всего-то за троллей заступился.

Эти недалёкие как обиделись, пообещали лешего из под земли достать, на колени поставить и заставить говорить: "Тролли — круто!". Ну и профилактических подзатыльников отвесить.

Тролли думать наперёд не умели и память у них то же не особо длинная, потому сразу всей гурьбой пошли лешего искать. Тот — не дурак и сразу колдовать начал, дабы те в болото куда зашли. Только вот не учёл он, что вкачанная грубая сила всегда побеждает раскачанный интеллект. Ну и, перефразируя известную поговорку, пока маг колдует — воин жахнет.

Вот и тролли жахнули. Заплутать? А вот вообще всё равно. Просто напролом шли, ломая все деревья. Заклинания? Да хоть бы хны. Тролля разве что понос остановит да и то ненадолго. Найдёт лютоволка, подотрёт им задницу и дальше пойдёт.

Леший скрывался почти две недели, тролли уже весь лес переломали. На общем сходняке всей лесной нечисти, нежити и прочих альтернативно живых постановили, что пора хозяину леса уже сдаваться, а то вреда причинили эти ходячие валуны уйму, восстанавливать-то за общий счёт, общий же дом.

Пришлось появиться лешему и получить свои относительно заслуженные тумаки и принести извинения. Он пытался сказать, что он-то не виноват, всё человек пьяный в лесу заблудился, под грибами любимыми нагадил, русалку-жену за хвост ущипнул и с медведем на кулаках биться пошёл. Не поверили.

Ещё через какое-то время тот хитрюга снова к троллям пришёл. Поставил им крепкой вишнёвой настойки, мёда хмельного, еды навалом. И попросил могучих и славных троллей, грозу леса, обладателям силы недюжинной и прочая прочая прочая. Помочь с совершенно плёвым делом. Пропахать поля во всех его деревнях. Ну и помочь новые создать на месте вымерших деревень. Где камни убрать, где деревце вырвать. У него совершенно случайно и все инструменты есть. Специально под них делал. А взамен обещается неделю кормить и поить лучшей едой.

Для троллей он уже был как младший брат, только хиленький немного и урод. Те с радостью решили помочь да ещё и за еду.

Вообще, сначала всё шло великолепно. Тролли работали, быки жарились, работодатель продавал билеты, чтобы люд на диковинку поглазел. Ещё думал перед герцогом похвастаться, мол, вон какой умный да находчивый. И троллей приручить смог, не то что герцогову дочурку, ту вообще приручать и день, и ночь готов был.

Дочурку он не получил, но вот дальнюю племянницу и место при дворе вполне. И казалось бы, жизнь пошла в гору. Однако...

Тролли за всё это время слишком уж пристрастились к алкоголю. Крестьяне сами им самогонку и пиво таскали, так те вообще за любую работу брались (по слухам жена старосты за бочонок пива с троллем ночь провела, а муж её местных троллих оприходовал за пару чарок (читай — бочек) настойки на мёде и мяте). И в их голове сложилась цепочка логическая, что вот работа сейчас кончится и поить их никто не будет. Но! Если работу они выполнят хорошо, то дадут добавки. А как сделать работу хорошо, если и так всё исправно? Правильно! Брать не качеством, а количеством!

После работы тролли ещё одну деревню раздербанили и из бывших крестьян удобрение для полей сделали. И очень они обиделись, когда вместо настоек, еды и благодарностей получили мечи, луки и копья. Ну и молнии в глаза. Слово за слово, деревня за деревней, ради усмирения троллей послали отряд боевой из столицы. Половину герцогства разбомбили, всё пошло в упадок, экономика рухнула, кучи бандитов, трупов, восстанавливать всё не один десяток лет.

Инициатора дипломатических отношений с троллями на ближайшем суку вздёрнули, тот сразу в ад попал. А вот с троллями не совсем всё ясно. Вроде и зло творили, а вроде и во благо. Они же как дети. Огромные, сильные и имунные к магии дети. Вот и отправили их в Божий Университет, там уже забота преподавателей разбираться со всем этим.

А точнее мне.