Возврату не подлежит

Глава 1

– Космолет «Шило» готов к старту, – низкий голос завладел динамиком совсем ненадолго. – Здравствуйте, Иван Ефремович, – затараторил второй, – о-о-ой, капитан Ефремыч! Бр-р-рлп, то есть… В общем, зовут меня Шилоп, и я буду сопровождать вас во время полета. Расскажите немного о себе… Иван молчал. Он летит на Крипту главным дегустатором! «Заслужил, Ваня!» – хлопал его по плечу уважаемый всеми Викторион. А какие открывались перспективы! Первым узнать местную кухню, приспособить для человеческого восприятия…

Но Иван Ефремович недобро поджал губы. Да, Викторион голосовал за его кандидатуру. Только Иван не знал, что и здесь, на Элине, появилась вакансия. «Заслужил, Ваня!» – звучало уже ехидно и колко. Подсуетился Витя… Единственный друг. Появившаяся на языке горечь растеклась в пересохшем горле.

Дегустатор с тоской осматривал пыльную кабину. В своем безупречном костюме на краешке потертого капитанского кресла Иван совершенно не знал, куда деть длинные ноги. И до сих пор прижимал к груди вкусовой дневник. «Никто не пишет от руки!» – мысленно передразнил он Димитрия. Или Всеславия? Все его недолюбливали, но разве имели значение эти «никто»? – Прошу пристегнуть ремни, – вновь растеклись по кабине нотки металла. Немного помедлив, Иван Ефремович откинулся на спинку кресла и щелкнул застежкой ремня. Засаленный велюр, цветастые шторки на иллюминаторах, а среди кнопок приборной панели – мопс на пружинке. Тут же приклеена надпись, выведенная на неуверенном всеобщем: «Бортовой ИИ обимену и восврату не подлежит!!! Пириятного полета».

Совершить ошибку было страшно, а вернуться на старое место – немыслимо. Иван должен открыть один из лучших крипторианских ресторанов, а потом… Потом вернуться на Землю. Только обычаи Крипты оказались чуточку сложнее. Например, согласно местной традиции особое внимание уделялось первому контакту, но дегустатор совершенно не понимал языка принимающей стороны. Точнее, слова-то он знал, ведь Крипта владела всеобщим, но смысл… смысл ускользал бесследно. «Зачем птицам деньги?» – так звучал ответ на стандартное приветствие. «Мне неведомо…» – напечатал Иван Ефремыч, но тут же стер. «Птицам не нужны…» – тоже стер. И, по правде сказать, до сих пор не знал, принят ли ответ. Что же он там написал? «Перелетным птицам нужен дом». Какая глупость!

Более того, на Элине отменили единственный крипторианский рейс… Ивана так поразила новость, что он совершенно не моргал, перечитывая извинения за доставленные неудобства. И, если бы верил в судьбу, то ни за что не отправился бы в космопорт. Но Иван Ефремович в судьбу не верил. Он твердо знал, что полагаться может только на себя, и советчик всегда один – он. Все двадцать два года Иван строил свою дегустаторскую жизнь самостоятельно, что удавалось весьма неплохо. Именно поэтому он и отправился в частный порт. После нудных манипуляций в терминале, просмотра ненужной рекламы и ввода бесконечных данных, Иван Ефремыч стал счастливым арендатором космолета «Шило», променяв на него приличную часть сбережений и собственной гордости.

– Космолет «Шило» покинул орбиту Элины, маршрут до Крипты подтвержден, – первый голос все еще придерживался стальных нот. – Иван, могу начать первым. Например, я знаю множество игр: шахматы, шашки, в слова тоже могу… Будут ли у вас пожелания? – Будут, – выдавил наконец дегустатор, скривив губы. – Прекрати говорить разными голосами, будто бы вас тут двое! Шилоп даже смутился. – Знаете, Иван Ефремович, это все от одиночества… Но не будем о грустном! Кстати, я ведь прекрасно готовлю, рецепты вот для вас записал… Но и смешиваю, смешиваю недурно! Отведайте-ка мой фирменный коктейль! Перед дегустатором открылась небольшая панель, где стоял крохотный стаканчик с прозрачной жидкостью. Иван Ефремыч брезгливо взял его двумя пальцами, и осторожно понюхал содержимое. Внутри оказалась элинская водка не самого лучшего качества, слегка разбавленная содовой. На дне рюмки уныло тонул кусочек лимона. – Шилпанское, шилпусик, шилэ-э-эпс-с-с… – не унимался ИИ, отображая на экране веселую рожицу.

В глубине души за эти несколько дней до Крипты Иван надеялся отдохнуть. Не думать о горьком предательстве друга, блокнотах и крекере, которым заедают смену блюд. А последние события вели все больше к крекеру… Так что Иван Ефремович зажмурился и сделал глоток. Но как только гремучая смесь оказалась во рту, дегустатор пожалел о своем порыве. Она горечью обожгла язык, заставив рецепторы пылать от резкого вкуса спирта, и начисто лишила обоняния. Когда же эти мучительные, бесконечно долгие мгновения прошли, Иван наконец почувствовал легкость. «Как он мешает эту дрянь?» – промелькнула мысль, но тут же уплыла вместе с кабиной и бормотанием приставучего Шилопа.

*** – Иван Ефремыч, тут такое дело… Иван Ефремович! – ИИ безуспешно будил капитана. Если он сейчас не поднимется, в ход пойдут не очень деликатные меры. – Вста-а-ава-а-ай! – заверещал Шилоп во все динамики. Наконец Иван открыл глаза, все-таки избежав душа из систем пожарной безопасности. Голова кружилась, а изображение совершенно не фокусировалось. – Слава богу, – затараторил ИИ, – капитан, надо поговорить. Тут такое, такое… Нас похитили, Иван!

Но Иван Ефремыч не слушал. Он пытался уловить сладостный тягучий напев, что звучал слабым отголоском на краю сознания. Мелодия полная тоски проникала прямиком в его израненное сердце. Иван вслушивался, боясь потерять этот нежный распев, старался ухватить… вот, вот, он уже чувствует! «Закрой скорей глаза, открой мне свою ду-у-ушу, я дам тебе глоток своей любви, послу-у-ушай…»

Иван Ефремович сладко улыбнулся, заметно смягчив свое худое упрямое лицо. Он с трудом выбрался из капитанского кресла и, нетвердо ступая, побрел из кабины. – Иван, что с тобой? Чертовы перегрузки! – Шилоп нервно мигал огнями приборной панели. – Капитан, наружу нельзя – шаттл на корабле похитителя! Но Ивану было все равно. Он должен найти свою русалку, прекрасное создание, что влечет, манит и зовет к себе… Попав внутрь шлюзового отсека, Иван Ефремыч намеревался покинуть шаттл, но несколько раз стукнулся о люк любом, беспорядочно шаря вокруг руками. Отыскав наконец рычаг, подергал, но открыть люк так и не смог.

– Без скафандра не выпущу! – взвизгнул ИИ, пытаясь хоть как-то достучаться до разума капитана. Все ещё улыбаясь и мурлыча что-то под нос, Иван послушно повернулся к шкафу. Открыл стеклянную дверь и медленно, то и дело заваливаясь и оступаясь, натянул на себя легкий скафандр. – Так, уже лучше, – с облегчением выдохнул Шилоп во внутренний динамик костюма, включив там камеру и микрофон. – Волны взво-о-оют, я награжу тебя своей любо-о-овью… – тихо напевал Иван Ефремович, подходя к люку, и вновь стукнулся головой.

Тщательно взвесив будущую неизвестность и смерть капитана от помешательства, ИИ выбрал первое. Он проверил давление и уровень кислорода снаружи и открыл наконец злосчастный люк. «Шило» действительно находился в грузовом отсеке корабля, который забрал к себе крохотный шаттл за доли секунды. Тихий гул, вспышка, и вот ты со всеми потрохами черт-те где. Хотя Шилоп все же рассчитывал на пределы звездной системы.

«Завлекаю в сети голосом хрустальным, здесь все покажется каким-то нереа-а-альным». Удивительно, но походка Ивана стала тверже. Он уверенно миновал грузовой отсек, проследовал по изгибам коридора и, практически не получив увечий на поворотах, остановился перед невзрачной дверью. Сладко вздохнул, а затем протянул руку к рычагу. – Стой, Иван! Может там… людоеды?! Ива-а-ан… Но Иван Ефремыч точно знал, кого он встретит. Поэтому он не просто вошел, он влетел внутрь, окрыленный своим чувством. – Нимфа моя! Нежнейшая моя любовь!

За столом действительно сидела нимфа. Ну, практически. Взъерошенные зеленые волосы жесткими прядями падали на лоб, почти закрывая глаза. Выбритые виски оголяли заостренные уши, а на коже едва уловимым отблеском играл зеленовато-голубой оттенок. Прервав скудный обед, незнакомка открыла рот, но так и не донесла до него вилку. – Помоги-и-и мне, сердце сги-и-инет… – прошептал Иван Ефремович и опустился на стул напротив столь желанного объекта. – Живой, значит, – нимфа недобро улыбнулась, явив ряд желтых заостренных зубов. – Иван, пс-т, Иван, опомнись! – зашикал в динамик ИИ. – Да на зубы ее посмотри! – А я уж хотела от тела избавиться, – продолжала незнакомка, поигрывая острой вилкой. – Датчики-то жизни не обнаружили, ну хоть, думаю, космолет на запчасти пущу… – Что-о-о? – возмутился в динамике Шилоп. – А как же я?! –…ИИ все равно доисторической модели, не продать, – продолжала рассуждать красотка. Дегустатор понимающе кивал, ловя каждый жест.

Он даже хотел ласково погладить холодные пальцы незнакомки, но тут взгляд его упал на тарелку. Иван Ефремович вдохнул едва уловимый аромат, моргнул, потряс головой и тут же вскочил как ошпаренный. – Варварство! – глаза Ивана округлились от возмущения. – А ты смелый, Ваня! Настоящий капитан! Я знал… – начал Шилоп, но договорить не успел. – Луковицы крокуса с пакетным соусом?! – кричал Иван Ефремыч, воздев руки к потолку. – Так испортить ценнейший продукт! Только запекать! Только в золийском бульоне! – Ва-а-аня, – разочарованно, но очень осторожно прошептал ИИ, – у нее бластер. Замолчи, Иван! Тем временем, отложив вилку, незнакомка действительно нацелила на Ивана оружие. Она откинулась на спинку кресла, ковыряя грязным ногтем в зубах, и спокойно ждала, когда ее гость немного остынет.

Надо сказать, на Ивана еще никогда не направляли оружие, так что бластер он видел впервые. Поэтому Иван Ефремович попросту растерялся. Он перестал жестикулировать и вновь опустился на стул, только осторожно и как-то неуверенно. Она хмыкнула и легким касанием активировала связь в крохотном наушнике: – Четыре-два-ноль. Эт я. А когда он отдаст долг?.. Да, нашла! На месте нос. Человек, человек, сразу видно. А вот дохлый или нет, узнает, когда заплатит! Она прервала связь, сплюнула и выругалась на неизвестном Ивану языке.

Шилоп в динамике молчал, Иван Ефремович тоже. Он пытался вспомнить последние события, но удавалось это с трудом. На смену эйфории, помешательству и шоку пришла головная боль. Виски сдавило так, что на глазах выступили слезы. К ним тут же добавились злость и досада. Чем он такое заслужил? Всю жизнь работал не покладая рук, а теперь приехали! Прощай Крипта со всеми шансами на возможное будущее… Незнакомка тоже молчала, о чем-то сосредоточенно думая. Щик-щелк! Поднялся и опустился на бластере предохранитель. Пальцы нимфы не прекращали играть с оружием, уводя ее мысли все дальше от заложника. Щик! Нестерпимой мукой отозвался в памяти Ивана образ прекрасной девы. Щелк! Щи-и-ик! Очередной невыносимый импульс сжал виски дегустатора, застлав глаза розовой пеленой. Ще-е-елк!

Иван этого не выдержал. Боль в висках затмила любые ощущения, заставляя сделать хоть что-то. Что угодно, ведь бездействие уже казалось мучительной смертью. Он вновь вскочил на ноги, сквозь пелену вглядываясь в своего похитителя. – Это переходит все границы! – выкрики давались с большим трудом. – Похищает, завлекает тоскливыми песнями! Щелкает еще! – Что-о-о?! – подскочила незнакомка, кожа ее заметно позеленела, а ногти сделались настоящими когтями. Впрочем, Иван своему зрению сейчас не очень доверял. – Если б я завлекала, ты бы до сих пор не очухался, болван недоношенный! От зова нет спасения! – От твоего-то? А внешность что, значения не имеет? – дегустатор скривил губы, передразнив нимфу. Где-то очень-очень глубоко в душе он собой не гордился. Но взявшие верх боль и гнев кричали громче голоса разума.

Все случилось так быстро, что Иван даже не понял, что в него стреляли. Дегустатору показалось, что он ощутил у макушки жар, но уже после того, как сирена опустила оружие. Потом почувствовал запах паленых волос. Иван осторожно потрогал голову и убедился, что нюх его не подводит. – Это предупредительный! – рявкнула нимфа. – Значит, слушай сюда. Иван Ефремович так и остался стоять, ощупывая прическу. – У тебя теперь два пути, – не дожидаясь реакции, продолжила она. – Первый: отдаю заказчику, и поминай как звали. – А заказчик кто? – глухо отозвался Иван. Хотя и сам пока не понимал, волнует ли его данный вопрос на фоне всех мелькающих событий. – Политик. – Крупный? – Планетарного масштаба, – отрезала красотка, не желая пускаться в подробности. – Он не заплатит, – дегустатор был уверен в своей правоте. Интриганов и прохвостов он чуял не хуже давно остывших луковиц крокуса. Да и задеть похитительницу тоже хотелось. – Слышь, твое мнение я не спрашивала! – нимфа села, не выпуская из рук бластер. – Второй вариант: провоцируем перегрузки и идем на зов вместе…

Иван Ефремович попытался сосредоточиться. – Постой-ка, если звала не ты, откуда я знал, где искать? – Понятия не имею, – огрызнулась та. – Звать умеет мой народ. Из них никого не осталось, а я тебя не звала, ясно? Поможешь мне, можешь валить обратно. – Перегрузки меня погубят, – Иван вновь зажмурился, пережидая болезненный приступ. – Как и заказчик, – пожала плечами красотка. – Не думаю, что нюхачей вылавливают для открытия ресторана! Иван Ефремыч мысленно с ней согласился. – Капитан, – послышался в динамике шепот ИИ. События развивались так быстро, что Иван даже забыл про Шилопа. – Живой? Молодцом! Я тут искал, искал, даже отсюда отключиться пришлось. Мощности, знаете, не те… В общем, сирена она, Иван Ефремович, переводя на ваше человеческий. Вы уж с ней никуда не ходите. И беруши я бы вам очень-очень рекомендовал! – Что, по рукам, нюхач? – нимфа ждала ответ. Она откинулась на спинку стула и вновь начала игру с предохранителем. Щик!

Иван опустился на стул, закрыл глаза и сжал виски. Головная боль понемногу уходила, напоминая о себе редкой тупой пульсацией. Во рту пересохло. Костюм под скафандром был безнадежно измят, да и вообще двухдневной свежести. Но Ивана Ефремыча это почему-то не волновало. Он открыл глаза, отметив про себя, что розовая пелена наконец-то спала, посмотрел на нимфу и неуверенно кивнул. М-да… Не такого он ждал от полета на Крипту.

*** После двух питательных, но совершенно безвкусных плиток, зачем-то подписанных «Яблоко-корица», и милостиво протянутого стакана воды, Иван нехотя поплелся за сиреной. – Испытаю я перегрузки, а дальше что? – дегустатор опустился в кресло на капитанском мостике. – Какой план? Я поверну корабль или буду гордо ступать по рубке в поисках выхода? – План действительно ужасен, – вставил обеспокоенный Шилоп. – Не могу не согласиться, – Иван Ефремович осторожно потер переносицу. – С кем милуешься, нюхач? Неужели с тем допотопным ИИ? – красотка оглядывала панель управления, проверяя настройки систем. – Мне-то его покажи! – Дегустация не ограничена обонянием… – раздраженно начал Иван. Но, встретив взгляд нимфы, лишь фыркнул, задрав римский нос.

После изрядной возни и подсказок Шилопа Иван Ефремыч настроил громкую связь. – Здравствуйте, миледи! – начал воодушевленный ИИ. – К делу, железяка. – К делу так к делу, – не растерялся Шилоп, – если коротко, не план, а кошмар. Давайте руководствоваться простой логикой, отринув надежды и прочие ощущения. Красотка недовольно поморщилась, а ИИ продолжил: – Вернемся к первому полученному опыту, – тут Шилоп сделал выразительную паузу. – Иван Ефремович, услышав зов, направился к ближайшей и единственной сирене на этом корабле. Явление практически необъяснимое, но вероятное, учитывая влекущие эм… ароматы и чувствительный нос Ивана. Повторив данный опыт, мы с вероятностью девяносто девять… – Понятно! – оборвала тираду нимфа. – У жестянки есть предложения? – Совершенно верно, миледи, – спокойно отозвался Шилоп. – Есть у меня одна идейка. Знаете… Взаимные сновидения! Иван Ефремыч сможет отправиться на зов, миледи за ним проследит. Оба в безопасности на вашем надежном корабле. Нужно всего лишь сделать глоток фирменного коктейля для небольшого, малю-ю-юсенького раскрытия сознания. Вспомнив шилпанское, Иван невольно сглотнул. – Знаю, знаю, о чем вы подумали, капитан! Но секрет этого волнующего напитка останется со мной, так что сосуд необходимо принести.

Сирена долго молчала, что-то обдумывая. – Мне нужно подготовиться, – наконец буркнула она. После каких-то хитрых манипуляций с панелью управления нимфа занялась настройкой крохотных наушников. Когда все было готово, капитаны уселись в кресла. Дело оставалось за малым – сделать глоток. Дегустатор зажмурился и, стараясь не думать о последствиях, опрокинул в себя прозрачную жидкость. Сирена последовала его примеру. Язык вновь обожгло нестерпимой горечью, но на этот раз облегчение пришло гораздо быстрее. В наушниках далеким эхом уже звучала приятная мелодия. Она была ненавязчива и легка. – Отлично, друзья мои! – тихо щебетал ИИ. – Приятных сновидений!

Иван сладко потянулся, зевнул, но вдруг ощутил нестерпимую жажду. Он нехотя выбрался из кресла и побрел знакомым путем в небольшое помещение с невзрачной дверью в поисках воды. И, к своему удивлению, застал там сирену. Она неловко управлялась со сковородой, грозя испортить очередную порцию луковиц. – Я могу приготовить человеческий ужин? – на этот раз Иван Ефремович был спокоен, забирая сковороду. Сирена нехотя кивнула.

Найдя нужные ингредиенты, Иван склонился над плитой. Всего за несколько минут получился вполне сносный перекус из луковиц, желтков и поджаренного хлеба. Дегустатор поставил одну порцию перед нимфой и сел напротив. – Сирены едят людей? – спросил он, по привычке поднеся к носу первый кусочек готового блюда. – Что? – нимфа тут же поперхнулась засунутым в рот ломтем. – Нет! – Ну а зов зачем? – не унимался Иван, оставшись довольным результатом своих кулинарных трудов. – Ну мы э-э-э… пьем. Пьем чувства. Иван Ефремович перестал жевать и даже немного отодвинулся на стуле. – Не боись, тебя не выпью, – успокоила та. – Это как сладкое: можно быть зависимым, или изредка наслаждаться, а можно быть на диете. Я на диете.

Нимфа со скоростью света уплетала ужин, то и дело с аппетитом причмокивая. Иван решил принять это за весомый комплимент. Он вновь открыл рот, желая задать очередной вопрос, но сирена его опередила. – Короче, – нехотя протянула она. – Нам на зов идти и все такое. Поэтому я расскажу, чтобы не слушать глупых вопросов. Один раз расскажу, и больше эту тему не трогаем, усек? Иван кивнул, разлив по стаканам зеленоватой воды. – Была у нас планета Сиа, и жили мы припеваючи. Пили гостей по своему или их желанию, да, бывали такие. Но там обычно печали тонна, горя всякого, так это за отдельную плату, в общем. Ты вот разные вкусы изучаешь, запахи еды, у чувств то же самое. У любви особенно. Она у нас за самый изысканный десерт почиталась, но выпитым это не объяснить, конечно, а родственникам их тем более. Восстановиться можно, это не навсегда, но жизнь за это время меняется, отрицать не буду. Короче, прибыл как-то к нам жених одной выпитой, принцем оказался. Прибыл не один, а со всем тяжелым флотом, и разбомбил планету к чертовой матери. Бежать сумели немногие, по разным системам попрятались, – нимфа отодвинула пустую тарелку.

Помолчав немного, Иван Ефремыч все же спросил: – Ну а ты, мстила? – Конечно мстила! – подтвердила сирена, по привычке ковыряя ногтем в зубах. – Только после мести след слишком явный, сечешь? На нас целую охоту объявили. Вот я и пытаюсь… жить по-другому. Ищу своих, это важнее. Друг друга-то мы позвать не можем, добычу только. Она отвернулась, желая закрыть тему. Потом взяла стакан и внимательно посмотрела на Ивана. – Что за имя такое Ива-а-ан Ефре-е-емович? – она произнесла его как-то странно, будто перебирая звуки. – Что означает? Дегустатор пожал плечами. – Меня и означает… Те, кто бежал с Земли, взяли новые имена вроде Димитрия, Всеславия или Викториона. А я хочу вернуться со своим.

Сирена уважительно кивнула: – Можешь звать меня Хага-аль. Ей не нужно было объяснять, почему Иван так стремился домой, ведь и она смертельно тосковала по своей планете. Но, задумчиво водя вилкой, он все-таки решил продолжить, хотя откровенность и была в новинку: – На Земле одна беднота осталась. Те, кто не мог покинуть загубленную, заваленную мусором планету. Мои там. Питаются отбросами, ведь нормальная еда дорога и недоступна. Я хочу изменить это, открыть ресторан с качественным, доступным меню. – Стряпаешь недурно, – подтвердила нимфа. – Но вот вопрос: был ли Йорик?..

«Конечно был», – успел подумать Иван, прежде чем образ нимфы смазался, а на мужчину с новой силой обрушилась головная боль. Он зажмурился и сжал виски, пытаясь притупить нестерпимую пульсацию. Когда Иван Ефремыч наконец открыл глаза, то обнаружил себя в кресле на капитанском мостике. Рядом, уронив головы на плечи, сидели две Хага-аль. Иван протянул руку и ткнул одну из них пальцем в щеку. Обе сирены открыли глаза и зашипели, но, узнав Ивана, тут же вскочили.

Иван Ефремович медленно поднялся следом. Однако, сфокусировав взгляд на люках, замер и чуть не повалился обратно в кресло. Перед ним была планета, окруженная вереницей звездолетов. Они медленно плыли над огромным шаром, а вслед за ними на поверхности планеты то и дело вспыхивали яркие точки, делая завихрения облаков бугристыми и почти черными. Вспышка, вспышка, еще одна. Над планетой редко и нестройно взлетали космолеты. Одни из них пытались безуспешно атаковать противника, другие просто бежали. – Отголосок времени, – прошептала Хага-аль, а по щекам ее текли зеленоватые слезы. Они падали на панель управления, в рычаги которой до побелевших костяшек вцепилась нимфа. – Подонок! – низким пробирающим голосом взревела она. – Тупая бессердечная жестянка! Как ты посмел нас сюда притащить!

«Сиа…» – мелькнуло в сознании Ивана, он же не мог отвести взгляд от огромного корабля, шедшего к ним в лобовую. – Корабль взят под управление и введен во временной пузырь для помощи капитану, – ровный металлический голос ИИ заполнил рубку звездолета. – Боли, возникающие вследствие зова, будут ликвидированы, как только корабль покинет временной отголосок. Обратная тяга работает в штатном режиме, подключаю усиление… – Консервная банка! – шипела Хага. Кожа ее стала совершенно зеленой. – Я сотру тебя в порошок! Никто не отыщет единиц и нулей!

Оказавшись внутри полупрозрачного корабля, что теперь двигался сквозь звездолет, Иван Ефремыч пошатнулся. Голову сдавило сильнее, и вновь все вокруг застлала пелена. – Сто-о-ой, – сквозь муку выдавил Иван, навалившись на панель управления. – Но, капитан, – растерялся Шилоп, – вам надолго нельзя! – Записывай! – собственный голос казался Ивану слабым шепотом. – Позывные, траектории, модели… – Сколько? – сирена тут же все поняла и, склонившись над пультом, направила звездолет вокруг планеты. – Семь минут, две секунды до необратимых последствий, – отчеканил ИИ. – Пиши, Шилоп, – последнее, что бормотал Иван перед тем, как в голове что-то взорвалось, рассыпалось, и он повалился на пол.

Сначала Иван Ефремович думал, что умер. Головная боль утихла, а мир поглотила тягучая приятная тишина. Жаль, длилась недолго. – А теперь по порядку, железяка, – голос Хаги звучал устало и напряженно. – Представьте, миледи, что вы летели-летели и прилипли к стенке огромного мыльного пузыря. Вы настолько малы, что из-за вас он не лопнет. Может от собственного роста, но вот когда? Загадка. А чтобы отскочить, нужно сильно вогнуть ту самую стенку, и она вас конечно отпустит! На самом деле, временные отголоски – явление частое, но обычно не знают, как искать. – А ты знаешь? – Иван открыл глаза и осторожно кивнул в одну сторону, в другую. Боль действительно ушла. – Я умный! – замигал лампочками ИИ. – Очнулся, Ваня! Ой, простите, Иван Ефремыч. Я вас вылечил, капитан! Если б не побывали в пузыре, мигрень бы вас убила. – Я слышала про них, но видела впервые, – протянула сирена. – Сочту согласие со мной за благодарность, – обрадовался Шилоп. – Благодари, что я тебя не потерла! – тут же огрызнулась Хага-аль и скривила губы, сверля взглядом монитор. – Совместные сновидения, взлом корабля… И каково, по-твоему, видеть смерть собственной планеты? – Недоверие к ИИ, миледи, дорого вам обходится. Защита ни к черту, вам бы верного бортового помощника…

С трудом поднявшись, Иван Ефремович подошел к сирене и даже хотел положить руку ей на плечо, но, передумав, заметил: – Теперь ты знаешь, кого искать. Та кивнула, но взгляд на дегустатора не подняла. – Можешь валить на Крипту. И да… спасибо за помощь и все такое. – Прошу прощения, капитан, что прерываю столь деликатный момент… Но с Крипты пришло немало сообщений, думаю, вас ждут! Иван Ефремыч молчал. – Полетишь? – нимфа в сотый раз перепроверяла настройки и дергала рычаги. – Н-нет, – неуверенно протянут тот. – Я не хочу как ты… – Потерять дом? Дегустатор кивнул. Всю жизнь он работал, чтобы вернуться на родную планету с весомой репутацией и финансовым багажом для будущего ресторана. Но ведь достаточно не будет никогда. – Я полечу на Землю, – коротко ответил Иван и все-таки слегка коснулся пальцами плеча Хаги.

*** Вот уже добрых полдня Хага-аль возилась на кухне. Для внушительного корабля комната была непростительно маленькой, и вентиляция не спешила разобраться с удушливым ароматом, исходящим от кастрюли. – Это точно рецепт Ивана, жестянка? – Совершенно точно, мой капитан! – радостно отчеканил Шилоп. Нимфа с сомнением помешала густое содержимое и, подув на половник, осторожно отхлебнула. – Буэ-э-э, – Хага разинула рот, пытаясь избавиться от невыносимой скользкой мерзости. – Ну как? – решил уточнить ИИ. – Убийственно, – прохрипела сирена. Она в отчаянии шарила рукой по столу в поисках чего-то мало-мальски съедобного, лишь бы заесть треклятый суп. – Хага, ты уверена, что следовала рецепту? – Для тебя Хага-аль, – прошептала та, рявкнуть отчего-то не получилось. – Лучше б Ивана оставила! – Миледи, мы оба знаем, что Ивану Ефремычу не до нас, – Шилоп громко вздохнул, заводя любимую шарманку. Трескотня ИИ действовала на нервы, не говоря о трескотне про Ивана. Ефремович то, Ефремович это! Ну открыл он «Зов сирены»… только сирену почему-то не спросил!

Шипя ругательства, Хага наконец отыскала ломоть хлеба и, стиснув его в зубах, потащила весь ужин в рубку. С минуту Шилоп молчал, терпеливо дожидаясь, пока злосчастная кастрюля брякнет о приборную панель. – Ой, капитан, такое дело, – начал прохвост, – понимаете, кнопку связи заклинило. Совершенно случайно вызвали… – Не сме-е-ей! – завопила сирена, бросаясь к рычагам. – …Ивана, – бормотал вдогонку ИИ.

Усилия Хаги конечно же оказались напрасны. И она сделала самое разумное, что могла сделать гордая и уважающая себя нимфа: сбросила звонок. Примерно с минуту ничего не происходило, даже Шилоп молчал. Сирена уже собиралась облегченно вздохнуть, но динамик ожил вновь. – Издеваешься? – Иван мог бы кричать, но его шипения хватило сполна. – Связь барахлит, – буркнула нимфа, скрестив руки на груди. – Я тебя почти не слышу… – Иван Ефремович, как же мы соскучились! – тут же влез ИИ. – Прости, что так неожиданно, а у тебя там ночь, да? Но разве не могут старые друзья поболтать без всякого повода! Иван втянул побольше воздуха и мысленно досчитал до пяти. Шилопа всегда было много, а для ночного дежурства на кухне – слишком. – «Зов сирены», значит? – неожиданно для себя выдавила Хага-аль. Она плюхнулась в капитанское кресло, закинув ноги на приборную панель. И зачем-то закрыла глаза, не понимая, кто раздражал ее больше: Шилоп, что подстроил разговор, или нюхач с дурацким названием забегаловки.

Но тут гнев Ивана сменился удивлением и даже растерянностью. – Хага, ты разозлилась? – чужие эмоции дегустатора обычно не волновали, извиняться тоже желания не было, но реакция сирены его почему-то задела. – Это же… – Доброй ночи, Ива-а-ан Ефре-э-эмович! – странно растянул имя незнакомец, появившийся в дверях кухни. – Постойте, сюда… – опять не успел договорить Иван. – Таким гостям не отказывают, – только и шепнул су-шеф, получив, впрочем, едва заметный кивок от незнакомца, и деликатно прикрыл за собой дверь. Иван с господином остались наедине. Он был невысок и коренаст, и, если бы не акцент, вполне сошел бы за землянина.

– Итак, Ива-а-ан, интересное название у вашего рестора-а-ана. – Да уж, получше не нашлось? – тут же вставила Хага, даже не собираясь отключаться, но точно желая довести шефа до белого каления. Иван Ефремыч закатил глаза. Незнакомец, видимо, счел это за ответ и спокойно продолжил: – Дога-а-адываюсь, вы слышали о сиренах… Знаете, мне очень нужен ваш чу-у-уткий нос. Жаль, не все исполнители справляются с поруче-е-ениями, но не следить же за каждым, в самом деле? – гость брезгливо поморщился. – Вот и вас отыскал лично, впрочем, мы неплохо посотру-у-удничаем. Скажите, Ива-а-ан, вы когда-нибудь бывали на планете Си-и-иа? Иван Ефремович довольно неопределенно повел плечами и с достоинством опустился на стул, забыв, однако, посолить шкворчащих на плите миног. «Это жуткая ирония», – подумал он. – Какая же это задница! – прошипела в наушнике Хага.