Вечер молчаливого путника

Глава 1

Вечером город становился честнее. Днём старался казаться серьёзным: люди торопились, трамваи звенели, витрины отражали лица прохожих, которые давно перестали смотреть друг на друга. Но вечером всё менялось. Шум становился мягче, фонари скрывали недостатки архитектуры, а вода в реке начинала выглядеть так, словно знала ответы на вопросы, которые никто не решался задать.

Я любил гулять вдоль набережной вечером. Не потому, что искал вдохновение или пытался разобраться в себе. Просто вечером город наконец переставал требовать от человека быть кем-то определённым. В тот день людей на набережной оказалось необычно много. Сначала я решил, что играет уличный музыкант. Потом подумал, что, наверно, кто-то упал в реку. Но, подойдя ближе, увидел плотное кольцо зевак. Все смотрели вниз.

- Где?

- Да вон же!

- Господи...

- Это точно он?

Я протиснулся между двумя мужчинами и тоже посмотрел. У самого бетонного берега, почти не двигаясь, плавал крокодил. Он лежал в воде так спокойно, будто родился именно здесь, между велосипедной дорожкой и кофейней - гордо моргая без особого интереса. Толпа загудела ещё громче.

- Откуда он взялся?

- Кто-нибудь уже вызвал службу отлова?

Женщина рядом прижала к себе маленькую девочку так крепко, словно крокодил собирался немедленно выбраться на берег и начать охоту. Но крокодил не двигался. Он лишь продолжил лениво моргать, будто вся эта человеческая суета его искренне удивляла.

Представьте только: проснуться однажды утром и обнаружить, что ты оказался посреди европейского города, где тебя никто не понимает, все боятся, а единственная перспектива - быть пойманным людьми в ярких жилетах. Нелепая судьба.

- Наверняка кто-то смыл его в унитаз, - уверенно сказал парень в кепке.

Несколько человек засмеялись. Я тоже улыбнулся.

Люди удивительно любят объяснения. Даже самые нелепые объяснения кажутся им лучше неизвестности. Наверное, поэтому истории о крокодилах в канализации существуют почти в каждой стране. Правда редко бывает настолько удобной.

Крокодил медленно поднял голову. Его глаза скользнули по толпе, словно он перебирал лица, пытаясь понять, кто из этих странных существ представляет наибольшую опасность. На мгновение его взгляд остановился на мне. Странное чувство. Скорее ощущение, будто мы оба случайно оказались не там, где должны были быть. Я едва заметно кивнул. Сам не знаю зачем. Но мне вдруг показалось невежливым просто стоять и разглядывать его, словно экспонат.

Через несколько минут приехали спасатели. Толпа оживилась. Кто-то уже начал вести прямую трансляцию. Я постоял ещё немного и пошёл домой. По дороге думал вовсе не о том, опасен ли был этот крокодил. Меня не отпускал другой вопрос. Почему мы всегда считаем ошибкой всё, что выбивается из привычной картины мира? Может быть, единственная ошибка крокодила заключалась лишь в том, что он оказался слишком далеко от дома.

Этой ночью мне долго не удавалось уснуть. А когда сон всё-таки пришёл, он оказался удивительно спокойным. Последнее, что я помню, - тяжёлые зелёные глаза, смотрящие на меня из чёрной воды.

***

Проснулся я оттого, что чесался нос. Странное ощущение. Не зуд. Скорее желание потереться о что-нибудь твёрдое, как будто кожа вдруг стала принадлежать существу, которое всю жизнь знало только ласку.

Я машинально поднял руку. Руки не оказалось. Вместо неё перед глазами появилась короткая коричневая лапа с тремя длинными пальцами, через которую просвечивались лучи солнца. Я долго смотрел на неё. Потом - на вторую.

- Любопытно, - сказал я.

Получилось какое-то приглушённое фырканье.

Я резко вскочил с кровати. Вернее, неловко поднялся на все четыре лапы. Оказалось, что тело теперь работает совершенно иначе. Центр тяжести куда-то переехал, ноги не понимали моих приказов, а сама кровать неожиданно стала высокой. Через секунду я уже лежал на полу. Пожалуй, первое падение в моей новой жизни.

Я поднялся со второй попытки и направился к зеркалу. Мир стал ниже. Привычная мебель выглядела памятниками давно исчезнувшей цивилизации. Когда я всё-таки добрался до ванной, мне пришлось долго подпрыгивать, чтобы увидеть своё отражение. Из зеркала на меня смотрела большая капибара. Она выглядела удивительно спокойной. Даже слишком. Капибара повторила мои движения. Я высунул язык. Она тоже. Мы ещё немного посмотрели друг на друга. Потом я решил, что дальнейшие переговоры бесперспективны. Самым удивительным оказалось вовсе не перевоплощение, а как быстро я привык к этому. Через десять минут меня уже гораздо сильнее беспокоил вопрос, как открыть дверь, чем вопрос, почему я стал капибарой. Дверная ручка оказалась примерно на уровне моего лба.

Я подпрыгнул. Не достал. Попробовал ещё раз. Безрезультатно. Тогда я решил использовать вес собственного тела. Это сработало... почти. Дверь открылась, а я вместе с ней вылетел в коридор и ещё несколько метров скользил по ламинату, пока не врезался в обувную тумбу. Некоторое время мы молча лежали друг напротив друга. Мне показалось, что тумба смотрит на меня с лёгким превосходством.

Следующей проблемой стали ключи. Они остались висеть на крючке. Я долго разглядывал их. Минут через пять до меня дошло, что капибары, вероятно, вообще никогда не пользуются ключами. Это открытие одновременно огорчило и почему-то развеселило меня. Выходит, существует целый мир существ, которые совершенно не зависят от дверных замков.

Я медленно подошёл к окну. Яркие фонари окрасили этот вечерний городской пейзаж. Люди возвращались с работы. Автобусы явно опаздывали. Кто-то выгуливал собаку. Кто-то пил кофе прямо на ходу. Никто даже не подозревал, что в квартире на четвёртом этаже один человек проснулся капибарой. И вдруг я понял одну странную вещь. Меня почти перестало интересовать, почему это произошло. Вопрос никуда не исчез. Он просто оказался бесполезным. Даже если бы сейчас в комнате появился человек в белом халате, ангел, дьявол или сам Господь Бог и подробно объяснил причины моего перевоплощения, это никак не помогло бы открыть дверь. Иногда жизнь оказывается удивительно практичной. Она требует не ответов. Она требует следующего шага.

Я снова посмотрел на дверную ручку.

- Хорошо, - сказал я.

- Посмотрим, кто из нас упрямее.

И в этот момент мне показалось, что где-то глубоко внутри впервые за утро родился не страх, а интерес. Что же будет за ней?

***

На то, чтобы выбраться из квартиры, ушло немало времени. Не потому, что дверь была самым сложным испытанием – скорее привыкание к собственному телу. Никто никогда не проектировал квартиры с расчётом на капибар. Я долго изучал замок, надеясь, что человеческая память подскажет решение. Потом пытался подпрыгнуть. Потом наваливался всем телом на ручку. Потом случайно открыл дверь, поскользнулся и кубарем выкатился на лестничную площадку. Улица встретила меня тишиной. Ещё вчера я сбегал по этим ступеням, перепрыгивая через две. Я спустился по лестнице и вышел на улицу. Уловив вечерний ветер, я почувствовал себя по-настоящему свободным.

Остановившись, я вдохнул воздух и неожиданно понял, что различаю десятки запахов одновременно. Влажная земля после поливки газонов. Горячий хлеб из булочной за углом. Девушка с духами - совсем недавно. Город вдруг перестал быть картинкой. Он стал огромной книгой запахов. Я так увлёкся этим открытием, что не заметил мальчика на самокате. Он остановился в двух метрах от меня и долго молчал. Потом спросил:

- Ты настоящая?

Я хотел ответить. Получилось какое-то вежливое «фр-рр». Мальчик широко улыбнулся.

- Мам! Здесь капибара!

Из ближайшего кафе поднялось сразу несколько человек. Через минуту телефоны уже были направлены в мою сторону. Странно устроен современный человек. Стоит произойти чему-нибудь невероятному - и первым делом он достаёт камеру. Наверное, людям спокойнее смотреть на чудеса через экран.

- Какая милая!

- Нет, не подходите!

- Она кусается?

- Понятия не имею. Погугли.

Я медленно попятился. Толпа сделала шаг вперёд. Я сделал ещё шаг. Сзади ко мне подошёл тот же мальчик на самокате и начал гладить меня по спине. Я и сам не понял, почему лёг на живот. Просто через секунду уже с удовольствием подставлял спину под маленькую ладонь. Так я позировал и получал удовольствие несколько минут. Однако моему седьмому облаку блаженства предначертано было падение. Появились сотрудники отлова животных.

Они вышли из белого фургона с таким видом, будто каждый день ловят капибар в центре города. Один нёс большую сеть. Другой - длинный шест с петлёй. Третий держал переносную клетку. Я невольно почувствовал уважение. Люди действительно умеют готовиться к событиям. Сзади всей толпы стояли камеры, и корреспондент очень громко тараторил, пока сотрудники приближались.

- Осторожно!

- Не спугните!

- Медленно…

Сеть взлетела в воздух. Я отпрыгнул и краешком ножки оттолкнул сетку. Не потому, что был особенно ловким. Просто именно в этот момент заметил сочный пучок травы возле фонарного столба. Сеть пролетела мимо меня и накрыла двух сотрудников службы. Толпа дружно ахнула. Кто-то даже захлопал. Корреспондент говорил всё быстрее. Кажется, происходящее нравилось ему значительно больше, чем тем, кто пытался поймать капибару.

Один из пойманных долго пытался выбраться, запутываясь всё сильнее. Я поймал себя на мысли, что испытываю к нему искреннее сочувствие. Потом вспомнил, что минуту назад эта сеть предназначалась мне. Ха! Так тебе и надо! Я побежал. Вернее, понёсся. Оказалось, что капибары бегают гораздо быстрее, чем выглядят. Ветер свистел, уши хлопали на бегу. Лапы сами находили дорогу. Я перепрыгнул через клумбу, проскочил между велосипедистами, нырнул в парк и только там остановился.

Тишина. За спиной ещё слышались крики. Но впереди была река. Высокая трава, утки, камыши и звездное небо. Я медленно подошёл к воде. В отражении снова появилась капибара. Я долго смотрел на неё. Потом наклонился и осторожно сорвал зубами пучок молодой травы. Трава оказалась неожиданно вкусной. Я съел ещё немного. Потом ещё. И вдруг рассмеялся. Не потому, что было смешно. Потому что внезапно понял одну вещь. Всю жизнь я покупал еду. Сравнивал цены. Ждал скидок. Стоял в очередях. А теперь самый большой ресторан в моей жизни рос прямо под ногами. Я лёг в траву. Надо мной медленно проплывали облака. Ветер перебирал листья. Никогда ещё мир не казался таким огромным и таким спокойным. Впервые за много лет мне совершенно никуда не нужно было идти. Телефон остался дома. Работа перестала существовать. Я лежал и думал о том, что, возможно, человек слишком редко позволяет себе просто жить. Не достигать. Не доказывать. Не торопиться. А просто лежать в траве и смотреть, как качаются облака. Наверное, именно в этот момент я впервые перестал сожалеть о своём перевоплощении. И именно в этот момент где-то далеко снова завыла сирена.

Я поднял голову. Между деревьями мелькнули фонари. Они нашли меня. Люди были в нескольких метрах от меня и окружали со всех сторон. Я медленно поднялся. Посмотрел на реку, течение оказалось настолько сильным, что входить в воду казалось мне самоубийством.

Я закрыл глаза. Открыв их, я увидел длинную тёмную спину, медленно рассекавшую воду. Из реки показалась широкая морда с тяжёлыми зелёными глазами. Тот самый крокодил. Он ничего не сделал. Лишь подплыл к самому берегу и неподвижно посмотрел на меня. Не раздумывая, я шагнул в воду и забрался ему на спину. Мы молча поплыли вниз по реке. На берегу ещё долго мелькали фонари. Раздались удивлённые крики. Я вдруг понял, что не знаю, куда мы плывём. И впервые в жизни меня это совершенно не беспокоило. Я опустил взгляд на своего молчаливого спутника и впервые за долгое время не задал ни одного вопроса.

Иногда достаточно просто плыть вперёд.