В деревне Тютькино - дракон

Глава 1

Галина РОМАНОВА

В деревне Тютькино – дракон.

Звонок в редакцию НТВ поступил в пятницу. Тринадцатого августа.

Все началось с туристов, которые, решив отдохнуть «дикарями», начали отмечать начало похода еще в электричке и вышли не на той станции. Сориентировавшись на карте, они решили «срезать угол» и двинулись напрямик через леса, бурелом и заброшенную турбазу к соседней станции, но немного ошиблись со сторонами света и в результате оказались на окраине деревни с трудно запоминающимся названием Тютькино (в смысле, трудно оказалось запомнить, что там буква «ю», а не еще одна «и»). Попытавшись отыскать и допросить кого-нибудь из местных аборигенов, где тут ближайшая дорога, они стали свидетелями странного зрелища. По словам заикающихся и плачущих корреспондентов, в деревне Тютькино происходят странные, если не сказать – подозрительные – вещи. Намеков – и описаний – оказалось более, чем достаточно для того, чтобы в означенную деревню срочно была откомандирована съемочная группа новой программы «Удивительное с нами!»

Деревня была. Поворот на нее «Тютькино – 10 км» был. А вот самой дороги не было.

Телевизионная «Газель» завязла в какой-то рытвине, отъехав уже довольно далеко от шоссе. Все это время машина пробиралась по двум колеям, которые должны были изображать грунтовку, но изображали двух змей, которые то устремлялись навстречу друг другу, огибая кусты и лужи, то расходились в разные стороны. Местами на сухих участках было видно, что дорогой все-таки активно пользовались и даже иногда ради этого ее ремонтировали – то попадались участки щебенки со следами грязных гусениц. То настил из досок, то следы подкованных копыт и даже чей-то намертво застрявший в земле сапог.

Вот где-то рядом с сапогом «Газель» и застряла.

- Ну, чего будем делать? – поинтересовался оператор Гриша.

- А чего тут делать? – обошедший машину по кругу и вернувшийся в кабину шофер ожесточенно тряс по очереди обеими ногами, надеясь стряхнуть с них ошметки грязи и при этом не потерять хлюпающие кроссовки. – Заголяться и бегать.

Все покосились на единственную женщину в группе, ведущую и репортера Машу Шапкину, которая везде подписывалась как Марианна Шапокляк.

- Мы так и будем сидеть? – захлопала она ресницами. – Но надо же что-то делать… мужчины!

- А чего? Сейчас до деревни доберусь. Там, небось, трактор или тягач какой-никакой найду, вытащим, - водитель оставил надежду спасти кроссовки и торопливо переобувался в болотные сапоги, которые валялись под сидением с весны, когда он на государственной «Газели» мотался на свою частную рыбалку.

- Но где же деревня? – мило изумилась Маша-Марианна.

- Да вон! Видишь? Столбы! И крыши торчат! – водитель ткнул пальцем в сторону кустов. – Полкилометра, небось, не доехали!

Девушка всмотрелась сквозь ресницы…

- Не доехали – так дойдем! – решительно заявила она. – Гриша, Павлик, Марат! За мной!

И стремительно выскочила из машины.

Плюх! – радостно сказала грязь.

- Ой…

Журналистку, тем не менее, сбить оказалось не так-то просто. Немного изменившись в лице и слегка прикусив губу – приличные девушки не выражаются, как говорила мама! – она с третьей попытки выкарабкалась-таки на сухое место и, кое-как отчистив боты и чулки, похромала по обочине, стараясь не оборачиваться на топающих позади мужчин.

Деревня Тютькино, до которой было действительно рукой подать – вернее, всего четверть часа ковылять по обочине дороги – оказалась неожиданно большой, в два десятка домов, среди которых попадались как полуразвалившиеся деревянные избы, помнившие, наверное, еще коллективизацию, так и вполне себе современные, обшитые вагонкой дома с антеннами и тарелками спутниковой связи на крышах. Вот только людей было маловато. У завалинок сидело двое-трое стариков, которые казались древнее, чем из жилища. Попытки разговорить местных жителей ни к чему не приводили – они все, как один, едва заслышав, кто и о чем собирается расспрашивать, превращались в глухих и тупых. Даже неутомимая Марианна стала терять надежду, тем более, что про трактор, тягач или просто буксир тут тоже не хотели разговаривать.

- О, смотрите! – оператор Гриша первым заметил шагавший навстречу колоритный экземпляр.

Экземпляр был мужиком лет сорока, крепким, кряжистым, коренастым, в телогрейке нараспашку, под которой обтягивала грудь застиранная тельняшка. Штаны – с лампасами – и резиновые сапоги довершали наряд. Мужик тащил пустое ведро.

- Стоять! – рявкнула Марианна, бросаясь к нему наперерез.

- А? – застыл мужик.

- Гр-риша, камеру, - прошипела девушка и устремилась к аборигену, на ходу нацепляя улыбку светской львицы. – Можно вас на пару слов?

- Ну.

Журналистка выдохнула, с хрустом расправив плечи.

- Раз-раз-раз! Как меня слышно? Прием? Картинка есть? - застрекотала она в камеру. – Нет, ничего, если не получится, потом переснимем и смонтируем… Готов? Итак…Здр-равствуйте, уважаемые телезрители! С вами программа «Удивительное – рядом» и ее бессменная ведущая Марианна Шапокляк. Мы, как всегда, колесим по городам и весям нашей необъятной родины, отыскивая буквально у вас под носом необъяснимые факты, неопознанные явления и удивительные события, которыми так богата наша земля-матушка! Сегодня судьба забросила нас в деревню Тютькино, где вот уже некоторое время происходят невероятные события. Мы встретили местного жителя. Скажите… э-э… как вас зовут?

- Ну… Семен… Иваныч.

- Как мило… - оскалилась журналистка. – Семен Иваныч – житель села Тютькино с… с какого года вы тут живете?

- Ну… как родился, так и живу. Два года в армии был, а потом… вот…

- Семен Иваныч – местный старожил, - затарахтела Марианна. – Он с младых ногтей вскормлен этой землей, сроднился с нею, ежедневно поливая ее своим трудовым потом. Он из тех неприметных сельских тружеников, на ком держится наша великая держава. Держится, правда?

- Ну… ага, - подумав, согласился мужик.

- И кому, как не ему, знать все тайны своей родины! – Марианна перевела дух и заговорила другим тоном. – Вы ведь не откажетесь поделиться своими секретами с нашими телезрителями?

- А?

- До нас дошли слухи, - проникновенно и загадочно заговорила Марианна, - что в деревне Тютькино обитают… странные существа… если не сказать, сказочные чудовища, словно сошедшие с картин художников-абстракционистов. Что вы можете сказать по этому поводу?

- Чё?

Журналистка задержала дыхание и постаралась сосчитать до десяти.

- У вас в деревне водятся чудовища? Ну, монстры там всякие? Твари неопознанные…

- Динозавры, - подсказал звукооператор Марат.

- А? – Семен вытаращился на парня так, словно впервые увидел. – А… Нет! Этого нет!

- А кто есть? Каких загадочных чудовищ скрывают эти густые леса? – Марианна широким жестом обвела редкий сосняк и заросли молодых березок, явно выросших на места заброшенной пустоши.

- Никаких.

- Что? Совсем никаких? Но…

- Нет. Нету у нас чудовищ. И не было отродясь! – Семен даже головой замотал. – У нас тут места дикие, нету никого…

- Но… нам же сказали… туристы… Они проходили мимо вашей деревни и сами, своими глазами видели, как…

- Врут! Мы тут туристов аж с позапрошлого года не видали, вот как лыжники с турбазы заблудились, так больше никто и не… не приходил.

- И НЛО не прилетало? – сделал попытку Марат.

- Нет. И вообще, ехали бы вы отсюда…

- Мы бы рады, - развел руками водитель, - да наша «Газель» застряла.

- Где? – Семен сразу стал деловитым, собранным, серьезным.

- А вон там, за кустами. Может, знаете кого-нибудь, кто может ее вытянуть?

- Знаю. Я сам тракторист. Пахал там огороды, да вот решил за водой сбегать… Сейчас подгоню трактор, вытащу вашу машинку…Айда за мной!

Поудобнее перехватив ведро, он развернулся и зашагал куда-то вдоль домов. Съемочная группа потрусила за ним следом.

- Ну, вы даете! На «Газельке» к нам сунулись! – по дороге разговорился Семен. - У нас тут даже председателев «козел» застревает то и дело. Даже автобус и автолавка не проезжают. На тракторе или пешим ходом только. Зимой, правда, легче – грязь замерзает, так тогда проехать можно. Или если год засушливый, когда все сухое. А в такую пору – ну никак! У нас тут городские бывают, так они только Новый Год отмечать приезжают, да летом на недельку иногда – в речке искупаться, рыбу половить, комаров покормить… А так… Да! Речка у нас тут знатная. Рыба ловится – во! А больше ничего нету. Ни чудищ, ни НЛО, ни вообще…

Пройдя улицу до конца, свернули к крепкому кирпичному дому, стоявшему немного на отшибе. От внешнего мира он был отгорожен добротным забором.

- Пришли. Погодите меня тут, - Семен махнул рукой. – Я только соляры чуток отолью и…

И все бы так и закончилось, если бы Марианна Шапокляк не вздумала протиснуться следом, игнорируя просьбы. Извернувшись бочком, журналистка мигом оказалась внутри, и придержала калитку ровно настолько, чтобы Гриша и Марат с водителем успели заглянуть внутрь и…

… и увидели, как нечто огромное, чешуйчатое, с перепончатыми крыльями и зубастой пастью, вынырнув откуда-то из-за угла, с рычанием подмяло под себя идущего первым Семена. Отброшенное когтистой лапой ведро зазвенело по камням.

- Гр-ра!

- Аа-а-а!

Марианна внезапно обнаружила, что сидит верхом на ветке росшего у калитки ясеня, а чуть ниже яростно скребут подошвами кору пытающиеся не отстать от нее мужчины. Вцепившись всеми конечностями в дерево, журналистка вытаращенными от ужаса глазами смотрела, как чудовище размером с хорошую лошадь буквально возит тракториста по земле, издавая странные урчащие звуки. «Съест! Он сейчас его съест!» - мелькнуло у Маши Шапкиной в голове. Девушка очень захотела зажмуриться и отвернуться, но журналистская жилка буквально заставляла ее смотреть.

- Снимай! – сдавленно прошипела она.

- Чем? С-сука… камера там внизу осталась… - простонал Гриша. – Он…

Марианна из последних сил отвернулась, чтобы не слышать жуткого хруста костей и предсмертных криков.

- Фу! Фу, брысь! Прекрати! Сидеть!

До журналистки не сразу дошло, что эти крики как-то не похожи на предсмертные вопли заживо пожираемого. Она рискнула повернуть голову.

Сидя на земле, Семен яростно отбивался от дракона, который скакал вокруг него, виляя задней половиной тела, и пытался в который раз облизать ему лицо и руки.

- Васька! – кричал тот, отплевываясь и раз за разом отпихивая морду. – Прекрати! Фу! Пошел вон! Два часа меня дома не было! Два часа! А ты меня встречаешь так, словно я на полгода уходил! Да брысь ты уже! Черт вонючий!

Изловчившись, он съездил дракону по носу кулаком, и тот отскочил, припав к земле.

Мужик встал, кое-как одернул телогрейку, заправил в штаны выбившуюся тельняшку и только после этого поднял глаза на обвешанный людьми ясень.

- Слезайте! Не ломайте дерево! Оно и так…

- А м-м-м… мо-мо-мо… - заблеял Гриша, как материально ответственное – за камеру – лицо.

- А то нет!

- А он нас не съест? – водитель съехал по стволу, обхватив его руками.

- Васька-то? Не-а. Он смирный! – Семен протянул руку, и дракон, виляя задней половиной, подлез под его ладонь, ласкаясь. – Я его вот такусеньким нашел. Только-только вылупился…Там, на пустоши. Лес там горел после того, как какая-то ракета разбилась. Хорошо, лето было сырое, сумели пожар быстро затушить. А то бы и Тютькино наше выгорело, и он бы изжарился… Ладно-ладно, Васька! Место! – прикрикнул он на дракона, когда тот, заметив людей, направился к ним.

Вразумил животное добрый пинок под зад. Получив нагоняй, дракон понурился и потрусил за угол, где плюхнулся возле массивной будки, больше похожей на «ракушку» для мотоцикла.

Марианна Шапокляк прислонилась к забору.

- Рассказать кому – не поверят, - пробормотала она.

- Ага, - понуро подтвердил Гриша. – Камера разбилась…

Тракторист Семен какое-то время яростно скреб в затылке.

- Ладно, - наконец рубанул он ладонью воздух. – Раз такое дело… пошли, покажу вам настоящих чудовищ. А ты, - он круто развернулся и ткнул пальцем во встрепенувшегося при слове «пошли» дракона, - с нами не идешь!