Сорок человек

Глава 1

Господин Барабек проснулся в как всегда приподнятом настроении. Его ждал очередной чудесный день. Яркое солнышко уже заглядывало в окошко, пробиваясь своими лучиками сквозь щели плотных занавесей.

Снаружи доносились заливистые трели певчих ящериц, которые искренне радовались рассвету. Чарующие мелодичные звуки проникали даже сквозь мощные шумоизолирующие стеклопакеты. Хотя господин Барабек и не любил музыку, но слышать каждое утро разноголосое верещание земноводных ему почему-то было приятно. Это его как-то особенно воодушевляло, задавая настроение на весь день.

Умывшись и причесав мех, господин Барабек стал рассматривать себя в зеркало. Он обнажил крепкие белые зубы и несколько минут любовался их блеском, затем открыл пасть и осмотрел горло – оно также выглядело здоровым. Закончив обязательные процедуры, направился на кухню за утренней порцией горячего напитка, заваренного на дольках юджа – ароматного фрукта.

Насладившись, господин Барабек окончательно взбодрился и почувствовал себя полным сил и готовым к любым трудностям. Надев строгий официальный костюм, начищенные лакированные туфли – он любил выглядеть представительно – взял с полки модную кожаную сумку и открыл входную дверь.

Хорошее утро

На часах была ещё всего лишь половина седьмого, а господин Барабек уже вышел на улицу. До начала работы времени оставалось много, поэтому он решил пройтись пешком. Осень активно вступала в свои права, раскрашивая природу в яркие цвета. Воздух наполнял аромат сухой листвы. Лёгкий ветерок заигрывал с деревьями, бесстыдно срывая их летнее одеяние.

Небольшая прогулка так улучшила настроение Барабека, что ему вдруг захотелось петь. Но он не стал. Он думал, будто это вредит его строгому образу старшего сотрудника. Господин Барабек всегда старался выглядеть серьезным специалистом. Считал себя очень ответственным и тщательно следил за своим имиджем в компании. Он требовательно подходил к работе. Но, вместе с тем, и не был занудой – приветливо общался с коллегами, со всеми был любезен и обходителен.

Ежедневно, заходя в офис, Барабек здоровался с каждым работником, знал всех по именам и искренне интересовался их делами. Господин Барабек был уверен, что хорошая атмосфера в коллективе повышает производительность, и всегда способствовал ее улучшению.

Сегодня по пути к кабинету ему встретился младший сотрудник Квисин. Они вместе вошли в лифт.

– Доброе утро, уважаемый господин, – приветствовал Квисин коллегу.

– Доброе, – отвечал ему Барабек.

Они немного помолчали, а потом Квисин желая не допустить неловкости сказал:

– Вы слышали, что люди с завтрашнего дня закрывают несколько важных для нас маршрутов?

Барабек не слышал. Новость была интересная, но он не хотел показывать свою неосведомлённость, поэтому ответил:

– Я думаю – это слухи. Тысячи лет мы работали без ограничений – так и останется впредь. Кстати, господин Квисин, у нас не принято использовать слово – «люди», говорите «человеки» – так более верно с точки зрения классификации, – лифт остановился на нужном этаже и Барабек добавил, заканчивая беседу. – Удачного дня, уважаемый.

Он вышел из лифта и направился к кабинету. Когда часы показывали, что до начала рабочего дня осталось пять минут, господин Барабек уже сидел за своим столом. Каждое его утро в офисе начиналось одинаково – Барабек открывал свой ежедневник и внимательно изучал перечень запланированных дел.

– Так-с, ежедневник-ежедневник, что у нас сегодня, – напевая пробормотал он, – Что же мне предстоит? Ага: «купить», «не забыть», «поздравить», «принять господина Шэ» – ну это отложим на следующую неделю… Таак – это «да», это «да» – это точно «нет», это – «отложить».

Строчка за строчкой господин Барабек быстро раскидывал задачи, делал необходимые пометки, составлял план на день. Вскоре всё было распределено и оставалась только одна последняя запись:

«Подготовить отчёт для господина Шасэна (по заказу)».

Барабек задумался. Он определённо не знал никакого Шасэна и не помнил никакого заказа от него. Барабек принялся копаться в бумагах пытаясь найти хоть какое-то упоминание о злосчастном Шасэне, чтобы узнать, что тому нужно.

Время Барабека

Перерыв, казалось бы, все документы, но ничего так и не узнав, Барабек устало опустился в кресло. Взгляд его заскользил по комнате и остановился на толстой стопке бухгалтерских отчетов за прошлый год. Именно под ними он углядел нечто, что ещё не проверял. С трудом разобрав гору макулатуры, господин Барабек вытащил тоненькую папку с надписью на обложке «Шасэн». Надпись была сделана простым карандашом и сильно потёрлась, однако имя можно было различить. Рядом с надписью стояла дата, судя по ней, последний раз в эту папку Барабек заглядывал почти месяц назад.

Господина старшего сотрудника внезапно посетило тягостное предчувствие. Пот выступил на лбу. Трясущимися пальцами он ухватился за обложку и попытался её открыть. Однако, странички слиплись и не поддались. Барабек взял канцелярский нож и принялся аккуратно их подрезать. Вскоре ему удалось освободить первую страницу, затем вторую, третью. Он начал вчитываться в документы и лицо его приняло испуганное выражение. Он внезапно понял, кто именно записан под именем Шасэн. (Это был очень влиятельный господин от воли которого зависели не только благосостояния, но часто и жизни). Барабек в полной мере осознал важность задания, срок выполнения которого истекал уже сегодня в полночь.

«Невероятно», – подумал он, – «как же я мог забыть?»

Ему почему-то вдруг показалось очень важным понять причину своей нелепой оплошности. Сначала он просто сел в рабочее кресло. Потом навалился на стол и сгорбился, обхватив голову руками. Со стороны могло показаться, что это он увлеченно разглядывает красивый древесный узор. Но упёршись взглядом в столешницу, господин Барабек не замечал ничего вокруг. Он старался отыскать в памяти хоть какие-то воспоминания, связанные с делом Шасэна. Вскоре картинки стали обрушиваться одна за одной: он увидел как получает задание из рук своего уважаемого начальника, как неаккуратно толкает чашку и проливает сладкий сикхе на бумаги, как засовывает папку с документами под стопку других дел, чтобы те своим весом придавили её и бумага не покоробилась при высыхании.

А потом Барабека внезапно вызвал господин Имуги и предложил отправиться в длительную командировку. Там старший специалист подхватил вирус и, в результате, целую неделю просидел на больничном. Когда же он вернулся, то, конечно, совсем забыл про Шасэна. «Да-да, действительно – так всё и было!» — решил Барабек, — «Теперь абсолютно ясно, что во всём виноват Имуги и эта командировка!»

Выяснив причину неприятности, Барабек немного расслабился. Конечно, обвинять Имуги не следует, ведь он руководитель. Очевидно было, что это не профессиональная некомпетентность господина уважаемого начальника, а просто глупое стечение обстоятельств. «Однако, ситуация очень неприятная и исправлять её придётся никому иному как мне», — решил господин Барабек, — «Ну что же, крайний срок выполнения заказа – двадцать четыре ноль-ноль сегодняшнего дня, а сейчас всего лишь восемь ноль-ноль… Впереди длинный рабочий день – возможно, ещё не всё потеряно»

День рожденье

Пока господин Барабек, о котором я тогда ещё ничего не знал, пытался смириться с внезапно обрушившимися на него неприятностями, в совершенно другом месте происходило просто мегаграндиозное событие. Я отмечал свой тридцатый день рождения.

Мама ещё днём уехала на свой очередной сипозиум, а напутственными её словами стали:

– Родной, не увлекайся – у тебя завтра работа.

Я и не собирался увлекаться, но алкоголя оказалось слишком много. Да и подарки друзей были фееричными — с их подачи теперь на каждом столе в доме танцевала стриптизёрша, а по дому сновали разодетые как черти актёры-аниматоры. И четыре бармена в разных концах дома без конца наливали любому из трёх сотен моих самых близких друзей. Я не хотел никого обидеть и потому старался выпить с каждым. Хотел всех поблагодарить. И из-за этого своего проклятого гостеприимства к середине вечеринки уже упился вусмерть.

Девушки же на празднике были просто потрясающме красотки. Одна блондиночка оказалась невероятно обворожительна. Она была просто чудесна – потрясающие глаза, нежные губы, приятная улыбка. И вот я ей рассказываю–рассказываю что-то совершенно поразительное про свою работу. Говорю:

– Я «наблюдатель»!

– Что это? – она делает удивлённое лицо, ох, просто прелесть.

– Служба контроля иномирцев – слежу за несанк… циро… ниро… ваннами… эмм… визитами к нам всяких чертей.

– Ой, как интересно…

Я тянусь, чтобы её поцеловать в губы и внезапно осознаю, что передо мной не блондиночка уже, а странный мужик в костюме плюшевого медведя, который бормочет что-то занудное про наркотики:

– Нет, дружище – никаких наркотиков, я против наркотиков! Хочешь веселиться – выпей текилы! Но наркотики – нельзя, не надо… – и тут он, просто на середине фразы, вдруг отключается.

Это было бы очень смешно, не облокотись он на передвижной рояль, который мы ранее вынесли на террасу второго этажа. Эта бандура на колесиках, сдвинутая весом "плюшевого медведя", покатилась. Она с разгона снесла балконные перила, а затем с шумом и треском рухнула вниз.

Упав прямо на мангал рояль разбросал по всей округе горящие угли и тут же загорелся сам. Началась суета – люди помчались на первый этаж, кто-то принялся затаптывать огонь, кто-то искал огнетушитель. А кто-то догадался вызвать пожарных. Те примчались с сиренами мигалками, устроили невероятный хаос. Хотя, к тому времени, когда они приехали уже и тушить -то было нечего — сами справились.

Неприятно было платить за ложный вызов, но в остальном праздник удался. Никогда ещё у нас не было такого веселья. Приезд пожарных стал кульминацией вечера. После него вечеринка пошла на спад. Часть гостей, залившись алкоголем, просто поотключалась — они лежали по всему дому. Другие, кто был ещё в относительно вменяемом состоянии, умудрились добраться до такси и разъехаться по домам. В какой-то момент, выпив последнюю рюмку текилы, провалился в сон и я.

Список

Если кто-то и мог позволить себе тратить время на шумное празднование, то только не господин Барабек. Он погрузился в изучение технического задания, и внимательно рассматривал перечень интересующих заказчика объектов. Господин Шасэн требовал до истечения месяца предоставить ему отчёт с визуализацией каждого этапа работы. А значит необходимо было не просто сообщить о выполнении, но и приложить фото и видео материалы, что сильно осложняло дело.

Дойдя до листка со списком задач Барабек обрадовался – он увидел сделанные своей рукой пометки. Это явное свидетельство — часть работы уже выполнена. Такое начало показалось ему удачным, сулящим успех и Барабек с удовольствием перечитал записи:

«Телега» – «сделано».

«Дуга» – «да».

«Метла» – вычеркнуто.

«Кочерга» – «да».

«Корова», «бык» – тут он вспомнил, что быстро и с удовольствием закрыл этот пункт. Эх, как же здорово всё начиналось! Барабек невольно улыбнулся. Какие радужные перспективы открывались тогда – всё казалось просто, работа была в радость. Энтузиазм и море позитива. Теперь же, несмотря на то, что некоторые задания были сделаны, невыполненной оставалась самая сложная, трудоёмкая часть:

«Скушать сорок человек».

Сорок! Это же уму непостижимо! Не пять или десять – столько бы Барабек легко осилил и за неполный рабочий день. Но сорок! Невозможно!

Ладно, допустим, существуют простые решения: кого-то можно съесть не полностью, кого-то просто надкусить. Тогда господин Шасэн хоть и будет немного недоволен и, скорее всего, вернёт заявку на повторную обработку, но Барабеку удастся сохранить лицо. Всегда ведь можно сказать, что не до конца понял задачу или убедительно покаяться, обещая, что немедленно исправишь недочёты.

Вся эта, кажущаяся ненужной или даже лицемерной, суета даст именно то, чего сейчас катастрофически не хватает – время. Возможно это и есть выход. Но пока, всё же, следует ещё раз внимательно перечитать техническое задание, вдруг удастся найти другие лазейки, которые позволят выйти из трудного положения и вовсе без потери репутации.

Пять стадий принятия Барабека

– Ладно, допустим, с человеками понятно, – пробурчал под нос Барабек, – Что у нас дальше:

«Церковь»… хм…

«Дом»… «кузница»…

– Да что же это? – недоумённо сказал вполголоса Барабек – Как это возможно «скушать церковь»? Или «дом»? Совсем не понимаю! Впервые в карьере сталкиваюсь с таким несуразным заданием. Да вообще кто-нибудь когда-нибудь решал задачи такого уровня сложности? Это совершенно не мой профиль. Нет, я вам скажу – мне столько не платят! Да и вообще – невероятно! Полностью отрицаю любую возможность сделать такую работу.

Продолжая недоумевать, Барабек пялился на лист, где аккуратно были выведены условия заказа. Перечитывая раз за разом, он так накрутил себя, что начал испытывать самое натуральное возмущение:

– Экая глупость! Да какой только дурак это выдумал? А подайте мне сюда этого господина Шасэна, уж я-то ему объясню как задания составлять! Я ему весь мех на спине повыдергаю! Глядите каков гусь! «Скушать церковь» – только полный болван мог такое выдумать. Определённо. Болван и есть!

Господин Барабек разгорячился и даже сам не заметил, что возмущается вслух. С соседних столов на него зашикали. Барабек натянул вымученную улыбку и стал извиняться. Всё же его трудности не должны мешать работать уважаемым коллегам. Эта маленькая заминка немного привела Барабека в чувство, успокоила, кровь перестала кипеть, да и пар уже не вырывался из ушей, не разлетаясь вокруг обжигающим облаком. Господин старший специалист уселся в кресло и задумался.

Он решил, что нужно мыслить конструктивно и гнев совсем не поможет. Требуется рациональное решение и надо сейчас же отправиться к господину Имуги и поставить ему чёткое условие: «Либо отменяйте дурацкое задание, выполнять которое я не стану, либо увольняйте!»

На мысли об «увольняйте» Барабек погрустнел. Хоть он сам и считал себя незаменимым специалистом, но не было уверенности, что господин уважаемый начальник думает так же. Однако, стало ясно, что без помощи Имуги с проклятым заказом не разобраться.

«Нужно идти к Имуги и просить. Нет! Лучше требовать», — думал Барабек.

Всё выглядело предельно логично: это Имуги виноват, что отправил Барабека в злосчастную командировку в которой тот заболел и, как следствие, забыл о важной работе для господина Шасэна. Вот пусть сам Имуги и расплачивается за свою ошибку и пусть хоть весь отдел поставит на уши. «Да. У нас два десятка бездельников, каждому из них достаточно скушать всего по два человека и вопрос будет тут же закрыт сам собой! Решено – иду к Имуги! Требую помощников и пусть он только попробует отказать!»

Барабек решительно направился к кабинету начальника. Но чем ближе он к нему подходил, тем больше возникало сомнений и тем меньше оставалось уверенности. Наконец, оказавшись у самой двери, Барабек робко постучал.

– Входи! – раздался громоподобный рёв.

Прошение

Свернувшийся кольцами Имуги возлежал за рабочим столом. В длинных когтистых лапах его был зажат шар межпространственной связи. Барабек сразу обратил внимание, на выражение морды начальника. Судя по нему, предыдущий разговор был приятным, а значит это удачный момент для просьбы.

– Барабек! – дружелюбно взревел господин Имуги, увидев вошедшего. Имуги в принципе не мог разговаривать иначе как громоподобным рёвом. Все считали, что именно эта его особенность стала причиной быстрого продвижения по службе. – Ну-ка, быстро говори, что у тебя!

Господин Барабек, который было стушевался, как происходило всякий раз при его встрече с Имуги, почувствовав дружеское расположение, вновь обрёл уверенность и начал быстро, правда немного сбивчиво, объяснять начальнику суть проблемы. Причем Барабек решил про «дурацкую командировку» и «вину самого Имуги» благоразумно умолчать.

Внимательно выслушав жалобы подчинённого, руководитель нахмурил густые брови:

– Робин, да что с вами такое? – пробасил он, – Вам доверили важное дело – заказ от самого господина Шасэна. Мы на вас рассчитываем! Прекратите ныть и скажите как решить свою проблему.

– Уважаемый господин Имуги, – подобострастно начал Барабек, – мы все очевидно понимаем, что произошло ужасающее недоразумение. И, чтобы решить задачу, необходимо повысить производительность моей команды, за счёт увеличения её численности, – выдал заготовленную фразу сотрудник. И хотя на самом деле никакой команды у него не было, он всё же рассчитывал когда-нибудь из просто старшего сотрудника превратиться в руководителя группы специалистов, а кризисы всегда хороши для изменения места в иерархии компании.

– Как же мне вам поспособствовать? – на этот раз рёв был чуть тише, Барабеку почудились нотки озадаченности, – Обратись вы раньше, я бы легко помог, но теперь, что делать? Буквально вчера мы взялись за крупный проект – и я, между прочим, хотел поставить вас во главе. Но теперь. Эх, Робин-Бобин… – Имуги сделал паузу и Барабеку на секунду показалось, что его сейчас просто выгонят прочь, но тут начальник продолжил. – Впрочем, у меня есть одна идея.

После этих слов он выпрыгнул из-за стола и, оказавшись около огромного железного шкафа, принялся быстро-быстро выдвигать тяжёлые металлические полки. Они скрипели и скрежетали, но Имуги не обращал на это никакого внимания и продолжал терзать безответную мебель.

– Нашёл! – вдруг радостно проревел руководитель, открыв очередной ящик. Затем он опёрся задними лапами в основание шкафа и с усилием стал что-то оттуда вытягивать. Раздался характерный «бздынь» и что-то, вылетев из ящика, а затем перекувырнувшись в воздухе, брякнулось на пол за их спинами. Что-то оказалось довольно крупным зелёным существом. Оно отряхнуло пыль со своего костюма и изобразило вежливый поклон.

Это был никто иной, как господин Токкэби.

Звонок

Примерно в то же время я проснулся от того, что пиликала клятая звонилка. Время на будильнике – четыре утра. Какой же дурак решил так жестоко пошутить? Башка нестерпимо заболела от адского звука. Постарался дотянутся до этого электронного негодяя, но всего одним неловким движением скинул его с тумбочки и этот кусок экскремента дикого буйвола закатился под кровать. Неприятность превратилась уже просто в какую-то пытку. Кого-то черти в аду будут жарить, а меня они будут мучить будильником, потому что нет ничего хуже звонкого треньканья в похмельное утро. Когда я уже был готов встать, чтобы отправиться на поиски, он заткнулся. Понаслаждавшись немного тишиной я закрыл глаза и провалился обратно в сладкое небытие.

Команда Барабека

Господин Токкэби был начинающим сотрудником фирмы, находящимся ещё на испытательном сроке. Он стал единственным, кого Имуги отрядил в помощь Барабеку. Представив их друг другу, начальник быстренько выставил обоих из кабинета, напутствовав возвращаться только после успешного решения всех проблем господина Шасэна.

Барабек и Токкэби стояли у двери и пялились друг на друга. Один пытался понять помог ему начальник или лишь навредил, а другой смиренно ждал указаний старшего товарища. Выждав положенное по правилам этикета время младший сотрудник заговорил первым:

– Простите, уважаемый господин, за мой нескромный вопрос. Барабек – это ваша фамилия или название профессии?

– Это имя моего древнего рода кушающих, которое теперь стало нарицательным названием для всей профессии, – недовольно ответил Барабек.

– Благодарю за ответ, сиятельный господин, – улыбнулся стажёр и поклонился.

Ещё немного помедлив, Токкэби задал второй вопрос. Именно тот, который Барабек ждал с самого начала:

– Простите моё неуёмное любопытство, добрейший господин руководитель проекта, но какова задача стоящая перед нами?

Барабек в подробностях изложил задание и объяснил, как ему казалось, все нюансы. Реакция помощника его удивила. Узнав, что предстоит делать господин Токкэби пришёл в неописуемый восторг:

– Вот это да! – обрадовался он – Ох уж мы дадим жару! Сначала будем рвать, а потом жрать, а может схаваем целиком. Так, господин Барабек?

Робин Бобин остановил веселье подчинённого:

– Уважаемый господин Токкэби, давайте я всё ещё раз четко объясню. Ваш энтузиазм меня радует, но не надо самодеятельности. Крепко вбейте себе в голову: не рвать, не пожирать, не поглощать, не хавать, не хряпать и не чуфанить! Кредо нашей фирмы: безукоризненное выполнение требований заказчика. Заказчик сказал: «скушать», значит мы должны скушать: просто, быстро, без спецэффектов. Фирма ждёт от нас именно этого – чёткого выполнения инструкций.

Господин Токкэби вдруг откуда-то вытащил блокнот, карандаш и принялся быстро-быстро чирикать. Заглянув ему через плечо, Барабек в удивлением увидел на бумаге свои собственные слова, выведенные идеальным каллиграфическим почерком.

Такое рвение впечатлило Барабека. «Очень старательный», – решил он, но вслух ничего не сказал. Он явственно представил себе все этапы предстоящей работы, а затем критически оценил физические параметры молодого господина Токкэби. Барабек остался доволен увиденным: "Из этого парня может получиться хороший "кушающий", – решил он. И, пожалуй впервые за всё время, подумал, что теперь успеет выполнить работу.

Путь Барабека

Добраться в пространство населённое человеками было не трудно. Однако, из-за той самой срочной командировки, которая случилась ещё в начале месяца, Барабек уже успел потратить все свои баллы, позволявшие пользоваться оборудованием фирмы для перехода грани. Ещё совсем недавно никакой строгости в этом отношении не было, но, к сожалению, совсем недавно большие боссы снова помешались на экономии. Поэтому транспортный отдел, под страхом увольнения, никому и ни по каким поводам поблажек не делал.

– Мой лимит перемещений в этом месяце исчерпан, используем твой, – сообщил Барабек помощнику.

– Простите, уважаемый господин, но младшим сотрудникам не положены перемещения. – ответил Токкэби. Он явно был огорчён, что не смог быть полезным.

Барабек досадливо почесал мех за ухом:

– Тогда придётся воспользоваться общественным порталом.

Чтобы попасть на пропускной пункт пассажирского общественного портала, отделявшего человейник от остальной части континуума, необходимо было пройти предварительную формальную процедуру. Когда Барабек добрался до одной из регистрационных стоек,то сидевшая за ней пожилая змея в больших роговых очках, сразу, без лишних разговоров приступила к заполнению анкеты:

– Фамилия?

– Барабек.

– Имя?

– Робин Бобин.

Змея вопросительно взглянула на него из под очков:

– «Робин» или «Бобин»?

– Робин Бобин, – ещё раз отчётливо произнёс господин Барабек.

– Два раза? – спросила змея.

– Один раз «Робин», один раз «Бобин», – терпеливо объяснил он.

– Хм…

Змея поджав носовые пластины, принялась что-то сосредоточенно писать в анкете. Это продолжалось так долго, что Барабек было занервничал, но она снова обратила на него внимание, озадачив новым вопросом:

– Род ваших занятий?

– Нуу.. – задумался Барабек, – я старший технический специалист в крупной компании.

– Дорогуша, – змея посмотрела на Барабека сочувственным взглядом, как смотрят на нашкодивших щенят или слабоумных детей, – я не спрашиваю какая у вас должность, мне нужно знать, что конкретно вы делаете.

Барабек не понимая, чего именно от него хотят, ответил первое, что пришло в голову:

– Я ем.

– Что едите? – молниеносно отреагировала змея.

– Ну… почти всё

Змея сделала очередную пометку в документе.

– Цель поездки?

– Выполнение задания руководства.

Змея вздохнула:

– Почему я должна всё из вас вытягивать как клещами? Это же вам надо попасть за грань, а не мне. Я вот сейчас как выпишу запрет. Постарайтесь дальше отвечать максимально полно и честно.

Барабек решил, что скрывать ему всё равно нечего, и сказал как есть:

– Мне необходимо скушать сорок человек.

– Хорошо. Везёте что-нибудь запрещённое?

– Нет.

– А как насчёт этого? – змея указала на господина Токкэби.

– Это мой сотрудник, господин Токкэби.

– В ручную кладь не пойдёт – только багаж.

– У него будет билет, – думая, что имеет место недоразумение, пояснил Барабек.

Змея хмыкнула:

– Согласно пункту 3.13 внутреннего распорядка Первой транспространственной корпорации, гоблины могут пересекать линию миров только находясь в багажном отделении, в специально оборудованном ящике.

– Что? – Барабек был удивлен – Вам не кажется, что это дискриминация?

– Это законное требование внутреннего регламента. – Ответила змея и добавила доверительным шёпотом. – У нас уже были неприятные прецеденты – при пересечении грани гоблины иногда взрываются.

– Какая чушь! – воскликнул Барабек. – какой только бред не придумают, чтобы унижать других существ. Я определённо не пойду у вас на поводу и не стану соблюдать это глупое требование. И имейте в виду, – неожиданно для себя добавил он,– я буду на вас жаловаться.

– Как угодно, – змея тут же убрала его анкету, вытянув вверх хвост поправила очки и громко объявила: – Следующий.

Барабек не заметил, что за ним уже скопилась очередь, поэтому когда он попытался было возражать, то напиравший сзади пассажир быстро оттеснил его от стойки. Однако, всё ещё взбудораженный неслыханной несправедливостью он продолжил свою гневную тираду. Которую, впрочем, уже никто не слушал.

– Господин Барабек, я же совсем не против багажного отделения и ящика. – подал голос Токкэби. –Я готов на всё ради успешного выполнения важной производственной задачи.

Подчинённый снова порадовал Барабека, который всегда высоко ценил ответственность и самопожертвование:

– Нет. Ни в коем случае, – воскликнул он – Так не годится. Это же самое настоящее унижение, а ты ценный сотрудник. Если ты сам не будешь себя уважать – никто тебя не станет уважать! – Барабек воздел палец вверх и произнёс, – Никто не будет уважать фирму! Это вопрос репутации, а не твоего личного удобства. Мы никому не позволим сажать наших ценных специалистов в ящик и провозить в багаже. Запомни это!

Господин Токкэби тут же достал блокнот, карандаш и зафиксировал каждое слово.

Обойдя остальные стойки транспортных компаний выяснилось, что правила, касающиеся путешествий гоблинов, везде одинаковы. Барабек начал подумывать, что ящик и багаж – это может быть вполне разумная идея, раз нет никаких других вариантов. Но, после пафосной речи про репутацию фирмы и уважение, он уже не мог позволить себе отступить от продекларированных принципов. Тем более господин Токкэби теперь на него так преданно смотрел. И нельзя сбивать боевой настрой сотрудника. Да. Ещё, конечно, повлиял и этот дурацкий блокнот, в который Токкэби всё записал.

Барабек уже и сам понимал, что поторопился, но отступить не мог. Впрочем, оставался ещё один вариант.

Господин Барабек знал, что его старый приятель мастер Белиал промышляет межпространственной контрабандой, у них были длительные дружественные отношения и можно было попросить его о помощи.

Возможности Белиала оказались даже шире, чем рассчитывал Барабек. Ему нужно было особое место: где шла война или случился катаклизм: землетрясение, наводнение – любая неприятность, вызвавшая гибель инфраструктуры, его вполне бы устроила. И такое место Белиал ему предоставил.

Транспортировка оказалась совершенно некомфортной в сравнении предыдущими путешествиями. Барабека и Токкэби трясло и кидало внутри здоровенного железного ящика. Они не видели, что происходило снаружи и даже не почувствовали момент пересечения грани между пространствами. Однако, мастер Белиал не обманул – они оказались ровно в таком месте, какое и было нужно.

Зарево пожарищ, небо почерневшее от дыма, уханье далёких взрывов – так встретило их пространство человейника. «Огонь, война, беззаконие – отличное сочетания для выполнения нашей работы», – подумал Барабек, довольно оглядываясь. К тому же местность выглядела заселённой, но не так чтобы очень – невдалеке виднелся городок, состоящий из каких-то небольших приземистых домиков. Впрочем среди них попадались и высокие здания в несколько этажей. Жилища были построены рядом с дорогой и стояли по разные стороны от неё. Даже отсюда Барабек видел, что там, между домами перемещаются человеки как по отдельности, так и маленькими группами.

Наблюдатель

Тот день, когда я познакомился с Барабеком, для меня был уж очень хреновым. Он не задался с самого начала. У меня было жутчайшее похмелье и до полудня я вообще ничего не соображал, только пытался продрать глаза. В какой-то момент мне наконец удалось выбраться из постели и добрести до холодильника. Бутылка пива помогла вернуть долю бодрости и я переместился к телевизору. Пощёлкал каналы, остановился на нудном телешоу – пусть побубнит.

Очень хотелось бухнуться в кровать и отрубиться на весь день, но сегодня была моя смена. Хорошо, что работаю на удалёнке. Да и сама работа такая – не бей лежачего. Единственное, что требуется – глазеть в мониторы, да следить за показателями. А когда что-то случится, надо всего лишь нажать пару кнопок – сообщить в центр.

Взглянул на часы – полтретьего. Я два с половиной часа тупил в телевизор. О, боже, как ломает организм. Охренительное похмелье. А мне пора настраивать оборудование и в три принимать эстафету у Перова – начинается дежурство.

Пока возился с оборудованием время шло незаметно. Вроде всё успел настроить и даже вовремя связался со сменщиком. Подключился к рабочему серверу, подсоединил звуковое оповещение, откинулся в кресле и закрыл глаза. Но день сегодня действительно оказался самый что ни на есть поганый: рабочий телефон, который вот вообще всегда молчал, вдруг зазвонил. От удивления я даже сразу нажал зелёный телефончик, хотя обычно сначала пробиваю номер по базе.

– Перов, ты? – донеслось из трубки.

– Нет, это не Перов. Это наблюдатель семь-один-семь. Дежурство наблюдателя семь-один-шесть кончилось полчаса назад.

– Простите. Это координатор один-два-пять. У нас нештатная ситуация, требуется перемещение наблюдателя.

Я даже не сразу понял, о чём он толкует, но когда дошло, то не поверил:

– Чего-чего? Какое-такое «перемещение наблюдателя»?

– У нас сигнал от вашего агента с позывным «Мастер», помните его? Сообщает, что два инопространца рядом с Пули-Хумри. Вот вам надо их срочно обезвредить. Всего два – ничего сложного.

– Раз ничего сложного – шлите спецуру. Я здесь причём?

– Вас шлю – будете проводить оперативную работу.

– Охренели? Я «наблюдатель»! – кажется я ему нахамил.

– Уважаемый семь-один-семь… как вас зовут? – предельно спокойным тоном спросил координатор.

– Ну, допустим, Василий.

– Уважаемый Василий, прочтите ещё раз свою инструкцию, там сказано, что при необходимости допускается участие наблюдателя в оперативной работе. Так вот, необходимость есть. И я, как координатор, имею все полномочия вас привлечь.

О, да, долбаный координатор прав – я отлично помнил этот пункт. Он мне сразу не понравился. Но при вербовке меня убедили, что пункт никогда не используется. Позже я ещё раз что-то заподозрил в учебке, когда мы отрабатывали пространственные прыжки. Но тогда все инструкторы нас убеждали, что это просто часть базовой программы и эти навыки никогда нам не понадобятся – мы же «наблюдатели». Обманули.

Да, тогда у них, наверное, не было выбора – после открытия межпространственных перемещений армии срочно понадобились люди, чтобы контролировать миграцию иномирцев – брали всех подряд. Работа казалась простой, а платили много – я повелся. Ну а теперь то что делать? Они хотят послать вязать иномирцев меня! А вдруг там кракозябра клыкастая с дом ростом? Прям хоть увольняйся.

– Пули-Хумри – это вообще где? – спросил я недовольным тоном.

– Афганистан.

– Да, мать же вашу… – вырвалось у меня, – там война же идёт.

– Кстати, у них плюс восемь часов к вашему времени – ночь уже.

Если бы не похмелье, я бы уж придумал как отмазаться от этого заботливого козла. Хер его знает куда он там дел оперативников. Да может они вообще все вместе бухают. А я за них работай… Твари. Но делать нечего:

– Кидай координаты.

Пока натягивал снарягу – хорошо, что она висела на стене рабочего кабинета и её не пришлось искать, роясь по всем шкафам. Пока заряжал генераторы и настраивал шлем – не знаю сколько времени прошло. И вдруг опять зазвонил чёртов телефон. И я опять снял трубку:

– Иван, это Семён.

– Кто?

– Координатор один-два-пять. Как обстановка на месте?

– Я только готовлюсь к перемещению.

– Хорошо. Держи в курсе. И поторопись, они там вообще-то гражданских убивают, пока ты раскачиваешься.

– Ага.

Я был совершенно не в кондиции, а натягивание костюма меня просто доконало. Чувствую себя как дохлая амёба. И мне приходит в голову только один способ исправить этот кабздец – двойная доза психостимулятора. И я буду тогда – супервоин. Часов, примерно, шесть. Зато потом так растараканит, что проще умереть. Этот «чудесный день» просто не может стать ещё хуже.

Работа Барабека

– Идеально! – довольный окружающей обстановкой, произнёс Барабек вслух.

Теперь оставалось только набрать необходимое количество человеков. Но сначала предстояло проверить экипировку. Он выдал Токкэби портативную электронную машину – ноутбук, как их стали называть теперь. А сам вытащил два смартфона и проверил в них наличие заряда.

Поначалу для фиксации Барабек хотел взять провереннные аппараты. Он выбрал в арсенале компании панорамную камеру под названием «Gorizont». Уникальный агрегат как нельзя кстати подходил под решение задачи. Также Барабек взял и небольшое устройство «Smena 7М» – с его помощью можно было быстро нащёлкать большое количество кадров.

Уже смакуя то, как он будет пользоваться этими потрясающими аппаратами, Барабек внезапно обнаружил, что нигде, во всей компании нет плёнки, необходимой для съёмок. Поиски угрожали затянуться и отобрать драгоценное время, которого на тот момент и так оставалось не много. Поэтому он ещё тогда решил, что придётся обойтись обычным смартфоном.

Настало время определить план действий и дать инструкции помощнику:

– Значит так. Будем кушать по очереди: первого ты, следующего я. Кто не кушает – фотографирует и заносит данные в ноутбук – сразу кидай их в отчёт. Видео не делай – береги батарею. Всё понял?

Токкэби коротко кивнул.

Первых человеков они поймали довольно легко. Но сделали ошибку – приняли кушать их на виду у всех остальных. Скорее всего поэтому те стали с криками разбегаться, оповещая всю округу о прибытии жутких монстров. Токкэби, казалось было всё равно как его называют, а вот Барабека это обидело. Если называться монстром он был в принципе согласен, то вот жутким себя считать не хотел. Впрочем, он быстро перестал об этом думать – время поджимало и необходимо было продолжать работу.

Когда счёт дошёл до двенадцати, Барабек внезапно почувствовал усталость. Живот был полон и продолжать дальше стало слишком трудно. Требовался перерыв.

– Итак, уважаемый господин Токкэби, у нас с вами определённый прогресс – двенадцать человек. Это чуть больше четверти всего количества. Осталось двадцать восемь. – Барабек подбадривал не столько новичка, сколько самого себя.

– Господин Барабек, не кажется ли вам, что мы действуем неэффективно, занимаясь поисками каждого человека по отдельности? – спросил Токкэби. – Не лучше ли нам как-то приманить их – так мы сможем сразу поймать столько, сколько нужно? Тем более, что, по-моему, тех кого можно было ловить на улицах мы уже распугали.

Мысль показалась Барабеку интересной, но, к сожалению, он не видел возможности воплотить её в жизнь:

– Отличная идея, стажёр. Как мы будем это делать?

– Пока ещё думаю, господин руководитель проекта, – Токкэби уважительно поклонился, принося тем самым благодарность за положительную оценку своего предложения и одновременно извиняясь, что не смог сразу предоставить полноценное решение проблемы.

В ближайшей округе никого не осталось и им в поисках «человеков», пришлось идти гораздо дальше по дороге, чем они изначально рассчитывали. Токкэби осматривал попадавшиеся на пути всякие странные «человские штуки», пытаясь понять можно ли их использовать для приманивания. Часы Барабека показывали 18-00. Время стремительно утекало.

– Господин, идите сюда, – закричал Токкэби, забираясь в большой синий автомобиль.

Барабек приблизился, но внутрь лезть не стал. Он остановился рядом, с удивлением отмечая, что внутри этот «автомобиль» (как называли его «человеки») похож на большой пустой железный ящик. Почти такой же такой же, как тот, в котором их доставил сюда мастер Вилиал.

– О, уважаемый господин, – заметив появления начальника, Теккоби сразу стал делиться своими находками. – Смотрите, здесь то, что поможет нам заманить столько людей сколько захотим! – довольным тоном заявил он.

– Где? – Барабек всё ещё видел перед собой только пустой железный ящик.

Теккоби снял со стены малюсенькую чёрную штуку и показав на неё сообщил:

– Это микрофон, теперь с его помощью мы сможем рассказать что угодно всем, кто прячется в ближайших развалинах и если они нам поверят, то придут сюда.

– И тогда мы их скушаем. Отличный план, господин Теккоби, – поблагодарил коллегу Барабек, – так и поступим.

Они расположились внутри фургона так, чтобы их было не видно со стороны улицы, предполагалось, что человеки будут по одному забираться через заднюю дверь, Барабек их будет оглушать и аккуратно складывать до тех пор пока не накопиться нужное количество. И только потом станет их кушать.

Поначалу план сработал на отлично. Объявление о раздаче горячей еды привлекло сразу множество человеков. Но когда у фургона скопилась очередь, то кто-то заметил ,что люди только входят и никто не выходит. Тогда два отчаянных молодчика решили ворваться внутрь фургона. Увидев Барабека они пришли в ужас и стали вопить так, что все остальные тут же разбежались. Барабек видя, что их план рушится стукнул крикунов головами друг о друга, а потом выпрыгнул из фургона и стал ловить разбегающихся во все стороны человеком. Ему досталось пять. Токкэби тоже не подкачал и смог притащить троих.

Человеки могли очнуться в любую минуту, поэтому решили сразу приниматься за работу и никого не пересчитывать. Что, как выяснится позже, стало большой ошибкой. В соответствии с заранее составленным планом коллеги по очереди кушали, фотографировали, заносили данные в отчёт. Было очень тяжело и в один момент Токкэби взмолился:

– Господин Барабек, я больше не могу!

Руководитель проекта внимательно посмотрел на своего помощника и понял, что тот нуждается в моральной поддержке.

– Послушай, – обратился к нему Барабек, – посмотри на меня! – Токкэби послушался, – Я верю в тебя! И господин Имуги верит в тебя. Ты точно справишься! – Барабек сделал паузу, чтобы его слова дошли до самых дальних уголков сознания Токкэби, а затем продолжил, – А сейчас ты должен собраться с силами и продолжить есть человеков. Потому что это твоя работа.

В каждом труде есть как приятные моменты, так и ужасно трудные. Когда начинаются сложности, так хоть увольняйся. Однако, Барабек был настоящим профессионалом, поэтому всегда сразу гнал прочь пораженческие настроения. В такие моменты он просто пошире раскрывал пасть и приступал к своим прямым обязанностям без лишних раздумий.

Тридцать девять

Барабек потерял всякое представление о времени. Все скушивания слились в одну непрерывную цепочку событий, каждое похоже на предыдущее. Но он упорно продалжал работать до тех пор пока в фургоне совсем никого не осталось.

– Тридцать девять! – восторженно закричал Токкэби, сфотографировав как был скушан очередной человек.

– Уф! Всего один остался… – устало ответил Барабек. Он осмотрелся и заметил, что вокруг больше нет людей – оказалось, что он уже скушал их всех. – Ты обыскивал вон те дома, – обращаясь к Токкэби, он покрутил пальцем в воздухе указывая на группу небольших строений вдалеке.

– Да, там совершенно пусто.

– А дальше?

– Тоже никого.

– Похоже все разбежались, – подвёл итог Барабек, – Мда. А времени-то у нас почти нет.

И действительно, часы на ноутбуке, с помощью которого Токкэби добавлял фотографии к отчёту для господина Шасэна, показывали двадцать три сорок семь. До крайнего срока оставалось чуть больше десяти минут.

– Давайте отправим тридцать девять, – предложил смухлевать стажёр.

– Нет, господин Токкэби, так нельзя, ведь речь идёт о нашей репутации – мы не имеем права обманывать заказчика. А значит нам придётся срочно отыскать ещё одного человека.

Барабек раздумывал в каком же направлении ему следует направиться – и в одну, и в другую сторону, если пройти чуть дальше по улице, стояли дома. Люди могли найтись в каждом из них. А времени оставалось только на одну попытку и решение нужно было принимать немедленно. Нельзя было допустить, чтобы все сегодняшние мучения оказались впустую

Внезапно раздался громкий хлопок, который чувствительно ударил по ушам Барабека, а Токкэби так и вовсе взвыл от боли хватаясь руками за голову. Перед ними прямо воздухе возникло большое фиолетовое пятно из которого практически сразу вывалилось существо внешне полностью похожее на человека.

– Ура! – радостно завопили Барабек и Токкэби.

Неудачный арест

Даже долбаное перемещение прошло как-то ненормально, меня сначала жёстко втянуло в пространственный переход, а потом выплюнуло так, что я самым натуральным образом враскоряку плюхнулся на землю. Да ещё прямо над самым ухом кто-то в два голоса заорал «Ура!».

– Боже, что же вы за твари – так громко орать!

Я попытался встать и, к удивлению, у меня это отлично получилось. Похоже стимуляторы начали действовать, тело налилось силой, да и восприятие обострилось. По крайней мере я каким-то непонятным образом не только заметил, что один из иномирцев бросается на меня, но и смог от него увернуться.

– Кушайте быстрее этого человека, господин Барабек! – закричал другой.

Вот это попадалово. Да у них тут праздничный ужин.

– Погодите! Стойте не надо меня есть. Я ведь вовсе не человек! – я сделал как учил меня инструктор Зим – «запутай врага болтовнёй, а потом внезапно атакуй».

– Ну, внешне ты просто вылитый человек – меня это устроит, – ответил крупный парень с небольшими волосатыми ушами и снова бросился на меня.

– Господин Барабек, кушайте его быстрее, – времени почти нет, – снова завопил второй.

Я бросился бежать. Лучевой пистолет, будто пытаясь мне что-то сказать, больно втыкался под рёбра. Что вызывало в моей голове только одну мысль – как эта спецура бегает в такой неудобной снаряге?

– Ребят, пожалуйста, не надо меня есть, я вас очень прошу, я же представитель закона, – вы за это поплатитесь, – крикнул я набегу, пытаясь их то ли разжалобить, то ли напугать. Тот который покрупнее никак не отреагировал на слова и бросился за мной.

– Господин Барабек, жрите его скорее – осталось всего три минуты! А нам ещё надо загрузить отчёт в облако!

Тот, которого назвали Барабек, почти меня догнал и попытался ухватить рукой. Гаду это почти удалось, если бы не особенное проворство, то я бы пропал. Несмотря на грузное тело, этот Барабек быстро перемещался и увернуться от его цепких лап было сложно. Надо было кончать клоунаду и выкидывать оборзевших нарушителей из нашего пространства. Сначала, чтобы обезопасить себя я решил включить силовой купол – технология не входила в стандартную экипировку, но мне удалось в своё время выпросить генератор у приятеля спецназовца.

Дело было по пьяне и он быстро согласился, однако потом целый месяц пытался меня выловить, чтобы отобрать подотчётное оборудование. Не знаю уж как он отмазался перед своим начальством, но в итоге отстал и больше никогда не вспоминал об этом инциденте, хотя и пить со мной он теперь всегда отказывался.

Моё тело под влиянием наркотиков действовало настолько эффективно, что я одновременно мог делать множество дел – и ярко представлять себе картины прошлого, и контролировать уход от преследования мехового монстра, и даже активировать силовое поле. Зато когда генератор сработал – я просто чуть не обоссался от смеха – меховой со всего размаху впилился в невидимую электромагнитную стенку купола и отлетел метров на пять. А удивленное выражение его глупой рожи – бесценно.

Второй нарушитель подбежал к лежащему и стал лупить его по морде зелёными ладошками, наверное пытаясь привести в чувство. Я же воспользовавшись моментом решил зачитать им их обязанности и сообщить, что они арестованы:

– Вы обязаны повиноваться представителю наблюдательного совета людей, вы обязаны выложить всё оружие, вы обязаны держать руки на виду, вы обязаны воздержаться от применения сверхъестественных способностей, вы обязаны…

В принципе я мог перечислять бесконечно долго. Пока я занимался этой дурью, зелёный перестал лупить своего более крупного товарища и переключил своё внимание на меня.

День, когда я изобрёл путешествия во времени

– Тридцать девять! – заорал зелёный и бросился в атаку. На секунду я забыл, что нахожусь под защитой силового купола и побежал. Однако, этот тип умудрился меня догнать. Я, осознав в этот момент, что защищён – остановился – смысла продолжать беготню не было. Зелёный начал атаковать – стал бить купол палкой, ногами, добавлял кулаком.

В итоге, каким-то образом подлая тварь стала прорываться сквозь электромагнитное поле, по крайней мере, свои цепкие ручки просовывал и пытался схватить мою ногу. Меня, однако, быстро задолбало уворачиваться, я разозлился и ткнул гада шокером.

Дальше произошла какая-то совершенно неведомая хреномагия. Зелёный вдруг стал пухнуть, будто в него шлангом закачивали воздух, а потом лопнул. Нет, не так – он взорвался, с грохотом, кровищей и раскидыванием ошмётков по окрестностям. Это было прикольно. Но в следующий момент по глазам ударила вспышка, после чего я потерял сознание.

Трудно сказать сколько я так провалялся. Но когда пришёл в себя, то первое, что увидел – это небо. Чувствовал покой и счастье, хотел бы лежать так до скончания времён, но мечты меня быстро лишили – кто-то схватил за грудки и начал трясти, приговаривая:

– Что ты сделал? Что? Ты. Сделал?

– Отстань, чувак, свали в туман, – вяло отнекивался я. Так хотелось ,чтобы он вернул мне небо, покой, счастье. Вместо этого он начал пихать мне в рот какие-то пилюли и заставлял их глотать. "Опять, наверное, наркота", — вяло размышлял я, — "Ну да и хер. Мне совершенно плевать".

***

Мы сидели около костра. Тот иномирец, который ещё недавно гонялся за мной сидел рядом и вовсе даже и не пытался нападать. Более того он давал мне таблетки, отпаивал, откармливал, – надеюсь не для того, чтобы сожрать. А ещё он очень много говорил. Причём нёс какую-то дикую пургу.

Сначала рассказал, что вокруг бродит куча динозавров, которые хотят на съесть. Я его послал на хер. Тогда он взвалил меня на плечи, как мешок и потащил куда-то вглубь леса. Ну, что сказать – да, там были динозавры. Жрали друг-друга как раз – один капец какой здоровенный. А второй чуть поменьше, но тоже большой. Причём маленький жрал большого – вот такая она дикая природа.

Я после этого вытащил из своей экипировки атомный хронометр – специальная такая байда, которая, как меня учили, в любом пространстве показывает абсолютное время. Хрень эта как-то там связана с какой-то другой умной физической хренью и вместе они дают точные данные о абсолютном времени жизни вселенной. А их потом адаптируют в привычные нам числа на дисплее. Вот такая дикая технология. Не думал, что пригодится, поэтому и не учил никогда. Я вообще собирался сидеть дома и пялиться в моники – по другим пространствам пусть спецы летают, раз им так охота.

В общем, хронометр сломался. Он показывал какое-то бешенные отрицательные числа. Похоже повредился от взрыва.

Ну а мой, теперь «добрый спаситель», Барабек принялся объяснять феномен нашего состояния. Хотя я его об этом и не просил. Но раз парня пробило на поболтать, то пусть общается – так всем нам будет спокойнее.

– Вот смотри, – сказал он, – у человеков есть душа, а у гоблинов души нет, вместо неё сгусток сингулярности – эдакая частичка подпространственной неопределённости вселенной. Похоже взаимодействуя с различными полями, например, полем перемещения, электромагнитным полем, эта неопределённость может стать определённостью и тогда случается не только взрыв, но и образуется межвременная точка перехода. Ну это в теории.

У меня от всего этого бреда уши вяли. И меня лично гораздо больше волновал тот мелкий динозавр – у него были уж очень здоровые клыки. И здесь, в этом зоопарке мне совсем не хотелось задерживаться. А все эти идеи про перемешщения во времени – бред. Нам инструктор Зим сразу объяснил. Поэтому верить в чушь я не стал и так Барабеку и ответил:

– Знаешь, уважаемый, как тебя там, мы с тобой сейчас вовсе не в теории, а на самой настоящей практике познаём, что взрыв твоего приятеля или ещё что-то закинуло нас на обед к динозаврам. Но я лично всё ещё надеюсь, что ты и мой атомный хронометр сошли с ума, а нас закинуло просто в какое-то пространство континуума, где всё ещё живут эти твари. Тогда у нас есть шанс совсем скоро вернуться назад. Но, откровенно говоря – прямо сейчас, сию секунду мне на вас всех, включая динозавров, абсолютно похер.

Несмотря на заумные речи, в целом этот Барабек оказался нормальный такой мужик – вполне компанейский. Знал много полезного. Расспрашивал меня про мою жизнь – кто я, как попал в наблюдатели. Рассказал ему – чего скрывать. Он тоже о себе поведал. Так за беседой коротали вечер – мне всё равно надо было отлёживаться. Новый приятель сгонял на охоту притащил пару небольших ящериц – вкусные оказались, хотя я бы предпочёл вчерашний бифштекс с опрокинутого мангала. Вспомнил этот прикол про рояль и рассказал Барабеку, чтобы рассмешить, а тот наоборот насупился, а потом выдал:

– Знаешь, что я понял – вот ты – полнейший раздолбай и бестолочь, которому чудом удалось дожить до тридцати лет и я – ответственный представитель своего социума, с репутацией, положением, которые добывал веками. Но мы сейчас с тобой в абсолютно одинаковой ситуации. И вот какой, спрашивается, смысл жить во всём себя ограничивая, соблюдать правила, если любая дурацкая случайность может нас уравнять? Зачем напрягаться и добиваться уважения? Зачем работать над собой? Зачем тратить драгоценное время своей жизни на выдуманные ценности, если результат будет всё равно один и тот же для всех? Зачем? — он на секунду заткнулся, а потом добавил, — Вот и я не знаю.

Барабек задумчиво глядел в костёр. Я же не особо увлекался высокими материями, я больше практик и не люблю вдаваться в пыльную философию, поэтому просто сказал как думал:

– Слушай, – говорю, – по-моему ты сильно переживаешь по пустякам. Туши-ка костёр и иди спать. Завтра будет ещё один тяжёлый день.