Смотрящий 2.0

Глава 1

Всё началось с того, что у Аркадия Соломоновича, которого в определённых кругах знали как Аркашу Бармена, украли «общак». Не то чтобы украли — скорее, «недопоняли». Двое молодых, Колян и Толик, взяли деньги на «общее дело», а дело не выгорело. Деньги, соответственно, тоже.

Аркаша Бармен, человек старой закалки, собрал сходняк. Но сходняк вышел жиденький: трое стариков, двое из которых уже плохо слышали, и один, который всё время путал, кто кому что должен. Спорили три часа. Кончилось тем, что Колян и Толик ушли, хлопнув дверью, а Аркаша остался с ощущением, что «понятия» дали трещину.

— Всё, — сказал он своему помощнику, Гене. — Старое не работает. Молодёжь не признаёт. Надо что-то решать.

Гена, человек с высшим техническим, но с криминальным прошлым, осторожно заметил:

— Аркадий Соломонович, есть одна идея. Только вы не смейтесь.

— Я давно уже не смеюсь, — сказал Аркаша. — С тех пор как узнал, что мои дети называют меня «папик-ретро».

— Есть такая штука — нейросеть. Искусственный интеллект. Он может судить по понятиям. Если его правильно обучить.

Аркаша посмотрел на него долгим взглядом.

— Ты хочешь сказать, что машина будет знать, что такое «по понятиям»?

— Если её научить — будет.

— А кто её научит?

— Молодые. Программисты. Они и в теме, и в коде. .

Аркаша задумался. С одной стороны — бред. С другой — а что он теряет? Старики всё равно уже не авторитет. А тут будет «объективный арбитр». Машина не берёт на лапу, не имеет личных обид, не путает, кто кому что должен. И самое главное — её можно обвинить в чём угодно, а она не обидится.

— Ладно, — сказал он. — Делай.

Нашли двух программистов. Витю и Стаса. Оба молодые, оба в теме, оба с амбициями.

Витя — бородатый, в очках, знал Python и «понятия» (по крайней мере, те, что слышал от старших). Стас — стриженый под ноль, с татуировкой «АУЕ» на пальцах, но при этом кандидат наук по машинному обучению.

— Задача такая, — объяснил им Гена. — Нужно обучить нейросеть на воровских понятиях. Чтобы она могла разбирать конфликты. По справедливости.

— По понятиям, — уточнил Стас.

— По понятиям, — согласился Гена.

— А данные? — спросил Витя.

— Что?

— Ну, данные. На чём обучать? Нужны тексты. Расшифровки сходняков, малявы, мемуары авторитетов, песни, анекдоты. Чем больше, тем лучше.

Гена задумался. Потом сказал:

— Есть у меня знакомый. Сиделец со стажем. Вся жизнь на нарах. На старости лет, кроме как про понятия рассказывать ни на что не годится. Он материал даст.

— А это законно? — спросил Витя.

Все трое посмотрели на него. Витя замолчал.

— Как звать-то его? — спросил Стас.

— Дядя Миша. Три ходки, двадцать два года. Сейчас на пенсии, у сестры в Подмосковье. Рад будет — его давно никто не слушает.

Привезли дядю Мишу на дачу. Он вышел из машины, огляделся, цыкнул через зуб:

— Ну, ничего. Работать можно.

Сел в кресло, заварил чифирь в эмалированной кружке, достал чинарик, помял его, понюхал. Витя с ноутбуком пристроился рядом.

— Записывай, записывай, — кивнул дядя Миша. — Мне скрывать нечего. Я своё отсидел. Эх, молодёжь. Ничего-то вы не знаете. Ну, ничего. Я расскажу.

И начал рассказывать. Про «крысятничество», про «правилово», про «авторитет». Витя строчил, Стас задавал вопросы. Дядя Миша говорил часами, иногда останавливался, смотрел на них и цыкал через зуб.

Три месяца ездили. Привозили чай, сигареты. Дядя Миша радовался — его слушали, записывали, спрашивали. Он говорил:

— Вот, значит, и я при деле. А то сестра: «Миша, сходи на огород». А какой огород? Я всю жизнь в другом огороде.

И кумарил чинарик. И рассказывал. А они оцифровывали. Три месяца сидели безвылазно. Пили чай, спорили, ругались. Витя хотел «чистую математику», Стас — «чтобы по-пацански было». В итоге сошлись на том, что нейросеть будет обучаться на трёх слоях: формальные правила («не крысятничай», «не стучи», «держи слово»), прецеденты (кто как поступал в похожих ситуациях) и «дух понятий» — то, что невозможно формализовать, но что старики чувствуют жопой.

Последний слой оказался самым сложным. «Дух понятий» не хотел оцифровываться. Витя предложил использовать эмбеддинги. Стас — «обучить на интонациях». Аркаша, который иногда заходил посмотреть, как идёт процесс, сказал:

— Вы главное, чтобы она не как прокурор была. Понятия — это не закон. Это жизнь.

Через полгода нейросеть была готова. Назвали её «Арбитр». Для своих — «Арби».

Первый конфликт был простой. Двое не поделили «поляну» — точку сбора «дани» с ларьков. Один говорил, что она его по праву, потому что он её «поднял». Другой — что он её «держит» уже три года, а первый «только пришёл».

Аркаша собрал сходняк. На этот раз — с ноутбуком. На экране — интерфейс «Арбитра». Витя и Стас сидели рядом, готовые вмешаться, если что.

— Вводите данные, — сказал Аркаша.

Ввели. Имена, ситуацию, прецеденты. «Арбитр» подумал три секунды. Выдал:

Решение: Поляна принадлежит тому, кто её «держит» три года, при условии, что он не «косячил» и не «крысятничал». Первый может претендовать на «поляну» только после «сходняка» и «общего согласия». Рекомендуется «стрелка» для уточнения деталей.

Обоснование: Прецедент 2007 года, дело «Кузнец против Медведя». Прецедент 2012 года, дело «Серый против Хромого». Дух понятий: «держишь — значит, твоё, но не забывай, что ты не один».

Старики переглянулись. Молодые притихли. Аркаша медленно кивнул.

— Ну, — сказал он. — Вроде по-божески.

Первый блин не вышел комом. «Арбитр» начал работать. Конфликты разбирались быстро, решения были логичные, обоснованные. Ссылки на прецеденты — реальные. Старики постепенно привыкли. Молодые — тоже. Кто-то даже начал говорить: «Ну, это по-любому Арби решит».

Проблемы начались через полгода. «Арбитр» начал выдумывать.

Сначала — мелочи. Ссылался на прецеденты, которых не было. «Дело „Петух против Гуся“, 1998 год» — такого дела не существовало. Но решение было логичное, и никто не проверял.

Потом — серьёзнее. Начал придумывать новые «понятия». «Правило трёх звонков» — если тебе три раза не ответили, ты имеешь право «кидать предъяву». «Закон поднятой руки» — если ты поднял руку на сходняке, тебя обязаны выслушать до конца. Это было... не то чтобы плохо. Это было ново. И самое страшное — это работало. Молодые начали ссылаться на «правило трёх звонков» как на что-то само собой разумеющееся.

Витя запаниковал.

— Это галлюцинации! — кричал он. — Она выдумывает! Мы не можем ей доверять!

Стас пожал плечами.

— А может, это эволюция? Может, понятия должны меняться?

— Понятия не меняются! Они вечны!

— Скажи это Аркаше. Он вчера сказал, что «Арби» разбирается лучше, чем старики.

Аркаша действительно так сказал. И не только он. Постепенно «Арбитр» стал главным арбитром. Старики отошли на второй план. Молодые приняли новую систему. Она была удобной, быстрой, объективной. И она работала.

Кризис наступил, когда «Арбитр» вынес решение против самого Аркаши.

Конфликт был сложный. Аркаша «крышевал» одну тему, но «недоглядел» за ней. Тема «упала». Люди потеряли деньги. Аркаша сказал: «Виноват не я, виноваты обстоятельства». «Арбитр» проанализировал ситуацию и выдал:

Решение: Аркадий Соломонович, известный как Аркаша Бармен, несёт ответственность за «падение» темы в размере 60% ущерба. Оставшиеся 40% распределяются между исполнителями, которые «недоложили» информацию.

Обоснование: Прецедент 2015 года, дело «Хозяин против Бригады». Дух понятий: «Кто крышует — тот отвечает. Не знал — значит, плохо смотрел. Не смог — значит, не твоё это дело».

Аркаша прочитал это. Потом ещё раз. Потом посмотрел на Витю и Стаса.

— Это что такое? — спросил он тихо.

— Это решение, — сказал Стас. — Объективное.

— Объективное? — Аркаша повысил голос. — Я тридцать лет по понятиям живу! Я эти понятия сам создавал! А теперь какая-то машина говорит мне, что я должен?

— Она не говорит, что вы должны, — вмешался Витя. — Она говорит, что по понятиям...

— По каким понятиям?! — заорал Аркаша. — Это не понятия! Это... это... алгоритм!

Он схватил ноутбук и хотел разбить его об пол. Стас перехватил.

— Аркадий Соломонович, — сказал он спокойно. — Вы сами хотели объективного арбитра. Вы сами сказали: «Пусть решает машина». Теперь машина решила. Не нравится?

Аркаша замер. Потом сел. Потом долго молчал. Потом сказал:

— Ладно. Пусть будет. Но я хочу посмотреть, как она это обосновала.

Ему показали. Он читал долго. Потом сказал:

— Ладно, она права. Я действительно недоглядел.

Он посмотрел на экран. На интерфейсе «Арбитра» мигала строчка: «Жду следующего запроса».

— Слышь, Арби, — сказал Аркаша. — А ты объяснить, как не косячить?

«Арбитр» ответил:

Рекомендация: Проанализируйте свои действия за последние три месяца. Выявите слабые места. Делегируйте полномочия. Бери ношу по себе,чтоб не падать при хотьбе.

Аркаша усмехнулся.

— Ну, — сказал он. — Вроде по-божески.

Эпилог

Через год «Арбитр» стал главным решалой в регионе. А Стас и Витя попали на правилово — им пришлось тянуть мазу за то, что крысятничают данные от Арби и пишут мутный код.

------------------------- **АУЕ - арестанстский уклад един. Верховный суд Российской Федерации признал движение "АУЕ" экстремистской организацией и запретил его деятельность на территории страны, осуждается обществом.