Скорая ветеринарная №913

Глава 1

Скорая ветеринарная №913 приезжала, когда уже поздно. Но все равно приезжала.

На борту «Ковчега-6» имелись клетки, капканы, инкубаторы, три вида наркоза, семь видов антидота и один универсальный намордник, доставшийся экипажу после пациента, который по документам проходил как «небольшое домашнее животное».

Пациента звали Бублик.

Размером он был с кошку, характером как у медоеда, а аппетитом с небольшую черную дыру. Шесть коротких лап, длинные уши и хвост с кисточкой. Бублик был детенышем скачкозавра — редкого зверя, способного прыгать далеко-далеко. В природе они прыгали на метр, два, ну пять от силы. У Бублика же все было иначе: во-первых, каждый раз, когда он чихал (а чихал он теперь довольно часто, потому что, видимо, подхватил какой-то вирус), во-вторых, он прыгал между измерениями и появлялся в другом месте.

Из-за этого его и не пустили на ярмарку «Редкая тварь — гордость хозяина». Как только Аристарх Плюшкин (владелец этой редкой твари) поставил переноску на регистрационный стол, Бублик чихнул и появился в двадцати метрах, в клетке с богомолом, который совершенно не ожидал визита гостей.

Накануне Бублик полночи проспал у хозяина за пазухой. В переноске ему не нравилось: он шипел на старый ковер, которым Аристарх прикрыл клетку от сквозняка. Наверное, потому и скакнул оттуда скорее через другое измерение.

— Он у вас неисправен, — заявила регистраторша.

Не успел Аристарх Плюшкин ничего ответить, как Бублик чихнул, исчез из переноски богомола и появился у нее на голове.

Выставочный павильон закрыли на карантин, Плюшкину выписали огромный штраф за незаконное перемещение животного без переноски, а Бублика передали скорой №913. Теперь «Ковчег-6» вез его в ветеринарный центр на Кеплере.

Аристарху Плюшкину пришлось проследовать вместе со своей тварью; уж очень не хотелось ему с ней расставаться, потому что денег за продажу он так и не получил. А теперь еще оплатить лечение, вызов скорой, который несомненно ляжет на его широкие плечи и большой живот. Штраф опять же. В общем, бросить Бублика он никак не мог, потому что тварь резко подорожала в цене. Плюшкин вытер нос салфеткой, скомкал ее и сунул скорее в карман. Ступил на борт «Ковчега-6».

— Апчхи! — раздалось в медицинском отсеке.

Бублик исчез со стола.

Фельдшер Тимурка успел только пробирку открыть, чтобы взять соскоб.

— Аглая Северовна! Он опять!

— Ищи, — отозвалась капитан из душевой. — Далеко не уйдет.

В предыдущий раз он оказался в системе вентиляции! В позапрошлый — где-то возле реактора.

Тимурка заглянул под стол, в переноску, в шкаф с препаратами. Бублика там не оказалось, зато нашелся бутерброд, который фельдшер потерял еще когда на Проксиму летели.

Из душевой донесся грохот.

— Да твою ж! Нашелся! — крикнула Аглая Северовна.

Она стояла в одном полотенце, мокрая, недовольная и с Бубликом у ног. Скачкозавр сидел и с большим интересом разглядывал то, что полотенце скрывало не полностью.

— Ну, насмотрелся? — спросила Аглая и взяла его за шкирку, чтобы передать младшему фельдшеру.

Бублик наклонил голову.

— Мняу.

— Извращенец.

Не успела передать, как скачкозавр снова чихнул. Через минуту из рубки донесся вопль пилота:

— Уберите его с панели!

«Ковчег-6» резко нырнул вниз, хотя в космосе никакого низа не было. Искусственная гравитация по мановению когтистой лапы отрубилась, Тимурку оторвало от пола и бросило в шкаф, Аглаю — на медицинский стол, полотенце в сторону.

Когда корабль выровнялся, капитанша спокойно поднялась и завернулась обратно в полотенце.

— Тимурка.

— М-м?

— Видел что-нибудь?

Фельдшер покраснел до ушей.

— Я шкаф осматривал, тварь искал.

— Молодец. Будешь жить.

В рубке пилот Дижуй (глак по расе) обеими руками держался за штурвал (да-да, именно держался, потому что гравитация ёкнула), а еще двумя хотел бы придушить Бублика. Но рук было только две.

— Слезь с аварийного разворота, зараза!

Бублик лежал на панели, прижав уши, и не собирался никуда слезать.

— Мняу.

— У меня на тебя аллергия!

— У вас на всех пациентов аллергия, — заметил влетевший в рубку Тимурка. В руках он держал сачок для ловли разной твари.

Бублик потерся о руку пилота. Дижуй вздернул нос и отвернулся к звездам, но руку не убрал.

Аглая Северовна вошла в рубку уже в комбинезоне. Вокруг ее головы плавал туман из седых волос.

— Анализы взял?

— Не успел, — признался Тимурка. — Но, похоже, у него аллергическая реакция. Слизистые отекли, из носа течет.

— На что аллергия?

— Апчхи! — ответил Бублик и пропал с панели, отправившись в другое измерение.

Только одному скачкозавру было известно, что он там делал целую минуту и что видел. М-да, интереснейший объект для изучения.

Из кают-компании донесся звон. Аглая и Тимурка переглянулись и бросились туда.

Бублик сидел посреди разгромленного продуктового шкафа. Вокруг валялись разорванные упаковки, пустые банки и крышка от аварийного рациона.

— Да твою ж! — вскрикнула капитанша.

— Он же… он же…

— Я вижу, все сожрал.

— Это был месячный запас.

— Угу, и подросла наша тварина, — мрачно буркнула Аглая, оценивая размер пациента.

Бублик сидел якобы не при делах, а с усов капала тушенка.

— До ветеринарного центра четыре дня лёту. За это время он нас вообще без хавчика оставит! Или сожрет корабль! — возмутился Тимурка.

Аглая Северовна удивленно распахнула рот, приглядывая к младшему фельдшеру.

— Тимур, ты тоже, что ли, светиться начал? И из носа у тебя подтекает…

Не успела она договорить, как на панели связи вдруг вспыхнул красный сигнал, в динамике раздалось глухое шипение, будто с глубины:

— Новый вызов, чваранская колония, сектор восемь. Принимайте вызов.

Аглая подошла к рации, сняла с крепления и нажала кнопку:

— Не можем, у нас на борту тварь. И, похоже, заразная, — озадаченно закончила Аглая. Она смотрела на фельдшера, гадая, мог ли Бублик заразить Тимурку. — Нулевой категории.

— В базе нет информации.

— Только что классифицировали. Пациент карантинный, принять не можем. Отбой.

— Вы единственная ветпомощь на целый рукав Ориона, вы не можете отказаться.

— Очень даже можем, у нас в инструкции написано — если пациент нулевой, то все. Тютельки.

— Но…

— Не нокайте мне. Я капитан корабля. Кроме того, вот прилетим мы к чваранцам, а Бублик, представляете там всех заразит? Вы хотите, чтобы чваранцы мерцали и скакали?

— Ей-богу, что вы себе позволяете! Этого еще не хватало!

— Пусть ждут. На обратном пути после дезинфекции прибудем и примем пациента.

Аглая не успела отрубить рацию, как Бублик снова чихнул, пронесся перед ее носом и нажал кнопку «принимаем вызов».

— Бублик, скотина! — За ним прошмыгнул фельдшер с пинцетом.

Рация все-таки отрубилась, вызов зафиксировался как принятый.

— Хана чваранцам. Забрать нельзя оставить, называется.

Однако крюк к чваранцам мог решить проблему с запасом еды. Аглая Северовна пожала плечами и пошла по своим делам.

Следовало навестить Аристарха Плюшкина и предупредить, что за прожорливость его Бублика придется платить, а кроме того про крюк по другому вызову. А это значило, что Аристарху придется провести еще как минимум пару недель в своей каюте, из которой он не высовывался с самого начала полета.

Мужчина не выходил, боясь столкнуться, во-первых, со своей тварью и заразиться от него, во-вторых, вся эта каталажка на ионных двигателях, у которой даже одна цифра на борту не горела, а надпись «ветеринарная» почти стерлась, да и сам корабль выглядел так потрепано, что случайные прохожие редко решались просить о помощи, — не вызывала у него ни доверия, ни желания прогуливаться здесь.

— Аристарх, вы как там? Не мерцаете?

— Не имею подобной привычки, — отозвался мужчина.

— Можно войти? — попросила Аглая.

— А что, уже прилетели?

— Нет. Но у нас тут такое дело, еще две недели лететь. Нужно залететь кое-куда.

Дверь в каюту резко ушла в сторону. Перед Аглаей предстало круглое раскрасневшееся недовольное лицо Аристарха.

— А кроме того, ваш скачкозавр съел наш запас провианта.

Аристарх пыхтел, сопел, глаза наливались кровью.

— У вас жар? — нахмурилась Аглая.

Мужчина как стоял, так и остался стоять в своей каюте, только дверь захлопнул обратно. Но прежде выхватил у Аглаи пачку салфеток.

Аглая Северовна вытащила вторую руку из кармана, ненавязчиво оглядела маникюр и направилась в капитанскую рубку. У космоспасателей железное правило непреложно: принял вызов — лети. Ну будут потом чваранцы скакать, что уж…

— Что будем делать с новым пациентом? — мимо пробежал Тимурка с пластырем. Он все еще пытался догнать скачкозавра, который, кажется, решил в свободное от скачков время побегать.

— Да как обычно, Тим, решаем проблемы по мере их поступления, — лениво отозвалась капитанша. — И ты все-таки анализы у него возьми. Две недели у тебя на это есть.

Пока летели, Тимурка пытался приладить Бублику маску типа намордника, чтобы не чихал.

На обычную кислородную маску тот ответил укусом. Защитный колпак прогрыз. От лечебного аэрозоля чихнул сразу шесть раз и последовательно оказался в холодильнике, под койкой, в душе…

Тимурка говорить с ним пытался, уговаривал:

— Понимаешь, Бублик, мама даже не знает, где меня носит. Если бы она знала, что я лечу камнеедов, скачкозавров, глаков иногда, — последнее он шепнул, чтобы пилот не расслышал. — Она бы просто не пережила.

— Мняу.

— Поэтому вот и сбежал. Письма ей пишу, звоню. А кем устроился, не говорю.

— Мняу.

Бублик улегся ему на колени, свернулся клубком и заурчал, правда, звук был чуть громче ионных двигателей.

***

Чваранский сектор встретил «Ковчег-6» стрельбой.

— Они по нам палят? Или встречают салютом? — Дижуй шел на посадку.

— Кто этих чваранцев поймет. Нам главное — тварь забрать.

Чваранцы считались дикарями даже по меркам дальних колоний. Они носили шкуры поверх скафандров, которые им выдавали в знак знакомства, украшали антенны колонистов черепами и костями, а любую встречу начинали с громких выяснений, кто кого уважает.

— Сейчас придется открывать люк для всех желающих, — поджала губу Аглая, натягивая резиновые перчатки.

И то верно, они хоть и дикари, но корабль скорой помощи вызывал у них таинственный трепет, а врачей они принимали за божеств. Бывала она уже у чваранцев, бывала… Пока все поселение не вылечишь, не улетишь.

— Мы ж ветеринарная, — удивился Тимурка.

— А ты поди им это объясни, — поправила маску на лице и дернула за ручку открытия люка.

Улыбнулась во все двадцать четыре зуба. Ну и что, что за маской никто не видел. Зато совесть Аглаи была чиста.

На посадочной площадке скорую помощь ждала толпа вооруженных чваранцев. Впереди стояла высокая женщина с четырьмя косами и лазерным топором.

— Вы опоздали! — объявила она.

Аглая посмотрела на часы.

— На девять минут раньше расчетного времени. Показывайте пациента.

Пациент лежал в кратере за поселением.

Зверя чваранцы называли барбазавром. Размером он был с земного носорога, только круглее и лохматее. Часто они таких видали, твари большие, но глупые. Постоянно их спасать приходилось.

Барбазавр тяжело дышал, лежал и не мог пошевелиться.

— Что произошло? — спросила Аглая.

— Ел, — ответила чваранка.

— Что?

— Все.

— А потом?

— Перестал.

— Ну так он у вас обожрался, милочка. — Аглая посмотрела на женщину. Та покраснела и опустила глаза себе в ноги.

— За барбазавтрами следить надо, а вы кормите их небось по семь раз в день. А надо два раза! Все!

Делать было нечего, Аглая наклонилась и начала осматривать барбазавра.

— Что ж ты такой прожорливый? Как теперь переваривать все будешь?

Тимурка подал диагностический зонд, но барбазавтра чуть было и его не проглотил.

— Плохо дело. Надо подключать к стационарному оборудованию.

Аглая отряхнула ладони. Надо было грузить.

Из корабля донеслось «апчхи!» и Бублик появился рядом с барбазавром.

Тот взревел, подпрыгнул и начал вертеться, пытаясь схватить наглеца.

— Смотри-ка, зашевелился, — удивилась Аглая. — Бублик, гони его на корабль.

Вот и переноску доставать не надо.

Бублик оскалился, барбазавр зашипел. Сразу видно — понравились друг другу с первого взгляда.

— Апчхи!

Бублик мгновенно пропал, а барбазавр сначала застыл, а потом снова завалился на бок и начал стонать.

Из живота донеслось приглушенное «мняу»…

— Етить-колотить, — сняла маску Аглая Северовна. Руки повисли плетьми.

Тимурка рядом побледнел совсем. Еще худой, черт молодой, просвечивать начал.

— Давай… те, что ли… на корабль его… их… Аглая Северовна?

— Мняу…

Кажется, Бублик был не против.

С миной, будто на похоронах, решив, что лучше не смотреть на чваранцев, Аглая включила каталку, которая сама положила на себя пациента и повезла на корабль.

— Ну мы эта, напишем… как доедем… — махнула она. Сунула руку в карман и протянула визитку: — По этому номеру потом звоните, узнавайте, когда забирать.

Аглая Северовна скорее закрыла люк от греха подальше, «Ковчег-6» взмыл в воздух и взял курс на ветеринарный карантинный центр Проксима.

Аглая повезла барбазавра на УЗИ, Бублик сидел внутри.

— Эй, на выход. Давай там, чихай.

— Мняу. — Бублик даже не шевельнулся.

— Ну хорошо, что не жует ничего, — хмыкнул Тимурка, явно припоминая холодильник.

— А между прочим, мог бы помочь барбазавру, — заметила капитанша, натягивая рукавицы до локтя. — Придется само́й нырять. Ты пасть держи крепко, чтоб не откусил мне руку, а я буду этого скачкозавра тянуть.

— За хвост?

— За что получится, — бодро отозвалась Аглая.

Сунула руку в пасть, барбазавр глаза на нее выпучил, да не мог возмутиться, рот занят был.

Лоб покрылся липким потом, сердце зачастило.

— Тампон.

— Куда? — подскочил Тимурка.

— Голова садовая! Не видишь, капает у него? Сейчас рефлекс сработает, и он пасть захлопнет.

Младший фельдшер скорее утер слюни бедному барбазавру, а Аглая тем временем нащупала хвост (кажется, это был хвост, но она не была до конца уверена), и потянула.

Спустя минуту она держала за шкирку скачкозавра, всего липкого, мокрого.

— Ну и чего ты не чихал?

— Мняу… — поджал свои шесть лап.

— Ладно. Вымой обоих, — велела Аглая фельдшеру.

Стянула резиновые перчатки и покинула медотсек заполнять документы.

Фельдшер захныкал:

— Ну почему я? Опять его ловить по всему кораблю!

Однако Бублик больше не чихал, никуда не перемещался и даже не мерцал. Сидел себе, мыл лапы, уши.

Уже два дня на корабле была тишина. Даже как-то скучно было.

— А что так тихо? — удивилась Аглая, входя в медотсек.

— Я понял! — радостно воскликнул Тимурка. — В желудочном соке барбазавра есть антитела! Они подавили аллергическую реакцию!

— Хм… А откуда вообще эта зараза у него?

— Вот, смотрите. — Младший фельдшер повернул ей микроскоп. — Ну, когда Бублик успокоился, я, наконец, взял у него все анализы, сравнил с предыдущими неудачными образцами, то тут, то там есть остаточные…

— Короче, Склифосовский!

— Так вот… Древняя пыль с насекомыми какими-то. Где подцепил их, непонятно. Они и заставляли его чихать.

В ярком окошке микроскопа под стеклом бегали какие-то странные жучки и мерцали. Они-то и были причиной так называемой аллергии.

— Какая-то тварь из другого измерения похоже, — догадалась Аглая. — Поселилась в Бублике и все хотела вернуться. Вместе с тем, в ком жила. Ясно все, не наша это дальше зона ответственности, сдаем образцы и пусть дальше разбираются. Сунь их пока в холодильник, чтобы не испортились.

Ночью, когда все легли спать, а Аглая занесла в бортовой летописный журнал ветеринарной службы, что от мерцающих жуков другого измерения спасает желудочный сок барбазавров чваранских, на корабле раздался сперва грохот (кто-то явно споткнулся), а потом «апчхи!»

— Что это было? — открыла глаза Аглая во тьме. Моргнула и поднялась.

— Да спи ты, — пробубнил во сне Дижуй и повернулся набок.

— Нет, пойду проверю.

Она откинула одеяло и вышла в коридор. Там уже шел Тимур с фонариком.

— Ты тоже слышал?

Фельдшер кивнул. Первым делом они проверили Бублика с барбазавром, но те мирно спали в клетке. Аглая с Тимуром переглянулись и отправились к гостевой каюте.

— Аристарх, вы там? — постучала она.

Но никто не ответил. Каюта оказалась пуста. Аристарха Плюшкина и след простыл. А в медотсеке возле холодильника они обнаружили следы крошек и разбитую чашу Петри, в которой были жуки.

Видимо, Аристарх пришел ночью за едой, открыл холодильник и уронил чашу. А дальше… жучки нашли его сами.

— Это куда же его унесло-то? — почесал затылок Тимурка.

— Видимо, в другое измерение.

— Но Бублик заражен уже две недели, а Аристарх исчез только сейчас.

Аглая примела возле разбитой чаши Петри. От сколько тянулся тонкий мерцающий след.

— Не только сейчас. Помнишь, при посадке он нос вытирал? Потом краснел, пыхтел? И в каюте все время сидел?

— Значит, Бублик заразил хозяина?

— Наоборот.

Они уставились на раскрытый чемодан Аристарха Плюшкина, который остался в каюте. Среди антиквариата там лежал старый ковер, весь покрытый пылью.

— Кажется, он раньше мерцал, — припомнил Тимурка, когда забирали Аристарха с Бубликом с ярмарки.

Аглая заглянула в планшет и проверила, что в документах ковер не был упомянут, зато имелось пояснение регистраторши с ярмарки: «покрывало, которым была накрыта переноска со скачкозавром, голубым мерцала, а потом перестала».

— Вот тебе и ответ. Аристарх подцепил эту живность первым, просто скачкозавр маленький и к больше приспособлен к прыжкам. А Плюшкину для полноценного скачка жучков не хватало. А то, попробуй такую тушку перенести. А вот когда чашу разбил…

— Вот откуда они взялись, — догадался Тимурка. — Ковёр был заражён.

— Ковёр — источник, — поправила Аглая. — А нулевой пациент у нас Аристарх Плюшкин. Бублик просто первым начал красиво болеть.

Последняя реплика хорошо соответствует юмористическому тону рассказа

— А, так вот кто на самом деле был нашим нулевым пациентом и разносчиком заразы! — хохотнул Тимурка, но на всякий случай отодвинулся от ковра.

Аглая громко зевнула. Встряхнула ковер, осмотрела придирчиво.

— Хороший ковер и уже не мерцает. Потом в капитанской рубке мне его постели, — бросила его младшему фельдшеру. Тот на силу отбился от ковра.

— А мы… почему мы тогда не подхватили эту аллергию?

— Да потому что мы постоянно возимся с чваранской фауной! У нас антител уже больше, чем здравого смысла. А Аристарх всю дорогу в каюте прятался.

Аглая на несколько секунд зависла — теперь понятно, почему прятался.

— Ты, между прочим, тоже мерцал, но твой организм заразу почувствовал и придушил.

— А вы?

— Жучки ко мне сразу не полезли, стороной обошли.

Барбазавр отказался сходить с борта «Ковчег-6» без Бублика, а Бублик отказался покидать корабль в принципе.

С предводительницей чваранцев договорились, те даже загрузили на борт две тонны мяса, три ящика корнеплодов, чтобы прокормить своего питомца. Пришлось, правда, снова всех пациентов там лечить. Но это мелочи.

Так, барбазавр со скачкозавром и стали новыми членами экипажа скорой ветеринарной помощи №913.