Шевели мозгами, или Космические ассенизаторы

Глава 1

По пространству прошла гравитационная рябь. Звезды, до того яркие и безжизненные на черном фоне, покачнулись и заморгали, затем исчезли в ослепительной вспышке. Когда вспышка угасла, на ее месте находился вынырнувший из субпространства звездолет, с рекламной надписью на борту: «ТЕРРАКОМ: ассенизация, терраформирование, планетарный дизайн».

Звездолет тащил на буксире небольшой астероид, который, судя по алмазным проблескам на его белоснежной поверхности, состоял из чистейшего льда – по крайней мере, чего-то кристаллического.

– Чего так долго, Серега? Не можешь найти? – в нетерпении произнес командир.

Он сидел в фуфайке, утепленных штанах и валенках на босу ногу. На оголенном левом предплечье красовалась татуировка в виде планеты, верхнюю часть которой занимали фруктовые деревья, тогда как нижнюю уродовали ледяные торосы и айсберги.

– Сейчас найду, дядь Коль, – забормотал худосочный пацаненок лет восемнадцати: по всей видимости, его помощник. – Да вот же, нашел! – и зачитал страницу из «Межгалактической википедии»:

«Барбидолия – планета, находящаяся по адресу: Созвездие Девы, третья звезда справа. Обитаема. Климат теплый, мягкий. Атмосфера пригодна для дыхания. Жители: разумные чешуекрылые, питаются мошкарой. Совмещают водный и воздушный образы жизни, большую часть времени проводя либо в свободном полете, либо в болотах, которыми покрыта вся планета. Б. входит в состав Первой Космической Конфедерации».

– Точно они, к гадалке не ходи! – обрадовался тот, кого назвали дядей Колей. – Живут в болотах. Видать, надоело в грязи плескаться, захотелось настоящих водных просторов. Это мы им живо устроим.

Командир вытащил из кармана пачку замусоленных бланков, озаглавленных «Наряд-Заказ», вытянул один из листков и зачитал:

«Заказчик: местное население. Место терраформирования: Барбидолия. Выполняемые работы: подтопление. Оплата: авансировано».

– Как есть они! – резюмировал дядя Коля. – Шевели мозгами, Серега. За пару дней управимся, даже не вспотеем.

– Эта, что ли? – с осторожностью поинтересовался Серега, указывая на висящую в иллюминаторе планету: небольшую, но привлекательную, с зеленоватой атмосферой, наполовину затянутой серыми облаками.

– А то!

Дядя Коля сунул наряд-заказы в карман и взялся за руль звездолета. Техника, послушная умелой руке, выплюнула из сопел плазменные сгустки, развернула нос в правильном направлении и начала снижение. Перед звездолетчиками замелькали кучевые облака.

– Считай, прибыли, – сообщил дядя Коля, убирая ногу с педали газа.

***

Оказавшись в заданной точке, звездолет замедлил ход и, поддерживаемый искусственной гравитацией, замер на высоте порядка трехсот метров.

– Что за история? – задал, сам себе, риторический вопрос дядя Коля.

Прямо перед ними, примерно в километре, висел космический аппарат того же класса, что их звездолет, с рекламной надписью на борту: «ТЕРРАФЛЮ. Мы лучшие в терраформировании».

Обнаружение конкурентов стало для космических ассенизаторов неприятным сюрпризом: такого, учитывая отдаленность планеты от торговых космических трактов, не ожидал никто. Помимо прочего, конкурирующий звездолет тащил на буксире небольшой астероид, из чего следовало: террафлюевцы тоже готовились к обустройству Барбидолии. Правда, их астероид был не ледяным, а каменным.

Серега растерянно взглянул на дядю Колю.

– Ничего не понимаю, – пожаловался тот. – Неужели мы планету перепутали? Дай-ка бланки.

Юнга передал документы, и дядя Коля, протерев очки тряпочкой, повторно изучил наряд-заказ.

– Да нет, – убеждая себя в очевидном, сообщил дядя Коля по прочтении. – Она и есть, Барбидолия. Мы должны планету подтопить... Вот скажи мне, юнга, какого черта здесь делают террафлюевцы?

Лампочка на командирском пульте замигала зеленым. Дядя Коля нажал клавишу, и на экране переговорного устройства возникло возмущенное женское лицо, сразу же яростно и многословно заговорившее.

Представительнице конкурирующей компании было лет за тридцать: она носила обесцвеченные волосы и жемчужные клипсы в ушах. Ведомственная униформа свидетельствовала, что носительница является командиром ассенизационного космического корабля компании «Террафлю».

– Ты эту куклу понимаешь? – оборотился дядя Коля к юнге.

– Дядь Коль, на кнопку нажмите, на автотолмаче, – посоветовал юнга, не без испуга посматривая на разъяренную женщину.

– Какую, левую или правую? Все забываю.

– Левую.

Дядя Коля нажал на автотолмаче левую кнопку, но террафлюевка – видимо, осознав, что до того звездолетчики не понимали ни слова на ее шведском, – внезапно замолчала.

– Вы говорите, говорите… – подбодрил женщину дядя Коля.

– Я фру Арвидсон, командир звездолета компании «Террафлю», – прошипела конкурентка. – Прошу незамедлительно покинуть планету. На ней начинаются работы по терраформированию нового ландшафта.

– Точно, – заметил дядя Коля. – Мы прилетели и начинаем работы.

– Не вы, а мы! С Барбидолией заключен договор на терраформирование.

– У нас тоже. Планета Барбидолия. Работы по подтоплению.

– Вы с ума сошли? По какому еще подтоплению? – взвилась фру Арвидсон. – У нас договор на осушение планеты!

– А у нас на подтопление.

– Ваше начальство ошиблось! Запросите подтверждение, вам сообщат.

– Но… уважаемая… ээээ…. – замялся дядя Коля.

– Фру Арвидсон, – подсказал юнга.

– Ну да, фру Дарвинсон. Я не могу запросить подтверждение через субпространство, разве вам не известно? Через месяц вернусь в контору, тогда и запрошу. А пока должен отработать имеющиеся наряд-заказы, иначе меня депремируют. И моего юнгу тоже, – добавил дядя Коля, косясь на Серегу.

– Одну планету нельзя одновременно подтоплять и осушать!

– Верно, – согласился дядя Коля. – В самую точку зрите, фру Дарвинсон. Поэтому вам, как бы помягче выразиться, лучше Барбидолию покинуть. Извините за прямоту, вы нам будете мешать.

– Убирайтесь вон! – взвизгнула террафлюевка.

– Вы на своих подчиненных орите, а на нас нечего, – рассудительно парировал командир космического судна. – Мы вам не подчиняемся. И никуда не улетим, пока заказ не исполним.

После этого дядя Коля отключил связь.

Серега молчал, подавленный свалившимся на них испытанием.

– Шевели мозгами, юнга! – подбодрил дядя Коля. – А потом готовь шлюпку. Нужно спуститься, обстановку разведать.

***

«Межгалактическая википедия» не наврала: поверхность Барбидолии представляла собой сплошное болото.

Серега, выйдя из шлюпки, немедленно провалился по пояс: хорошо, что успел ухватиться за бортик, не то потонул бы. Дядя Коля, так и не сменивший валенки на что-нибудь более подходящее для путешествия по отдаленной планете, усмехнулся и рисковать не стал, лишь встал на приступочку.

Всюду, насколько хватало глаз, открывалась покрытая мшистой растительностью трясина ярко-синего цвета, что при зеленом небе Барбидолии и трех сияющих в небе оранжевых солнцах создавало незабываемую картину.

Трясину населяли разумные чешуекрылые: их колония находилась совсем близко, в паре сотен метров от шлюпки.

Чешуекрылые представляли собой подобие драконов, с беззубыми ртами и множеством лапок на животе, как у гусеницы. И еще они обладали исполинского размаха крыльями, позволявшими свободно взлетать с болотистого аэродрома. Одни драконы возились в болоте, отдыхая или присматривая за детенышами, другие парили на высоте полусотни метров, роняя на головы соплеменников капли красной слюны. Все – и отдыхающие, и парящие в небесных просторах – периодически издавали звуки, больше всего напоминающие лягушачье кваканье.

Выше, удерживаемые искусственной гравитацией, зависли два космических судна: «Терракома» и «Террафлю», – вместе с принайтовленными к ним астероидами, одним ледяным и одним каменным.

– Обалдеть! – высказался Серега, вылезая на бортик шлюпки и счищая грязь.

– А то! – подтвердил дядя Коля с такой гордостью, будто эволюция на Барбидолии была делом его рук.

Одно из проплывающих над звездолетчиками облаков оказалось темнее других. Внезапно темнота отделилась от облака и начала спускаться, тем самым обнаруживая, что это никакая не темнота, а путешествующая в облаках стая насекомых.

Ближайший к шлюпке дракон заметил насекомых и, сделав глотательное движение, плюнул вверх. Драконья слюна разорвалась в небе мелкими брызгами, окрасив насекомых в красный цвет. В результате в зеленом небе возник красный шар. И сейчас же все взрослые драконы – летающие по воздуху и сидящие в болоте – взвились в направлении красного шара, принялись открывать беззубые пасти, стараясь заглотить как можно больше насекомых. Хлопанье крыльев заглушалось чавканьем, с неба сыпались не то мертвые насекомые, не то отвалившаяся драконья чешуя.

Минут десять завороженные звездолетчики наблюдали инопланетную трапезу.

Мало-помалу хлопанье крыльев и чавканье утихало. То один, то другой дракон, насытившись, отдалялся от места пиршества.

Один из закончивших трапезу драконов устремился в сторону шлюпки. По приметной желтой метке на крыле стало понятно, что это вожак стаи – по крайней мере, ответственное лицо.

Дракон подлетел к шлюпке и бухнулся возле нее в болото, подняв тучу брызг, обдавших космическую шлюпку, также стоящих на ее площадке ассенизаторов вонючей жижей. После чего принялся почтительно квакать, разевая при этом огромную розовую пасть, из которой капала ярко-красная слюна.

– Дядь Коль, кнопку, – привычно напомнил Серега. – Да не эту, а левую.

После включения автотолмача драконья речь приобрела смысл.

– …поздравлять инопланетянина, – говорил дракон. – Опять прилетать, много прилетать, хорошо прилетать. Чем больше инопланетянина, тем лучше. Мы любить инопланетянина, крепко-накрепко. Они нам сильно помогать.

– Заключали договор на терраформирование своей планеты, подтверждаете? – спросил дядя Коля. – Желаете подтопления?

Автотолмач заквакал, переводя дядиколины слова на драконий, затем обратно.

– Помогать. Инопланетянина нам помогать. Вода есть жизнь, и суша есть жизнь. Чем больше инопланетянина, тем лучше.

После этого вожак поджал под себя короткие ножки, захлопал крыльями и отлетел к родной стае.

– Слышал? – сказал дядя Коля. – Вода есть жизнь. Все они заказывали, пускай террафлюевцы не вякают.

– Значит, подтоплять? – спросил Серега заискивающе.

– А то, – пообещал дядя Коля. – Это наша с тобой работа, мой мальчик. Шевели мозгами: сделаем, как надо.

***

Вернувшись на звездолет, дядя Коля и Серега взялись за подтопление. Требовалось прикрепить к ледяному астероиду нагревательный элемент, также шланг, по которому растопленная вода стечет на планету.

С помощью механической руки, которой был оборудован грузовой отсек звездолета, загрузили нагревательный элемент на шлюпку, затем доставили к висящему в неподвижности астероиду и установили. Общими усилиями скинули вниз резиновую бобину. Груз просвистел в воздухе, разматываясь по мере приближения к земле, в результате чего от ледяного астероида до земли протянулась резиновая труба.

Летавшие далеко внизу драконы заквакали и захлопали крыльями.

– Ишь, радуются, – сказал дядя Коля. – Еще бы, теперь с водой проблем не будет. Айда посмотрим.

Ассенизаторы уселись в шлюпку и, предварительно смотавшись на астероид и запустив на нем нагревательный элемент, устремились вниз – убедиться, что вода по шлангу стекает нормально.

Вода из шланга действительно хлестала. Вокруг, с испуганным кваканьем, хлопала крыльями драконья стая – правда, не над образовавшимся озерцом, а над одним из своих сотоварищей. Бедняга лежал кверху лапками под пустой деревянной бобиной.

– Чего это он? – безмятежно поинтересовался дядя Коля.

– Так его бобиной долбануло.

– Бывает, – многозначительно изрек дядя Коля. – Все-таки это терраформирование, а не хухры-мухры. Не важно – считай, дело сделано. Двое суток ждем, пока астероид растает, и закругляемся. Сколько у нас неисполненных заказов, юнга?

– Пять или шесть, – призадумался Серега.

– Через месяц будем дома.

– Глядите, дядь Коль…

От звездолета компании «Террафлю» вниз устремилась аналогичная бобина.

– Чего они? – не понял Серега. – У них айсберг не ледяной, зачем шланг?

– Ишь ты, откачивать собрались, – пояснил дядя Коля.

– Что откачивать?

– Воду, которую мы закачиваем. Другой конец шланга выведут на орбиту, подсоединят к мотору и начнут откачивать. У них в техзадании осушение – значит, должны осушить, иначе наряд-заказ не подпишут. Сначала осушат, а что не смогут – завалят породой каменного астероида. Зачем, как думаешь, астероид с собой притащили?!

Действительно, с террафлюевского звездолета вверх рванулась шлюпка, неся на себе остатки резинового шланга. Вскоре шлюпка скрылась за облаками. Теперь в зеленом небе висели два звездолета: с первого звездолета, то есть с принайтовленного к нему ледяного астероида, шланг свисал до земли, а со второго – и свисал до земли, и протягивался в небо.

– Что же нам делать? – вымолвил Серега. – Они всю нашу воду выкачают в космос.

– Шевели мозгами, юнга! Что-нибудь придумаем.

Ассенизаторы возвратились на корабль, под которым уже плескалось озеро пресной воды. Над озером вились возбужденные драконы. Озеро увеличивалось на глазах, но было ясно: когда озеро достигнет террафлюевского шланга, тогда прибывающую воду начнут откачивать в космос. Из одной трубы в бассейн вливается энное количество жидкости, из другой трубы столько же выливается, изменится ли объем жидкости в бассейне?

– Слышь, Серега!..

– Что, дядь Коль?

– А плазменная пушка у нас работает?

– Р-работает.

– Расчехли-ка ее.

Чешуекрылые планеты Барбидолия могли наблюдать, как одна из защитных створок звездолета «Терракома» приоткрылась, в нее высунулось тонкое дуло, поерзало туда-сюда, затем задралось вверх и выстрелило огненным сгустком. После чего створка скромно затворилась, будто никогда не отворялась. Результатом выстрела стало то, что шланг, тянущийся с земли до звездолета «Террафлю» и уходящий далее в небо, оказался перерезанным. Перерезанный конец остался в небе – из него брызгала мощная струя закачиваемой воды, образовавшая над конкурирующим звездолетом нечто вроде водяного зонтика.

Видя такое, дядя Коля и Серега не могли не рассмеяться.

– Теперь ты понял, юнга, как важна производственная смекалка?! – вымолвил дядя Коля, премного довольный.

До вечера смекалистые ассенизаторы ждали, выйдет ли на связь фру Арвидсон, но крашеная кукла не вышла. В иллюминатор они наблюдали, как террафлюевцы сворачивают поврежденный шланг, даже не пытаясь его залатать – видимо, придя к выводу, что перерезать исправные шланги гораздо проще, чем восстанавливать перерезанные.

Ледяной астероид заметно уменьшился в размерах. Вода из него продолжала беспрепятственно струиться вниз, неумолимо затапливая Барбидолию. Сутки свободного таяния – и задание по подтоплению планеты будет выполнено.

С тем, завершив дела, ассенизаторы отправились на боковую.

***

Наутро, выглянув в иллюминатор, дядя Коля, вместо ожидаемых бескрайних водных просторов, обнаружил внизу твердую и блестящую под лучами трех оранжевых солнц заледеневшую поверхность.

– Космоопера да и только! – обалдело молвил командир звездолета. – Юнга, что там в «Межгалактической википедии» по поводу климата говорилось?

Юнга слазил в справочник и зачитал:

«Климат теплый, мягкий».

– Какой же теплый и мягкий, когда все замерзло?

Серега не ответил: было очевидно, что он не в курсе.

– Ладно, – решил дядя Коля. – Давай слетаем, разузнаем, в чем дело.

Шлюпка начала плавное снижение – вдоль шланга, разорванного изнутри в клочья. Из резины торчали острые ледяные иглы, что было не удивительно, принимая во внимание отрицательную температуру за бортом.

Вскоре шлюпка коснулась поверхности. Дядя Коля распахнул люк и как был, в валенках, ступил на ледяную поверхность. Болото промерзло не насквозь, но лед держал. Вдали квакали и хлопали крыльями взволнованные драконы. Звездолетчики прошли метров пятьдесят в их направлении, чтобы посмотреть, в чем дело. Из-за того, что похолодало резко – мгновенно практически, – несколько драконов вмерзли в лед и не могли освободиться. Вмерзшие били ледяную поверхность мордами, царапали многочисленными ножками, но ничего не получалось. Над пострадавшими вились обеспокоенные родственники.

– Поможем? – с горячностью, свойственной молодому поколению, предложил Серега.

– Ты, юнга, в своем уме? Влезать во внутренние дела инопланетной цивилизации?!

И то верно, чешуекрылые обошлись собственными силами. Дракон, поднявшийся в небо выше остальных сородичей, предупредительно заквакал и сплюнул в образовавшуюся воздушную дыру. На льду, рядом с застрявшей в нем живой тушей, расползлось красное слюнявое пятно. Сейчас же остальные драконы, будто сумасшедшие, кинулись на красное пятно со всего маху, не жалея ни крыльев, ни грудин. Воздух заволокло отрывающейся чешуей. Когда чешуя осела, лед оказался проломлен, а застрявший во льду дракон выволочен общими усилиями на поверхность.

– Видал? – сказал дядя Коля. – Сами разобрались, без посторонней помощи.

– Это они так на красное пятно реагируют?

– Похоже на то. Увидят красное пятно и давай об него до умопомрачения колотиться. Условный рефлекс. А может, безусловный, я в этом не разбираюсь.

– А похолодало почему? – спросил Серега.

– А это надо спросить у фру Дарвинсон…

– Арвидсон.

– Я и говорю, фру Дарвинсон. Хотя спрашивать нечего: технология известна. Наклонили планетарную ось, оно сразу и похолодало.

– Наклоним обратно?

– Энергии израсходуем много, придется неприкосновенный запас использовать. А расходование неприкосновенного запаса – это, Серега, такие штрафы… И думать о наклоне планетарной оси забудь, не то на бигмак не наскребешь.

– Что же делать?

Дядя Коля озабоченно вздохнул и задрал голову. От звездолета тянулся вниз заиндевевшие и клочковатые остатки шланга. Нагревательный элемент работал, но стекающая вода сразу же замерзала, образуя свисающую с астероида гигантскую сосульку.

– В таком виде нам наряд-заказ, пожалуй, не подпишут. Все-таки поговорю… с этой…

– Фру Арвидсон.

Скользя по льду, ассенизаторы дошли до шлюпки и возвратились на звездолет.

***

Оказавшись в командной рубке, дядя Коля почесал под мышкой и засопел носом, потом набрал код связи и решительно ткнул пальцем в кнопку вызова. На осветившемся экране возникла фру Арвидсон, в той же командирской униформе, только не яростная и нетерпеливая, как в прошлый раз, а официальная и холодная.

– Я вся внимание, коллеги.

– Вы, это, – начал дядя Коля, – обороты-то сбавьте. Дайте нам закончить с подтоплением, подписать документ. А потом, так и быть, осушайте.

– Предлагаю наоборот.

– Что наоборот?

– Вы полетаете несколько дней вокруг планеты, пока мы не закончим с осушением. Потом можете возвращаться и подтапливать.

– Да если вы планету осушите, нам топить в три раза тяжелей окажется! – вскричал раздосадованный дядя Коля.

– Равно, как и нам осушить. Ничем не могу помочь. Что-то еще?

Дядя Коля, без слова прощания, отключил связь и задумался. Серега вжался в кресло, боясь попасться на глаза командиру. Дядя Коля закончил думать и произнес со значением:

– Слышь, юнга, у нас жидкость от оледенения осталась?

– Конечно, осталась, дядь Коль. Баки практически полные.

– Грузи на шлюпку!

Последующие несколько часов ассенизаторы занимались тем, что переливали незамерзайку из баков в канистры, затем перетаскивали канистры на шлюпку, затем, до позднего вечера, распыляли над поверхностью Барбидолии.

Закончили ночью – усталые, как черти. Два светила из трех закатились за горизонт, третье, изменив цвет на бледно-розовый, осталось висеть над головами.

Вконец уработавшимся дяде Коле и Сереге было не до инопланетных красот: пристыковав шлюпку к звездолету, ассенизаторы добрались до коек и завалились спать.

***

Эффект применения незамерзайки превзошел все ожидания. Когда на следующее утро звездолетчики опустились на поверхность Барбидолии, то обнаружили, что жидкость от оледенения не то чтобы полностью растопила застывший ледяной слой, но превратила его в липкую и тягучую жидкость.

Драконы жалобно квакали, не в силах подняться в воздух. Они взмахивали крыльями и даже взлетали, но прикрепившиеся к телам клейкие жгуты, словно резиновые, утягивали тела назад, в болотную жижу, напоминавшую в этот момент баночку с казеиновым клеем. Нескольким особям удалось разорвать казеиновые жгуты и подняться в воздух, но оставшаяся на чешуйчатых телах жидкость сковывала движения. Казалось, в воздухе кружат подранки, еле-еле удерживающиеся от падения с высоты.

Стоя на приступочке, дядя Коля опустил в казеиновое болото валенок, затем поднял ногу. Болотная жижа уцепилась за пятку и потянулась вслед. Дядя Коля задрал ногу повыше, и клейкий жгут с чмоканьем разорвался.

– Вишь, растаяло, – заметил дядя Коля с полным удовлетворением. – Совсем другое дело. Вязкость повышенная, но с подтоплением полный порядок. Техническим регламентом допускается. Главное, что поверхность планеты подтоплена, с этим не поспоришь.

– Подпишут? – с сомнением спросил Серега.

– Наряд-то? А черт его знает.

– А чего это террафлюевцы стараются?

Дядя Коля посмотрел в указанном направлении – на каменный астероид, к которому только что пристыковалась шлюпка конкурентов. Несколько человек возились с буксирными креплениями, удерживающими астероид возле звездолета.

– Не знаю. Крепления, что ль, ослабли?

Шлюпка конкурентов закончила ремонтные работы и отлетела в сторону.

Через несколько секунд каменный астероид – несомненно, из-за отключения искусственной гравитации – покачнулся и сорвался вниз. В мгновение ока исполинская громада пролетела несколько сотен метров до поверхности Барбидолии и со всего маху вошла в болотную трясину. По поверхности прокатилась волна: не похожая на классическую морскую, но такая, какая бывает, если кинуть кусок сахара в кисель – густая, короткая и быстро затухающая.

Несмотря на то, что волна от упавшего в болото каменного астероида прекратилась практически сразу, остаточное волнение дошло до шлюпки и встряхнуло ее настолько сильно, что едва не перебросило звездолетчиков через поручни.

– Вот же… – выругался дядя Коля.

Перед ними красовалась возникшая посреди болотной жижи каменная скала.

Рядом со скалой – и, кажется, немного из-под нее – доносилось испуганное драконье кваканье. Чешуекрылых застигли врасплох: астероид рухнул в самый центр гнездовища. Несколько перепачканных клейковиной драконов вились вокруг скалы – видимо, пытаясь выяснить, много ли соплеменников пострадало при обрушении.

– А как же наряд-заказ? – спросил Серега.

– Верно мыслишь, юнга. Чем не случай подписать?

Ассенизаторы завели мотор и подкатили поближе.

Вокруг астероидной скалы кружили драконы. Некоторые не смогли вырваться из липкой трясины и работали крыльями, как веслами, направляясь к образовавшейся скале или от нее. К сожалению, среди них не нашлось дракона с приметной желтой меткой на крыле – вожака стаи, у которого следовало подписывать наряд-заказ.

– Вон он, дядя Коль! – крикнул Серега, указывая на дракона, находящегося под самой скалой.

Вожака придавило, и теперь он не мог выбраться, только напрасно хлопал длиннющими крыльями, к одному из которых была прицеплена желтая метка.

С надлежащей осторожностью шлюпка подлетела к придавленному вожаку. Ассенизаторы вышли на приступочку и оказались в доступной близости от дракона. Тот, заметив прибывших инопланетян, прекратил бить крыльями по липкой болотной жиже и жалобно заквакал.

– Левую кнопку, дядь Коль, – подсказал Серега.

– Да знаю я…

Дядя Коля включил автотолмача и услышал:

– Застрять под камень. Инопланетянина помогать. Инопланетянина хороший.

– Да хорошие мы, хорошие, – досадливо поморщился дядя Коля. – Но, чтобы лишний раз не отвлекать... В общем, нужна подпись на документе. На этом…

С этими словами дядя Коля вытянул из утепленных штанов пачку наряд-заказов, нашел нужный и протянул дракону, половина лапок которого удобно выглядывала из болотной жижи и казалась пригодной для визирования.

– Серега, а карандаш у тебя есть?

Серега захлопал по карманам, но карандаш нашел.

Дядя Коля вложил наряд-заказ дракону в одну лапку, а карандаш – в другую. Дракон с готовностью ухватился за канцелярские принадлежности, при этом помогая себе нижними лапками, чтобы случайно не уронить в клейковину.

– Вот здесь надо расписаться.

Дракон покорно расписался.

Дядя Коля, поджав губы, забрал у него наряд-заказ, и карандаш тоже, после чего деловито сообщил:

– Астероид сбросила компания «Террафлю», вот они... – и указал на зависший над головой звездолет конкурентов. – Обращайтесь за помощью к ним. Что касается нас, то «Терраком» благодарит за сотрудничество. Если понадобятся новые услуги, звоните, контакты у вас имеются. Счастливо оставаться.

После чего ассенизаторы задраили люк и убыли к звездолету.

***

– Понял, юнга, как с заказчиками обращаться нужно? – спросил дядя Коля. – Посуровей, чтобы не расслаблялись, иначе обленятся и на шею сядут. Шевели мозгами, покуда я жив.

Серега согласно закивал.

– Еще пяток заказов, и дело в шляпе, – резюмировал командир.

– Улетаем, дядь Коль?

– Ты прогревай мотор, а я отлучусь ненадолго. У нас красная краска есть?

– Валялось несколько банок на складе.

– Лады, юнга. Готовься к отлету, я скоро.

Пока дядя Коля отсутствовал, Серега прогревал мотор и сверялся со звездными атласами: им предстоял переход через субпространство, что требовало от звездолетчиков предельного сосредоточения и умственной концентрации.

Через полчаса дядя Коля вернулся. Перед тем, как освободившийся от буксира звездолет взмыл на орбиту, Серега взглянул на оставшуюся внизу Барбидолию.

Преображенная планета, с единственным торчащим посреди водного простора астероидным обломком, казалась почти родной. Снизу раздавалось драконье кваканье. Драконы, которым удалось оторваться от липкой поверхности, не кружили над скалой, как раньше, а собрались в стаю, острием направленную в сторону конкурирующего звездолета. Так высоко драконы никогда не поднимались, но теперь, перепачканные клейстером, упорно стремились вверх – к видимой им одним цели.

– Поехали, – сказал дядя Коля, давая по газам.

Когда звездолет вышел на околопланетную орбиту, Серега вспомнил и спросил:

– Куда отлучались-то, дядь Коль?

– На днище их консервной банки нарисовал красный круг. Видел, как местные взвились? Я ж говорю, условный рефлекс. То-то террафлюевцы удивятся, когда драконы начнут об их посудину головами биться. Клоуны, одно слово…

После этих слов дядя Коля включил субпространственные движки, и звездолет с надписью «ТЕРРАКОМ: ассенизация, терраформирование, планетарный дизайн» исчез в световой вспышке.