Шаман

Глава 1

Откинув тяжелый, воняющий псиной полог я вошёл в чум.

Старый шаман Зе-ка Три тысячи сто сорок четыре, видевший, по слухам самого Ленина, сумрачно посмотрел на меня.

- Всё знаю, - сухо проворчал он, - Но ты всё же расскажи.

Я обвёл взглядом помещение, пытаясь понять, где можно присесть, но чум выглядел... негостеприимно.

Под потолком висело чучело болотного аллигатора, вдоль стен стояли тщательно заколоченные ящики с надписью "US Army", садиться на которые не хотелось категорически, из-за спины шамана тускло просвечивал портрет Феликса Эдмундовича.

Сам Зе-ка Три и так далее раскачивался в кресле качалке и тихонько выстукивал пальцами по краешку бубна "Smoke on the water".

Неправильно истолковав мой взгляд, шаман пояснил.

- Предпочитаю покупать всё на распродажах армейских излишков. На аллигатора не обращай внимания - взял за долги, но он подох на морозе. Олени, как ни крути, всё-таки лучше.

После такого заявления всё, что мне оставалось - это просто опуститься на пол и растерянно сказать.

- У меня проблемы с девушками.

- Приворотное зелье можешь купить в сельском секс-шопе. Рецепт я выпишу.

Шаман нервно постучал по бубну, и доверительно добавил.

- Сам-то я давно уже не варю. С современной химической промышленностью очень трудно конкурировать.

- Мне нужно не это, - парировал я, не став уточнять, что в секс-шоп я уже заходил. Именно видавшая виды продавщица оттуда, выслушав меня с неописуемым выражением ужаса на лице и отправила меня к шаману. - Я не понимаю, почему никак не могу найти свою девушку.

Шаман в сомнении посмотрел на меня.

- Так, руки ноги есть, голова на плечах, возраст под тридцать...М-да, действительно странно.

Со страдальческим видом шаман скособочился в кресле, нашаривая что-то на полу.

"Что-то" оказалось небольшим томагавком, и мне показалось, что Зе-ка Три намерен решить проблему наиболее радикальным из всех возможных методов.

Вместо этого шаман всыпал какую-то траву в чашечку на обратной стороне томагавка, щёлкнул "зипарем" и, поймав недоумённый взгляд, пояснил.

- Трубка мира! Подарок из Латинской Америки. От Дона Хуана.

Похоже особого доверия на моём лице не читалось, поэтому шаман честно признался.

- Шучу. Выменял у эскимосов с того берега на двадцать литров самогона.

После этого Зе-ка Три затянулся, без особого восторга выпустив носом дым, и какое-то время сидел с явно неодобрительным выражением лица.

- Голливуд, фантастические романы и компьютерные игры оставили свой след в твоём сердце, о бледнолицый! Тяжелый, как бульдозер нефтяников. - буркнул он наконец и с явным наслаждением затушил трубку.

Поскольку понимания в моём взгляде от этих действий не прибавилось, Зе-ка Три пояснил.

- За выход в астрал нынче дерут просто безбожно.

- Я оплачу.. - неуверенно пробормотал я, пытаясь прикинуть, сколько денег у меня ещё осталось, но шаман небрежно отмахнулся.

- Там расценки другие. Провайдер предпочитает оплату душами; так что не возникай. Хотя... - тут он скептически посмотрел на меня, - Там, конечно могут и соорудить что-нибудь по спецпроекту. Но в изделиях обычно вскрывается потом технологический брак. Захочешь вечную молодость, к примеру, - так ведь тут же пришьют на месте. Тут уж точно не состаришься!

- Я и не собирался, - сказал я и покраснел.

Шаман задумчиво посмотрел на меня.

- А может, тебя просто на великую стройку чего-нибудь засунуть? - без особой надежды предложил он, - Нарастишь мускулы, заработаешь денег, проникнешься внутренним цинизмом... Бабам нравится...

- Не пойдёт, - уныло сказал я, - Есть вечные ценности.

- Угу, вижу. Может тебя тогда в цирке показывать? Новые впечатления, опять же, кое-кого из девочек именно публичная известность и заводит...

По выражению моего лица шаман уловил, что сейчас здесь будут кого-то убивать.

Вероятнее всего, долго и ну просто очень мучительно.

Он тяжело вздохнул.

- Проблема состоит из двух вилок, в сумме крест. Первая вилка - кто, по твоему, нужен тебе, и кто тебе нужен на самом деле. Вторая вилка - кому нужен твой образ, и кому нужен ты сам...

- "Мы все ошибались: на самом деле, Карла Марла и Фридриха Энгельса - это не муж и жена, а четыре совершенно разных человека!" - грустно процитировал я анекдот про вернувшемуся из Партинститута чукчу.

- Откуда ведаешь? - внимательно посмотрел на меня шаман, - Впрочем ты прав. Это четыре разных человека, в этом-то и проблема...

Шаман с иронией посмотрел на меня.

- Отличная хозяйка, великолепная любовница, умная собеседница и прекрасная мать. Эти неверные с Юга не зря оптимальным числом жён полагаю четыре.

Я задумался.

- Что-то тут не так, - сформулировал я наконец свои сомнения.

- И что же?... - Зе-ка Три тысячи сто сорок четыре откинулся на спинку своего кресла.

- Ну, во-первых, ни слова не сказано о том, какой она человек. Можно обладать всеми четырьмя качествами, и при этом быть первостатейным дерьмом.

- Даже так?... - шаман уставился вверх, будто на брюхе аллигатора были написаны какие-то одному ему видимые вопросы. - А что, позволь спросить, отличает человека от дерьма?...

- То, как он относится к людям.

- Все как-то относятся к людям.

- Но есть те, кто видит в других людях себя, и поступает с ними также, как хотели бы, чтобы поступали с ним.

А есть те, кто в людях видит только инструменты для достижения своей цели и сами люди ему безразличны. Он видит только себя - но никого вокруг.

- Полагаешь, это единственное, что их отличает?...

- Такого человека не придётся вешать на Сороковой миле. Того, кто знает, чем нужность отличается от полезности. Того, кто милосерден, а не справедлив. Того, кто может поставить себя на место другого.

Шаман поднял ладонь прерывая меня.

- А что насчёт отличной хозяйки?...

- Готовить я могу научиться и сам. Я ищу себе женщину, а не кухонный комбайн.

- А великолепная любовница?

- Смотря о чём идёт речь. Главное, чтобы было взаимное желание. А всё остальное приложится по мере необходимости.

И в том объёме, котором необходимо.

Но без желания любой союз бесплоден.

- Ну а умная собеседница?

- Мне не хотелось бы говоря о том, что важно и интересно мне видеть безразличие в её глазах.

- А прекрасная мать?...

- В свой срок каждая женщина становится ею - особенно если она человек.

Зе-ка Три тысячи сто сорок четыре насупился.

Долго молчал, а потом выбрался из своего уютного кресла и бормоча себе под нос какие-то ругательства на непонятном языке принялся разыскивать что-то в огромной куче хлама, сваленной под портретом Дзержинского.

Над кучей хлама гордо висела табличка - "Тяжёлое прошлое".

- Значит так, - сказал он наконец,бросив мне под ноги расшитую орнаментом малицу, шапку с лопастями, размерами напоминающую небольшую переносную ярангу и туго обтянутый кожей круг.

- Э-э?... - начал было я задавать напрашивающийся вопрос, но шаман прервал мои возражения в зародыше.

- Одевайся. ЗА чумом стоит снегоход - собак я тебе не доверю, загубишь с непривычки. Три дня держи на заход солнца, там как раз будет стойбище нефтяников. Ярангу они тебе покажут, а я потом как-нибудь заеду, объясню, что к чему.

- Но... - опешил я.

Зе-ка Три тысячи сто сорок четыре грозно посмотрел на меня из под нависшей по самые брови шапки.

- Баб много, а шаманов - по пальцам одной руки пересчитать. У нас кадровый недобор. В город все рванули, геологию изучать. Образованные все стали.

А кто будет на звёзды смотреть? Ворон считать? С оленями разговаривать?

Раньше человек, если хотел посмотреть на звёзды, он шёл в тундру, ложился спиной на снег и смотрел на них.

А сейчас он запирается в чуме и смотрит в хрустальный шар - а не показывают ли там сегодня звёзд?...

Шаман перевёл дух.

- Не могу я найти тебе женщину. Я могу только сделать тебя шаманом. А женщина найдёт тебя сама.

Или не найдёт.

Зе-ка Три тысячи сто сорок четыре вновь опустился в кресло, прикрыл глаза и, принялся выстукивать на бубне "We will rock you".

Я растерянно посмотрел на него, но шаман явно сказал всё, что хотел и не собирался прерывать музицирование.

Подобрав ворох меховой рухляди я откинул полог чума, и только в спину мне прозвучало напутствие.

- Три дня на заход солнца!

Топливо в бензобаке кончилось на исходе второго дня.

Ночь я провёл в сугробе, согреваясь в основном собственным дыханием и выстукиванием на бубне "Why don't you get a Job". А утром продолжил путь пешком, продолжая аккомпанировать себе на бубне.

Так было веселее.

Вот только выстукивалось задубевшими пальцами нечто среднее между "Ой мороз-мороз" и сигнала Save Our Soul морзянкой.

Днём я увидел оранжевый полярный трактор. Он выглядел настолько странно посреди плоской как стол забеленной снегом тундры, что я счёл его галлюцинацией.

Может, для шаманов это нормальное состояние - и ты никогда не знаешь, разговариваешь ли ты с тем, что уже было, или с тем, что ещё только будет?...

Галлюциногенный трактор полз прямо на меня, но я счёл, что тундра слишком велика для того, чтобы бегать по ней, спасаясь от видения.

И, выстукивая бессмертное "На поле танки грохотали" я пошёл тараном прямо на трактор.

Мы остановились сантиметрах в паре метров друг от друга.

Я вдруг понял, что трактор мало похож на галлюцинацию - слишком уж вещественной, лязгающей и пахнущей соляркой оказалась эта громадина.

Что понял водитель трактора мне ещё только предстояло узнать - и, скорее всего, в выражениях, далёких от цензурных.

Бортовая дверь с грохотом, заставившим меня вздрогнуть, открылась, и на снег спрагнула тонкая девичья фигурка, укутанная в серебристую парку, похожую на скафандр, сходство с которым усиливали наброшенный на голову капюшон и горнолыжные очки на половину лица.

- Ну надо же, настоящий шаман! - протянула девушка. - Ты грибов объелся, дядя?... Тебя полпосёлка ищет, технику от работы отвлекает, а он тут с бубном в обнимку танцы танцует!

Девушка обеими руками подняла очки, заодно отбросив за спину и капюшон, видимо намереваясь сказать ещё что-нибудь язвительное.

А я молчал и глупо улыбался.