Сфероид Разума

Глава 1

А.Митюшкин

СФЕРОИД РАЗУМА

Роман века (в трех томах)

К о н с п е к т

(Из рассказов о новых людях)

Посвящается А.Казанцеву

Г-н Булгарин впредисловии к одному из своих романов уведомляет публику, что есть люди, не признающие в нем никакого таланта. Это,по-видимому, очень его удивляет. С нашей стороны, мы знаем людей, которыепризнают талант в г-не Булгарине, но и тут не удивляемся.

Новый роман г-наБулгарина нимало не уступает его прежним.

А.С.Пушкин

* * *

Мороз крепчал. Вера Павловна поежилась и посмотрела, не мерзнетли верный Хунвейбин. Пес повернуллобастую голову и ответил хозяйке умным, по-человечески преданным взглядом: "Ничего, хозяйка, ради тебя я готов немного потерпеть. Ведь сам академик Панацеев на вчерашнем консилиуме заметил, что тебе необходимы вечерние прогулки..." Вера Павловнанагнулась и любовно, чутьснисходительно потрепала седое животное доброй морщинистой рукой.

Да, стареет даже Хунвейбин... Бывшая подопытная собака Института Геронтологии при ЦК КПСС... Свое довольно странное имя онполучил больше шестидесяти лет назад,когда со своей юной спасительницей он жил в комму- нальной квартире на проспекте Экспроприаторов (ныне Крестовоздвиженская). Вера Павловна недоглядела, просматривая свежий номер "Курьера ЮНЕСКО", и спаниель Трошка, выкраденный из вивария Института, умыкнул у соседа-студента однуза другой две книги:"Ледяной дом" Лажечникова и "Купол надежды" Казанцева... Трофим забился под хозяйкину кровать и, повизгивая, принялся яростно трепать добычу. Вера Павловна просила прощения, а студент, гладя преступника, приговаривал с непонятным удовольствием: "Зубастый, шельма, чистый хунвейбин...

События "культурной революции" в Китае были тогда популярной среди ин- теллигенции темой разговоров...

Так Трофим стал Хунвейбином. Впрочем, полностью его именовали редко. Внучатые племянники Веры Павловны запросто кликали его Бинькой, а самой хозяйке больше пришлось по душе подслушанное у студентов ласковое сокращение "Хуня"... Но на племянников она тоже не сердилась.

...Детей у Веры Павловны не было. Не было и мужа. Она прожила одинокую, но захватывающуюжизнь ученой женщины. Вокруг нее было полным-полно докторов и кандидатов,но ни один из них не стал кандидатом в ее супруги. И, поскольку мужа ей не досталось, она отдалась науке. Только Хуня был до сих пор единственным островком ее личной жизни. Но никогда не следует терять надежду!

* * *

Пес задрал ногу возле похилившегося забора Верхоянского Отделения Ака- демии Наук.Вера Павловна прикрикнула на него и подумала мельком, что на сессии горсовета поднимет вопрос о выделении фондов на починку забора административного корпуса ВО АН СССР, но,всмотревшись, поняла, что все в порядке. Забор был не простой, а фотоэлементный, и спроектирован так, что он способеннаклоняться, следя засолнцем. Естественно, что вырабатывает электроэнергию он только днем. Ночью же, когда,собственно, и необходимы заборы,он принимает нормальное положение, готовый к приему параллельных земле вечерних и утренних солнечных лучей. Старая идея, описанная еще великим фантастом конца прошлого века Казанцевым... Правда, люди сначала посмеивались, глядя на ее воплощение, но потом привыкли...

* * *

Вера Павловна думала. Инейот ее дыхания серебрил непокорную седую прядь, выбившуюся из-под модной "менингитки". Она не замечала, как прохожие оборачивались, чтобы еще раз взглянуть на эту, известную им по газетным фотографиям, стройную девушку со спокойным умным лицом. Кто бы мог подумать, что ей исполнилось недавно восемьдесят четыре года!..

Ей было над чем подумать. Сегодня вечером она должна была дать ответ. Ее смущала разница в возрасте - е м у не было еще и тридцати. Но их столько связывало! И - она тоже любила его! Любила давно - лет семь... или восемь? Тогда он был еще ее студентом. Теперь он - преуспевающий доктор наук, член- корреспондент... Она как-то пошутила: "Я передам тебе по завещаниюсвое звание академика..."

Как же всё это начиналось?

* * *

...Когда всеобщее и полное разоружениестало, наконец, реальностью, перед человечеством всталвопрос: на чтоупотребить накопленные запасы ядерного оружия? Горячие головы западных политических деятелей, втайне надеясь на перемену международного климата, измышляли тогда самые бредовые проекты, стремясь оставить за собой свои атомныесокровища. Хозяин Белого Дома, цепляясь за последнюю соломинку, пустил в ход затасканный миф о гуманоидах и Бермудском треугольнике. Он предложил сохранить в неприкосновенности ядерные арсеналы на случай инопланетной агрессии. Но здравый смысл, как это всегда бывает, победил. ООН объявила всемирный конкурс проектов наиболее разумного способа утилизации радиоактивных запасов.

И тогда советские ученые предложили дерзкую идею.

Сам по себепроект был не нов - еще в конце прошлого века советский фантаст Казанцев описал построенный в Антарктиде город будущего, скрытый в километровой толще льда. И,как это часто бывает, к дерзновенному проекту фантаста обратились взоры потомков.

Все великие идеи сначала кажутся, в лучшем случае, ересью. Города будущего решено было строить не под антарктической ледяной шапкой, - за семь верст киселяхлебать, - как выразился Генеральный секретарь КП ООН, а в недрах земли, там, где уже сейчас не хватает места на поверхности. В Китае, например... В подземных городах, обогреваемых теплом земли, хватит места новым миллиардам человек, а площади, освободившиеся на поверхности, покроются лесами, полями, рисовыми плантациями... Загнать призрак голода в подземную бутылку - это ли не благородная задача?

Но, прежде чем приступить к практической реализации проекта, ученые решили сначала построить один, экспериментальный город. На то они и ученые, и этим они отличаются от политиков... Новостройку решили назвать просто и гордо: Сфероид Разума! Почему сфероид? Вот в этом-то и состояла изюминка проекта.

...Утилизация запасов ядерного оружия?Прекрасно: один взрывв несколько мегатонн на глубинедвух-трех километров - и за доли секунды в глубинах земли возникает километровая каверна с крепчайшими стенами, оплавленными, стекловидными, уплотненными ударной волной. Эта полость способна противостоять любому землетрясению, она недоступна для грунтовых вод, обогревается теплом земли - что может быть лучше?

Ну, а радиация? - спросят скептики. Радиация? Пустяки. Излучение короткоживущих изотопов уменьшается в логарифмической зависимости, а долгоживущие изотопы, гораздо менее активные сами по себе, легконейтрализуются свинцовымпанцырем... Свинца вполнедостаточно - миллиарды и триллионы свинцовых пуль ожидают на складах своего лучшего применения...

...Теперь насыпать на дно плодородной почвы,подвесить искусственное солнце... Трудно? Да, трудно. Но - реально. Да и когда советские люди пасовали перед трудностями? В жизни советских людей всегда есть место подвигу, об этом свидетельствует весь наш исторический опыт. Куда там им, на Западе, до нашей закалки!

Где же строить этот экспериментальный город? Иностранные правительства в один голос отвергли даже саму мысль осуществления проекта на их территориях. Это, несомненно, было следствием происков ЦРУ, надеявшегося хоть так столкнуть начавшие сближаться страны. В ряде капиталистических государств прошли бурныеманифестации в поддержку запрещения подземных ядерных взрывов. Из компетентных источников советские люди узнали, что финансирование этих бесчинств обошлось международному империализму и сионизму в 186 миллионов непостроенных школ и детских садов.И тогда, идянавстречу многочисленным пожеланиям простых советских тружеников,Советское Правительство приняло смелое решение: строить Сфероид Разума в Советском Союзе. Но где?

После бурного всенародного обсуждения былопринято решение: стройка будет развернута в районе Верхоянска. На закрытом заседании Политбюро было решено отменить все северные,подъемные, колесные и иные начисления (пока, в качествеэксперимента, лишь на этой стройке). В этом был свой расчет, простой до гениальности: теперь в сибирскую тайгу с ее гнусом и холодами не потянутся за длинным рублемслучайные люди, азначит - на исполинской стройке, служащей примером для всего человечества,будут трудиться лишь лучшие сыны советского народа, подлинные исполины духа...

* * *

...Довольно быстро, с помощью американских специалистов-атомников и их советских коллег, изголодавшихся по настоящей работе, спроектировали и создали саму гигантскую каверну. Затем, тотчас после того, как по уточняющим геодезическим изысканиям и спутниковым снимкам были изготовлены (взамен моментально устаревших) новые карты Сибири, начал производиться отбор добровольцев. Пресса свободного мира взвыла о зверствах, принудительном труде и оргнаборах. Советские люди посмеивались: действительность опровергала все измышления. На вокзалах грузились студенческие эшелоны с гитарами и рюкзаками. Рост коммунистической сознательности можно было наблюдать невооруженным глазом - исчезли свары вочередях, поредели сами очереди.На глазах поубавилось пьяниц на улицах, прибавилось милиционеров, куда-то пропали хулиганы... Резко возросла трудовая дисциплина. Рабочие и крестьяне, исполненные энтузиазма, не обращая внимания на расценки, вдвое и втрое перекрывали нормы. Возникло движение "Стахановцы наших дней". Подтянулось студенчество и старшеклассники... Окрепла армия. Экономикастраны, подхваченная неудержимой волной, рванулась вперед... Посветлели и без того светлые лица людей. Новые задачи были поставлены перед советской наукой. Возросла руководящая роль партии. Стали поговаривать об отмене нормированиясельскохозяйственных продуктов, денежной реформе и амнистии...

* * *

И вот тут... Да, все началось тогда... Вера Павловна смахнула слезу рукавом своей пушистой шубки из хорошо знакомого меха...

Тогда Иван был студентом второго курса. Она принимала у него зачет по биофизике. И на этом зачете произошел разговор, который они оба так хорошо помнят...

- Решите, Ваня, простую термодинамическую задачу: один слон потребляет несравненно меньше пищи, чем равное по массе количество мышей. Почему? Да потому, что у мыши отношение поверхности тела к его объему...

- Все ясно, Вера Павловна. Мышь теряет значительно больше энергии на единицу массы, и она компенсирует потери энергии более интенсивным метаболизмом, следовательно, в конечном счете, увеличением количества потребляемой пищи.

- Все верно. Но вдумайтесь глубже. Экстенсивный путь, путь пассивной переработки энергии вовлекает животное в замкнутый круг: дополнительная пища требует дополнительных усилий на ее переваривание,требует дополнительного объема пищеварительного аппарата, а следовательно - и более крупного тела, более сильных мышц, требующих, в свою очередь, дополнительной энергии... И так, как говорится, ad infinitum... Следовательно, размеры мышей должны постоянно увеличиваться,чего мы не наблюдаем.Следовательно, - вы же ученый, Ваня, - естественно предположить, что существует специальный механизм, призванный рассечь этот порочный круг. Что же это за механизм?..

Вера Павловна посмотрела поверх очков на Ивана.Ее взгляд задержался на его некрасивом умном лице. Она привычно подумала: "А этот мог бы меня полюбить?" И ее впервые в жизни кольнуло: "Э т о т - мог бы... "- ...Посмотрите с другой стороны. Ведь мышь не может есть безостановочно - ей необходимо рыть норы,охотиться, производить потомство, заботиться о нем... Отправлять естественные надобности, наконец... Вы видите, что ей в любом случае необходим какой-то способ сохранять прозапас произведенную энергию. И вот - как следствие этой необходимости, у мыши развился густой шерстный покров, самый теплый среди млекопитающих...

"Мог бы? - подумала Вера Павловна. - Да. Хотя - как знать?"

- ...Так вот, Ваня. С одной стороны - самый теплый на свете мех, с другой стороны - смехотворно малые размеры. Будь мышь хотя бы с собаку!.. К счастью, теперь, когда методы генной инженерии позволяют осуществить пе- ресадку в хромосомы мыши ген гормона роста, взятый от собаки или, скажем, - почему бы и нет! - от слона...

* * *

Иван, - скоро он стал Иваном Ивановичем, - с того дня загорелся этой задачей. Появились первые успехи. Вера Павловна гордилась своим учеником, сотрудником, товарищем, другом... стоп!..Она останавливала себя. Но все чаще и чаще она ловила себя на мысли - "Э т о т - мог бы..."

Настал день, когда Вера Павловна поздравила Ивана с присуждением Нобелевской премии. Стол был накрыт прямо в лаборатории. Элитные мыши радостно трубили привиде ученых. Образцыунтов и малиц - спецодежды строителей "Сфероида разума",- были развешаны прямо на вольерных решетках. Решением правительственной комиссии былсоздан филиал Института Меха в Верхоянском отделении АН СССР. Вера Павловна и Иван Иванович переехали туда.

* * *

И тут - беда.

...Успехи гигантской стройки вызывали бешеную злобу за океаном. Как же обрадовались западные человеконенавистники, когда строители, едва справившись с холодом,столкнулись с новым испытанием. Вспыхнула эпидемия сыпного тифа. Пресса свободного мира подняла радостный вой о бедственном положении строителей коммунистического города. "Голоса" с наслаждением расписывали, как строители, едва вернувшись с объекта, остервенело бьют вшей на стенах бараков, ищутся,словно шимпанзе, - а за стенами землянок их, сунув- шихся вымораживать паразитов, поджидают голодные медведи... Какая чушь!

Впрочем, вши действительно были. И сыпняк занесли,видимо, они. Но откуда взялись сами вши?Неужели все прожарки оказались впустую?Быть может - враг?..

Вера Павловна помнит, как Иван Иванович, вернувшись с пресс-конференции, устроенной для иностранных корреспондентов в пресс-центре МИД СССР, к вечеру слег в тифозном бреду.

- Вера Павловна... Вера... Пить... Воды... Огненной воды...

Вера Павловна принесла стакан, но больной отказался от водки.

- Огненной воды... Ай вонт дринк вассер...

Иван перестал понимать русский язык, и все бредил, бредил...

- Вассер... Фейервассер... Ай вонт фейервассер...

- Water? - от отчаяния Вера Павловна перешла на английский.

- Найн water... Вассер... Фейервассер...

- Попей, родной...

- Варум попей?.. Ай вонт ю...- Проблеск сознания осветил комнату и Вера Павловна услышала долгожданные поразившие ее слова:

- Когда я оправлюсь, выходи за меня... Только я вшивый... Как тот корреспондент... Фейервассер...

Чем все кончилось? Как ты думаешь, читатель?

Правильно!..

* * *

А вшей распространял Гуго Фейервассер,опасный гангстер, маньяк и садист, "корреспондент", аккредитованный в Верхоянске. Сын, кстати, Мартина Бормана и индианки из племени бороро, среди которого недобитый папаша получил пристанище, удрав из горящего Берлина... Вшей его сынок распространял изощренно-простым способом: дрессированные паразиты заползали на его ноготь из рукава,и ловким щелчком он забрасывал очередную порцию отвратительных тварей на приглянувшуюся жертву...Арестованный, лишенный своейизъятой вакцины, он заразился сыпняком в камере Лефортовской тюрьмы и в бреду выболтал все. Следствием этой "маленькой неосторожности" советских чекистов были, помимовсего прочего, импичмент американского президента и самоубийство Министра Среднегомашиностроения, работавшего натри разведки, включая "Моссад"...

* * *

Как вы догадываетесь, все кончилось хорошо. Но, как говорил Александр Казанцев, "я понимаю,что читатель вправе спросить, что же стало с этими людьми потом. Ведь я стремился, чтобы читатели поверили в их существование, да и сам поверил в это"...

Вскоре Вера Павловна и Иван Иванович сыграли свадьбу. Недавно у них родился сын Леонардо. Правда, в пробирке. Дело в том, что сам академик Панацеев строго-настрого запретил Вере Павловне заниматься этим лично. Но молодые не теряют надежды. Вера Павловна рассказывала автору этих строк, что в прошлом году они с Иваном Ивановичем совершили кругосветноепутешествие на японском теплоходе "Александр Казанцев - мура" (*). Наша героиня хорошо отдохнула, помолодела лет на двадцать и второго ребенка все-таки собирается производить сама.

Пес Хунвейбин наконец-то умер от старости.Вместо него у хозяйки появился новый щенок. Его назвали Хунхузом. Как и предшественник, он неплохо разбирается в литературе.

Иван Иванович заметно охладел к проекту "Сфероид Разума". Сейчас он вынашивает проект создания подземной сферы титанических размеров, срадиусом, лишь немного меньшим радиуса планеты. Его предложение нашло понимание в правительстве. Недавно в газетах промелькнуло сообщение, что в Советском Союзе расконсервируются старые заводы про производству плутония и обогащенного урана, а также закладываются четырнадцать новых реакторов для этих же целей. Уже подсчитана мощность ядерного устройства, которое предполагается взорвать в центре Земли. Тем самым полезная площадь планеты увеличится при- мерно вдвое. Правда, сам Иван Иванович не надеется дожить до осуществления своей мечты. Но кто знает?..

* * *

Иногда вечерами Вера Павловна мечтательно говорит:

- А знаешь, Ваня, иногда мне кажется, что это сон... или бред... Неужели это правда... Быть может, это "пятый сон Веры Павловны"?..

- Ну что ты, - солидно говорит поверх газеты Иван Иванович. - Ни во сне, ни в бреду т а к о г оя не видел...

___________________

(*) Видимо, теплоход именовался все-таки "Александр Казанцев-мару". Оставляю возможную ошибку на совести Веры Павловны (Прим. автора).

Пос. Ботаника, 22-23.01.86

Нижнекамск, 17-22.09.92