Русские не сдаются

Глава 1

- Итак, подведем итоги, - сказал командор третьей армады тринадцатой армии. - Что мы имеем? А имеем мы, господа, нападение на четвертый склад боеприпасов восемнадцатой дивизии тринадцатой армии.

Уже четвертый час командор парил мозги всем командующим дивизий третьего аэрокосмического флота у созвездия тринадцать восемнадцать. Третий год шла кровопролитная война за это никому не нужное созвездие между синторийцами и квартерианцами, но ТАМ наверху заартачились и битва продолжалась. Неожиданно появился никому не ведомый противник. Сначала они наблюдали за битвой, потом предложили мирно разойтись по домам к женам и детям, а когда этого не произошло, перешли к партизанской войне. И надо сказать, весьма успешно ее ведут. Склады очищают не только у синторийцев, но и у квартерианцев. Вроде бы, есть повод объединиться, но наверху уперлись рогами, и обе армии несли потери, как в боевой силе, так и в технике. Вот и сейчас стащили подчистую склад восемнадцатой дивизии, командир у нее Ник Баст, который предоставил записи нападения на склад. Присутствующие, не отрываясь, смотрели на экран монитора, где разношерстные и разномастные люди в организованном порядке грузили оружие и оборудование на катер. Командовал ими двухметровый светловолосый атлет с автоматом, закинутым на плечо, так похожий на синторийца, что командир четырнадцатой дивизии семнадцатого полка тридцатого звена Гай Вольвинг не выдержал и сказал:

- Кто они такие? Неужели синторийцы?

- Они называют себя "русскими", - ответил ему командор.

- Странно, - как-то в задумчивости сказал Нордир Нур, третий зам командора всех дивизий. – Мало похоже.

- Что тебя смущает, Нур? – спросил командор.

- Хм, синторийцы имеют один общий тип – все светловолосые, голубоглазые, высокие. Квартерианцы – узкоглазые, темноволосые и так далее. А что мы имеем тут, господа? – и Нур ткнул пальцем в экран. – Обратите внимание, вот стоит человек похожий на синторийца, чуть левее стоит галлиец, видите? А перед экраном со странным жестом – вверх поднятым средним пальцем – чернокожий человек. Так как они могут быть единой нацией?

- Действительно, - проговорил Баст.

- Теперь, еще одна особенность, - продолжил Нур. – Вы заметили, господа, они используют странные выражения, которые не смог перевести наш интерком? Причем, эти выражения изрекают абсолютно все, что характерно только для этой нации!

- Нур, не нашли перевода? – спросил командор. – Машину использовали? Дисшифровщиков подключали?

- Использовали, подключали, - ответил Нур.

- И? – командор оторвал взгляд от экрана.

- Мы выделили только эмоциональную составляющую фраз, а вот дословный перевод был каждый раз разный.

- Н-да… - командор задумался.

- И это еще не все! Предполагаю, что у нас есть перевербованные шпионы

- То есть? – командор даже встал.

- Я слышал, как подобные выражения употребляют некоторые офицеры нашей армии. Мое предположение, что это завербованные шпионы, либо клоны настоящих синторийцев. Предлагаю сделать тотальную проверку всей армии.

Воцарилось глубокое молчание.

- Как вы предполагаете это сделать? И когда? В одном моем дивизионе более тринадцати тысяч человек! КАК их проверять? И где взять столько времени? А воевать когда? – возмутился Баст.

- Соберем комиссию, и по порядку проверим всех, - ответил Нур.

- Но это же тринадцать тысяч человек! Сколько же это займет времени?

- Не важно сколько займет времени, важно, что мы выявим предателей! – пафосно ответил Нур.

- А если в это время пойдут в атаку квартерианцы? – не унимался Баст.

- Ничего страшного, важнее выявить предателей, - гнул свою линию Нур.

- То есть, мы будем умирать под пулями квартерианцев, но отвечать на вопросы комиссии?

Нур бодро кивнул.

- О...ть! – прошептал Баст, но дальше сказать он ничего не успел, был обездвижен парализатором.

- Первый попался! – потирая радостно руки, сказал Нур. – Допрос я проведу лично сам.

И Баста унесли, идти он сам не мог.

Допрос Нур проводил жестоко. Он задавал вопрос, если на него не отвечал подозреваемый, начинались пытки. Пытки Нур изобретал сам и проверял на своих «подопечных», как называл он допрашиваемых людей. Весьма жестокие пытки.

За Баста он взялся сразу, как только его принесли в камеру. Он задавал вопрос, а Баст молчал, потому что был парализован не только сам, но и голосовые связки. Бедолага только мычал, а ответить был не в состоянии. Что не помешало Нуру применить свои нововведения. Он и загонял иглы под ногти и выворачивал суставы, и тянул. Но Баст молчал, потому, что не мог говорить – связки так и не оттаяли после дозы парализатора. И когда он потерял сознание, а сердечный ритм не прослушивался, его выкинули на свалку – пустынную планету, куда скидывали все «отходы», как выражался Нур.

Командир отряда миротворцев Серж Соцков был направлен в этот сектор галактики для принуждения к миру галлийцев и штромианцев. После успешно выполненного задания, он вместе с ребятами наткнулся на еще одних «упоротых задохликов», по его выражению, которые молотили друг друга, не жалея живота своего. Посовещавшись со своим отрядом, Соцков доложил в штаб о творящемся неправом деле в секторе Джи-17, возле потухшей звезды в созвездии Альфа Центавра, у которой и наткнулись на тех самых "задохликов". Приказ сложить оружие обе стороны проигнорировали, но Соцкову это не впервой. Ультиматум обе стороны не заметили. Вот тогда и применили тактику партизанской войны: лишали оружия и боевой силы. Людей отправляли на «Большую Землю» для перевоспитания, как говорил главный перед отправкой. В последнем рейде они наткнулись на планету, где обнаружили большое количество искалеченных трупов.

- Что за х...ня здесь творится? - проговорил Серж.

Ребята тоже были в шоке, поэтому высказаться не смогли.

- Смотри, командир, этот еще жив, - сказал темнокожий Суарес.

Парни подошли к человеку, на которого показывал наводящий и командир правого звена Суарес Грэг. Если Грэг еще мог спокойно смотреть на ТАКОЕ, то чувствительный Норман Киф нет, поэтому первое, что он сказал:

-Пи...ц! Что за пи-пи-пи-пи-пи-пи-пи-пи? Кто такое пи-пи-пи-пи-пи-пи творит? Да за такое пи-пи-пи-пи-пи-пи трибунал! Да я пи-пи-пи-пи-пи-пи!

- Охренеть! – только и смог сказать Соцков.

(Автор приносит извинения за непереводимую игру слов, и в целях безопасности ранимой души читателей глушит их).

Суарес аккуратно поднял человека, тот приоткрыл один глаз, второй полностью заплыл сказал:

- Ох...ть! – и тут же отрубился!

- О, наш человек! – сказал до сих пор молчавший Атмал Кариб. – Русские не сдаются!

Грэг отнес раненого на катер, который стартовал тут же. На борту крейсера доктор Морозов, осматривая пациента, все же не сдержался:

- ДА, пи-пи-пи-пи это такое? Как же можно такое было вытерпеть? Что за пи-пип-пи-пи-пи… сука! Да его надо за пи-пи-пи повесить! Да пи-пи, да еще пи-пи-пи-пи! Твою мать! – в сердцах закончил док.

- Согласен! – ответил медбрат Вербах, который был правоверным иудеем и не выражался, но считал себя русским.

И доктора стали колдовать над раненым. Надо сказать, что хирурги у русских всегда были самыми лучшими, поэтому уже через неделю больной мог что-то ответить. И тогда в палату зачастил Соцков. Поначалу командир справлялся о здоровье пациента, а потом стал захаживать. И так случилось, что нашли они между собой общий язык. И так хорошо подружились, что здоровье бойца пошло в гору семимильными шагами, а после выписки Соцков забрал его в свое подразделение. В общем, не нытьем так катаньем выпытал Соцков, что произошло у Баста и кто его пытал.

И пока Ник валялся в каюте и поправлял испорченное Нуром здоровье, Соцков вместе с ребятами совершил рейд на тот самый корабль. Результатом стал трофей в виде того же Нура и командора Дарта. А сам флагман и гордость синторийского флота пошел «ко дну», в виде осколков на ближайшую планету. Но Суарес так разошелся, что под раздачу попал и флагманский крейсер квартерианцев, который последовал за синторийским. Затем вылетел рой небольших пилотируемых кораблей, которые нанесли непоправимый урон силам обоих воюющих сторон. В итоге все же обе планеты вынуждены были подписать мирное соглашение и Соцков с легким сердцем вернулся на базу. А что же Нур? А его Серж сдал в Трибунал и уже он решал судьбу зама командора, впрочем, особо никто и не жалел того. Командора Дарта отправили на рудники на задворках галактики для добычи полезных ископаемых.

По началу, Дарту приходилось тяжело, но выучка военного сыграла свою роль и мужчина приспособился. Грубые и неотесанные заключенные пытались согнуть великого командора, но не на того напали! Дарт сумел дать отпор всем поползновениям на его свободу и ни разу не сдался - командоры никому не подчиняются! Пытались напасть и в шахте, когда тот делал отвал руды в вагонетку, но зря что ли в руки ему дали отбойный молоток? В общем, командор смог быть командором и в таких тяжелейших условиях. Потихоньку он привыкал к нормам поведения и распорядку шахты, а также приобретал определенное реноме среди таких же несчастных. В их секторе заключенные привыкли к тому, что все же Дарт волк-одиночка и не подчиняется никому, а вот в соседнем блоке такое стерпеть не смогли, и однажды в выходной в их сектор явилась делегация. Глава ее был Крис Норманн, бывший вояка, загремевший за неуставные отношения. А попросту, за дело: набил морду командиру, который попал в место похуже этого, но это уже другая история. Вот этот Норманн и положил глаз на Дарта, о чем без обиняков при всех и сообщил тому. Дарт нехорошо улыбнулся и:

- А пи-пи-пи-пи тебе не надо? – поинтересовался тот и скрутил в бараний рог Норманна.

Ну, не получилось, только после этого Норманну пришлось делить одну камеру на двоих с Дартом, о чем, истины ради, надо сказать, не пожалели оба. Тут неожиданно приехал «купец» вербовать в армию. Дарт смолчал и «купец» уехал. Потом появился все тот же Соцков с предложением вступить в ряды доблестных миротворцев. На что Дарт ответил, гоняя зубочистку из одного уголка рта в другой:

- А на..?

Против такого аргумента не попрешь и Соцков задумался. И правда, зачем бравому командору вступать в ряды миротворцев? Соцков долго и в лицах описывал все преимущества службы в доблестном подразделении миротворческого корпуса. Бывший командор смотрел нечитаемым взглядом на действующего командира и повторил все тот же риторический вопрос:

- А нах..? – правда, подтекст был уже другой.

- Да что ты заладил пи-пип-пи да пи-пи! Пи-пи-пи за этим самым! Да ты пи-пи тут, а там многие народы пи-пи-пи кладут и пи-пи. И на-пи-пи-р, ты тут сидишь, как король на троне, когда твои же соотечественники пи-пи погибают?

- Без Норманна никуда не пойду, - меланхолично ответил Дарт.

- Да, пи-пи-ц! Так бы и сказал! Бери за пи-пи своего Норманна и с вещами жду на причале, - и отвалил на катер.

Через час Дарт с Норманном прибыли на корабль Соцкова. Тот отвел их каптеру, чтоб поставил на довольствие. Как положено, каптер завел на них дело и, заполняя анкету, в графе национальность каптер поднял взгляд на Дарта и вопросительно уставился на того:

- Национальность? – переспросил тот еще раз.

На что Дарт без запинки ответил:

- Русский!

Норманн переглянулся с каптером и тоже поставил в графе национальность слово «русский».

Получив ключи от каюты, оба пошли служить службу в миротворческом корпусе Аэрокосмических Сил Земли. Прослужив год в корпусе Соцкова, Дарт получил повышение – командира и свой миротворческий корпус. Норманн по-прежнему был с ним, эта парочка «упоротых сволочей», как прозвал их Соцков, продолжала продвижение по служебной лестнице и когда Соцков в короткие встречи после трудовых и тяжелых миротворческих будней, дразнил командора за его твердый характер, тот всегда без обиняков заявлял:

- Русские не сдаются!

И надо отдать ему должное, ни разу не сдался и не сдал ни одной позиции!