Пятая Жизнь. Инвентаризация

Глава 1

Тёмный Властелин решил навести порядок.

Решение далось ему нелегко. Обычно он предпочитал хаос, отчаяние и крики, но третий день подряд Империя Ужаса тонула в бумагах.

— Начинаем перепись, — сказал он, зевая и потирая виски.

— Империя Ужаса должна знать, чем владеет. А то развелось… непонятно кого.

Слева стоял некромант с бесконечным пергаментом и пером из бедренной кости ангела. Справа — палач с топором. Оба выглядели уставшими, но кивали с умным видом.

— Раньше я уничтожал миры, — сказал Властелин. — А теперь? — спросил некромант.

— А теперь проверяю, чтобы ничего лишнего не выжило.

— Первый, — сказал некромант. — Шут.

Меня вытолкнули вперёд.

— Один экземпляр. Состояние… спорное.

— Карлик, — уточнил палач.

— Шутит плохо, — добавил он после паузы.

— Проверим, — сказал Властелин. — Шути.

Я пошутил про мать Тёмного Властелина.

В зале повисла тишина. Даже проклятые факелы перестали трещать.

— Смело, — сказал Властелин. — Глупо. — Но смело.

— Запишите, — сказал он.

— Шут: храбрый, но бесполезный. — Утилизировать? — уточнил палач.

— Конечно. Империи ужаса не нужны плохие шутки.

— А хорошие? — робко спросил некромант. — Хорошие тоже не нужны, — вздохнул Властелин. — Они расслабляют. А расслабление ведёт к надежде.

Казнь была быстрой.

— Записали? — Да. Шут. Был.

— Отлично. Дальше. Кто там следующий? Драконы или крестьяне? Я всегда их путаю.

— Крестьянин.

В зал втащили грязного мужика с вилами.

— Количество? — Много. — Польза? — Кричит, когда горит.

— Запишите: “сигнализация”. Оставить. Пусть пашет. Даже в аду кто-то должен страдать бесплатно.

Крестьянина увели, счастливо кланяющегося.

— Клоун.

Вышел человек в ярком колпаке.

— Шутит хорошо, — сказал некромант. — Очень, — подтвердил палач. — Я смеялся.

Властелин нахмурился.

— Это плохо.

— Почему, повелитель?

— Хорошие шутки отвлекают от ужаса. Назначить министром культуры.

— Казнить потом?

— Конечно. Но позже. Пусть сначала всё испортит.

— Алкоголик.

Вошёл человек с бутылкой.

— Состояние?

— Уже мёртв. — Но стоит. — Привычка.

— Польза?

— Если отобрать бутылку — начнёт революцию.

— Оставить. Пусть пьёт. Стабильность важнее порядка.

— Маг-неудачник.

— Способности?

— Взрывается.

— Контролируемо?

— Нет. — Он взрывается уже третий раз за день.

— Прогресс. Назначить охраной архива.

— Дракон.

В зал заглянула огромная морда.

— Опасен?

— Очень.

— Умён?

— Нет.

Властелин вздохнул.

— Тогда это крестьянин с крыльями. В загон.

Когда последний пергамент был свёрнут, Властелин устало откинулся на трон.

— Подведём итоги.

— Шуты — уничтожены.

— Крестьяне — пашут.

— Алкоголики — стабилизируют ситуацию.

— Маги — взрываются по расписанию.

— Драконы — в загоне.

— Прекрасно, — кивнул Властелин. — Империя Ужаса функционирует.

В зале горело, воняло, кто-то пил, кто-то взрывался.

— Идеально, — сказал он.

— Никто не счастлив, но все при деле.

Двери зала вдруг открылись сами.

Вошёл человек в сером плаще. Без ауры. Без ужаса. С папкой.

— Кто ты? — спросил Властелин.

— Аудитор Империи Ужаса, — сказал человек.

— Плановая проверка.

В зале стало холоднее.

— Кто вас вызвал?

— Вы, — ответил Аудитор. — В прошлой жизни. Четвёртой.

Властелин замолчал.

— Нарушения, — продолжил Аудитор. —

Шутов уничтожили без акта.

Крестьяне пашут без договора.

Алкоголики не состоят на учёте.

Маги взрываются вне графика.

Драконы не зарегистрированы как имущество.

— И что вы предлагаете? — тихо спросил Властелин.

— Ответственного, — сказал Аудитор. — За всё.

Он поднял папку.

— Имя есть.

— Моё? — уточнил Властелин.

— Разумеется.

В зале стало совсем тихо.

— Запишите, — сказал Властелин после паузы. —

Тёмный Властелин. Один экземпляр.

Состояние… усталое.

— Утилизировать? — спросил палач по привычке.

Властелин усмехнулся.

— Нет. Назначить ответственным. Навечно.

Он встал, снял корону и аккуратно положил её на стол.

— Перепись начинаем заново, — сказал он. — С меня.

И где-то в глубине Империи Ужаса кто-то вдруг понял:

хуже уже не будет.

И это было самое страшное...

Часть 2. Финальный Аудит

Империя Ужаса всё ещё стояла, но запах в тронном зале изменился. Раньше пахло серой и величием, теперь — дешёвым парфюмом и застарелой ложью.

На троне восседал новый правитель — Ном-Ад. Он выглядел как человек, который потратил тридцать восемь лет на то, чтобы научиться казаться важным, но так и не научился завязывать шнурки без посторонней помощи. Его корона постоянно сползала на глаза, потому что черепная коробка была явно не рассчитана на такой вес.

Рядом с ним, на коленях, копошилось существо по имени Колючая Скорбь. Оно безостановочно строчило что-то в бесконечные свитки.

— Пятьдесят первое произведение, повелитель! — пропищало существо, вытирая нос об обшлаг своего дырявого кафтана. — Опять бессмыслица, опять про страдания и колючки!

— Прекрасно, — прохрипел Ном-Ад, любуясь своим отражением в заплеванном зеркале. — Главное — количество. Качество — это для тех, у кого нет связей в администрации ада. Запиши: «Скорбь — победитель всех конкурсов до конца вечности».

В этот момент двери распахнулись с таким звуком, будто сама реальность дала трещину. Вошёл Аудитор.

— Слушания объявляются открытыми, — сказал он, поправляя серые манжеты. — У меня здесь папка. В ней — история одной генетической ошибки.

Ном-Ад попытался встать, но запутался в собственной мантии, которую он украл у предыдущего Властелина.

— Кто ты такой? Я — закон! Я родился в восемьдесят восьмом, когда святые…

— Когда святые отвернулись, а твой создатель пожалел пару медных монет на нормальное средство защиты, — перебил Аудитор, листая пергамент. — В результате мы имеем… это. Состояние: лицемерное. Полезное действие: отрицательное. Интеллект: на уровне невылупившегося дракона, упавшего с большой высоты.

— Я выбрал победителя! — взвизгнул Ном-Ад, указывая на Колючую Скорбь. — У неё пятьдесят одно произведение!

— Пятьдесят один кусок мусора не превращаются в золото, даже если ты назовёшь их короной, — Аудитор посмотрел на Скорбь. — А ты, создание, даже не автор. Ты — эхо чужой глупости. Твои победы пахнут так же, как совесть твоего покровителя. То есть, никак.

Аудитор повернулся к некроманту и палачу:

— Почему этот биологический курьез до сих пор занимает трон?

— У него акт о назначении… — пробормотал некромант.

— Акт признан недействительным ввиду отсутствия признаков разума у подписавшего, — Аудитор поставил жирный крест на папке. — Утилизировать. Обоих.

— Но как?! — вскричал Ном-Ад. — Я же администратор! Я…

— Ты — ошибка системы, которую пора исправить, — Аудитор захлопнул папку. — У мести нет срока давности, и она только начинается против тебя, ничтожный Ном-Ад. Запишите: «Объект: 1988. Причина удаления: избыточное лицемерие с терминальной стадией скудоумия при полном отсутствии таланта».

Аудитор посмотрел на часы.

— И передайте его папаше — скупость на презервативах обходится миру слишком дорого.

Аудитор щёлкнул пальцами, и под ногами Ном-Ада и Колючей Скорби разверзлась бездна. Это была серая, бесконечная свалка забытых черновиков и стертых логов.

— Даже в аду есть стандарты, — произнес Аудитор. — Сатана прислал уведомление: ему не нужны те, кто не умеет созидать, а умеет только подтасовывать.

Там, внизу, Ном-Ад до скончания веков будет пытаться доказать свою важность стене из битых пикселей, а Скорбь — бесконечно переписывать свое пятьдесят второе произведение, которое тут же будет пожирать пустота. Без зрителей. Без лайков. Без власти.

— Ну вот и всё, — Аудитор аккуратно вытер руки платком. — Список чист. Баланс восстановлен.

Он развернулся и вышел из зала, не оборачиваясь. А Империя Ужаса вздохнула с облегчением — ведь теперь в ней стало на две ошибки меньше.

ВНИМАНИЕ (ДИСКЛЕЙМЕР):

Данный текст является плодом художественного искусства и актом планового очищения литературного пространства.

Любые совпадения ников, дат рождения или личных качеств персонажей с реально существующими «лицами» являются кармической иронией.

Если кто-то из читателей внезапно узнал в образе «Ном-Ада» или «Скорби» себя — автор выражает глубокие соболезнования вашему зеркалу.

Попытка кинуть жалобу на этот текст будет официально расценена как добровольное признание в собственной профнепригодности и подтверждение статуса «все что читаю – про меня».

Помните: утилизация в Империи Ужаса обжалованию не подлежит.

( На этом конкрус официально завершён. О результатах можете узнать на странице администратора который любит пускать воздух 𯙼/8|&:?+k69`hrrh{?i