Орден Бдительных

Глава 1

Колокол звонил громко, протяжно. Его звон разносился по всей казарме и проникал в каждую келью. Бдительный второго ранга Соломон Иванович Каин оторвался от распечатки свежих «дополнений к единому списку материалов текстовых, графических и аудиовизуальных, к обороту и распространению запрещённых и уничтожению подлежащих». Покосился на таймер, хотя и так знал – колокол звонит по нему. Не только по нему лично, но по всей свободной смене братьев Ордена Михаила Архангела. Через четверть часа ему и другим братьям свободной смены надлежало прибыть на построение для развода. Прибыть доспешно, оружно и духовно укрепленно. Ну что ж, время не ждет… Соломон легко, пружинисто поднялся, привычно повернулся к стенду с цитатами из Классиков и Современников и совершил боллитровое знамение. На дверце оружейного шкафчика его встретило дежурное духоподъемное изречение из Классика. "Долг спеши же, брат, скорей исполнить свой, даже если смерть витает над тобой!".

- Ну, это мы еще посмотрим, кого небытие ждёт - Бдительный не первый год в патрулях, бывал и в облавах и в ликвидациях прорывов.

Руки сами извлекли из шкафчика броню, шлем, пробежались по печатям чистоты, проверяя надежность крепления. В голове же прокручивались строки Порядка Облачения, намертво вбитые в учебном лагере.

«… для облачения в защитное снаряжение, перво надлежит разложить его перед собой на ровной поверхности; дале надеть изолирующий комбинезон и плотно застегнуть его, проверив на герметичность, для чего надлежит запустить тест-программу…»

За комбинезоном последовали бронированные ботинки, броня ножная, кираса, налокотники, наручи, перчатки и последним - шлем...

Вот Бдительный и доспешен, теперь пришел черед оружия. Снять верный огнемёт с креплений в шкафу, надеть на себя ременную систему с жестким каркасом, подвесить сам огнемёт и баллоны. Затянуть ремни, зафиксировав все надежно и без слабины. Подвесить на пояс добрый тесак. Вообще-то называлось это «инструментом для спасательно-инженерных работ «Лепесток». Но то, чем можно резать металл или взламывать дверь, перерезать кабели и тросы, точно так же хорошо могло проломить голову или грудную клетку, отсечь конечность... И, конечно же, вилы. Знаменитые боевые вилы Бдительных. Четыре мощных зазубренных зубца, надежное несгорающее древко с упорами. Именно вилами надлежит, как сказано в Наставлении, надежно зафиксировать объект искоренения, предотвращая его выскальзывание во время обработки огнесмесью. Хорошо вилы и для иных целей, в Наставлении не предусмотренных.

Теперь он оружен.

Настало время очистить помыслы и укрепиться духовно. Соломон отправил вызов Духовному Наставнику. Настенный экран в келье засветился, и на нем медленно проявился лик Наставника.

Бдительный преклонил колено и склонил голову.

- Прошу о наставлении меня в добродетелях, соответствующих моему текущему рангу действительного члена Ордена Архангела Михаила, Бдительного второго ранга. Прошу также провести процедуру проверки текущего состояния безгрешности и в случае обнаружения несоответствия с действующими нормативами назначить меры к устранению выявленного несоответствия, - слова, повторяемые регулярно перед каждой исповедью, звучали как будто сами по себе, на первый взгляд бездушно, сухо, механически. В душе же Соломон был переполнен чувством душевного подъема от единения со священным каноном Инструкции.

Голос Духовного Наставника чудесным образом совмещал в себе отеческую строгость и материнскую заботу о духовном здравии кающегося. Вопросы задаваемые проникали в самые глубокие уголки души и извлекали оттуда все, что могло помешать Бдительному в выполнении им своего долга. Ибо нельзя пренебрегать даже самым малым проступком. Даже тень греха, если ею пренебречь, может разрушить самую крепкую броню веры.

- ...«пишете» и «пишити» - употреблял ли надлежащим образом? Не путал ли их местами? «Тся» и «ться» к месту ли применял? Не путал ли одежду с надеждою?

- Грешен, Наставник. При составлении отчета о последнем дежурстве дважды неверно употребил «пишите». Но исправился до отправки отчета.

Это были малые, но важные грехи. Ибо и с орфографического небрежения может начинаться путь в глубины ереси.

Наставник перешел к грехам тяжким…

- Просторечиями нарочитыми не осквернял ли уста свои? Олбанским али падонкоффским изводом не прельшался ли?

- Чту святых непогрешимых Розенталя, Даля и Ожегова! Не осквернял ни уста свои, ни персты свои непотребствами орфографическими и стилистическими!

А там и до смертных грехов дошло.

- Сюжеты канонические не переиначивал ли нечестиво? Ересью фанфиков не соблазнялся ли? Слешерам гнусным не приятельствовал? Пейрингу омерзительному не предавался ли, на словах ли, в текстах ли, в мыслях ли?

- Данеуподоблюсь! – ритуально отрекся от смертной пагубы Бдительный, и душа его в том была чиста.

- Ну и славно, - закончил проверку Духовный. – Иди, чадо! Неси Разумное, Доброе, Вечное. А за малый грех свой три раза прочтешь Правила перед тем, как отчет писать. Вслух и с выражением. Понял ли, чадо?

- Понял, осознал, запомнил!

Теперь и душой Соломон был чист, и духовно укреплён.

Щелкнул замок на двери, подтверждая готовность к выходу на построение. И, тяжело ступая, Соломон покинул келью.